Четвертый арбитражный апелляционный суд 

ул. Ленина 100б, Чита, 672000,

http://4aas.arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №А19-16386/2013

03  ноября 2021 года

г. Чита

Резолютивная часть постановления объявлена 27  октября 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 03 ноября 2021 года.

 

Четвертый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Монаковой О.В., судей Кайдаш Н.И.,  Антоновой   О.П. при ведении протокола секретарем судебного заседания  Спасибо  Ю.В., рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы ФИО1, ФИО2, общества с ограниченной ответственностью «Востсибуглесбыт», общества с ограниченной ответственностью «Иркутскэнергосбыт», конкурсного управляющего открытого акционерного общества «Областное жилищно-коммунальное хозяйство» ФИО3 на определение Арбитражного суда Иркутской области от 19 мая 2021 года по делу №А19-16386/2013 по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего открытого акционерного общества «Областное жилищно-коммунальное хозяйство» ФИО3 к Министерству имущественных отношений Иркутской области, обществу с ограниченной ответственностью «Разрез Велистовский», акционерному обществу «Корпорация развития Иркутской области», ФИО4, ФИО5, ФИО1, ФИО2, ФИО6 о привлечении к субсидиарной ответственности по делу по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Беком» о признании открытого акционерного общества «Областное жилищно-коммунальное хозяйство» (ИНН:3808133575, ОГРН: 

<

***>, юр. адрес: 664035, 

<

...>), несостоятельным (банкротом),

определением председателя третьего  судебного состава Четвертого арбитражного апелляционного суда от  22.10.2021  г. судья  Корзова  Н.А. заменен на судью   Кайдаш  Н.И. в составе судей, рассматривающих настоящее дело, 

В заседании суда апелляционной инстанции, состоявшемся 25.10.2021  г., в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации был объявлен перерыв до 27.10.2021  г., информация о перерыве в судебном заседании размещена на официальном сайте Четвертого арбитражного апелляционного суда в сети «Интернет»,

при участии в судебном заседании представителей лиц, участвующих в деле:

от ФИО2 -  ФИО7  представителя   по доверенности от 09.07.2019 г.

от  Министерства  имущественных отношений  Иркутской  области  -  ФИО8    представителя  по доверенности от 03.08.2021 г.

от ООО «Иркутсткэнергосбыт»  - ФИО9   представителя  по доверенности от 02.04.2021 г.,   ФИО10   представителя  по доверенности от  22.10.2021  г.

от  ООО  «Востсибуглесбыт» -   ФИО11   представителя  по доверенности от 05.07.2021  г. 

от ОАО «Областное   жилищно-коммунальное    хозяйство»  -  конкурсного  управляющего  ФИО3   

от ООО  «Разрез Велистовский»  -  ФИО12  представителя   по доверенности от  21.07.2021 г. 

установил:

решением Арбитражного суда Иркутской области от 22.06.2016 (резолютивная часть решения от 21.06.2016) открытое акционерное общество «Областное жилищно-коммунальное хозяйство» (далее - ОАО «Облжилкомхоз») признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утверждена арбитражный управляющий ФИО3 (далее - ФИО3).

Конкурсный управляющий ОАО «Облжилкомхоз» ФИО3 20.06.2019 обратилась в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности, в котором просит на основании пункта 1 статьи 61.11, пункта 1 статьи 61.12 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве) №127-ФЗ от 26.10.2002 (далее – Закон о банкротстве) привлечь контролирующих должника лиц Министерство имущественных отношений Иркутской области, общество с ограниченной ответственностью «Разрез Велистовский» (далее - ООО «Разрез Велистовский»), акционерное общество «Корпорация развития Иркутской области» (далее – АО «КРИО»), ФИО4 (далее – ФИО13), ФИО5 (далее – ФИО5), ФИО1 (далее – ФИО1), ФИО2 (далее – ФИО2), ФИО6  (далее – ФИО6) к субсидиарной ответственности в размере 1 304 333 166 руб. 41 коп.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 19 мая 2021 года суд определил привлечь ФИО4, ФИО5, ФИО1, ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам открытого акционерного общества «Областное жилищно-коммунальное хозяйство» за не передачу документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации.

Приостановить производство по заявлению конкурсного управляющего до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами. 

В удовлетворении остальной части заявления отказать. 

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Иркутская энергосбытовая компания» с депозитного счета Арбитражного суда Иркутской области денежные средства в размере 290 000 руб., в качестве оплаты стоимости судебной экспертизы.

Не согласившись с определением суда первой инстанции, ФИО1, обжаловал его в апелляционном порядке. 

Заявитель в своей апелляционной жалобе ставит вопрос об отмене определения суда первой инстанции, ссылаясь на то, что суд  первой  инстанции   неправильно применил   нормы   материального права,  сделал ошибочны й вывод  о применении  к отношениям сторон  норм  материального  закона  о сроках исковой давности, действовавшего   не на дату   нарушения права,  а на  более позднюю  дату (в данном случае – на дату   когда   заявитель    узнал  о нарушении  права), тем самым суд   произвольно,   в отсутствие   предусмотренных   законом оснований, придал   закону  обратную силу.  

Не согласившись с определением суда первой инстанции, ФИО2, обжаловал его в апелляционном порядке.

 Заявитель в своей апелляционной жалобе ставит вопрос об отмене определения суда первой инстанции, ссылаясь на то, что поскольку применению подлежит абз. 4 п. 5 ст. 10 Федерального закона №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», срок исковой давности (субъективный), составляющий один год, надлежит исчислять со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности.

Началом течения срока субъективной давности следует считать 1 сентября 2017 года, - даты, с которой арбитражному управляющему как лицу, уполномоченному на подачу заявления о привлечении, к. субсидиарной ответственности, стало известно о наличии оснований для привлечения ответчиков, в том числе, ФИО2, к субсидиарной ответственности за не передачу бухгалтерской и первичной документации. Указанная осведомленность подтверждена была конкурсным управляющий в требовании о передаче документации от 19.10.2017. от 14.11.2017г. Заявление о привлечении к субсидиарной ответственности было подано в Арбитражный’ суд Иркутской области 20.06.2019, то есть за пределами срока исковой давности.

ФИО2 в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции сделано, заявление о пропуске срока исковой давности не только по основаниям не передачи документации, но также и по основаниям доведения предприятия до банкротства. Однако, судом первой инстанции указанный довод: оценен не был

Не согласившись с определением суда первой инстанции, общество с ограниченной ответственностью «Востсибуглесбыт», обжаловало его в апелляционном порядке.

 Заявитель в своей апелляционной жалобе ставит вопрос об отмене определения суда первой инстанции  в части   отказа   в  привлечении    лиц  к  субсидиарной  ответственности, ссылаясь на то, что ходе рассмотрения заявления конкурсного управляющего судом не верно определен круг лиц, имеющих возможность оказывать существенное влияние на деятельность должника, а соответственно подлежащих привлечению к субсидиарной ответственности.            

Иркутская область в лице Министерства имущественных отношений Иркутской области относится к контролирующим должника лицам,   поскольку   данному  лицу  принадлежит 100 %  голосующих акций   ОАО  «Облжилкомхоз».

Акционерное общество «Корпорация развития Иркутской области», Общество с ограниченной ответственностью «Разрез Велистовский» являются контролирующими должника лицами,  поскольку  должником  в  период с января 2014  г.  по  июнь 2014 г.   должником    совершен   ряд  взаимосвязанных  сделок , в результате  которых    данные лица   получили    существенный  актив и   выгоду   из  незаконного в том числе  недобросовестного поведения   руководителя  должника.

Контролирующие должника  лица  подлежат привлечению  к субсидиарной  ответственности    по основаниям, предусмотренным   ст. 61.11   Закона о банкротстве  - за невозможность    полного  погашения  требований кредиторов  и по  п. 1  ст.61.12  Закона  о банкротстве  за не подачу   заявления   о банкротстве   ОАО «Облжилкомхоз».

Не согласившись с определением суда первой инстанции, общество с ограниченной ответственностью «Иркутскэнергосбыт» обжаловало его в апелляционном порядке.

