ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

29.11.2022

 

Дело № А40-9544/2017

 

Резолютивная часть постановления объявлена 23.11.2022

Полный текст постановления изготовлен  29.11.2022

Арбитражный суд Московского округа

в составе председательствующего-судьи Зверевой Е.А.,

судей   Михайловой Л.В., Тарасова Н.Н.

при участии в судебном заседании

 от ФИО9 Менеджмент Лимитед - ФИО1 по дов. от 22.06.2022 на 1 год,

от ФИО2 - ФИО3 по дов. от 23.10.2020 на 3 года,

от ф/у ФИО4 - ФИО5, ФИО6, ФИО7 по дов. от 10.11.2022 на 1 год

рассмотрев 23.11.2022 в судебном заседании кассационную жалобу

финансового управляющего имуществом ФИО8 - ФИО4

Любови Андреевны

на постановление от 09.09.2022

Девятого арбитражного апелляционного суда

по заявлению о признании права собственности ФИО8

Ивановича на нежилое здание, расположенное по адресу: г. Москва,

Златоустинский переулок, д. 5, стр. 3, кадастровый номер

77:01:0001033:1030, а также земельные участки с кадастровыми номерами

77:01:0001033:58, 77:01:0001033:59; признании недействительным договора

купли-продажи от 09.03.20106 100% акций компании ФИО9 Менеджмент

Лимитед, заключенного между ФИО2 и

компанией Саламаниа Холдинг Лимитед,

в деле о несостоятельности (банкротстве) ФИО8

УСТАНОВИЛ:

После отмены Арбитражным судом Московского округа (постановление от 01.09.2021) судебных актов судов первой и апелляционной инстанций об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего имуществом ФИО8 в деле о его банкротстве при новом рассмотрении Арбитражный суд г. Москвы определением от 18.05.2022 признал право собственности ФИО8 на нежилое здание площадью 1.712,6 кв. м, расположенное по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 77:01:0001033:1030; признал недействительным договор купли-продажи от 09.03.2016 100% акций компании ФИО9 Менеджмент Лимитед, заключенный между ФИО2 и компанией Саламаниа Холдинг Лимитед.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 09.09.2022 определение от 18.05.2022 отменено, в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с постановлением от 09.09.2022, финансовый управляющий обратился с кассационной жалобой, указав на несогласие с выводами судов о применении норм права, как несоответствующих фактическим обстоятельствам дела.

Письменный отзыв ФИО9 Менеджмент Лимитед заблаговременно  лицам, участвующим в деле, и суду не направлялся, как следствие, не подлежит учету, что  судебная коллегия разъяснила в судебном заседании.

В судебном заседании представители финансового управляющего поддержали доводы кассационной жалобы, представители ФИО2 и ФИО9 Менеджмент Лимитед против удовлетворения жалобы возражали, считая судебный акт суда апелляционной инстанций подлежащим оставлению без изменения.

Ходатайство ФИО2 об отложении судебного заседания, мотивированное представлением 23.11.2022 в 09:09 кассационной жалобы в суд первой инстанции на тот же судебный акт подлежит отклонению.

Судебная коллегия разъяснила, что при поступлении в суд кассационной инстанции указанная жалоба может быть рассмотрена по правилам пункта 39 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 13.

Иные участвующие в деле лица своих представителей в арбитражный суд округа не направили, что согласно ч. 3 ст. 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

 В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав присутствующих в судебном заседании представителей лиц, участвующих в деле,  проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Обращаясь с заявлением в рамках настоящего обособленного спора, финансовый управляющий указал на то, что в рамках рассмотрения требования конкурсного управляющего ООО "Внешпромбанк" в лице ГК АСВ к должнику стало известно об активе должника, в который, в том числе, входили акции Компании Саламаниа Холдинг Лимитед.

Компания ФИО9 является собственником нежилого здания площадью 1 712,6 м2, расположенного по адресу: 

<

...> кадастровый номер 77:01:0001033:1030 и в пределах земельных участков с кадастровыми номерами 77:01:0001033:58, 77:01:0001033:59, с 26.05.2004, а кадастровая стоимость здания составляет 464.460.373,94 рублей.

ФИО2 20.05.2010 приобрел 100% акций Компании ФИО9 Менеджмент Лимитед стоимостью 1.710 евро.

ФИО2 08.05.2012 передал 100% акций Компании ФИО9 в пользу компании Саламаниа Холдинг Лимитед.

09.03.2016 по договору купли-продажи Компания Саламаниа Холдинг Лимитед продала 100% акций Компании ФИО9 Менеджмент Лимитед в пользу ФИО2 за 1.710 евро, в рублевом эквиваленте 131.000 рублей.

