АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЧЕЛЯБИНСКОЙ ОБЛАСТИ

_________________________________________________________________

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А76-6029/2016

15 декабря 2017 года

г. Челябинск

Резолютивная часть решения объявлена 11 декабря 2017 года

Полный текст решения изготовлен 15 декабря 2017 года

Судья Арбитражного суда Челябинской области Скрыль С.М.,  

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску

общества с ограниченной ответственностью «Топаз», г. Челябинск  

ФИО2, г. Челябинск

к ФИО3, г. Челябинск  

при участии в деле в качестве третьих лиц, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора: общества с ограниченной ответственностью «Сальвадор», г. Екатеринбург, индивидуального предпринимателя ФИО4, г. Челябинск, индивидуального предпринимателя ФИО5, п. Рощино, Сосновский район, Челябинской области, общества с ограниченной ответственностью «Налоговый стандарт», г. Челябинск

о взыскании 859 962 руб. 49 коп.

при участии в судебном заседании:

от истца: ФИО6 – представителя, действующего на основании доверенности б/н от 17.02.2016, личность удостоверена паспортом, 

от ответчика: ФИО7 – представителя, действующего на основании доверенности б/н от 28.03.2016, личность удостоверена паспортом, ФИО3 – лично, предъявлен паспорт.

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Топаз», г. Челябинск  (далее – истец, ООО Топаз») обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с иском к ФИО3, г. Челябинск  (далее – ответчик, ФИО3), о взыскании убытков  в сумме 859 962 руб. 49 коп.

В соответствии со статьей 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены: общество с ограниченной ответственностью «Сальвадор», г. Екатеринбург (далее – третье лицо, ООО «Сальвадор»), индивидуальный предприниматель ФИО4, г. Челябинск (далее – третье лицо, ИП ФИО4), индивидуальный предприниматель ФИО5, п. Рощино, Сосновский район, Челябинской области (далее – третье лицо, ИП ФИО5), общество с ограниченной ответственностью «Налоговый стандарт», г. Челябинск (далее – третье лицо, ООО «Налоговый стандарт»)

В процессе рассмотрения спора истец трижды уточнял размер иска. В соответствии со статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судом приняты все уточнения. В итоге размер убытков, принятый судом к рассмотрению составляет 864 284 руб.

Свои требования истец основывает на положениях статей 53, 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, статье 44 Федерального закона № 14-ФЗ от 08.02.1998 «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об обществах с ограниченной ответственностью) и ссылается на то, что ответчик, исполняя обязанности директора общества своими неразумными и недобросовестными действиями (бездействием) причинил  убытки обществу. Денежные средства расходовались директором общества ФИО3 без предоставления встречного обеспечения.

От ответчика в материалы дела поступил письменный отзыв (т.2, л.д. 112-114, т.3, л.д. 9-12), в котором ответчик возразил против предъявленного иска. Ответчик пояснил, что как единоличный исполнительный орган имел полномочия принимать решения и распоряжаться денежными средствами в пределах хозяйственной деятельности общества. Те денежные средства, которые, снимались со счета расходовались на хозяйственные и производственные нужды, преимущественно на оплату обязательство по договорам с контрагентами. С ООО «Сальвадор» были заключены договоры на проведение обучающих семинаров. Договоры были исполнены сторонами. В подтверждение внесения денежных средств в кассу ООО «Сальвадор» ответчиком представлены  квитанции к приходным кассовым ордерам. С ИП ФИО5 также были заключены два договора, по которым ООО «Топаз» свои обязательства исполнил. Денежные средства с корпоративной карты получены, по утверждению ответчика в сумме 522 750 руб. и израсходованы на  текущие нужды организации. Потраченные средства подтверждены авансовыми отчетами, которые передавались в ООО «Налоговый стандарт». Всего по расчету ответчика им получено  наличных денежных средств на общую сумму 632 750 руб. 00 коп. Как следует их искового заявления, новый директор ООО «Топаз» провел анализ финансово-хозяйственной деятельности  общества в тот период, когда ответчик осуществлял обязанности директора, однако, как пояснил ответчик, его в известность об этом не поставили и не предложили дать объяснения и предоставить документы. Ответчик полагает, что убытками истец считает непризнанные новым руководством ране заключенные договоры между ООО «Топаз» и третьими лицами.

От третьего лица ИП ФИО5 в материалы дела представлено письменное мнение  (т.2, л.д. 94-95), в котором третье лицо поясняет, что между ООО «Топаз» и ИП ФИО5 было заключено два договора  возмездного оказания услуг по подготовке программно-аппаратного комплекса «Стрелец-Мониторинг»: договор № 1 от 22.07.2015 на сумму 313 000 руб., договор № 4 от 22.07.2015 на сумму 70 000 руб. Услуги, как утверждает ИП ФИО5, были им оказаны, сторонами подписаны  соответствующие акты, однако оплата произведена ООО «Топаз»  лишь в части, а именно в сумме 133 000 руб. Третье лицо полагает, что исковые требования в части перечисления в пользу ИП ФИО5 денежных средств в сумме 133 000 руб. без предоставления встречного обеспечения являются необоснованными. Документы, на которые ссылается третье лицо в своем мнении, представлены в материалы дела.

