Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А40-7499/23-73-20

13 июля 2023 года

город Москва

Резолютивная часть решения объявлена 23.06.2023 года

Полный текст решения изготовлен 13.07.2023 года

 

Арбитражный суд г. Москвы в составе:

Судьи Таранниковой К.А., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании заявление ООО «МашИнтер» (правопреемник АО «Нефтепромбанк») к лицу, участвующему в рассмотрении заявления – АО «Единый Таможенный Поручитель», третьи лица - ООО «ОптимаСервис», конкурсный управляющий ООО «ОптимаСервис» ФИО2, ФИО3, финансовый управляющий ФИО3 - ФИО2, ООО «АКИН» 

о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки, 

при участии: представителей истца, представителя ответчика АО «Единый Таможенный Поручитель» (согласно протоколу) 

 

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы 30.06.2021 по делу № А40-83510/21-73-155 «Б» акционерный коммерческий нефтяной инвестиционно-промышленный банк (акционерное общество) (сокращенное наименование – АО «Нефтепромбанк») (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) (далее – должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство сроком на один год, функции конкурсного управляющего должника возложены на Государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов».

В арбитражный суд 11.04.2022 поступило заявление конкурсного управляющего должника о признании недействительным соглашения от 15.04.2020 о расторжении договора №01-2020 от 02.03.2020, заключенного между должником и АО «Единый Таможенный Поручитель», и применении последствий недействительности сделки.

Определением  Арбитражного суда города Москвы от 12.10.2022 завершено конкурсное производство в отношении акционерного коммерческого нефтяного инвестиционно-промышленного банка (акционерное общество) (сокращенное наименование – АО «Нефтепромбанк») (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>); все права, принадлежащие АО «Нефтепромбанк» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), признаны перешедшими к ООО «МашИнтер» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>). АО «Нефтепромбанк» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) заменено на ООО «МашИнтер» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>); выделено из дела № А40-83510/21-73-155 «Б» о банкротстве АО «Нефтепромбанк» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в отдельное исковое производство Арбитражного суда города Москвы, с присвоением отдельного номера дела и одновременной заменой АО «Нефтепромбанк» на  ООО «МашИнтер» заявление об оспаривании сделок с участием АО «Единый Таможенный Поручитель».  

Определением суда от 18.01.2023 из дела № А40-83510/21-73-155 «Б» о банкротстве АО «Нефтепромбанк» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) выделено в отдельное исковое производство Арбитражного суда города Москвы, с присвоением отдельного номера дела и одновременной заменой АО «Нефтепромбанк» на  ООО «МашИнтер» обособленный спор по заявлению о признании недействительным соглашения от 15.04.2020 о расторжении договора №01-2020 от 02.03.2020, заключенного между должником и АО «Единый Таможенный Поручитель», и применении последствий недействительности сделки.  

Определением  Арбитражного суда города Москвы от 20.01.2023 заявлению присвоением отдельный номер № А40-7499/23-73-20, назначено предварительное судебное заседание.

В настоящем предварительном судебном заседании рассматривалось заявление ООО «МашИнтер» (правопреемник АО «Нефтепромбанк») к лицу, участвующему в рассмотрении заявления – АО «Единый Таможенный Поручитель», третьи лица - ООО «ОптимаСервис», конкурсный управляющий ООО «ОптимаСервис» ФИО2, ФИО3, финансовый управляющий ФИО3 - ФИО2, ООО «АКИН» о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 06.03.2023 конкурсный управляющий ООО «ОптимаСервис» (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>) ФИО4 привлечена к участию в рассмотрении заявления в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора. 

Третьи лица ООО «ОптимаСервис», конкурсный управляющий ООО «ОптимаСервис», ФИО3, финансовый управляющий ФИО3 - ФИО2, ООО «АКИН» в судебное заседание не явились, извещены о времени и месте судебного заседания в соответствии со ст. 123 АПК РФ. Дело слушается в их отсутствие в соответствии со ст. 156 АПК РФ. 

Представитель истца поддержал заявленные требования в полном объеме. Ходатайствовал об отложении судебного заседания. 

Представитель ответчика возражал против удовлетворения заявленных требований, ходатайствовал о прекращении производства по заявлению, об оставлении заявления без рассмотрения.

Представитель истца возражал против удовлетворения заявленных ходатайств о прекращении производства по заявлению, об оставлении заявления без рассмотрения.

