ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-103383/2017

26 мая 2022 года

г. Санкт-Петербург

/уб

 

Резолютивная часть постановления объявлена 24 мая 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме  26 мая 2022 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего И.В. Сотова 

судей Е.В. Будариной, Д.В. Бурденкова

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1

при участии: 

от должника (конкурсного управляющего): представитель ФИО2 по доверенности от 15.06.2021 г. (посредством использования системы веб-конференции)

от ответчика: ФИО3, представитель ФИО4 по доверенности от 19.03.2021 г. 

от иных лиц: представитель Банка «Солидарность» (АО) ФИО5 по доверенности от 17.11.2021 г. (посредством использования системы веб-конференции)

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-32510/2021) ФИО3 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 30.08.2021 г. по делу № А56-103383/2017/уб, принятое 

по заявлению конкурсного управляющего 

о взыскании убытков

ответчик: ФИО3 

по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Комплексные энергетические решения» (192019, 

<

...>, литер А, офис 305, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

установил:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) от 08.07.2018 г. (резолютивная часть объявлена 21.06.2018 г.) по настоящему делу,  вынесенным по заявлению (принято к производству суда (возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве)) определением от 05.03.2018 г.) кредитора - ООО «Ремонтно-строительное управление № 2», в отношении общества с ограниченной ответственностью «Комплексные энергетические решения» (далее – должник, Общество) введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО6, а решением арбитражного суда от 05.06.2019 г., резолютивная часть которого объявлена 04.06.2019 г., должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО7 (далее – управляющий).

В ходе последней процедуры, а именно - 30.12.2020 г. – управляющий в рамках настоящего дела - о несостоятельности (банкротстве) Общества - обратился в арбитражный суд с заявлением о взыскании с ФИО3 (далее – ответчик, ФИО3) в пользу должника суммы убытков в виде реального ущерба в размере 1 018 936 915 руб. 25 коп., и определением от 30.08.2021 г. заявление управляющего признано обоснованным (наряду с отклонением ходатайства ФИО3 о привлечении третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований) и с ответчика в конкурсную массу должника взысканы убытки в указанном размере. 

Данное определение обжаловано ответчиком в апелляционном порядке; в жалобе ее податель просит определение отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований управляющего, настаивая на пропуске управляющим срока исковой давности по этим требованиям, подлежащим, при этом, исчислению с учетом разъяснений, содержащихся в пункте 68 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 г. № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», а именно – с даты увольнения ФИО3 – 30.08.2017 г., а равно и с учетом акцептирования самим Обществом в лице его уполномоченного органа (представителя управляющей организации) в силу договора с обслуживающим банком – АО «Газпромбанк» - спорных платежей.

Также ответчик оспаривает вывод суда о его контроле над должником с учетом имевшихся у него ограничений полномочий на заключение сделок от имени Общества в лице его филиала - на сумму более 5 млн.руб. без одобрения Правления, применительно к чему апеллянт не согласен и с отказом суда в истребовании у АО «Газпромбанк» соответствующих документов, ссылаясь, кроме того, на совершение трех из спорных платежей в период после его увольнения и и на отсутствие у него аффилированности с кем-либо из участников органов управления должника.

Помимо этого, по мнению ответчика, отсутствует (не доказан) сам факт причинения убытков должнику в результате его действий, поскольку в качестве встречного исполнения в пользу должника со стороны ООО «КЭР-Дальний Восток» (далее - ООО «КЭР-ДВ», после переименования – ООО «Астра Инжиниринг Компани») были выполнены соответствующие работы при наличии у последнего возможности выполнить эти работы (в т.ч. в силу  исполнения им ранее в пользу ДСМЕ «Звезда» (АО «ДВЗ «Звезда») аналогичного контракта), доказательств выполнения им спорных работ (закупки материалов и товаров) и т.д., и в этой связи ФИО3 не согласен со ссылкой суда первой инстанции на определение Арбитражного суда Приморского края от 19.07.2019 г. по делу № А51-4606/2018, которым установлен факт отсутствия реальных хозяйственных взаимоотношений между Обществом и ООО «КЭР-ДВ», поскольку участником данного спора податель жалобы не являлся и – соответственно – изложенные в указанном судебном акте выводы не имеют для него преюдициального значения, как с учетом изложенного, по мнению апеллянта, судом не установлены неразумность и недобросовестность в его действиях, как необходимое условие для взыскания с него убытков в соответствии с пунктом 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30.07.2013 г. № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление № 62).

