91/2023-19382(1) 

 

ДВЕНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,  

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А57-7097/2022

г. Саратов

04 мая 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 03 мая 2023 года.  

Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Антоновой О. И., судей Волковой Т. В., Силаковой О. Н., при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу у ФИО2 на решение Арбитражного суда Саратовской области от 06 марта 2023 года по  делу № А57-7097/2022  

по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Защита» (ИНН:  

<

***>, ОГРН: 

<

***>)  

к ФИО2, третье лицо: ФИО3, о взыскании убытков, при участии в судебном заседании: 

- представитель ФИО2 – ФИО4, действующий  на основании доверенности от 24 декабря 2022 года,  

- директор общества с ограниченной ответственностью «Защита» ФИО3 - лично, паспорт обозревался,  

- третье лицо: ФИО3 – лично, паспорт обозревался. 

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Саратовской области обратилось общество с ограниченной  ответственностью «Защита» (далее – ООО «Защита», истец) к ФИО2  (далее – ФИО2, ответчик) с исковым заявлением, уточненным в порядке статьи  49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), о  взыскании причиненных ООО «Защита» убытков за период с февраля 2019 года по  декабря 2021 года в размере 1 096 150,34 руб., процентов за пользование чужими  денежными средствами за период с момента вступления в законную силу решения суда по  день фактического исполнения обязательства в сумме 1 096 150,34 руб., исходя из  

ключевой ставки Банка России, а также расходов по оплате госпошлины в размере 22 514  руб.  

Решением Арбитражного суда Саратовской области от 06.03.2023 исковые  требования удовлетворены.  

Не согласившись с принятым судебным актом, ответчик обратилась в Двенадцатый  арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит решение Арбитражного  суда Саратовской области от 06.03.2023 отменить по основаниям, изложенным в  апелляционной жалобе.  

Законность и обоснованность принятого по делу судебного акта проверена судом  апелляционной инстанции в порядке и по основаниям, предусмотренным статьями 258,  266-271 АПК РФ.  

Проверив обоснованность доводов, изложенных в апелляционной жалобе,  исследовав материалы дела, арбитражный апелляционный суд считает, что судебный акт  не подлежит отмене по следующим основаниям.  

Как следует из материалов дела, 04.10.2017 на основании протокола учредителей №  1 от 04.10.2017 года было создано ООО «Защита», участниками которого являются  ФИО3 с номиналом 55 % уставного капитала и ФИО2 с номиналом 45 %  уставного капитала. Этим же протоколом ФИО2 была назначена на должность  директора, и с ней был заключен трудовой договор.  

Согласно п. 9.2 Устава общества директор избирается Общим собранием участников  Общества сроком на 3 года.  

Согласно условиям трудового договора (п. 5.2 договора), работнику устанавливается  в соответствии со штатным расписанием должностной оклад в размере 11 163 руб.  

Свои исковые требования, истец основывает на том, что в дальнейшем ФИО2 изготовила протокол внеочередного общего собрания № 2 от 25.09.2020 об избрании  ее на новый срок в должности директора без надлежащего нотариального удостоверения.  

В настоящее время на основании протокола внеочередного общего собрания № 6 от  29.01.2022, приказа об увольнении от 22.03.2022 ФИО2 освобождена от  должности директора.  

За время исполнения своих должностных обязанностей ФИО2 в период с  01.02.2019 по 31.12.2021, помимо заработной платы в сумме 390 705 руб., установленной  трудовым договором № 1 от 04.10.2017 из расчета должностного оклада в размере 11 163  руб. в месяц, получены денежные средства в счет заработной платы, а также за счет  общества произведены отчисления в пользу ФИО2 необходимых взносов во  внебюджетные фонды (ПФР, ФОМС, ФСС, ФСС НС) в общей сумме 1 096 150,34 руб.  

При этом как указывает истец, каких-либо надлежащим образом оформленных  документов, подтверждающих правомочность произведенных ФИО2 выплат на  общую сумму 1 096 150,34 рублей за период с 01.02.2019 по 31.12.2021 у истца не  имеется.  

На основании изложенного, истец считает, что ответчик, как директор общества,  увеличивала себе должностной оклад без согласования со вторым участником общества,  действовала недобросовестно и неразумно, в результате чего обществу причинены  убытки, в размере предъявленной к взысканию сумме денежных средств, что послужило  для истца основанием для обращения в арбитражный суд с заявленными требованиями.  

При рассмотрении спора в суде первой инстанции ответчиком было заявлено  ходатайство о пропуске истцом срока исковой давности.  

Суд первой инстанции, рассмотрев данное ходатайство, руководствуясь  положениями статей 196, 200, 202 ГК РФ, разъяснениями, изложенными в п. 10  постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от  30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав  органов юридического лица», учитывая, что срок исковой давности в отношении  заявленных требований составляет три года, принимая во внимание, что перечисление  

денежных средств в адрес ФИО2 происходило в период с 08.02.2019 по  31.12.2021, в феврале 2022г. истцом в адрес ответчика была направлена претензия с  требованием о возмещении убытков, причиненных обществу, учитывая, что исковое  заявление в суд поступило 06.04.2020, пришел к выводу, что трехлетний срок исковой  давности по заявленному требованию на день подачи иска не истек.  

