АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190121

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

28 августа 2024 года

Дело №

А56-50865/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 14 августа 2024 года. 

Полный текст постановления изготовлен 28 августа 2024 года.

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Троховой М.В., судей Кравченко Т.В., Мирошниченко В.В.

рассмотрев 14.08.2024 в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Букстар» на постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.04.2024 по делу № А56-50865/2023/тр.1,

у с т а н о в и л:

определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 20.10.2023 в отношении общества с ограниченной ответственностью «Умная Маша», адрес: 197046, Санкт-Петербург, Петроградская набережная, дом 34, литера А, помещение 10-Н, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Общество) введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО1, сведения об этом опубликованы в газете «КоммерсантЪ» от 03.11.2023 № 206. 

Общество с ограниченной ответственностью «Букстар», адрес: 105064, Москва, улица Старая Басманная, дом 14/2, строение 4, этаж 3, помещение II, комната 5, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Компания)   обратилось 24.11.2023  в суд с заявлением о включении требования в размере  10 898 941 руб. 22 коп. в реестр требований кредиторов. 

Определением от 25.01.2024 заявление удовлетворено.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 05-.04.2024 определение от 25.01.2024 изменено, требование признано обоснованным, подлежащим учету отдельно и удовлетворению после погашения основной суммы задолженности и причитающихся процентов в соответствии с положениями пункта 3 статьи 137 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве) (далее – Закон о банкротстве). 

Решением от 12.04.2024 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство; конкурсным управляющим утвержден ФИО1 

В кассационной жалобе Компания просит отменить постановление от 05.04.2024 и оставить в силе определение от 25.01.2024.  

Податель жалобы не согласен с квалификацией заявленного требования, которая дана апелляционным судом, полагая, что применение к спорным правоотношениям положений о штрафных санкциях Конституционным Судом Российской Федерации имело место исключительно с целью обеспечения социальных гарантий участникам спорных правоотношений, при этом правовая природа спорной выплаты не устанавливалась; правовая позиция Верховного Суда Российской Федерации в определении от 18.12.2023 № 301-ЭС23-4150 сформулирована для иных фактических обстоятельств. 

Податель жалобы настаивает на том, что компенсация за нарушение прав на товарный знак является самостоятельным внедоговорным деликтным обязательством, связанное с возмещением правообладателю реального ущерба. 

Податель жалобы отмечает, что является единственным незаинтересованным мажоритарным кредитором и принятый апелляционным судом судебный акт исключает получение им удовлетворения за счет конкурсной массы при том, что такое удовлетворение получат аффилированные по отношению к должнику кредиторы, а также не позволяет осуществлять голосование на собрании кредиторов. 

В отзыве на кассационную жалобу конкурсный управляющий возражает против ее удовлетворения, полагая, что апелляционным судом правильно квалифицированы спорные правоотношения.

Конкурсный управляющий просил рассмотреть кассационную жалобу в его отсутствие. 

Компания также просила рассмотреть кассационную жалобу в ее отсутствие. 

В судебное заседание лица, участвующие в деле, извещенные о времени и месте судебного заседания, не явились, в связи с чем, жалоба рассмотрена в их отсутствие в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, Компания является правообладателем товарного знака (далее – Товарный знак), что подтверждается свидетельством Российской Федерации № 406400 с приоритетом от 15.01.2009 в отношении товаров и услуг 3, 9, 16, 25, 28, 41 классов Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков. 

При отсутствии согласия Компании Общество разработало макет книжной продукции «Азбукварик с 3D картинками» с использованием указанного товарного знака, а также заключило сублицензионный договор от 10.12.2015 № 12/15УМ-К с обществом с ограниченной ответственностью «Дом Печати Издательства Книготорговли «КАПИТАЛ» о предоставлении права производства книжной продукции по указанному макету и разработке программы для ЭВМ на основе  макета книжной продукции; об использовании наименования  «Азбукварик с 3D картинками» и макетов книжной продукции для проведения рекламной компании и подготовки документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот.

Со ссылкой на нарушение исключительных прав на Товарный знак, Компания обратилась в суд.

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 24.11.2021, оставленным без изменения постановлением Суда по интеллектуальным правам от 01.09.2022 по делу № А56-15531/2021, с Общества в пользу Компании взыскана компенсация в размере 11 120 000 за нарушение прав на Товарный знак на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ). 

Судебный акт частично исполнен в рамках исполнительного производства, размер задолженности на момент обращения кредитора в суд составил 10 898 941 руб. 22 коп. 

Удовлетворяя заявление кредитора, суд первой инстанции исходил из того, что обоснованность требования подтверждена вступившим в законную силу судебным актом, задолженность не погашена. 

Изменяя принятый по делу судебный акт в части определения очередности удовлетворения требования, апелляционный суд со ссылкой на правовую позицию, сформулированную в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 24.07.2020 № 40-П (далее – Постановление                 № 40-П) исходил из того, что компенсация  имеет штрафной характер, посчитал, что она является санкцией, которая подлежит применению вместо убытков, и, следовательно, погашение этого требования осуществляется в порядке пункта 3 статьи 137 Закона о банкротстве. 