В ходе рассмотрения жалобы ответчиком были заявлены и судом удовлетворены (определением от 22.03.2022 г. - в целях полной и всесторонней проверки доводов жалобы и вынесения обоснованного судебного акта и с учетом отказа в удовлетворении данных ходатайств судом первой инстанции) ходатайства о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств (по взаимотношениям между должником и АО «ДВЗ «Звезда») и истребовании дополнительных доказательств у АО «Газпромбанк», конкурсного управляющего ООО «КЭР» и конкурсного управляющего ООО «Астра Инжиниринг Компани».

К настоящему заседанию от указанных лиц поступили соответствующие ответы, в т.ч. с приложением ряда истребованных документов; по существу ответчик свою жалобу поддержал с учетом дополнительно представленных пояснений, заявив также еще одно ходатайство об истребовании и ходатайство об отложении (мотивированное подачей в Судебную коллегию Верховного Суда РФ жалобы на судебные акты по делу № А51-4606/2018, в рамках которого ФИО3 просил пересмотреть указанное выше определение от 19.07.2019 г.), условий для удовлетворения которых суд, с учетом также позиций иных участвующих в заседании лиц, не усмотрел (ходатайства отклонены протокольным определением) – ввиду длительности судебного разбирательства и в то же время – необходимости соблюдения процессуальных сроков, а равно и интересов всех участников дела (процесса) на своевременное разрешение спора; в этой связи суд также отмечает, что, как уже указано выше, в целях обеспечения прав ответчика суд уже удовлетворил ряд ходатайств, направленных на дополнительное формирование доказательной базы, а в случае вынесения Верховным Судом РФ судебного акта, имеющего значение для результатов рассмотрения настоящего спора, обжалуемое определение суда первой инстанции (или настоящее постановление) может быть пересмотрено по установленным процессуальным законодательством основаниям (в порядке главы 37 Арбитражного процессуального кодекса РФ) по требованию заинтересованного в этом лица.

Представители конкурсного управляющего и кредитора - Банка «Солидарность» (АО), участвуя в заседании посредством использования системы веб-конференции), возражали против удовлетворения рассматриваемой жалобы, в т.ч. управляющий - по мотивам, изложенным в представленном ранее отзыве.

Проверив законность и обоснованность обжалуемого определения в порядке, предусмотренном статьями 223, 266, 268 и 272 Арбитражного процессуального кодекса РФ, апелляционный суд пришел к следующим выводам:

В соответствии с пунктом 1 статьи 32 федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.2002 г.  «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса РФ, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства). 

В частности, в соответствии с абзацем 5 пункта 3 статьи 129 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий вправе от имени должника предъявлять иски о взыскании убытков, причиненных действиями (бездействием) руководителя должника; в силу пункта 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным настоящей главой. 

При этом, в соответствии с пунктами 1 и 3 статьи 53 Гражданского кодекса РФ юридическое лицо действует через органы, образование и действие которых определяется законом и учредительными документами юридического лица; руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества (директором, генеральным директором) или коллегиальным исполнительным органом общества (правлением, дирекцией), они должны действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно, поскольку несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием). 

Также в силу пункта 2 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 г. № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами. 

Вместе с тем, ответственность контролирующих должника лиц является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию в соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса РФ, в соответствии с пунктом 2 которой, под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода), и как указано в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действия (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса РФ), а привлечение к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков возможно при наличии условий, предусмотренных законом, при том, что принимая во внимание положения части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса РФ, лицо, требующее возмещения убытков, обязано доказать факт причинения убытков и их размер, противоправное поведение причинителя вреда, наличие причинно-следственной связи между возникшими убытками и действиями указанного лица; привлекаемое же к ответственности лицо, в свою очередь, должно доказать отсутствие вины в причинении убытков. 

