АРБИТРАЖНЫЙ СУД ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ

Бульвар Гагарина, 70, Иркутск, 664025, тел. (3952)24-12-96; факс (3952) 24-15-99

дополнительное здание суда: ул. Дзержинского, 36А, Иркутск, 664011,

тел. (3952) 261-709; факс: (3952) 261-761

http://www.irkutsk.arbitr.ru

 

Именем Российской Федерации

 

Р Е Ш Е Н И Е

 

г. Иркутск                                                                                                 Дело № А19-4720/2023

«11» марта 2024 года

Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 22 февраля 2024 года

Полный текст решения изготовлен 11 марта 2024 года

Арбитражный суд Иркутской области  в составе судьи Липатовой Ю.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "СИБИРЬ" (665002, ИРКУТСКАЯ ОБЛАСТЬ, ТАЙШЕТ ГОРОД, КИРОВА УЛИЦА, ДОМ 141-1Н, ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 29.06.2018, ИНН: 

<

***>) в лице конкурсного управляющего ФИО2 к ОБЩЕСТВУ С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ШЕЛЕХОВСКОЕ" (665021, ИРКУТСКАЯ ОБЛАСТЬ, ТАЙШЕТСКИЙ РАЙОН, ШЕЛЕХОВО СЕЛО, ПОЧТОВАЯ УЛИЦА, 1, ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 30.09.2002, ИНН: 

<

***>), третье лицо -  общество с ограниченной ответственностью «Новая заря» (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>, адрес: 665040, 

<

...>), о признании недействительным договора оказания услуг № 05 от 01.11.20г., применении последствий недействительности сделки

при участии в судебном заседании: 

от истца: представитель по доверенности ФИО3, паспорт,

от ответчика, третьего лица: представитель по доверенности ФИО4 (предъявлен паспорт, диплом),

установил:

ООО "СИБИРЬ" в лице конкурсного управляющего ФИО2  обратилось в Арбитражный суд Иркутской области с  исковым заявлением, уточненным в порядке статьи 49 АПК РФ, к ООО "ШЕЛЕХОВСКОЕ", в котором просит:

1) Признать недействительным в силу ничтожности договор оказания услуг № 05 от 01.11.20г., заключенный между ООО «Сибирь» и ООО «Шелеховское».

2) Применить последствия недействительности сделки:

- взыскать с ООО «Шелеховское» в пользу ООО «Сибирь» денежные средства в размере 4 309 200 (четыре миллиона триста девять тысяч двести) рублей;

- взыскать с ООО «Шелеховское» в пользу ООО «Сибирь» проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 30.12.2020г. по 08.06.23г. в размере 846 902,64 рублей;

- взыскать с ООО «Шелеховское» в пользу ООО «Сибирь» проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 09.06.23г. по день фактического гашения суммы долга из расчета ключевой ставки Банка России, начисленной на сумму долга.

К судебному заседанию от ответчика в материалы дела поступил отзыв на исковое заявление с приложением дополнительных документов: бухгалтерский баланс за 2020 и ответ налогового органа, которые приобщены к материалам дела.

Истец в судебном заседании исковые требования поддержал, дал устные пояснения.

Ответчик в судебном заседании исковые требования не признал, дал устные пояснения.

Иные заявления, ходатайства не поступили. 

Исследовав представленные доказательства, выслушав лиц, участвующих в деле, суд установил следующее.

Между ООО «Сибирь» (далее - Заказчик) и ООО «Шелеховское» (далее - Исполнитель) заключен договор оказания услуг №5 от 01.11.2020 (далее - договор), в соответствии с условиям которого заказчик поручает, а исполнитель выполняет своими силами услуги по расчистки территории, погрузочных разгрузочных работ, следующей техники: 

- трактор К-7001 гос номер 

<

***> 

- трактор К-701А гос номер 

<

***> 

- трактор К-744 гос номер Р2 1437 38, 

а заказчик обязуется создать исполнителю необходимые условия для выполнения работ, принять и оплатить выполненные услуги (пункт 1.1 договора).

Пунктом 1.3. договора установлено, что начало работ по договору - 1 ноября 2020 года. Окончание работ по договору - 31 декабря 2020 года.

Согласно пунктам 2.1., 2.2 договора стоимость работ, выполняемых исполнителем по настоящему договору, определяется договорной ценой и составляет 4 200 руб. за час работы техники. Заказчик оплачивает стоимость работ после подписания акта выполненных работ, по соглашению сторон заказчик может произвести предоплату за услуги, путем перечисления денежных средств на расчетный счет исполнителя.

