СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  ул. Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, https://7aas.arbitr.ru  

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

город Томск Дело № А02-581/2022  

Резолютивная часть постановления объявлена 14 февраля 2023 года.  Постановление изготовлено в полном объеме 21 февраля 2023 года.  

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи Дубовика В.С., судей Иванова О.А., 

 ФИО1,  

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Нетесовым И.М.  рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с  ограниченной ответственностью «НГНЖ» ( № 07АП-153/2023(2)) на определение  Арбитражного суда Республики Алтай от 12.12.2022 по делу № А02-581/2022 (судья  Борков А.А.) о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной  ответственностью «ТрансКарго» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), принятое по  заявлению общества с ограниченной ответственностью «НГНЖ» о включении требований  в реестр требований кредиторов должника  

при участии в судебном заседании: 

от уполномоченного органа – ФИО2 по доверенности от 09.12.2022, паспорт,  

УСТАНОВИЛ:

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной  ответственностью «ТрансКарго» (далее – ООО «ТрансКарго», должник) общество с  ограниченной ответственностью «НГНЖ» (далее – ООО «НГНЖ», заявитель) обратилось  в арбитражный суд с заявлением о включении требований в реестр требований  кредиторов должника.  

Определением Арбитражного суда Республики Алтай от 12.12.2022 в  удовлетворении заявленных требований отказано в полном объеме.  

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО «НГНЖ» обратилось в  Седьмой арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит определение  Арбитражного суда Республики Алтай от 12.12.2022 отменить, направить вопрос на новое  рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.  

В обоснование жалобы апеллянт ссылается на реальность договорных отношений с  должником по доставке грузов. Заявитель отмечает, что в результате допроса сотрудников  факт оказания услуг для ООО «ТрансКарго» не опровергнут.  

В порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации (далее – АПК РФ) УФНС России по Республике Алтай (далее –  уполномоченный орган) представило отзыв на апелляционную жалобу, в котором  возражает против ее удовлетворения.  

30.01.2023 от конкурсного управляющего ООО «ТрансКарго» ФИО3 также поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором управляющий  просит определение суда первой инстанции оставить без изменения.  

Представитель уполномоченного органа – ФИО2 в судебном заседании  поддержала доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу.  

Иные участвующие в деле лица, не обеспечившие личное участие и явку своих  представителей в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте  рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения  информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи с чем, суд апелляционной инстанции на  основании статей 123, 156, 266 АПК РФ рассмотрел апелляционную жалобу в их  отсутствие.  

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, отзывов на  нее, заслушав пояснения участника процесса, проверив законность и обоснованность  определения суда первой инстанции в порядке статьи 268 АПК РФ, арбитражный суд  апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены  судебного акта исходя из следующего.  

В соответствии с материалами дела, решением суда от 07.06.2022  ООО «ТрансКарго» признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре  ликвидируемого должника, в отношении должника введена процедура конкурсного  производства.  

29.06.2022 ООО «НГНЖ» обратилось в суд с заявлением об установлении и  включении требования кредитора в сумме 6 694 998 рублей в реестр требований  кредиторов должника.  

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении требований, исходил из того,  что заявитель является лицом, фактически аффилированным по отношению к должнику.  Установив порок воли сторон при совершении договора на оказание услуг по организации  доставки грузов, наличие умысла у участников данной сделки, их сознательное,  целенаправленное поведение, направленное на причинение вреда кредиторам должника,  которое носит явный и очевидный характер, суд пришел к выводу, что в рассматриваемом  случае, единственными целями подписания спорной сделки явилось получение  необоснованной налоговой выгоды и искусственное наращивание задолженности с целью  получения контроля над процедурой банкротства «дружественным» должнику  кредитором, а также «размывание» конкурсной массы, что свидетельствует о  недействительности сделки по основаниям, предусмотренным, в частности, статьей 10,  пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев обособленный спор и оценив  представленные в дело доказательства по правилам главы 7 АПК РФ, пришел следующим  выводам.  

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК  РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по  правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными  законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).  