Согласно пп. 5 п. 4 ст. ст. 189.78 и ст.ст. 61.1, 61.9 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ (ред. от 29.12.2014) «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) конкурсный управляющий кредитной организации вправе направлять заявления о признании недействительными или применении последствий недействительности ничтожных сделок, совершенных кредитной организацией, в том числе в порядке и по основаниям, которые предусмотрены настоящим Федеральным законом, об истребовании имущества кредитной организации у третьих лиц, о расторжении договоров, заключенных кредитной организацией, и совершать другие действия по защите прав и законных интересов кредитной организации и ее кредиторов, предусмотренные федеральным законом, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Согласно ст. 189.40 Закона о банкротстве сделка, совершенная кредитной организацией (или иными лицами за счет кредитной организации) до даты назначения временной администрации по управлению кредитной организацией либо после такой даты, может быть признана недействительной по заявлению руководителя такой администрации в порядке и по основаниям, которые предусмотрены настоящим Федеральным законом, а также Гражданским кодексом Российской Федерации и другими федеральными законами, с учетом особенностей, установленных настоящим параграфом.

Из материалов дела следует, что Приказом Банка России от 09.04.2021 г. № ОД – 618 у АО «Нефтепромбанк» (далее – Банк) отозвана лицензия на осуществление банковских операций.

Приказом Банка России от 09.04.2021 г. № ОД-619 назначена временная администрация по управлению кредитной организацией.

Решением Арбитражного суда города Москвы 30.06.2021 по делу № А40-83510/21-73-155 «Б» в отношении АО «Нефтепромбанк» открыто конкурсное производство, функции конкурсного управляющего должника возложены на ГК «Агентство по страхованию вкладов». 

Как следует из заявления, конкурсный управляющий при осуществлении обязанностей, возложенных на него Законом о банкротстве, выявил ряд сделок, обладающих признаками недействительности. 

Решением Кузьминского районного суда г. Москвы от   08.11.2017 с ООО «ОптимаСервис» и ФИО3 солидарно взыскано в пользу Банка 110 123 889,13 рублей задолженности по оплате по Договору № 02-2015 уступки прав требования (цессии) от 14.12.2015, в том числе: сумма основного долга в размере 93 480 078,98 рубля; задолженность по уплате комиссии за рассрочку  платежей  в размере 16 643 810,15 рублей. Также с ООО «ОптимаСервис» в пользу Банка взысканы расходы по уплате государственной пошлины в размере 36 000 рублей, с ФИО3 взысканы расходы по уплате государственной пошлины в размере 30 000 рублей.        

Между Банком и АО «Единый Таможенный Поручитель» (далее - АО «ЕТП») был заключен Договор цессии №01-2020 от 02.03.2020, согласно которому Банк обязуется уступить АО «ЕТП» права требования к ООО «ОптимаСервис» и ФИО3 по обязательствам из Решения Кузьминского районного суда г. Москвы от 08.11.2017 по делу №2-4689/2017. Общая сумма уступленных прав требований согласно Договору цессии № 01-2020 от 02.03.2020 может составлять 54 526 722,07 рубля, в том числе: сумма основного долга в размере 43 457 563,59 рубля; задолженность по уплате комиссии за просрочку платежей в размере 10 967 158,48 рублей; государственной пошлины в размере 6 000 рублей.

Согласно п. 1.5 Договора цессии № 01-2020 от 02.03.2020 в случае, если АО «ЕТП» будет осуществлять выкуп права требования частично, то право требования перейдет к АО «ЕТП» частично в объеме части цены права требования, оплаченной АО «ЕТП», с момента оплаты частично выкупаемого права требования.     

Актом № 1 к Договору цессии № 01-2020 от 02.03.2020 установлено, что АО «ЕТП» осуществило оплату на сумму 17 000 000 руб., а также то, что АО «ЕТП» приобретает право требования к ООО «ОптимаСервис» и ФИО3, по обязательствам из Решения Кузьминского районного суда от 08.11.2017 по делу № 2-4689/2017 в виде основного долга в размере 17 000 000 рублей.

В дальнейшем между Банком и АО «ЕТП» было заключено Соглашение от 15.04.2020 о расторжении Договора цессии №01-2020 от 02.03.2020 (оспариваемая сделка), согласно которому Банк и АО «ЕТП» пришли к соглашению о расторжении Договора № 01-2020 от 02.03.2020, а Банк обязался в срок не позднее 01.06.2020 вернуть АО «ЕТП» 17 000 000 рублей.

17.06.2020 Банк перечислил на расчетный счет АО «ЕТП» 10 000 000 рублей в счет исполнения своих обязательств по Соглашению о расторжении договора.

