ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда

Дело № А65-16019/2016

г. Самара

26 марта 2018 года

Резолютивная часть постановления объявлена 20 марта 2018 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 26 марта 2018 года.

 

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Бросовой Н.В.,

судей Серовой Е.А., Селиверстовой Н.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, при участии:

от ФИО2 – представители ФИО3, по доверенности от 15.08.2017г., ФИО4 по доверенности от 15.08.2017г.

от финансового управляющего ФИО5 – представитель ФИО6, по доверенности от 01.11.2017г., 

от ФИО7 – представитель ФИО8, по доверенности от 04.08.2016г., 

иные лица не явились, извещены надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда, в зале №7, апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 10 января 2018 года по делу № А65-16019/2016 (судья Путяткин А.В.) по заявлению индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о включении в реестр требований кредиторов гражданина ФИО7, (вх. № 49003), и заявление финансового управляющего ФИО5 о признании недействительным договора поручительства от 01.02.2015, заключенного между индивидуальным предпринимателем ФИО2 и ФИО7 (вх. 9288), 

 

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 10.10.2016 заявление ФИО9 признано обоснованным, в отношении гражданина ФИО7, дата рождения - 23.12.1964, место рождения - гор. Ульяновск, зарегистрирован по адресу: 

<

...>, СНИЛС 

<

***>, ИНН 

<

***>, введена процедура банкротства - реструктуризация долгов. Финансовым управляющим гражданина ФИО7 утвержден ФИО5. ФИО10 Анваровича в размере 529 009,93 руб., из них сумма основного долга 524 786 руб. и расходы по уплате государственной пошлины в размере 4 223,93 руб., включено в состав третьей очереди реестра требований кредиторов гражданина ФИО7.

Соответствующие сведения опубликованы на сайте газеты «Коммерсантъ» 14.10.2016, а в печатной версии - 15.10.2016.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 16.02.2016 должник -гражданин ФИО7, дата рождения - 23.12.1964, место рождения -гор. Ульяновск, зарегистрирован по адресу: 

<

...>, СНИЛС 

<

***>, ИНН 

<

***>, признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина на срок 5 месяцев до 09 июля 2017 года (включительно). Финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО5, член Саморегулируемой организации Ассоциация арбитражных управляющих «Гарантия» (юридический адрес: 603005, 

<

...>).

Индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее - кредитор, предприниматель) 18.10.2016 обратилась в Арбитражный суд Республики Татарстан с требованием (вх. 49003) о включении в реестр кредиторов должника ФИО7 в размере 100 348 383 руб., в т.ч.: 32 370 543 руб. - сумма основного долга, 67 977 840 руб. - сумма договорных пеней.

02.11.2016 финансовый управляющий ФИО5 обратился в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением (вх. 9288) о признании недействительным договора поручительства от 01.02.2015, заключенного между ООО «ТрастИнвестСтрой» и индивидуальным предпринимателем ФИО2

Определением Арбитражного суда РТ от 30.11.2016 заявление принято к производству суда, рассмотрение требования индивидуального предпринимателя ФИО2 (вх. 49003) о включении в реестр требований кредиторов гражданина ФИО7 и заявление финансового управляющего ФИО5 (вх. 9288) о признании недействительным договора поручительства от 01.02.2015, заключенного между индивидуальным предпринимателем ФИО2 и ФИО7, объединено в единое производство для совместного рассмотрения.

Определением Арбитражного суда РТ от 07.12.2016 на основании ст. 51 АПК РФ в качестве третьего лица привлечено Veraton Managtment LLP.

Определением Арбитражного суда РТ от 05.05.2017 требование индивидуального предпринимателя ФИО2 признано обоснованным и включено в третью очередь реестра требований кредиторов гражданина ФИО7 в размере 100 348 383 руб., в т.ч.: 32 370 543 руб. - сумма основного долга, 67 977 840 руб. - сумма договорных пеней отдельно с очередностью удовлетворения после погашения основной суммы задолженности и причитающихся процентов.

В удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО5 о признании недействительным договора поручительства от 01.02.2015, заключенного между индивидуальным предпринимателем ФИО2 и ФИО7, отказано.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.06.2017 определение Арбитражного суда РТ от 05.05.2017 оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 03.10.2017 определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 05.05.2017 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.06.2017 по делу № А65-16019/2016 отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Татарстан.

Судом кассационной инстанции в качестве оснований для отмены вышеуказанных судебных актов сделана ссылка на то, что наличие между должником (ФИО7) и ООО «Трастинвестстрой», участником которого является ФИО2, определенных хозяйственных правоотношений, аффилированность ФИО7 и Veraton Managtment LLP, не могут являться основанием для вывода о том, что оспариваемая сделка поручительства заключена в интересах должника.

По результатам повторного рассмотрения обособленного спора судом вынесено определение от 10 января 2018 года, в котором Арбитражный суд Республики Татарстан признал требование индивидуального предпринимателя ФИО2 о включении в третью очередь реестра требований кредиторов гражданина ФИО7 в размере 100 348 383 руб. необоснованным, в удовлетворении требования отказал.