Суд первой инстанции, удовлетворяя исковые требования, правомерно  руководствовался следующим.  

Из положений части 1 статьи 40 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ «Об  обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон об ООО) следует, что  единоличный исполнительный орган общества (генеральный директор, президент и  другие) избирается общим собранием участников общества на срок, определенный  уставом общества, если уставом общества решение этих вопросов не отнесено к  компетенции совета директоров (наблюдательного совета) общества. Единоличный  исполнительный орган общества может быть избран также не из числа его участников.  

Договор между обществом и лицом, осуществляющим функции единоличного  исполнительного органа общества, подписывается от имени общества лицом,  председательствовавшим на общем собрании участников общества, на котором избрано  лицо, осуществляющее функции единоличного исполнительного органа общества, или  участником общества, уполномоченным решением общего собрания участников  общества, либо, если решение этих вопросов отнесено к компетенции совета директоров  (наблюдательного совета) общества, председателем совета директоров (наблюдательного  совета) общества или лицом, уполномоченным решением совета директоров  (наблюдательного совета) общества.  

Частью 4 статьи 40 Закона Об ООО установлено, что порядок деятельности  единоличного исполнительного органа общества и принятия им решений устанавливается  уставом общества, внутренними документами общества, а также договором, заключенным  между обществом и лицом, осуществляющим функции его единоличного  исполнительного органа.  

При этом на отношения между обществом и единоличным исполнительным органом  общества (директором, генеральным директором) и (или) членами коллегиального  исполнительного органа общества (правления, дирекции) действие законодательства  Российской Федерации о труде распространяется в части, не противоречащей положениям  настоящего Федерального закона.  

В силу статьи 274 ТК РФ права и обязанности руководителя организации в области  трудовых отношений определяются Трудовым кодексом, другими федеральными  законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, законами и  иными нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации,  нормативными правовыми актами органов местного самоуправления, учредительными  документами организации, локальными нормативными актами, трудовым договором.  

В силу статьи 20 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ)  сторонами трудовых отношений являются работник и работодатель. Работодатель -  физическое либо юридическое лицо (организация), вступившее в трудовые отношения с  работником.  

На основании пункта 4 части 2 статьи 33, части 1 статьи 40 Закона об ООО  назначение директора относится к компетенции общего собрания Общества.  

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в постановлении от 17.03.2004 N 2  "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской  Федерации" разъяснил, что представителем работодателя является лицо, которое в  соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными  документами юридического лица либо локальными нормативными актами или в силу  заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму  работников. То есть работодателем по отношению к генеральному директору является  

общество, а лицо, указанное в части 1 статьи 40 Закона об ООО, - представителем  работодателя. Директор общества наделен правами и обязанностями работодателя лишь в  отношениях с работниками общества.  

Из содержания статей 2, 21, 22, 57, 129, 135 и 136 ТК РФ следует, что любые  денежные выплаты, к которым относится и заработная плата генерального директора  (директора), производятся исключительно с согласия и на основании выраженного  волеизъявления работодателя.  

В силу статей 56,57 ТК РФ обязательными для включения в трудовой договор  являются условия оплаты труда (в том числе размер тарифной ставки или оклада  (должностного оклада) работника, доплаты, надбавки и поощрительные выплаты).  

Заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с  действующими у данного работодателя системами оплаты труда (статья 135 ТК РФ).  

Вопросы премирования работников Общества, состоящих с Обществом в трудовых  отношениях, регулируются трудовым законодательством и в силу статьи 5, 8 ТК РФ,  устанавливается локальными нормативными актами, содержащими нормы трудового  права.  

В силу части 4 статьи 145 ТК РФ условия оплаты труда руководителей иных  организаций, их заместителей, главных бухгалтеров и заключающих трудовой договор  членов коллегиальных исполнительных органов иных организаций устанавливаются по  соглашению сторон трудового договора.  

Размер зарплаты работника, в том числе генерального директора, является  обязательным условием трудового договора (статья 57 ТК РФ).  

Согласно статье 72 ТК РФ изменять такие условия можно только по соглашению  сторон договора – работодателя и работника.  

Из содержания положений ТК РФ следует, что любые денежные выплаты  производятся исключительно с согласия и на основании выраженного волеизъявления  работодателя.  

Согласно части 2 статьи 44 Закона об ООО, члены совета директоров  (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества,  члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут  ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными  действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не  установлены федеральными законами.  

Согласно пункту 2 статьи 15 ГК РФ, под убытками понимаются расходы, которые  лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления  нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также  неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях  гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).  

При этом по смыслу вышеуказанной нормы закона для взыскания убытков лицо,  требующее их возмещения, должно доказать нарушение своего права, наличие причинной  связи между нарушением права и возникшими убытками, а также размер убытков.  

В соответствии с пунктом 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от  23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой  Гражданского кодекса Российской Федерации" по делам о возмещении убытков истец  обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия)  которого возник ущерб.  