Исходя из разъяснений, данных в пункте 26 постановления Пленума ВАС РФ от  22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел  о банкротстве», в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве)» проверка обоснованности и размера требований  кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих  требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие  возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой  стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует  исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в  отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера  задолженности.  

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда РФ от  23.04.2018 № 305-ЭС17-6779 по делу № А40-181328/2015, в условиях конкуренции  кредиторов за распределение конкурсной массы для пресечения различных  злоупотреблений законодательством, разъяснениями высшей судебной инстанции и  судебной практикой выработаны повышенные стандарты доказывания требований  кредиторов. Суды должны проверять не только формальное соблюдение внешних  атрибутов документов, которыми кредиторы подтверждают обоснованность своих  требований, но и оценивать разумные доводы и доказательства (в том числе косвенные  как в отдельности, так и в совокупности), указывающие на пороки сделок, цепочек сделок  (мнимость, притворность и т.п.) или иных источников формирования задолженности.  

Как следует из материалов дела, 16.12.2019 между ООО «НГНЖ» (исполнитель) и  ООО «Транс-Карго» (клиент) подписан договор на оказание услуг по организации  доставки грузов, в соответствии с которым исполнитель обязался оказывать клиенту за его  счет, комплекс услуг, связанных с организацией перевозки груза автотранспортом.  

Согласно пункту 2 договора исполнитель от своего имени, по поручению и за счет  клиента обязуется заключать договоры как длительного, так и разового характера о  перевозке грузов. Организовывать приемку груза от клиента и оказывать содействие в  заполнении сопроводительных документов. Сопровождать груз в пункт следования,  экспедировать, охранять и страховать его только по дополнительной заявке клиента и за  его счет. По отдельной письменной заявке клиента обязуется осуществить приемку груза  у третьих лиц в месте его нахождения по весу, объему.  

В соответствии с пунктом 4 указанного договора оплата услуг исполнителя  производится клиентом на основании счета. Стоимость услуг исполнителя определятся в  соответствии с действующими тарифами, утвержденными исполнителем.  

В обоснование заявленных требований ООО «НГНЖ» представлены: копия  договора на оказание услуг по организации доставки грузов, копии УПД, акта сверки  взаимозачётов, тарифы на услуги, заявки на перевозку грузов, транспортные накладные,  счета на оплату, претензия ООО «НГНЖ» к ООО «Транс-Карго» от 17.03.2022.  

Для предотвращения необоснованных требований к должнику и нарушений тем  самым прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением  задолженности должника - банкрота, предъявляются повышенные требования (пункт 26  Постановления № 35, пункт 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с  участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах  процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской  Федерации 20.12.2016). Судебное исследование этих обстоятельств должно отличаться  

большей глубиной и широтой по сравнению с обычным спором, тем более, если на такие  обстоятельства указывают лица, участвующие в деле. Для этого требуется исследование  не только прямых, но и косвенных доказательств и их оценка на предмет согласованности  между собой и позициями, занимаемыми сторонами спора.  

Такое распределение бремени доказывания обусловлено необходимостью  установления обоснованности и размера заявленного долга, возникшего из договора, и  недопущением включения в реестр необоснованных требований (созданных формально с  целью искусственного формирования задолженности с целью контролируемого  банкротства либо имевшихся в действительности, но фактически погашенных (в ситуации  объективного отсутствия у арбитражного управляющего документации должника и  непредставлении такой документации аффилированным лицом), поскольку такое  включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих  обоснованные требования.  

Судом первой инстанции правильно учтена сложившаяся судебная практика, в  соответствии с которой аффилированность может носить фактический характер без  наличия формально-юридических связей между лицами.  

Согласно позиции, изложенной в определениях Верховного Суда Российской  Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 доказывание  в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только  через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц  к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из  названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 9481 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках»  не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура  корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального  критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие  решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.  

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в  хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их  исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.  

При представлении доказательств аффилированности должника с участником  процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с  ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего  переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства.  

В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть  разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе  исполнения уже заключенного соглашения.  