Заявление финансового управляющего ФИО5 удовлетворил.

Признал недействительным договор поручительства от 01.02.2015, заключенный между индивидуальным предпринимателем ФИО2 и ФИО7.

Взыскал с ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р., место рождения - дер. Балтачево Камско - Устьинского района Татарской АССР, зарегистрированной по адресу: РТ, 

<

...>, в пользу ФИО7, дата рождения - 23.12.1964, место рождения - гор. Ульяновск, СНИЛС 

<

***>, ИНН 

<

***>, зарегистрирован по адресу: 

<

...>, сумму государственной пошлины в размере 6 000 руб. 00 коп.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО2 подала апелляционную жалобу, в которой просит отменить определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 10.01.2018 года по делу №А65-16019/2017, принять по делу новый судебный акт, включив требования ФИО11 в реестр требований кредиторов должника ФИО7.

Податель жалобы указывает, что в отношении Должника на момент заключения спорного договора поручительства не подавались иски о взыскании денежных средств, не было возбуждено ни одно исполнительное производство, таким образом отсутствовали какие-либо внешние признаки неплатежеспособности ФИО7, в том числе ФИО2 не могла знать о наличии просроченного долга перед компанией Нормо Лайн либо перед какими - либо иными компаниями ввиду отсутствия аффилированности, взаимозависимости с Должником. В условиях недоказанной недобросовестности действия кредитора по новации долга заемщика и одновременному получению обеспечения от Должника, находящегося в неустойчивом финансовом положении, и аффилированных с должником лиц, сами по себе не могут рассматриваться как направленные на причинение вреда кредиторам лица, предоставляющего обеспечение.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании представители ФИО2 поддержали доводы жалобы, просили обжалуемый судебный акт отменить, включить требования ФИО2 в реестр требований кредиторов должника.

Представитель финансового управляющего ФИО5 считает определение суда законным и обоснованным, а апелляционную жалобу не подлежащую удовлетворению, по доводам, изложенным в отзыве.

Представитель должника с апелляционной жалобой не согласился, считает определение суда законным и обоснованным по доводам, изложенным в отзыве.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и дополнений к ней, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены определения Арбитражного суда Республики Татарстан от 10 января 2018 года по делу №А65-16019/2016, исходя из нижеследующего.

Согласно пункту 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

На основании статьи 2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) под денежными обязательствами понимается обязанность должника уплатить кредитору определенную денежную сумму по гражданско-правовой сделке и (или) иному предусмотренному Гражданским кодексом РФ основанию.

На основании ст. 71 Закона о банкротстве требования кредиторов в процедуре реструктуризации подлежат рассмотрению в порядке, установленном статьей 71 Закона о банкротстве.

В силу положений статей 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона и иных правовых актов. Односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается, за исключением случаев, предусмотренных законом или договором.

Исходя из статьи 330 ГК РФ должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения обязательства определенную договором неустойку. Неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Согласно п. 1 ст. 819 Гражданского кодекса Российской Федерации по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее.

Исходя из п. 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 63 от 23.07.2009 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве» при применении пункта 1 статьи 5 Закона о банкротстве судам следует учитывать, что обязательство возвратить денежную сумму, предоставленную по договору займа (статья 810 ГК РФ) или кредитному договору (статья 819 ГК РФ), возникает с момента предоставления денежных средств заемщику.

Проценты, подлежащие уплате на сумму займа (кредита) соответственно на дату подачи в суд заявления о признании должника банкротом или на дату введения соответствующей процедуры банкротства, присоединяются к сумме займа (кредита). В реестр требований кредиторов подлежит включению требование об уплате получившейся денежной суммы, размер которой впоследствии не изменяется (п. 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 63 от 23.07.2009 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве»).

На основании ст. 360 ГК РФ по договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части. Договор поручительства может быть заключен в обеспечение как денежных, так и неденежных обязательств, а также в обеспечение обязательства, которое возникнет в будущем.

Статьей 363 ГК РФ предусмотрено, что при неисполнении или ненадлежащем исполнении должником обеспеченного поручительством обязательства поручитель и должник отвечают перед кредитором солидарно, если законом или договором поручительства не предусмотрена субсидиарная ответственность поручителя. Поручитель отвечает перед кредитором в том же объеме, как и должник, включая уплату процентов, возмещение судебных издержек по взысканию долга и других убытков кредитора, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником, если иное не предусмотрено договором поручительства.

Как следует из представленных материалов, между ООО «Трастинвестстрой» (займодавец) ООО «Центр торговых стратегий» (заемщик) заключен договор займа без номера от 20.11.2012, в соответствии с условиями которого займодавец обязуется предоставить заемщику денежные средства (заем) в размере 90 000 000 руб., а заемщик обязуется возвратить указанную сумму займа на условиях, определенных настоящим договором. Заем предоставляется под 14 % годовых (п. 1.2 договора). Срок возврата займа определен 19.11.2013 (п. 1.3 договора).

