СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-726/2021(5)-АК

Дело № А60-13952/2020

24 ноября 2023 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 20 ноября 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 24 ноября 2023 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего       Макарова Т.В., 

судей                                      Зарифуллиной Л.М., Нилоговой Т.С., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, 

при участии в судебном заседании:

от ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 24.04.2023, паспорт);

конкурсного управляющего АО «БЗСК-Инвест» ФИО4

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО7

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 11 августа 2023 года 

об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО7 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5, акционерного общества «БЗСК-Инвест», ФИО2,

вынесенное в рамках дела № А60-13952/2020 

о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «БЗСКСтройИнвест» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

третьи лица: общество с ограниченной ответственностью «Управляющая компания БСК Плюс» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), ФИО6,

установил:

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 27.03.2020 к производству суда принято (поступившее в суд 23.03.2020) заявление АО «Первоуральский новотрубный завод» о признании ООО «БЗСКСтройИнвест» несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 03.08.2020 (резолютивная часть от 27.07.2020) в отношении ООО «БЗСКСтройИнвест» введена процедура банкротства – наблюдение. Временным управляющим утвержден ФИО7, являющийся членом Союза арбитражных управляющих «Саморегулируемая организация «Дело».

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 23.10.2020 (резолютивная часть от 16.10.2020) ООО «БЗСКСтройИнвест» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев – до 16.04.2021. Конкурсным управляющим должника утвержден ФИО7, являющийся членом Союза арбитражных управляющих «Саморегулируемая организация «Дело». 

В Арбитражный суд Свердловской области 19.10.2021 поступило заявление конкурсного управляющего ФИО7 о привлечении ФИО5, ФИО2, АО «БЗСК-Инвест» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника (с учетом уточнений, принятых судом в порядке статьи 49 АПК РФ): 

- ФИО5 за неисполнение по обращению с заявлением в Арбитражный суд о признании должника банкротом, за неисполнение обязанности по передаче документации должника;

- ФИО2 по основаниям, предусмотренных пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, как лица, определяющего деятельность группы компаний БЗСК и ООО «БЗСКСтройИнвест», в частности, нашедшие свое выражение в принятии решения по компенсационному финансированию деятельности иных лиц группы компаний, привели к выбытию из оборота Должника денежных средств на сумму, достаточную для продолжения деятельности ООО «БЗСКСТройИнвест»;

- АО «БЗСК-Инвест» по основаниям, предусмотренных пунктом 4 статьи 10 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» по одобрению распределения денежных средств должника на поддержание хозяйственной деятельности иных участников группы компаний в ущерб интересов самого общества, приведших к его несостоятельности.

В обоснование заявленных требований конкурсным управляющим указано, что по данны бухгалтерской отчетности ООО «БЗСКСтрой Инвест» имело отрицательные показатели коэффициентов, характеризующих платежеспособность должника, начиная с 2015 года. Кроме того, конкурсный управляющий указывает на совершение должником сделок в 2015-2016 году по перечислениям денежных средств в пользу иных компаний группы БЗСК, а именно: ЗАО «БЗСК», ООО «Нефтеюганскстройинвест», ООО «Березовскстройинвест», ООО «БЗСКтранссервис», ООО «Березовские инвестиционные решения», АО «БЗСК», ООО «Агентство БСК», ООО «УК «БСК-плюс», повлекшие, по мнению конкурсного управляющего, вывод денежных средств на сумму 278 419 439,84 руб., полную неплатежеспособность ООО «БЗСКСтройИнвест», невозможность продолжать хозяйственную деятельность. В качестве дополнительного обоснования приведенной даты объективного банкротства конкурсный управляющий сослался на определение Арбитражного суда Свердловской области от 10.12.2021 по делу № А60-16146/2019, из которого, по мнению конкурсного управляющего, следует, что критические финансовые затруднения в компаниях группы БЗСК наступили не позднее конца марта-начала апреля 2016 года. 

В порядке статьи 51 АПК РФ к участию в деле, в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены: ООО «УК БСК Плюс», ФИО6.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 11.08.2023 (резолютивная часть от 04.08.2023) отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО7 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5, акционерного общества «БЗСК-Инвест», ФИО2.

Конкурсный управляющий ФИО7, не согласившись с принятым судебным актом, обжаловал его в апелляционном порядке, просит определение отменить и принять новый судебный акт, которым удовлетворить требования конкурсного управляющего в полном объеме. 