Конечный бенефициар, не имеющий соответствующих формальных полномочий,  не заинтересован в раскрытии своего статуса контролирующего лица. Наоборот, он  обычно скрывает наличие возможности оказания влияния на должника. Его отношения с  подконтрольным обществом не регламентированы какими-либо нормативными или  локальными актами, которые бы устанавливали соответствующие правила, стандарты  поведения.  

При этом о наличии подконтрольности, в частности, могут свидетельствовать  следующие обстоятельства: действия названных субъектов синхронны в отсутствие к  тому объективных экономических причин; они противоречат экономическим интересам  должника и одновременно ведут к существенному приросту имущества лица,  привлекаемого к ответственности; данные действия не могли иметь место ни при каких  иных обстоятельствах, кроме как при наличии подчиненности одного другому и т.д.  

Учитывая объективную сложность получения арбитражным управляющим,  кредиторами отсутствующих у них прямых доказательств дачи указаний, судами должна  приниматься во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных  доказательств, сформированная на основании анализа поведения упомянутых субъектов.  Если заинтересованные лица привели достаточно серьезные доводы и представили  существенные косвенные доказательства, которые во взаимосвязи позволяют признать  убедительными их аргументы о возникновении отношений фактического контроля и  подчиненности, в силу статьи 65 АПК РФ бремя доказывания обратного переходит на  привлекаемое к ответственности лицо. (Определение Судебной коллегии по  экономическим спорам Верховного Суда РФ от 15.02.2018 № 302-ЭС14-1472(4,5,7) по  делу № А33-1677/2013).  

Целью судебной проверки требований кредитора является исключение у суда  любых разумных сомнений в наличии и размере долга, недопущение нарушения  имущественных прав добросовестных кредиторов должника.  

Как следует из выписки ЕГРЮЛ, ООО «НГНЖ» (ИНН 

<

***>)  зарегистрировано 14.11.2018. Основным видом деятельности Общества является  предоставление услуг по перевозкам.  

Из представленных заявок, счетов на оплату и универсальных передаточных  документов усматривается, что в рассматриваемый период заявитель оказывал должнику  услуги по организации доставки грузов.  

Между тем, в рамках проведения выездной налоговой проверки в отношении  ООО «Транс-Карго» (решение № 3661 о привлечении к ответственности за совершение  налогового правонарушения от 24.10.2022), налоговым органом были установлены  следующие обстоятельства, не опровергнутые заявителем при рассмотрении настоящего  спора:  

- ООО «НГНЖ» создано лицами осуществляющими управление группой компаний  Транскарго, юридическое лицо является взаимозависимым и подконтрольным  ООО «ТРАНС-КАРГО» ИНН: 

<

***>, что подтверждается совокупностью  следующих фактов:  

1. ООО «НГНЖ» создано одновременно с созданием ООО «Спец-Хранение».  Договор ООО «НГНЖ» заключен с ООО «ТРАНС-КАРГО» в один день с заключением  договора ООО «Спец-Хранение» с ООО «ТРАНС-КАРГО». Покупателями ООО «НГНЖ»  являются те же самые контрагенты, что и у ООО «Спец-Хранение»;  

2. Работники ООО «НГНЖ» являются лицами подконтрольными ООО «ТРАНСКАРГО», факты перевода сотрудников из организаций, входящих в группу компаний  «Транс-Карго», в ООО «НГНЖ» установлены в результате анализа справок по форме 2- НДФЛ, а также подтверждены протоколами допросов сотрудников ФИО4,  ФИО5 (адреса рабочих мест сотрудников, их должностные обязанности не  изменились). Таким образом, фактически услуги по организации доставки грузов  выполнялись силами сотрудников группы компаний Транскарго.  

