Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115,  Владивосток, 690001

www.5aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело

№ А51-32010/2016

г. Владивосток

18 марта 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 11 марта 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 18 марта 2025 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Т.В. Рева,

судей М.Н. Гарбуза, К.П. Засорина,

при ведении протокола секретарем судебного заседания В.А. Ячмень,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО1,

апелляционное производство № 05АП-6275/2024

на определение от 11.09.2024

судьи О.А. Васенко

по делу № А51-32010/2016  Арбитражного суда Приморского края

по заявлению конкурсного управляющего ФИО1

к ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6,  Кривулину Виктору Серафимовичу

о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника,

в рамках дела по заявлению ФИО8 о признании закрытого акционерного общества «Дальневосточная строительная компания» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) несостоятельным (банкротом),

при участии:

от ФИО7: представитель ФИО9 по доверенности от 07.07.2022 сроком действия 5 лет, паспорт;

иные лица, участвующие в деле, не явились,

УСТАНОВИЛ:

ФИО8 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) закрытого акционерного общества «Дальневосточная строительная компания» (далее – должник, ЗАО «ДВСК»).

Определением суда от 03.02.2017 заявление принято к производству.

Определением суда от 01.03.2018 в отношении ЗАО «ДВСК» введена процедура банкротства - наблюдение, временным управляющим должником утвержден ФИО10.

Определением суда от 02.08.2018, вынесенным по результатам рассмотрения заявления кредитора ФИО11, в отношении ЗАО «ДВСК» применены правила параграфа 7 «Банкротство застройщиков» главы IX «Особенности банкротства отдельных должников - юридических лиц» Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Решением суда от 23.10.2018 ЗАО «ДВСК» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должником утвержден ФИО12.

Определением суда от 09.09.2021 ФИО12 отстранен от обязанностей конкурсного управляющего должником.

Определением суда от 30.09.2021 конкурсным управляющим должником утвержден ФИО1 (далее – конкурсный управляющий, заявитель, апеллянт).

Конкурсный управляющий 29.12.2018 обратился в арбитражный суд с заявлением (с учетом уточнений) о привлечении ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением суда от 19.07.2022 к участию в обособленном споре в качестве соответчика привлечен ФИО7.

Определением суда от 11.09.2024 в удовлетворении заявленных конкурсным управляющим требований отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с апелляционной жалобой, в которой просит восстановить процессуальный срок на подачу жалобы, определение отменить с направлением вопроса о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц на основании статей 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции, ввиду следующих обстоятельств. Конкурсным управляющим даны пояснения относительного воспрепятствования формирования конкурсной массы со стороны контролирующих должника лиц, не передавших конкурсному управляющему документацию должника, в том числе и по объектам недвижимости (200 млн руб.). Отсутствие документации должника лишило конкурсного управляющего возможности определения основных активов должника и их идентификации, возможности проанализировать подозрительные сделки должника, возможности установления содержания принятых органами управления должника решений и анализа их на предмет причинения вреда должнику и кредиторам, лишило возможности сформировать конкурсную массу. Если конкурсный управляющий не указал в своём заявлении дату объективного банкротства (или, как вариант, назвал неверную дату), то суду необходимо выяснить её самостоятельно, в том числе посредством назначения судебной экспертизы, кроме того, арбитражному суду необходимо было выяснить, была ли исполнена обязанными (контролирующими) лицами обязанность по своевременной подаче заявления должника в арбитражный суд. С заявлением должника в арбитражный суд перечисленные контролирующие должника лица не обращались.

Определением апелляционного суда от 25.10.2024 апелляционная жалоба оставлена без движения на срок до 13.11.2024. Определением апелляционного суда от 07.11.2024 в связи с устранением апеллянтом обстоятельств, послуживших основанием для оставления жалобы без движения, последняя принята к производству, судебное заседание по ее рассмотрению назначено на 03.12.2024; удовлетворено ходатайство конкурсного управляющего о предоставлении отсрочки по уплате государственной пошлины до рассмотрения дела арбитражным судом апелляционной инстанции. Протокольным определением от 03.12.2024 в судебном заседании объявлен перерыв до 11.12.2024. Определением апелляционного суда от 11.12.2024, 15.01.2025 рассмотрение жалобы отложено на 15.01.2025, 11.02.2025. Протокольным определением от 11.02.2025 в судебном заседании объявлен перерыв до 17.02.2025. Определением апелляционного суда от 17.02.2025 рассмотрение жалобы отложено на 11.03.2025.

При рассмотрении апелляционной жалобы в арбитражный суд поступили и приобщены:

- отзыв ФИО7 на апелляционную жалобу, который просит апелляционную жалобу оставить без удовлетворения, определение – без изменения. Согласно отзыву управляющим не приведены доводы, которые с разумной степенью достоверности могли бы свидетельствовать о наличии возможности у ФИО7 оказывать влияние на деятельность должника. В материалах дела не представлены доверенности на ФИО7 и доказательства совершения сделок от имени должника с ее использованием; не представлено доказательств того, что ФИО7 давал распоряжения руководителям должника, определял условия сделок или указания, с кем их заключать, руководил финансово-хозяйственными вопросами деятельности должника. Напротив, ФИО7 не принимал решений, за исключением назначения генеральных директоров должника. На ФИО7 как на акционера не возложены обязанности по хранению и передаче документации, поэтому он не может нести ответственность за их неисполнение. Каких-либо доказательств того, что ФИО7 располагает необходимой документацией, но скрывает ее, не представлено. Ухудшение финансового состояния должника в процессе его обычной хозяйственной деятельности не повлекло для контролирующих должника лиц возникновения обязанности по обращению с заявлением должника. Управляющим не приведены конкретные действия ФИО7, которые привели к банкротству должника; не оспорены сделки, которые бы могли свидетельствовать о недобросовестности ФИО7 Он не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в любом случае, поскольку пропущен срок исковой давности;

- возражения апеллянта на отзыв ФИО7, из которых следует, что ФИО7 являлся контролирующим должника лицом, поскольку и ранее, и в настоящее время единолично владеет 100% акций в уставном капитале ЗАО «ДВСК», соответственно, имел возможность определять действия должника до банкротства, в том числе путём назначения руководителей общества. Кроме того, ФИО7 находится в отношениях родства с бывшим руководителем должника ФИО5, являющимся его сыном, что давало ФИО7 дополнительные возможности по определению действий должника до его банкротства. Являясь единственным акционером общества, ФИО7, в случае прекращения полномочий руководителя общества, был обязан либо утвердить нового руководителя, либо лично исполнять обязанности руководителя должника. Как добросовестный собственник, ФИО7 был обязан обеспечить сохранность документации общества в период отсутствия руководителя. Поскольку после прекращения в сентябре 2009 года полномочий руководителя общества у его сына ФИО5, сам ФИО7 бездействовал в течение шести лет до 28.09.2015 в части назначения нового руководителя, постольку на ФИО7 накладывается бремя ответственности за необеспечение им сохранности документации и материальных активов общества. По документам, полученным от третьих лиц, конкурсным управляющим была оспорена часть сделок должника, однако, ввиду отсутствия полного пакета документов у конкурсного управляющего отсутствовала возможность полноценного доказывания заявленных исковых требований. Если бы контролирующие должника лица действовали добросовестно и разумно при отчуждении имущества должника, то у них не было бы стимула и причин скрывать от конкурсного управляющего документацию должника, а в реестре требований кредиторов должника (далее – реестр) отсутствовали бы требования обманутых участников долевого строительства. Последний день трёхлетнего срока, исчисляемого с 16.10.2018, приходился на нерабочий день 16.10.2021, в связи с чем днём его окончания являлся ближайший за ним рабочий день — 18.10.2021, то есть уточнение о привлечении ФИО7 в качестве соответчика по настоящему обособленному спору было подано в суд в пределах срока исковой давности;