 Заявитель в своей апелляционной жалобе ставит вопрос об отмене определения суда первой инстанции  в части отказа   в привлечении  к субсидиарной  ответственности   КДЛ, ссылаясь на то, что в ходе рассмотрения заявления конкурсного управляющего судом неверно определен круг лиц, имеющих возможность оказывать существенное влияние на деятельность должника, а соответственно подлежащих привлечению к субсидиарной ответственности.            

Иркутская область в лице Министерства имущественных отношений Иркутской области относится к контролирующим должника лицам, так как с  даты  государственной  регистрации   ОАО «Облжилкомхоз»   и до  настоящего  времени  обладает 100%  голосующих  акций  общества.   

Акционерное общество «Корпорация развития Иркутской области», Общество с ограниченной ответственностью «Разрез Велистовский» являются контролирующими должника лицами,  поскольку  должником  в  период с января 2014  г.  по  июнь 2014 г.   должником    совершен   ряд  взаимосвязанных  сделок , в результате  которых    данные лица   получили    существенный  актив и   выгоду   из  незаконного в том числе  недобросовестного поведения   руководителя  должника.

Контролирующие должника  лица  подлежат привлечению  к субсидиарной  ответственности    по основаниям, предусмотренным   ст. 61.11   Закона о банкротстве  - за невозможность    полного  погашения  требований кредиторов  и по  п. 1  ст.61.12  Закона  о банкротстве  за не подачу   заявления   о банкротстве   ОАО «Облжилкомхоз».

Судом необоснованно отказано в удовлетворении ходатайства ООО «Иркутскэнергосбыт» о проведении судебной бухгалтерской экспертизы. ООО «Иркутскэнергосбыт» выразило готовность понести расходы, связанные с проведением экспертизы и перечислило необходимую сумму на депозитный счет Арбитражного суда Иркутской области, соответственно проведение экспертизы не привело бы к дополнительным расходам и уменьшению конкурсной массы должник  и  явилось    бы  одним  из  доказательств  неплатежеспособности   должника. 

Не согласившись с определением суда первой инстанции, конкурсный управляющий открытого акционерного общества «Областное жилищно-коммунальное хозяйство» ФИО3 обжаловал его в апелляционном порядке.

 Заявитель в своей апелляционной жалобе ставит вопрос об отмене определения суда первой инстанции  в части отказа   в привлечении  к субсидиарной  ответственности   КДЛ, ссылаясь на то, что спорные сделки не были надлежащим образом оценены судом на предмет убыточности, кроме того, независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 АПК РФ самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. 

При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ (пунктом 3 статьи 53 Кодекса (в ранее действовавшей редакции)), суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков (абзац четвертый пункта 20 постановления N 53, абзац первый пункта 53 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве").

Не согласны с выводом суда об отказе в привлечении КДЛ в части неисполнения ими обязанности по подаче заявления о банкротстве. Контролирующие должника лица: единственный акционер Должника - Иркутская область в лице Министерства имущественных отношений Иркутской области, руководители должника - ФИО5, ФИО1, ФИО2, ФИО6 подлежат привлечению к субсидиарной ответственности солидарно на основании статьи 61.12. Федерального закона от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Выводы суда   по  фактическим   обстоятельствам   дела   не основаны   на всестороннем  и полном исследовании  доказательств по делу в их  совокупности.

ООО «Иркутскэнергосбыт»   в дополнительных  пояснениях   и дополнениях   к  апелляционной   жалобе  указывает, что  согласно заключению   № 1219/21 от 28.06.2021 г.   которое   было   сделано  после  исследования  финансового состояния  ОА «Облжилкомхоз» причиной  окончательной   утраты  платежеспособности  являются   не какие-либо  внешние  факторы,  а конкретные  и умышленные  действия  по сворачиванию    производства, которые   не имеют ничего общего  с  добросовестными   предпринимательскими рисками.  При назначении   по их  ходатайству  бухгалтерской  экспертизы   позволило бы  установить     факты  искажения   бухгалтерской отчетности, которые могли быть   совершены  с целью    сокрытия   от кредиторов  фактов    наличия  у  общества   признаков  несостоятельности (банкротства)  на  более ранних  периодах,  а также с целью   получения финансирования   за счет открытия    кредитных линий.

По  доводам    о  пропуске  срока  исковой   давности заявленных  ФИО1 и ФИО2    указало, что   объективный  срок   исковой давности  (3  года)   в данном случае  не истек, независимо от того,  какую редакцию  закона   применить .  

Министерство  имущественных отношений   Иркутской  области  в  возражениях   на апелляционные жалобы   конкурсного  управляющего   ОАО «Облжилкомхоз»,   ООО  «Востсибуглесбыт»,  ООО  «Иркутскэнергосбыт» выражает несогласие  с доводами  данных    жалоб,  указывают, что заслуживают внимание   доводы   апелляционных жалоб  ФИО1,  ФИО2  относительно   пропуска  срока  исковой  давности.

ООО  «Разрез  Велистовский»     в отзыве  на апелляционные  жалобы  ОАО «Облжилкомхоз»,   ООО  «Востсибуглесбыт»,  ООО  «Иркутскэнергосбыт»  указало, что они  не относятся   к  контролирующим должника лицам,  отсутствует  причинно-следственная  связь    между  действиями ООО  «Разрез  Велистовский»  и  несостоятельностью  ОАО «Облжилкомхоз»,  признаки  несостоятельности  банкротства    возникли    до    совершения    в отношении    ООО  «Разрез  Велистовский»    сделок.  Конкурсный  управляющий  не доказал    наличие  ущерба     в результате совершения сделок   с  их  участием.  В период с  2015   по 2018 г.   ОАО «Облжилкомхоз»   получило прибыль  от  участия   в  ООО  «Разрез  Велистовский «  в размере, сопоставимом  со стоимостью  имущества, внесенного   в уставной капитал  общества.

В судебном  заседании  представители сторон   поддержали свои правовые  позиции по делу.

В   судебном   заседании   ООО  «Иркутскэнергосбыт»  заявлено  ходатайство  о проведении  по  делу   судебной   бухгалтерской  экспертизы,  с постановкой  перед экспертом  следующих  вопросов:

- являются   ли  достоверными   данные, отраженные  в   бухгалтерских  балансах  должника  ОАО «Облжилкомхоз», составленные  за период с 2011  по 2015 г.  включительно;

-на какую дату  отмечается  возникновение признаков   несостоятельности    организации, дата  возникновения   объективного   банкротства  ОАО «Облжилкомхоз»;

- фактический размер  активов  и пассивов   ОАО «Облжилкомхоз» на дату    возникновения   признаков  неплатежеспособности;

Рассмотрев   заявленное   ходатайство, суд  апелляционной   инстанции  не  находит оснований для его  удовлетворения  на основании    следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 82 АПК РФ для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. В случае если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором либо необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства либо если необходимо проведение дополнительной или повторной экспертизы, арбитражный суд может назначить экспертизу по своей инициативе.

В силу части 1 статьи 64 и статей 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, 13 участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств, при оценке которых он руководствуется правилами статей 67 и 68 АПК РФ об относимости и допустимости доказательств. 

Заключения экспертов являются одним из доказательств по делу и оцениваются наряду с другими доказательствами (часть 2 статьи 64, часть 3 статьи 86 АПК РФ). 

Таким образом, вопрос о необходимости проведения экспертизы согласно статье 82 АПК РФ находится в компетенции суда, разрешающего дело по существу, судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания, а, следовательно, требование одной из сторон о назначении судебной экспертизы не создает обязанности суда ее назначить.

В  данном   случае поставленные  перед экспертом  вопросы  являются   вопросами  права, относятся  к  компетенции  суда   и  подлежат разрешению судом  с учетом  представленных  в материалы   дела   доказательств.

Рассмотрев доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, проверив правильность применения норм материального и соблюдения норм процессуального права в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Как   следует  из  материалов дела, в обоснование заявления о привлечении Министерства имущественных отношений Иркутской области, ФИО13, ФИО5, ФИО1, ФИО2, ФИО6 к субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов указано, что на протяжении всей деятельности ОАО «Облжилкомхоз» с целью экономии бюджетных средств Иркутской области тарифы в сфере коммунального хозяйства занижались и утверждались экономически необоснованные тарифы. 