На основании пункта 3.4 договора услуги считаются выполненными, а результат услуг принятым заказчиком с момента оформления акта, подписываемого представителями сторон. Стороны имеют право осуществлять сдачу-приемку частями.

В обоснование заявленных требований истец указал, что ООО «Сибирь» перечислило ООО «Шелеховское» сумму в размере 4 309 200 рублей; исполнителем, в свою очередь,  услуги по договору не оказывались.

 Претензией от 19.01.2023 истец предложил ответчику вернуть денежные средства в размере 4 309 200 руб.

В связи с неисполнением ответчиком изложенного в претензии требования, истец обратился в суд с иском о взыскании неосновательного обогащения.

Впоследствии истец уточнил заявленные требования, заявил о недействительности договора оказания услуг №5 от 01.11.2020, заключенного между ООО «Сибирь» и ООО «Шелеховское», полагает, что договор является ничтожным в силу мнимости и заключен сторонами в целях причинения вреда кредиторам должника путем вывода денежных средств в преддверии банкротства; также заявил о применении последствий недействительности сделки в виде взыскания денежных средств в размере 4 309 200 руб. основного долга, процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 30.12.2020г. по 08.06.23г. в размере 846 902,64 рублей;, с последующим начислением по день фактической оплаты задолженности.

Ответчик в представленном отзыве доводы истца оспорил, указав, что согласно акту № 83 от 30.11.2020г.. счет-фактуры (передаточного документа (акт)) № 139 от 30.11.2020г., № 84 от 28.12.2020г. т счет-фактуры (передаточного документа (акт)) № 140 от 28.12.2020г., ООО «Шелеховское» оказало услуги тракторного парка согласно договору № 5 от 01.11.2020, в количестве 1 026 часов, по цене, установленной договором, - 4 200 руб., на общую сумму 4 309 200 руб.

Вышеперечисленные услуги выполнены полностью и в срок. Заказчик претензий по объему, качеству и срокам оказания услуг не имеет. По состоянию на 31.01.2021 между ООО «Сибирь» и ООО «Шелеховское» был подписан акт сверки взаимных расчетов, что подтверждается представленными документами. 

Конкурсный управляющий в обоснование мнимого характера спорного договора оказания услуг обращал внимание суда на совокупность следующих обстоятельств. Истец полагает, что с учетом времени работы по расчистке территории (768 часов) объем отходов является значительным, соответственно, заказчик (ООО «Сибирь) должен был привлечь спецтехнику на вывоз ТКО и заключить договор на его утилизацию. Также конкурсный управляющий указывает на то, что анализ движения денежных средств по расчетному счету ООО «Сибирь» позволяет прийти к выводу о том, что в спорный период времени не производились платежи за оказание транспортных услуг по вывозу ТКО, какие-либо первичные документы, подтверждающие факт оказания услуг по вывозу и утилизации отходов в распоряжении конкурсного управляющего отсутствуют; ответчиком не представлены доказательства, подтверждающие то обстоятельство, что вывоз отходов и их утилизация реально производились в спорный период времени какими-либо лицами. Также конкурсный управляющий ставит под сомнение закупку топлива сотрудниками ООО «Сибирь» и последующую передачу топлива ООО «Шелеховское» для заправки тракторов, поскольку отсутствуют доказательства передачи топлива (заправочные листы, акты приема-передачи и т.д.) и у конкурсного управляющего отсутствуют платежные документы, подтверждающие факт закупа топлива ООО «Сибирь» в ноябре 2020 года. Данные обстоятельства в совокупности, по мнению истца, свидетельствуют о мнимом характере оспариваемой сделки.

Оппонируя истцу, ответчик в представленном письменном отзыве, а также в судебных заседаниях, обращал внимание суда на следующее. Согласно заключенного между сторонами договора оказания услуг № 5 от 01.11.2020 в обязанности ООО «Шелеховское» не входило вывоз отходов и их утилизация, данные обязанности исполнялись ООО «Сибирь» самостоятельно, в связи с чем, ООО «Шелеховское» не может располагать данными доказательствами.  Согласно п.1.1 договора исполнитель выполняет своими силами услуги по расчистки территории, погрузочно-разгрузочные работы. То есть, основное время, затраченное тракторами, по утверждению ответчика, было направлено на расчистку территории. Как указывает ответчик, земельный участок был передан в аренду ООО «Сибирь» для хранения, складирования и переработки древесины, то есть на участке велась производственная деятельность. В течение полутора лет участок не очищался, отходы, находящиеся на участке (кора деревьев, сучья, обрезки от распиловки) были спрессованные и замерзшие, что увеличивало количество часов работы трактора. В связи с чем, связывать количество часов работы трактора с количеством мусора не обосновано. Также ответчик пояснил суду, что трактора, которыми оказывались услуги в рамках договора от 01.11.2020, являются самоходными транспортными средствами, которые самостоятельно передвигаются по автомобильным дорогам. Соответственно, тракторная техника не доставлялась к месту оказания услуг с использованием трала. Трактора ежегодно проходили технический осмотр, что подтверждается реестром выданных талонов с 01.01.2020 по 10.05.2023, выданного Службой государственного надзора за техническим состоянием самоходных машин и других видов техники. Относительно доводов конкурсного управляющего об отсутствии документов, подтверждающих закупку топлива, ответчик со ссылкой на п. 3.2.1 договора оказания услуг, согласно которого заказчик (ООО «Сибирь») обязуется нести затраты на ГСМ и других расходуемых материалов, указывал, что ООО «Сибирь» не передавало ООО «Шелеховское» ГСМ для заправки тракторов. Заправка тракторов производилась на арендуемой территории ООО «Сибирь» по адресу: 

