ДВЕНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А57-27995/2022

г. Саратов

15 мая 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена «06» мая 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен «15» мая 2024 года.

 

Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Судаковой Н.В.,   

судей Батыршиной Г.М., Грабко О.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Молевой В.К.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Кукушкина Геннадия Анатольевича

на определение Арбитражного суда Саратовской области от 04 марта 2024 года по делу                    №А57-27995/2022

об отказе во включении требований в реестр требований кредиторов должника в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Краснокутского районного потребительского общества (Саратовская область, Краснокутский район, г. Красный кут, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 

при участии в судебном заседании: представителя ФИО2 – ФИО3, действующей на основании доверенности от 20 марта                         2015 года, временного управляющего Краснокутского районного  потребительского общества - ФИО4 – лично, 

 

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Саратовской области от 10.04.2023 признано обоснованным заявление кредитора ФИО2 (далее – ФИО2) о признании Краснокутского районного потребительского общества (далее - Краснокутское РайПО, должник), несостоятельным (банкротом), введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО4 (далее – временный управляющий, ФИО4).

15.05.2023 ФИО1 (далее – ФИО1) обратился с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере                 4 430 000 руб. 00 коп., из которых 2 500 000 руб. 00 коп. - основной долг, 1 700 000 руб. 00 коп. - просроченные проценты, 230 000 руб. 00 коп. - неустойка (пени), для включения в третью очередь.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 04.03.2024 в удовлетворении заявления ФИО1 о включении в реестр требований кредиторов должника отказано.   

ФИО1, не согласившись с принятым судебным актом, обратился в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Саратовской области от 04.03.2024 отменить, удовлетворить заявление в полном объёме.    

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что вопреки выводам суда первой инстанции у ФИО1 имелась финансовая возможность предоставления должнику денежных средств по договору займа, доказательства финансовой возможности представлены в материалы дела. 

В судебном заседании временный управляющий ФИО4 поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просил обжалуемое определение оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержала доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просила обжалуемое определение оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве, в судебное заседание не явились. Информация о месте и времени судебного заседания размещена на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (kad.arbitr.ru), что подтверждено отчётом о публикации судебных актов на сайте. 

Руководствуясь частью 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных и не явившихся в судебное заседание.

Исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав лиц, участвующих в деле, проверив правильность применения арбитражным судом норм материального и соблюдение норм процессуального права, суд апелляционной инстанции пришел к следующему.

Дела о несостоятельности (банкротстве) в силу части 1 статьи 223 АПК РФ и пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Из материалов дела следует, что в обоснование заявления о включения в реестр требований кредиторов ФИО1 ссылается на следующие обстоятельства.

 09.08.2021 между ФИО1 (займодавец) и Краснокутским РайПО (заемщик) в лице председателя правления ФИО5, действующего на основании Устава, был заключен договор займа б/н, по условиям которого  займодавец предоставляет заем (передает в собственность заемщика денежные средства) в сумме 2 500 000 руб. 00 коп., а заемщик обязуется возвратить займодавцу полученную сумму с уплатой процентов в сумме                                       1 700 000 руб. 00 коп.

В соответствии п. 4.2. настоящего договора заем предоставляет на срок до 31.12.2022.

Согласно п. 5.2. договора займа в случае невозвращения в срок, обусловленный п. 4.2. настоящего договора, суммы займа займодавцу, на сумму займа, предусмотренную п. 5.1. настоящего договора, начисляется пеня в размере 0,1 % от суммы займа за каждый день просрочки. Сумма договорной неустойки за период с 01.01.2022 по 02.04.2023 в соответствии с п. 5.2. договора займа составляет 230 000 руб. 00 коп.

Передача денежных средств должнику подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру №58 от 09.08.2021 на сумму 2 500 000 руб. 00 коп., подписанной от имени должника ФИО5  – председателем правления Краснокутского РайПО

Неисполнение Краснокутским РайПО условий по договору займа послужило основанием для обращения ФИО1 с заявлением о включении данной задолженности в реестр требований кредиторов должника.  

Отказывая в удовлетворении требований ФИО1, суд первой инстанций правомерно исходил из следующего. 