В данном случае судом установлено (следует из материалов дела), что ФИО3 был назначен Директором Филиала ООО «КЭР» в г. Владивосток 01.08.2016 г. на основании Приказа № 97-К от указанной даты; для осуществления полномочий ему, как директору Филиала, была выдана Доверенность № 209-08/16 от той же даты сроком на один год; вместе с тем, ранее ему была выдана Доверенность № 109-03/16 от 18.03.2016 г., где предусматривался практически аналогичный объем полномочий, а пунктом 7 Доверенности № 209-08/16 от 01.08.2016 г., предусматривались полномочия по открытию и распоряжению финансовыми средствами, и в частности - без ограничений распоряжаться денежными средствами, находящимися на счетах открытых в «Газпромбанк» (АО) с правом первой подписи, включая, но не ограничиваясь, право подписывать расчетные документы от имени Филиала на бумажном носителе путем проставления подписи, подписывать от имени Филиала электронные документы, с использованием средств электронной подписи, подписывать финансовые документы, связанные с деятельностью Филиала, осуществлять иные действия, связанные с руководством Филиалом; получать и подписывать договоры об обмене с банком документами, подписанными электронной подписью (банк-клиент); получать электронные ключи и программное обеспечение «банк-клиент» и т.д., в связи с чем судом первой инстанции сделан вывод о том, что ответчик стал лицом, который имеет право распоряжаться финансами Филиала, всей его деятельностью, а значит - через Филиал - и лицом, имеющим фактическую возможность определять действия юридического лица до 31.07.2017 г. (до момента его увольнения – прекращения его полномочий как директора Филиала).

При этом, 30.11.2016 г. ФИО3, являясь директором Филиала, подписал от имени Общества (Подрядчик) с ООО «КЭР-ДВ» (Субподрядчик), Договор подряда № КЭР-К-261 на выполнение строительно-монтажных работ по объекту «Строительство судостроительной верфи «Звезда-ДСМЕ», Цех сборки блоков», по условиям которого Подрядчик поручает, а Субподрядчик принимает на себя обязательства выполнить строительно-монтажные работы в соответствии с условиями договора, в рамках которого должником в адрес Субподрядчика за период с 21.02.2017 по 27.09.2017 г. были перечислены денежные средства в общем размере 1 291 494 679 руб. 67 коп.; однако, до настоящего времени Субподрядчиком обязательства, принятые по Договору, выполнены не были, а по итогам состоявшейся сверки взаимных расчетов, согласно Акту сверки взаимных расчетов от 01.01.2016 по 01.03.2018 г., было установлено, что сумма задолженности ООО «Астра Инжиниринг Компани» (ранее - ООО «КЭР-ДВ») перед Обществом по Договору подряда составляет 1 018 936 915 руб. 25 коп. 

В этой связи, как установил суда (сослался управляющий), определением Арбитражного суда Приморского края от 08.11.2018 г. по делу № А51-4606/2018 в отношении ООО «Астра Инжиниринг Компани» введена процедура банкротства - наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО8; соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 10.11.2018 г. № 207 (6445), и в рамках этого дела Обществом заявлялось требование о включении в реестр требований кредиторов, в том числе требования, вытекающего из указанного Договора подряда (фактически - неосновательного обогащения в виде неосвоенного аванса по этому Договору); однако, судом во включении в реестр требований кредиторов было отказано вступившим в законную силу определением от 19.07.2019 г., которым, помимо прочего, установлено, что Субподрядчик и Подрядчик являются аффилированными компаниями; Общество в период с 21.02.2017 по 28.09.2017 г. перечислило в пользу Субподрядчика авансы на общую сумму 1 291 504 351 руб. 67 коп.; между тем, последний к работам по Договору не приступал, какие-либо документы, опосредующие выполнение работ отсутствуют; таким образом, судом сделаны выводы, что перечисление в течение 7 месяцев авансовых платежей не является разумным поведением, поскольку контракт предусматривает перечисление авансов в срок до 31.12.2016 г.; перечисление авансов, увеличивающих долговую нагрузку Должника, в отсутствие работ не является стандартным действием ни для одного добросовестного кредитора; ООО «КЭР» должно было знать об отсутствии работ, поскольку оно является аффилированным с ООО «Астра Инжиниринг Компани» лицом, имело на строительной площадке своего представителя, еженедельно должно было проводить различные совещания и получать на постоянной основе от Субподрядчика отчеты о выполненных и планируемых работ; Подрядчик ввиду отсутствия выполнения работ вправе был не авансировать работы, потребовать возврата авансов, расторгнуть Контракт, что им сделано не было.