- пояснения конкурсного управляющего, согласно которым из заключения эксперта № 7-35 от 30.03.2017 следует, что ЗАО «ДВСК» за период с 03.04.2007 по 07.09.2010 заключило договоры долевого участия в строительстве жилого комплекса «Ласточкино гнездо» на сумму не менее 81 740 459 руб.; из соглашения от 11.12.2009 о приостановлении договора от 20.08.2007 следует, что для участия в строительстве были привлечены денежные средства 44-х граждан-дольщиков на общую сумму 77 206 585 руб., согласно приложению № 2 до приостановления действия договора от 20.08.2007 общий объём участия ЗАО «ДВСК» в строительстве объекта составил 113 032 970 руб. Согласно бухгалтерским балансам должника активы на конец 2009 года составляли 224 594 000 руб., а согласно бухгалтерскому балансу за 2016 год активы должника снизились до 8 000 руб. При этом бухгалтерская и налоговая отчётность в период с 2009 года по 2016 год должником не сдавалась. В соответствии с письмом Дальневосточного управления Ростехнадзора от 01.03.2018 № 01П-39/1112 за должником были зарегистрированы 29 опасных производственных объектов и технических устройств. Отсутствие документации в отношении указанного имущества должника, равно как и непередача самого имущества должника конкурсному управляющему, объективно препятствует формированию конкурсной массы и расчётам с кредиторами должника;

- письменные пояснения ФИО6, который просит определение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Как указывает ФИО6, он осуществлял полномочия руководителя должника незначительный период с 28.09.2015 по 28.12.2015; конкурсным управляющим не представлены доказательства, свидетельствующие о негативной роли ФИО6 в наступлении неблагоприятных последствий в виде наступления банкротства должника, невозможности сформировать конкурсную массу должника, а также о факте его владения сведениями о деятельности должника, не раскрытыми перед конкурсным управляющим. Доступа к документации общества не имел, а истребуемая документация от предыдущего директора ему не передавалась. Не получив доступа к документам за три месяца (с 28.09.2015 по 28.12.2015), отказался продлевать полномочия руководителя, о чём уведомил ИФНС по месту ведения юридического лица. Определением суда от 18.08.2020, оставленным без изменения постановлениями апелляционного суда от 25.01.2021 и суда округа от 22.04.2021, заявление конкурсного управляющего удовлетворено в части истребования документации у ФИО2; в удовлетворении требований об истребовании у других ответчиков – отказано;

- отзыв ФИО5, согласно которому активы должника, отраженные в балансе за 2009 год, не могли быть недобросовестно отчуждены, поскольку являлись вложениями в объекты незавершенного строительства. Незавершенное строительство в размере 183 454 000 руб. представляло собой капитальные вложения, произведенные ЗАО «ДВСК» суммарно по всем объектам незавершенного строительства, включая объекты на ул. Кипарисовая, ул. Зейская, ул. Овчинникова и ул. Фонвизина. В деле № А51-4515/2019 установлено, что 113 032 970 руб. - вклад ЗАО «ДВСК» в проект на ул. Зейской 14. В период с 2004 по 2008 год ЗАО «ДВСК» выполняло работы по реализации проекта «Индивидуальный жилой дом переменной этажности по ул. Овчинникова, д. 18-20». Однако в месте проведения работ было обнаружено неизвестное захоронение (решение Первореченского районного суда г. Владивостока от 05.02.2008 по делу № 2-94/08). Готовность объекта на ул. Овчинникова в 2008 году составляла 2,1%. Сметная стоимость фактически выполненных работ и затрат, связанных с возведением конструкций фундамента, составила 85 403 890,74 руб. (заключение № 165/2009 от 01.07.2009, составленное ООО «КК «Артур Эксперт»). С ЗАО «ДВСК» взыскано 1 281 959 руб. в пользу Администрации г. Владивостока решением Арбитражного суда Приморского края от 28.01.2016 по делу № А51-20018/2015. 39 792 000 руб. дебиторской задолженности ожидались к поступлению от дольщиков по всем объектам, договоры с которыми предусматривали условие о рассрочке платежа. Поскольку обязательства по объекту на ул. Овчинникова не могли быть исполнены ЗАО «ДВСК», ни третьим лицом, уплаченные по договорам денежные средства подлежали возврату дольщикам. В условиях экономического кризиса ЗАО «ДВСК» сохранило свою материально-техническую базу и независимость от услуг банковского сектора. Основным источником пополнения средств на строительство являлись денежные поступления от дольщиков. Несмотря на существенные убытки, ЗАО «ДВСК» было способно восстановить права дольщиков проекта на ул. Овчинникова. Дольщикам было предложено либо расторгнуть договоры и получить денежные средства, либо изменить предмет договоров на недвижимое имущество в других объектах – на ул. Зейской или ул. Кипарисовой, в результате чего ЗАО «ДВСК» понесло значительные финансовые потери, но рассчиталось с кредиторами. Дольщики проекта на ул. Овчинникова в настоящем деле о банкротстве участия не принимают. Изложенное объясняет отсутствие активов к 2016 году. Убыточность проекта на ул. Овчинникова обусловлена причинами, не зависящими от ЗАО «ДВСК», поскольку должником была получена вся разрешительная документация в установленном порядке, однако, даже уполномоченным органам не было известно о существовании захоронения. В действиях контролирующих должника лиц отсутствует недобросовестность, поскольку неподача заявления о банкротстве и продолжение деятельности отвечали интересам дольщиков. Получение первичной документации не позволило бы конкурсному управляющему сформировать конкурсную массу на основании рассмотренных активов, поскольку должник ими фактически не располагал. Напротив, он оказался в тяжелой экономической ситуации, продолжив деятельность, заключив с открытым акционерным обществом «Строитель» (далее - ОАО «Строитель») договоры на строительство, что позволило исполнить обязательства перед дольщиками проектов на ул. Зейской и ул. Кипарисовой. Вывод активов должника не имел места, в действия контролирующих должника лиц отсутствовала недобросовестность (протокольным определением от 15.01.2025 приложенные к отзыву доказательства приобщены к материалам дела);

- возражения апеллянта на отзыв ФИО6, из которых следует, что последний не раскрывает информацию о предпринятых им действиях в период осуществления полномочий руководителя должника, направленных на истребование документации и имущества у предыдущего руководителя либо по восстановлению документации иным способом, а также на последующую их передачу следующему руководителю, не опровергает доводы конкурсного управляющего о существенном затруднении проведения процедур банкротства из-за отсутствия документации должника; не представляет документальных доказательств отсутствия вины в непередаче документов и материальных ценностей;

- возражения апеллянта на отзыв ФИО5, по тексту которых указано, что не представлены пояснения про объекты строительства по ул. Кипарисовой и по ул. Фонвизина. Дольщики являются соинвесторами строительства, внесенные ими средства подлежат учету в кредиторской задолженности, а в дебиторской задолженности их обязательства подлежат учету после передачи им объекта строительства. ФИО5, презюмируя свою добросовестность, не раскрывает причину уклонения от передачи конкурсному управляющему документов должника и материальных ценностей;

- дополнительные пояснения ФИО5, который приводит доводы о том, что факт регистрации за должником ряда опасных производственных объектов не свидетельствует о наличии у него права собственности на эти объекты (определение от 18.08.2020, постановления от 25.01.2021, 22.04.2021 по настоящему делу). На 2009 год ЗАО «ДВСК» обладало следующими нематериальными активами: исключительное право на полезную модель «Безригельный каркас здания» («Безригельный каркас КУБ-2,5»); исключительное право на коммерческое обозначение «ДВСК». Полезная модель относится к области строительства, в частности, к конструкциям сборно-каркасных зданий и сооружений; зарегистрирована в 1995 году патентообладателем ООО - Фирма «Куб» (свидетельство № 594). ЗАО «ДВСК» приобрело исключительное право на использование указанной технологии на территории Дальнего Востока по лицензионному договору на срок до 2015 года. Срок патентной охраны истек, технология перешла в общественное достояние. Коммерческое обозначение «ДВСК» использовалось должником для индивидуализации своего предприятия с момента создания в 2002 году. Обозначение существовало в словесном и в двух изобразительных вариантах, использовалось в документации, рекламе, на фасадах объектов, при связях с общественностью (Приложение № 6). Обозначение «ДВСК» обладало известностью в месте осуществления деятельности должника, поскольку должник являлся крупным застройщиком. ЗАО «ДВСК» стало победителем регионального конкурса «Торговая марка года-2005» в номинациях «Сила брэнда» (категория «строительство, архитектура») и «Брэнд-лидер в реализации национальных проектов» (протокольным определением от 11.02.2025 документы, приложенные к пояснения, приобщены частично);