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – постановление Пленума № 35) разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

При этом необходимо иметь в виду, что целью проверки обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Основываясь на процессуальных правилах доказывания (статьи 65 и 68 АПК РФ), заявитель обязан подтвердить допустимыми доказательствами правомерность своих требований, вытекающих из неисполнения другой стороной ее обязательств.

Требование о включении в реестр задолженности по договорам займа по своей правовой природе аналогично исковому требованию о взыскании долга по соответствующему виду договора, за тем исключением, что в первом случае в отношении ответчика проводятся процедуры несостоятельности.

Нахождение ответчика в статусе банкротящегося лица с высокой степенью вероятности может свидетельствовать о том, что денежных средств для погашения долга перед всеми кредиторами недостаточно. Поэтому в случае признания каждого нового требования обоснованным доля удовлетворения требований этих кредиторов снижается, в связи с чем они объективно заинтересованы, чтобы в реестр включалась только реально существующая задолженность.

Критерии достаточности доказательств (стандарт доказывания), позволяющие признать требования обоснованными, устанавливаются судебной практикой. В делах о банкротстве к кредиторам, заявляющим свои требования, предъявляется, как правило, повышенный стандарт доказывания. В тоже время предъявление высокого стандарта доказывания к конкурирующим кредиторам считается недопустимым и влекущим их неравенство ввиду их ограниченной возможности в деле о банкротстве доказать необоснованность требования заявляющегося кредитора.

При рассмотрении подобных споров конкурирующему кредитору и (или) арбитражному управляющему должника достаточно заявить убедительные доводы и (или) представить доказательства, подтверждающие существенность сомнений в наличии долга. При этом заявляющемуся кредитору не должно составлять затруднений опровергнуть указанные сомнения, поскольку именно он должен обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.

На это неоднократно указывалось как в утвержденных Президиумом Верховного Суда Российской Федерации Обзорах судебной практики Верховного Суда Российской Федерации (обзоры № 1(2017), № 3(2017), № 5(2017), № 2(2018) со ссылками на определения                                          № 305-ЭС16-12960, № 305-ЭС16-19572, № 301-ЭС17-4784 и № 305-ЭС17-14948 соответственно), так и в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, рассматривавшей подобные судебные споры (определения № 308-ЭС18-2197, № 305-ЭС18-413, № 305-ЭС16-20992(3), № 301-ЭС17-22652(1), № 305-ЭС18-3533, № 305-ЭС18-3009, № 305-ЭС16-10852(4,5,6), № 305-ЭС16-2411,                  № 309-ЭС17-344 и другие). 

Согласно пункту 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Пунктом 1 статьи 810 ГК РФ предусмотрено, что заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

При оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Верховный Суд Российской Федерации последовательно отмечает, что в условиях конкуренции кредиторов должника-банкрота возможны ситуации, когда спор по задолженности между отдельным кредитором (как правило, связанным с должником), носит формальный характер и направлен на сохранение имущества должника за его бенефициарами: за собственниками бизнеса (через аффилированных лиц - если должник юридическое лицо) или за самим должником (через родственные связи - если должник физическое лицо). Подобные споры характеризуются предоставлением минимально необходимого и в то же время внешне безупречного набора доказательств о наличии задолженности у должника, обычно достаточного для разрешения подобного спора; пассивностью сторон при опровержении позиций друг друга; признанием обстоятельств дела или признанием ответчиком иска и т.п. В связи с совпадением интересов должника и такого кредитора их процессуальная активность не направлена на установление истины.

Конкурирующий кредитор и арбитражный управляющий как лица, не участвовавшие в сделке, положенной в основу требований о включении в реестр, объективно лишены возможности представить в суд исчерпывающий объем доказательств, порочащих эту сделку. В тоже время они могут заявить убедительные доводы и (или) указать на такие прямые или косвенные доказательства, которые с разумной степенью достоверности позволили бы суду усомниться в действительности или заключенности сделки.

При оценке доводов о пороках сделки суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов установленным законом формальным требованиям. Необходимо принимать во внимание и иные доказательства, в том числе об экономических, физических, организационных возможностях кредитора или должника осуществить спорную сделку. Формальное составление документов об исполнении сделки не исключает ее мнимость (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25                    «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Бремя опровержения доводов о фиктивности сделки лежит на лицах, ее заключивших, поскольку в рамках спорного правоотношения они объективно обладают большим объемом информации и доказательств, чем другие кредиторы. Предоставление дополнительного обоснования не составляет для них какой-либо сложности.

