АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

 http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции 

Нижний Новгород

Дело № А82-13911/2015

09 сентября 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 08.09.2020.

Постановление в полном объеме изготовлено 09.09.2020.

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Елисеевой Е.В.,

судей Жегловой О.Н., Кузнецовой Л.В.

в отсутствие представителей участвующих в деле лиц

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу

ФИО1

на определение Арбитражного суда Ярославской области от 26.12.2019  и

на постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 05.06.2020

по делу № А82-13911/2015

по заявлению внешнего управляющего 

акционерного общества «Ярославская генерирующая компания» 

(ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) 

ФИО2

о признании сделок недействительными и

о применении последствий их недействительности,

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, – 

ФИО3, ФИО4, 

ФИО5 и ФИО6,

и   у с т а н о в и л : 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества «Ярославская генерирующая компания» (далее – Компания; должник) внешний управляющий должника ФИО2 обратился в Арбитражный суд Ярославской области с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о признании недействительными сделок по начислению и выплате должником заместителю генерального директора Компании по капитальному строительству ФИО1 (далее – ответчик) в период с сентября 2014 года по декабрь 2016 года 2 034 363 рублей сумм квартального и годового премирования и о применении последствий недействительности сделок в виде взыскания с ФИО1 в конкурсную массу должника 2 034 363 рублей.

Заявление внешнего управляющего основано на пункте 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и мотивировано тем, что оспоренные сделки совершены с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

В качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительного предмета спора, привлечены ФИО3, ФИО4, ФИО5 и ФИО6.

Суд первой инстанции определением от 26.12.2019 в редакции определения об исправлении ошибок от 14.01.2020, оставленным без изменения постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 05.06.2020, признал недействительными сделки по начислению и выплате ФИО1 2 034 363 рублей сумм квартального и годового премирования на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и взыскал в целях применения последствий недействительности сделок с ФИО1 в конкурсную массу должника указанную сумму.

Не согласившись с состоявшимися судебными актами, ответчик обратился в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение от 26.12.2019 и постановление от 05.06.2020 и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований в полном объеме либо направить спор на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

В обоснование кассационной жалобы заявитель указал на несоответствие выводов судов о совершении сделок с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся доказательствам и на неправильное применение судами норм материального права. 

Как полагает заявитель кассационной жалобы, суды неверно определили сумму премирования и необоснованно взыскали в качестве применения последствий недействительности сделок с ФИО1 в конкурсную массу должника 2 034 363 рубля. Суды признали недействительными сделки по начислению и выплате ответчику сумм квартального и годового премирования за период с сентября 2014 года по июнь 2016 года, что свидетельствует о необоснованном взыскании с ФИО1 123 820 рублей в качестве применения последствий недействительности сделок. При этом внешний управляющий не оспаривал в качестве сделок приказы о премировании ответчика.

По мнению заявителя жалобы, вывод судов о завышенном размере спорных премий являются необоснованными; суды не привели данных о размере премий, выплачиваемых при сравнимых обстоятельствах. Выплаченные ФИО1 премии являлись составной частью его заработной платы за выполнение коэффициентов эффективности, установленных в рамках должностных обязанностей. ФИО1 не являлся заинтересованным по отношению к должнику лицом и не был осведомлен о наличии у последнего на момент совершения спорных сделок неисполненных обязательств перед кредиторами, поскольку не состоял в органах управления Компании, не являлся ее акционером, а занимал должность технического специалиста, поэтому не мог располагать сведениями об имеющейся у Компании кредиторской задолженности. Более того, неплатежеспособность должника в период выплаты ответчику премий судами не установлена; на заседаниях правления Компании не рассматривались вопросы его финансового состояния. Часть выплат в пользу ответчика осуществлена после возбуждения дела о банкротстве Компании, следовательно, обязательства по таким сделкам относятся к текущим требованиям.

Заявитель кассационной жалобы ссылается на недоказанность перечисления в его пользу и получения им спорных сумм премий. Бухгалтерская справка не является первичным документом организации, подтверждающим перечисление ответчику и получение им премиальных выплат. Иных доказательств фактического получения ФИО1 премий в материалах дела также не имеется. Вместе с тем в рамках аналогичного спора о признании недействительными сделок по выплате премий работнику Компании ФИО4 суд апелляционной инстанции истребовал у ПАО «Сбарбанк России» выписку по лицевому счету работника.