От третьего лица ООО «Налоговый стандарт» в материалы дела поступило письменное мнение (т.3, л.д. 33-35). Третье лицо полагает, что иск является обоснованным и подлежит удовлетворению, при этом ссылается на то, что ООО «Налоговый стандарт»  оказывал ООО «Топаз» услуги по ведению бухгалтерского и налогового учета в соответствии с договором № 3/2015 от 05.05.2015. По условиям договора заказчик (ООО «Топаз») предоставлял исполнителю  всю документацию и иную информацию, необходимую для ведения бухгалтерского учета и составления налоговой отчетности. Однако документация предоставлялась несвоевременно. Отчет за 2015 год бы составлен по тем документам, которыми располагало общество. Ряд документов, подтверждающих расходование выданных в подотчет денежных средств так и не предоставлены. Из-за непредставления документов веси достоверный бухгалтерский учет ООО «Топаз», как утверждает третье лицо, было невозможно. Поскольку  первичные документы, подтверждающие как расходование наличных денежных средств, так и денежных средств перечисленных  в пользу ИП ФИО5, ООО «Сальвадор» не передавались ООО «Налоговый стандарт», то формирование и сдача бухгалтерской отчетности  производилась без этих документов. 

Третьим лицом ООО «Сальвадор» в материалы дела также представлено письменное мнение, из которого следует, что с января по ноябрь 2015 между ООО «Топаз» и ООО «Сальвадор» было заключено 10 договоров на проведение  обучающих семинаров, сторонами подписаны акты, произведена оплата. Поскольку договоры сторонами исполнены, услуги оказаны и оплачены, третье лицо считает требования истца в части перечисления денежных средств на счет ООО «Сальвадор» необоснованными (т.2, л.д. 98-99).

От третьего лица ИП ФИО4 письменного мнения в материалы дела не поступило.

Третьи лица не направили в судебное заседание своих представителей.

В соответствии с частью 1 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса считаются извещенными надлежащим образом, если к началу судебного заседания, совершения отдельного процессуального действия арбитражный суд располагает сведениями о получении адресатом копии определения о принятии искового заявления к производству и возбуждении производства по делу, направленной ему в порядке, установленном настоящим Кодексом, или иными доказательствами получения лицами, участвующими в деле, информации о начавшемся судебном процессе.

От ООО «Сальвадор», ИП ФИО5 ИП ФИО4, ООО «Налоговый стандарт» отделением связи возвращены почтовые отправления, содержащие определения суда с указанием времени и места судебного разбирательства с отметкой «истек срок хранения». 

Каких-либо доказательств, свидетельствующих о том, что организацией почтовой связи в данном случае был нарушен порядок доставки почтового отправления, в материалы дела не представлено.

Поскольку третьи лица не обеспечили получение почтовой корреспонденции по адресу местонахождения (юридическому адресу; часть 4 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), не сообщая иного адреса для направления корреспонденции, на них лежит риск возникновения неблагоприятных последствий, связанных с неполучением копий судебных актов (часть 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 2 части 4 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса считаются извещенными надлежащим образом арбитражным судом, если, несмотря на почтовое извещение, адресат не явился за получением копии судебного акта, направленной арбитражным судом в установленном порядке, о чем организация почтовой связи уведомила арбитражный суд.

Между тем, с целью установления надлежащего извещения участников процесса о времени и месте судебного разбирательства, судом принято во внимание то обстоятельство, что от третьих лиц ООО «Сальвадор», ИП ФИО5, ООО «Налоговый стандарт» в материалы дела поступили письменные мнения и документальные доказательства. Представители указанных лиц принимали участие в предыдущих судебных заседаниях. Более того, от ИП ФИО5, ООО «Сальвадор» в материалы дела поступили ходатайства о рассмотрении спора в их отсутствия (т.2, л.д. 100, т.3, л.д. 134). Суд полагает, что третьи лица извещены о начавшемся процессе.

Учитывая, что у суда имеются сведения об извещении истца, ответчика, третьих лиц о начале судебного процесса, принимая во внимание положения части 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации о том, что участники процесса самостоятельно предпринимают меры по получению информации о движении дела и несут соответствующие риски наступления неблагоприятных последствий в результате непринятия мер по получению такой информации, суд полагает извещение участвующих в деле лиц надлежащим. 

Неявка в судебное заседание сторон, извещенных надлежащим образом, не препятствует рассмотрению дела по существу в их отсутствие (пункт 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса). 

Изучив материалы дела, суд пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, ООО «Топаз» зарегистрировано в качестве юридического лица 25.03.201 за основным государственным регистрационным номером 1147447003483. 

Согласно выписке, из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – выписка из ЕГРЮЛ) от 15.03.2016 единственным участником общества является ФИО8 с долей в уставном капитале 100%.

На основании решения № 2 от 22.09.2014 единственного учредителя ООО «Топаз» на должность директора общества был назначен ФИО3 (т.1, л.д. 66). 23.09.2014 с ФИО3 заключен трудовой договор. 

26.01.2016 на основании решением № 3 единственного учредителя ООО «Топаз»  прекращены полномочия директора общества ФИО3 Полномочия директора единственный учредитель ФИО8 возложил на себя (т.1. л.д. 67).

Как следует из текста искового заявления, после вступления в должность директора, ФИО8  проведен анализ  финансово-хозяйственной деятельности  ООО «Топаз», анализ документации, в том числе первичной, находящейся в обществе, а также анализ целевого использования  и расходования денежных средств ООО «Топаз», наличию/отсутствию товарно-материальных ценностей. В процессе анализа  было выявлено, что неразумными и недобросовестными действиями (бездействием) прежним директором ФИО9 обществу причинены убытки, а именно (в редакции уточнения от 08.11.2016 – т.4, л.д. 10):

1. В период с 31.10.2014 по 26.01.2016 ответчиком получено в подотчет и не представлено авансового отчета на сумму 646 304 руб. 01 коп., а именно: 

- согласно авансовому отчету № 6 от 31.10.2014 получено из кассы 110 000 руб., в том числе по расходным кассовым ордерам № 3 от 14.10.2014 – 30 000 руб., № 4 от 17.10.204 – 80 000 руб., израсходовано 3 490 руб. Остаток денежных средств, находящихся в подотчете 105 510 руб. (т.1, л.д. 23-24);