23.06.2020 Банк перечислил на расчетный АО «ЕТП» 7 000 000 рублей в счет исполнения своих обязательств по Соглашению о расторжении договора.

Таким образом, Банк стал кредитором ООО «ОптимаСервис» и ФИО3 по обязательствам из Решения Кузьминского районного суда г. Москвы от 08.11.2017 по делу №2-4689/2017.       

Конкурсный управляющий Банка считает Соглашение от 15.04.2020 о расторжении договора № 01-2020 от 02.03.2020, заключенное между Банком и АО «ЕТП» (далее - Соглашение о расторжении договора) недействительной сделкой на основании п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

После заключения Соглашения о расторжении договора, между Банком и ООО «АКИН» был заключен Договор цессии № 06-2020 от 04.12.2020, согласно которому к ООО «АКИН» переходят права требования к ООО «ОптимаСервис» и ФИО3, по обязательствам из Решения Кузьминского районного суда от 08.11.2017 по делу № 2-4689/2017 в общем размере 54 430 722,07 рубля, в том числе:         сумма основного долга в размере 43 457 563,59 рубля; задолженность по уплате комиссии за просрочку платежей в размере 10 967 158,48 рублей; государственной пошлины в размере 6 000 рублей.

Согласно п. 3.1. Договора цессии № 06-2020 от 04.12.2020 общая цена уступки права требования по обязательствам составляет 3 000 рублей.

Таким образом, кредитором ООО «ОптимаСервис» и ФИО3 по обязательствам из Решения Кузьминского районного суда от 08.11.2017 по делу № 2-4689/2017 в настоящий момент является ООО «АКИН».

Конкурсный управляющий считает, что Соглашение о расторжении договора было произведено на нерыночных условиях, о чем на момент заключения сделки было известно и Банку, и ООО «ЕТП». Банком при заключении Соглашения о расторжении договора были уплачены денежные средства в размере 17 000 000 рублей в пользу ООО «ЕТП».

ООО «ЕТП» на момент заключения Соглашения о расторжении договора являлось аффилированным лицом Банка: с 27.05.2014 по 17.06.2021 100% акционером ООО «ЕТП» являлась ООО «Страховая компания «Арсеналъ». ООО «Страховая компания «Арсеналъ» является 40% акционером Банка.

На момент заключения Соглашения о расторжении договора (15.04.2020) ООО «ОптимаСервис» и ФИО3 не исполняли Решение Кузьминского районного суда от 08.11.2017 по делу № 2-4689/2017 более чем два года. 

В отношении ООО «ОптимаСервис» 06.12.2018 в Гагаринском ОСП УФССП по г. Москве было возбуждено исполнительное производство № 65848/18/77006-ИП.

В отношении ФИО3 28.06.2018 в Мытищинском районном ОСП УФССП по Московской области было возбуждено исполнительное производство № 37220/18/50023-ИП.          

В процессе исполнительных производств в отношении ООО «ОптимаСервис» и ФИО3 денежные средства Банку не поступали.

Более того, в дальнейшем ООО «ОптимаСервис» Решением Арбитражного суда г.Москвы от 30.06.2021 по делу №А40-83510/2021 было признано несостоятельным (банкротом) по заявлению Банка.

В ходе процедуры конкурсного производства конкурсным управляющим ООО «ОптимаСервис» проведена инвентаризация активов ООО «ОптимаСервис». По результатам инвентаризации конкурсным управляющим ООО «ОптимаСервис» составлен акт об отсутствии у ООО «ОптимаСервис» дебиторской задолженности, основных средств производства, а также торговых запасов на складе.

Также ФИО3 Решением Арбитражного суда Московской области от 20.10.2021 по делу № А41-57671/2020 был признан несостоятельным (банкротом) по заявлению Банка.

В процедуре банкротств ООО «ОптимаСервис» и ФИО3 денежные средства Банку не поступали.

Соответственно, Конкурсный управляющий считает, что на момент заключения Соглашения о расторжении, и Банку, и ООО «ЕТП» было известно о невозможности ООО «ОптимаСервис» и ФИО3. удовлетворить обязательства из Решения Кузьминского районного суда от 08.11.2017 по делу № 2-4689/2017, однако, при этом Банк уплатил за передаваемые права требования 17 000 000 рублей.

 В дальнейшем между Банком и ООО «АКИН», который является экономически аффилированным лицом по отношению к Банку, был заключен Договор цессии № 06-2020 от 04.12.2020.