В результате занижения тарифов должник систематически получал убытки, а единственный акционер должника - Иркутская область извлекала из этого выгоду, что впоследствии привело к объективному банкротству ОАО «Облжилкомхоз». Систематическое получение убытков должником в результате неграмотной тарифной политики и незаконного переложения единственным акционером должника - Иркутской областью социальной нагрузки на должника привело к объективному банкротству должника и, как следствие, незаконному переложению этой социальной нагрузки на кредиторов должника. 

В обоснование заявления о привлечении Министерства имущественных отношений Иркутской области, ФИО13, ФИО5, ФИО1, ФИО2, ФИО6, АО «КРИО», ООО «Разрез Велистовский» к субсидиарной ответственности за совершение взаимосвязанных сделок по выводу существенного актива должника - лицензии на право разработки участка недр «Велистовский» ИРК № 02963 ТЭ от 25.02.2013 указано, что Министерством имущественных отношений Иркутской области, ФИО5 приняты решения о совершении следующих сделок: 29.01.2014 - по учреждению совместно с АО «КРИО» - ООО «Разрез Велистовский», 20.03.2014 - по передаче в уставный капитал ООО «Разрез Велистовский» проектно-сметной документации на разработку участка «Велистовский» Азейского буроугольного месторождения, 28.03.2014 – по переоформлению лицензии на право пользования недрами - на разведку и добычу бурого угля на участке недр «Велистовский» Азейского буроугольного месторождения с ОАО «Облжилкомхоз» на ООО «Разрез Велистовский», 17.04.2014 и 27.06.2014 - по увеличению уставного капитала ООО «Разрез Велистовский» в результате которой доля ОАО «Облжилкомхоз» в уставном капитале ООО «Разрез Велистовский» была уменьшена до 5%. На дату совершения сделок в период с 29.01.2014 по 27.06.2014 у должника уже имелись неисполненные обязательства, наличие которых подтверждено определениями суда о включении в реестр требований кредиторов должника на общую сумму 496 950 234 руб. 60 коп. 

В результате совершенных сделок  ООО «Разрез Велистовский» получило существенный актив должника, АО «КРИО» извлекло выгоду из незаконного, в том числе, недобросовестного поведения руководителя должника в виде увеличения рыночной стоимости принадлежащей АО «КРИО» доли в уставном капитале ООО «Разрез Велистовский». 

В обоснование заявления о привлечении Министерства имущественных отношений Иркутской области, ФИО13, ФИО5, ФИО1, ФИО2, ФИО6 к субсидиарной ответственности за перевод деятельности должника на вновь созданные хозяйственные общества указано, что Министерством имущественных отношений Иркутской области, руководителями должника ФИО5 и ФИО2 было принято решение о создании новых юридических лиц и переведении на них деятельности: ООО «Западный филиал», ООО «Вихоревское управление», ООО «Железнодорожное управление», ООО «Областное управление коммунальными системами», ООО «Слюдянское», ООО «Южнобайкальское», ООО «Нижнеудинское коммунальное управление», ООО «Усольское коммунальное управление», ООО «Слюдянское коммунальное управление». Практически вся деятельность должника была переведена на указанные вновь созданные хозяйственные общества, а должник с конца 2015 г. фактически прекратил деятельность. 

Также указанными лицами совершены сделки по преимущественным расчетам с отдельными кредиторами: должником были заключены сделки, в результате совершения которых причинен существенный вред имущественным правам кредиторов, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, которые были впоследствии оспорены конкурсным управляющим на общую сумму 254 723 369 руб. 62 коп., из них удовлетворены иски на сумму 170 391 494 руб. 80 коп. 

Также неисполнение бывшими руководителями должника обязанностей по передаче документации общества привело к невозможности и существенному затруднению формирования и реализации конкурсной массы (невозможности взыскания дебиторской заложенности, невозможности оспорить сделки должника) в результате не передачи хозяйственной, бухгалтерской, налоговой документации общества. 

В обоснование заявления о привлечении Министерства имущественных отношений Иркутской области, ФИО13, ФИО5, ФИО1, ФИО2, ФИО6 к субсидиарной ответственности за неподачу должником заявления о собственном банкротстве указано, что обязанность должника обратиться с заявлением должника о собственном банкротстве возникла 30.04.201, так как обстоятельства, указанные в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве» возникли 31.03.2013. 

В период с 30.04.2013 по дату введения процедуры наблюдения в отношении должника - 28.12.2015 5 руководителями должника были ФИО5, ФИО1, ФИО2, ФИО6, у которых была обязанность обратиться в суд с заявлением о банкротстве должника, однако данная обязанность исполнена никем из руководителей должника не была. 

Кроме того, привлечению к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве должника подлежит также единственный акционер должника - Иркутская область в лице Министерства имущественных отношений Иркутской области, являющаяся единственным акционером должника, владеющим 100% голосующих акций, соответственно по истечение десяти дней с даты возникновения обязанности руководителя должника обратиться с заявлением о собственном банкротстве должника, возникла обязанность Иркутской области в лице Министерства имущественных отношений Иркутской области принять соответствующее решение единственного акционера ОАО «Облжилкомхоз» об обращении в арбитражный суд с заявлением о собственном банкротстве должника. Однако данная обязанность единственным акционером исполнена не была.

Суд  первой  инстанции,  частично  удовлетворяя  заявление   конкурсного  управляющего,   пришел  к выводу  о привлечении  к  субсидиарной  ответственности    бывших  руководителей  ОАО «Облжилкомхоз»   ФИО13,   ФИО5,  ФИО1,  ФИО2     по непринятию мер   для исполнения  обязанностей   по ведению,  хранению   и передаче  документации и отсутствии  правовых  оснований  для   привлечения     к субсидиарной  ответственности   иных лиц и по  других   лиц,  по иным  основаниям.

Суд  апелляционной  инстанции, исследовав  материалы  дела,   заслушав  представителей  сторон,  обсудив   доводы  апелляционных  жалоб, не находит оснований для отмены  оспариваемого  судебного  акта  в связи  со следующим.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ, статьей 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Федеральным законом от 29.07.2017 №266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» Закон о банкротстве дополнен главой Ш.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Согласно пункту 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона №127-ФЗ от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Федерального закона №127-ФЗ от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона).

Поскольку заявление конкурсного управляющего ОАО «Облжилкомхоз» о привлечении к субсидиарной ответственности подано в арбитражный суд после 1 июля 2017 года (а именно 20.06.2019), то рассмотрение данного заявления производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона №266-ФЗ от 29.07.2017.

Вместе с тем, поскольку обстоятельства, которые указаны заявителем в качестве основания для привлечения к субсидиарной ответственности, возникли в период действия статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 №134-ФЗ, они подлежат квалификации с использованием материальных норм, установленных названным Федеральным законом.

В соответствии с пунктом 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве заявление о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным настоящей главой, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности.

В пункте 58 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление от 21.12.2017 №53) разъяснено, что сроки, указанные в абзаце первом пункта 5 и абзаце первом пункта 6 статьи 61.14 Закона о банкротстве, являются специальными сроками исковой давности (пункт 1 статьи 197 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), начало течения которых обусловлено субъективным фактором (моментом осведомленности заинтересованных лиц). При этом данные сроки ограничены объективными обстоятельствами: они в любом случае не могут превышать трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) или со дня завершения конкурсного производства и десяти лет со дня совершения противоправных действий (бездействия).

Согласно пункту 59 постановления от 21.12.2017 №53 предусмотренный абзацем первым пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, исчисляется с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или обычный независимый кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств: о лице, имеющем статус контролирующего, его неправомерных действиях (бездействии), причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами (без выяснения точного размера такой недостаточности).

При этом в любом случае течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности (например, ранее введения первой процедуры банкротства, возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом, прекращения производства по делу о банкротстве на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом).

В соответствии с пунктом 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 №134-ФЗ заявление о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 настоящей статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих основа: привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом.

При этом неизменным остается объективный срок исковой давности - три года с момента введения конкурсного производства.

В пункте 62 постановления от 21.12.2017 №53 указано, что срок исковой давности арбитражному управляющему может быть восстановлен лишь в исключительных случаях, когда он действительно был лишен возможности своевременно обратиться в суд по независящим от них причинам. При этом не подлежат восстановлению предельные объективные трехлетний и десятилетний сроки, исчисляемые со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) или завершения конкурсного производства, совершения неправомерных действий (бездействия), причинивших вред кредиторам и влекущих субсидиарную ответственность.