Статьей 53.1 ГК РФ предусмотрено, что лицо, которое в силу закона, иного  правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено  выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию  юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах  юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.  

Данное лицо несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении  своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или  неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным  условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.  

На основании п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских  правоотношений и разумность их действий презюмируются, пока не доказано обратное.  

В пункте 2 Постановления ВАС РФ от 30.07.2013 N 62 приведены обстоятельства,  при которых недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной;  в п. 3. указанного Постановления перечислены обстоятельства неразумности действий  (бездействия) директора.  

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 1 Постановления ВАС  РФ от 30.07.2013 N 62, со ссылкой на пункт 5 статьи 10 ГК РФ, истец должен доказать  наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности  действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для  юридического лица.  

Истец считает что ответчик, принимая решение о повышении себе заработной платы  в отсутствие единогласного волеизъявления участников общества, действовал  недобросовестно и неразумно. Таким образом, по мнению истца, сумма полученных  ответчиком без единогласного одобрения участниками общества является для ООО  «Защита» убытками в виде реального ущерба.  

В обоснование своих требований истцом представлены решение общего собрания  учредителей о создании ООО «Защита» № 1 от 04.10.2017г., протокол общего собрания  учредителей о создании ООО «Защита» № 2 от 25.09.2020г., трудовой договор с  директором от 04.10.2017г., приказ о прекращении (расторжении) трудового договора с  ФИО2 № 4 от 22.03.2022, платежные поручения, расчет исковых требований,  претензия, ответ на претензию.  

Кроме того, по запросу суда первой инстанции из МРИ ФНС № 7 по Саратовской  области поступили сведения о доходах ФИО2 по форме 2-НДФЛ за период с  2019 по 2021г.г., сведения о размере сумм выплат по страховым взносам ФИО2  за период с 2019 по 2021г.  

Ответчик подтвердила, что в период с 04.10.2017 по 29.01.2022 ФИО2 являлась директором ООО «Защита». Однако, по мнению ответчика, истцом не  доказано наличие совокупности элементов гражданско-правового нарушения,  необходимых для удовлетворения заявленных исковых требований о взыскании с  ответчика убытков в пользу общества. Ответчик полагает, что имеющимися в материалах  дела доказательствами не подтвержден факт причинения убытков обществу, а также не  доказана противоправность действий ответчика. Ответчик считает, что действия  директора ФИО2 в полной мере соответствует стандарту добросовестности и  разумности, предусмотренному законодательством (пункт 1 статьи 53.1 ГК РФ и пункт 1  статьи 44 Закона об ООО).  

Согласно части первой статьи 135 ТК РФ заработная плата работнику  устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного  работодателя системами оплаты труда.  

Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных  окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в  условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего  характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами,  соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым  законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы  трудового права (часть вторая статьи 135 ТК РФ).  

В соответствии с частью 1 статьи 191 ТК РФ работодатель поощряет работников,  добросовестно исполняющих трудовые обязанности (объявляет благодарность, выдаёт  

премию, награждает ценным подарком, почётной грамотой, представляет к званию  лучшего по профессии).  

Другие виды поощрений работников за труд определяются коллективным договором  или правилами внутреннего трудового распорядка, а также уставами и положениями о  дисциплине. За особые трудовые заслуги перед обществом и государством работники  могут быть представлены к государственным наградам (часть 2 статьи 191 ТК РФ).  

По смыслу приведённых норм ТК РФ в их взаимосвязи, заработная плата работника  зависит от его квалификации, сложности выполняемой работы, количества и качества  затраченного труда и устанавливается трудовым договором в соответствии с  действующей у работодателя системой оплаты труда.  

В отличие от премии, которая входит в систему оплаты труда, премия,  предусмотренная частью 1 статьи 191 ТК РФ, исходя из буквального толкования этой  нормы, является одним из видов поощрения работников работодателем за  добросовестный и эффективный труд, применение которого относится к компетенции  работодателя. Такая премия не является гарантированной выплатой (гарантированным  доходом) работника, выступает лишь дополнительной мерой его материального  стимулирования, поощрения, применяется по усмотрению работодателя, который  определяет порядок и периодичность её выплаты, размер, критерии оценки работодателем  выполняемых работником трудовых обязанностей и иные условия, влияющие как на  выплату премии, так и на её размер, в том числе результаты экономической деятельности  самой организации (работодателя).  

Следовательно, как верно указал суд первой инстанции, при разрешении настоящего  спора юридически значимым обстоятельством является определение правовой природы  премии: входит ли премия в систему оплаты труда, являясь при этом гарантированной  выплатой, или эта премия не относится к числу гарантированных выплат, является одним  из видов поощрения работника за добросовестный и эффективный труд, применение  которого относится к дискреции (полномочиям) работодателя.  

Поскольку трудовое законодательство не устанавливает порядок и условия  назначения и выплаты работодателем премий работникам, при определении правовой  природы премий подлежат применению положения локальных нормативных актов,  коллективных договоров, устанавливающие систему оплаты труда, а также условий  трудовых договоров, заключённых между работником и работодателем.  