Предъявление к конкурирующим кредиторам повышенного стандарта доказывания привело бы к неравенству кредиторов. Для уравнивания кредиторов в правах арбитражный суд должен оказывать содействие в реализации их прав, создавать условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела. Процессуальная активность конкурирующих кредиторов при содействии арбитражных судов (пункт 3 статьи 9, пункты 2, 4 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) позволяет эффективно пресекать злоупотребления (формирование фиктивной задолженности) и не допускать недобросовестных лиц к распределению конкурсной массы.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411 по делу № А41-48518/2014, фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника. В тоже время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому, факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки.

В подтверждение финансовой возможности предоставления суммы займа должнику ФИО1 ссылался на предоставление ему займа ФИО6 в размере 1 300 000 руб. 00 коп.

Отклоняя вышеуказанный довод о наличии финансовой возможности, суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что ФИО6, продав квартиру 16.06.2020 на ул. Заречной д.5А, кв.8 за 655 000 руб. 00 коп. и дом с земельным участком 28.05.2020 на               ул. Заречной д.20/2 за 865 000 руб. 00 коп., приобрела жилое помещение 18.06.2020 с кадастровым номером №64:17:190221:124 кадастровой стоимостью 531 687 руб. 00 коп. Следовательно, как верно указал суд первой инстанции, ФИО6 не могла предоставить займ ФИО1 в размере 1 300 000 руб. 00 коп.

Довод ФИО1 о наличии денежных средств после продажи 24.07.2020 а/м TOYOTA CAMRY О911СК777, 2016 г.в. за 230 000 руб. 00 коп. также обоснованно отклонен судом первой инстанции, поскольку после продажи данного автомобиля ФИО1 приобрел: 24.11.2020 - LADA GRANTA В542УА164 стоимостью 607 500 руб. 00 коп. и 27.07.2021 приобрел - ВАЗ 21099 А164ВО164 стоимостью в 30 000 руб. 00 коп.

Представленная ФИО1 только 22.11.2023 справка о доходах супруги за 2021 год также не подтверждает финансовую возможность кредитора, так как за период с 01.01.2021 до 31.07.2021 средний размер заработной платы супруги составлял 24 527 руб. 27 коп. и средний размер полученных денежных средств кредитором ФИО1, с учетом удержаний, составлял 8 231 руб. 17 коп. При этом, прожиточный минимум на двоих составлял 21 230 руб. 00 коп., следовательно остаток денежных средств для возможных накоплений –                      11 528 руб. 44 коп. в месяц, а с 01.01.2021 до 31.07.2021 - 80 699 руб. 08 коп. 

Кроме того, ежемесячные удержания денежных средств с пенсии кредитора с января 2013 года по май 2021 года, также свидетельствуют об отсутствии финансовой возможности у кредитора для предоставления займа должнику.

Также судом апелляционной инстанции учтено, что в материалы дела не представлены доказательства доходов ФИО1, которые позволили бы ему предоставить должнику соответствующие денежные средства.

Из представленных в материалы дела справок о доходах ФИО1 за 2018, 2019, 2020, 2021 года, сумма доходов ФИО1 за 2018 год  составляла 1 500 руб. 00 коп., за 2019 год – 1 500 руб. 00 коп., 2020 год – 6 000 руб. 00 коп., за 2021 год – 6 000 руб. 00 коп.

По сведениям налогового органа других источников доходов ФИО1 не имел; генеральным директором или учредителем в организациях не является; в качестве индивидуального предпринимателя или самозанятого гражданина не зарегистрирован.

Судом первой инстанции также обоснованно не принят в качестве надлежащего доказательства, подтверждающего финансовую возможность, договор купли продажи квартиры кадастровый № 64:17:190219:97, б/н от 16.11.2016, заключенный между ФИО1 и ФИО7, который представлен в материалы дела только 13.02.2024, поскольку изначально кредитор ФИО1 в письменных пояснениях от 17.06.2023 указал иные источники финансовой возможности указанные выше. Кроме того, суд апелляционной инстанции учитывает, что займ был заключен через 5 лет после продажа данного имущества. 