Таким образом, объективный срок исковой давности (три года) в данном случае не истек (срок истекает 22.06.2019) независимо от того, какую редакцию Закона о банкротстве применить.

Начало течения срока исковой давности и его продолжительность определяются тем законом, который действовал на момент, когда конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии реальной возможности предъявления иска.

  Как    следует из  материалов  дела, определением Арбитражного суда Иркутской области от 01.09.2017 по делу №А19- 16386/2013 установлено, что бывшим руководителем должника ФИО6 конкурсному управляющему ОАО «Облжилкомхоз» не была передана бухгалтерская и иная документация должника. В связи с отсутствием документов конкурсный управляющий не мог обладать достаточной информацией о наличии оснований привлечения к субсидиарной ответственности с 22.06.2016 до 01.09.2017. Соответственно, для определения срока исковой давности не могут применяться нормы, действующие до 01.09.2017.

Поскольку, как было указано выше, с 30.07.2017 действует Закон о банкротстве в редакции Федерального закона №266-ФЗ от 29.07.2017, подлежащий применению к рассматриваемым процессуальным правоотношениям сторон, в рассматриваемом споре в процессуальном смысле подлежат применению положения пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве, согласно которым срок исковой давности составляет три года с момента введения конкурсного производства.

При таких обстоятельствах правомерно отклонены  доводы о пропуске конкурсным управляющим ФИО3 срока исковой давности для подачи заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, по  этим  же  основаниям  отклоняются   доводы   апелляционных  жалоб   ФИО1,  ФИО2 

В соответствии с абзацем 2 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности может быть подано в ходе конкурсного производства конкурсным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 настоящей статьи, также может быть подано конкурсным кредитором или уполномоченным органом.

Следовательно, конкурсный управляющий ФИО3 вправе обратиться с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности.

  Как  следует  из  материалов   дела, в обоснование заявления о привлечении ФИО13, ФИО5, ФИО1, ФИО2, ФИО6 к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий ФИО3 указала на неисполнение бывшими руководителями должника обязанности по передаче хозяйственной, бухгалтерской, налоговой документации должника, что привело к невозможности и существенному затруднению формирования и реализации конкурсной массы, а именно: ввиду отсутствия документации должника конкурсным управляющим ФИО3 списана дебиторская задолженность в размере 83 499 894 руб. 68 коп. в связи с ликвидацией предприятий либо с истечением сроков давности, а дебиторская задолженность в размере 389 656 848 руб. 43 коп. остается неподтвержденной документально; конкурсный управляющий ФИО3 не смогла оспорить часть подозрительных сделок ввиду отсутствия документов: к ООО «Верхнеленское речное пароходство» на сумму 31 241 138 руб. 25 коп., ООО «Панамера» на сумму 5 649 476 руб. 75 коп., к ООО «Верхнеленское речное пароходство» на сумму 21 793 932 руб. 29 коп.; при ведении бухгалтерского учета в период конкурсного производства конкурсным управляющим ФИО3 выявлено искажение бухгалтерского учета, недостоверность бухгалтерского учета, не проведение инвентаризации, отсутствие сверок с дебиторами и так далее, что существенно затруднило формирование конкурсной массы, в частности дебиторской задолженности.

Пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве установлено, что если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств:

причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 указанного Федерального закона;

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Из буквального толкования абзаца 4 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве следует, что для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основанию, указанному в данном абзаце, необходимо установить следующие обстоятельства: к моменту принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют документы бухгалтерского учета и отчетности либо искажена информация, подлежащая отражению в документах бухгалтерского учета и отчетности; в результате непередачи документов бухгалтерского учета и отчетности или искажения информации, подлежащей отражению в документах бухгалтерского учета и отчетности, затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование конкурсной массы.

Таким образом, только при совокупности этих двух обстоятельств может быть разрешен вопрос о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по основаниям, указанным в пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

Указанная ответственность контролирующих должника лиц соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности (статьи 6, статья 29 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете») и обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве).

Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

Наличие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности у руководителя должника предполагается и является обязательным требованием закона. Ответственность руководителя предприятия-должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражения в бухгалтерской отчетности достоверной информации.

Ответственность, предусмотренная в пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 ГК РФ об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве.

Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения обязательства по передаче документации либо факта отсутствия в ней соответствующей информации, необходимо установить вину субъекта ответственности исходя из того, приняло ли данное лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при должной степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота.

Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, необходимо установить вину субъекта ответственности, исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 ГК РФ). Отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности (пункт 2 статьи 401, пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).

Поскольку ответственность руководителя должника является гражданско-правовой, возложение на это лицо обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 ГК РФ.

Для наступления гражданско-правовой ответственности необходимо доказать противоправный характер поведения лица, на которое предполагается возложить ответственность; наличие у потерпевшего лица убытков; причинную связь между противоправным поведением нарушителя и наступившими вредоносными последствиями; вину правонарушителя.

В силу пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 ГК РФ отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

Таким образом, бремя доказывания добросовестности и разумности действий контролирующих должника лиц возлагается на этих лиц, поскольку причинение ими вреда должнику и его кредиторам презюмируется. Конкурсный управляющий, либо кредиторы не обязаны доказывать их вину как в силу общих принципов гражданско- правовой ответственности (пункт 2 статьи 401, пункт 2 статьи 1064 ГК РФ), так и специальных положений законодательства о банкротстве.

Обязанность по сбору, составлению, ведению и хранению документов бухгалтерского учета и (или) отчетности установлена Федеральным законом № 02-ФЗ от 06.12.2011 «О бухгалтерском учете» (статьи 6, 7, 17, 29 указанного Федерального закона). Данная обязанность лежит на руководителе должника.

Согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника несет ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Указанная правовая норма носит специальный характер и закрепляет обязанность руководителя должника в установленный срок вне зависимости от поступления либо непоступления соответствующего запроса предоставить конкурсному управляющему перечисленные документы.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 47 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации №35 от 22.06.2012 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» согласно абзацу второму пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Как разъяснено в пункте 24 постановления от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», в силу пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежит обязанность по передаче конкурсному управляющему документации должника.

Как  следует из    материалов  дела и установлено   судом  первой  инстанции, генеральным директором ОАО «Облжилкомхоз» являлись:

ФИО4 в период с 30.06.2011 по 05.12.2012 (выписка из Единого государственного реестра юридических лиц в отношении ОАО «Облжилкомхоз», решение единственного акционера ОАО «Облжилкомхоз» от 30.06.2011, приказ №214 от 30.06.2011),

ФИО5 в период с 06.12.2012 по 31.10.2014 (выписка из Единого государственного реестра юридических лиц в отношении ОАО «Облжилкомхоз», решение единственного акционера ОАО «Облжилкомхоз» от 30.10.2014, приказ №266 от 06.12.2012, приказ №ЖКХ163 от 30.10.2014),

ФИО1 в период с 31.10.2014 по 21.05.2015 (выписка из Единого государственного реестра юридических лиц в отношении ОАО «Облжилкомхоз», решение единственного акционера ОАО «Облжилкомхоз» от 30.10.2014, приказ №197 от 31.10.2014),

ФИО2 в период с 22.05.2015 по 25.11.2015 (выписка из Единого государственного реестра юридических лиц в отношении ОАО «Облжилкомхоз», решение единственного акционера ОАО «Облжилкомхоз» от 21.05.2015, приказ №88 от 21.05.2015).

ФИО6 в период с 26.11.2015 по 22.06.2016 (выписка из Единого государственного реестра юридических лиц в отношении ОАО «Облжилкомхоз»).

Следовательно, ФИО4, ФИО5, ФИО1, ФИО2, ФИО6 обязаны были обеспечить передачу конкурсному управляющему документации и имущества должника.

Конкурсный управляющий ОАО «Облжилкомхоз» ФИО3 03.05.2017 обратилась в Арбитражный суд Иркутской области с ходатайством, уточненным в порядке статьи 49 АПК РФ об истребовании у ФИО6 документации должника, в обоснование которого указала, что сведения об истребуемых документах установлены конкурсным управляющим по результатам систематизации документации для взыскания дебиторской задолженности (инвентаризационная опись ценных бумаг и бланков документов строгой отчетности № 1 от 13.12.2016) и установлено, что, несмотря на неоднократно направленные конкурсным управляющим ОАО «Облжилкомхоз» в адрес ФИО6 запросы об истребовании сведений о документах должника, документы (договоры и первичная бухгалтерская документация) были переданы не в полном объеме.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 01.09.2017 в удовлетворении ходатайства конкурсного управляющего об истребовании доказательств у ФИО6 отказано.