Выдача суммы займа подтверждается выписками по счету, платежными поручениями № 539 от 09.10.2013, № 538 от 08.10.2013, № 518 от 23.09.2013, № 510 от 18.09.2013, № 509 от 17.09.2013, № 331 от 04.12.2012, № 333 от 05.12.2012, № 330 от 04.12.2012, № 362 от 13.12.2012. Общая сумма предоставленного займа на основании вышеуказанных платежных поручений составила 68 000 000 руб.

01.08.2014 между Veraton Managtment LLP. (должник), ООО «Центр торговых стратегий» (первоначальный должник) и «Трастинвестстрой» (кредитор) заключен договор перевода долга, согласно условиям которого первоначальный должник с согласия кредитора переводит на должника, а должник принимает на себя всю задолженность первоначального должника к кредитору, вытекающую из договора займа от 20.11.2012.

В силу п. 2.1 договора от 01.08.2014 задолженность состоит из: основной задолженности в размере 62 478 600 руб.; процентов, пени, неустойки, штрафов, вытекающих из договора займа от 20.11.2012; иных имущественных требований, рассчитанных на основании договора займа от 20.11.2012.

Должник обязуется погасить всю задолженность перед кредитором, принятую на себя в соответствии с договором перевода долга от 01.08.2014, не позднее 30.09.2014.

01.02.2015 между ООО «Трастинвестстрой» (кредитор), индивидуальным предпринимателем ФИО2 (новый кредитор) и Veraton Managtment LLP. (должник) и заключен договор уступки права требования, согласно которому кредитор передает новому кредитору, а новый кредитор принимает право требования к должнику, вытекающее из договора займа от 20.11.2012 и договора перевода долга от 01.08.2014, в части пени, начисленной на сумму долга за период с 01.10.2014 по 31.01.2015 в сумме 32 370 543 руб. В силу п. 1.3 договора должник и новый кредитор пришли к соглашению о новации обязательства по выплате пени в заемное обязательство, согласно которому должник обязан выплатить новому кредитору сумму займа в размере 32 370 543 руб. в срок до 01.08.2015. В случае несвоевременного возврата суммы займа на нее начисляется неустойка по ставке 0,5 % за каждый день просрочки платежа.

01.02.2015 между ФИО7 (поручитель) и индивидуальным предпринимателем ФИО2 (кредитор) заключен договор поручительства, в соответствии с условиями которого поручитель обязуется отвечать перед кредитором полностью за исполнение должником Veraton Managtment LLP. обязательств по договору уступки права требования от 01.02.2015.

В силу п. 1.3 данного договору поручителю известны все условия соглашения, а именно: размер займа - 32 370 543 руб.; срок возврата займа - до 01.08.2015; проценты на сумму займа не начисляются, неустойка в размере 0,5% за каждый день просрочки платежа при несвоевременном возврате суммы займа.

Поручительство дано на срок до 31.12.2017 (п. 3.2 договора).

Исходя из представленного расчета, задолженность по договору займа, договору поручительства составляет 100 348 383 руб., в т.ч.: 32 370 543 руб. - сумма основного долга, 67 977 840 руб. - сумма договорных пеней.

Сумма договорных пеней в размере 67 977 840 руб. рассчитана кредитором за период с 01.08.2015 по 01.10.2016 на сумму долга 32 370 543 руб., исходя из размера пени 0,5 % в день.

Пунктом 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - Постановление Пленума № 35) установлено, что в силу пунктов 3-5 статьи 71 и пунктов 3-5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В соответствии с п. 29 Постановления Пленума № 35 наличие неприостановленного и непрекращенного искового производства по требованию кредитора, заявленному в деле о банкротстве, является основанием для оставления судом, рассматривающим дело о банкротстве, такого требования без рассмотрения применительно к пункту 1 части 1 статьи 148 АПК РФ, за исключением случая, когда кредитор подал в указанном исковом производстве ходатайство о приостановлении или прекращении производства по делу.

Исходя из материалов дела, определением Ново-Савиновского районного суда г. Казани от 08.12.2016 по делу № 2-3264/16 прекращено производство по иску индивидуального предпринимателя ФИО2 к АО «Логотрейд», ФИО7, ФИО12 о взыскании задолженности по договору займа от 20.11.2012 в сумме 32 370 543 руб., неустойки в сумме 75 908 923 руб.

С учетом изложенного, оснований для оставления требования без рассмотрения не имеется.

Как следует из п. 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Ш.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление Пленума № 63), наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 03.10.2017 в качестве оснований для отмены судебных актов нижестоящих судов сделана ссылка на то, что наличие между должником (ФИО7) и ООО «Трастинвестстрой» определенных хозяйственных правоотношений, аффилированность ФИО7 и Veraton Managtment LLP, не могут являться основанием для вывода о том, что оспариваемая сделка поручительства заключена в интересах должника.

Кроме того, в постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 03.10.2017 отмечено, что нижестоящими судами при первоначальном рассмотрении обособленного спора не исследованы и не оценены также обстоятельства, при которых была совершена оспариваемая обеспечительная сделка, а именно судом не исследовано: было ли заинтересованное лицо - выгодоприобретатель (Veraton Managtment LLP) платежеспособным на момент заключения оспариваемого договора, было ли заключение такого договора направлено на реализацию нормальных экономических интересов должника, была ли потенциальная возможность должника после выплаты долга получить выплаченное от заинтересованного лица, а также знал и должен был знать об указанных обстоятельствах кредитор.