Таким образом, вопреки доводам апеллянта, представленная документация не подтверждает наличие единовременной финансовой возможности передачи денежных средств по договору займа.

Представленные ФИО1 документы не подтверждают, что денежные средства аккумулировались кредитором на счете и были сняты единовременно в целях предоставления займа, при этом, являясь физическим лицом, ФИО1 должен обладать не только денежными средствами, подлежащими передаче по договору займа, но и средствами для несения расходов на личные потребности (нужды).

Проанализировав представленные в подтверждение финансовой возможности материалы дела документы, суд апелляционной инстанции также отмечает, что из представленных ФИО1 документов не следует, что кредитор именно по состоянию на 09.08.2021 одномоментно обладал спорной денежной суммой, поскольку доказательства хранения полученных денежных средств до момента передачи должнику в материалы обособленного спора не представлено. 

Аналогичная правовая позиция изложена в постановлениях Арбитражного суда Поволжского округа от 12.07.2022 по делу № А72-3513/2020, от 29.09.2022 по делу                            № А55-26285/2021.

Таким образом, доказательств того, что ФИО1 имел возможность представить Краснокутскому РайПО денежные средства в материалах дела отсутствуют. 

В соответствии с частью 1 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Проанализировав и оценив имеющиеся в деле доказательства в их совокупности, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что материалами дела не подтверждена финансовая возможность ФИО1 предоставить Краснокутское РайПО заем на                               2 500 000 руб. 00 коп. 

Кроме того, в материалы дела должником не представлены документы, подтверждающие получение денежных средств от ФИО1 и их внесение в кассу и отражение данной операции в кассовой книге, а также применение контрольно-кассовой техники при получении наличных денежных средств, с предоставлением оригинала кассовой книги, а также с предоставлением контрольно-кассового чека (фискальных отчетов), не представлены документы, подтверждающие внесение денежных средств на расчетный счет должника, то есть не представлены доказательства отражения получения заемных средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности, свидетельствующие об операциях должника с этими денежными средствами, не представлены документы, подтверждающие расходование должником заемных денежных средств, отчетности, свидетельствующие об операциях должника с этими денежными.

Согласно ответу на запрос временного управляющего в ПАО Сбербанк, операции по счету не проводились более пяти лет и по истечении пятилетнего срока выписки предоставлены быть не могут. В соответствии с ответом на запрос временного управляющего в                                      АО «Экономбанк» следует, что в банке в ходе прошлого банкротства был открыт счет конкурсного производства и счет для приема задатков. С момента прекращения конкурсного производства прошлого банкротства, а именно с 12.08.2019, операции по счетам не проводились.

Таким образом, как верно указал суд первой инстанции, факт поступления денежных средств по спорному договору займа не нашел отражения в бухгалтерском учете и отчетности должника, также отсутствуют сведения о том, как полученные средства были истрачены должником.

Кроме того, судом из представленных в материалы дела доказательств не установлена целесообразность предоставления заемных денежных средств в размере 2 500 000 руб. 00 коп.

Также  суд апелляционной инстанции учитывает, что в материалах дела имеется отзыв представителя должника, согласно которому данных о задолженности перед ФИО1 не имеется. 

Судом первой инстанции обосновано приняты во внимание документы, представленные представителем кредитора ФИО2 - ФИО3, и временным управляющим, а именно: протокол Совета Краснокутского РайПО №1/21 от 20.01.2021, трудовой договор с ФИО5 (председателем Краснокутского РайПО) от 20.01.2021, заключенный на основании протокола Совета Краснокутского РайПО №1/21 от 20.01.2021, протокол внеочередного общего собрания уполномоченных пайщиков Краснокутского РайПО от 11.12.2014, запрос в МРИ ФНС России №19 по Саратовской области о предоставлении сведений от 04.11.2023, ответ на запрос от 19.01.2024 №04-21/00596@ с приложением выписки от 24.06.2021 из объяснений ФИО8 и ФИО5 Данные документы свидетельствуют о том, что кредитор ФИО1 является членом совета Краснокутского РайПО, то есть - органом управления общества (контролирующим должника органом) и заинтересованное лицо ФИО6 является уполномоченным пайщиком Краснокутского РайПО, то есть контролирующим должника органом.