Так, ООО «АКИН» экономически связан по договорам займа с ООО «Виктория ТРЭЙД». Участником с долей в 99% ООО «Виктория Трэйд» с 29 марта 2016 г. по настоящее время является ООО «АРСЕНАЛЪ-КАПИТАЛ». В свою очередь участником долей в 100% в ООО «АРСЕНАЛЪ-КАПИТАЛ» с 3 июня 2015 г. по настоящее время является ФИО5 ФИО5 является контролирующим бенефициаром Банка членом наблюдательного совета, согласно схеме Банка России, оказывал значительное влияние на Банк.

О нерыночности Соглашения о расторжении договора также свидетельствует Договор цессии № 06-2020 от 04.12.2020, заключенный между Банком и ООО «АКИН» спустя 8 месяцев после заключения Соглашения о расторжении договора, согласно которому права требования к ООО «ОптимаСервис» и ФИО3 были оценены в 3 000 рублей. Разница в оценке прав требований к ООО «ОптимаСервис» и ФИО6 при заключении Соглашении о расторжении договора (15.04.2020) и цессии с ООО «АКИН» (04.12.2020) составила 24 146 раз.     

В соответствии с п. 1 ст. 61.1. Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 8 постановления от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснил, что пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется (пункт 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Согласно п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 5 Постановления Пленума от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", для признания сделки недействительной по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В пункте 6 указанного Постановления суд надзорной инстанции разъяснил, что цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества суд надзорной инстанции рекомендовал исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом ст. 2 Закона о банкротстве, которыми под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника, а под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)", исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Так, пунктом 1 статьи 10 ГК РФ установлен запрет на осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам (кредиторов должника) или создающее условия для наступления вреда (требования кредиторов могут быть не удовлетворены, в частности вследствие совершения сделки по выводу имущества из собственности должника).

По смыслу ст. 10 ГК РФ злоупотребление гражданским правом заключается в превышении пределов дозволенного гражданским правом осуществления своих правомочий путем осуществления их с незаконной целью или незаконными средствами, с нарушением при этом прав и законных интересов других лиц.

При этом основным признаком наличия злоупотребления правом является намерение причинить вред другому лицу, намерение употребить право во вред другому лицу.

Для признания сделки недействительной по основанию ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) необходимо установить, что такая сделка направлена на нарушение прав и законных интересов кредиторов, и совершая оспариваемую сделку, стороны или одна из них намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

Для квалификации по ст. 10 и 168 ГК РФ требуется доказать не просто осведомленность контрагента, но намеренность, то есть, умышленность действий сторон сделки.

Только при доказанности данного обстоятельства к сделке может быть применена общегражданская квалификация по ст. 10 и 168 ГК РФ.

При этом добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 ГК РФ).

Согласно пункту 2 статьи 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно статье 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений; обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле.

Судом отклоняется довод заявителя о признаках неплатежеспособности Банка на дату совершения сделки. 

В соответствии со ст. 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника, под неплатежеспособностью -прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Согласно п. 1 ст. 189.8 Закона о банкротстве кредитная организация считается неспособной удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам, о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязанности не исполнены ею в течение четырнадцати дней после наступления даты их исполнения и (или) стоимость имущества (активов) кредитной организации недостаточна для исполнения ее обязательств перед кредиторами и (или) обязанности по уплате обязательных платежей.

Соответственно, для установления недостаточности имущества АО «Нефтепромбанк» необходимо произвести расчет его активов и обязательств на конкретные моменты времени.

Формирование отчетности российских кредитных организаций и отражение активов и пассивов в отчетности на рассматриваемый момент регламентировалось Указанием Банка России от 08.10.2018 г. № 4927-У «О перечне, формах и порядке составления и представления форм отчетности кредитных организаций в центральный банк российской федерации», Положением Банка России от 27.02.2017 г. № 579-П «О плане счетов бухгалтерского учета для кредитных организаций и порядке его применения».

Методика определения стоимости имущества (активов) и обязательств кредитной организации, действующая на рассматриваемой период времени, утверждена Указанием Банка России от 15.07.2015 г. № 3728-У.

Обязательные нормативы ликвидности установлены Инструкцией Банка России от 29.11.2019 г. № 199-И «Об обязательных нормативах и надбавках к нормативам достаточности капитала банков с универсальной лицензией».