Однако в ООО «Защита» отсутствовали какие-либо локальные нормативные акты  регулирующие порядок и условия назначения и выплаты работодателем премий  работникам.  

В связи с чем, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что условия,  основания для выплаты премии относится к полномочиям работодателя.  

Статья 145 ТК РФ определяет условия оплаты труда лиц, относящихся к категории  руководителей различных организаций, финансируемых, в том числе за счёт бюджетных  средств (части 1-3 этой статьи) и организаций, не имеющих бюджетного финансирования  (часть 4 этой статьи).  

Условия оплаты труда руководителей иных организаций (не перечисленных в частях  13 данной статьи), их заместителей, главных бухгалтеров и заключающих трудовой  договор членов коллегиальных исполнительных иных организаций устанавливаются по  соглашению сторон трудового договора (часть 4 статьи 145 ТК РФ).  

Статья 274 ТК РФ устанавливает правовые основы регулирования труда  руководителя организации.  

Учитывая, что условия оплаты труда генерального директора устанавливаются  договором между обществом и генеральным директором, при этом утверждение условий  такого договора, включая вопросы поощрения генерального директора, в том числе  премирования генерального директора и размеров такого премирования, относится к  компетенции Общего собрания участников общества, суд первой инстанции пришел к  

верному выводу, что при установлении правовой природы премии руководителю  организации, в данном случае ФИО2, подлежат учёту положения Устава ООО  «Защита», а также условия трудового договора, заключённого между ООО «Защита» и  директором общества ФИО2  

Ответчик в своих возражениях указала на возможность выплаты премии ФИО2 исходя из объективных показателей эффективности, ссылка на которые имеется в  пункте 5.2. трудового договора ответчика, по мнению ответчика, в этом случае учет  показателей эффективности работы директора установлен сторонами, однако в п. 5.2.  трудового договора имеется отсылка на п. 5.4. трудового договора, которым должны  определятся премиальные выплаты, который в свою очередь отсутствует в данном  договоре и соответственно, сторонами договора не согласованны данные условия по их  выплате.  

Данные доводы, отраженные также в апелляционной жалобе заявителя, являлись  предметом оценки суда первой инстанции и они обоснованно были отклонены со ссылкой  на тот факт, что показатели эффективности работы не закреплены ни трудовым  договором, ни локальным правовым актом, ни решением участников общества.  

При этом их произвольное определение без наличия согласования между сторонами  трудового договора, как верно указал суд первой инстанции, является неправомерным.  

В связи с отсутствием в Обществе локальных нормативных актов, условий,  критериев и размеров, подлежащих выплате директору премий, суд первой инстанции  пришел к обоснованному выводу, что данная премия не является гарантированной и  может быть выплачена только по инициативе работодателя, которым в рамках Закона об  ООО является общее собрание участников Общества.  

Как верно указал суд первой инстанции, ответчик неверно определяет правовую  природу премии, предусмотренной трудовым договором, утверждая, что она является  гарантированной выплатой, которую работодатель обязан произвести ФИО2 ,  при достижении положительных (эффективных) показателей в работе ООО «Защита»,  указывая на необходимость установления действительной эффективности общества в  2017-2021 года как основания для начисления и выплаты ФИО2 премии.  

Правовой статус работника, находящегося в должности генерального директора  общества, регулируется как нормами Закона об ООО, так и нормами ТК РФ.  

Генеральный директор общества наделен правами и обязанностями работодателя  лишь в отношениях с работниками общества и выступает в качестве работника в  отношениях с обществом - работодателем.  

В силу пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации  от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса  Российской Федерации" представителем работодателя является лицо, которое в  соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными  документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами  или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по  найму работников.  

Из толкования положений статей 2, 21, 22, 57, 129, 135, 136 ТК РФ в их  совокупности следует, что денежные выплаты, к числу которых отнесены заработная  плата и премии, производятся исключительно с согласия и на основании выраженного  волеизъявления работодателя.  

При этом Уставом ООО «Защита» наделение генерального директора полномочиями  по изменению себе заработной платы в единоличном порядке - не предусмотрено.  

В подтверждение выплаты ответчику спорных сумм Обществом представлены  справки о доходах физического лица за 2019, 2020 и 2021 годы,  

В разделе 3 этих справок приведены суммы дохода физического лица, а также коды  таких доходов - "2000", "2002", "2012", "2013", которыми согласно приказу Федеральной  налоговой службы России от 10.09.2015 N ММВ-7-11/387@ обозначаются различные  

выплаты (вознаграждение за выполнение трудовых обязанностей, суммы премий за  производственные результаты, суммы отпускных выплат и компенсаций за  неиспользованный отпуск).  