Обязательства должника перед своими учредителями (участниками), контролирующими должника органом, вытекающие из такого участия, носят внутренний характер и не могут конкурировать с внешними обязательствами, то есть с обязательствами должника как участника имущественного оборота перед другими участниками оборота. Учредители (участники) должника, контролирующие лица - юридического лица, несут риск отрицательных последствий, связанных с его деятельностью. Как следствие, требования таких лиц не подлежат включению в реестр требований кредиторов. Так, в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 ГК РФ) на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

Как верно указал суд первой инстанции правовыми последствиями такого поведения не может быть установленное равенство требований кредитора ФИО1 - контролирующего должника органа (аффилированного лица к должнику) и иных требований независимых кредиторов. Удовлетворение такого требования на равных началах нарушит права неаффилированных кредиторов, а также войдет в противоречие с нормами закона о банкротстве.

Согласно разъяснениям пункта 3 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2020,при банкротстве требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса. Однако, при установлении такого требования в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Исходя из заявленных требований, предъявленных к должнику, усматривается аффилированность. Указанный договор (без соответствующих доказательств действительного предоставления заемных денежных средств) был заключен с целью создания искусственной кредиторской задолженности у должника.

Таким образом, вывод суда первой инстанции о том, что действия должника и заявителя, выразившиеся в заключении данного договора займа, нарушают принцип добросовестного осуществления гражданских прав, направлены исключительно на причинение вреда кредиторам и установление контроля за процедурой банкротства должника, является обоснованным.

Суд апелляционной инстанции считает необходимым отметить следующее.

В силу пункта 7.2 Устава Краснокутского РайПО к исключительной компетенции общего собрания уполномоченных пайщиков общества относится принятие решений, связанных с определением порядка покрытия убытков, понесенных обществом. Принятия решений о сдаче в долгосрочную аренду и любой форме отчуждения основных средств общества.

В соответствии с изложенным, порядок привлечения заемных средств в размере                             2 500 000 руб. подлежит обязательному одобрению общим собранием уполномоченных пайщиков Краснокутского РайПО и должны совершаться председателем правления только на основании решения собрания уполномоченных пайщиков Краснокутского РайПО.

Кредитор ФИО1, как член Совета и заинтересованное лицо уполномоченный пайщик - ФИО6, которые являются контролирующим должника органом, обязаны знать, что все сделки (заключение договора займа, погашение задолженности и т.д.) должны совершаться председателем правления только на основании решения собрания уполномоченных пайщиков Краснокутского РайПО.

Аналогичный документ, а именно протокол собрания уполномоченных пайщиков Краснокутского РайПО от 24.12.2012, согласно которому было принято решение о привлечении заемных средств от ФИО2 в размере 3 000 000 руб. 00 коп., представлен в материалы настоящего дела представителем кредитора ФИО2 -ФИО3, как доказательство соблюдения процедуры для привлечения заемных средств, копии представлены в настоящий обособленный спор.

Согласно статье 28 Закона РФ от 19.06.1992 №3085-1 «О потребительской кооперации (потребительских обществах, их союзах) в Российской Федерации», потребительское общество обязано хранить по месту нахождения совета потребительского общества следующие документы: решение о создании потребительского общества; документ о его государственной регистрации; устав потребительского общества, изменения и дополнения, внесенные в него; документы, подтверждающие права потребительского общества на имущество, находящееся на его балансе; положение о филиале или представительстве потребительского общества; документы бухгалтерского учета и финансовой отчетности; протоколы общих собраний потребительского общества; протоколы заседаний совета и решений правления потребительского общества; протоколы заседаний ревизионной комиссии потребительского общества; заключения аудиторской организации (индивидуального аудитора) и ревизионной комиссии потребительского общества; отчет о финансовом состоянии потребительского общества или союза потребительских обществ и рекомендации наблюдателя; иные документы, предусмотренные законодательством Российской Федерации.

Следовательно, кредитор ФИО1, как член Совета, который является контролирующим должника органом, имеет доступ к данным документам.