Согласно выписке по расчетному счету и данным налогового органа,  ООО «НГНЖ» производило перечисление удержанного с работников НДФЛ по месту  регистрации предприятия (г. Самара), при этом фактически работники предприятия  проживали и осуществляли трудовую деятельность в иных городах;  

- имущество, транспортные средства, лицензии у ООО «НГНЖ» отсутствуют. При  сопоставлении УПД, выставленных ООО «НГНЖ» в адрес ООО «ТРАНС-КАРГО» с УПД  полученных ООО «НГНЖ» от своих контрагентов установлено, что ООО «НГНЖ»  является «технической» компанией, не оказывающей фактических услуг. Все услуги были  перевыставлены контрагентам 2-ого звена;  

- согласно налоговым декларациям ООО «НГНЖ» (книг покупок, книг продаж) за  2019-2020 годы, единственными покупателями являлись участники группы компаний  «Транскарго»: ООО «Транс-Карго» ИНН 

<

***>, ООО «Транс-Карго»  ИНН 

<

***>, ООО «Логистика Сервис» ИНН: 

<

***>.  

После прекращения деятельности ООО «ТРАНСКАРГО» ИНН: 

<

***> в  4 квартале 2019 г. взаимоотношения продолжаются с его правопреемником  

ООО «ТРАНС-КАРГО» ИНН: 

<

***>. Получение доходов ООО «НГНЖ» от одной  группы компаний указывает на взаимозависимость предприятий этой группы компаний;  

- Счет-фактуры, выставленные ООО «НГНЖ» в адрес ООО «ТРАНС-КАРГО», не  соответствуют требованиям статьи 169 НК РФ;  

- ООО «НГНЖ» со 2 квартала 2022 года отчетность не представляется. Таким  образом, с прекращением деятельности ООО «Транс-Карго» прекращает свою  деятельность ООО «НГНЖ»;  

- в результате анализа налоговых деклараций по НДС за проверяемый период  установлено, что 100% вычетов ООО «НГНЖ» заявлены по сомнительным контрагентам,  в том числе общим контрагентам, которые не могли оказывать услуги в связи с  отсутствием реальных поставщиков отсутствием трудовых ресурсов, основных средств,  имущества, транспорта, расходов, характерных для организаций, осуществляющих  реальную финансово-хозяйственную деятельность (аренда, услуги связи, оплата  электроэнергии, выплаты заработной платы), внесение сведений о недостоверности  юридического адреса, не представление документов по требованиям, совпадение IP- адресов, с которых представлена налоговая отчетность, поставщиками проблемных  контрагентов по цепочке налоговые декларации по НДС не представлены, либо  представлены «нулевые» декларации, источник для принятия к вычету НДС не  сформирован;  

- заявителем не представлена информация о согласованных тарифах за 2019-2020  годы, согласно которым определялась стоимость услуг ООО «НГНЖ», о количестве  принятых мест к перевозке за 2019-2020;  

- количество, стоимость оказанных услуг в УПД не отражены; 

- по всем транспортным накладным, относящимся к УПД, установлено  несоответствие указанной стоимости и стоимости услуг, отраженной в УПД;  

- в накладных указаны автомобили с государственными номерами, проезд которых,  согласно сведений ООО «РТ-Инвест транспортные системы», не был зафиксирован в  указанные даты на соответствующем маршруте;  

- в ходе проведения контрольных мероприятий налоговым органом был определен  перечень водителей и собственников транспортных средств, которые оказывали услуги в  адрес ООО «Транс-Карго», по результатам мероприятий, в отношении которых  установлено, что транспортные услуги либо не оказывались вообще, либо оказаны  напрямую ООО «Транс-Карго», минуя ООО «НГНЖ» и проблемных контрагентов.  

В частности, согласно собственником нескольких транспортных средств являются  ФИО6, а водителем ФИО7. Согласно сведениям  

по форме 2-НДФЛ представленным ИП ФИО8 (учредитель ООО «ТРАНСКАРГО») в налоговый орган за 2020 г., указанные граждане получали доходы у  индивидуального предпринимателя. Таким образом, работники учредителя  ООО «ТРАНС-КАРГО» ФИО8 оказывали услуги для ООО «ТРАНС-КАРГО».  

- в результате анализа наименования и государственных регистрационных номеров  транспортных средств, указанных в заявках, с данными полисов ОСАГО, полученных в  Российской Союзе автостраховщиков, выявлены многочисленные несовпадения, а также  установлены факты отсутствия полисов ОСАГО по ряду автомобилей.  