Таким образом, суд также сослался на нестандартное поведение ООО «КЭР», экономические мотивы которого не раскрыты и не обоснованы, а действия сторон указывают на отсутствие у них интереса и возможности исполнения договора на оговоренных условиях, что не отвечает стандарту добросовестного поведения участников экономических взаимоотношений (статьи 9 и 10 Гражданского кодекса РФ), в отсутствие разумных мотивов представления Подрядчиком финансирования в течение 7 месяцев в значительных размерах без получения встречного представления, в то время как такое исполнение предусмотрено Контрактом, что не может считаться обычным и не выходящим за рамки стандартной общепринятой практики, а равно и при отсутствии со стороны Общества каких-либо мер, направленных на возврат задолженности, вплоть до введения в отношении субподрядчика процедуры наблюдения. 

Кроме того, в определении Арбитражного суда Приморского края от 19.07.2019 г. по делу № А51-4606/2018 сделан вывод, что ООО «КЭР» в силу аффилированности сторон знало (должно было знать) о возможности/невозможности исполнения обязательства на этапе заключения Контракта, как знало и о неисполнении обязательства, однако не предприняло разумных мер по обязанию Субподрядчика приступить к выполнению работ или по прекращению авансирования; напротив, продолжило авансирование, при отсутствии при этом доказательств того, что последний имел реальную возможность выполнить условия договора субподряда, в том числе располагал в соответствующие периоды необходимыми ресурсами для осуществления работ. 

При таких обстоятельствах суд по настоящему делу сослался на то, что согласно разъяснениям, изложенным в пункте 2 Постановления № 62, недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом, а в соответствии с пунктом 5 данного Постановления, в случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса РФ), и в данном случае ФИО3 заключил от имени должника Договор подряда № КЭР-К-261 от 30.11.2016 с аффилированным субподрядчиком; затем, имея право распоряжаться финансами должника на основании выданной ему доверенности (как руководителю Филиала), санкционировал (одобрил) перечисление авансовых платежей в рамках этого договора в значительном размере - 1 291 494 679 руб. 67 коп., при том, что вступившим в законную силу судебным актом установлено, что работы по Договору подряда не выполнялись, более того, субподрядчик не приступал к их выполнению и не имел возможности (намерения) выполнить эти работы; ответчик же, действуя от имени  должника, знал (должен был знать) о неисполнении работ и о том, что субподрядчик так и не приступил к выполнению работ, при этом продолжал в течение 7 месяцев перечислять авансовые платежи. 

Ввиду этого суд также согласился с доводом конкурсного управляющего, что ожидаемым разумным поведением со стороны директора Филиала после выплаты первого аванса и отсутствия каких-либо документально подтвержденных результатов работ со стороны контрагента, было бы прекращение последующего авансирования и выставление требования о возврате выплаченного аванса; вместе с тем, ФИО3 на протяжении всего срока пребывания в должности директора Филиала продолжал перечислять крупные суммы аванса по Договору подряда, который практически не исполнялся, что является проявлением его недобросовестности, и впоследствии такое поведение, признанное судом злоупотреблением правом со стороны должника и субподрядчика, повлекло за собой отказ в защите нарушенных прав ООО «КЭР» и, как следствие, невозможность возвратить перечисленные без какого-либо встречного предоставления денежные средства в общегражданском порядке, поскольку судом отказано во включении требования Общества в реестр требований кредиторов ООО «Астра Инжиниринг Компани». 

Таким образом, по мнению суда, подписание ответчиком от имени должника Договора подряда, который не исполнялся и служил только основанием перечисления денежных средств Субподрядчику, повлекло для ООО КЭР» причинение убытков в сумме переданного, но неотработанного аванса в размере 1018 936 915 руб. 25 коп.; в этой связи, суд, помимо прочего, отклонил довод ответчика о том, что три платежа совершены после его увольнения, так как денежные средства в адрес ООО «Астра Инжиниринг Компани» перечислялись должником по ряду платежных поручений на общую сумму 1 291 494 679 руб. 67 коп., согласно же Акту сверки взаимных расчетов было установлено, что сумма задолженности Субподрядчика перед ООО «КЭР» по Договору подряда составляет 1 018 936 915 руб. 25 коп.; соответственно, сумма заявленных требований в любом случае была акцептована именно ФИО3.