В данном случае в справке 2 НДФЛ ФИО2 указан код дохода «2000»  «2400», а это:  

2000  

Вознаграждение, получаемое налогоплательщиком за выполнение трудовых или иных обязанностей; денежное содержание, денежное  

довольствие, не подпадающее под действие пункта 29 статьи 

 

217 Налогового кодекса Российской Федерации и иные налогооблагаемые выплаты военнослужащим и приравненным к ним категориям физических лиц (кроме выплат по договорам гражданско-правового характера)  

2001  

Вознаграждение директоров и иные аналогичные выплаты, получаемые членами органа управления организации (совета директоров или иного подобного органа)  

2002  

Суммы премий, выплачиваемых за производственные результаты и иные подобные показатели, предусмотренные нормами законодательства Российской Федерации, трудовыми договорами (контрактами) и (или) коллективными договорами (выплачиваемые не за счет средств прибыли организации, не за счет средств специального назначения или целевых поступлений)  

2400  

Доходы, полученные от предоставления в аренду или иного использования любых транспортных средств, включая морские, речные, воздушные суда и автомобильные транспортные средства, в связи с перевозками, а также штрафы и иные санкции за простой (задержку) таких транспортных средств в пунктах погрузки (выгрузки); доходы, полученные от предоставления в аренду или иного использования трубопроводов, линий электропередачи (ЛЭП), линий оптиковолоконной и (или) беспроводной связи, иных средств связи, включая компьютерные сети  

В связи с изложенным, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что,  выплачивая себе денежную сумму свыше суммы должностного оклада, указанной в  трудовом договоре, ФИО2 фактически в одностороннем порядке внесла  изменения в свой трудовой договор, и именно в части должностного оклада, а не как  утверждает ответчик, что данная выплата была премией за эффективность работы.  

При этом, как верно отметил суд первой инстанции, сумма выплат, которая была  всегда одинаковой, говорит о постоянном ее характере, назначении ее и выплате вне  зависимости от каких либо условий и при отсутствии согласования с кем либо, как  постоянная гарантированная выплата в месяц.  

Доводы истца об одностороннем изменении именно оклада ФИО2 (а не  начисления премии) подтверждается предоставленными самим ответчиком в настоящее  гражданское дело штатными расписаниями ООО «Защита» от 15.07.2021 г., в которых  указан установленный ФИО2 размер оклада.  

Доводы ответчика, отраженные также в апелляционной жалобе заявителя, о  положительной динамике финансовых показателей общества, связанной с деятельностью  ФИО2 и добросовестном исполнении им своих обязательств единоличного  

исполнительного органа являлись предметом оценки суда первой инстанции, и они  обоснованно были отклонены, поскольку данные доводы сами по себе не являются  доказательством отсутствия убытков у общества от действий директора.  

При этом следует отметить, что в апреле 2022 года Обществом было подано  заявление в МУ МВД РФ «Энгельсское» по факту совершения ФИО2  преступления, предусмотренного ст. 160 УК РФ (присвоение и растрата). В настоящее  время проводится проверка по данному материалу, в котором содержится указание  Прокуратуры г. Энгельса в порядке ст. 37 УПК РФ о рассмотрении вопроса о  возбуждении уголовного дела в связи с наличием достаточных признаков составов  преступлений по ст. ст. 159,160 УК РФ.  

Довод ответчика, отраженный также в апелляционной жалобе заявителя, о том, что  размер заработной платы директора соответствует средней рыночной заработной плате  руководителей организаций, судом первой инстанции был оценен и обоснованно  отклонен.  

В соответствии со статьей 135 ТК РФ заработная плата работнику устанавливается  трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами  оплаты труда.  

Таким образом, размер заработной платы определяется путем договора, т.е.  достижения соглашения между работником и работодателем, при этом трудовым  законодательством установлены ограничения относительно минимально размера  заработной платы работника, ограничений связанных с максимальным размером  заработной платы не установлено.  

Учитывая, что до 2018 года заработная плата директора была ориентирована на  минимальный размер оплаты труда, следовательно, в обществе отсутствовала практика  установления заработной платы директора, исходя из средних рыночных показателей или  средней заработной плате работников Общества.  

Доводы ответчика, отраженные также в апелляционной жалобе заявителя, о том, что  размер заработной платы соответствовал ее квалификации, сложности выполняемой  работы, количества и качества затраченного труда, судом первой инстанции обоснованно  был отклонен как неподтвержденный материалами дела, поскольку из материалов дела не  следует, что решения ФИО2 об увеличении себе заработной платы связаны с  изменением ее квалификации как работника, качества, сложности и условий выполняемой  работы, что является обязательным условием в соответствии со статьей 129 ТК РФ.  

Доказательств того, что за период с 01.01.2019 по 31.12.2021 профессиональная  квалификация ответчика, сложность и условия выполняемой им работы изменились  настолько, что позволили ответчику увеличить свою заработную плату почти в два раза,  ответчиком в нарушение положений статьи 65 АПК РФ в материалы дела не  представлено.  

В случае самостоятельного увеличения генеральным директором хозяйственного  общества размера своего вознаграждения и издания приказа о собственном премировании  без согласия (одобрения) вышестоящего органа управления общества, он может быть  привлечен к имущественной ответственности на основании пункта 1 статьи 53.1 ГК РФ,  поскольку такое поведение само по себе нарушает интересы общества (его участников),  не отвечая критерию (требованию) добросовестного ведения дел общества.  