Исследовав материалы дела и доводы кассационной жалобы, суд пришел к следующим выводам.

Как указано в пункте 3 статьи 137 Закона о банкротстве, требования кредиторов третьей очереди по возмещению убытков в форме упущенной выгоды, взысканию неустоек (штрафов, пеней) и иных финансовых санкций, в том числе за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанности по уплате обязательных платежей, учитываются отдельно в реестре требований кредиторов и подлежат удовлетворению после погашения основной суммы задолженности и причитающихся процентов.

Исходя из буквального смысла приведенного положения, приведенный специальный порядок погашения обязательств распространяется не на любые гражданско-правовые штрафные обязательства, а лишь на убытки в форме упущенной выгоды и неустойки (штрафы и пени).

В силу статьи 330 ГК РФ  неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. 

Таким образом, неустойка представляет собой гражданско-правовую ответственность стороны в обязательстве, тогда как в данном случае ответственность применена за нарушение внедоговорного обязательства.

В пункте 2 статьи 15 ГК РФ отражено, что под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Как указано в пункте 4 статьи 1515 ГК РФ, в случае нарушения исключительного права на товарный знак, правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации, в том числе в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения (подпункт 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ) и в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака (подпункт 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ).

Таким образом, правовая природа спорной компенсации, исходя из ее назначения, является видом гражданско-правой ответственности, на которую (в части реального ущерба) предусмотренное пунктом 3 статьи 137 Закона о банкротстве понижение очередности  погашения не распространяется.

Анализируя природу указанной гражданско-правовой ответственности применительно к дифференциации ее размера исходя из существенности допущенного нарушения, Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 13.12.2016 № 28-П «По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края» (далее – Постановление № 28-П) указал, что наряду с мерами публично-правовой ответственности, предусмотренными уголовным законодательством и законодательством об административных правонарушениях, предоставление частным лицам - правообладателям возможности требовать взыскания с правонарушителей компенсации за незаконное использование исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности, размер которой может превышать размер понесенных ими убытков, имеет целью реализацию предписаний статьи 44 (часть 1) Конституции Российской Федерации и выполнение Российской Федерацией принятых на себя международных обязательств.

Взыскание предусмотренной подпунктом 1 статьи 1301, подпунктом 1 статьи 1311 и подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ компенсации за нарушение интеллектуальных прав, будучи штрафной санкцией, преследующей в том числе публичные цели пресечения нарушений в сфере интеллектуальной собственности, является, тем не менее, частноправовым институтом, который основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений (пункт 1 статьи 1 ГК Российской Федерации), а именно правообладателя и нарушителя его исключительного права на объект интеллектуальной собственности, и в рамках которого защита имущественных прав правообладателя должна осуществляться с соблюдением вытекающих из Конституции Российской Федерации требований справедливости, равенства и соразмерности, а также запрета на осуществление прав и свобод человека и гражданина с нарушением прав и свобод других лиц, т.е., как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 12.07.2007   № 10-П, таким образом, чтобы обеспечивался баланс прав и законных интересов участников гражданского оборота.

В развитие этой правовой позиции в Постановлении № 40-П указано, что компенсация может взыскиваться и сверх убытков, но лишь при наличии таковых. Будучи мерой гражданско-правовой ответственности, она имеет целью восстановить имущественное положение правообладателя, но при этом, отражая специфику объектов интеллектуальной собственности и особенности их воспроизведения, носит и штрафной характер.

Таким образом, рассматриваемая компенсация представляет собой специальную меру ответственности, установленную в рамках правоотношений по охране интеллектуальной собственности, соединяющую в себе компенсационную (возмещение реального ущерба) и штрафную функцию. Требование о применение указанной ответственности не подпадает под виды ответственности, при применении которой очередность исполнения обязанности понижается в порядке пункта 3 статьи 137 ГК РФ. При этом спорная сумма отвечает общим признакам денежного обязательства, указанным в статье 2 Закона о банкротстве. 

При таких обстоятельствах суд первой инстанции правильно квалифицировал спорное требование как подлежащее погашению в третьей очереди удовлетворения реестра требований кредиторов должника, в составе основной задолженности. 

Правовая позиция, сформулированная Верховным Судом Российской Федерации, на которую сослался апелляционный суд, не содержит указания на обстоятельства, которые были бы аналогичны обстоятельствам рассмотренного обособленного спора, следовательно, не могла быть применена в данном случае.

Постановление апелляционного суда следует отменить, определение от 25.01.2024 оставить в силе. 

Излишне уплаченная при подаче кассационной жалобы до 29.05.2024 государственная пошлина в размере 3000 руб. подлежит возврату подателю жалобы по основаниям подпункта 1 пункта 1 статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации. 

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

по с т а н о в и л:

постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.04.2024 по делу № А56-50865/2023/тр.1 отменить.

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 25.01.2024 по тому же делу оставить в силе.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Букстар», адрес: 105064, Москва, Старая Басманная ул., д. 14/2, стр. 4, эт. 3 пом. II, ком. 5, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, 3000 руб. государственной пошлины, уплаченной по чеку от 02.05.2024.

Председательствующий

М.В. Трохова

Судьи

Т.В. Кравченко

В.В. Мирошниченко