С учетом изложенного, оценивая доводы заявления финансового управляющего, заявленные при оспаривании договора поручительства от 01.02.2015, заключенного между ФИО2 и ФИО7, суд первой инстанции пришел к обоснованным выводам.

На основании ст. 213.32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина. При этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда финансовый управляющий узнал или должен был узнать о наличии указанных в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона оснований (п. 2 ст. 213.32 Закона о банкротстве).

Заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона основаниям подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве гражданина, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве гражданина независимо от состава лиц, участвующих в данной сделке (п. 3 ст. 213.32 Закона о банкротстве).

По результатам рассмотрения заявления об оспаривании сделки должника-гражданина арбитражный суд выносит одно из определений, указанных в пункте 6 статьи 61.8 настоящего Федерального закона, при наличии заключения органа опеки и попечительства об оценке последствий признания сделки недействительной, в том числе о возможном ухудшении положения прав несовершеннолетнего лица или прав лица, признанного судом недееспособным (п. 5 ст. 213.32 Закона о банкротстве).

В силу п. 1 ст. 61.1. Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Требование о признании оспариваемого договора недействительным заявлено финансовым управляющим со ссылкой на п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве как отвечающего признакам подозрительной сделки, а также со ссылкой на ст.ст. 10, 168, 169, 170 ГК РФ.

В соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В соответствии с п. 13 ст. 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» абзац второй пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 1 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона).

Таким образом, пункт 1 ст. 213.32 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ) применяется к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном п. 3 - 5 ст. 213.32 (в редакции Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ).

Как верно отмечено судом первой инстанции, Договор поручительства, заключенный между ФИО7 (поручитель) и ФИО2 (кредитор), заключен сторонами до 01.10.2015, в качестве индивидуального предпринимателя должник не зарегистрирован, следовательно, данный договор не может быть оспорен по специальным основаниям Закона о банкротстве.

Как следует из разъяснений, изложенных в п. 1 Постановления Пленума № 63, в силу п. 3 ст. 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы этого Закона, понимаются, в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

Кроме того, как указано в п. 5 Постановления Пленума № 63 пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Как следует из п. 6 Постановления Пленума № 63, согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Пунктом 7 Постановления Пленума № 63 предусмотрено, что в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Согласно указанным нормам, недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника, неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Пунктом 1 статьи 10 ГК РФ установлена недопустимость действий граждан и юридических лиц исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Положения указанной нормы предполагают недобросовестное поведение (злоупотребление) правом с обеих сторон сделки, а также осуществление права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода. Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что, заключив спорное соглашение, стороны имели умысел на реализацию какой-либо противоправной цели.

Вместе с тем, исходя из положений названной статьи о презумпции добросовестности и разумности участников гражданских правоотношений и общего принципа доказывания в арбитражном процессе, лицо, от которого требуется разумность или добросовестность при осуществлении права, признается действующим разумно и добросовестно, пока не доказано обратное.

Кроме того, согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 и определении Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034, в разъяснениях, содержащихся в абзаце четвертом пункта 4 постановления Пленума от 23.12.2010 № 63, речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок.

В силу пункта 3 статьи 10 ГК РФ в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

По смыслу вышеприведенных норм, добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 №127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 10 постановления от 30.04.2009 № 32, исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности, направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая оспариваемую сделку, стороны или одна из них намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

Поскольку спорный договор оспаривается в рамках дела о банкротстве, то при установлении того, заключена ли сделка с намерением причинить вред другому лицу, как указано выше, следует установить, имелись ли у сторон сделки намерения причинить вред имущественным правам кредиторов, то есть была ли сделка направлена на уменьшение конкурсной массы.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

В силу п. 1 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных п. 2 указанной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (п. 2 ст. 168 названного Кодекса).

По смыслу абзаца второго пункта 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.07.2012 № 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством» заключение договора поручительства может быть вызвано наличием у поручителя и должника в момент выдачи поручительства общих экономических интересов (например, основное и дочернее общества, преобладающее и зависимое общества, общества, взаимно участвующие в капиталах друг друга, лица, совместно действующие на основе договора простого товарищества). При этом последующее отпадение этих интересов не влечет прекращения поручительства.

В соответствии с п. 15.1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», при рассмотрении требования об оспаривании по пункту 2 статьи 103 Закона договора поручительства (залога), выданного по обязательству заинтересованного лица, могут приниматься во внимание следующие обстоятельства: были ли должник и заинтересованное лицо платежеспособными на момент заключения оспариваемого договора, было ли заключение такого договора направлено на реализацию  нормальных экономических интересов должника (например, на получение заинтересованным лицом кредита для развития его общего с должником бизнеса), каково было соотношение размера поручительства и чистых активов должника на момент заключения договора, была ли потенциальная возможность должника после выплаты долга получить выплаченное от заинтересованного лица надлежащим образом обеспечена (например, залогом имущества заинтересованного лица) и т.п., а также знал ли и должен ли был знать об указанных обстоятельствах кредитор.

В Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475 приведена позиция, согласно которой о злоупотреблении правом со стороны кредитной организации при заключении обеспечительных сделок могло бы свидетельствовать, например, совершение банком названных сделок не в соответствии с их обычным предназначением (не для создания дополнительных гарантий реального погашения долговых обязательств), а в других целях, таких как:

- участие банка в операциях по неправомерному выводу активов;

- получение банком безосновательного контроля над ходом дела о несостоятельности;

- реализация договоренностей между банком и поручителем (залогодателем), направленных на причинение вреда иным кредиторам, лишение их части того, на что они справедливо рассчитывали (в том числе, не имеющее разумного экономического обоснования принятие новых обеспечительных обязательств по уже просроченным основным обязательствам в объеме, превышающем совокупные активы поручителя (залогодателя), при наличии у последнего неисполненных обязательств перед собственными кредиторами), и т.п.

Исходя из представленных материалов, по договору займа без номера от 20.11.2012, заключенному между ООО «Трастинвестстрой» (займодавец) ООО «Центр торговых стратегий» (заемщик) срок возврата займа определен 19.11.2013 (п. 1.3 договора).

01.08.2014 между Veraton Managtment LLP. (должник), ООО «Центр торговых стратегий» (первоначальный должник) и ООО «Трастинвестстрой» (кредитор) заключен договор перевода долга, согласно условиям которого первоначальный должник с согласия кредитора переводит на должника, а должник принимает на себя всю задолженность первоначального должника к кредитору, вытекающую из договора займа от 20.11.2012.

Должник обязуется погасить всю задолженность перед кредитором, принятую на себя в соответствии с договором перевода долга от 01.08.2014, не позднее 30.09.2014.

Таким образом, на момент заключения 01.02.2015 оспариваемого договора поручительства между ФИО7 (поручитель), ООО «Трастинвестстрой» (займодавец) и Veraton Managtment LLP. (заемщик) срок возврата займа был просрочен с учетом сроков его возврата 19.11.2013 и 30.09.2014, о чем не мог не знать кредитор ФИО2 

Так, согласно выписке из ЕГРЮЛ от 20.04.2017 (т. 6, л.д. 51-52), единственным участником ООО «Трастинвестстрой» является ФИО2, о чем в ЕГРЮЛ 29.10.2014 внесена соответствующая запись. В период с 29.10.2014 по дату получения выписки из ЕГРЮЛ (20.04.2017) кредитор ФИО2 являлась единственным учредителем ООО «Трастинвестстрой», в т.ч. на дату заключения оспариваемой сделки. 

Таким образом, как верно отмечено судом первой инстанции ФИО2 как единственный учредитель ООО «Трастинвестстрой» знала и должна была знать о деятельности ООО «Трастинвестстрой», в т.ч. о факте не возврата займа по договору от 20.11.2012.

Исходя из вышеизложенного, заключение 01.02.2015 оспариваемого договора поручительства обеспечивало дважды просроченное обязательство.

На момент заключения оспариваемого договора у должника имелись не исполненные обязательства перед иными кредиторами, в частности ОАО «Фондсервисбанк», АО «Интерпрогрессбанк», АО АКБ «Новикомбанк», АО АКБ «Международный финансовый клуб», Нормолайн Лимитед, ФИО13 (т. 6, л.д. 10-11), требования которых впоследствии определениями суда по делу №А65-16019/2016 включены в реестр требований кредиторов должника (т. 6, л.д. 12-16).

Таким образом, судом первой инстанции верно указано, что на дату заключения договора поручительства должник прекратил расчеты с кредиторами, что свидетельствует о наличии признака неплатежеспособности должника.

Сведения об активах должника, его имуществе, доходах, представленные в материалы дела (т. 6, л.д. 34-42, 152-160), а именно: о долях в обществах с ограниченной ответственностью; 1/2 доли в квартире, расположенной по адресу: 

<

...>, моторном катере (маломерное судно, прогулочное), бортовой номер судна Р 47-69МГ, МПС «Fairline Sguadron 55/36», 2010 года постройки, справки о доходах физического лица, не свидетельствуют о наличии у должника имущественной возможности погашения займа за основного должника и исполнения своих обязательств по оспариваемому договору поручительства, поскольку их размер явно несоизмерим с размером принятого на себя обязательства, составлявшего по условиям договора 32 370 543 руб. 

Кроме того, при определении размера и состава имущества должника судом первой инстанции принято во внимание исключение доли в праве собственности на вышеуказанную квартиру из конкурсной массы должника по требованиям кредиторов, не обеспеченных залогом (т. 6, л.д. 152-155), а также наличие залога в отношении моторного катера (т. 6, л.д. 156-160).

Таким образом, активы должника не позволяли исполнить принятые на себя обязательства, размер денежных обязательств, принятых должником по оспариваемому договору, превышает стоимость имущества (активов) должника, что свидетельствует о наличии признака недостаточности имущества должника.