Ни устав общества «ЗАЩИТА», ни иные внутренние (локальные) правовые акты, не  наделяли генерального директора полномочиями по установлению премии в отношении  себя лично, премированию самого себя по собственному усмотрению без согласия  (одобрения) участников общества и его органов управления. При этом общее собрание  участников общества не принимало решений о премировании ответчика и выплате ему  заработной платы в повышенном размере.  

В подтверждение факта осуществления указанных выплат ООО «Защита»  представило доказательства перечисления денежных средств ФИО2 со счета  

общества, открытого в кредитной организации, которые не были опровергнуты  ответчиком.  

В рассматриваемом случае, как верно указал суд первой инстанции, ФИО2  самостоятельно оценила свои показатели деятельности, как достаточно высокие для  выплаты премии, в одностороннем порядке определив размер своего вознаграждения за  труд, выплачиваемого из средств общества.  

Доводы ответчика, отраженные также в апелляционной жалобе заявителя, о том, что  ФИО3 - учредитель Общества, состояла в трудовых отношениях с ООО «Защита» с  2019 г. в должности юрисконсульта, а позднее финансового директора, исполняя свои  обязанности по совместительству не может служить безусловным доказательством того,  что ФИО3 знала или должна была знать о данных выплатах, а также что этим  обстоятельством подтверждается сложившийся порядок начисления и выплаты  заработной платы в Обществе, судом первой инстанции обоснованно были отклонены как  документально не подтвержденные и не основанные на представленных доказательствах.  

Как верно указал суд первой инстанции, данные обстоятельства не могут служить  основанием для не соблюдения ФИО2 установленного действующим  законодательством порядка в части установления оплаты труда исполнительного органа  Общества.  

Также суд первой инстанции обоснованно отметил, что именно наличие должности  директора как специального субъекта трудовых правоотношений законодательством  устанавливается иной, отличный от других работников состоящих в трудовых  отношениях, порядок приема на работу, прекращения полномочий, установления  заработной платы и не может быть поставлен в сравнение при рассмотрении вопросов  правомерности произведенных себе выплат ответчиком и выплат произведенных другим  сотрудникам Общества.  

Следовательно, генеральный директор вправе издавать приказы о применении мер  поощрения в отношении подчиненных ему работников общества, но не в отношении  самого себя. Иное приводило бы к конфликту интересов (Определение СК по  экономическим спорам Верховного Суда РФ от 16 декабря 2022 г. N 305-ЭС22-11727 по  делу N А40-121758/2021)  

В результате возмещения убытков ООО «Защита» будет поставлено в то положение,  в котором оно находилось бы, если бы его право не было нарушено ответчиком, что  предполагает восстановление прежней структуры баланса Общества (той, которая была  бы без неправомерного вмешательства директора), то есть увеличение доходной части  Общества за счет возврата денежных средств истраченных на заработного плату  ФИО2 в т.ч. с выплаченными страховыми выплатами, возникших из-за  незаконных действий ответчика.  

Как верно отметил суд первой инстанции, в случае не совершения ФИО2  действий, связанных с необоснованной выплате себе заработной плате, истец не имел бы  обязательств перед бюджетом по уплате НДФЛ и страховых взносов, связанных с  начислением и выплатой заработной платы ответчику в повышенном размере.  

Довод ответчика о том, что общество не лишено возможности иным образом  восстановить свое нарушение право, суд первой инстанции обоснованно счел  несостоятельным и противоречащим разъяснениям, изложенным в п. 8 постановления  Пленума N 62, из которого следует, что удовлетворение требования о взыскании с  директора убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения  имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты  гражданских прав, например, путем применения последствий недействительности сделки,  истребования имущества юридического лица из чужого незаконного владения, взыскания  неосновательного обогащения, а также возврата из налогового органа перечисленных  налогов и взносов.  

В силу статей 9, 12 ГК РФ истец самостоятельно по своему усмотрению определяет  способ защиты нарушенного права в судебном порядке.  

Возврат необоснованно уплаченных налоговых и обязательных платежей, возникает  при принятии судебного акта, установившего неправильное начисление заработной платы  работнику, но не при принятии решения о взыскании убытков с исполнительного органа  Общества.  

Настоящий спор об ответственности единоличного исполнительного органа перед  обществом и его участниками за ненадлежащее управление вверенным ему обществом в  части осуществления себе выплат, несогласованных (не одобренных) вышестоящим  органом управления общества, является корпоративным, не относится к спорам о  материальной ответственности генерального директора, как работника, за вред,  причиненный имуществу юридического лица, а также не регулируется нормами трудового  законодательства или налогового (в частности нормам трудового законодательства в части  взыскания неверно начисленной и выплаченной заработной платы.), и соответственно не  могут быть основаниями для исправления и возврата Страховых выплат.  

На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу,  что в данном случае в действиях ФИО2 имеется недобросовестность,  выразившаяся в принятии решения об увеличении размера заработной платы ФИО2 произвольно в отсутствие согласия общего собрания в ущерб экономическим  интересам общества, повлекшего причинение ему убытков в виде необоснованных  расходов на выплату заработной платы в увеличенном размере.  