- согласно авансовому отчету № 7 от 31.10.2014 в подотчете у ФИО3 находилось 105 510 руб., получено с корпоративной банковской карты ООО «Топаз» 200 250 руб., израсходовано 4 016 руб. 65 коп. Остаток денежных средств, находящихся в подотчете (с учетом предыдущего авансового отчета) – 301 743 руб. 35 коп. (т.1, л.д. 25);

- согласно авансовому отчету № 8 от 08.12.2014 в подотчете у ФИО3 находилось 301 743 руб. 35 коп., израсходовано 18 634 руб. 00 коп. Остаток денежных средств, находящихся в подотчете (с учетом предыдущего авансового отчета) – 283 109 руб. 35 коп. (т.1, л.д. 26);

- согласно авансовому отчету № 9 от 31.12.2014 в подотчете у ФИО3 находилось 283 109 руб. 35 коп., израсходовано 1 160 руб. 00 коп. с учетом возврата  части полученных в подотчет  денежных средств по приходному кассовому ордеру № 6 от 08.12.2014 на сумму 15 000 руб., остаток денежных средств, находящихся в подотчете (с учетом предыдущего авансового отчета) – 266 949 руб. 35 коп. (т.1, л.д. 27,28);

- согласно авансовому отчету № 1 от 31.01.2015 в подотчете у ФИО3 находилось 264 339 руб. 35 коп., с учетом возврата  части полученных в подотчет  денежных средств по приходному кассовому ордеру № 1 от 21.01.2015 на сумму 2 610 руб., израсходовано 5 085 руб. 00 коп. Остаток денежных средств, находящихся в подотчете (с учетом предыдущего авансового отчета) – 259 254 руб. 35 коп. (т.1, л.д. 29,30);

- согласно авансовому отчету № 2 от 28.02.2015 в подотчете у ФИО3 находилось 259 254 руб. 35 коп., получено с корпоративной банковской карты ООО «Топаз» 30 172 руб. 65 коп., израсходовано 865 руб. 00 коп. Остаток денежных средств, находящихся в подотчете (с учетом предыдущего авансового отчета) – 288 562 руб. 00 коп. (т.1, л.д. 31);

- согласно авансовому отчету № 3 от 31.03.2015 в подотчете у ФИО3 находилось 288 562 руб. 00 коп., получено с корпоративной банковской карты ООО «Топаз» 37 359 руб. 00 коп., израсходовано 9 265 руб. 00 коп. Остаток денежных средств, находящихся в подотчете (с учетом предыдущего авансового отчета) – 316 656 руб. 00 коп. (т.1, л.д. 32);

- согласно авансовому отчету № 4 от 30.04.2015 в подотчете у ФИО3 находилось 309 261 руб. 00 коп. (с учетом возврата части подотчетных денежных средств по приходному кассовому ордеру № 2 от 15.04.2015 на сумму 7 395 руб. 00 коп.), получено с корпоративной банковской карты ООО «Топаз» 13 724 руб. 00 коп., израсходовано 7 684 руб. 00 коп. Остаток денежных средств, находящихся в подотчете (с учетом предыдущего авансового отчета) – 315 301 руб. 00 коп. (т.1, л.д. 33,34);

- согласно авансовому отчету № 5 от 31.05.2015 в подотчете у ФИО3 находилось 300 946 руб. 00 коп. (с учетом возврата части подотчетных денежных средств по приходному кассовому ордеру № 3 от 19.05.2015 на сумму 14 355 руб. 00 коп.), получено с корпоративной банковской карты ООО «Топаз» 23 600 руб. 00 коп., израсходовано 8 462 руб. 82 коп. Остаток денежных средств, находящихся в подотчете (с учетом предыдущего авансового отчета) – 316 083 руб. 19 коп. (т.1, л.д. 35,36);

- согласно авансовому отчету № 6 от 30.06.2015 в подотчете у ФИО3 находилось 301 728 руб. 00 коп. (с учетом возврата части подотчетных денежных средств по приходному кассовому ордеру № 4 от 18.06.2015 на сумму 14 355 руб. 00 коп.), получено с корпоративной банковской карты ООО «Топаз» 67 190 руб. 00 коп., израсходовано 1 882 руб. 00 коп. Остаток денежных средств, находящихся в подотчете (с учетом предыдущего авансового отчета) – 367 036 руб. 18 коп. (т.1, л.д. 37,38);

- согласно авансовому отчету № 7 от 31.07.2015 в подотчете у ФИО3 находилось 367 036 руб. 18 коп., получено с корпоративной банковской карты ООО «Топаз» 121 160 руб. 00 коп., израсходовано 5 641 руб. 50 коп. Остаток денежных средств, находящихся в подотчете (с учетом предыдущего авансового отчета) – 482 554 руб. 68 коп. (т.1, л.д. 39);

- согласно авансовому отчету № 8 от 31.08.2015 в подотчете у ФИО3 находилось 482 554 руб. 68 коп., получено с корпоративной банковской карты ООО «Топаз» 98 810 руб. 75 коп., израсходовано 12 837 руб. 42 коп. Остаток денежных средств, находящихся в подотчете (с учетом предыдущего авансового отчета) – 568 528 руб. 01 коп. (т.1, л.д. 40);

- за период с 01.09.2015 по 26.01.2016 ФИО3 с корпоративной банковской карты ООО «Топаз» получены денежные средства на сумму 48 101 руб. 15 коп. без представления (оформления) документов, подтверждающих расходование  денежных средств для целей  ведения  уставной деятельности  ООО «Топаз», что следует из  выписки банка за названный период (т.1, л.д. 41-53).