- возражения апеллянта на дополнительные пояснения ФИО5, который полагает, что поскольку в распоряжении конкурсного управляющего была только справка Ростехнадзора, он не имел возможности представить иные доказательства существования опасных производственных объектов по причине уклонения контролирующих должника лиц от передачи ему документов;

- дополнительные пояснения ФИО5 от 11.03.2025, в соответствии с которыми за должником зарегистрировано одно транспортное средство – легковой автомобиль ISUZU MU. В определении от 18.08.2020 суд пришел к выводу о том, что владение указанным транспортным средством должником утрачено. Указанное транспортное средство было списано в связи со 100% износом. Поименованные 29 опасных производственных объектов принадлежали и принадлежат ОАО «Строитель». Объекты на ул. Героев-Тихоокеанцев 5А, ул. Чукотская 6, в г. Спасск-Дальний (площадки и цеха) входили в план приватизации ОАО «Строитель», что установлено в определении суда от 18.08.2020 по настоящему делу, а также в деле № А51-1264/2021. Из проспекта эмиссии о первом выпуске акций АОЗТ «Строитель» от 14.06.1994 следует, что в приватизацию входили соответствующие подразделения Краны мостовые и козловые в количестве 17 штук также принадлежали и принадлежат ОАО «Строитель», которым представлены паспорта на указанные краны, из содержания которых следует, что в качестве владельцев всех кранов указано ОАО «Строитель», а именно, его правопредшественники: трест «Судпромстрой», ПО «Стройдеталь». Регистрационные номера кранов в паспортах совпадают с указанными в письме Ростехнадзора. Краны использовались должником на праве аренды, однако, договоры об этом не сохранились. В настоящее время ряд кранов списан ОАО «Строитель» и снят с учета.

Судом установлено, что к дополнительным пояснениям ФИО5 приложены дополнительные доказательства согласно перечню приложений, что расценено коллегией как ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств.

Коллегия, руководствуясь статьями 159, 184, 185, частью 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), определила приобщить к материалам дела дополнительные доказательства, как представленные в опровержение доводов апелляционной жалобы.

В судебном заседании 11.03.2025 представитель ФИО7 на доводы апелляционной жалобы возразил по доводам, изложенным в отзывах и пояснениях на апелляционную жалобу.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве и в арбитражном процессе по делу о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что не препятствовало суду в порядке статьи 156 АПК РФ, пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 12 «О некоторых вопросах применения АПК РФ в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ «О внесении изменений в АПК РФ» рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие иных лиц, участвующих в деле.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, возражений, пояснений, проверив в порядке статей 266-272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, Пятый арбитражный апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого определения, исходя из следующего.

По материалам дела апелляционным судом установлено, что ЗАО «ДВСК» зарегистрировано в качестве юридического лица 31.12.2002, предприятию присвоен основной государственный регистрационный номер 

<

***>; основным видом деятельности должника указано строительство жилых и нежилых зданий.

С 19.05.2005 по настоящее время единственным акционером ЗАО «ДВСК» является ФИО7

Из протокола внеочередного общего собрания ЗАО «ДВСК» от 23.08.2005 следует, что исполняющим обязанности генерального директора должника назначен ФИО3, которому предоставлено право осуществления действий и полномочий единоличного исполнительного органа общества (генерального директора), предусмотренных уставом общества и законом, до избрания генерального директора общества в установленном законом порядке.

Протоколом внеочередного общего собрания ЗАО «ДВСК» 11.08.2008 досрочно прекращены полномочия и.о. генерального директора ФИО3 и с ним расторгнут трудовой договор с 11.08.2008; этим же протоколом генеральным директором общества назначен ФИО5 (сын ФИО7).

Решением единственного акционера ЗАО «ДВСК» № 5 от 28.09.2015, в связи с принятием постановления мирового судьи судебного участка № 12 Первомайского района г. Владивостока от 06.10.2009 по делу № 5-756/09 о дисквалификации директора ЗАО «ДВСК» ФИО5, на должность генерального директора общества назначен ФИО6

С 07.04.2016 полномочия генерального директора общества были возложены на Кима М.В. (лист записи ЕГРЮЛ от 08.04.2016).

С 22.05.2018 до даты введения конкурсного производства полномочия генерального директора общества возложены на ФИО2 (лист записи ЕГРЮЛ от 22.05.2018).

С учетом данных обстоятельств конкурсный управляющий полагает, что бывшие руководители должника ФИО3 (в период с 23.08.2005 по 11.08.2008), ФИО5 (с 11.08.2008 по 28.09.2015), ФИО6 (с 28.09.2015 по 07.04.2016), ФИО4 (с 07.04.2016 по 22.05.2018), ФИО2 (с 22.05.2018 по 23.10.2018) и единственный акционер - ФИО7 являлись контролирующими должника лицами. В обоснование заявления о привлечении названных лиц к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий указал, что ответчиками не приняты меры для исполнения обязанности по ведению, хранению и передачи первичных документов бухгалтерского учета, а также, что ответчики не исполнили обязанность по подаче в арбитражный суд заявления о признании должника банкротом.

Так, в частности, при рассмотрении дела в суде первой инстанции конкурсный управляющий указал, что в ходе конкурсного производства последний руководитель должника ФИО2 передал конкурсному управляющему ценным письмом печать и незначительный объём имеющихся у него документов должника, в составе которых отсутствуют первичные документы бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности ЗАО «ДВСК», что повлекло невозможность формирования конкурсной массы. В обоснование заявитель также сослался на следующее.

Между ЗАО «ДВСК» и ОАО «Строитель» 28.12.2005 заключен договор на строительство и сдачу в эксплуатацию многоквартирного жилого дома в жилом комплексе «Ласточкино гнездо» (проект «Жилой дом по ул. Кипарисовая, 2 в 87 микр-не г. Владивостока, III пусковой комплекс, блок секции № 4, 5, 6, 7 вставка В-2, В-3»).

ЗАО «ДВСК» за счёт собственных средств и средств граждан-дольщиков выполняло по указанному договору проектно-изыскательские и строительно-монтажные работы.

Согласно заключению эксперта № 7-35 от 30.03.2017 ЗАО «ДВСК» за период с 03.04.2007 по 07.09.2010 заключило договоры долевого участия в строительстве жилого комплекса «Ласточкино гнездо», расположенного по адресу: 

<

...> (блок секции 6-7) на сумму не менее 8 174 0459 руб.

Поскольку строительство блок секции 6-7 велось без разрешительной документации, решением Арбитражного суда Приморского края от 05.08.2008 по делу № А51- 1566/2008 1-35 деятельность ЗАО «ДВСК» была приостановлена.

В дальнейшем указанный объект неоконченного строительства оказался по неизвестным основаниям у АО «Строитель» (ранее называвшемся ОАО «Строитель»), которое завершило его строительство и получило разрешение на ввод в эксплуатацию с присвоением адреса: 

<

...>. Документы по строительству указанного объекта и передаче его в АО «Строитель» конкурсному управляющему не переданы.

Также 20.08.2007 между ЗАО «ДВСК» и ОАО «Строитель» заключен договор на строительство и сдачу в эксплуатацию многоквартирного жилого дома 2-й очереди в 51 микрорайоне.

Во исполнение взятых на себя обязательств ЗАО «ДВСК» за счёт собственных средств и средств граждан-дольщиков выполняло на объекте 2 до 11.12.2009 проектно-изыскательские и строительно-монтажные работы.