Как верно указал суд первой инстанции, действия директора ФИО2,  совершенные вопреки положениям устава, без согласования с органами управления  общества, направленные на собственное дополнительное стимулирование, являются  противоправными действиями, осуществленными при наличии конфликта между  личными интересами и интересами юридического лица.  

Основной целью коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1  статьи 50 ГК РФ).  

Выплата ФИО2 разницы между первоначально установленной заработной  платой и последующим ее увеличением при отсутствии одобрения со стороны другого  участника общества, является для общества прямым реальным ущербом, возникшим в  связи с недобросовестными и неразумными действиями ответчика, связанными с  необоснованным и без соблюдения установленной процедуры повышения себе заработной  платы.  

Проанализировав представленные доказательства в совокупности по правилам  статьи 71 АПК РФ, проверив представленный истцом расчет убытков в виде разницы  МРОТ и фактически начисленной заработной платы ФИО2 и признав его  правильным, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о доказанности  необходимой совокупности обстоятельств для привлечения ФИО2 к  гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков, причиненных обществу  за период с февраля 2019г. по декабрь 2021г. в размере 1 096 150,34 руб.  

Довод заявителя жалобы о том, что судом первой инстанции необоснованно  рассчитана сумма убытков на основании минимального размера оплаты труда в регионе,  действующего в соответствующие периоды (судом не мотивирован применяемый для  расчета убытков, размер оплаты труда ответчика на основании МРОТ), судебной  коллегией отклоняется.  

Как следует из представленного истцом расчета убытков в виде разницы МРОТ и  фактически начисленной заработной платы ФИО2 за 2019 год, расчет был  произведен из расчета МРОТ в размере 11 280 руб.  

В силу части 11 статьи 133.1 ТК РФ размер минимальной заработной платы в  субъекте Российской Федерации устанавливается с учетом социально-экономических  

условий и величины прожиточного минимума трудоспособного населения в  соответствующем субъекте Российской Федерации.  

Месячная заработная плата работника, работающего на территории  соответствующего субъекта Российской Федерации и состоящего в трудовых отношениях  с работодателем, в отношении которого региональное соглашение о минимальной  заработной плате действует в соответствии с частями третьей и четвертой статьи 48  настоящего Кодекса или на которого указанное соглашение распространено в порядке,  установленном частями шестой - восьмой настоящей статьи, не может быть ниже размера  минимальной заработной платы в этом субъекте Российской Федерации при условии, что  указанным работником полностью отработана за этот период норма рабочего времени и  выполнены нормы труда (трудовые обязанности).  

Согласно статье 133.1. ТК РФ в субъекте Российской Федерации региональным  соглашением о минимальной заработной плате для работников, работающих на  территории соответствующего субъекта Российской Федерации, за исключением  работников организаций, финансируемых из федерального бюджета, может  устанавливаться размер минимальной заработной платы в субъекте Российской  Федерации.  

Судебной коллегией установлено, что Региональное соглашение о минимальной  заработной плате в Саратовской области на 2019 год не было принято, следовательно,  истцом при расчете убытков за 2019 год правомерно применялся МРОТ в размере 11 208  рублей, установленный Федеральным законом от 25.12.2018 N 481-ФЗ "О внесении  изменения в статью 1 Федерального закона от 19 июня 2000 года N 82-ФЗ "О  минимальном размере оплаты труда".  

Как следует из представленного истцом расчета убытков в виде разницы МРОТ и  фактически начисленной заработной платы ФИО2 за 2020 год, расчет был  произведен за январь 2020 года из расчета МРОТ в размере 12 130 рублей, а с февраля  2020 года по декабрь 2020 года – из расчета 12 165 рублей.  

Согласно статье 133.1. ТК РФ в субъекте Российской Федерации региональным  соглашением о минимальной заработной плате для работников, работающих на  территории соответствующего субъекта Российской Федерации, за исключением  работников организаций, финансируемых из федерального бюджета, может  устанавливаться размер минимальной заработной платы в субъекте Российской  Федерации.  

После заключения регионального соглашения о минимальной заработной плате  руководитель уполномоченного органа исполнительной власти субъекта Российской  Федерации предлагает работодателям, осуществляющим деятельность на территории  этого субъекта Российской Федерации и не участвовавшим в заключении данного  соглашения, присоединиться к нему. Указанное предложение подлежит официальному  опубликованию вместе с текстом данного соглашения. Руководитель уполномоченного  органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации уведомляет об  опубликовании указанных предложения и соглашения федеральный орган  исполнительной власти, осуществляющий функции по выработке государственной  политики и нормативно-правовому регулированию в сфере труда.  

Если работодатели, осуществляющие деятельность на территории соответствующего  субъекта Российской Федерации, в течение 30 календарных дней со дня официального  опубликования предложения о присоединении к региональному соглашению о  минимальной заработной плате не представили в уполномоченный орган исполнительной  власти субъекта Российской Федерации мотивированный письменный отказ  присоединиться к нему, то указанное соглашение считается распространенным на этих  работодателей со дня официального опубликования этого предложения и подлежит  обязательному исполнению ими.  