<

...>. 

Таким образом, по мнению ответчика, истцом не представлено доказательств мнимого характера сделки. Фактически ООО «Шелеховское» оказало услуги согласно условиям заключенного договора № 5, ООО «Сибирь» оплатило оказанные услуги. Заявление истца о мнимости сделки опровергнуто данными о ее реальном исполнении.

Третье лицо в представленном письменном отзыве также оспорило доводы истца о мнимости сделки, указав, что 1 ноября 2020 года между ООО «Сибирь» (заказчик) и ООО «Новая заря» (исполнитель), был заключен договор оказания услуг № 6, согласно которому заказчик поручает, а Исполнитель выполняет своими силами услуги по расчистке территории, погрузочно-разгрузочных работ, следующей техникой: трактор К-701 гос номер 

<

***> трактор К-701 гос номер 

<

***>  трактор К-701 гос номер 

<

***>  трактор К-744 Р2 гос номер 

<

***> трактор К-744 Р1 гос номер 

<

***>  трактор Т-150 К гос номер 

<

***>  трактор Т-150 К гос номер 

<

***>  трактор ХТЗ-150К-09 гос номер PC 0918, а заказчик обязуется создать исполнителю необходимые условия для выполнения работ, принять и оплатить выполненные услуги. Согласно акту № 70 от 30.11.2020 и счету-фактуре № 120 от 30.11.2020, общество «Новая Заря» оказало услуги тракторного парка согласно договору № 6 от 01.11.2020, в количестве 768 часов, по цене, установленной договором, - 4 200 руб., на общую сумму 3 225 600 рублей. Вышеперечисленные услуги выполнены полностью и в срок. 

Заказчик претензий по объему, качеству и срокам оказания услуг не имеет. Вместе с ООО «Шелеховское» услуги по очистке территории оказывало ООО «Новая Заря» в период с 1 ноября 2020 года по 18 ноября 2020 года; в декабре 2020 года услуги по очистке территории оказывало только ООО «Шелеховское». В обязанности ООО «Новая Заря» и ООО «Шелеховское» не входило вывоз отходов и их утилизация, данные обязанности исполнялись ООО «Сибирь» самостоятельно. Также считает, что конкурсным управляющим не представлено убедительных доказательств, подтверждающих осведомленность ООО «Новая Заря» и ООО «Шелеховское» о намерении ООО «Сибирь» причинить вред своим кредиторам путем вывода денежных средств. Также как и не представлено доказательств мнимого характера сделки. Доводы истца основаны на предположениях. Факт оказания услуг задокументирован участниками сделки в порядке, обычном для совершения подобных сделок.

В материалы дела от общества «Тайшетская Лесоперерабатывающая база» во исполнение определения суда поступили письменные пояснения, в которых общество пояснило, что в оспариваемый период общество «Сибирь» производило очистку земельного участка по адресу: 

<

...>

Очистка территории производилась ООО «Сибирь» на основании заключенного договора аренды земельного участка от 01.06.2020 № 20, согласно пункту 5.5 которого до возврата земельного участка арендатор обязан: убрать все временные объекты, установленные им на земельном участке, убрать мусор на территории и сделать земельный участок пригодным для дальнейшего использования но назначению без каких-либо дополнительных затрат арендодателя.

В ходе проведения работ по очистке территории арендодателем дано согласие ООО «Сибирь» на проведение работ по складированию (утилизации) отходов в яму на земельном участке для утрамбовки грунта, укрепления земляного полотна, чтобы могли ездить грузовые автомобили (лесовозы, камазы и т.д.), 

Также часть опилок были складированы на земельном участке для их дальнейшего использования в производстве другого арендатора.