При новом рассмотрении финансовый управляющий в порядке ст. 49 АПК РФ уточнил заявленные требования в части, отказавшись от признания права собственности на земельные участники с кадастровыми номерами 77:01:0001033:58 и 77:01:0001033:59.

Удовлетворяя заявление финансового управляющего с учетом принятого уточнения, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что сделка совершена с имуществом,  фактически подконтрольным ФИО8 и аффилированным с ФИО2 при неравноценном встречном предоставлении и направлена на сокрытие имущества ФИО8 от его кредиторов.

Так, суд первой инстанции установил, что ФИО8 являлся собственником спорного объекта через оффшорную корпоративную структуру, включающую в себя компанию Саламаниа, исходил из того, что из позиции, указанной в отзыве следует, что ФИО8 на момент заключения оспариваемой сделки являлся владельцем компании Саламаниа, которая владела акциями компании ФИО9 и, через указанную корпоративную структуру, владел спорным объектом.

Отменяя определение суд первой инстанции, суд апелляционной инстанции исходил из отсутствия доказательств контроля со стороны ФИО8 над спорным имуществом, аффилированности ФИО8 и ФИО2, наличия экономически обоснованных мотивов у ФИО2 по совершению сделок с долями Компании ФИО9, которой принадлежал спорный объект недвижимости.

По результатам изучения состоявшихся по делу судебных актов и доводов кассационной жалобы суд кассационной инстанции полагает судебный акт суда апелляционной инстанции подлежащим отмене с оставлением в силе определения суда первой инстанции.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями, регулируются параграфами 1.1 и 4 главы X Закона, а при отсутствии специальных правил, регламентирующих особенности банкротства этой категории должников - главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона.

Во избежание нарушения имущественных прав кредиторов, вызванных противоправными действиями должника-банкрота по искусственному уменьшению своей имущественной массы ниже пределов, обеспечивающих выполнение принятых на себя долговых обязательств, законодательством предусмотрен правовой механизм оспаривания сделок, совершенных в преддверии банкротства. 

Подобные сделки могут быть признаны недействительными по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»). 

При этом баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки.

По общему правилу периоды подозрительности в деле о банкротстве должника исчисляются с даты принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом (статьи 61.2, 61.3 Закона о банкротстве). 

С учетом положений пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также разъяснений, изложенных в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 63 от 23.12.2010 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление № 63), может быть оспорена сделка, совершенная в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки. 

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими сторонами  или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Признавая не обоснованным вывод суда первой инстанции о том, что фактическим собственником здания в Златоустинском переулке является ФИО8, суд апелляционной инстанции основывался на заверениях ФИО8, отрицавшего данное обстоятельство в своем отзыве.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции подобную позицию суда апелляционной инстанции находит ошибочной.

Пунктом 9 статьи 213.9 Закона о банкротстве установлена обязанность гражданина по требованию финансового управляющего предоставлять ему любые сведения о составе своего имущества, месте нахождения этого имущества, составе своих обязательств, кредиторах и иные имеющие отношение к делу о банкротстве гражданина сведения, при неисполнении которой финансовый управляющий вправе обратиться в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве, с ходатайством об истребовании доказательств у третьих лиц.

Целью положений пункта 3 статьи 213.4, пункта 6 статьи 213.5, пункта 9 статьи 213.9, пункта 2 статьи 213.13, пункта 4 статьи 213.28, статьи 213.29 Закона о банкротстве в их системном толковании является обеспечение добросовестного сотрудничества должника с судом, финансовым управляющим и кредиторами, а также недопущение сокрытия должником каких-либо обстоятельств, которые могут отрицательно повлиять на возможность максимально полного удовлетворения требований кредиторов, затруднить разрешение судом вопросов, возникающих при рассмотрении дела о банкротстве, или иным образом воспрепятствовать рассмотрению дела (пункт 42 постановления № 45).

Поиск активов должника становится затруднительным, когда имущество для вида оформляется гражданином на иное лицо, с которым у должника имеются доверительные отношения. 

В такой ситуации лицо, которому формально принадлежит имущество, является его мнимым собственником (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации), в то время как действительный собственник - должник - получает возможность владения, пользования и распоряжения имуществом без угрозы обращения на него взыскания по долгам со стороны кредиторов. 

Чем выше степень доверия между должником и третьим лицом, тем больше вероятность осуществления последним функций мнимого собственника. Также на выбор мнимого собственника в существенной степени влияет имущественная зависимость третьего лица от должника.