В рамках рассмотрения спора в суде первой инстанции (определение суда от  27.10.2022) кредитору предлагалось представить в материалы дела: письменное пояснение  об экономической целесообразности заключения договора № б/н от 16.12.2019 на оказание  услуг по организации доставки грузов и ведения финансово-хозяйственной деятельности с  ООО «Транс-Карго»; согласованные тарифы за 2021- февраль 2022 (с приложением  калькуляции), по которым происходила организация перевозки грузов ООО «НГНЖ» для  ООО «ТрансКарго», согласно п.4.2 в рамках заключенного договора № б/н от 16.12.2019;  количество принятых мест к перевозке за 2021- февраль 2022 ООО «НГНЖ» в  соответствие п.3.1 в рамках заключенного договора № б/н от 16.12.2019; заявки на  оказание транспортных услуг, полученные ООО «НГНЖ» за 2021- февраль 2022 (с  указанием объема и массы груза предназначенного к перевозке, маршрута следования  транспортного средства, марки ГРЗ транспортного средства, ФИО водителя, сроков  осуществления перевозки); номера телефонов, адреса электронной почты, на которые  направлялись заявки на оказание транспортных услуг ООО «НГНЖ»; адреса  погрузки/разгрузки грузов, перевозка которых организована ООО «НГНЖ» за 2021- февраль 2022 в привязке к выставленному УПД (т.е. по каждому УПД ООО НГНЖ»  указать маршрут перевозки; объем груза в кг, м.куб., кг/мЗ по каждому УПД ООО  «НГНЖ» за 2021- февраль 2022; сведения о программных продуктах (наименование  программы, наименование поставщика программы, ИНН) с помощью которых  осуществляется учет и отслеживание перемещения грузов для ООО «Транс-Карго»;  производственная схема работы (схема ведения бизнеса) ООО «НГНЖ» с ООО «ТрансКарго» по организации перевозки грузов с указанием сети терминалов (адреса пунктов  приема и выдачи грузов), ФИО лиц ответственных за деятельность каждого терминала,  арендодателей терминалов; акты инвентаризации дебиторской и кредиторской  задолженности, либо иной бухгалтерский документ, подтверждающий сумму дебиторской  и кредиторской задолженности (в разрезе контрагентов) за 2019,2020,2021 гг.;  

Указанные документы в суд не представлены. При этом непредставление таких  доказательств может быть расценено как неисполнение процессуальной обязанности по  опровержению разумных доводов независимого кредитора о мнимом характере сделки  совершенной аффилированными лицами в целях наращивания искусственной  задолженности в пользу «дружественного» кредитора и контроля процедуры банкротства.  

Из определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.02.2016 № 309- ЭС15-13978 по делу № А07-3169/2014 также следует, что бремя доказывания тех или  иных фактов должно возлагаться на ту сторону спора, которая имеет для этого  объективные возможности и, исходя из особенностей рассматриваемых правоотношений,  обязана представлять соответствующие доказательства в обоснование своих требований и  возражений.  

Участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несет риск  наступления последствий такого своего поведения (данная правовая позиция  сформулирована в постановлении Президиума ВАС РФ от 06.03.2012 № 12505/11).  

Учитывая изложенное, кредитором не раскрыты допустимые и относимые  доказательства, подтверждающие реальность оказания услуг по организации доставки  грузов.  

Кроме того, как верно указано судом первой инстанции, первоначально к  рассматриваемому заявлению были приложены только копии договора на оказание услуг  по организации доставки грузов, УПД и акта сверки расчетов, а также доказательства  рассмотрения Арбитражным судом Самарской области иска о взыскании задолженности с  ООО «Транс-Карго».  

Указанные обстоятельства свидетельствуют о попытке включения требований в  реестр требований кредиторов, исключительно на основании вступившего в законную  силу судебного акта, без детального исследования судом обстоятельств оказания услуг и  первичных документов.  

Таким образом, судом правомерно сделан вывод, о том, что заявитель  ООО «НГНЖ» является лицом, фактически аффилированным по отношению к должнику  ООО «ТрансКарго», с чем соглашается суд апелляционной инстанции.  