Отчетность российских кредитных организаций публикуется на сайте Банка России (http://\vww.cbr.i,u/banking_sector/credit/coinfo/?id=450000291). В состав отчетности входит форма 0409101 «Оборотная ведомость по счетам бухгалтерского учета кредитной организации», форма 0409102 «Отчёт о финансовых результатах», форма 0409123 «Расчёт собственных средств (капитала) («Базель III»)», форма 0409135 «Информация об обязательных нормативах и о других показателях деятельности кредитной организации».

Из Оборотной ведомости по счетам бухгалтерского учета кредитной организации (форма 0409101) по состоянию на 01.04.2020 г. (https://www.cbr.ru/banking_sector/credit/coinfo/fl01/?regnum=2156&dt=2020-04-01) следует, что активы АО «Нефтепромбанк» составляли 9 730 965 тыс. руб., а обязательства, - 8 714 014 тыс. руб., соответственно, активы превышали обязательства на 1 016 951 тыс. руб.

Таким образом, в период заключения оспариваемой сделки у АО «Нефтепромбанк» не было признаков недостаточности имущества, незначительный дефицит был выявлен только непосредственно перед отзывом лицензии, однако по результатам дополнительной проверки в процессе работы временной администрации и конкурсного управляющего, уже на дату первого собрания кредиторов должника можно сделать вывод о достаточности активов для погашения всех обязательств АО «Нефтепромбанк».

Доказательств того, что какие-либо денежные обязательства АО «Нефтепромбанк» не были исполнены им в течение четырнадцати дней после наступления даты их исполнения, в материалы дела представлено не было.

Как следует из ответа ГК «АСВ» № 68К/264297 от 09.11.2022 г. на адвокатский запрос Коллегии адвокатов «Тарло и партнеры» № 5/22 от 19.10.2022 г., наличия картотеки по банковскому счету АО «Нефтепромбанк» (корреспондентским счетам банка) не было.

Соответственно, в период заключения оспариваемой сделки у АО «Нефтепромбанк» не было признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества по смыслу ст. 2 и п. 1 ст. 189.8 Закона о банкротстве.

Истец основывает свой довод об обратном на утверждении о выдаче банком с 17.02.2020 г. невозвратных кредиторов на общую сумму 4 млрд. 20 млн. руб., что не может быть надлежащим доказательством. Кроме того, большая часть указанных истцом кредитов была выдана после появления «нового» руководства, о котором ответчик подробно написал в отзыве на заявление, ГК «АСВ» не отнес все эти кредиты к «техническим кредитам», ООО «МашИнтер» не учитывает, в какой момент эти кредиты перестали обслуживаться. Кроме того, по части данных якобы невозвратных кредитов ООО «МашИнтер» получил удовлетворение: так, по кредиту АО «ФАРЭЛ» было заключено мировое соглашение 08.06.2023 г. (дело № А41-43584/21), по кредиту KOMAKSAVIA AIRPORT INVEST LTD вынесено решение о взыскании (дело № А40-131145/21). По части же удовлетворение не было получено ООО «МашИнтер» в связи с полным отсутствием интереса с его стороны: было оставлено без рассмотрения заявление к Авиакомпании «AIR MOLDOVA» (дело № А40-103975/22), прекращено производство по делу о банкротстве ФИО7 (дело № А41-21421/22), требования к ООО «Продресурс», ООО «Кварта», ООО «Руснефтехимторг», ООО «Санкт-Петербургская Трубная Компания», ООО «Лайм», ООО «Бизнесорбита» в судебном порядке не были заявлены.

Необходимо также учитывать, что на момент заключения оспариваемой сделки (15.04.2020 г.) было выдано только два из перечисленных истцом кредитов.

Ссылки ООО «Машинтер» на предписания Банка России также не свидетельствует о наличии у АО «Нефтепромбанк» в период совершения оспариваемой сделки признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества.

В 2020 - 2021 годах Банк России направил АО «Нефтепромбанк пять предписаний: № 12-1-1/ 1724ДСП от 27.04.2020 г., № 36-11-3-1/1179ДСП от 11.02.2021 г., № 36-11-3-1/2249ДСП от 02.03.2021 г., № 36-11-3-1/3599ДСП от 05.04.2021 г. и № 36-11-3-1/3652ДСП от 06.04.2021 г.

Все данные предписания были выданы Банком России после совершения оспариваемой сделки.

При этом самое ближайшее к дате оспариваемой сделки, - Предписание Банка России № 12-1-1/ 1724ДСП от 27.04.2020 г., касалось нарушения требований ст.7 Закона № 115-ФЗ в части достоверности сведений, представленных в уполномоченный орган. Банку предъявлено требование об устранении нарушений. Данное предписание никак не повлияло и не могло повлиять на финансовое состояние кредитной организации.