Заявитель жалобы обращает внимание на то, что внешний управляющий продолжал выплачивать премии работникам Компании и после введения в отношении нее процедуры банкротства, поэтому суды неправомерно не применили к спорным правоотношениям пункт 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Подробно доводы заявителя изложены в кассационной жалобе и в дополнении к ней.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, не обеспечили явку представителей в судебное заседание, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность определения Арбитражного суда Ярославской области от 26.12.2019 и постановления Второго арбитражного апелляционного суда от 05.06.2020 проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд округа проверяет правильность применения судом первой и апелляционной инстанций норм права, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Изучив представленные в дело доказательства, проверив обоснованность доводов, изложенных в кассационной жалобе, в дополнении к ней, суд округа не нашел правовых оснований для отмены обжалованных судебных актов.

Как усматривается из материалов дела, Арбитражный суд Ярославской области определением от 07.10.2015 принял к производству заявление и возбудил дело о несостоятельности (банкротстве) Компании; определением от 13.04.2016 ввел в отношении должника процедуру наблюдения; определением от 16.12.2016 ввел в отношении Компании процедуру внешнего управления и утвердил внешним управляющим                ФИО2; решением от 19.11.2018 признал Компанию несостоятельной (банкротом), открыл в отношении ее имущества конкурсное производство и утвердил конкурсным управляющим должника ФИО7

В ходе проведения процедуры внешнего управления внешний управляющий ФИО2 выявил факт начисления и выплаты ФИО1, занимавшему должность заместителя генерального директора Компании по капитальному строительству согласно трудовому договору от 09.04.2012 № 10, в период с сентября 2014 года по декабрь 2016 года на основании приказов от 30.09.2014 № 249л, от 22.12.2014 № 342л, от 30.12.2014 № 367л, от 03.04.2015 № 71л, от 03.04.2015 № 71л, от 05.06.2015 № 112л, от 29.10.2015 № 209л, от 22.12.2015 № 236л, от 21.03.2016 № 14л, от 21.06.2016 № 44л, от 01.06.2016 № 37л, от 20.10.2016 № 76л и от 02.12.2016 № 92л  2 034 363 рублей в качестве квартального и годового премирования без учета налога на доходы физических лиц.

Посчитав, что начисление и выплата Обществом премий ФИО1 совершены с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, внешний управляющий ФИО2 оспорил законность данных сделок на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции не нашел оснований для признания сделок по начислению и выплате ФИО1 премий недействительными (ничтожными) в соответствии со статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации. В указанной части лица, участвующие в деле, судебный акт не обжаловали.

Как следует из разъяснений, приведенных в подпункте 3 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), по правилам главы III.1 Закона о банкротстве может, в частности, оспариваться выплата заработной платы, в том числе премий.

На основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника. 

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 7 Постановления № 63, презумпция осведомленности другой стороны сделки о совершении этой сделки с целью причинить вред имущественным интересам кредиторов применяется, если другая сторона признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве, в соответствии с которыми недостаточность имущества – это превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность – прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Суды первой и апелляционной инстанций, оценив представленные в дело доказательства с позиции статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установили, что сделки по выплате ФИО1 премий совершены в период подозрительности, предусмотренный в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. На момент выплаты премий Компания обладала признаками неплатежеспособности: имела неисполненные денежные обязательства в значительном размере перед кредиторами, требования которых впоследствии были включены в реестр требований кредиторов должника и остались непогашенными. По смыслу тридцать шестого абзаца статьи 2 Закона о банкротстве и абзаца третьего пункта 6 Постановления № 63 указанные обстоятельства подтверждают неплатежеспособность должника в период совершения оспариваемых сделок.

Суды исходили из того, что на момент начислений и выплат спорных премий Компания находилась в тяжелом финансовом положении, однако денежные средства направлялись не на погашение задолженности перед кредиторами, а на выплаты значительных по размеру премий руководящему составу должника, что подтверждает факт причинения имущественного вреда его кредиторам. В период выплаты ФИО1 премий последний занимал руководящую должность, являлся членом правления Компании. В связи с изложенным суды обоснованно сочли, что ФИО1, обладающий статусом высшего менеджера, должен был располагать сведениями о реальном финансовом состоянии Компании на момент совершения спорных сделок, а также владеть информацией о деятельности и долгах должника. Кроме того, ФИО1 как высший менеджер не мог не знать о проведении в отношении Компании в период спорных выплат процедуры банкротства. Следовательно, ответчик был осведомлен о причинении в результате выплаты ему премий вреда имущественным правам кредиторов, выразившегося в уменьшении размера имущества Компании на выплаченную сумму; уменьшение активов должника, в свою очередь, отрицательно повлияло на его платежеспособность и на возможность получения кредиторами удовлетворения своих требований за счет выбывшего имущества (денежных средств).