11.12.2009 ЗАО «ДВСК» и ОАО «Строитель» заключили соглашение о приостановлении на неопределённый срок вышеуказанного договора от 20.08.2007. Согласно приложению № 1 к данному соглашению для участия в строительстве привлечены денежные средства 44-х граждан-дольщиков на общую сумму 77 206 585 руб. Согласно приложению № 2 к данному соглашению от 11.12.2009  до приостановления действия договора от 20.08.2007 общий объём участия ЗАО «ДВСК» в строительстве объекта составил 113 032 970 руб.

В дальнейшем указанный объект неоконченного строительства оказался у АО «Строитель», которое завершило его строительство и получило разрешение на ввод в эксплуатацию с присвоением адреса: 

<

...>. Документы по строительству указанного объекта и передаче его в АО «Строитель» конкурсному управляющему не переданы.

Как указал заявитель, сведения об объемах, выполненных ЗАО «ДВСК» работ, и информация об объемах привлеченных средств граждан-дольщиков для финансирования строительства указанных объектов в бухгалтерской отчетности должника отсутствуют. Исполнительная документация по объектам строительства, первичные документы бухгалтерского учета, учитывающие движение денежных средств, товарно-материальных ценностей, сырья и материалов, отражающие начисление и выплату заработной платы работников, занятых на объектах строительства конкурсному управляющему не переданы. Отсутствие первичных документов бухгалтерского учета препятствует формированию конкурсной массы должника в части определения доли ЗАО «ДВСК» в праве собственности на жилые многоэтажные дома, построенные по вышеуказанным договорам о совместной деятельности с ОАО «Строитель».

После фактического прекращения должником в 2009 году хозяйственной деятельности, в целях затруднения получения конкурсным управляющим информации и документов должника об имуществе и совершенных сделках, а также в целях извлечения выгоды из своего недобросовестного поведения, ФИО7, являющимся фактическим руководителем должника начиная с 2015 год, была организована цепочка сменявших друг друга номинальных руководителей ЗАО «ДВСК» в лице ФИО6, Кима М.В. и ФИО2, которые не имели никакого отношения к деятельности должника, не распоряжались его имуществом и денежными средствами и не имели в своем распоряжении хозяйственной и бухгалтерской документации должника.

Согласно бухгалтерскому балансу должника за 2009 год на момент прекращения полномочий ФИО5 активы должника составляли 224594 тыс. руб. После прекращения полномочий руководителя ФИО5 единственный акционер должника ФИО7 назначил нового руководителя должника ФИО6 только 28.09.2015. В период с сентября 2009 года по 28.09.2015 не был утвержден руководитель ЗАО «ДВСК» вследствие бездействия контролирующего должника лица - ФИО7, за указанный период бухгалтерский учет у должника не велся, бухгалтерская отчетность не сдавалась. При этом согласно бухгалтерскому балансу должника за 2016 год размер активов должника составил 8 тыс. руб. Таким образом, за период отсутствия у должника руководителя ФИО7 был организован вывод из ЗАО «ДВСК» имущества на сумму 224 686 тыс. руб., что причинило существенный вред имущественным правам кредиторов и привело к невозможности удовлетворения их требований.

Отсутствие документов бухгалтерского учета и отчетности в период с сентября 2009 года по 2016 год, содержащих информацию по выбытию активов должника, по мнению заявителя, существенно затруднило проведение процедуры конкурсного производства, в том числе формирование и реализацию конкурсной массы.

Рассмотрев требования конкурсного управляющего по существу, суд первой инстанции признал их не подлежащими удовлетворению.

Повторно исследовав конкретные обстоятельства и оценив представленные в материалы дела документальные доказательства в их совокупности и взаимосвязи в соответствии со статьей 71 АПК РФ, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения апелляционной жалобы, исходя из следующего.

Согласно статье 223 АПК РФ, статье 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Под субсидиарной ответственностью понимается ответственность перед кредитором лица, не являющегося стороной по обязательству, дополнительно к ответственности другого лица - основного должника по обязательству (статья 399 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее - ГК РФ).

До вступления в силу Закона № 266-ФЗ порядок и основания привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по его обязательствам были определены в статье 10 Закона о банкротстве.

В указанную статью Федеральным законом от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» и Федеральным законом от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» (далее – Закон № 134-ФЗ) были внесены соответствующие изменения.

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

По смыслу пункта 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также, исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 ГК РФ), положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Как следует из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, в частности изложенных в постановлениях от 22.04.2014 № 12-П и от 15.02.2016 № 3-П, преобразование отношения в той или иной сфере жизнедеятельности не может осуществляться вопреки общему (основному) принципу действия закона во времени, нашедшему отражение в статье 4 ГК РФ. Данный принцип имеет своей целью обеспечение правовой определенности и стабильности законодательного регулирования в России как правовом государстве и означает, что действие закона распространяется на отношения, права и обязанности, возникшие после введения его в действие; только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные ими правовые последствия, возникшие до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу, либо, напротив, допустить в определенных случаях возможность применения утративших силу норм.

При этом согласно части 1 статьи 54 Конституции Российской Федерации закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет. Этот принцип является общеправовым и универсальным, в связи с чем акты, в том числе изменяющие ответственность или порядок привлечения к ней (круг потенциально ответственных лиц, состав правонарушения и размер ответственности), должны соответствовать конституционным правилам действия правовых норм во времени.

Поскольку обстоятельства, послужившие основанием для обращения конкурсного управляющего с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, имели место в периоды как до, так и после вступления в силу Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, а заявление о привлечении указанных лиц к субсидиарной ответственности поступило в суд после 01.07.2017, апелляционный суд пришел к выводу, что требования управляющего в части привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве должника подлежат рассмотрению с применением норм материального права в редакции Закона № 134-ФЗ, а в части непередачи ответчиками документации должника временному / конкурсному управляющего с применением норм материального права в редакции Закона № 266-ФЗ. При этом спор подлежит разрешению с применением норм процессуального права также в редакции Закона № 266-ФЗ.

В соответствии с пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 134-ФЗ) нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 указанного закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Федерального закона.

Аналогичная ответственность названных лиц установлена в пункте 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве (в действующей редакции Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством.

Согласно пункту 2 названной статьи заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 названной статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

В предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к субсидиарной ответственности входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве: момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока.

Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с нарушением обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, установленный статьей 9 Закона о банкротстве, для определения наличия оснований привлечения к субсидиарной ответственности имеет значение причинно-следственная связь между неподачей в суд заявления о признании должника банкротом и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, а также вина субъекта ответственности.

Как разъяснено в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление № 53), обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2017 № 309-ЭС17-1801, если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности либо обстоятельств, названных в абзацах 5, 7 пункта 1 статьи Закона о банкротстве не свидетельствовало об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов), и руководитель, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель с учетом общеправовых принципов юридической ответственности (в том числе предполагающих по общему правилу наличие вины) освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, когда выполнение его плана являлось разумным.

В пункте 6 Постановления № 63 разъяснено, что при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве.

Под недостаточностью имущества в силу статьи 2 Закона о банкротстве понимается – превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; под неплатежеспособностью – прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

При разрешении вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника о собственном банкротстве существенное значение имеет установление момента возникновения соответствующей обязанности. Этот момент определяется тем, когда разумный и добросовестный руководитель, оказавшийся в той же ситуации, что и руководитель должника, должен был осознать такую степень критичности положения подконтрольной организации, которая объективно свидетельствовала о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования (пункт 17 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2021), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.11.2021).

В силу пункта 4 Постановления № 53 под объективным банкротством понимается момент, в который должник стал не способен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по обязательным платежам, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной (то есть рыночной) стоимостью его активов.

Рассматриваемый вид субсидиарной ответственности является одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине контролирующих должника лиц о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов, поэтому возложение на ответчиков субсидиарной ответственности по указанному основанию возможно только по новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016, определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.12.2022 № 305-ЭС22-11886, от 31.03.2016 № 309-ЭС15-16713).

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 14 Постановления № 53, согласно общим положениям пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ и пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве в действующей редакции размер субсидиарной ответственности руководителя (участника) равен совокупному размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших в период со дня истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве.