Конкурсным управляющим ОАО «Облжилкомхоз» ФИО3 в адрес ФИО2, ФИО4, ФИО5, ФИО1 19.10.2017 и 14.11.2017 направлены запросы с требованием передачи конкурсному управляющему документации должника, что подтверждается почтовыми квитанциями от 19.10.2017, от 14.11.2017.

Конкурсный управляющий ФИО3 14.11.2017 обратилась в Арбитражный суд Иркутской области с заявлениями об истребовании у бывшего руководителя ОАО «Облжилкомхоз» ФИО2, ФИО4, ФИО5, ФИО1 документации должника, необходимой для взыскания дебиторской задолженности ОАО «Облжилкомхоз», на основании пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве, пункта 4 статьи 66 АПК РФ.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 18.10.2018 заявление конкурсного управляющего ФИО3 об истребовании у бывших руководителей ОАО «Облжилкомхоз» документации должника удовлетворено, суд обязал ФИО2, ФИО4, ФИО5, ФИО1 передать конкурсному управляющему ОАО «Облжилкомхоз» ФИО3 оригиналы документов (документации должника, необходимой для взыскания дебиторской задолженности ОАО «Облжилкомхоз») согласно списку, указанному в уточненном заявлении.

В силу статьи 7 Федерального закона «О бухгалтерском учете» от 06.12.2011 №402- ФЗ ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта.

Согласно пункту 4 статьи 32 и статье 40 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» №14-ФЗ от 08.02.1998 руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества.

В целях осуществления своих полномочий директор имеет доступ ко всей документации, связанной с деятельностью общества и как его исполнительный орган отвечает за сохранность документов.

Пункт 1 статьи 29 Федерального закона «О бухгалтерском учете» от 06.12.2011 №402-ФЗ также возлагает на экономических субъектов обязанности по хранению первичных учетных документов, регистров бухгалтерского учета, бухгалтерской (финансовой) отчетности, аудиторских заключений о ней в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет после отчетного года.

Поскольку вина лица, не исполнившего обязанность по передаче документов конкурсному управляющему, презюмируется Законом о банкротстве, отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

Таким образом, на ФИО13, ФИО5, ФИО1, ФИО2 возложена обязанность опровергнуть названную презумпцию, доказав, что не передача конкурсному управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства.

Из представленных в материалы заявления во исполнение определений Арбитражного суда Иркутской области об истребовании доказательств ответов: 16.03.2021 Черемушкинского ОСП ГУФССП России по г. Москве о ходе исполнительного производства №48214/19/77033-ИП в отношении ФИО1; 15.01.2021 постановления об окончании исполнительного производства №7024/19/38052-ИП и возращении исполнительного документа взыскателю от 29.08.2019 в отношении ФИО2

С.В., ответов Межрайонного отдела судебных приставов по исполнению исполнительных документов неимущественного характера УФССП по Иркутской области от 14.01.2021 в отношении ФИО2 исполнительное производство №7024/19/38052-ИП от 29.05.2019, ФИО5 исполнительное производство №7014/19/38052-ИП от 31.05.2019, ФИО4 исполнительное производство №7013/19/38052 -ИП от 30.05.2019, исполнительные производства окончены в связи с неисполнением требований исполнительного документа.

ФИО13, ФИО5, ФИО1, ФИО2 не представили доказательств, подтверждающих исполнение требований закона, как и доказательства принятия мер по восстановлению документации должника, равно как и доказательства объективной невозможности принятия мер по восстановлению документации должника в период проведения в отношении должника процедуры конкурсного производства.

Бездействие ФИО13, ФИО5, ФИО1, ФИО2 по передаче документации должника конкурсному управляющему влечет невозможность исполнения конкурсным управляющим полномочий, возложенных на него законом, и исполнения решения Арбитражного суда Иркутской области от 22.06.2016.

Отсутствие документации должника лишило конкурсного управляющего возможности располагать полной информацией о деятельности должника и совершенных им сделках, что повлекло невозможность проведения мероприятий, в частности, по истребованию имущества должника у третьих лиц, оспариванию сделок должника, предъявлению к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником (дебиторам должника), требований о ее взыскании и, как следствие, невозможность удовлетворения за счет пополнения конкурсной массы требований кредиторов.

Не передача истребуемой конкурсным управляющим документации должника повлекла невозможность взыскания дебиторской задолженности, что послужило основанием для списания дебиторской задолженности в сумме 79 875 900 руб. 80 коп. (приказ о списании дебиторской задолженности №01 от 22.02.2019), в сумме 3 623 993 руб. 88 коп. (приказ о списании дебиторской задолженности №02 от 22.04.2019).

Неисполнение обязанности по передаче документации должника не позволило сформировать конкурсную массу должника, нарушило права и законные интересы конкурсных кредиторов должника на наиболее полное удовлетворение требований, а также необоснованно увеличило срок конкурсного производства, открытого в отношении должника.

Таким  образом, при установленных  обстоятельствах  суд  первой  инстанции    правомерный вывод о том, что бывшие генеральный директор ОАО «Облжилкомхоз» ФИО13, ФИО5, ФИО1, ФИО2 подлежат привлечению к субсидиарной ответственности, поскольку отсутствие вины в не передаче, не надлежащем хранении документации ими не доказано, как и то обстоятельство, что ими приняты все необходимые и достаточные меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от них требовалась.

 Поскольку определением Арбитражного суда Иркутской области от 01.09.2017 судом отказано в удовлетворении ходатайства конкурсного управляющего об истребовании доказательств у ФИО6,  суд  первой  инстанции   сделал правильный  вывод,  что  требование конкурсного управляющего о привлечении ФИО6 к субсидиарной ответственности за не передачу документации должника является необоснованным и удовлетворению не подлежит. 

Суд  апелляционной  инстанции  соглашается с  выводом   суда   первой  инстанции о том, что в остальной части заявление конкурсного управляющего ОАО «Облжилкомхоз» ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности удовлетворению не подлежит. 

Конкурсный управляющий, обращаясь в суд с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, ссылался на то, что в результате занижения тарифов должник систематически получал убытки, что привело к объективному банкротству должника и как следствие незаконному переложению этой социальной нагрузки на кредиторов должника; ответчиками совершены взаимосвязанные сделки по выводу существенного актива должника - лицензии на право разработки участка недр «Велистовский» ИРК № 02963 ТЭ от 25.02.2013: 29.01.2014 - по учреждению совместно с АО «КРИО» - ООО «Разрез Велистовский», 20.03.2014 - по передаче в уставный капитал ООО «Разрез Велистовский» проектно-сметной документации на разработку участка «Велистовский» Азейского буроугольного месторождения, 28.03.2014 - по переоформлению лицензии на право пользования недрами - на разведку и добычу бурого угля на участке недр «Велистовский» Азейского буроугольного месторождения с ОАО «Облжилкомхоз» на ООО «Разрез Велистовский», 17.04.2014 и 27.06.2014 - по увеличению уставного капитала ООО «Разрез Велистовский» в результате которой доля ОАО «Облжилкомхоз» в уставном капитале ООО «Разрез Велистовский» была уменьшена до 5%при наличии в период с 29.01.2014 по 27.06.2014 у должника неисполненных обязательств; принято решение о создании новых юридических лиц и переведении на них деятельности: ООО «Западный филиал», ООО «Вихоревское управление», ООО «Железнодорожное управление», ООО «Областное управление коммунальными системами», ООО «Слюдянское», ООО «Южнобайкальское», ООО «Нижнеудинское коммунальное управление», ООО «Усольское коммунальное управление», ООО «Слюдянское коммунальное управление», а должник с конца 2015 г. фактически прекратил деятельность; совершены сделки по преимущественным расчетам с отдельными кредиторами, которые были впоследствии оспорены конкурсным управляющим на общую сумму 254 723 369 руб. 62 коп

Согласно положениям пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в подлежащей применению к сложившимся правоотношениям редакции, субсидиарная ответственность применяется в случае, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам; при этом, пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, в частности, при наличии следующего обстоятельства: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Закона.

Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то такие лица отвечают солидарно (абзац шестой пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

В силу названных норм права для привлечения лица к субсидиарной ответственности необходима совокупность условий: наличие у привлекаемого лица права давать обязательные для руководимого им юридического лица указания либо возможности           иным  образом определять действия данного юридического лица;

совершение им действий, свидетельствующих об использовании такого права или возможности; наличие причинно-следственной связи между использованием им своих прав и (или) возможностей в отношении юридического лица и наступлением несостоятельности (банкротства) последнего; недостаточности имущества у должника для удовлетворения требований кредиторов.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 №6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением        части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Контролирующее должника лицо не отвечает за вред, причиненный имущественным правам кредиторов, если докажет, что действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

В силу разъяснений, приведенных в абзаце третьем пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ», отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Привлечение руководителя юридического лица к ответственности зависит от того, действовал ли он при исполнении своих обязанностей разумно и добросовестно, то есть, проявил ли он заботливость и осмотрительность и принял ли все необходимые меры для надлежащего исполнения своих обязанностей.

В соответствии с пунктом 1 статьи 8 Федерального закона «О теплоснабжении» от 27.07.2010 №190-ФЗ (далее - Федеральный закон от 27.07.2010 №190-ФЗ) тарифы на тепловую энергию и горячую воду подлежат государственному регулированию.

Согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 27.07.2010 №190-ФЗ подлежащие регулированию цены (тарифы) на товары, услуги в сфере теплоснабжения устанавливаются в отношении каждой организации, осуществляющей регулируемые виды деятельности в сфере теплоснабжения, и в отношении каждого регулируемого вида деятельности.

В силу пункта 2 статьи 10 Федерального закона от 27.07.2010 №190-ФЗ срок действия установленных тарифов в сфере теплоснабжения и (или) их предельных (минимального и максимального) уровней не может быть менее чем один финансовый год, если иное не установлено федеральными законами, решениями Правительства Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 13 Правил регулирования №1075 регулируемая организация представляет в орган регулирования предложение об установлении цен (тарифов) и заявление о выборе метода регулирования тарифов.

Предложение об установлении цен (тарифов) состоит из заявления регулируемой организации об установлении цен (тарифов) и необходимых материалов, указанных в пункте 16 Правил регулирования (пункт 5 Регламента).

Таким образом, установление тарифов в сфере теплоснабжения осуществляется в соответствии с нормативно-правовыми актами, принятыми Правительством Российской Федерации, а не учредителями и руководителями общества, что исключает возможность привлечения к субсидиарной ответственности.

  Однако доказательств необоснованности установленных тарифов  конкурсным управляющим в материалы дела  не  представлено.

Как следует из материалов дела и  установлено   судом  первой  инстанции, по результатам аукциона, состоявшегося 21.01.2013, должник получил право на разведку и добычу бурого угля на участке недр «Велистовский» Азейского буроугольного месторождения, оплатил за счет кредитных средств разовый платеж за пользование недрами в размере 46 026 600 руб. Управлением по недропользованию по Иркутской области 25.02.2013 должнику выдана лицензия на пользование недрами ИРК №02963 ТЭ с датой окончания действия лицензии 01.03.2033.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 16.12.2013 в отношении должника возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве).

Должником и АО «КРИО» согласно протоколу учредительного собрания ООО «Разрез Велистовский» от 29.01.2014 среди прочих приняты решения: об одобрении предложения учредить ООО «Разрез Велистовский»; об утверждении размера уставного капитала ООО «Разрез Велистовский» в сумме 3 920 000 руб. и порядка его оплаты: доля ОАО «Облжилкомхоз» и АО «КРИО» в уставном капитале ООО «Разрез Велистовский» составляет по 50% (1 960 000 руб.), оплачивается внесением в уставный капитал проектно-сметной документации на разработку участка «Велистовский» Азейского буроугольного месторождения, внесением денежных средств на расчетный счет создаваемого общества, соответственно.

ООО «Разрез Велистовский» зарегистрировано в качестве юридического лица 14.03.2014, согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц по состоянию на 19.08.2016 основным видом деятельности общества является добыча и обогащение бурого угля (лигнита).

Должником по акту приема-передачи от 20.03.2014 на баланс ООО «Разрез Велистовский» в качестве вклада в уставный капитал передан проект разработки участка «Велистовский» Азейского буроугольного месторождения стоимостью 1 960 000 руб.

Кроме того, должником передано имущество, необходимое для производства горных работ на участке «Велистовский» Азейского буроугольного месторождения (два вагона - дома контейнерного типа, мотопомпа SKAT УГД-60001Е/1/6,06/6,5 КВТ, Бульдозер ДЗ- 42).

Должником и АО «КРИО» согласно протоколу внеочередного общего собрания участников ООО «Разрез Велистовский» от 17.04.2014 среди прочих приняты решения: увеличить размер уставного капитала общества до 39 200 000 руб. за счет увеличения доли ОАО «КРИО»; доля ОАО «Облжилкомхоз» в уставном капитале составляет 5 процентов, что в денежном выражении соответствует сумме в размере 1 960 000 руб. и оплачивается внесением в уставный капитал проектно-сметной документации на разработку месторождения. Доля участия ОАО «КРИО» составляет 95 процентов, что в денежном выражении соответствует сумме 37 240 000 руб. и вносится денежными средствами на расчетный счет общества.

Постановлением Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 22.04.2021 отменено постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 21.01.2021 в части признания недействительными сделок:           по учреждению ООО «Разрез Велистовский», оформленному протоколом учредительного собрания ООО «Разрез Велистовский» от 29.01.2014; по внесению в качестве вклада в уставный капитал ООО «Разрез Велистовский» по акту приема-передачи имущества от 20.03.2014 проектно-сметной документации на разработку участка «Велистовский» Азейского буроугольного месторождения стоимостью 1 960 000 руб.; по увеличению уставного капитала ООО «Разрез Велистовский» за счет увеличения доли АО «КРИО». Принят в указанной части новый судебный акт. В удовлетворении заявленных требований о признании недействительными указанных сделок отказано.

При этом, суд кассационной инстанции пришел к выводу о том, что сделки по учреждению ООО «Разрез Велистовский», по внесению на баланс ООО «Разрез Велистовский» в качестве вклада в уставный капитал проектно-сметной документации; по увеличению уставного капитала ООО «Разрез Велистовский» за счет увеличения доли АО «КРИО», несмотря на то, что они входят в единую цепочку сделок, направленную на перевод экономической деятельности должника (добыча полезных ископаемых) в новое юридическое лицо, полностью подконтрольное участнику должника, и опосредуют сделки по выводу материальных и нематериальных активов должника, сами по себе вред имущественным правам кредиторов не причиняют.

В результате указанных сделок кредиторы не утратили возможность получения дивидендов от участия должника в ООО «Разрез Велистовский» и пополнения конкурсной массы за счет реализации доли в последнем, а стоимостное выражение доли должника в уставном капитале ООО «Разрез Велистовский» соответствует его вкладу от внесения проектно-сметной документации. Кроме того, в соответствии с выводами экспертного заключения в результате уменьшения процентной доли должника в уставном капитале созданного общества стоимостное выражение этой доли не уменьшилось и составило 3 909 014 руб. 50 коп.

При этом, статус учредителя, члена совета директоров для целей привлечения лица к субсидиарной ответственности предполагает наличие возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника. В то же время, одобрение одним из учредителей, членов совета директоров (либо иного коллегиального органа) существенно убыточной сделки само по себе не является достаточным для констатации его вины в невозможности погашения требований кредиторов и привлечения его к субсидиарной ответственности (абзац третий пункта 16 постановления от 21.12.2017 №53).

При  установленных  обстоятельствах,  суд  первой  инстанции   сделал  правильный  вывод, о том, что совершение указанных взаимосвязанных сделок, в том числе, по созданию новых обществ и передачи им части деятельности должника, не повлекло возникновение у должника признаков неплатежеспособности, не привело к объективному банкротству должника, а также не повлияло на формирование конкурсной массы должника, поскольку при признании должника банкротом действие лицензии бы прекратилось без какой-либо имущественной выгоды, а в результате совершения сделок должник получил 5% доли в уставном капитале ООО «Разрез Велистовский».