2. Перечислено в пользу третьих лиц без встречного предоставления 173 000 руб., в том числе:  

- в пользу ООО «Сальвадор» - 40 000 руб., что следует из платежного поручения № 49 от 10.06.2015 (т.1. л.д. 61); 

- в пользу ИП ФИО5 – 133 000 руб., что следует из выписки по счету: платежное поручение № 146 от 22.07.2015 на сумму 5 000 руб. (т.1, л.д. 56), платежное поручение № 157 от 30.07.2015 на сумму 5 000 руб. (т.1, л.д. 56 оборот), платежное поручение № 159 от 31.07.2015 на сумму 25 000 руб. (т.1, л.д. 56 оборот), платежное поручение № 177 от 19.08.2015 на сумму 35 000 руб. (т.1, л.д. 56 оборот), платежное поручение № 192 от 03.09.2015 на сумму 25 000 руб. (т.1, л.д. 57), платежное поручение № 232 от 08.10.2015 на сумму 31 000 руб. (т.1, л.д. 57 оборот), платежное поручение № 247 от 03.11.2015 на сумму 7 000 руб. (т.1, л.д. 58).

3. По договору между  ООО ЧОП «Медведь» и ООО «Топаз» от 01.09.2015 на эксплуатационно-техническое обслуживание  и мониторинг объекта защиты (т.4, л.д. 18-19), за период с 01.10.2015 по  08.12.2015 ООО ЧОП «Медведь» за технический мониторинг оплатило в пользу ООО «Топаз денежные средства в сумме 7 000 руб., в подтверждение чего истцом представлены расходные кассовые ордера: № 302 от 01.10.2015 на сумму 2 000 руб. № 349 от 05.11.2015 на сумму 2 500 руб., № 381 от 08.12.2015 на сумму 2 500 руб. (т.4. л.д. 21, 23, 25). Однако, как утверждает истец, указанные денежные средства на счет ООО «Топаз» не поступили; 

4. Между ООО «МСБ ПРОФ» и ООО «Топаз» заключен договор № 15/02 от 01.01.2015 на эксплуатационно-техническое обслуживание и мониторинг объекта защиты с использованием  программно- аппаратного комплекса «Стрелец-Мониторинг». Стоимость технического обслуживания согласно акту № 41 от 31.08.2015 (за август) составила 18 490 руб., согласно акту № 48 от 30.11.2015 (за ноябрь) составила 19 490 руб.(т.4, л.д. 12,13) Директором ООО «Топаз» ФИО3 в адрес ООО «МСБ ПРОФ» направлено письмо  № 231 от 24.08.2015 (т.4, л.д. 14) с просьбой произвести оплату в размере 18 490 руб. на расчетный счет ИП ФИО5 и письмо № 271 от 04.12.2015 с просьбой произвести оплату 19 490 руб. на счет  ИП ФИО5 (т.4, л.д. 15). Оплата была произведена, что подтверждается платежными поручениям № 718 от 25.08.2015 и № 794 от 07.12.2015 (т.4, л.д. 16, 17). Данную сумму 37 980 руб. (18 490 руб. + 19 490 руб.) по двум платежам истец считает убытками, причиненными обществу по вине ответчика.

Итого, размер убытков, причиненных ненадлежащим исполнении ФИО3 обязанностей директора общества, согласно расчету истца, составил 864 284 руб. 01 коп. (646 304 руб.01 коп.+173 000 руб.+7 000 руб.+37 980 руб. = 864 284 руб. 01 коп.)

Между тем, суд полагает, что заявленные требования нельзя признать обоснованными исходя из следующего.

В соответствии с пунктом 4 статьи 32 Закона об обществах с ограниченной ответственностью руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества или единоличным исполнительным органом общества и коллегиальным исполнительным органом общества. Исполнительные органы общества подотчетны общему собранию участников общества и совету директоров (наблюдательному совету) общества.

В силу пункта 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации генеральный директор в случае недобросовестного и неразумного поведения, совершения действий (бездействия) не в интересах представляемого им юридического лица должен возместить убытки, причиненные им юридическому лицу.

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на единоличный исполнительный орган общества с ограниченной ответственностью обязанностей заключаются не только в принятии им всех необходимых и достаточных мер для достижения максимального положительного результата от предпринимательской и иной экономической деятельности общества, но и в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на него действующим законодательством.

В соответствии с частью 2 статьи 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, единоличный исполнительный орган общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу своими виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Исходя из смысла названной статьи, убытки представляют собой негативные имущественные последствия, возникающие у лица вследствие нарушения его неимущественного или имущественного права. Реализация такого способа защиты, как возмещение убытков, возможна лишь при наличии следующих общих условий гражданско-правовой ответственности:

- совершение причинителем вреда незаконных действий (бездействия);

- наличие у субъектов гражданского оборота убытков с указанием их размера;

- наличие причинной связи между неправомерным поведением и возникшими убытками;

- наличие вины лица, допустившего правонарушение.

В силу этого лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать наличие вышеперечисленного состава правонарушения, а также размер подлежащих возмещению убытков.

Отсутствие хотя бы одного из перечисленных обстоятельств не влечет за собой взыскание убытков.

Из указанных выше норм права следует, что ответственность исполнительного органа (директора) в виде возмещения убытков, наступает при наличии противоправного деяния, убытков, причиненных обществу, причинной связи между деянием и убытками, вины нарушителя. При этом истцом должен быть доказан не только факт неисполнения либо ненадлежащего исполнения нарушителем своих обязанностей, но и то, что в результате этого  у общества возникли убытки. 

В пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – Постановление Пленума № 62) предусмотрено, что лицо, входящее в состав органов управления общества (директор), обязано действовать в интересах общества добросовестно и разумно. При этом, следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

В пункте 2 Постановления Пленума № 62 указано, что при определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 Гражданского кодекса Российской Федерации), также необходимо принимать во внимание соответствующие положения учредительных документов и решении органов юридического лица (например, об определении приоритетных направлений его деятельности, утверждении стратегий и бизнес-планов и т.п.). Согласно пункту 4 Постановления добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо.

Добросовестность и разумность в данном случае означают такое поведение лица, которое характерно для обычного «заботливого хозяина» или «добросовестного коммерсанта». Соответственно, для определения недобросовестности и неразумности в действиях (бездействии) конкретного лица его поведение нужно сопоставлять с реальными обстоятельствами дела, в том числе с характером лежащих на нем обязанностей и условиями оборота и с вытекающими из них требованиями заботливости и осмотрительности, которые, во всяком случае, должен проявлять любой разумный и добросовестный участник оборота.

Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица.

С учетом данных Высшим Арбитражным Судом Российской Федерации рекомендаций бремя доказывания недобросовестности действий либо бездействия единоличного исполнительного органа общества, вопреки доводам апелляционной жалобы, возлагается на истца.

На основании пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

Возражая против заявленных требований, ответчик ссылается на то, что согласно выписке по счету № 40702810490230039883 с 07.11.2014  по 20.02.2016 (т.1, л.д. 41-58) выдано наличными по карте 522 750 руб. Таким образом, фактически ответчиком по банковской карте было получено наличными на текущие расходы ООО «Топаз» по корпоративной карте       522 750 руб., тогда как в исковом заявлении указана иная сумма: 640 367 руб. 55 коп., что не соответствует представленным истцом доказательствам.

Кроме того, ответчиком были получены наличные денежные средства из кассы ООО «Топаз», в размере 30 000 руб. (т.1, л.д. 24) и 80 000 руб. (т.1, л.д. 24 оборот),  всего на сумму   110 000 руб.

Итого в период осуществления обязанностей единоличного исполнительного органа ООО «Топаз» ответиком было получено наличными денежными средствами 632 750 руб.

Кроме того, ответчик приводит доводы о том, что все полученные им денежные средства расходовались на хозяйственную деятельность предприятия в пределах компетенции директора - принимать решения о расходовании средств общества, распоряжаться любым имуществом общества, кроме случаев, когда решения подобных вопросов относится к компетенции общего собрания участников. 

В 2015 году ФИО3 перед единственным учредителем и участником ООО «Топаз» о финансово-хозяйственной деятельности не отчитывался, так как Общие собрания участников ООО «Топаз» не проводились. За 2015 финансовый ответчик также не предоставил учредителю отчет о результатах финансово-хозяйственной деятельности, поскольку, принял решение о прекращении полномочий ФИО3 как директора до проведения очередного Общего собрания участников ООО «Топаз».

Как пояснил ответчик при рассмотрении спора, денежные средства, которые снимались со счета ООО «Топаз» в течение 2015 года, тратились преимущественно на оплату обязательств, вытекающих из договоров с контрагентами, частично осуществлялась оплата хозяйственных расходов. Ответчиком  в материалы дела представлены договоры, платежные документы, а именно, в частности, между ООО «Топаз» и ООО «Сальвадор» заключено 10 договоров на проведение обучающих семинаров: № 19/01-15 от 19.01.2015, № 22/02-15 от 22.02.2015, № 20/03-15 от 20.03.2015,  № 15/04-15 от 15.04.2015, № 22/05-15 от 22.05.2015, № 20/07-15 от 20.07.2015, № 21/08-15 от 21.08.2015, № 18/09-15 от 18.09.2015, № 22/10-15 от 22.10.2015, № 27/11-15 от 27.11.2015. По условиям данных договоров ООО «Топаз» является заказчиком, который поручает ООО «Сальвадор» проведение  обучающих семинаров на тему «Особенности эксплуатации и  практическое применение ПАК «Стрелец-Мониторинг» (т. 2, л.д. 34-63).

Сторонами подписаны акты приемки оказанных услуг к поименованным выше договорам (т.2, л.д. 101-110).

В качестве доказательств оплаты  ООО «Сальвадор» в материалы дела представлены приходные кассовые ордера: № 003 от 30.01.2015 на сумму 60 000 руб., № 017 от 24.02.2015 на сумму 57 000 руб.,  № 031 от 23.03.2015 на сумму 55 000 руб., № 044 от 17.04.2015 на сумму     55 000 руб., № 059 от 25.05.2015 на сумму 60 000 руб., № 093 от 24.07. 2015 на сумму 56 000 руб., № 101 от 24.08.2015 на сумму 53 000 руб., № 117 от 18.09.2015 на сумму 62 000 руб., № 123 от 21.10.2015 на сумму 58 000 руб., № 131 от 27.11.2015 на сумму 53 000 руб. Всего в кассу ООО «Сальвадор» за период с января по ноябрь 2015 года в оплату услуг, оказанных ООО «Топаз» ответчиком передано 569 000 руб. (т.2, л.д. 64-73). 

В судебном заседании, равно как и в письменном мнении, представитель ООО «Сальвадор» подтвердил наличие договорных отношений с ООО «Топаз», подписание сторонами актов  приемки оказанных услуг, оплату оказанных услуг.

Указанные обстоятельства подтверждаются также  кассовыми чеками и квитанциями к приходным кассовым ордерам, которые представлены ответчиком в материалы дела в оригиналах (т.3, л.д. 22-32).

Платежное поручение № 49 от 10.06.2015 на сумму 40 000 руб., на которое ссылается истец (т.1, л.д 60) имеет назначение платежа: «за организацию и проведение семинара».