Коллегией установлено, что ФИО2 не может быть привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в соответствии с пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 134-ФЗ), поскольку к моменту утверждения его руководителем должника (22.05.2018) в производстве арбитражного суда уже находилось принятое определением от 03.02.2017 заявление ФИО8 о признании должника банкротом. Более того, определением суда от 01.03.2018 в отношении ЗАО «ДВСК» введена процедура наблюдения.

Также коллегия не находит оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по данному основанию ФИО3, Кима М.В., ФИО5, ФИО6, ФИО7 в связи со следующим.

Материалами дела подтверждается, что при осуществлении обществом хозяйственной деятельности у ЗАО «ДВСК» образовалась задолженность, подтвержденная вступившим в законную силу решением Первомайского районного суда г. Владивостока от 09.12.2010 по делу № 2-2929/10, которым с должника в пользу кредитора ФИО8 взыскано 1 767 300 руб. по договору от 13.11.2007 № РО-102-13.11.2007 долевого участия в строительстве комплекса жилых домов по ул. Зейской (проект «51-й микрорайон. II очередь. Комплекс жилых домов по ул. Зейской»), 1 767 300 руб. неустойки, а также 15 000 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

Определением Первомайского районного суда г. Владивостока от 01.04.2016 по делу № 2-2929/10 произведена индексация присужденных сумм по решению от 09.12.2010, с должника в пользу ФИО8 взыскана сумма индексации в размере 1 701 830,87 руб.

Между тем, как установлено судом и следует из материалов дела, 20.08.2007 между ОАО «Строитель» (общество) и ЗАО «ДВСК» (заказчик-застройщик) заключен договор на строительство и сдачу в эксплуатацию многоквартирного жилого дома 2-й очереди в 51 микрорайоне (объект), по условиям которого стоимость строительства объекта формируется на основе сметной стоимости выполненных работ и фактических затрат общества и заказчика-застройщика. Заказчик-застройщик обязуется выполнить собственными силами и средствами (материалами) все работы по строительству и подготовке к вводу в эксплуатацию объекта (пункт 1.3 договора). Финансирование строительства объекта осуществляется за счет средств заказчика-застройщика, общества и привлеченных средств дольщиков в долевое строительство объекта путем заключения договоров между заказчиком-застройщиком, обществом и дольщиками. Вклад общества оценен в 5% от общей площади построенного объекта, вклад заказчика-застройщика определяется в процентном отношении от внесенных им средств (пункт 5.1 договора).

ОАО «Строитель» (общество) и ЗАО «ДВСК» 11.12.2009 (заказчик-застройщик) заключили соглашение о невозможности исполнения договора на строительство и сдачу в эксплуатацию многоквартирного жилого дома (проект 2-я очередь, группа жилых домов в «51-м микрорайоне по ул. Зейская в г. Владивостоке»), в соответствии с пунктом 1 которого стороны согласились приостановить исполнение названного договора. Согласно пункту 3 данного соглашения стороны, произведя сверку выполненных заказчиком-застройщиком объемов проектно-изыскательских и строительно-монтажных работ на объекте и объему оплаченных дольщиками денежных средств на строительство объекта, пришли к тому, что эти объемы являются равными и соответствуют друг другу по количеству.

К соглашению приложены списки 47 дольщиков (приложение № 1) и акт о контрольных обмерах работ по строительству (приложение № 2).

Стороны 11.04.2016 пришли к соглашению о том, что после ввода многоквартирного дома в эксплуатацию заказчику-застройщику передается 23 квартиры, расположенных на различных этажах (от 3 до 11), общей площадью 1396,1 кв.м, инвестору (ЖНК «Аврора») передается 171 квартира общей площадью 11167,9 кв.м, а обществу - 4 квартиры общей площадью 266,9 кв.м и 11 нежилых помещений общей площадью 802,64 кв.м.

Между ОАО «Строитель» и ЗАО «ДВСК» 16.05.2016 заключено дополнительное соглашение к договору на строительство и сдачу в эксплуатацию многоквартирного жилого дома 2-й очереди в 51 микрорайоне от 20.08.2007, которым стороны согласовали в рамках взаимных расчетов между ОАО «Строитель» и ЗАО «ДВСК» считать закрепленными за ОАО «Строитель» 23 квартиры, расположенные на различных этажах (от 3 до 11), общей площадью 1396,1 кв.м, а именно: на 3 этаже: двухкомнатная квартира № (12), общей площадью 73,4 кв.м; однокомнатная квартира № 98 (110), общей площадью 48,7 кв.м; однокомнатная квартира № 100 (112), общей площадью 53,6 кв.м; двухкомнатная квартира № 102 (114), общей площадью 93,7 кв.м. На 4 этаже: двухкомнатная квартира № (18), общей площадью 73,4 кв. м; двухкомнатная квартира № 103 (115), общей площадью 73,4 кв.м; однокомнатная квартира № 104 (116), общей площадью 48,7 кв.м; однокомнатная квартира № 105 (117), общей площадью 53,4 кв.м. На 5 этаже: двухкомнатная квартира № 113 (125), общей площадью 66 кв.м; На 6 этаже: однокомнатная квартира № (28), общей площадью 53,6 кв.м. На 7 этаже: однокомнатная квартира № (33), общей площадью 53,6 кв. м; однокомнатная квартира № 124 (136), общей площадью 53,6 кв.м. На 8 этаже: однокомнатная квартира № (40), общей площадью 53,6 кв.м; двухкомнатная квартира № (42), общей площадью 73,4 кв. м; двухкомнатная квартира № 127 (139), общей площадью 73,4 кв.м; однокомнатная квартира № 129 (141), общей площадью 53,4 кв.м; двухкомнатная квартира № 131 (143), общей площадью 66 кв. м. На 9 этаже: однокомнатная квартира № (47) общей площадью 48,7 кв.м; однокомнатная квартира № 135 (147), общей площадью 53,4 кв.м; однокомнатная квартира № 136 (148), общей площадью 53,6 кв.м. На 10 этаже: двухкомнатная квартира № 139 (151), общей площадью 73,4 кв.м. На 11 этаже: однокомнатная квартира № 146 (158), общей площадью 48,7 кв.м; однокомнатная квартира № 147 (159), общей площадью 53,4 кв. м.

Также ЗАО «ДВСК» являлось заказчиком-застройщиком многоквартирного жилого дома в жилом комплексе «Ласточкино гнездо» по ул. Кипарисовая, 2 в г. Владивостоке, который в соответствии с пунктом 3.1.2 договора на строительство и сдачу в эксплуатацию многоквартирного жилого дома в жилом комплексе «Ласточкино гнездо», заключенного между ЗАО «ДВСК» и ОАО «Строитель» от 28.12.2005, собственными и привлеченными силами и средствами выполняет весь комплекс работ по строительству жилого дома по ул. Кипарисовая, 2 в г. Владивостоке, блок-секции № 4, 5, 6, 7 вставка В-2, В-3.

11.12.2009 между ОАО «Строитель» и ЗАО «ДВСК» подписано соглашение о невозможности исполнения вышеуказанного договора.

06.06.2013 ОАО «Строитель» получено разрешение на строительство жилого дома по ул. Кипарисовая, 2 в г. Владивостоке, блок-секции № 6, 7.

10.06.2013 между ОАО «Строитель» и ООО «Владтехносервис» заключен договор на строительство и сдачу в эксплуатацию многоквартирного дома в жилом комплексе «Ласточкино гнездо» по ул. Кипарисовая, 2 в г. Владивостоке, блок-секции № 6, 7, из которого следует, что ООО «Владтехносервис» обязуется выполнить собственными и привлеченными силами и средствами все работы по строительству многоквартирного жилого дома в вышеуказанном жилом комплексе.