Остальной мусор был вывезен с территории земельного участка силами ООО «Сибирь», и земельный участок был передан арендодателю в состоянии, пригодном для дальнейшего использования по назначению.

Суд, исследовав и оценив представленные доказательства в порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришел к следующим выводам.

В рассматриваемом случае правоотношения сторон обусловлены возмездным оказанием услуг и регулируются положениями главы 39 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу статьи 779 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Согласно пункту 1 статьи 781 Гражданского кодекса Российской Федерации заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.

Как установлено судом, по условиям договора согласовано оказание исполнителем услуг расчистки территории, погрузочных разгрузочных работ, следующей техникой: 

- трактор К-7001 гос номер 

<

***> 

- трактор К-701А гос номер 

<

***> 

- трактор К-744 гос номер Р2 1437 38.

В соответствии со статьей 422 ГК РФ договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

По пункту 1 статьи 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Оценив условия договора №5 от 01.11.2020, которыми согласован предмет, суд полагает указанный договор заключенным (статья 432 ГК РФ).

Первоначально позиция истца по делу сводилась к тому, что в распоряжении конкурсного управляющего ООО "Сибирь" отсутствуют документы, подтверждающие встречное исполнение либо возврат уплаченных в адрес ООО «Шелеховское» сумм в размере 4 309 200 руб. по платежным поручениям от 30.11.2020 №№ 817,818, что трактуется истцом, как неосновательное обогащение. Между тем, истцом не учтено следующее.

Ответчик в представленном отзыве указал, что согласно акту № 83 от 30.11.2020г.. счет-фактуры (передаточного документа (акт)) № 139 от 30.11.2020г., № 84 от 28.12.2020г. т счет-фактуры (передаточного документа (акт)) № 140 от 28.12.2020г., ООО «Шелеховское» оказало услуги тракторного парка согласно договору № 5 от 01.11.2020, в количестве 1 026 часов, по цене, установленной договором, - 4 200 руб., на общую сумму 4 309 200 руб., таким образом, на сумму перечисленных денежных средств ответчиком предоставлено встречное исполнение.

Указанные в платежных поручениях назначения платежей свидетельствует о том, что между сторонами имели место обязательственные отношения, во исполнение которых ответчиком были получены денежные средства.

Истец не обосновал и не доказал, что выполненные работы не связаны с хозяйственной деятельностью общества, у него отсутствовала потребность в результате оказанных услуг.

Отсутствие в распоряжении конкурсного управляющего документов, подтверждающих основания перечисления денежных средств, само по себе не свидетельствует о том, что таковые не имели место быть.

Вместе с тем, с момента перечисления денежных средств и до назначения конкурсного управляющего, непосредственно ООО "Сибирь" в лице органов управления не обращалось к ответчику с претензией о невыполнении работ по договору и о возврате перечисленных денежных средств. Таким образом, до введения конкурсного производства у истца не было неясностей по факту выполненных работ/оказания услуг и перечисления спорных денежных средств. Доказательств иного суду не представлено.

Последующее введение в отношении ООО "Сибирь" процедуры конкурсного производства с утверждением конкурсного управляющего, который осуществляет анализ,  финансовое состояние, деятельность  должника не изменяет общий порядок доказывания факта наличия неосновательного обогащения  применительно к рассматриваемым правоотношениям, поскольку назначенный конкурсный управляющий является руководителем юридического лица, и его неосведомленность о каких-либо обстоятельствах не может рассматриваться как безусловное доказательство наличия неосновательного обогащения на стороне ответчика.

Отсутствие у конкурсного управляющего документов не свидетельствует о неисполненном ответчиком обязательстве, а также о наличии на стороне ответчика неосновательно удержанной суммы.

После получения документов, подтверждающих встречное предоставление на перечисленные денежные средства, позиция истца по делу изменилась,  конкурсный управляющий заявил о мнимости договора на оказание услуг, полагая, что сделка заключена сторонами в целях причинения вреда кредиторам должника путем вывода денежных средств в преддверии банкротства.

Согласно пункту 2 статьи 1 ГК РФ юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых, не противоречащих законодательству, условий договора.

Юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным документом (пункт 1 статьи 53 ГК РФ).

Гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, в том числе из договоров и иных сделок (статья 8 ГК РФ).

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

В соответствии со статьей 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. 

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно пункту 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Согласно разъяснениям пункта 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25, к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Поскольку пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусмотрено специальное основание недействительности сделок, совершенных в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, то данная сделка должна была признаваться недействительной в силу ее оспоримости, по специальному, самостоятельному основанию в рамках дела о банкротстве.