Кроме того, суд полагал, что заключая Договор подряда, директор Филиала должен был получить разрешение коллегиального исполнительного органа Общества - Правления – в силу закрепленного в пункте 11.4.11 Устава ООО «КЭР», зарегистрированном 29.12.2015 г., полномочия Правления на принятие решений о заключении сделок или ряда взаимосвязанных сделок, сумма которых составляет более 5 000 000  руб., и определение следующих существенных условий данных сделок: стороны, предмета, суммы, срока, за исключением случаев, когда такие сделки в соответствии с настоящим Уставом подлежат одобрению Советом директоров или Общим собранием участников, при том, что в данном случае, цена по Договору подряда была значительно выше 5 000 000 руб.; как директор Филиала, ФИО3 был знаком с положениями Устава, однозначно указывающими на необходимость получать разрешение на совершение сделок на сумму выше 5 000 000 руб.; вместе с тем, ответчик подписал Договор подряда без разрешения Правления ООО «КЭР», не поставив его в известность, а после самовольного подписания заранее убыточного Договора подряда систематически начал переводить крупные денежные средства ООО «Астра Инжиниринг Компани», что он мог делать самостоятельно, лишь при наличии только одного его указания, поскольку все платежи проходили через «Газпромбанк» (АО), филиал в г. Владивосток, и право первой подписи, на основании которой проводились платежи и которая была указана в банковской карточке, принадлежало ФИО3.

В этой связи суд отклонил довод ФИО3 о том, что Правление о такой сделке не могло не знать, и более того – само дало указание ее совершить, поскольку каких-либо доказательств в обоснование данного довода (протокол Правления, служебные письма, резолюции, электронная переписка), как и пояснений об обстоятельствах предоставления (получения) согласования Правления (когда и каким образом это происходило, с участием каких лиц и т.д.) ответчик не представил; равным образом, признаны судом необоснованными и доводы о том, что ООО «Астра Инжиниринг Компани» выполняло  работы по договору, но они не были завершены по причине недостаточного финансирования – как опровергаемые выводами, сделанными вступившим в законную силу судебным актом - определением Арбитражного суда Приморского края от 19.07.2019 г. по делу № А51-4606/2018, оставленным в силе (без изменения вышестоящими инстанциями).

Применительно же к заявлению ответчика о пропуске срока исковой давности по заявленным требованиям, суд полагал возможным исчислять этот срок с даты, когда о совершении платежей могли узнать не члены Правления должника (само Общество в лице уполномоченных органов), а конкурсный управляющий, т.е. не ранее его назначения - 04.06.2019 г., исходя при этом из того, что  рассматриваемое заявление подано конкурсным управляющим в деле о банкротстве должника по специальным правилам Закона о банкротстве - в соответствии со статьей 61.20 Закона о банкротстве; соответственно, к поданному заявлению применяются нормы, изложенные в главе III.2 Закона о банкротстве, в том числе, касательно сроков исковой давности, а именно – в силу положений пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве такое заявление может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для взыскания убытков, но не позднее трех лет со дня признания должника, и поскольку заявление управляющим подано 30.12.2020 г., срок исковой давности не пропущен. 

Таким образом, суд признал, что управляющим подтвержден факт наличия убытков должника в форме прямого ущерба – в виде безвозмездного (без встречного предоставления) выбытия денежных средств в размере 1 018 936 915 руб. 25 коп. (с учетом составленного акта сверки между Обществом и ООО «Астра Инжиниринг Компани»), как и причинно-следственная связь между возникновением данных убытков и поведением ответчика, поскольку при установленной судом степени контроля над должником (ФИО3 являлся руководителем Филиала ООО «КЭР» в г. Владивосток, обладая на основании выданной ему доверенности широким спектром полномочий по управлению Филиалом, включая право распоряжения денежными средствами, подписания финансовых документов) он заключил сделку с аффилированным контрагентом, по которой заведомо не предполагалось исполнение, в течение длительного времени перечисляя по ней авансовые платежи, не требуя выполнения работ по сделке со стороны контрагента, при том, что согласно пункту 1 Постановления № 62, если заявитель утверждает, что контролирующее лицо действовало недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) контролирующего лица, такое лицо может дать пояснения относительно своих действий (бездействия), указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства; в случае же отказа контролирующего лица от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение недобросовестным, бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на контролирующее лицо. 

В данном случае, при изложенных выше обстоятельствах, с учетом представленных конкурсным управляющим доказательств наличия убытков в виде безвозмездного перечисления денег должником, на ответчика возлагается бремя опровержения данных доводов управляющего, а также представление суду пояснений об отсутствии в его действиях вины; однако, по мнению суда, ответчиком приемлемых объяснений представлено не было, как и доказательств в обоснование изложенных в отзывах и дополнениям к ним доводов, а соответственно - суд пришел к выводу об обоснованности заявления управляющего и удовлетворении его требований - о взыскании с ФИО3 в конкурсную массу должника заявленной суммы убытков.