Кроме того, в материалы дела кредитором представлен договор поручительства к договору займа от 20.11.2012 (т. 2, л.д. 134-135), заключенный между ФИО7 (поручитель) и ООО «Трастинвестстрой» (займодавец). Согласно данному договору поручитель обязуется отвечать перед займодавцем полностью за исполнение заемщиком ООО «Центр торговых стратегий» (первоначальный должник по договору займа от 20.11.2012) обязательств по договору займа.

Таким образом, должник ФИО7 являлся поручителем по договору займа от 20.11.2012 уже с 20.11.2012, т.е. до перевода долга на основании заключенного 01.08.2014 Veraton Managtment LLP. (должник), ООО «Центр торговых стратегий» (первоначальный должник) и «Трастинвестстрой» (кредитор) договора перевода долга, согласно условиям которого первоначальный должник с согласия кредитора переводит на должника, а должник принимает на себя всю задолженность первоначального должника к кредитору, вытекающую из договора займа от 20.11.2012.

Следовательно, кредитор знал и должен был знать о наличии у должника признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества, с учетом не возврата суммы займа и не исполнении обязательств по договору поручительства должником.

Согласно разъяснений, содержащихся в пункте 9 Постановления Пленума № 42, а также в пункте 15.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32, заключение договора поручительства может быть вызвано наличием у заемщиков и поручителей в момент выдачи поручительства общих экономических интересов (например, основное и дочернее общества, преобладающее и зависимое общества, общества, взаимно участвующие в капиталах друг друга, лица, совместно действующие на основе договора простого товарищества).

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.02.2014 № 14510/13, указанные обстоятельства имеют существенное значение при исследовании вопроса о наличии экономической целесообразности для должника в заключении договора поручительства.

Вместе с тем, каких - либо сведений о наличии общих экономических интересов у должника и заинтересованного лица материалы дела не содержат, доказательств экономической целесообразности заключения оспариваемой сделки суду первой и апелляционной инстанции не представлено.

Наличие между должником ФИО7 и ООО «Трастинвестстрой» определенных хозяйственных правоотношений, аффилированность ФИО7 и Veraton Managtment LLP, не могут являться основанием для вывода о том, что оспариваемая сделка поручительства заключена в интересах должника, на что также указано судом кассационной инстанции в определении от 03.10.2017 по рассматриваемому делу.

Согласно материалам дела, а именно сведениям Veraton Managtment LLP. (т. 6, л.д. 53-65), деятельность организации убыточна с 2014, денежные средства в адрес ООО «Трастинвестстрой» в погашение займа не выплачивались. Обратного суду не доказано.

Имеющиеся сведения о деятельности данной организации (баланс на 30.04.2015, сведения с сайта организации в сети Интернет) в отсутствие документов, подтверждающих указанные финансовые показатели, в частности о наличии основных средств, прибыли, послужили  не могут расцениваться в качестве доказательств стабильного финансового положения данной компании на дату 01.02.2015, как верно указано в обжалуемом судебном акте.

Кроме того, доказательств того, что кредитор располагал данными сведениями на дату заключения сделки, суду не представлены, в материалы дела данные сведения представлены иными лицами, а не кредитором.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что Veraton Managtment LLP. на дату заключения займа являлось неплатежеспособным, какой - либо потенциальной возможности должника после выплаты долга получить выплаченное от заинтересованного лица из материалов дела не усматривается.

Должник, заключая договор поручительства от 01.02.2015, создал риск наступления неблагоприятных последствий в случае предъявления ему требований, что влечет уменьшение стоимости имущества должника, причинение ущерба как самому должнику, так и его кредиторам. Причинение вреда имущественным правам кредиторов заключается в принятии должником на себя дополнительных обязательств, то есть в увеличении размера имущественных требований к должнику.

В данном случае недобросовестное поведение должника, направленное на возложение необоснованного бремени ответственности по обязательствам третьего лица в отсутствие имущества в размере, достаточном для исполнения обязательства, свидетельствует о злоупотреблении должника своими правами на заключение договора поручительства.

Кроме того, Кредитор также действовал недобросовестно, поскольку проявив должную осмотрительность не мог не знать, что поручитель не имеет возможности исполнить принятые на себя обязательства. Каких - либо сведений о проведении перед заключением оспариваемого договора поручительства проверки финансового положения должника суду не представлено. Кредитор имущественное положение должника не устанавливал, возможность погашения им займа не проверял, в то время как проявив должную осмотрительность и внимательность, мог и должен был установить данные обстоятельства и принять их во внимание при заключении договора поручительства.

Доводы кредитора об одновременном заключении договоров поручительства с ФИО12, ЗАО «Лого-Трейд» обоснованно не учтены судом первой инстанции, поскольку заключены с иными лицами и, соответственно, при иных обстоятельствах, касающихся иных поручителей, их имущественного и финансового положения.

Представленные кредитором дополнительные материалы (постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, объяснения, бухгалтерские балансы и т.д.) не опровергают вышеуказанных обстоятельств, поскольку не содержат доказательств наличия экономической целесообразности заключения должником спорной обеспечительной сделки и принятия на себя должником обязательств третьего лица в значительном размере, наличия у должника имущественной возможности его исполнения, платежеспособности Veraton Managtment LLP, наличия потенциальной возможности должника после выплаты долга получить выплаченное от заинтересованного лица.