В рассматриваемом случае суд первой инстанции установил ряд обстоятельств, которые указывали на попытку должника спрятать свое имущество после отзыва в январе 2016 года лицензии  у ООО "Внешпромбанк", одним из акционеров которого являлся ФИО8

Так, суд первой инстанции установил приобретение  по цене 1 710 евро 08.05.2012 у ФИО2 компанией Саламаниа, входящей в состав активов ФИО8,  100 % акций компании ФИО9, с обратной продажей 09.03.2016 компанией Саламаниа тех же акций ФИО2 по той же цене – 1 710 евро.

Данные факты судом апелляционной инстанции не опровергнуты.

Наряду с этим комплексное рассмотрение упомянутых фактов действительно указывало на необычный характер последовательности сделок, что было принято во внимание судом первой инстанции, тогда как участники спорных гражданских правоотношений, вопреки мнению суда апелляционной инстанции не смогли раскрыть реальные экономические мотивы продажи ФИО2 здания, расположенного в Златоустинском переулке в 2012 году за 1 710 евро компании Саламаниа, и покупки ФИО2 этого же здания  за ту же  цену в 2016 году.

При таких обстоятельствах судебная коллегия суда  кассационной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что компания ФИО9 являлась номинальным (формальным) собственником здания (лицом, указанным в качестве собственника в ЕГРН), в то время, как реальным владельцем и бенефициаром всех прав в отношении здания выступал ФИО8

 Фактически оспариваемая сделка совершалась между ФИО2 и ФИО8, который являлся собственником здания, и волеизъявление ФИО8 было направлено на переоформление ликвидного актива - здания, в пользу номинального владельца - ФИО2 с целью недопущения обращения взыскания и удовлетворения требований кредиторов ФИО8, но с сохранением владения.

Кроме того, суд кассационной инстанции соглашается  с выводами суда первой инстанции о наличии признаков фактической аффилированности между должником и ФИО2

Согласно позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

 Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако, сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, на такое лицо возлагается обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475 по делу № А53-885/2014).

Делая вывод о наличии фактической аффилированности между ФИО8 и ФИО2, суд первой инстанции исходил из их нетипичного поведения при заключении сделки и последующего ее исполнения по недоступным для обычных (независимых)  участников рынка условиям.

Суд первой инстанции правильно учел правовые позиции, выработанные Верховным Судом Российской Федерации, в частности,  в Определении  от 115.06.2016г № 308-ЭС16-1475, а именно, то, что ФИО2 не раскрыты разумные экономические мотивы продажи и покупки акций в течение значительного периода времени за одинаковую стоимость, с учетом того, что изменялась рыночная конъюнктура (рост инфляции, доллара по отношению к рублю в период 2014 - 2015 г.г. и пр.).

В соответствии с п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (п. 2 ст. 10 ГК РФ).

Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений, под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в ст. 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Так, негативным последствием при совершении оспариваемой сделки является выбытие из конкурсной массы ликвидного актива ФИО8 - Здания, за счет реализации которого могли быть удовлетворены требования кредиторов.

В соответствии с абз. 4 п. 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных ст. 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную.

В соответствии с п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Перечислив вышеприведенные нормы права и разъяснения Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, судом первой инстанции сделан обоснованный вывод о злоупотреблении правом и мнимости оспариваемой сделки подтверждающей нетипичное поведение сторон сделки, и существенности занижения цены по которой совершались сделки в период с 2010 по 2016 гг.

На основании ч. 2 ст. 64, ч. 3 ст. 86 АПК РФ заключения экспертов являются одним из доказательств по делу и оцениваются наряду с другими доказательствами.

В соответствии с п. 12 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе", согласно положениям ч. 4 и 5 ст. 71 АПК РФ заключение эксперта не имеет для суда заранее установленной силы и подлежит оценке наряду с другими доказательствами.

Между тем, суд апелляционной инстанции, отвергая в качестве доказательства результаты назначенной при повторном рассмотрении судебной оценочной экспертизы, указал на выявленные недостатки в заключении эксперта.

В данном случае даже при исключении экспертного заключения из доказательственной базы, судом апелляционной инстанции не опровергнут признак неравноценности продажи акций юридического лица - владельца спорного недвижимого имущества в центральном округе г. Москвы  - в 2016 году по цене 2012 года.

С учетом изложенного,  у суда апелляционной инстанции отсутствовали правовые основания для отмены определения, вынесенного судом первой инстанции и соответствующего положениям действующего законодательства.

В соответствии с пунктом 5 части 1 статьи 287 Кодекса постановление апелляционного суда подлежит отмене, а определение суда первой инстанции - оставлению в силе.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, суд округа не установил.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 09.09.2022 по делу № А40-9544/2017 отменить.

Определение Арбитражного суда г. Москвы  от 18.05.2022 по этому же делу оставить в силе.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судьяЕ.А. Зверева 

СудьиЛ.В. Михайлова 

  Н.Н. Тарасов