Соответственно, наличие указанных предписаний Банка России не свидетельствует о неплатежеспособности или недостаточности имущества АО «Нефтепромбанк» в период совершения оспариваемой сделки.

Как следует из материалов дела, между АО «Нефтепромбанк», и ответчиком АО «ЕТП», 02.03.2020 г. был заключен договор цессии № 01-2020 (далее - «Договор цессии») (т. 1 л.д. 61-64), согласно условиям которого цедент обязуется уступить по требованию цессионария права требования уплаты денежных средств (далее - «Право требования») к ООО «ОптимаСервис» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) и ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.), основанные на решении Кузьминского районного суда г. Москвы от 08 ноября 2017 года по гражданскому делу № 2-4689/17 по иску банка к указанным лицам о расторжении договора цессии № 02-2015 от 14.12.2015 г., взыскании задолженности, возмещении судебных расходов (п. 1.1.).

Общая сумма уступленных Прав требования по Договору цессии может составить сумму в размере 54 520 722 рублей 07 копеек (п. 1.2.). Цедент уступает цессионарию права требования по номинальной цене (п. 3.1.).

По условиям Договора цессии право требования переходит от Цедента к Цессионарию в момент оплаты цены Права требования (его части), установленной в п. 3.1. договора. При этом цедент обязуется в течение 30 календарных дней после осуществления выкупа Права требования на сумму не менее 10 000 000 руб. оформить процессуальное правопреемство в соответствии со ст. 444 ГПК РФ в Кузьминском районном суде г. Москвы в объеме цены права требования, оплаченной цессионарием (п. 2.6.).

31.03.2020 г. платежным поручением № 104 ответчик осуществил должнику оплату по Договору цессии в размере 17 000 000,00 руб., в связи с чем сторонами был подписан акт № 1 от 31.03.2020 г. о приобретении права требования в соответствующем размере (т. 1 л.д. 65).

Согласно пояснениям ответчика, в 2020 году возникли препятствия для выполнения цедентом своей обязанности по Договору цессии по оформлению процессуального правопреемства (п. 2.6. Договора цессии), в связи с чем 09.04.2020 г. ответчик обратился к должнику с предложением расторгнуть договор цессии. 

Так, Указом Президента от 02.04.2020 г. № 239 «О мерах по обеспечению санитарно-эпидемиологического благополучия населения на территории Российской Федерации в связи с распространением новой коронавирусной инфекции (COVID-19)» и Указом Мэра Москвы от 05.03.2020 г. № 12-УМ в редакции Указа Мэра Москвы от 02.04.2020 г. № 36-УМ, были введены ограничения, повлиявшие, в том числе, и на работу судов города Москвы. Постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации и Президиума Совета судей Российской Федерации от 08.04.2020 г. судам было рекомендовано рассматривать только дела и материалы безотлагательного характера (п. 3).

15.04.2020 г. АО «Нефтепромбанк» и ответчик подписали оспариваемое в настоящем деле соглашение о расторжении Договора цессии, в соответствии с условиями которого цедент обязался в срок не позднее 01.06.2020 г. вернуть ответчику уплаченные по Договору цессии денежные средства в размере 17 000 000,00 руб. (п. 2.1.), и с момента такого возврата права требования переходили обратно к цеденту (п. 2.2.).

29.05.2020 г. АО «Нефтепромбанк» обратилось к ответчику с просьбой продлить срок возврата денежных средств до 01.07.2020 г. с уплатой процентов за рассрочку платежа в размере 5%, о чем стороны подписали Дополнительное соглашение от 29.05.2020 г. к оспариваемому соглашению о расторжении Договора сессии (т. 1 л.д. 67).

Судом установлено, что цена права требования, отчужденного должником на основании Договора цессии, обусловленная п. 3.1. данного договора, соответствует номинальной стоимости передаваемых прав. Соответственно, и цена права требования, возвращаемого по оспариваемому соглашению, также соответствует номинальной стоимости передаваемого права требования.

Таким образом, право требования было возвращено должнику ответчиком за его реальную рыночную стоимость и за ту же стоимость, по которой право было получено ответчиком по Договору цессии за 2 недели до его расторжения оспариваемым соглашением.