В связи с подачей настоящего иска вне рамок дела о банкротстве, в общеисковом порядке по общегражданским основаниям, специальные нормы законодательства о банкротстве в настоящем споре применению не подлежат.

Характерной особенностью мнимой сделки является то, что стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь при этом создать реальных правовых последствий. У них отсутствует цель в достижении заявленных результатов. 

Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной (пункт 7 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям", утв. Президиумом Верховного Суда РФ 08.07.2020, определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 21.02.2019 N 308-ЭС18-16740, от 29.10.2018 N 308-ЭС18-9470, от 23.08.2018 N 305-ЭС18-3533, от 13.07.2018 N 308-ЭС18-2197, от 25.07.2016 N 305-ЭС16-2411).

Для признания сделки мнимой необходимо установить, что каждая из ее сторон действовала недобросовестно, в обход закона и не имела намерения совершить сделку в действительности. Порочность воли каждой из ее сторон является обязательным условием для признания сделки мнимой (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 04.12.2023 N 301-ЭС23-5513(2), от 08.02.2023 N 305-ЭС21-8027(7), от 08.02.2023 N 305-ЭС22-20515).

В связи с изложенным судом отмечается, что в отношении мнимой сделки ее стороны, как правило, изготавливают документы так, что у третьих лиц создается впечатление, будто бы стороны действительно следуют условиям договора. Интерес в квалификации внешне совершенной сделки как мнимой может состоять в том, чтобы раскрыть истинные намерения сторон сделки, противоречащие сделке, и исключить для себя или иных лиц те правовые последствия, которые формально порождает мнимая сделка. 

Таким образом, особенность оспаривания сделок по пункту 1 статьи 170 ГК РФ в том, что оно осуществляется в интересах третьих лиц, не являющихся участниками сделки, и направлено на констатацию отсутствия юридической силы у мнимой сделки и снятие формально созданных условий, вводящих в заблуждение независимых участников гражданского оборота относительно настоящих намерений сторон сделки и существу сложившихся между ними отношений.

Мнимый характер сделки может быть обнаружен независимым участником оборота после совершения действий, которые могли бы породить у него разумные сомнения по поводу того, что в действительности стороны сделки имели иные намерения, нежели это вытекает из мнимой сделки, создающей иллюзорные представления у третьих лиц о фактических отношениях сторон такой сделки. 

О мнимости (об изначальном отсутствии намерения исполнять сделку) может свидетельствовать не имеющая разумного обоснования пассивность обеих сторон договора, которые длительное время не исполняют свои обязательства, не осуществляют права по сделке, не совершают действия, направленные на побуждение контрагента к исполнению обязательства (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 17.08.2023 N 302-ЭС22-21521(3,4)).

В рассматриваемом случае из пояснений ответчика и представленных в материалы дела документов, судом установлено, что ООО «Шелеховское» в соответствии с условиями договора оказания услуг выполнялись работы по расчистки территории на арендуемом ООО «Сибирь» земельном участке по адресу: 

<

...> у.236А.

Ответчик представил в материалы дела доказательства (расчетная ведомость организации, табель учета рабочего времени), в соответствии с которыми услуги тракторной техники оказывались следующими лицами:

- ФИО5,

- ФИО6,

- ФИО7,

В материалы дела ОМВД России по Тайшетскому району в ответ на определение суда об истребовании доказательств представлены копии объяснений трактористов в рамках доследственной проверки. Истец полагал, что объяснения трактористов подтверждают доводы о ничтожности спорного договора оказания услуг, поскольку в объяснениях ФИО8 от 21.06.2023, ФИО9 от 21.06.2023, ФИО10 от 21.06.2023, ФИО11 от 27.06.2023, ФИО12 от 27.06.2023 указанные лица отрицают факт оказания услуг тракторной техникой в период с 01.11.2020 по 30.11.2020 по расчистке территории на земельном участке в г. Тайшете.

В материалы дела представлены объяснения в рамках доследственной проверки трактористов ФИО13, ФИО9, ФИО14, ФИО11, супруги тракториста ФИО15 - ФИО12, которые пояснили, что работы по уборке территории по адресу; 

<

...> 236.А в 2020 году не производили. 

Между тем, согласно объяснениям трактористов ФИО16, ФИО17, ФИО18.(трактористы ООО «Новая заря») ФИО5 (тракториста ООО «Шелеховское») в ноябре 2020 года указанные лица осуществляли работы по уборке территории в 

<

...> точный адрес - не знают, однако пояснили, что это территория бывшего предприятия «Сельхозхимии», осуществляли работы по грунтованию опила и его погрузке. Куда вывозился мусор, им неизвестно. Заправка тракторов осуществлялась на территории, где производилась уборка.