Утверждения подателя жалобы об обратном, судом апелляционной инстанции  отклоняются.  

Исходя из разъяснений, содержащихся в абзаце 4 пункта 4 постановления Пленума  Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых  вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности  (банкротстве)», наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания  

сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду  квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом,  как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования,  основанного на такой сделке.  

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не  допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с  намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных  формах.  

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от  23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой  Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 25) разъяснено,  что согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите  гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских  правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ  никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного  поведения.  

Если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК  РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом  недействительной (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №  1 (2015), утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации  04.03.2015, пункт 7 Постановление № 25).  

В соответствии с пунктом 1 Постановления № 25 оценивая действия сторон как  добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от  любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы  другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.  

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки  должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки, их сознательное,  целенаправленное поведение на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом  должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в  истинной цели совершения сделки.  

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат  применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была  совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на  основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в  

законе специального основания недействительности такая сделка признается  недействительной по этому основанию (пункт 8 Постановления № 25).  

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная  лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия,  ничтожна.  

Следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида  ее формальное исполнение (пункт 86 Постановления № 25).  

Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников  гражданского оборота.  

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели  достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает  с их внутренней волей.  

В то же время, для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не  требуется. Установление того, что стороны на самом деле не имели намерения на  возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно  порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как  ничтожной.  

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон.  Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но  создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения  волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств,  подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на  основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств, которые  представляются в суд лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и  возражений, а суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).  

На основании изложенного, установив порок воли сторон при совершении  договора на оказание услуг по организации доставки грузов от 16.12.2019, наличие  умысла у участников данной сделки, их сознательное, целенаправленное поведение,  направленное на причинение вреда кредиторам должника, которое носит явный и  очевидный характер, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу, что в  рассматриваемом случае, единственными целями подписания спорного договора явилось  получение необоснованной налоговой выгоды и искусственное наращивание  задолженности с целью получения контроля над процедурой банкротства  аффилированного с должником кредитора, а также «размывание» конкурсной массы, что  

свидетельствует о недействительности сделки по основаниям, предусмотренным, в  частности, статьей 10, пунктом 1 статьи 170 ГК РФ.  

Использование формальных правовых механизмов для достижения результата,  который сторонами сделки не предусмотрен, охватывается понятием злоупотребления  правом, которое не может быть признано добросовестным поведением участников  гражданского оборота и не подлежит судебной защите (статья 10 ГК РФ).  

Доводы апеллянта о невозможности использования в качестве доказательств  результатов налоговой проверки противоречат сложившейся правоприменительной  практике (пункт 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием  уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах  банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 20.12.2016), потому  отклоняются апелляционным судом.  

Доводы апелляционной жалобы повторяют позицию ответчика по делу, не  опровергают выводы суда первой инстанции, направлены на переоценку уже  исследованных и оцененных судом обстоятельств и материалов дела.  

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и  полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем  доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не  допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном  акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в  соответствии со статьей 270 АПК РФ, апелляционная инстанция не усматривает.  

Руководствуясь частью 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции  

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Республики Алтай от 12.12.2022 по делу № А02581/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной  ответственностью «НГНЖ» – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в  Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий месяца со дня  вступления его в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный  суд Республики Алтай.  

Постановление, выполненное в форме электронного документа, подписанного  усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, направляется лицам,  

участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет». 

Председательствующий В.С. Дубовик  

Судьи О.А. Иванов  

ФИО1 

Электронная подпись действительна.

Данные ЭП:Удостоверяющий центр Федеральное казначейство 

Дата 21.01.2022 3:51:12Кому выдана Кудряшева Елена ВитальевнаЭлектронная подпись действительна.

Данные ЭП:Удостоверяющий центр Федеральное казначейство 

Дата 13.01.2022 5:56:03Кому выдана Иванов Олег АлександровичЭлектронная подпись действительна.

Данные ЭП:Удостоверяющий центр Федеральное казначейство 

Дата 28.01.2022 3:23:27

 Кому выдана Дубовик Виталий Сергеевич