11.06.2015 между ЖНК «Аврора» (инвестор) и ОАО «Строитель» (застройщик) заключен инвестиционный договор, предметом которого является деятельность по реализации инвестиционного проекта с участием инвестора и застройщика по созданию результата инвестиционной деятельности - части жилого дома на 180 квартир, расположенного в районе ул. Зейская, части жилого дома на 180 квартир, расположенных в районе ул. Кипарисовая (проект «Жилой дом по ул. Кипарисовая, 2 в г. Владивостоке, блок-секции 6 и 7).

16.05.2016 между ОАО «Строитель» (общество) и ЗАО «ДВСК» (заказчик-застройщик) заключено дополнительное соглашение к договору на строительство и сдачу в эксплуатацию многоквартирного жилого дома в проекте «Жилой дом по ул. Кипарисовая, 2 в 87 микрорайоне г. Владивостока, III пусковой комплекс, блок секции № 4, 5, 6, 7 вставка В-2, В-3» от 28.12.2005, из которого следует, что в рамках взаимных расчетов между обществом и заказчиком-застройщиком считать закрепленными за обществом следующие квартиры, расположенные по адресу: 

<

...>: однокомнатная квартира № 125 (338), общей площадью 45,8 кв.м.; однокомнатная квартира №126 (339), общей площадью 46,1 кв.м.; однокомнатная квартира № 207 (423), общей площадью 46,1 кв.м.; однокомнатная квартира № 208 (424), общей площадью 46,1 кв.м.; однокомнатная квартира № 129 (344), общей площадью 45,8 кв.м.; однокомнатная квартира № 130 (345), общей площадью 46,1 кв.м.; однокомнатная квартира № 212 (430), общей площадью 46,1 кв.м.; однокомнатная квартира № 133 (350), общей площадью 45,8 кв.м.; однокомнатная квартира № 134 (351), общей площадью 46,1 кв.м.; однокомнатная квартира № 216 (436), общей площадью 46,1 кв.м.; двухкомнатная квартира № 217а (438), общей площадью 77,5 кв.м.; однокомнатная квартира № 138 (356), общей площадью 45,8 кв.м..; однокомнатная квартира № 139 (357), общей площадью 46,0 кв.м.; однокомнатная квартира № 220 (442), общей площадью 46,0 кв.м.; однокомнатная квартира № 221 (443), общей площадью 56,2 кв.м.; двухкомнатная квартира № 222 (444), общей площадью 77,5 кв.м.; однокомнатная квартира № 143 (362), общей площадью 45,8 кв.м.; однокомнатная квартира № 144 (363), общей площадью 6,0 кв.м.; однокомнатная квартира № 226 (449), общей площадью 56,2 кв.м.; двухкомнатная квартира № 227 (450), общей площадью 77,5 кв.м.; однокомнатная квартира № 149 (369), общей площадью 46,0 кв.м.; двухкомнатная квартира № 151а (372), общей площадью 66,5 кв.м.; однокомнатная квартира № 230 (454), общей площадью 46,0 кв.м.; однокомнатная квартира № 231 (455), общей площадью 56,2 кв.м.;  двухкомнатная квартира № 232 (456), общей площадью 77,5 кв.м.; однокомнатная квартира № 154 (275), общей площадью 46,0 кв.м.; однокомнатная квартира № 235 (460), общей площадью 46.0 кв.м.; двухкомнатная квартира № 237 (462), общей площадью 77,5 кв.м.; однокомнатная квартира № 159 (381), общей площадью 46,6 кв.м.; двухкомнатная квартира № 161а (384), общей площадью 66,5 кв.м.; двухкомнатная квартира № 238 (463), общей площадью 66,5 кв.м.; однокомнатная квартира № 241 (467), общей площадью 56,2 кв.м.; двухкомнатная квартира № 242 (468), общей площадью 77,5 кв.м.; однокомнатная квартира № 163 (386),            общей площадью 48,3 кв.м.; однокомнатная квартира № 164  (387),  общей площадью 46,0 кв.м.; двухкомнатная квартира № 243     (469),  общей площадью 66,5 кв.м.; однокомнатная квартира № 244 (471),            общей площадью 46,0 кв.м.; однокомнатная квартира № 246(473), общей площадью 60,1 кв.м.; двухкомнатная квартира № 247 (474), общей площадью 77,5 кв.м.; однокомнатная квартира № 168       (392),            общей площадью 48,3 кв.м.; однокомнатная квартира № 169  (393),  общей площадью 46,0 кв.м.; двухкомнатная квартира № 248(475), общей площадью 66,5 кв.м.; однокомнатная квартира № 250(478), общей площадью 46,0 кв.м.; однокомнатная квартира № 251  (479),  общей площадью 65,2 кв.м.; двухкомнатная квартира № 172     (397),  общей площадью 66,9 кв.м.; однокомнатная квартира № 173(398),  общей площадью 48,3 кв.м.; однокомнатная квартира № 174(399), общей площадью 46,0 кв.м.; однокомнатная квартира № 255    (484),  общей площадью 46,0 кв.м.; однокомнатная квартира № 256  (485),            общей площадью 65,2 кв.м.; двухкомнатная квартира № 257   (486),  общей площадью 85,1 кв.м.; однокомнатная квартира № 179    (405),  общей площадью 46,0 кв.м.; однокомнатная квартира № 181(407), общей площадью 47,9 кв.м.; однокомнатная квартира № 260(490), общей площадью 46,0 кв.м.; однокомнатная квартира № 261    (491), общей площадью 65,2 кв.м.;  однокомнатная квартира № 183  (410), общей площадью 48,3 кв.м.; однокомнатная квартира № 184  (411), общей площадью 46,0 кв.м.; двухкомнатная квартира № 263(493), общей площадью 66,5 кв.м.; однокомнатная квартира № 266(497), общей площадью 65,2 кв.м.; двухкомнатная квартира № 267  (498), общей площадью 86,5 кв.м.; однокомнатная квартира № 188 (416), общей площадью 48,3 кв.м.; однокомнатная квартира № 189 (417), общей площадью 46,0 кв.м.; однокомнатная квартира № 190 (418), общей площадью 46,0 кв.м.; однокомнатная квартира № 270 (502), общей площадью 46,0 кв.м.; однокомнатная квартира № 271 (503), общей площадью 65,2 кв.м.

Указанное выше установлено при рассмотрении обособленных споров в рамках настоящего дела по заявления конкурсного управляющего об оспаривании дополнительных соглашений от 16.05.2016; вступившими в силу определением суда первой инстанции от 31.03.2021, оставленным в силе постановлениями суда апелляционной инстанции от 03.11.2023 и суда округа от 11.02.2022, и определением суда первой инстанции от 31.01.2024, оставленного в силе постановлением суда апелляционной инстанции от 02.04.2024 в удовлетворении требований заявителя отказано.

Также при рассмотрении в рамках дела о банкротстве иного обособленного спора (по заявлению ФИО13 о включении в реестр требований кредиторов должника требования в общем размере 9 250 000 руб.) в определении суда от 13.08.2021 установлено, что из имеющихся в материалах дела о банкротстве пояснений Инспекции регионального и строительного надзора и контроля в области долевого строительства Приморского края (далее - ИРСН и КДС Приморского края) от 19.06.2018 следует, что ОАО «Строитель» с 1993 года осуществляет строительство жилых домов в 

<

...>; два дома в 1995 - 1996 годах сданы в эксплуатацию, в 2007 году обществом начато строительство третьего дома – объекта строительства «Застройка второй очереди 51 микрорайона по ул. Зейская в г. Владивостоке. I этап. Жилой дом на 180 квартир», расположенного по адресу: 

<

...>.

Строительство осуществляется, в том числе на основании разрешения от 31.12.2003 № 171/03 на строительство объекта: 2-я очередь 51 микрорайона, выданного Управлением архитектуры, градостроительства и госархстройнадзора инспекции госархстройнадзора Администрации г. Владивостока Приморского края, договора на строительство и сдачу в эксплуатацию многоквартирного жилого дома 2-й очереди в 51 микрорайоне от 20.08.2007, заключенного с ЗАО «ДАЛЬНЕВОСТОЧНАЯ СТРОИТЕЛЬНАЯ КОМПАНИЯ».