Судебной коллегией установлено, что в п. 1 Регионального соглашения о  минимальной заработной плате в Саратовской области от 27.12.2019 для работников,  работающих на территории Саратовской области, с 01 февраля 2020 года установлена  минимальная заработная плата в размере 12 615 рублей.  

Доказательств того, что ООО «Защита» направляло в уполномоченный орган  исполнительной власти субъекта Российской Федерации указанный отказ от  присоединения к региональному соглашению, в материалах дела не содержится.  

Таким образом, заработная плата директора не могла быть ниже минимальной  заработной платы в Волгоградской области для внебюджетного сектора экономики,  установленной региональными соглашениями  

Следовательно, истцом при расчете убытков за 2020 год за январь 2020 года  правомерно применялся МРОТ в размере 12 130 рублей, установленный Федеральным  законом от 27.12.2019 N 463-ФЗ "О внесении изменения в статью 1 Федерального закона  от 19 июня 2000 года N 82-ФЗ "О минимальном размере оплаты труда", а с февраля 2020  года по декабрь 2020 года правомерно применялся размер минимальной заработной платы  – 12 615 рублей, установленный Региональным соглашением о минимальной заработной  плате в Саратовской области от 27.12.2019.  

Как следует из представленного истцом расчета убытков в виде разницы МРОТ и  фактически начисленной заработной платы ФИО2 за 2021 год, расчет был  произведен с января 2021 года по апрель 2021 года из расчета МРОТ в размере 12 792  рублей, а с мая 2021 года по декабрь 2021 года – из расчета 13 500 рублей.  

Судебной коллегией установлено, что в п. 1 Регионального соглашения о  минимальной заработной плате в Саратовской области от 27.04.2021 для работников,  работающих на территории Саратовской области, с 01 мая 2021 года установлена  минимальная заработная плата в размере 13 500 рублей.  

Следовательно, истцом при расчете убытков за 2021 год за период с января 2021  года по апрель 2021 года правомерно применялся МРОТ в размере 12 792 рублей,  установленный Федеральным законом от 29.12.2020 N 473-ФЗ "О внесении изменений в  статью 1 Федерального закона от 19 июня 2000 года N 82-ФЗ "О минимальном размере  оплаты труда", а с мая 2021 года по декабрь 2021 года правомерно применялся размер  минимальной заработной платы – 13 500 рублей, установленный Региональным  соглашением о минимальной заработной плате в Саратовской области от 27.04.2021.  

Истцом также заявлено требование о взыскании с ответчика процентов за  пользование чужими денежными средствами с момента вступления в законную силу  решения суда по день фактического исполнения обязательства в сумме 1 096 150,34 руб.,  исходя из ключевой ставки Банка России.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 395 ГК РФ в случаях неправомерного удержания  денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат  уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка  России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если  иной размер процентов не установлен законом или договором.  

Согласно части 3 статьи 395 ГК РФ проценты за пользование чужими средствами  взимаются по день уплаты суммы этих средств кредитору, если законом, иными  правовыми актами или договором не установлен для начисления процентов более  короткий срок.  

 В пункте 57 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от  24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса  Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" разъяснено, что  обязанность причинителя вреда по уплате процентов, предусмотренных статьей 395  Гражданского кодекса Российской Федерации, возникает со дня вступления в законную  силу решения суда, которым удовлетворено требование потерпевшего о возмещении  

причиненных убытков, если иной момент не указан в законе, при просрочке их уплаты  должником.  

С учетом вышеизложенного суд первой инстанции пришел к правомерному выводу  об удовлетворении требования истца о взыскании с ответчика процентов за пользование  чужими денежными средствами с момента вступления в законную силу решения суда по  день фактического исполнения обязательства в сумме 1 096 150,34 руб., исходя из  ключевой ставки Банка России.  

Доводы заявителя жалобы об обратном отклоняются судебной коллегией. 

Доводы апелляционной жалобы не опровергают выводы обжалуемого судебного  акта, являются несостоятельными и не могут служить основанием для отмены принятого  решения.  

Все имеющие значение для правильного и объективного рассмотрения дела  обстоятельства выяснены судом первой инстанции, всем представленным доказательствам  дана правовая оценка.  

Апелляционную жалобу следует оставить без удовлетворения. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270  АПК РФ безусловным основанием для отмены решений суда первой инстанции, не  установлено.  

В соответствии с частью 1 статьи 177 АПК РФ постановление, выполненное в форме  электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его  размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети  «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его  принятия.  

Руководствуясь статьями 268-271 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Саратовской области от 06 марта 2023 года по делу №  А57-7097/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную  силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского  округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме через  арбитражный суд первой инстанции.  

Председательствующий О. И. Антонова  

Судьи Т. В. Волкова 

 О. Н. Силакова 

Электронная подпись действительна.

Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство России

Дата 16.02.2023 4:46:00 

Кому выдана Силакова Ольга НиколаевнаЭлектронная подпись действительна.Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство РоссииДата 16.02.2023 4:41:00

Кому выдана Волкова Татьяна Владимировна 

Электронная подпись действительна.Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство РоссииДата 16.02.2023 3:38:00

 Кому выдана Антонова Ольга Ивановна