В соответствии с положениями гражданского и законодательства о банкротстве (как в настоящей редакции, так и действующей ранее) контролирующими должника лицами является лица, которые имеют право давать должнику обязательные для исполнения указания и они могут быть привлечены к субсидиарной ответственности, если их виновное поведение привело к невозможности погашения задолженности перед кредиторами должника (иными словами, за доведение должника до банкротства - абзац первый пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве и пункт 3 статьи 3 Федерального закона от 26.12.1995 №208-ФЗ «Об акционерных обществах»).

При установлении того, повлекло ли поведение ответчиков банкротство должника, необходимо принимать во внимание следующее:

1) наличие у ответчика возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника (что, например, исключает из круга потенциальных ответчиков рядовых сотрудников, менеджмент среднего звена, миноритарных акционеров и т.д., при условии, что формальный статус этих лиц соответствует их роли и выполняемым функциям);

2) реализация ответчиком соответствующих полномочий привела (ведет) к негативным для должника и его кредиторов последствиям; масштаб негативных последствий соотносится с масштабами деятельности должника, то есть способен кардинально изменить структуру его имущества в качественно иное - банкротное состояние (однако не могут быть признаны в качестве оснований для субсидиарной ответственности действия по совершению, хоть и не выгодных, но несущественных по своим размерам и последствиям для должника сделки);

3) ответчик является инициатором такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий (далее - критерии; пункты 3, 16, 21, 23 постановления от 21.12.2017 №53).

Применительно к критерию №1 необходимо отметить, что ответчик ООО «Разрез Велистовский» в рамках настоящего обособленного спора не являлся ни руководителем, ни учредителем, ни членом совета директоров, и не имели возможность оказывать существенное влияние на деятельность должника. Доказательств обратного не представлено.

Определению наличия критерия №2 способствуют закрепленные в Законе о банкротстве презумпции существования причинно-следственной связи между поведением контролирующего лица и невозможностью погашения требований кредиторов. Одной из таких презумпций является совершение контролирующим лицом существенно убыточной сделки, повлекшей нарушение имущественных прав кредиторов (пункт 4 статьи 10 Закона О банкротстве (в настоящее время - подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Относительно критериев №1 и №3 необходимо учитывать, что ответчик ООО «Разрез Велистовский» в рамках настоящего обособленного спора не являлся ни руководителем, ни учредителем, ни членом совета директоров, и не имели возможность оказывать существенное влияние на деятельность должника. К ответственности подлежит привлечению то лицо, которое инициировало совершение подобной сделки (по смыслу абзаца третьего пункта 16 постановления от 21.12.2017 №53) и (или) получило (потенциальную) выгоду от ее совершения. ООО «Разрез Велистовский» таким лицом не являлось. Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

В связи с чем, суд  первой  инстанции  правомерно   указал, что конкурсным управляющим не доказано, что ответчик ООО «Разрез Велистовский» являлся контролирующим должника лицом, имевшим возможность оказывать влияние на деятельность должника, и который может быть привлечен к субсидиарной ответственности.

  Также  установлено  и  следует из материалов дела, должником было совершено ряд сделок по уступке прав требований задолженности по договорам на оказание услуг по теплоснабжению, водоснабжению, водоотведению, совершенных должником в рамках хозяйственной деятельности, которые были впоследствии оспорены конкурсным управляющим в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) должника.

При этом, судом требования конкурсного управляющего были удовлетворены по ряду сделок, в части сделок в удовлетворении требований было отказано либо производство по заявлениям было прекращено. При этом, конкурсным управляющим были оспорены сделки на общую сумму 170 391 494 руб. 80 коп. и 84 331 874 руб. 82 коп., судом были удовлетворены требования конкурсного управляющего на общую сумму 38 520 777 руб. 91 коп.

В пункте 23 постановления от 21.12.2017 №53 разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Рассматривая вопрос о том, является ли сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Вместе с тем, конкурсным управляющим не представлены доказательства того, что банкротство должника наступило в результате заключения должником вышеуказанных договоров уступки прав требований, что в результате совершения   данных сделок должник утратил возможность продолжать и осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход,  в связи, с чем   суд  первой  инстанции  сделал  обоснованный  вывод, что совершение указанных сделок не повлияло на ведение должником хозяйственной деятельности, поскольку данные сделки и были заключены в рамках хозяйственной деятельности должника и  не повлекли причинение вреда кредиторам.

Поскольку совокупность условий, необходимых для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности на основании пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве  не  доказана, суд  первой  инстанции  правомерно   в  удовлетворении  заявления   в данной   части отказал.  

Конкурсный управляющий также полагает, что Министерство имущественных отношений Иркутской области, ФИО13, ФИО5, ФИО1, ФИО2, ФИО6 должны быть привлечены к субсидиарной ответственности за неподачу должником заявления о собственном банкротстве; указано, что обязанность должника обратиться с заявлением должника о собственном банкротстве возникла 30.04.2013, так как обстоятельства, указанные в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве возникли 31.03.2013; у Иркутской области в лице Министерства имущественных отношений Иркутской области, являющегося единственным акционером должника, владеющим 100% голосующих акций, соответственно по истечение десяти дней с даты возникновения обязанности руководителя должника обратиться с заявлением о собственном банкротстве должника, должно было принять соответствующее решение единственного акционера ОАО «Облжилкомхоз» об обращении в арбитражный суд с заявлением о собственном банкротстве должника.

В соответствии с пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 №134-ФЗ) нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

Основания, с которыми закон связывает обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением должника, содержатся в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, одним из которых является наличие у должника признаков неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Как предусмотрено пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, заявление должника подлежит направлению в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 этой же статьи, не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Для решения вопроса о привлечении руководителей к ответственности по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, необходимо установить следующие обстоятельства: 1) возникновение одного из обстоятельств, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона; 2) дату возникновения соответствующего обстоятельства, являющегося основанием для обращения в суд; 3) факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующих обстоятельств; 4) размер обязательств должника, возникших после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Кроме того, поскольку ответственность за не обращение руководителя должника с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества не является формальным составом, при ее применении должны учитываться общие положения Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности.

Поэтому помимо объективной стороны правонарушения, необходимо установить вину субъекта ответственности, а также причинно-следственную связь между действиями руководителя и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, исполнения обязательств должника.

При недоказанности хотя бы одного из вышеперечисленных обстоятельств (условий ответственности) требование о привлечении соответствующего лица к субсидиарной ответственности по обязательствам должника удовлетворению не подлежит.

Необходимым условием возложения субсидиарной ответственности на контролирующее должника лицо является наличие причинно-следственной связи между использованием им своих прав и (или) возможностей в отношении контролируемого хозяйствующего субъекта и совокупностью юридически значимых действий, совершенных подконтрольной организацией, результатом которых стала ее несостоятельность (банкротство) (Определение Верховного Суда РФ от 31.05.2016 №309- ЭС16-2241 по делу №А60-24547/2009).

Конкурсный управляющий указала, что в период с 30.04.2013 по дату введения процедуры наблюдения в отношении должника - 28.12.2015 руководителями должника были ФИО5, ФИО1, ФИО2, ФИО6, у которых была обязанность обратиться в суд с заявлением о банкротстве должника, однако данная обязанность исполнена никем из руководителей должника не была.

В качестве события, с которого у должника возникли признаки неплатежеспособности, конкурсный управляющий указывает на наличие у должника кредиторской задолженности, впоследствии включенной в реестр требований кредиторов должника, а также то обстоятельство, что согласно бухгалтерской отчётности за 2012 г. активов должника было недостаточно для погашения кредиторской задолженности.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное. Недостаточностью имущества является превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

Как следует из бухгалтерской (финансовой) отчетности ОАО «Облжилкомхоз» по состоянию на 31.12.2012 стоимость его активов превышала обязательства должника.

По данным бухгалтерской (финансовой) отчетности ОАО «Облжилкомхоз» по состоянию на 31.12.2013 стоимость его активов не намного, но превышала обязательства должника.

Данные бухгалтерской (финансовой) отчетности ОАО «Облжилкомхоз» за 2012 г., 2013 г. также отражены в анализе финансового состояния ОАО «Облжилкомхоз» по состоянию на прель 2017 г., проведенном временным управляющим ФИО14 и представленном в материалы дела о несостоятельности (банкротстве) ОАО «Облжилкомхоз», по результатам проведения которого временным управляющим сделаны следующие выводы:       восстановление платежеспособности должника невозможно, целесообразно введение процедуры банкротства - конкурсного производства, покрытие судебных расходов, расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему возможно за счет реализации имущества должника. 