Разрешение на строительство от 31.12.2003 № 171/03 признано недействительным решением Ленинского районного суда г. Владивостока от 25.06.2008; в период с июня 2008 года по декабрь 2011 года строительство объекта не велось.

ОАО «Строитель» 12.11.2012 известило ИРСН и КДС Приморского края о начале (возобновлении) строительства объекта капитального строительства «Застройка второй очереди 51 микрорайона по ул. Зейская в г. Владивостоке. I этап. Жилой дом на 180 квартир»; лицом, осуществляющим работы по строительству объекта, является общество с ограниченной ответственностью «Владтехносервис» (далее - ООО «Владтехносервис»).

При проведении инспекцией проверочных мероприятий в отношении ЖНК «Аврора» при строительстве жилого комплекса «Озерный», расположенного по адресу: г. Владивосток, в районе ул. Зейская, 10, установлено, что под строительством названного жилого комплекса подразумевается строительство объекта «Застройка второй очереди 51 микрорайона по ул. Зейская в г. Владивостоке. I этап. Жилой дом на 180 квартир», застройщиком которого является ОАО «Строитель»; отношения общества с ЖНК «Аврора» регулируются инвестиционным договором, где последний является инвестором строительства и осуществляет финансирование за счет привлеченных средств граждан по договорам паевых взносов.

ОАО «Строитель» выполнены мероприятия, предусмотренные проектной документацией по строительству объекта «Застройка второй очереди 51 микрорайона по ул. Зейская в г. Владивостоке. I этап. Жилой дом на 180 квартир»; решением от 10.11.2017 № 14702/20У жилому дому присвоен адрес: 

<

...>; ОАО «Строитель» 05.06.2018 получено разрешение на ввод объекта в эксплуатацию № RU25304000-56/2018.

В Едином государственном реестре недвижимости (далее - ЕГРН) содержатся сведения об объекте - многоквартирный дом наименование «Застройка второй очереди 51 микрорайона по ул. Зейская. I этап» с кадастровым номером 25:28:010023:2379, а также о расположенных в доме помещениях и машино-местах (выписка из ЕГРН от 26.12.2018 № 25/011/008/2018-4822).

Кроме того, 06.06.2013 ОАО «Строитель» получено разрешение на строительство жилого дома по ул. Кипарисовая, 2 в г. Владивостоке, блок-секции № 6, 7.

10.06.2013 между ОАО «Строитель» и ООО «Владтехносервис» заключен договор на строительство и сдачу в эксплуатацию многоквартирного дома в жилом комплексе «Ласточкино гнездо» по ул. Кипарисовая, 2 в г. Владивостоке, блок-секции № 6, 7, из которого следует, что ООО «Владтехносервис» обязуется выполнить собственными и привлеченными силами и средствами все работы по строительству многоквартирного жилого дома в вышеуказанном жилом комплексе.

11.06.2015 между ЖНК «Аврора» (инвестор) и ОАО «Строитель» (застройщик) заключен инвестиционный договор, предметом которого является деятельность по реализации инвестиционного проекта с участием инвестора и застройщика по созданию результата инвестиционной деятельности - части жилого дома на 180 квартир, расположенного в районе ул. Зейская, части жилого дома на 180 квартир, расположенных в районе ул. Кипарисовая (проект «Жилой дом по ул. Кипарисовая, 2 в г. Владивостоке, блок-секции 6 и 7»).

16.05.2016 между ОАО «Строитель» (общество) и ЗАО «ДВСК» (заказчик-застройщик) заключено дополнительное соглашение к договору на строительство и сдачу в эксплуатацию  многоквартирного жилого дома в проекте «Жилой дом по ул. Кипарисовая, 2 в 87 микрорайоне г. Владивостока, III пусковой комплекс, блок секции № 4, 5, 6, 7 вставка В-2, В-3» от 28.12.2005, из которого следует, что в рамках взаимных расчетов между обществом и заказчиком-застройщиком считать закрепленными за обществом квартиры, расположенные по адресу: 

<

...>.

ОАО «Строитель» 10.09.2018 получило разрешение № RU25304000-95/2018 на ввод жилого дома № 2 по ул. Кипарисовая в эксплуатацию.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, учитывая, что ОАО «Строитель» выполнены мероприятия, предусмотренные проектной документацией по строительству объектов «Жилой дом по ул. Кипарисовая, 2 в г. Владивостоке, блок-секции 6 и 7» и «Застройка второй очереди 51 микрорайона по ул. Зейская в г. Владивостоке. I этап. Жилой дом на 180 квартир», ОАО «Строитель» получило разрешения на ввод жилых домов в эксплуатацию, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что возникновение в указанный период задолженности перед конкретными кредиторами не свидетельствует о том, что должник автоматически стал отвечать признакам неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества в целях привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по подаче заявления о банкротстве. В случае, если имеются неисполненные перед кредиторами обязательства, у руководителя должника не возникает безусловной обязанности обратиться в суд с заявлением о признании последнего банкротом. обязанность контролирующих должника лиц по обращению в суд с заявлением о банкротстве в спорный период не возникла.

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушения прав и законных интересов других лиц. Ухудшение финансового состояния юридического лица в процессе его обычной хозяйственной деятельности не отнесено статьей 9 Закона о банкротстве к обстоятельствам, обязывающим ответственных лиц обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника.

Субсидиарная ответственность руководителя ограничивается объемом обязательств перед обманутыми кредиторами, то есть объемом обязательств, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве. Момент, когда возникли конкретные обстоятельства, предусмотренные пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, в том числе невозможность удовлетворения требований кредиторов в случае удовлетворения требований одного из них, неплатежеспособность или недостаточность имущества, конкурсным управляющим не определен и не обоснован. Как следствие, конкурсным управляющим не определен обязательств перед кредиторами, возникших после указанной даты. В рассматриваемом случае суд пришел к верному выводу о том, что конкурсным управляющим не доказано наличие у должника новых обязательств перед конкурсными кредиторами, которые могли бы послужить основанием для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве.

Соглашаясь с приведенными выводами суда первой инстанции, коллегия отмечает, что фактически в период, когда ответчики являлись контролирующими должника лицами, по мнению конкурсного управляющего, производилось строительство жилых домов, которые впоследствии были сданы, принимались меры по исполнению обязательств перед дольщиками, ввиду чего презюмировать, что до возбуждения настоящего дела о банкротстве по заявлению ФИО8 в 2016 году у контролирующих должника лиц возникла безусловная обязанность обратиться в суд заявлением о признании должника банкротом, не представляется возможным.

Коллегия учитывает приведенные в суде апелляционной инстанции пояснения ФИО5, из которых следует, что в действиях контролирующих должника лиц отсутствует недобросовестность, поскольку неподача заявления о банкротстве и продолжение деятельности отвечали интересам дольщиков.

Кроме того, в отношении единственного акционера должника ФИО7 коллегия установила, что Законом о банкротстве в применяемой редакции не предусмотрена ответственность необращение акционера с заявлением о банкротстве должника.

Также ФИО7 заявлено о пропуске срока исковой давности.

Применяемая норма абзаца четвертого пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве содержала указание на необходимость применения двух сроков исковой давности:

- однолетнего субъективного, исчисляемого по правилам, аналогичным пункту 1 статьи 200 ГК РФ (в редакции Федерального закона от 07.05.2013 № 100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации»);

- трехлетнего объективного, исчисляемого со дня признания должника банкротом.

Согласно статье 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

В силу пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона № 134-ФЗ), заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 указанной статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом. В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом.

В пункте 59 Постановления № 53 разъяснено, что срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, исчисляется с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или обычный независимый кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств: о лице, имеющем статус контролирующего, его неправомерных действиях (бездействии), причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами (без выяснения точного размера такой недостаточности).

Как правильно установил суд первой инстанции применительно к рассматриваемому основанию привлечению к субсидиарной ответственности, субъективный годичный срок исковой давности по заявлению конкурсного управляющего начал течь с введения процедуры конкурсного производства и назначения судом конкурсного управляющего, то есть не позднее 16.10.2018 (дата объявления резолютивной части о признании должника банкротом и введении конкурсного производства), и истек 16.10.2019.