При таких обстоятельствах, оспариваемый договор поручительства заключен по уже просроченному основному обязательству, в отсутствие экономической целесообразности заключения данного договора должником, в отсутствие у должника финансовой возможности исполнения данного договора, о чем знал и должен был знать кредитор, в отсутствие доказательств платежеспособности основного должника по обязательству (Veraton Managtment LLP) и возможности у должника после выплаты долга получить выплаченное от заинтересованного лица (Veraton Managtment LLP), что свидетельствует о злоупотребление правом лицами, заключившими оспариваемый договор, на вступление в договорные правоотношения по поручительству, о наличии цели причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

На основании части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (пункт 1 статьи 71 АПК РФ).

С учетом вышеприведенных обстоятельств, оценив по правилам ст. 71 АПК РФ представленные доказательства, суд пришел к правильному выводу, об удовлетворении заявления финансового управляющего, и признании требования кредитора необоснованным.

В силу п. 6 ст. 61.8 Закона о банкротстве по результатам рассмотрения заявления об оспаривании сделки должника суд выносит одно из следующих определений: о признании сделки должника недействительной и (или) применении последствий недействительности ничтожной сделки; об отказе в удовлетворении заявления о признании сделки должника недействительной.

Доводы заявителя изложенные в апелляционной жалобе подлежат отклонению судом апелляционной инстанции в силу следующего.

Как усматривается из условий договора поручительства, должник предоставил поручительство в обеспечение исполнения обязательств третьего лица - Veraton Management Limited Liability по договору займа от 20.11.2012. Между тем, предоставление поручительства за год до принятия заявления о признании должника банкротом, при наличии у должника признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества, в явное отсутствие данных о возможности поручителя принимать не себя такие обязательства и отсутствии получения новым заемщиком самого займа при принятии чужого долга ликвидированного заемщика и отсутствии данных о возможности нового заемщика отвечать перед поручителем с отсутствием связи с хозяйственной деятельностью должника, исключает экономическую целесообразность такой сделки.

В отличие от иных необеспечительных сделок в обычной деятельности -поручительство как изначально не влекущее возмездности при неблагоприятных обстоятельствах своего заключения создает основания для вывода о совершении сделки за пределами делового обыкновения и судами уже выработаны критерии злоупотребления правом в поручительстве.

Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30 апреля 2009 г. № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» указало, что при рассмотрении требования об оспаривании договора поручительства, выданного по обязательству заинтересованного лица, могут приниматься во внимание следующие обстоятельства:

- были ли должник и заинтересованное лицо платежеспособными на момент заключения оспариваемого договора;

- было ли его заключение направлено на реализацию нормальных экономических интересов должника (например, на получение заинтересованным лицом кредита для развития его общего с должником бизнеса);

- каково было соотношение размера поручительства и чистых активов должника на момент заключения договора;

- была ли надлежащим образом обеспечена потенциальная возможность для должника получить выплаченное от заинтересованного лица после выплаты долга (например, залогом имущества заинтересованного лица) и т.п.,

- а также знал ли и должен ли был знать об указанных обстоятельствах кредитор.

В соответствии с материалами дела, ООО «Трастинвестрой» по договору займа от 20.11.2012 выдал займ иному заемщику - ООО «Центр торговых стратегий» со сроком исполнения 19.11.2013. По указанному займу и за предыдущего заемщика имелось поручительство ФИО7 от 20.11.2012г.

Однако, в установленный срок 19.11.2013 года обязательство никем не было исполнено, поручитель ФИО7 также не смог исполнить такое обязательство уже в срок 19.11.2013. Просрочка имелась 9 месяцев (л.д. 16 т.1).

01.08.2014 года без участия и без согласования ФИО7 такой долг был переведен на новое лицо - нерезидента Вератон с продлением срока возврата до 30.09.2014г.

Однако, и в новый срок 01.10.2014 долг уже новым «заемщиком» также не был возвращен.

Заимодавец ООО «Трастинвестстрой», признавая явную просрочку, начислял неустойку с 01.10.2014 года и, насчитав ее более чем в размере половины займа (33.370.543 руб.) за 4 месяца, 01.02.2015 уступил такие пени в адрес ИП ФИО2, являвшейся 100% участником ООО «Трастинвестстрой».

Указанное возложение поручительства произведено при явном отклонении от добросовестного поведения по займу 2012года в 2015году после двух просрочек и после перевода долга на иного заемщика, не получавшего займа, при факте неисполнения обязательства ФИО7 и при отсутствии сведений о наличии у него и у заемщика достаточного имущества для принятия таких обязательств и в отсутствие разумного экономического смысла.

Просрочка основного обязательства, является признаком злостности, свидетельствующим о невозможности его исполнения основным лицом и осведомленности всех о финансовых затруднениях.