Временным управляющим сделан вывод об отсутствии признаков фиктивного банкротства; выявлены признаки преднамеренного банкротства, сделано заключение о наличии оснований для оспаривания сделок должника.

В пункте 1 статьи 70 Закона о банкротстве указано, что анализ финансового состояния должника проводится в целях определения достаточности принадлежащего должнику имущества для покрытия расходов в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражным управляющим, а также в целях определения возможности или невозможности восстановления платежеспособности должника в порядке и в сроки, которые установлены Законом о банкротстве

Результаты проведенного временным управляющим анализа финансового состояния должника нашли свое отражение в решении Арбитражного суда Иркутской области от 22.06.2016 о признании ОАО «Облжилкомхоз» несостоятельным (банкротом).

В пункте 9 постановления от 21.12.2017 №53 разъяснено, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Из материалов дела о несостоятельности (банкротстве) ОАО «Облжилкомхоз» следует, что в реестр требований кредиторов должника включены требования кредиторов на общую сумму 588 588 145 руб.

Вместе с тем, наличие задолженности по указанным выше обязательствам само по себе  не  может   свидетельствовать  о  том, что ОАО «Облжилкомхоз» отвечало признакам неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества, поскольку доказательства наличия у должника в указанный заявителем период времени признаков неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества в материалы дела не представлены.

  Кроме  того, заявителем не подтверждено, что обращение бывших руководителей должника с заявлением о признании ОАО «Облжилкомхоз» с 30.04.2013 позволило бы погасить требования кредиторов,  а также  заявителем не указано, в какую конкретно дату каждый из бывших руководителей должника должен был обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом.

Более того  как установлено, первое заявление о признании ОАО «Облжилкомхоз» несостоятельным (банкротом) поступило в Арбитражный суд Иркутской области 11.11.2013 от ООО «Беком».

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 16.12.2013 заявление ООО «Беком» о признании ОАО «Облжилкомхоз» несостоятельным (банкротом) принято к производству. Определением Арбитражного суда Иркутской области от 28.01.2014 заявление ООО «Беком» оставлено без рассмотрения.

В период с 11.11.2013 по 02.10.2015 в арбитражный суд поступило 24 заявления о признании ОАО «Облжилкомхоз» несостоятельным (банкротом).

18.02.2014 с заявлением о признании ОАО «Облжилкомхоз» несостоятельным (банкротом) обратился девятый кредитор - ООО «Компания Восточный Уголь». Определением Арбитражного суда Иркутской области от 07.10.2015 судебное заседание по рассмотрению заявления ООО «Компания Восточный Уголь» о признании ОАО «Облжилкомхоз» несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 27.10.2015 произведена замена заявителя - ООО «Компания Восточный Уголь» на ООО «Сибирская Топливная Энергетическая Компания».

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 28.12.2015 признано обоснованным заявление ООО «СТЭК» о признании ОАО «Облжилкомхоз» несостоятельным (банкротом), в отношении ОАО «Облжилкомхоз» введено наблюдение, временным управляющим утвержден арбитражный управляющий ФИО14

Из решения Арбитражного суда Иркутской области от 22.06.2016 следует, что согласно выписке из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним о правах отдельного лица на имеющиеся (имевшиеся) у него объекты недвижимого имущества №38-00-4001/5001/2016-4345 от 12.04.2016 за ОАО «Облжилкомхоз» зарегистрировано тринадцать объектов недвижимого имущества, в отношении которых зарегистрировано ограничение (обременение) права - ипотека; из справки Службы государственного надзора за техническим состоянием самоходных машин и других видов техники Иркутской области (исх. № 78/03-37-461/16 от 06.04.2016) следует, что за ОАО «Облжилкомхоз» зарегистрировано восемь единиц специальной техники; по сообщению ГУ МВД России по Иркутской области (исх. № 25/59 -2666 от 05.04.2016) за ОАО «Облжилкомхоз» зарегистрировано десять единиц автотранспорта.

Таким образом, можно сделать   вывод, что задолженность ОАО «Облжилкомхоз», указанная конкурсным управляющим в качестве основания для подачи бывшими руководителями должника заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) не является следствием несвоевременного инициирования процедуры банкротства должника.

 При установленных  обстоятельствах  суд  первой  инстанции сделал правильный  вывод, что  конкурсный управляющий ОАО «Облжилкомхоз» не обосновал и документально не подтвердил наличие совокупности обстоятельств, позволяющих привлечь ФИО13, ФИО5, ФИО1, ФИО2, ФИО6 к субсидиарной ответственности на основании пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве.

Конкурсный управляющий   также связывает ухудшение финансового состояния должника с неправомерными действиями Министерства имущественных отношений Иркутской области, выразившимися в непринятии решения единственного акционера ОАО «Облжилкомхоз» об обращении в арбитражный суд с заявлением о собственном банкротстве должника по истечение десяти дней с даты возникновения обязанности руководителя должника обратиться с заявлением о собственном банкротстве должника.

  Суд  апелляционной  инстанции  соглашается  также  с выводом  суда  первой   инстанции об отсутствии  оснований   для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам ОАО «Облжилкомхоз» акционера общества - Министерство имущественных отношений Иркутской области, исходя  из  следующего.

 Согласно разъяснениям, данных в пункте 1 постановления от 21.12.2017 №53 привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья 10 ГК РФ).

Пунктом 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 №6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Таким образом, при обращении с требованием о привлечении руководителя должника, его учредителя к субсидиарной ответственности заявитель должен доказать, что своими действиями (указаниями) ответчик довел должника до банкротства, то есть до состояния, не позволяющего ему удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам.

Между тем, конкурсным управляющим не представлено доказательств, подтверждающих наличие вины Министерства имущественных отношений Иркутской области в доведении предприятия до банкротства и наличие в его действиях состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом.

Доказательств того, что должник был лишен возможности осуществлять уставную деятельность в результате того, что акционером были предприняты какие-либо действия, которые могли послужить причиной банкротства предприятия, в материалы дела также  не представлено.

При   установленных обстоятельствах суд   первой  инстанции  сделал  правомерный  вывод  об отсутствии оснований, предусмотренных Законом о банкротстве для привлечения Министерства имущественных отношений Иркутской области к субсидиарной ответственности за совершение вменяемых ему действий.

Согласно пункту 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве, если на момент рассмотрения заявления о привлечении к          субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов е кредиторами.

Как следует из материалов дела о банкротстве ОАО «Облжилкомхоз», заявления конкурсного управляющего ФИО3 о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и приложенным к заявлению документам реестр требований кредиторов ОАО «Облжилкомхоз» закрыт 26.08.2016.

Как  установлено, в настоящее время расчеты с кредиторами не произведены, ожидается пополнение конкурсной массы,   в связи,  с чем   суд  первой  инстанции   правомерно приостановил производство по заявлению конкурсного управляющего до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами применительно к пункту 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве.

Доводы апелляционных жалоб ОАО «Облжилкомхоз»,   ООО  «Востсибуглесбыт»,  ООО  «Иркутскэнергосбыт»  не опровергают правильности выводов суда первой инстанции, направлены исключительно на переоценку установленных по делу обстоятельств и не могут являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Судом первой инстанции установлены все фактические обстоятельства и исследованы доказательства, представленные сторонами по делу, правильно применены подлежащие применению нормы материального права, обстоятельства, установленные статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса РФ в качестве оснований для отмены либо изменения судебного акта, апелляционным судом не установлены.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети "Интернет".

По ходатайству указанных лиц копии постановления на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Лица, участвующие в деле, могут получить информацию о движении дела в общедоступной базе данных Картотека арбитражных дел по адресу www.kad.arbitr.ru.

Руководствуясь статьями 268 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четвёртый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда Иркутской области от 19 мая 2021 года по делу №А19-16386/2013 оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в течение одного месяца с даты принятия путем подачи жалобы через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий                                                                   О.В. Монакова

 

Судьи                                                                                                  О.П. Антонова

 

Н.И. Кайдаш