Суды приняли во внимание, что по условиям пункта 6.1 заключенного с Компанией трудового договора от 09.04.2012 № 10 ФИО1 установлен должностной оклад в размере 80 000 рублей в месяц; материальное стимулирование (вознаграждение) работника определено в Положении о материальном стимулировании высших менеджеров Компании.

С учетом изложенного суды посчитали, что выплачиваемые ФИО1 премии носили стимулирующий характер и не были связаны с увеличением объема работы. 

Таким образом, суды пришли к обоснованному выводу об отсутствии в условиях неплатежеспособности Компании оснований для осуществления стимулирующих выплат ФИО1 в виде премий.

Суды установили все юридически значимые обстоятельства для квалификации выплаты премий в качестве сделок, совершенных в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, и о наличии совокупности условий для признания таких сделок недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При этом текущий характер части спорных выплат не имеет правового значения в условиях признания их недействительными сделками по основаниям, предусмотренным в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, как совершенных с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

С учетом того, что сделки по выплате премий не предусматривают встречного исполнения, руководствуясь пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, суды пришли к верному выводу о необходимости в качестве последствий недействительности сделок применить одностороннюю реституцию в виде взыскания с ФИО1 в конкурсную массу должника суммы выплаченных ему премий.

Довод заявителя кассационной жалобы о неверном определении судами суммы премий в связи с фактическим признанием недействительными сделок по начислению и выплате ответчику квартального и годового премирования за период с сентября 2014 года по июнь 2016 года не может быть принят во внимание, поскольку арбитражный суд определением от 14.01.2020 исправил ошибки, допущенные в тексте резолютивной части, объявленной 26.11.2019, и при изготовлении в полном объеме определения от 26.12.2019 в части указания окончания периода квартального и годового премирования.

Довод заявителя жалобы о недобросовестности внешнего управляющего, продолжавшего начислять и выплачивать премии менеджерам Компании высшего звена, и о применении в связи с этим к спорным правоотношениям пункта 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации отклоняются в силу следующего. 

Согласно названной норме права заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки. 

В данном случае сделки оспариваются в рамках дела о банкротстве должника в интересах кредиторов и по специальным основаниям, предусмотренным законодательством о банкротстве, вследствие чего пункт 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации к спорным правоотношениям неприменим.

Являются несостоятельными и ссылки заявителя жалобы на то, что в отношении аналогичных требований к ФИО4 суды истребовали у ПАО «Сбарбанк России» выписку по лицевому счету работника, а по требованиям к иным должностным лицам Компании приняли судебные акты об отказе в признании недействительными таких же платежей. Напротив, суд в рамках аналогичного спора вступившим в законную силу определением от 09.06.2018 (постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 26.03.2019, постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 28.06.2019; определение Экономической коллегии Верховного Суда Российской Федерации от 07.12.2019 № 301-ЭС18-562 (6, 10)) удовлетворил подобные требования к лицу, имеющему схожий статус с заявителем.

Суд округа не выявил допущенных судами двух инстанций процессуальных нарушений, которые привели к принятию неправильных судебных актов, в связи с чем могли бы являться основаниями для их отмены (часть 3 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Иные доводы заявителя кассационной жалобы сводятся к переоценке исследованных по делу доказательств, что в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не входит в предмет рассмотрения суда кассационной инстанции.

Материалы дела исследованы судами полно, всесторонне и объективно, изложенные в обжалованных судебных актах выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и нормам права. Оснований для отмены принятых судебных актов по приведенным в кассационной жалобе доводам не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, суд округа не установил.

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина за рассмотрение кассационной жалобы относится на заявителя.

Руководствуясь статьями 286, 287 (пунктом 1 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ярославской области от 26.12.2019 и постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 05.06.2020 по делу № А82-13911/2015 оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

           Председательствующий

 

Е.В. Елисеева

 Судьи

О.Н. Жеглова

Л.В. Кузнецова