Как указала кассационная инстанция, основным обязательством является не новое обязательство займа 01.02.2015г. (который в отличие от реального займа по ст. 807 ГК РФ 01.02.15 не выдавался), а ранее имевшийся и уже неоднократно просроченный и не прекращенный старый займ от 20.11.2012 года, по которому уже была просрочка и самого ФИО7, и были начислены пени за просрочку, и который посредством соглашения с названием новация только его отсрочил.

Заявитель признает, что была новирована неустойка, которая начисляется на уже просроченное обязательство. Формальный перенос сроков на новые даты не изменяет суть явной дефолтности исходного обязательства, поскольку значение имеет как раз очевидное проявление экономической невозможности должника обслуживать спорный долг.

Таким образом, на момент заключения 01.02.2015 оспариваемого договора поручительства срок возврата займа был просрочен с учетом сроков его возврата 19.11.2013 и 30.09.2014, о чем очевидно знал и кредитор, и должник. Соответственно, заключение 01.02.2015 оспариваемого договора поручительства обеспечивало дважды просроченное обязательство, что является признаком его злостности.

Этот факт признает и заявитель апелляционной жалобы, указывая в жалобе, что ввиду просрочки была начислена неустойка. Довод об отсутствии у сторон разногласий по сумме неустойки не меняет отсутствия разумности у сторон на принятие таких дефолтных обязательств.

Судом первой инстанции обоснованно произведена оценка по указанию Арбитражного суда Поволжского округа от 03.10.2017, факта возложения поручительства 01.02.2015 не по возникшему 01.02.2015 обязательству, а по указанной как новация сделке фактического изменения условий старого займа от 20.11.2012 года, имевшего уже двойную просрочку исполнения.

Факт неплатежеспособности должника подтвержден материалами дела.

Должник на дату 01.02.2015 уже был неплатежеспособен и с явной недостаточностью имущества.

Ссылка на наличие у Должника квартиры и катера является несостоятельной, поскольку не опровергает явную недостаточность имущества в виду полного залога этого имущества по целевым кредитам и невозможности учета квартиры в виду ее статуса единственного жилья. Неподтвержденная (не по форме 2НДФЛ) справка о доходах физического лица за 2016 год не существовала на дату поручительства и не соответствует реальности, а значит не может свидетельствовать о наличии возможности погашения займа за основного должника в размере 62 478 600 руб., в том числе и ввиду несоразмерности с размером принятого на себя обязательства.

Соотношение размера поручительства и чистых активов должника на момент заключения договора свидетельствовало о невозможности исполнения обязательства.

Из представленных в дело о банкротстве документов должника (Порядок продажи, брачный договор) следует, что Должник по состоянию на дату заключения договора поручительства не обладал имуществом, которое бы могло позволить исполнить обеспечиваемое обязательство перед Кредитором на сумму 62 478 600 рублей и пени на сумму 32 млн. рублей. Не появилось такое имущество и впоследствии, что также подтверждается документально материалами дела о банкротстве. Иное, на что бы мог рассчитывать кредитор, не доказано.

Таким образом, на момент заключения должником спорного договора поручительства, размер денежных обязательств по ним на 01.02.2015 (100.000.000 рублей) значительно в 50 раз превышал стоимость его активов (2 млн. рублей).

Поручительство не было направлено на реализацию нормальных экономических интересов должника

Как прямо указывает Верховный суд РФ, отношения поручителя с самим кредитором и тем более с иными лицами не подтверждает разумность поручительства, поскольку должны быть хозяйственные отношения именно поручителя с самим основным должником. Как следует из Определения Верховного Суда РФ от 25 июля 2016 г. № 306-ЭС16-6011, экономическая целесообразность выдачи поручительства, обусловливается наличием связей между должником и поручителем, а не между поручителем и кредитором.

Сделка поручительства не имеет под собой разумного смысла и цели. Материалами дела опровергнута презумпция добросовестного осуществления кредитором своих гражданских прав. О злоупотреблении правом со стороны кредитора при заключении обеспечительной сделки свидетельствует её совершение с целью причинения вреда иным кредиторам (в частности, не имеющее разумного экономического обоснования принятие новых обязательств по уже просроченным обязательствам в объеме, превышающем совокупные активы поручителя, при наличии у последнего неисполненных обязательств перед собственными кредиторами (п.2 Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30 июля 2013 г. № 60.

В действиях поручителя и кредитора, заключивших заведомо неисполнимый для заемщика и поручителя договор,(что не является обычным предназначением договора поручительства), имеют место признаки злоупотребления правом (ст. 10 ГК РФ). Указанное свидетельствует о злостности и недействительности договора поручительства 01.02.2015 и незаконности и безосновательности таких требований кредитора.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, направлены на переоценку выводов суда первой инстанции, не опровергая их, сводятся к несогласию с оценкой имеющихся в материалах дела доказательств и установленных обстоятельств по делу, что в соответствии со статьей 270 АПК РФ, не может рассматриваться в качестве основания для отмены обжалуемого судебного акта.

Руководствуясь ст.ст. 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 10 января 2018 года по делу №А65-16019/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа, через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий                                                                          Н.В. Бросова

 

Судьи                                                                                                         Е.А. Серова

 

Н.А. Селиверстова