В апелляционной жалобе оспаривает вывод суда об отсутствии признаков объективного банкротства в заявленный конкурсным управляющим период. Считает, что выводы суда о том, что на конец 2017 года, т.е. после совершения спорных сделок, обязательства должника не превысили его активы, были сделаны без учета того, что основная часть активов ООО «БЗСКСтройИнвест» на конец 2017 года в размере 326 209 000 руб. составили «прочие внеоборотные активы», в состав которых, очевидно, входили средства, вложенные должником в приобретение права аренды земельного участка в г. Первоуральск Свердловской области с кадастровым № 66:58:0106001:6953 за сумму 110 000 000 руб. и в процесс строительства на данном участке многоквартирного жилого дома. Отмечает, что в ходе рассмотрения заявления конкурсного управляющего, права и обязанности арендатора на данный земельный участок были переданы должником по соглашению от 12.02.2018 в пользу АО «САИЖК» за цену, равную 22 411 602 руб.; при рассмотрении спора, конкурсный управляющий приводил доводы о том, что по итогам рассмотрения Арбитражным судом заявления конкурсного кредитора – ЗАО «Первоуральский новотрубный завод» о признании соглашения от 12.02.2018 недействительной сделкой, предъявленного в рамках дела о банкротстве ООО «БЗСКСтройИнвест», суд установил, что учитывая объем обязанностей по передаче жилых помещений, перешедший к АО «САИЖК» вместе с правами арендатора, определенная сторонами стоимость права аренды является обоснованной (определение Арбитражного суда Свердловской области от 12.10.2022). Ссылаясь на установленные в определении Арбитражного суда Свердловской области от 12.10.2022 обстоятельства, указывает, что по состоянию на февраль 2018 года, степень готовности объекта не соответствовала объему поступивших в адрес ООО «БЗСКСтройИнвест» на его строительство средств от участников строительства; в свою очередь объем будущих вложений для завершения строительства был значителен; к 2017 году ООО «БЗСКСтройИнвест» получило средства от всех участников долевого строительства, заключивших соответствующие договоры. Таким образом, учитывая остановку строительства в начале 2016 года, стоимость права аренды на 12.02.2018 и объем неисполненных обязательств перед участниками долевого строительства, настаивает на том, что отраженная в бухгалтерском балансе стоимость внеоборотных активов, включенных судом в расчет совокупных активов, являлась недостоверной и не могла быть принята в качестве обстоятельства, исключающего факт наличия признаков объективного банкротства. Отмечает, что факт приостановки строительства жилого дома в г. Первоуральск в начала 2016 года установлен иными судебными актами и более, того, не оспаривался сторонами процесса. По мнению заявителя из данного факта следует прекращение исполнения в срок обязательств перед участниками долевого строительства (нарушение сроков этапов строительства) на сумму более 230 000 000 руб.; отсутствие в реестре требований кредиторов задолженности перед участниками долевого строительства является следствием выполнения обязательств по передаче жилых помещений уже иным лицом, завершившим строительство – АО «САИЖК». Кроме того, указывает, на то, что не опровергнут довод о прекращении исполнения ООО «БЗСКСтройИнвест» обязательств перед АО «САИЖК» по договорам займа, основанный на материалах обособленных споров о включении требований АО «САИЖК» в реестр требований кредиторов ООО «БЗСКСтройИнвест». Считает, что фактически с начала 2016 года деятельность должника сводилась к получению средств в рамках заключенных договоров долевого участия в строительстве и направления их на нужды аффилированных к должнику лиц, а также к ведению переговоров с Администрацией Свердловской области и АО «САИЖК» об условиях передачи прав и обязанностей застройщика для целей завершения строительства; никаких доказательств ведения деятельности ООО «БЕСКСтройИнвест» с целью получения источников финансирования строительства в материалы дела представлено не было. Настаивает на том. Что вывод суда о временном характере финансовых затруднений ООО «БЗСКСтройИнвест» по состоянию март 2016 года является ошибочным, а факт неплатежеспособности 30.03.2016 подтвержденным. При этом, считает, что доводы ответчика о наличии на конец 2016 года в группе компаний совокупных активов в размере 4 981 119 руб., согласно сведений бухгалтерской отчетности не опровергают доводы о наличии признаков объективного банкротства у ООО «БЗСКСтройИнвест». Настаивает на том, что без исследования состава совокупных активов, отраженных в бухгалтерской отчетности, в частности без анализа возможности отчуждения части активов для целей расчета с кредиторами без убытка (остановки) деятельности обществ, вывод о достаточности активов – не обоснован. Считает, что при определении признаков объективного банкротства, судом первой инстанции были приняты как установленные обстоятельства, не подтвержденные материалами дела. Кроме того, оспаривает вывод суда о том, что платежи совершенные ООО «БЗСКСтройИнвест» в период с апреля 2015 года по февраль 2017 года на сумму 278 419 439 руб. 84 коп. в адрес аффилированных к должнику лиц – ленов группы БЗСК, являясь следствием корпоративного финансирования внутри группы компаний, были направлены на преодоление кризиса и не причинили вред интересам должника и его кредиторов. Ссылаясь на то, что вступившим в законную силу определение арбитражного суда от 12.10.2022 по настоящему делу было установлено, что должником было получено от участников долевого строительства около 230 млн. руб., указав, что договоры долевого участия в строительстве многоквартирного жилого дома заключались между ООО «БЗСКСтройИнвест» и участниками долевого строительства в период с 04.08.2015 по 18.07.2016, отметив, что денежные средства в размере 278 419 439 руб. 84 коп. полученные от дольщиков и направленные ООО «БЗСКСтройИнвест» в адрес иных членов группы компаний для целей исполнения своих обязательств, фактически расходовались не по их целевому назначению, настаивает на том, что принимая на себя обязательства по возведению жилого дома и передаче помещений частникам долевого строительства, получив финансирование от этих участников, должник направляет это финансирование в пользу иных членов группы компаний для возмещения ими недостатка собственных оборотных средств. Отмечает, что ООО «БЗСКСтройИнвест» не имеет иных источников финансирования строительства, что определенно ведет в будущем к неисполнению обязательств перед дольщиками. Считает, что подобные решения, принятые ФИО5, как лицом, занимающим должность единоличного исполнительного органа, и ФИО2, как лицом определяющим порядок распределения финансовых потоков в группе компаний, не отвечают принципам добросовестности и разумности; вывод всех операционных средств (не просто прибыли), поступающих в распоряжение ООО «БЗСКСтройИнвест» для целей финансирования строительства, на нужды иных членов группы компаний, очевидно является объективной причиной остановки деятельности должника и последующего возбуждения дела о банкротстве. Настаивает на том, что в материалы дела не представлено каких-либо доказательств того, что причиной объективного банкротства ООО «БЗСКСтройИнвест» стало какое-либо иное обстоятельство; выводы суда о том, что действия руководства ООО «БЗСКСтройИнвест» по одобрению перечислений в пользу аффилированных лиц в конечном итоге были направлены на получение имущественной выгоды группы компаний, в том числе самого должника сделан необоснованно, в отсутствие исследования порядка дальнейшего расходования средств получившими их обществами. 

До начала судебного заседания от ФИО2 и конкурсного управляющего АО «БЗСК-Инвест» ФИО4 поступили письменные отзывы, в которых указанные лица просят определение суда оставить без изменения, в удовлетворении апелляционной жалобы конкурсного управляющего ФИО7 отказать.

От ФИО8 поступило ходатайство, в котором заинтересованное лицо просит отказать в удовлетворении апелляционной жалобы. 

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.10.2023, вынесенным в составе председательствующего Макарова Т.В., судей Зарифуллиной Л.М., Нилоговой Т.С. судебное разбирательство было отложено на 20.11.2023. Указанным определением было предложено лицам, участвующим в деле представить суду: пояснения в отношении причин банкротства должника, а также момента, когда должник стал отвечать признакам несостоятельности (банкротства); пояснения по апелляционным жалобам и возражениям на них со ссылками на конкретные материалы дела настоящего обособленного спора, а также других обособленных споров в рамках дела о банкротстве (том, лист дела, даты представления документов в электронном виде);

До начала судебного заседания от конкурсного управляющего АО «БЗСК-Инвест» ФИО4 и ФИО2 поступили письменные дополнения к отзывам на апелляционную жалобу, которые приобщены к материалам дела.

В судебном заседании конкурсный управляющий АО «БЗСК-Инвест» ФИО4 и представитель ФИО2 возражали против удовлетворения апелляционной жалобы, просили определение суда оставить без изменения, абляционную жалобу ФИО7 – без удовлетворения. 