ГК «АСВ» основывает требование о признании недействительным оспариваемого соглашения на том, что на момент его заключения, 15.04.2020 г., и должнику и ответчику, как аффилированным лицам, было известно о том, что сделка была совершена на нерыночных условиях, поскольку на данный момент переданное по соглашению требование не исполнялось уже более двух лет, должник ООО «ОптимаСервис» решением Арбитражного суда г. Москвы от 30.06.2021 г. по делу № А40-83510/2021 был признан несостоятельным и в процессе инвентаризации его имущества в рамках конкурсного производства было выявлено отсутствие каких-либо активов, должник ФИО3 решением Арбитражного суда г. Москвы от 20.10.2021 г. по делу № А40-57671/2020 также был признан несостоятельным; 04.12.2020 г. это же требование было передано по договору цессии № 06-2020 ООО «Акин» за 3 000,00 руб. 

Ответчик не отрицает наличие формально-юридической заинтересованности должника и АО «ЕТП» как на момент заключения Договора цессии, 02.03.2020 г., так и на момент Заключения соглашения о его расторжении, 15.04.2020 г. Однако данное обстоятельство не подтверждает довод заявителя о том, что сторонам рассматриваемых взаимосвязанных сделок было известно об их неравноценности на момент их заключения, - по обычаям делового оборота (требования по исполняемым в добровольном порядке обязательствам не передаются третьим лицам по договорам цессии).

Также заведомую неравноценность сделок не могут подтверждать обстоятельства, произошедшие значительно позднее оспариваемой сделки - заключение договора цессии 04.12.2020 г., признание должников по передаваемым правам требования несостоятельными, соответственно, 30.06.2021 и 20.10.2021 г., проведение инвентаризации должника 24.02.2021 г. и 24.11.2021 г. 

В ходе рассмотрения настоящего обособленного спора истцом не было представлено доказательств того, что оспариваемая сделка привела к полной или частичной утрате возможности удовлетворить требования кредиторов. 

Заявителем не доказано, что сделка совершена безвозмездно.

Согласно п. 2 ст. 61.4. Закона о банкротстве сделки по передаче имущества и принятию обязательств или обязанностей, совершаемые в обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, не могут быть оспорены на основании пункта 1 статьи 61.2 и статьи 161.3 настоящего Федерального закона, если цена имущества, передаваемого по одной им нескольким взаимосвязанным сделкам, или размер принятых обязательств или обязанностей не превышает один процент стоимости активов должника, определяемой на основании Бухгалтерской отчетности должника за последний отчетный период.

Согласно опубликованному на сайте Банка России бухгалтерскому балансу должника на 01.04.2020 г. величина 1% от активов должника составляла 91,7 млн руб. (прилагается) .

Цена оспариваемой сделки, - 17 000 000.00 руб., что не превышает один процент стоимости активов должника, определяемой на основании бухгалтерской отчетности должника за предшествующий оспариваемой сделке отчетный период.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 14 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.12.2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - «Постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 г. № 63»), при определении того, была ли сделка совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности должника, следует учитывать, что таковой является сделка, не отличающаяся существенно по своим основным условиям от аналогичных сделок, неоднократно совершавшихся до этого должником в течение продолжительного периода времени. К таким сделкам, в частности, с учетом всех обстоятельств дела могут быть отнесены платежи по длящимся обязательствам (возврат очередной части кредита в соответствии с графиком, уплата ежемесячной арендной платы, выплата заработной платы, оплата коммунальных услуг, платежи за услуги сотовой связи и Интернет, уплата налогов и т.п.). Не могут быть, по общему правилу, отнесены к таким сделкам платеж со значительной просрочкой, предоставление отступного, а также не обоснованный разумными экономическими причинами досрочный возврат кредита.

Оспариваемая сделка, - соглашение о расторжении Договора цессии, которое нельзя рассматривать отдельно от Договора цессии, как и сам Договор цессии совершались в рамках обычной хозяйственной деятельности как должника, так и ответчика.

Договоры цессии являются для ответчика типичной сделкой, которые неоднократно им совершались в течение продолжительного периода времени, что подтверждается, в частности, договорами цессии от 01.04.2017 г. с ООО «Акин», от 01.06.2018 г с ООО «ВЭСТШИР» от 08.02.2023 г. с ООО «ТЕРМИНАЛ ДИРЕКТ», от 15.02.2023 г. с ООО «ТСТ» (приложены в материалы дела). 