Однако, документы, подтверждающие проведение общего собрания уполномоченных пайщиков Краснокутского РайПО, в том числе, на котором принято решение о получении займа от ФИО1, в материалы дела не представлены.

Согласно п. 8.3 Устава Краснокутского РайПО к исключительной компетенции Совета общества относится в том числе определение полномочий правления общества и осуществление контроля за его деятельностью. Совет общества обязан не позднее трех месяцев, после окончания финансового года, созывать общее собрание пайщиков общества для рассмотрения и утверждения итогов работы общества за финансовый год (п. 8.7 Устава Краснокутского РайПО). Совет и правление общества несут ответственность за достоверность информации, содержащейся в годовом отчете и бухгалтерском балансе, полноту и достоверность информации, предоставляемой государственным органам, союзам потребительских обществ, пайщикам, а также за достоверность информации, представляемой в средствах массовой информации (п. 8.9 Устава Краснокутского РайПО). Совет общества не реже чем один раз в год отчитывается перед общим собранием общества (п. 8.10 Устава Краснокутского РайПО).

В соответствии с  представленными должником и уполномоченным органом в материалы основного дела документами у должника отсутствовала возможность по возврату заемных денежных средств, что подтверждается в том числе: - расчетом по страховым взносам за 2021, где указано, что в Краснокутском РайПО всего два работника, которым не начислена заработная плата и страховые взносы составляют 0,00 руб.; - ответами на запрос временного управляющего с банка по расчетным счетам должника, где указано, что за предыдущие 5 лет вообще отсутствует движение по счетам.

Возникновение обязательств перед кредитором приходится на период имущественного кризиса должника. Факт имущественного кризиса подтверждается, в том числе, задолженностью по исполнительным производствам в период заключения вышеуказанного договора, а также установленной задолженностью перед ФИО2 и уполномоченным органом; общедоступной информацией, размещенной на сайте ЕФРСБ: публикация №08403720 от 21.06.2021 о намерении кредитора обратиться в Арбитражный суд Саратовской области с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом); сообщение на сайте ЕФРСБ: публикация №13283012 от 05.10.2022 о намерении обратиться в Арбитражный суд Саратовской области с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом), определением Арбитражного суда Саратовской области от 28.11.2022.

Действия кредитора и должника были совершены в преддверии банкротства и согласно представленным документам в материалы дела и ввиду отсутствия доказательств фактического предоставления займа, направлены на получение денежных средств из конкурсной массы и совершены с целью оказать существенное влияние на решения, принимаемые собранием кредиторов должника, и соответственно на ход дела о несостоятельности должника.

С учетом вышеуказанных обстоятельств, как верно указал суд первой инстанции, такое поведение кредитора и должника, является неразумным и необоснованным, не направлено на добросовестный гражданский оборот и фактически предопределяет привилегированные условия взаимоотношений должника с заинтересованным лицом по спорному договору по сравнению с взаимоотношениями с иными кредиторами.

Согласно статье 10 АПК РФ арбитражный суд при разбирательстве дела обязан непосредственно исследовать все доказательства по делу. Целью проверки обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований,   поскольку  такое включение приводит к нарушению законных прав и интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.

Доказательств опровергающих выводы суда первой инстанции об отсутствии оснований для включения требований в реестр требований кредиторов, материалы дела не содержат.

При указанных обстоятельствах, суд апелляционной инстанции считает, что убедительных доводов, основанных на доказательственной базе и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба  не содержит.

На основании вышеизложенного, суд апелляционной инстанции считает, что по делу принято законное и обоснованное определение, оснований для отмены либо изменения которого не имеется. Выводы суда по данному делу основаны на установленных обстоятельствах и имеющихся в деле доказательствах при правильном применении норм материального и процессуального права. Апелляционную жалобу ФИО1 следует оставить без удовлетворения.

В соответствии с частью 1 статьи 177 АПК РФ постановление, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

Руководствуясь статьями 268 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Саратовской области от 04 марта 2024 года по делу                                №А57-27995/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в кассационном порядке в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме через арбитражный суд первой инстанции, принявший определение.

 

Председательствующий судья                                                                                 Н.В. Судакова

 

Судьи                                                                                                                                      Г.М. Батыршина

 

О.В. Грабко