В материалы дела поступили письма ООО «Рубеж» от 20.09.2016 и от Челябинской региональной общественной организации добровольных пожарных и спасателей от 21.09.2016 (т.3, л.д. 135,136). Из указанных писем следует, что сотрудники названных организаций принимали участие в  обучающих семинарах, которые были организованы директором ООО «Топаз» ФИО3

Представленные истцом в материалы дела письма: ООО «Ника-В» № 22 от 20.10.2016, ООО ЧОО «Медведь» № 10/10 от 10.10.2016, ООО «МСБ ПРОФ» № 743 от 10.01.2016  (т.4, л.д.33, 34, 35) из которых следует, что сотрудники данных организация не принимали участия в семинарах,  проводимых ООО «Сальвадор» не могут однозначно свидетельствовать о том, что такие семинары не проводились вообще.

ИП ФИО5 представил в материалы дела договоры  возмездного оказания услуг программирования, заключенные между ООО «Топаз» (заказчик) и ИП ФИО5 (исполнитель): № 1 от 22.07.2015 в соответствии с условиями которого  исполнитель обязуется выполнить комплекс услуг подготовки программно-аппаратного  комплекса (ПАК) «Стрелец-Мониторинг», который эксплуатируется в ПЧ-101, № 4 от 22.07.2015, в соответствии с условиями которого исполнитель обязался выполнить комплекс услуг по организации сервера виртуальной частной сети на базе активного сетевого оборудования (маршрутизатора), установленного в помещении ПЧ № 101 (т.2, л.д. 76-77,79-80). Сторонами подписаны акты приемки оказанных услуг от 20.01.2016 на сумму 313 000 руб. (т.2, л.д.78), от 03.1.2015 на сумму 70 000 руб. (т.2, л.д. 81).

Из пояснений  ИП ФИО5 данных в судебном заседании и в письменных пояснениях следует, что между ним и топаз действительны были заключены договоры возмездного оказания услуг программирования. Работы были выполнены. ИП ФИО5 также подтвердил, что оплата за оказанные им услуги была произведена ООО «Топаз» лишь в части, а именно  в сумме 133 000 руб. 

В адрес ИП ФИО4 денежные средства в сумме 84 000 руб. были переданы  по квитанциям к приходному кассовому ордеру за консультационные и информационные услуги, что подтверждено соответствующими актами  приемки оказанных услуг по договору возмездного оказания услуг от 01.10.2015  (т. 1, л.д. 121-128)

Усомнившись в подлинности  всех представленных ответчиком документов, истец заявил ходатайство о проведении технической  экспертизы (т.2, л.д 28, т.4, л.д. 64).  В соответствии  со статьей 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судом по ходатайству истца назначена экспертиза, проведение которой поручено Федеральному государственному  бюджетному учреждению Челябинская лаборатория  судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации. Эксперты: ФИО10, ФИО11. Перед экспертами поставлены следующие вопросы:

1.Соответствует ли время выполнения печатного текста датам, указанным на документах (в период времени до 26.01.2016 или после), а именно:

- квитанции к приходно-кассовым ордерам № 003 от 20.01.2015, № 017 от 24.02.2015, № 031 от 23.03.2015, № 044 от 17.04.2015, № 059 от 25.05.2015, № 093 от 24.07.2015, № 101 от 24.08.2015, № 117 от 18.09.2015, № 123 от 23.10.2015, № 131 от 27.11.2015 (т.3, л.д. 13-22)

- чеки от 20.01.2015, 24.02.2015, 23.03.2015, 17.04.2015, 25.05.2015, 24.07.2015, 24.08.2015, 18.09.2015, 23.10.2015, 27.11.2015 (т.3, 23-32).

Если нет, то в какой период времени они были изготовлены?

2. В какой последовательности выполнены печатный текст и другие реквизиты документов?

3. Подвергались ли документы искусственному старению (термической, химической, световой обработке)?

4. Какова давность исполнения печатей на документах?

5. Какова давность исполнения подписей на документах?

В материалы дела поступило два заключения экспертов, поскольку вопросы были разделены экспертным учреждением между двумя экспертами. В заключении эксперта ФИО11 за № 279/2-3/4 (2481/2-3/4-2016) от 16.02.2017 сделаны выводы о том, что в квитанциях к приходно-кассовым ордерам № 003 от 20.01.2015, № 017 от 24.02.2015, № 031 от 23.03.2015, № 044 от 17.04.2015, № 059 от 25.05.2015, № 093 от 24.07.2015, № 101 от 24.08.2015, № 117 от 18.09.2015, № 123 от 23.10.2015, № 131 от 27.11.2015 первоначальны  были  выполнены печатные тексты, затем выполнены  подписи от имени  ФИО12, ФИО13, ФИО14 и нанесены оттиски печати ООО «Сальвадор». 

Кассовые чеки от 20.01.2015, 24.02.2015, 23.03.2015, 17.04.2015, 25.05.2015, 24.07.2015, 24.08.2015, 18.09.2015, 23.10.2015, 27.11.2015 (т.3, 23-32) исключены экспертом из исследования, поскольку на них присутствует только печатный текст, другие реквизиты, рукописный текст отсутствуют, что исключает  определение какой-либо последовательности. Кроме того, эксперт установил, что специфика самих чеков, поскольку они выполнены на термоленте- а это специальный тип бумаги, которая реагирует на  температурное воздействие и на которой  под влиянием  нагрева проявляется изображение, тексты, цифры, графика и так далее, что делает непригодным  данные документы для решения поставленного вопроса (т.4, л.д. 82-96).

Согласно второму заключению эксперта ФИО10 № 280/3-3/5 от 16.05.2017 установить давность изготовления поименованных выше  квитанций к приходным кассовым ордерам и кассовых чеков не представляется возможным. Экспертом также сделан вывод о том, что  переданные на экспертизу документы не подвергались  агрессивному (термическому, химическому и световому) воздействию (т.4, л.д. 110-123).