Для должника договоры цессии, по которым должник является цедентом, также являются типичными сделками, которые неоднократно им совершались в течение продолжительного времени, что подтверждается, в частности, договорами уступки прав требования (цессии) № 02-2017   от 20.09.2017 г. и № 01-2018 от 27.02.2018 г. с ООО «Акин» об уступке прав требования к ООО «Монтажпрострой», № 02-2018 от 15.05.2018 г. об уступке прав требования к АО «Костромской завод автокомпонентов», № 03-2018 от 02.07.2018 г. с ООО «Акин» об уступке прав требования к ООО «Универсалстрой», № 04-2018 от 30.07.2018 г. об уступке прав требования к ООО «Костромская продовольственная компания», № 02-2018 от 03.10.2019 г. от 06.11.2018 г. и № 03-2020 от 20.11.2020 г. с ООО «Акин» об уступке прав требования к ООО «Славянское подворье Л», № 02-2019 от 03.10.2019 г. об уступке прав требования к ООО «Шатурская швейная мануфактура», № 04-2020 от 02.12.2020 г. с ООО «Акин» об уступке прав требования к ФИО8, № 05-2020 с ООО «Акин» от 02.12.2020 г, об уступке прав требования к ФИО9 и т.д.

При этом договоры уступки прав требования (цессии) № 02-2017 от 20.09.2017 г. и № 01-2018 от 27.02.2018 г. с ООО «Акин» об уступке прав требования к ООО «Монтажпрострой» были должником расторгнуты соответствующими соглашениями от 20.12.2018 г.

Таким образом, договоры уступки прав требования, также как и расторжение таких договоров не являются для должника и ответчика нетипичными сделками.

Доказательства того, что оспариваемая сделка не является ни для должника, ни для ответчика типичной, либо не была совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности сторон, в материалы дела не представлено. 

Таким образом, суд, руководствуясь положениями статей 61.1, 61.2 Закона о банкротстве, исходит из недоказанности совокупности условий (факт причинения вреда, цель причинения вреда и осведомленность ответчика об указанной цели), необходимых для признания соглашения о расторжении договора уступки в качестве подозрительной сделки.

В рассматриваемой ситуации с учетом конкретных обстоятельств обособленного спора, Истцом не представлено доказательств того, что оспариваемой сделкой было допущено злоупотребление правом сторонами сделки (в том числе со стороны ответчика) во вред кредиторам. На основании изложенного, суд не усматривает правовых оснований для применения к возникшим правоотношениям сторон оспариваемой сделки положений статей 10 ГК РФ.

Доказательства мнимости сделки в материалах дела отсутствуют.

Исследовав и оценив в соответствии со ст. 71 АПК РФ доказательства, суд пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения искового заявления. 

Ходатайства ответчика об оставлении искового заявления без рассмотрения либо прекращения производства по заявлению судом отклоняются. 

В данном случае имеет место ошибочность толкования положений пунктов 17 и 18 статьи 189.93 Закона о банкротстве, не предусматривающих ограничений на выделение в отдельное производство требований, основанных на процессуальном правопреемстве принадлежавших должнику прав, а также на обоснованность вывода суда первой инстанции о необоснованности преждевременного, до рассмотрения в рамках выделенных в отдельное производство обособленных споров по существу, прекращение производства о требованиям о признании сделок недействительными как могущее ввиду оставления незаконно полученного имущества за его владельцем повлечь нарушение интересов предоставившего финансирование третьего лица.

В связи с тем, что ООО «МашИнтер» является сингулярным правопреемником по правам и обязанностям признанного банкротом Банка в силу удовлетворения требований кредиторов должника, то ликвидация самого должника не влечет применительно к положениям статьи 419 Гражданского кодекса Российской Федерации прекращение обязательств с участием банка и, соответственно, применительно к положениям статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации – основанием для прекращения производства по обособленному спору.

Данный вывод суда подкреплен позицией Арбитражного суда Московского округа, изложенной в Постановлении от 06 апреля 2023 года по делу № А40-83510/2021. 

Ходатайство истца об отложении судебного заседания не подлежит удовлетворению в целях недопущения затягивания процесса.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 61.2, 61.3, 61.6, 61.8 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», ст.ст. 10, 168, 1709 ГК РФ, статьями 65-75, 123, 156, 184, 185, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

 

РЕШИЛ:

Отказать ООО «МашИнтер» в удовлетворении искового заявления о признании недействительным соглашение от 15.04.2020 о расторжении Договора №01-2020 от 02.03.2020, заключенное между АО «НЕФТЕПРОМБАНК» и АО «Единый Таможенный Поручитель».

Решение может быть обжаловано в месячный срок в арбитражный суд апелляционной инстанции.

 

Судья:

К.А. Таранникова