Апелляционный суд не находит оснований для пересмотра изложенных выводов, как сделанных в результате в достаточной степени подробного и всестороннего исследования и оценки обстоятельств (материалов) дела и доводов/возражений сторон, исходя в частности из того, что, действительно, определение Арбитражного суда Приморского края от 19.07.2019 г. по делу № А51-4606/2018, как одно из обстоятельств на которых арбитражный суд по настоящему делу основывал свои выводы, не имеет преюдициального значения в понимании части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса РФ для ФИО3, как лица, не участвовавшего в рассмотрении спора по делу № А51-4606/2018; вместе с тем, с учетом, помимо прочего, принципа обязательности судебного акта (статья 16 Арбитражного процессуального кодекса РФ) все иные лица, включая арбитражные суды в рамках других дел (споров) не могут игнорировать выводы вступившего в законную силу судебного акта (т.е. в данном случае - определения Арбитражного суда Приморского края от 19.07.2019 г. по делу № А51-4606/2018 с судебными актами вышестоящих инстанций по его пересмотру), и обратное возможно только в случае, если заинтересованное в этом лицо, для которого ранее вынесенные судебные акты не имеют преюдициального значения – в силу его неучастия (непривлечения) в соответствующем споре (деле), т.е. в настоящем случае – это ФИО3, опровергнет эти выводы (ранее установленные судом обстоятельства) в установленном процессуальным законодательством порядке.

В этой связи и для обеспечения такой возможности апелляционный суд, как указано выше, принял меры для получения и исследования дополнительных доказательств по делу, и в первую очередь – подтверждающих факт наличия встречного исполнения в пользу должника по Договору подряда с ООО «КЭР-ДВ» (ООО «Астра Инжиниринг Компани») на спорную сумму, что могло бы влечь вывод об отсутствии убытков на стороне Общества в результате действий по перечислению последним спорных средств в пользу Субподрядчика; однако, представленными дополнительно документами, как приобщенными по ходатайству ответчика, так и полученными в результате истребования доказательств у иных лиц, факт выполнения указанным Субподрядчиком работ на всю перечисленную ему должником сумму - 1 291 494 679 руб. 67 коп. – не доказано, а равно как и не опровергнут факт подтвержденной двусторонним Актом сверки взаимных расчетов задолженности Субподрядчика перед ООО «КЭР» на сумму авансированных, но не выполненных работ в размере 1 018 936 915 руб. 25 коп., применительно к чему апелляционный суд исходит из того, что действительно, как с учетом этого акта, так и в соответствии с дополнительными представленными документами, между сторонами имелись соответствующие отношения – подряда, более того, как минимум в части – в сумме разницы между размером перечисленных авансов - 1 291 494 679 руб. 67 коп. – и суммой задолженности по указанному акту сверки - в размере 1 018 936 915 руб. – эти отношения (по исполнению обязательств по Договору подряда, будь это непосредственно стоимость выполненных работ и/или понесенных Субподрядчиком расходов, например – на закупку материалов и т.п.) носили реальных характер; вместе с тем, это  само по себе не опровергает, что в остальной части – сумме заявленных убытков – перечисленные Субподрядчику авансы освоены не были (иного ответчиком в нарушение части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса РФ не доказано с предоставлением ему при  этом, как указано выше, необходимых процессуальных инструментов для этого, и в частности – предусмотренного частью 4 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса РФ), при том, что с учетом должной степени разумности, осмотрительности и добросовестности (соблюдение которых позволило бы сделать вывод об отсутствии вины на стороне ответчика в возникновении у должника заявленных убытков) ФИО3, очевидно, мог бы (иного им опять же не доказано) или – как минимум – должен был принять меры для исключения этих убытков (необоснованных расходов) на стороне Общества – путем приостановления авансирования, предъявления требований о предъявлении к сдаче результатов выполненных работ, о возврате неосвоенных сумм авансов и и.д., что им сделано не было.