Таким образом, эксперты, проведя исследования представленных в материалы дела документов, не подтвердили доводы истца о том, что представленные ответчиком документы  были изготовлены гораздо позднее указанных в них дат.

Сведения, содержащиеся в экспертном заключении, документально ни истцом, ни ответчиком не опровергнуты (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Оснований не доверять выводам эксперта у суда не имеется. 

Заключения экспертов  в силу статей 64, 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации принимается судом в качестве надлежащего доказательства по делу. 

Заявление о фальсификации, сделанное истцом судом отклонено.

Таким образом,  утверждение истца о том, что перечисленные в адрес ООО «Сальвадор», ИП ФИО5, ИП ФИО4 денежные средства не  имеют встречного обеспечения, опровергается материалами дела. Доводы истца о том, что оплата обучающих семинаров и консультаций не имеет экономической целесообразности для общества, судом отклоняются.

В пунктах 2 и 3 Постановление Пленума № 62 приведен перечень, когда недобросовестность и неразумность действий директора считается доказанной, в частности, когда директор совершил сделку:

- без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

- после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

- а также знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.);

- до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации.

Согласно абзацу 7 пункта 2 Постановление Пленума № 62 под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента). Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения; если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц, основным видом деятельности ООО «Топаз» является  производство электромонтажных работ, более того, общество  имеет лицензию на деятельность по монтажу, техническому обслуживанию и ремонту средств обеспечения пожарной безопасности зданий и сооружений. Следовательно, проведение обучающих семинаров именно в этой области не выходит за рамки обычной хозяйственной деятельности общества. В этой связи, наличие или отсутствие экономической целесообразности организации ответчиком таких семинаров и обучений не может однозначно свидетельствовать о противоправности и недобросовестности поведения директора. 

Довод истца о том, что по договору между  ООО ЧОП «Медведь» и ООО «Топаз» от 01.09.2015 на эксплуатационно-техническое обслуживание  и мониторинг объекта защиты, за период с 01.10.2015 по  08.12.2015 ООО ЧОП «Медведь» за технический мониторинг оплатило в пользу ООО «Топаз денежные средства в сумме 7 000 руб., в подтверждение чего истцом представлены расходные кассовые ордера: № 302 от 01.10.2015 на сумму 2 000 руб. № 349 от 05.11.2015 на сумму 2 500 руб., № 381 от 08.12.2015 на сумму 2 500 руб., однако, как утверждает истец, указанные денежные средства были получены директором ФИО3, но на счет ООО «Топаз» не поступили, судом отклоняется. Названные расходные кассовые ордера не имеют подписи директора ФИО3, следовательно, где, когда и кем они составлены, достоверно установить не представляется возможным. Данные документы не  свидетельствуют о передаче денежных средств непосредственно ФИО3, что не позволяет суду сделать вывод о их присвоении директором.

Обстоятельства перечисления денежных средств по договору между ООО «МСБ ПРОФ» и ООО «Топаз» № 15/02 от 01.01.2015 на эксплуатационно-техническое обслуживание и мониторинг объекта защиты с использованием  программно- аппаратного комплекса «Стрелец-Мониторинг» на счет ИП ФИО5 двумя платежами 18 490 руб. и 19 490 руб. по письмам директора ООО «Топаз» ФИО3 проанализированы судом и признаны необоснованными по следующим основаниям. 

Стоимость технического обслуживания согласно акту № 41 от 31.08.2015 (за август) составила 18 490 руб., как утверждает истец, директором ООО «Топаз» ФИО3 в адрес ООО «МСБ ПРОФ» направлено письмо  № 231 от 24.08.2015 (т.4, л.д. 14) с просьбой произвести оплату в размере 18 490 руб. на расчетный счет ИП ФИО5 

Согласно акту № 48 от 30.11.2015 (за ноябрь) составила 19 490 руб.(т.4, л.д. 12,13). Директором ООО «Топаз» ФИО15 в адрес ООО «МСБ ПРОФ» направлено письмо  № 271 от 04.12.2015 с просьбой произвести оплату 19 490 руб. на счет  ИП ФИО5 (т.4, л.д. 15). 

Между тем, ответчик оспаривает указанные письма, поясняя, что не писал таких писем. Ответчиком заявлено о проведении почерковедческой экспертизы. Для проведения такой экспертизы истцу было предложено представить оригиналы писем № 231 от 24.08.2015 и № 271 от 04.12.2015.

Истец не представил суду оригинал письма № 231 от 24.08.2015, сославшись на его отсутствие. Подпись и печать на нем видны не отчетливо, ответчик подписание оспаривает. Данные обстоятельства в соответствии с пунктом 3 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не позволяет суду признать данное доказательство достоверным. Указанное документальное доказательство, а именно письмо № 231 от 24.08.2015 судом не принимается во внимание. Следовательно, факт перечисления денежных средств в сумме 18 49 руб. на счет ИП ФИО5 именно по просьбе ответчика ФИО3, что повлекло за собой убыток для общества,  истцом не доказан.

Для проверки принадлежности подписи на письме  № 271 от 04.12.2015 судом по ходатайству ответчика назначена почерковедческая экспертиза, проведение которой поручено Федеральному государственному  бюджетному учреждению Челябинская лаборатория  судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации, о чем вынесено соответствующее определение от 11.10.2017 (т.5, л.д. 25-26). Перед экспертами поставлены вопросы:

1. Кем именно выполнена подпись в письме № 271 от 04.12.2015 ФИО3 или иным лицом?