Показания трактористов, на которые ссылается истец, являются противоречивыми (одни трактористы подтверждают выполнение работ в спорный период, другие – нет); в связи с чем, суд не может принять данные доказательства в качестве однозначного подтверждения мнимости сделки. 

Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности (часть 3 статьи 71 АПК РФ).

Суд пришел к выводу о том, что указанные доказательства не являются объективным подтверждением факта оказания/неоказания услуг ответчиком, не являются достоверными доказательствами в силу части 3 статьи 71 АПК РФ.

Отсутствие актов приема-передачи топлива также не является подтверждением мнимости договора, поскольку ООО «Шелеховское» располагало как транспортными средствами, так и работниками для оказания данной услуги, что подтверждается представленными в материалах дела документами. Стороны договора согласовали, что заправка техники осуществляется силами заказчика, при этом условий о составлении каких-либо дополнительных актов приема-передачи топлива в договоре не содержится.

Довод истца о незаключении договора на вывоз отходов не состоятелен, поскольку спорным договором на ООО «Шелеховское» не возлагалась обязанность по вывозу отходов, в обязанности исполнителя входили услуги по расчистке и погрузке; у исполнителя отсутствовал какой-либо интерес в том, силами какой организации осуществлялся вывоз мусора. Пояснения бывшего директора общества «Сибирь», представленные в письменном виде, не могут быть приняты в качестве достоверного доказательства, поскольку все выражения носят поверхностный характер, как указывал в пояснениях сам ФИО19 «точно не помню и др.».

В судебном заседании, состоявшемся 26.10.2023, ФИО19 допрошенный судом в качестве свидетеля, пояснил, что являлся директором общества «Сибирь»; в оспариваемый период с ООО «Шелеховское» заключен договор на расчистку территории; в судебном заседании подтвердил свою подпись на договоре; расчистка производилась работниками ООО «Шелеховское» с использованием тракторов; указал, что территория земельного участка болотистая, арендатор обратился с требованием о расчистке территории; опилки, горбыль и иной мусор частично был вывезен наемными транспортными средствами: лесовозами, камазами, тракторами - за топливо; частично был утилизирован в выкопанную яму на земельном участке. Заправка техники производилась силами общества «Сибирь», топливо закупалось у нескольких поставщиков, помощник привозил топливо в бочках, первичная документация на ГСМ отсутствует, поскольку часть документов общества передана новому директору, часть – следственным органам.  

Довод истца об отсутствии командировочных на трактористов, приказов об изменении места работы судом рассмотрены и отклонены, поскольку в соответствии со статьей 166 Трудового кодекса Российской Федерации и Положением об особенностях направления работников в служебные командировки, утвержденным Постановлением Правительства РФ от 13.10.2008 № 749 предполагает, что командировка должна осуществляться в другую местность, то есть за пределы административно-территориальных границ населенного пункта, в котором находится работодатель или его структурное подразделение. Выезд трактористов в иной населенный пункт не является служебной командировкой, тем более, когда расстояние между указанными населенными пунктами составляет всего 39 км.

В части довода об объеме расходования ГСМ  суд установил, что заправка тракторов производилась на арендуемой территории ООО «Сибирь», учитывая пояснения бывшего директора ООО «Сибирь», топливо закупалось у нескольких поставщиков, топливо находилось на территории расчищаемого земельного участка в бочках, доказательств, опровергающих указанные обстоятельства, сторонами в материалы дела не представлено. Объяснения бывшего директора, содержащиеся в материалах доследственной проверки, в данной части им оспорены при даче пояснений суду, поскольку, как и указано в самих объяснениях, директор точно не помнил указанные обстоятельства в виду давности событий. 

Истец также ссылается на непредставление ответчиком документов, подтверждающих факт прохождения технического обслуживания тракторами, наличия полисов ОСАГО. Данные доводы истца не обоснованы, поскольку ответчиком представлены документы о прохождении технического осмотра в оспариваемый период. Сам по себе факт нарушения ответчиком законодательства в сфере страхования является ответственностью исключительно ответчика, данный довод на мнимость договора никак не влияет, поскольку техника может использоваться и в отсутствие полиса страхования, и в отсутствие прохождения технического обслуживания.

Конкурсный управляющий также обращает внимание суда на то обстоятельство, что анализ движения денежных средств по расчетному счету ООО «Сибирь» позволяет прийти к выводу, что в спорный период времени не производились платежи за оказание транспортных услуг по вывозу ТКО.

Как указано судом ранее, согласно заключенному между сторонами договора оказанная услуг в обязанности ООО «Шелеховское» не входило вывоз отходов и их утилизация, данные обязанности исполнялись ООО «Сибирь» самостоятельно.