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что в силу части 3 статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие

Конкурсный управляющий ФИО7 ходатайство которого об участии в судебном заседании в режиме веб-конференции было удовлетворено, не подключился к системе «Картотека арбитражных дел». Согласно телефонограмме от 20.11.2023 ФИО7 не имеет возможности принять участие в судебном заседании в режиме веб-конференции; не возражает против рассмотрения апелляционной жалобы в его отсутствие. 

Участие в судебном заседании в режиме веб-конференции представляет собой способ явки в судебное заседание. Организация и техническое обеспечение участия в режиме веб-конференции лица, участвующего в деле (его представителя), лежит на самом лице (представителе).

Суд апелляционной инстанции со своей стороны возможность конкурсному управляющему использовать такой способ явки и участия в судебном заседании обеспечил.

Вместе с тем, судебное заседание в режиме веб-конференции с участием конкурсного управляющего должника не представилось возможным провести, поскольку конкурсный управляющий не подключился к данной системе.

Таким образом, установив, что средства связи суда воспроизводят видео- и аудиосигнал надлежащим образом, технические неполадки отсутствуют, конкурсному управляющему должника была обеспечена возможность дистанционного участия в процессе, которая не в полной мере реализована по причинам, находящимся в сфере его контроля, а также принимая во внимание использованное сторонами права предоставления письменных позиций по существу спора (отзыва на апелляционную жалобу), суд не усмотрел предусмотренных статьей 158 АПК РФ оснований для отложения судебного заседания.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.

Суд апелляционной инстанции, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, с учетом доводов сторон, по правилам, предусмотренным статьей 71 АПК РФ, считает, что не имеется оснований для изменения или отмены судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы.

Согласно пункту 1 статьи 223 АПК РФ, статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пункту 6 статьи 10 Закона о банкротстве заявление о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности по основаниям, предусмотренным указанным Законом, рассматривается арбитражным судом в деле о банкротстве должника. Указанное заявление может быть подано в ходе конкурсного производства арбитражным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

Согласно пункту 6 статьи 10 Закона о банкротстве заявление о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности по основаниям, предусмотренным указанным Законом, рассматривается арбитражным судом в деле о банкротстве должника. Указанное заявление может быть подано в ходе конкурсного производства арбитражным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Федеральный закон от 29.07.2017 № 266-ФЗ) введена в действие глава III.2 Закона о банкротстве «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве», положения статьи 10 Закона о банкротстве утратили свое действие.

Переходные положения изложены в статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, согласно которым рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ; положения подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11, пунктов 3-6 статьи 61.14, статей 61.19 и 61.20 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ применяются к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае, если определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного производства в отношении таких должников либо определение о возврате заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом вынесены после 01.09.2017.

Порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о банкротстве с учетом Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее - информационное письмо ВАС РФ от 27.04.2010 № 137) означает следующее.

Правила действия процессуального закона во времени приведены в пункте 4 статьи 3 АПК РФ, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Между тем, действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам, а именно пункту 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

Как следует из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, в частности изложенных в постановлениях от 22.04.2014 № 12-П и от 15.02.2016 № 3-П, преобразование отношения в той или иной сфере жизнедеятельности не может осуществляться вопреки общему (основному) принципу действия закона во времени, нашедшему отражение в статье 4 ГК РФ. Данный принцип имеет своей целью обеспечение правовой определенности и стабильности законодательного регулирования в России как правовом государстве и означает, что действие закона распространяется на отношения, права и обязанности, возникшие после введения его действий; только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные ими правовые последствия, возникшие до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу, либо, напротив, допустить в определенных случаях возможность применения утративших силу норм. 

При этом согласно части 1 статьи 54 Конституции Российской Федерации закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет. Этот принцип является общеправовым и имеет универсальное значение, в связи с чем, акты, в том числе изменяющие ответственность или порядок привлечения к ней (круг потенциально ответственных лиц, состав правонарушения и размер ответственности), должны соответствовать конституционным правилам действия правовых норм во времени. 

Таким образом, подлежит применению подход, изложенный в пункте 2 информационного письма ВАС РФ от 27.04.2010 № 137, согласно которому к правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению та редакция Закона о банкротстве, которая действовала на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности. 

Вместе с тем, следует принимать во внимание то, что запрет на применение новелл к ранее возникшим обстоятельствам (отношениям) не действует, если такие обстоятельства, хоть и были впервые поименованы в законе, но по своей сути не ухудшают положение лиц, а являются изложением ранее выработанных подходов, сложившихся в практике рассмотрения соответствующих споров. Соответственно, применение судом первой инстанции норм материального права, предусмотренных ФЗ № 266-ФЗ не влечет отмены судебного акта. 

В рассматриваемом случае конкурсный управляющий связывает возникновение оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности с действиями, совершенными в 2015-2017, следовательно, в данном случае применению подлежали положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ. 

Обращаясь с настоящим заявлением, конкурсный управляющий ссылался на обстоятельства, выразившиеся в неисполнение обязанности по подаче заявления должника о признании его несостоятельным банкротом в арбитражный суд и невозможность полного погашения требований кредиторов.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстацнии, общество с ограниченной ответственностью «БЗСКСтройИнвест» зарегистрировано в качестве юридического лица при создании 03.04.2014 с уставным капиталом в размере 10 000 руб.

Руководителем (генеральный директор) в период с 03.04.2014 по 30.10.2020 (до банкротства общества) являлся ФИО5.

Учредителями общества с даты создания по 26.03.2015 являлись: ФИО6 (номинальная стоимость доли 2400 руб., размер доли 24%); ФИО9 (номинальная стоимость доли 2500 руб., размер доли 25%); ФИО2 (номинальная стоимость доли 5100 руб., размер доли 51%); с 26.03.2015 и до настоящего времени единственным учредителем должника является АО «БЗСК-Инвест» (ИНН6671216707).

Руководителем АО «БЗСК-Инвест» с 26.11.2012 по 21.02.2019 (до даты введения в отношении него процедуры банкротства) являлся ФИО5, учредителями являются ФИО2 (номинальная стоимость доли 4500 руб., размер доли 45%), ФИО10 (номинальная стоимость доли 4500 руб., размер доли 45%), ФИО6 (номинальная стоимость доли 1000 руб., размер доли 10%).

В соответствии с положениями пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данных в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

Согласно абзацу тридцать третьему статьи 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

В соответствии с абзацем тридцать четвертым статьи 2 Закона о банкротстве под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

В соответствии со статьей 3 Закона о банкротстве, юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам, о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены.