Применительно к изложенному суд также отмечает, что Подрядчик и Субподрядчик безусловно являлись аффилированными по отношению друг к другу, с учетом чего, а также размера взаимных обязательств и изложенных выше требований Устава Общества, ответчик должен был исходить из необходимости повышенной степени осмотрительности при оформлении соответствующих отношений, в т.ч. движения денежных средств (перечисления), и в частности осуществлять их только при наличии безусловного согласия (или – как минимум - осведомленности) Правления на это (как это и предусмотрено Уставом), что в данном случае места не имеет, при том, что ссылка на ответчика на иное – возможность осуществления платежа должником (его Филиалом в лице руководителя) только при наличии акцепта на это со стороны Правления Общества) или иного уполномоченного органа лица (органа управления) – в силу, как он указывает, условий банковского обслуживания Филиала – представляется в недостаточной степени подтвержденной материалами дела (недоказанной ответчиком); также как, применительно к позиции о выполнении работ Субподрядчиком на спорную сумму, отклоняет суд довод ответчика о дальнейшей сдаче спорных работ должником своему заказчику - АО «ДВЗ «Звезда», поскольку это  само по себе не означает, что эти работы были выполнены именно ООО «КЭР-ДВ» (ООО «Астра Инжиниринг Компани») и не могли быть выполнены самим Обществом, в отношении чего суд также отмечает недоказанность ФИО3 (неподтвержденность материалами дела), вопреки его утверждению, факта наличия соответствующей возможности (проведения работ, как то - наличие оборудования/техники, персонала, опыта работ и т.д.) у Субодрядчика (что, к тому же, опровергается также и определением Арбитражного суда Приморского края от 19.07.2019 г. по делу № А51-4606/2018) и – в то же время – отсутствие ее у Общества, тем более, что сам ответчик, ссылаясь на выполнение спорных работ ООО «КЭР-ДВ», в предыдущем заседании в своих пояснениях сослался на дальнейшее перепоручение им работ иным лицам, т.е. привлечение к работам уже субсубподрядчиков, что, однако, им опять же документально не подтверждено.

Равным образом не признает апелляционный суд влияющими на выводы суда первой инстанции и иные доводы жалобы ответчика, и в частности – факт осуществления трех из спорных платежей уже после увольнения ФИО3, поскольку общая сумма платежей, осуществленных им (в период исполнения им полномочий директора Филиала), в любом случае превышает сумму заявленных убытков, а также – о пропуске управляющим срока исковой давности, как по требованию, поданному от имени Общества, заявление о чем (пропуске срока) сделано ответчиком в суде первой инстанции, применительно к чему апелляционный суд исходит из правомерности позиции последнего о начале течения этого срока с момента, когда о наличии соответствующих обстоятельств (повлекших возникновение убытков) узнал непосредственно управляющий, поскольку рассматриваемые требования заявлены на основании специальных норм Закона о банкротстве в интересах уже не столько должника, находящегося в процедуре конкурсного производства, а его кредиторов, и даже если исходить из иного – ответчиком не доказано и из материалов дела не усматривается, в какой момент само Общество в лице его уполномоченных лиц (органов управления, имеющих право на инициирование спора о взыскании убытков) узнало о спорных убытках (с учетом, как указано выше, недоказанности факта осуществления спорных платежей с согласия или, хотя бы, при уведомления об этом Правления или иного органа управления должника), т.е. с какого момента в этом случае необходимости исчислять срок исковой давности, который, к тому же, мнению суда, необходимо исчислять с учетом даты принятия (а вернее - вступления в законную силу) судебного акта, в силу выводов которого должник был лишен возможности компенсировать свои убытки (возвратить неосновательное обогащение) в обычном гражданско-правовом порядке, т.е. в данном случае – это опять же определение Арбитражного суда Приморского края от 19.07.2019 г. по делу № А51-4606/2018 об отказе во включении спорной суммы в реестр требований кредиторов ООО «Астра Инжиниринг Компани».

В силу изложенного апелляционный суд признает обжалуемое определение соответствующим нормам материального и процессуального права и фактическим обстоятельствам дела (при отсутствии помимо прочего и оснований, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса РФ), а апелляционные жалобы – не подлежащими удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 266, 268, 271 и 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 30.08.2021 г. по делу № А56-103383/2017/уб оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО3 - без удовлетворения.

Возвратить ФИО3 из бюджета РФ излишне уплаченную государственную пошлину по апелляционной жалобе в сумме 3 000 руб.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

И.В. Сотов

 

Судьи

 

Е.В. Бударина

Д.В. Бурденков