В соответствии с Федеральным законом от 24.06.1998 № 89-ФЗ «Об отходах производства и потребления» твердые коммунальные отходы - отходы, образующиеся в жилых помещениях в процессе потребления физическими лицами, а также товары, утратившие свои потребительские свойства в процессе их использования физическими лицами в жилых помещениях в целях удовлетворения личных и бытовых нужд. К твердым коммунальным отходам также относятся отходы, образующиеся в процессе деятельности юридических лиц, индивидуальных предпринимателей и подобные по составу отходам, образующимся в жилых помещениях в процессе потребления физическими лицами.

Вывозимые отходы (горбыль, опилки) не относятся к твердым коммунальным отходам, поскольку не связаны с удовлетворением личных и бытовых нужд, в этой связи доводы истца об отсутствии заключенного договора с региональным оператором также подлежат отклонению.

Представленные истцом определения суда о признании сделок недействительными не являются преюдициальными в рамках рассматриваемого спора, не влияют на мнимость оспариваемого в настоящем деле договора.

Ответ арендодателя земельного участка с кадастровым номером 38:29:020803:270 - ООО «Тайшетская ЛПБ» подтверждает, что ООО «Сибирь» в течение действия договора аренды №058 от 01.07.2019 и №020 от 01.06.2020 очистку территории не осуществляло, в связи с чем, ООО «Тайшетская ЛПБ» обращалось к ООО «Сибирь» с уведомлением об очистке территории, а также с требованием исполнить условия договора об очистке территории. 30 декабря 2020 года между ООО «Тайшетская ЛПБ» и ООО «Сибирь» было заключено соглашение о расторжении договора № 020 краткосрочной аренды земельного участка от 01.06.2020, подписан акт приема-передачи от 30.12.2020, в котором ООО «Тайшетская ЛПБ» претензий к земельному участку не имело.

Также не нашли подтверждение доводы истца о выводе денежных средств общества «Сибирь» бывшему директору ФИО19 или иных лиц через ООО «Шелеховское»: Согласно представленным банковским выпискам по счетам ООО «Шелеховское», после перечисления денежных средств по договору оказания услуг в январе 2021 года иных операций в отношении ФИО19 не производилось, иным лицам, аффилированным обществу «Сибирь» и ФИО19, также не перечислялись.

На наличие иных пороков оспариваемой сделки истцом не указано, в нарушение части 1 статьи 65 АПК РФ доказательств наличия таких пороков в материалы настоящего дела не представлены.  

Сложившаяся судебная практика исходит из того, что намерения одного участника заключить мнимый договор недостаточно для вывода о ничтожности сделки на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации. Данная норма подлежит применению при установлении порока воли всех сторон договора (постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.02.2005 № 10505/04, от 05.04.2011 № 16002/10, определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 16.07.2020 № 306- ЭС19-2986 (7,8) по делу № А65-27205/2017). Доказательств в данной части истцом не представлено.

В нарушение положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истец не доказал, что при заключении договора ни одна из сторон не намеревалась создавать соответствующие юридические последствия его заключения, истец не представил достоверных, относимых и допустимых доказательств обстоятельств, позволяющих с однозначностью судить о мнимости.

Истец не представил доказательств того, что при совершении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание правовых последствий, которые наступают для данного вида сделки.

При этом добросовестность участников гражданских правоотношений предполагается, поскольку не доказано иное. Доказательств недобросовестности ответчика, как и убедительных доводов в данной части, истцом не представлено.

Довод истца о мнимости совершенной сделки, по мнению суда, основан на предположениях, которые не могут быть истолкованы в пользу истца.

В подтверждение реальности договора ответчиком представлена первичная документация (договор, акты, счета-фактуры, счета на оплату), которая истцом не оспорена, содержащиеся в ней сведения не опровергнуты, о фальсификации в порядке статьи 161 АПК РФ не заявлено.

Как указано в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.10.2012 № 7204/2012, совершая сделки лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся.

Поэтому при рассмотрении вопроса о мнимости суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов – например, актов об оказании услуг – установленным законом формальным требованиям. Необходимо принимать во внимание и иные документы и доказательства.

Исследуя оспариваемые сделки с данной правовой позиции, суд отмечает, что в рассматриваемом споре факт действительного оказания услуг подтверждается имеющимися в деле доказательствам – как установлено в ходе судебного разбирательства, в материалах дела содержится достаточный объем документов, свидетельствующих об этом. В подтверждение фактически выполнявшихся работ ответчиком представлены не только акты, но и сведения о наличии в его распоряжении материалов, сил и средств для выполнения соответствующих работ.