В соответствии с пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 этой же статьи, не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Таким образом, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве. При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Ответчиками заявлены возражения относительно доводов конкурсного управляющего о наличии у должника признаков неплатежеспособности в указанный период.

ФИО5 ссылается на то, что деятельность должника контролировалась со стороны конечного бенефициара холдинга - группы компаний БЗСК, ФИО2 и деятельность всех предприятий, в том числе и должника контролировалась через ООО «Управляющая компания БСК ПЛЮС» ИНН

<

***>. Самостоятельной деятельности должник не вел, ФИО5 не участвовал в хозяйственной деятельности общества, осуществляя только подписание документов без анализа и изучения их содержания, поскольку не обладает соответствующими познаниями в области строительства, полностью доверяя своему отцу. В распоряжении ФИО5 имеется заключение специалиста, выполненного в рамках возбужденного уголовного дела № 11701650081000171 из содержания которого следует, что в рамках дела содержатся документы по хозяйственной деятельности должника.

Конкурсный управляющий указывает на то, что у должника имелась задолженность перед АО «Первоуральский новотрубный завод» за период с 2016 по 2020 г., а также по договорам займа № № 1/2016-ЮЛ от 19.02.2016, № 3/2016- ЮЛ от 10.03.2016, № 4/2016-ЮЛ от 28.03.2016, заключенных с АО «САИЖК». 

Должник не производил ежемесячное погашение процентов по договорам займа, а также не произвел возврат основной суммы долга по договору № 1/2016-ЮЛ на сумму 24 000 000 руб., по договору № 3/2016-ЮЛ на сумму 10 000 000 руб. 

ООО «БЗСКСтройИнвест» перестало исполнять обязательства по уплате процентов по займу № 1/2016-ЮЛ с 30.03.2016, а уплату основного долга не произвело (в установленной графиком части) уже 29.07.2016.

По данным бухгалтерской отчетности конкурсным управляющим установлены отрицательные показатели коэффициентов, характеризующих платежеспособность Должника, начиная с 2015 года.

Кроме того, конкурсный управляющий указывает на совершение должником сделок в 2015-2016 году по перечислениям денежных средств в пользу иных компаний группы БЗСК, а именно: ЗАО «БЗСК», ООО «Нефтеюганскстройинвест», ООО «Березовскстройинвест», ООО «БЗСКтранссервис», ООО «Березовские инвестиционные решения», АО «БЗСК», ООО «Агентство БСК», ООО «УК «БСК-плюс», повлекшие, по мнению конкурсного управляющего, вывод денежных средств на сумму 278 419 439,84 руб., полную неплатежеспособность ООО «БЗСКСтройИнвест», невозможность продолжать хозяйственную деятельность.

В качестве дополнительного обоснования приведенной даты объективного банкротства конкурсный управляющий сослался на определение Арбитражного суда Свердловской области от 10.12.2021 по делу № А60-16146/2019, из которого, по мнению конкурсного управляющего, следует, что критические финансовые затруднения в компаниях группы БЗСК наступили не позднее конца марта-начала апреля 2016 года. 

Основным видом деятельности должника в предбанкротный период являлось строительство жилого комплекса по ул. Береговая, в г. Первоуральск Свердловской области.

В июне 2016 года было приостановлено строительство объекта: «Жилой комплекс «Оптимист», расположенный по ул. Береговая в г. Первоуральске.

Между Администрацией г. Перворульска (арендодатель), ООО «БЗСКСтройИнвест» и АО «Свердловское агентство ипотечного жилищного кредитования» 22.12.2017 было заключено дополнительное соглашение № 413 к договору аренды земельного участка № 4774-к от 01.03.2016, в соответствии с которым АО «САИЖК» от ООО «БЗСКСтройИнвест» перешли все права и обязанности по договору аренды земельного участка от 01.03.2016 № 4774-к. 

Между ООО «БЗСКСтройИнвест» и АО «САИЖК» 12.02.2018 было заключено соглашение об отступном, согласно которому, среди прочего были уступлены права и обязанности по договору на выполнение функций заказчика № 02 от 21.09.2017 заключенному между должником и ООО «Альянс-Инвест», касающиеся объекта капитального строительства, находящегося на земельном участке: Жилой комплекс по ул. Береговой в г. Первоуральске. Первая очередь строительства, уступлена проектно-сметная, исполнительная и иная техническая и юридическая документация и права на её неограниченное использование касающиеся объекта капитального строительства, находящегося на земельном участке: Жилой комплекс по ул. Береговой в г. Первоуральске. Первая очередь строительства. 

По мнению конкурсного управляющего, в период с декабря 2017 по февраль 2018 из собственности должника выбыли все права и средства позволившие завершить начатое строительство жилого комплекса. С указанного периода времени хозяйственная деятельность должника прекратилась в полном объеме.

При указанных обстоятельствах с середины 2016 года у предприятия должника возникли финансовые трудности, вызвавшие фактическую заморозку строительства жилого комплекса и последующее выбытие всех материальных прав на завершение данного строительства. Таким образом, ухудшение финансового положения должника, приведшее к заморозке строительства жилого комплекса привело к возникновению с 06.2016 у руководителя должника ФИО5 обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом.

АО «БЗСК-Инвест» возражает, указывает на то, что за период совершения спорных сделок динамика финансового состояния должника является положительной, активы должника растут, что не соответствует доводам заявителя о наличии с 2015 года отрицательных показателей коэффициентов, характеризующих платежеспособность должника.

По смыслу приведенных в пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума ВС РФ № 53) разъяснений, объективное банкротство представляет собой момент, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате 4 обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов.

Как следует из материалов дела, в 2015 активы (внеоборотные и оборотные) должника составили 259 192 000, пассивы – 259 182 000 (долгосрочные и краткосрочные обязательства), в 2016 активы должника составили 377 366 000, пассивы – 377 356 000, в 2017 активы должника составили 404 423 000, пассивы – 404 413 000.

Таким образом, по состоянию на конец 2017 года, т.е. после совершения спорных сделок, обязательства должника не превысили стоимость его активов.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 10.03.2023 по делу № А60- 13952/2020 об оспаривании сделки судом установлено следующее: из бухгалтерского баланса за 2017 год следует, что с периода совершения оспариваемых платежей размер активов ООО «БЗСКСтройИнвест» вырос. Кроме того, судом принято во внимание, что представленные конкурсным управляющим судебные акты о взыскании с поручителей ООО «БЗСКСтройИнвест» ФИО2 и ФИО6 49 624 243 руб. относятся к 2018-2019 гг., а соглашение об отступном 5 от 12.02.2018, свидетельствует о том, что в 2018 году должником предпринимались активные действия по надлежащему исполнению обязательств перед кредиторами.