2. Устанавливается ли факт намеренного искажения подписи?

В материалы дела поступило экспертное заключение  № 1884/2-3/1 от 15.11.2017 (т.5, л.д. 36-42), из которого следует, что подпись ФИО3, распложенная  в письме № 271 от 04.12.2015 от имени директора ООО «Топаз» ФИО3 на имя  ООО «МСБ ПРОФ», между словами «С уважением, директор ООО «Топаз» ФИО3» выполнена не самим ФИО3, а другим лицом с подражанием его подлинным подписям. По второму вопросу эксперт сделал вывод о том, что  подпись выполнена без намеренного изменения почерка исполнителя.

При таких обстоятельствах в соответствии с пунктом 3 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд признает данное доказательство недостоверным и не принимает его во внимание при вынесении решения.

Следовательно, факт перечисления денежных средств в сумме 19 490 руб. на счет ИП ФИО5 именно по просьбе ответчика ФИО3, что повлекло за собой убыток для общества,  истцом не доказан.

Таким образом, материалами дела не подтверждается тот факт, что полученные ответчиком денежных средств были использованы в личных целях. Отсутствие в обществе части документов о движении денежных средств за спорный период, непредставление всех документов в ООО «Налоговый стандарт» для составления бухгалтерской отчетности, не свидетельствует о том, что денежные средства были фактически получены ответчиком, и в общество не возвращены. Истцом не доказано, что ФИО3 при освобождении его с должности генерального директора не переданы новому руководству общества документы, касающиеся деятельности общества, в том числе первичная документация, имеющая отношение к настоящему спору. 

При этом следует иметь ввиду, что истцом, в ходе судебного разбирательства не было представлено достаточных документальных доказательств однозначно свидетельствующих о причинении действиями ФИО3 убытков ООО «Топаз», равно как и доказательств того, что организация консультаций и обучающих семинаров противоречила интересам общества либо интересам его участников.

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации; до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации; совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.) (п. 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62).

Из вышеуказанных положений законодательства и разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации следует, что, обращаясь в арбитражный суд с требованием о взыскании убытков с единоличного исполнительного органа общества, заявитель должен доказать факт возникновения убытков, их размер, противоправность действий (бездействия) руководителя общества (их недобросовестность и (или) неразумность) и причинную связь между его действиями (бездействием) и возникшими убытками. Ответчик, в свою очередь, вправе доказывать добросовестность и разумность своих действий.

Истец ссылается на то обстоятельство, что получение  ответчиком наличных денежных средств, перечисление денежных средств в пользу третьих лиц за оказанные услуги безусловно привело к возникновению у ООО «Топаз» убытков. Не представлено доказательств и того, что те действия, о которых говорит истец в своем иске, является единственной причиной отсутствия прибыли, как это следует из приведенных выше норм права и  правовых позиций вышестоящих судов.

В силу статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации, предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном законом порядке.

Следовательно, получение прибыли является целью предпринимательской деятельности, однако, при ее осуществлении возможны негативные последствия (в частности, получение небольшого размера прибыли, неполучение прибыли и т.д.).

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). При этом лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в частности по представлению доказательств (часть 2 статьи 9, часть 1 статьи 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Таким образом, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в совокупности с фактическими обстоятельствами дела по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу о том, что в ходе судебного разбирательства не нашел своего подтверждения факт недобросовестности и неразумности в действиях (бездействии) директора ФИО3, которые причинили бы убытки обществу. Судом установлено, что отсутствует виновность в действия ответчика, причинно-следственная связь и сам факт наличия убытков. Следовательно, требования истца являются необоснованными, не подтверждаются материалами дела и удовлетворению не подлежат.

Распределению по настоящему делу подлежат судебные расходы, связанные с оплатой услуг экспертов, расходы по госпошлине.

В соответствии со статьей 101 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

В силу статьи 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

В соответствии с пунктом 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом с проигравшей стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Госпошлина по настоящему делу составляет 20 285 руб. 68 коп.

При обращении истца с настоящим иском им была уплачена госпошлина в сумме 20 200 руб. руб., что подтверждается платежным поручением № 23 от 15.03.2016 (т.1, л.д. 7). 

По настоящему делу проведено 2 экспертизы.

Одна из них оплачена истцом в сумме 135 405 руб., что подтверждается платежным поручением № 111 от 15.12.2016 (т.4, л.д.78). Почерковедческая экспертиза в сумме 15 300 руб. оплачена ответчиком, что подтверждается платежным чеком № 903124 от 16.10.2017 (т.5, л.д 34).

На основании указанных выше норм процессуального права, с учетом того, что суд пришел к выводу о необоснованности заявленного иска, судебные расходы по оплате услуг экспертов и расходы по госпошлине подлежат отнесению на истца. Недоплаченная часть госпошлины в сумме 85 руб. 68 коп. взыскивается с истца в доход федерального бюджета. Судебные расходы, понесенные ответчиком в сумме 15 300 руб. на оплату почерковедческой экспертизы подлежат взысканию с истца в пользу ответчика

Руководствуясь статьями 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

Р Е Ш И Л:

В иске отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Топаз» г. Челябинск  в пользу ФИО3, г. Челябинск судебные расходы, связанные с оплатой услуг представителя в сумме 15 300 руб. 00 коп. 

В Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Топаз» г. Челябинск  в доход бюджета Российской Федерации недоплаченную госпошлину в сумме 85 руб.68 коп.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в  Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме), путем подачи жалобы через Арбитражный суд Челябинской области.

 Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции

    Судья                                                                                  С.М. Скрыль

Информацию о времени, месте и результатах рассмотрения  апелляционной жалобы можно получить  соответственно  на интернет-сайте  Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда httр://18aas.аrbitr.ru