Не имеется в деле доказательств и того, что стороны прикрывали спорным договором и оспариваемыми платежами в его исполнение какую-либо иную сделку.

Оценивая в совокупности представленные сторонами документы, суд приходит к выводу, что, вопреки доводам истца, факт оказания услуг в рамках сложившихся между истцом и ответчиком отношениях надлежащим образом не оспорен, представленные документы не содержат порока воли сторон к заключению или исполнению договора, а, соответственно, и мнимости договора. Доводы истца носят косвенный характер и фактически не позволяют суду сделать вывод о мнимости сделки.

В пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63, отмечены критерии для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Относительно того мог ли ответчик знать о возможном наступлении у ООО «Сибирь» признаков неплатёжеспособности, суд установил следующее.

На момент заключения договора оказания услуг № 5 ООО «Сибирь» было работающим предприятием, осуществляющим свою основную деятельность «распиловка и строгание древесины» по адресу 

<

...>, где ООО «Шелеховское» оказывало услугу по расчистке территории.

01.10.2021 года Арбитражным судом Иркутской области в рамках дела № А19-19580/2021 принято к производству заявлением общества с ограниченной ответственностью «АФГ-Лоджистик» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, адрес: 664050, 

<

...>) о признании общества с ограниченной ответственностью «Сибирь» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, адрес: 665002, 

<

...>) несостоятельным (банкротом).

Таким образом, с заявлением о признании ООО «Сибирь» кредитор обратился осенью 2021 года, в то время как, правоотношения ООО «Сибирь» с ООО «Шелеховское» возникли с осени 2020 года.

Согласно бухгалтерского баланса по состоянию на 01.01.2021г., по результатам  за 2020г. прибыль ООО «Сибирь» составила 3 143 тыс. рублей, имелись денежные средства в сумме 1 476 тыс. руб., основные средства 13 520 тыс. руб., материальные запасы в сумме 1 340 тыс. руб., что подтверждает платежеспособность предприятия ООО «Сибирь» и отсутствия признаков банкротства. Таким образом, о наличии у ООО «Сибирь» признаков неплатёжеспособности на момент заключения оспариваемого договора, в настоящем случае говорить не приходится. Конкурсным управляющим не представлено убедительных доказательств, подтверждающих осведомленность ООО «Шелеховское» о намерении ООО «Сибирь» причинить вред своим кредиторам путем выводы денежных средств.

Суд также отмечает, что поведение истца являлось непоследовательным и создающим неопределенность в реализации прав иными участниками спорных правоотношений, польку после получения тех или иных документов в опровержение заявленных доводов, истцом первоначально знанимаемая позиция существенно менялась.

При таких обстоятельствах, исследовав и оценив в порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представленные в материалы дела документы, исходя из предмета и оснований заявленных исковых требований, а также из достаточности и взаимной связи всех доказательств в их совокупности, установив все обстоятельства, входящие в предмет доказывания и имеющие существенное значение для правильного разрешения спора, учитывая пояснения, данные истцом и ответчиком, руководствуясь положениями действующего законодательства,  арбитражный суд приходит к выводу о том, что заявленный иск о признании недействительным в силу ничтожности договора оказания услуг №5 от 01.11.2020, заключенного между ООО «Сибирь» и ООО «Шелеховское»; применении последствий недействительности сделки в виде взыскания денежные средства в размере 4 309 200 руб. основного долга, процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 30.12.2020г. по 08.06.23г. в размере 846 902,64 рублей; с последующим начислением по день фактической оплаты задолженности не обоснован и удовлетворению не подлежит.

Всем существенным доводам, пояснениям и возражениям сторон судом дана оценка, что нашло отражение в данном решении. Иные доводы и возражения несущественны и на выводы суда повлиять не могут.

Согласно части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Поскольку при принятии иска к производству судом было удовлетворено ходатайство истца о предоставлении отсрочки уплаты государственной пошлины, с ООО «Сибирь» в доход федерального бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 6 000 рублей, в соответствии с частью 4 статьи 333.21 НК РФ.

Кроме того, одновременно с подачей иска истец обратился в суд с заявлением об обеспечении иска, ходатайствовал о предоставлении отсрочки уплаты государственной пошлины. Ходатайство об отсрочке уплаты государственной пошлины удовлетворил, в заявлении об обеспечении иска отказал.

Следовательно, с ООО «Сибирь» в доход федерального бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 9 000 рублей (6000+3000).

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении иска отказать.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Сибирь» (ИНН 

<

***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в сумме 9 000 рублей.

Решение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Иркутской области.

 

Судья                                                                                                   Ю.В. Липатова