Указанные обстоятельства, свидетельствующие о наличии положительной динамики финансового состояния должника в период с 2015-2017 гг., а также подтверждающие осуществление в 2018 году деятельности, направленной на исполнения обязательств перед кредиторами.

Конкурсным управляющим не доказано, что совершенные сделки по перечислениям денежных средств в пользу иных компаний группы БЗСК имели цель причинения вреда кредиторам. 

В рамках настоящего дела в признании недействительными большей части сделок должника с компаниями группы БЗСК отказано (сделки с ЗАО «БЗСК», ООО «Нефтеюганскстройинвест», ООО «Березовскстройинвест», ООО «БЗСКтранссервис», ООО «Березовские инвестиционные решения», АО «БЗСК-Инвест», ООО «УК «БСК плюс».

Отказывая в удовлетворении заявлений об оспаривании сделок, судами установлено, что оспариваемые конкурсным управляющим платежи могли являться частью правоотношений группы лиц по взаимному финансированию, в рамках которых после совершения спорных платежей должник предоставил ответчику эквивалентное встречное представление, что исключает причинение вреда имущественным интересам кредиторов должника. Кроме того, заявителем не представлено убедительных доказательств причинения вреда кредиторам должника, безвозмездного или неравноценного встречного исполнения сделок, равно как и не доказано наличие у сделки пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительных сделок, и как следствие оснований для применения положений ст. 10 и 168 ГК РФ.

Единственная признанная недействительной сделка – перечисления денежных средств в пользу ООО «Агентство БСК» в размере 7 180 900 руб. не может быть принята во внимание в качестве основания для привлечения к субсидиарной ответственности АО «БЗСК-Инвест», поскольку на период совершения сделок с ООО «Агентство БСК» (с 03.12.2015 по 28.02.2017) на сумму 7 180 900 руб. балансовая стоимость активов должника по состоянию на 2016 год составила 377 366 000 руб., соответственно, спорные сделки составляют 1,90 % от балансовой стоимости активов должника. При таких обстоятельствах, указанные перечисления денежных средств не могли оказать существенного влияния на экономическое положение ООО «БЗСКСтройИнвест» применительно к масштабам его деятельности, а также не отвечают критериям крупных сделок, что исключает доведение должника до банкротства в результате совершения спорных сделок. Кроме того, ООО «Агентство БСК» также входит в группу компаний БЗСК, в связи с чем спорные платежи также могли являться частью правоотношений группы лиц по взаимному финансированию и не преследуют цель причинения вреда кредиторам.

Таким образом, указанные обстоятельства свидетельствует о том, что у должника отсутствовал признак банкротства - недостаточность имущества. 

С учетом изложенного, суд первой инстанции обоснованно признал несостоятельными доводы конкурсного управляющего о наличии у должника признаков банкротству на 30.03.2016 и, как следствие, наличие обязанности подать заявление о банкротстве должника начиная с 31.03.2016.

Как следует из правовой позиции судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 27.07.2020 № 305-ЭС19-13378(3) ответственность за неподачу заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) наступает в связи с сокрытием от потенциальных кредиторов признаков несостоятельности в целях получения предоставления исполнения лицу, являющемуся в действительности банкротом и явно не способному передать встречное исполнение. Одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов, является возложение на руководителя субсидиарной ответственности по новым обязательствам при недостаточности конкурсной массы.

Как указывалось ранее, должник имел достаточно активов (на период руководства заинтересованным лицом), которые позволяли сделать безусловный вывод о возможности исполнения обязательств с учетом примененной схемы распределения рисков между множественностью компания группы БЗСК. 

Работа группы компаний БЗСК была построена таким образом, что позволяла охватить практически все циклы строительной деятельности, в частности: АО «БЗСК - Инвест» выступало застройщиком в проектах БЗСК, ООО «БЗСКСтройИнвест» - являлось застройщиком объектов жилой недвижимости, ООО «Бсрезовскстройинвест», ООО «Нсфтсюганскстройинвсст» осуществляли функции генеральных подрядчиков по строительству жилых домов и нежилых помещений, в том числе объектов социального назначения, имели собственный штат сотрудников и производственные мощности, ЗАО «БСК Плюс» располагало собственным недвижимым имуществом, предоставляло указанное имущество в аренду группе компаний для осуществления хозяйственной деятельности, ЗАО «БЗСК» осуществляло производство железобетонных изделий и конструкций, имело свои производственные мощности, в том числе станки и трансформаторы, ООО «ЕЗСМ» производило кирпичи, осуществляло работы но разработке карьеров; ООО «Агентстов БСК Плюс» - оказывало риэлтерские услуги.

Указанная модель ведения бизнеса позволяла осуществлять безубыточную деятельность группы компаний и своевременно исполняй, обязательства перед Банками, эффективно перераспределять денежные средства в целях осуществления финансово - хозяйственной деятельности.

Специфика цикла строительной деятельности предполагала привлечение заемных, денежных средств для ее поддержания, что позволило бы в долгосрочной перспективе получить прибыль за счет реализации предмета строительства, погасить задолженность перед кредиторами.

В промежутке между началом строительства и фактическим окончанием строительных работ группа компаний нуждалась во временном пополнении активов оборотными /денежными средствами. Этими обстоятельствами и было обусловлено заключение кредитных договоров с банками на условия возобновляемых и невозобновляемых кредитных линий.

Финансовые трудности у группы компаний стали возникать в 2016 г. Причиной их возникновения во многом стал недостаток оборотных денежных средств.

Однако в 2016 г. была уверенность в том, что временную недостаточность ликвидности возможно преодолеть. Тем более, что совокупный объем активов у группы компаний (почти 5 миллиардов руб.) было достаточно дли этого.

Так, согласно бухгалтерским балансам за 2014, 2015 (последняя отчетная дата, предшествующая году, когда было возбуждено дело о банкротстве), 2016 г. размер активов лиц, входящих в группу компаний, был следующим:

 

2014 2015

2016

ООО «Березовскстройинвест»

762 557

773 381

446 480

ЗАО «БЗСК»

628 552

628 728

446 135

ООО «ЕЗСМ»

149 040

125 644

118 077

ООО «Нефтеюганскстройинвест»

84723

126 256

208 402

АО «БЗСК - Инвест»

1 203 664

1 367 769

3 208 696

ЗАО «БЗСК - Плюс»

134446

128 554

122 722

ООО «БЗСКСтройИнвест»

0

259 192

377 366

ООО «БЗСК»

0

0

53241

ООО «Агентстве БСК' Плюс»

0

0

48108

ИТОГО

1759318

3409 524

4 981 119

 

С кредитными организациями постоянно велись переговоры. После предъявления формального требования о возврате всей задолженности, а также в условиях неполучения согласии от ПАО Сбербанк о выдаче дополнительных кредитов, группа компаний БЗСК не смогла единовременно погасить возникшую задолженность перед ПЛО АКБ «Инвестторгбанк» в размере, превышающем 200 млн.руб.

В Постановлении от 18.12.2020 по делу № А60-31287/2017 о банкротстве ООО «Нефтеюганскстройинвест» судом сделан вывод о том, что основной причиной финансового кризиса группы компаний БЗСК явилось приостановление деятельности АКБ «Инвестторгбанк», в результате чего было прекращено банковское обслуживание и возникла необходимость досрочного возврата кредитных средств.

Вся группа компаний БЗСК активно искала пути выхода из финансового кризиса, финансово-хозяйственная деятельность активно велась должником как до 30.03.2016, так и после, признаки объективного банкротства стали появились после 12.02.2018 (после заключения соглашения об отступном, подписанным с АО «САИЖК»).

Таким образом, конкурсным управляющим не доказано, что у контролирующих должника лиц возникла обязанность по подаче заявления о признании должника банкротом в 2016 году, а потому на заинтересованное лицо не может быть возложена субсидиарная ответственность по указанному основанию.

Исследовав материалы дела в совокупности, суд первой инстанции обоснованно не нашел оснований для удовлетворения заявления о привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности за неподачу заявления.

Конкурсным управляющим заявлено о привлечении ФИО5 к субсидиврной ответственности за нарушение обязанности по передаче документов бухгалтерского учета и отчетности обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации.

В соответствии со статьей 126 Закона о банкротстве, руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. 

В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника несет ответственность в соответствии с законодательством РФ. 

Конкурсный управляющий указывает на то, что руководителем должника не исполнена обязанность по представлению арбитражному управляющему документов, отражающих финансово-хозяйственную деятельность должника.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.04.2022 заявление арбитражного управляющего ФИО7 об истребовании документов удовлетворено частично; на ФИО5 возложена обязанность передать арбитражному управляющему ФИО7 следующие документы: базу 1С: бухгалтерскую базу и базу ЗУП (зарплата и управление персоналом) за период с основания общества по 180.01.2019; бухгалтерскую базу, содержащую учет бухгалтерских документов: договоров, дебиторской, кредиторской задолженности, основных средств, пассивов и активов предприятия, учёт имущества и имущественных прав предприятия; кассовый аппарат; сервер, на котором содержится вся информация общества «БЗСКСтройИнвест»: сохранённая в электронном виде бухгалтерская отчётность за период с основания общества по 18.01.2019, письма, договоры и иные документы, относящиеся к деятельности общества; печать организации; договоры с подрядными организациями (папка № 1 (2014-2015 годы); папка № 2 (2015 год); папка № 3 (2016 год); папка № 4 (2017 год); папка № 5 (2018 - январь 2019 годы); трудовые договоры, штатное расписание и личные дела сотрудников, приказы (папки № 6, 7); договоры займа физических и юридических лиц (папка № 8); папку № 9 с документами о хозяйственной деятельности организации и обслуживанию офиса; кассовые документы за 2015, 2016, 2017, 2018 годы; трудовые книжки согласно штатному расписанию (4 шт.); договоры с участниками долевого строительства (папки № 10, 11, 12, 13); приходно-кассовые ордера по договорам ДДУ; договоры, заключённые обществом «БЗСКСтройИнвест»; переписку с третьими лицами и организациями (папка № 14); отчеты в налоговые органы, пенсионный фонд, фонд социального страхования, государственный строительный надзор (папка № 15 (2014-2015 годы), папка № 16 (2016 год), папка № 17 (2018 год), папка № 18 (2018 - январь 2019 годы), папка № 19; зарплатные ведомости, касса (папка № 21, папка № 22, папка № 23); учредительные документы (приказ о назначении директора, уставные документы, протоколы собраний учредителей, документы о вносимых изменениях); акт обыска (выемки) ГСУ МВД России по Свердловской области от 13.09.2017; ключи от офиса, где находится мебель и оргтехника согласно инвентарной описи; ключ от сейфа, находящегося в офисе.

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 23.08.2022 постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.04.2022 по делу № А60-13952/2020 Арбитражного суда Свердловской области оставлено без изменения.

Согласно статьи 61.11. Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе, формирование и реализация конкурсной массы.

При доказанности обстоятельств, составляющих опровержимые презумпции доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

В подпункте 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве закреплена презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при непередаче им документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

 Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление N 53), лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника.

Как указано выше согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Указанное требование закона обусловлено, в том числе и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

Конкурсный управляющий указывает на неисполнение данной обязанности ФИО5, что существенно затрудняет проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы обществах с ограниченной ответственностью и делает невозможным отыскание имущества должника для удовлетворения требований кредиторов.

Согласно последней сданной бухгалтерской отчетности ООО «БЗСКСтройИнвест» за 2017г. совокупная стоимость активов ООО «БЗСКСтройИнвест» на конец года составили 404 423 000 руб., в том числе: прочие внеоборотные активы - 326 809 000 руб., запасы - 3 414 000 руб., НДС по приобретенным ценностям - 595 000 руб., дебиторская задолженность - 74 205 000 руб.

Отсутствие информации о расшифровке указанных показателей баланса, составе имущества, отраженного на балансе, его местонахождения, а также первичной документации об имеющейся дебиторской задолженности не позволило конкурсному управляющему провести мероприятия по формированию конкурсной массы (принятие мер по инвентаризации внеоборотных активов и запасов, предъявление требований к кредиторам, по анализу сделок и оснований выбытия имущества на предмет недействительности) и ее реализации, наиболее полного погашения требований кредиторов, при этом, по мнению управляющего, документация должна была содержать сведения об активах ООО «БЗСКСтройИнвест».

Конкурсный управляющий ссылается на то, что под руководством ФИО5 ООО «БЗСКСтройИнвест» совершало расчеты (совершение платежей) в пользу ряда аффилированных лиц, в частности: в адрес ООО «Агентство БСК» за период с 03.12.2015 по 28.02.2017 на общую сумму 7 180 900 руб., в адрес ЗАО «Березовский Завод Строительных конструкций» за период с 07.10.2015 по 28.02.2017 на сумму 106 223 298 руб., в адрес АО «БЗСК-Инвест» за период с 28.01.2016 по 24.05.2016 на общую сумму 1 636 200 руб., в адрес ООО «Нефтеюганскстройинвест» за период с 03.02.2015 по 16.02.2017 на общую сумму 100 940 902,04 руб., в адрес ООО «Березовскстройинвест» за период с 28.03.2016 по 28.09.2016 на общую сумму 20 471 362,80 руб., в адрес ООО «БЗСКТрансСервис» за период с 24.04.2016 по 19.07.2016 на общую сумму 10 895 496 руб., в адрес ООО «Березовские инвестиционные решения» за период с 02.11.2015 по 25.03.2016 на общую сумму 28 251 281 руб., в адрес ООО «Управляющая компания «БСК Плюс» в даты 30.12.2015 и 31.12.2015 на сумму 2 820 000 руб.

В общей сложности указанные перечисления в пользу аффилированных лиц составили 278 419 439, 84 руб., что фактически привело к полной неплатежеспособности общества и невозможности продолжать хозяйственную деятельность, что, по мнению конкурсного управляющего, фактически привело общество в состояние невозможности исполнения обязательств перед независимыми кредиторами.

В рамках настоящего дела в признании недействительными большей части сделок должника с компаниями группы БЗСК отказано (сделки с ЗАО «БЗСК», ООО «Нефтеюганскстройинвест», ООО «Березовскстройинвест», ООО «БЗСКтранссервис», ООО «Березовские инвестиционные решения», АО «БЗСК-Инвест», ООО «УК «БСК плюс», поскольку оспариваемые конкурсным управляющим платежи могли являться частью правоотношений группы лиц по взаимному финансированию, в рамках которых после совершения спорных платежей должник предоставил ответчику эквивалентное встречное представление, что исключает причинение вреда имущественным интересам кредиторов должника.

ФИО5 указывает на то, что не участвовал в хозяйственной деятельности общества, осуществляя только подписание документов без анализа и изучения их содержания, поскольку не обладает соответствующими познаниями в области строительства, полностью доверяя своему отцу. В материалы дела ФИО5 предоставил заключение специалиста, выполненного в рамках возбужденного уголовного дела № 11701650081000171 из содержания которого следует, что в рамках дела содержатся документы по хозяйственной деятельности должника. Таким образом, у ФИО5 отсутствовала объективная возможность передать документы, изъятые в ходе расследования уголовного дела.

Исследовав материалы дела в совокупности, суд первой инстанции обоснованно не нашел оснований для удовлетворения заявления о привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности за непередачу документации должника.

Как следует из материалов дела и указывалось ранее, конкурсный управляющий также просил о привлечении ФИО2 и АО «БЗСК-Инвест» к субсидиарной ответственности за невозможность погашения требований кредиторов в результате действий контролирующего должника лиц по основаниям, предусмотренных пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ), если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. 

При этом пока не доказано иное предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из перечисленных в названной норме обстоятельств, в том числе, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то такие лица отвечают солидарно.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника. 

Размер ответственности контролирующего должника лица подлежит соответствующему уменьшению, если им будет доказано, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине этого лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет этого лица.

В обоснование заявленных требований, конкурсный управляющий указывает на совершение контролирующим должника лицами ФИО2, АО «БЗСК-Инвест» действий по одобрению сделок по компенсационному финансированию деятельности иных лиц группы компаний, что привело к выбытию из оборота Должника денежных средств, достаточную для продолжения деятельности ООО «БЗСКСТройИнвест», несостоятельности и полной невозможности должника погасить требований конкурсных кредиторов.

По мнению конкурсного управляющего, ФИО2 направив денежные средства должника на преодоление финансовых проблем иных членов группы компаний БЗСК, вынужден был прибегнуть к помощи государственных органов исполнительной власти Свердловской области и финансированию достройки из фондов бюджета Свердловской области.

От должника это потребовало уступки прав и обязанностей по договору аренды земельного участка (дополнительное соглашение № 413 к договору аренды земельного участка № 4774-к от 01.03.2016г.), и соглашения об отступном от 12.02.2018г., что существенно снизило стоимость права аренды участка, возведенного на нем объекта незавершенного строительства и коммуникаций. Так цена приобретения права аренды участка ООО «БЗСКСтройИнвест» у ООО «Терра Групп» по договору от 01.08.2014г. составила 110 0000 000 руб., цена же отчуждения в пользу АО «САИЖК» по соглашению об отступном от 12.02.2018г.- 22 411 602 руб.

При этом, АО «БЗСК-Инвест» будучи единственным участником должника, под управлением ФИО5, было осведомлено или должно было быть осведомлено в конце 2015г- середине 2016г. о неудовлетворительном финансовом состоянии Должника, обладало информацией о том, что направление средств должника, полученных в рамках заключенных с физическими и юридическими лицами договоров долевого участия на поддержание деятельности иных лиц группы компаний является критическим для должника, а также активно участвовало в выводе денежных средств вопреки интересам общества.

Как следует из материалов дела, совокупный размер субсидиарной ответственности на дату подачи заявления составляет 150 683 301,35 руб., в том числе: 150 211 793,73 руб. требования кредиторов третьей очереди, 471 507,62 руб. текущие обязательства.

Закон о банкротстве содержит общую формулировку, согласно которой если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. 

Причем, закон не содержит исчерпывающий перечень обстоятельств, которые могут быть расценены судом в качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности. Положения Закона о банкротстве содержит лишь перечень опровержимых презумпций. 

Вместе с тем, совершение со стороны контролирующих должника лиц действий (бездействия) формально не подпадающих под признаки установленных законом презумпций, не является основанием для отказа в удовлетворении требований о привлечении к субсидиарной ответственности виновных лиц. 

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством. 

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д. 

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства. 

Согласно пункту 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем. 

Контролирующее лицо, которое несет субсидиарную ответственность на основании подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве, и контролирующее лицо, несущее субсидиарную ответственность за доведение до объективного банкротства, отвечают солидарно. 

Если из-за действий (бездействия) контролирующего лица, совершенных после появления признаков объективного банкротства, произошло несущественное ухудшение финансового положения должника, такое контролирующее лицо может быть привлечено к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков по иным, не связанным с субсидиарной ответственностью основаниям. 

В пункте 18 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» указано, что контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 ГК РФ, абзац 2 пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве). При рассмотрении споров о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности данным правилом о защите делового решения следует руководствоваться с учетом сложившейся практики его применения в корпоративных отношениях, если иное не вытекает из существа законодательного регулирования в сфере несостоятельности. 

Вместе с тем, как следует из материалов дела, сделки заключались в целях пропорционального распределения риска неплатежеспособности между предприятиями группы БЗСК, в удовлетворении заявлений об оспаривании сделок отказано, все компании входили в единую консолидируемую Группу компаний БЗСК, вели единую политику, общий консолидированный баланс, имели общие задолженности, которые перераспределялись внутри группы, имели обязательства перед банками, обеспеченные перекрестным поручительством, обладали общим экономическим интересом.

В связи с чем, конкурсным управляющим не доказан вред, совершенный в результате заключенных сделок и цель причинения вреда кредиторам. 

Вместе с тем, какое-либо обоснование влияния перечисленных в заявлении сделок на финансовое состояние должника применительно к дате объективного банкротства также отсутствует. 

Таким образом, не доказано доведение должника до банкротства в результате совершения перечисленных конкурсным управляющим сделок.

ФИО2 в отзыве указывает, что в действительности платежи, на которые ссылается конкурсный управляющий, могут быть объяснены тем, что должник и его контрагенты входили в группу компаний БЗСК и вели общую хозяйственную деятельность, указанная модель ведения бизнеса позволяла осуществлять безубыточную деятельность группы компаний и своевременно исполнять обязательства перед Банками, эффективно перераспределять денежные средства в целях осуществления финансово – хозяйственной деятельности, совокупный размер нераспределенной прибыли по состоянию на конец 2015 г. составил 166 696 000 руб. На момент возникновения финансовых трудностей группы компаний во многом повлиял недостаток оборотных денежных средств. В 2016 г. была уверенность в том, что временную недостаточность ликвидности возможно преодолеть. С кредитными организациями постоянно велись переговоры. До последнего момента была убежденность в том, что удастся достичь договоренностей о реструктуризации имеющихся кредитов или о получении дополнительного финансирования. 

Судебными актам в рамках дел № А60-54470/2018, № А60-71228/2018, № А60-30987/2016 установлено, что в 2015-2016 гг. какие-либо признаки неплатежеспособности в группе компаний БЗСК отсутствовали, имелись лишь временные финансовые трудности и отсутствовали признаки объективного банкротства 

В рассматриваемой ситуации действия должника в лице его учредителей по одобрению сделок по совершению обеспечительных сделок и их заключению не могут расцениваться в качестве неразумных и недобросовестных, так как в конечном итоге были направлены на получение имущественной выгоды для самого должника и обеспечение требований кредиторов, заемщиками перед которыми выступали иные компании той же группы. 

Обстоятельств, свидетельствующих о том, что в данном случае действия учредителей должника значительно отклонялись от стандартов разумного осуществления гражданских прав, и были направлены во вред кредиторам должника, конкурсным управляющим не приведено, при том, что погашение требований, основанных на кредитных договорах, производилось за счет средств компаний, входящих в указанную группу, но не за счет средств должника.

В рассматриваемой ситуации действия должника в лице его учредителей по одобрению сделок не могут расцениваться в качестве неразумных и недобросовестных, так как в конечном итоге были направлены на получение имущественной выгоды группы компаний, в том числе и самого должника. 

Из материалов дела следует, что лица, привлекаемые к субсидиарной ответственности действий, направленных на вывод активов должника, получения контроля над процедурой банкротства, реализацию договоренностей, направленных на причинение вреда иным кредиторам, не совершали. 

Доказательств обратного, в материалы дела конкурсным управляющим не представлено.

При этом, как верно отмечено судом первой инстанции, довод о том, что основной причиной финансового кризиса группы компаний БЗСК явилось приостановление деятельности АКБ «Инвестторгбанк», в результате чего было прекращено банковское обслуживание и возникла необходимость досрочного возврата кредитных средств, нашел свое подтверждение в рамках рассматриваемого дела о банкротстве указанной группы компаний и не опровергнут конкурсным управляющим. 

Данное обстоятельство, независящее от воли должника, повлекло за собой существенный разрыв финансирования и необходимость перекрытия кредитных обязательств и исполнение договорных обязательств.

При этом, контролирующим должника лицом ФИО2 предпринимались действия, направленные на восстановление и поддержание платежеспособности лиц, входящих в группу компаний.

Совокупность указанных обстоятельств подтверждает стремление лиц, входящих в одну группу предприятий, достичь положительный экономический эффект от заключения таких сделок для всей группы компаний. 

Таким образом, противопоставляемый ответчикам довод о совершении экономически необоснованных сделок является необоснованным. В данном случае, действия заинтересованных лиц являлись действиями, совершаемыми обычно в аналогичных ситуациях добросовестными руководителями, заинтересованными в получении прибыли и учитывающими интересы кредиторов (ст. 1 ГК РФ). Временные трудности преодолевались за счет распределения рисков между всеми участниками группы БЗСК, погашения долгов за счет других участников группы БЗСК, заключения мировых соглашений на новых взаимовыгодных условиях.

С учетом масштабов деятельности должника необходимо признать, что признанные недействительными сделки не могли привести к объективному банкротству должника, имущество, являвшееся предметом сделок, стало принадлежать компаниям, входящим в одну группу, и, следовательно, оснований для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица в этой части не имеется.

При изложенных обстоятельствах, суд первой инстанции обоснованно не усмотрел оснований для удовлетворения заявления конкурсного управляющего о привлечении ФИО5, акционерное общество «БЗСК-Инвест», ФИО2 к субсидиарной ответственности.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, по существу направлены на переоценку всей совокупности установленных по настоящему делу обстоятельств и фактических отношений сторон, оснований для которой не имеется, поскольку судом первой инстанции при рассмотрении дела установлены и исследованы все существенные для принятия правильного судебного акта обстоятельства, им дана надлежащая правовая оценка, выводы, изложенные в судебном акте, основаны на имеющихся в деле доказательствах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и действующему законодательству. 

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

При подаче апелляционной жалобы на определения, не перечисленные в подп. 12 п. 1 ст. 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, государственная пошлина не уплачивается.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 11 августа 2023 года по делу № А60-13952/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

Т.В. Макаров 

 

Судьи

 

Л.М. Зарифуллина 

 

Т.С. Нилогова