Заявление о привлечении ФИО2, ФИО3, Кима М.В., ФИО5, ФИО6 к субсидиарной ответственности было подано в Арбитражный суд Приморского края 29.12.2018 (дата поступления в систему Мой арбитр). Впоследствии 18.10.2021 от конкурсного управляющего поступило ходатайство об уточнении заявленных требований, в котором в качестве ответчика указан ФИО7, то есть за пределами годичного срока исковой давности.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено ответчиком, является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных конкурсным управляющим в соответствии с пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 134-ФЗ) требований.

В отношении заявления конкурсного управляющего о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ввиду невозможности полного погашения требований кредиторов в результате непередачи документации должника коллегия пришла к следующему.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в случае, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (подпункт 2); документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены (подпункт 4).

Согласно разъяснениям, данным в пункте 24 Постановления № 53, в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника.

В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации (абзац третий пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве).

Положения подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности:

1) организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника;

2) ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Положения подпункта 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве применяются в отношении единоличного исполнительного органа юридического лица, а также иных лиц, на которых возложены обязанности по составлению и хранению документов (пункт 6 указанной статьи).

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункт 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

К руководителю должника не могут быть применены презумпции, установленные подпунктами 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если необходимая документация (информация) передана им арбитражному управляющему в ходе рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности. Такая передача документации (информации) не исключает возможность привлечения руководителя к ответственности в виде возмещения убытков, вызванных просрочкой исполнения обязанности, или к субсидиарной ответственности по иным основаниям.

В силу пункта 3.2 статьи 64 Закона о банкротстве не позднее пятнадцати дней с даты утверждения временного управляющего руководитель должника обязан предоставить временному управляющему и направить в арбитражный суд перечень имущества должника, в том числе имущественных прав, а также бухгалтерские и иные документы, отражающие экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения. Ежемесячно руководитель должника обязан информировать временного управляющего об изменениях в составе имущества должника.

Арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 ГК РФ. По результатам рассмотрения соответствующего обособленного спора выносится судебный акт, который может быть обжалован в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 223 АПК РФ.

В пункте 47 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что в силу пункта 3.2 статьи 64 Закона о банкротстве не позднее пятнадцати дней с даты утверждения временного управляющего руководитель должника обязан предоставить временному управляющему и направить в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве, перечень имущества должника, в том числе имущественных прав, а также бухгалтерские и иные документы, отражающие экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения; ежемесячно руководитель должника обязан информировать временного управляющего и арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве, об изменениях в составе имущества должника.

В пункте 2 статьи 129 Закона о банкротстве на конкурсного управляющего возложена обязанность по принятию в ведение имущества должника, проведению его инвентаризации и оценки, по принятию мер по обеспечению сохранности имущества должника, по проведению анализа его финансового состояния, по предъявлении к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании, по предъявлении возражений относительно требований кредиторов, предъявленных к должнику, по принятию мер, направленных на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц.

Для осуществления своих обязанностей арбитражному управляющему необходимо иметь бухгалтерскую и иную документацию должника.

Бухгалтерская документация, касающаяся дебиторской задолженности должника, необходима конкурсному управляющему для предъявления требований о погашении задолженности дебиторам должника и пополнении за счет этих действий конкурсной массы. Отсутствие данной документации существенно уменьшает возможности пополнения конкурсной массы.

В свою очередь, Федеральным законом от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее - Закон о бухгалтерском учете) обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета возложена на руководителя экономического субъекта.

Наличие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности у руководителя должника предполагается и является обязательным требованием закона.

Таким образом, неисполнение руководителем должника возложенной Законом о банкротстве обязанности либо ее исполнение не в полном объеме, а именно: непередача документации должника конкурсному управляющему, препятствует осуществлению конкурсным управляющим возложенных на него обязанностей, в том числе, по выявлению, инвентаризации и реализации имущества должника в целях соразмерного удовлетворения требований кредиторов в установленные сроки, препятствует формированию конкурсной массы и наиболее полного удовлетворения требований кредиторов.

Из представленного ответа ФИО4 в ответ на запрос временного управляющего от 26.02.2018 следует, что ему передан договор займа от 08.04.2016.

Конкурсный управляющий 10.12.2018 обратился в арбитражный суд с ходатайством (с учетом уточнения) об истребовании у бывших руководителей должника ФИО3, ФИО2, Кима М.В., ФИО5 и ФИО6 бухгалтерской документации и ценностей ЗАО «ДВСК».

Согласно описи вложения в ценное письмо от 09.04.2019 конкурсному управляющему ФИО2 передана часть документов в отношении должника, в частности, свидетельство о государственной регистрации, уставы ЗАО «ДВСК», изменения к нему. Бухгалтерская документация, иные первичные документы по хозяйственной деятельности должника не переданы.

Определением суда от 18.08.2020 по настоящему делу, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 09.11.2020, постановлением суда округа от 22.04.2021, на ФИО2 возложена обязанность передать конкурсному управляющему следующие документы и сведения:

- гражданско-правовые договоры, заключенные ЗАО «ДВСК», дополнительные соглашения к ним, в том числе: соглашение о распределении долей от 11.04.2016 № 20160201-1, заключенное между ЗАО «ДВСК», ОАО «Строитель», ООО «Владтехносервис», ЖНК «Аврора», дополнительное соглашение к договору № 1 от 16.05.2016, заключенное между ОАО «Строитель» и ЗАО «ДВСК»;

- первичные документы бухгалтерского учёта ЗАО «ДВСК» за 2013-2018 годы;

- кассовые и банковские документы ЗАО «ДВСК» за 2013-2018 годы;

- перечень имущества должника, в том числе имущественных прав по состоянию на 16.10.2018;

- реестр дебиторской задолженности ЗАО «ДВСК» по состоянию на 16.10.2018;

- перечень участников строительства, денежные средства которых на договорной основе привлекались ЗАО «ДВСК» для финансирования строительства жилых многоэтажных домов, с указанием фамилии, имени, отчества, адресов проживания, суммы оплаченных денежных средств, сведений о жилом помещении (в том числе о его площади), являющемся предметом договора и сведений о передаче его участнику строительства;

- ведомости обязательной ежегодной инвентаризации имущества и финансовых обязательств должника ЗАО «ДВСК», иные документы об инвентаризации активов в 2013-2018 годах;

- приказы об утверждении учетной политики на 2016 год, 2017 год, 2018 год;

- бухгалтерские балансы со всеми приложениями, составлявшиеся в период с 2013 по 2017 годы;

- расчётные ведомости за период с 22.05.2018 по 16.10.2018;

- документы кадрового учёта ЗАО «ДВСК», составлявшиеся в 2013-2018 годах.

Установив, что 14.05.2018 ФИО4 передал ФИО2 круглую печать должника, учредительные документы общества, свидетельства о государственной регистрации юридического лица, о постановке на учет в налоговом органе и о внесении сведений в ЕГРЮЛ, что доказательств, свидетельствующих о принятии ФИО2 мер, направленных на истребование документации должника у предыдущего руководителя Кима М.В., в том числе направление запросов бывшим руководителям о предоставлении документации должника, равно как и доказательств осуществления обязанности по проведению мероприятий по восстановлению документации ЗАО «ДВСК», ФИО2 как руководителем должника в материалы дела не представлены, суды пришли к выводу о наличии оснований для удовлетворения заявления конкурсного управляющего в части возложения на ФИО2 обязанности передать конкурсному управляющему документы, в отношении которых отсутствуют доказательства их направления конкурсному управляющему, и хранение (восстановление в случае утраты) которых является обязательным для руководителя хозяйственного общества в силу статей 6, 7, 9, 29 Закона № 402-ФЗ.

Отказывая в удовлетворении требования конкурсного управляющего об истребовании у ФИО3, Кима М.В., ФИО5, ФИО6 бухгалтерской документации и ценностей должника, суды пришли к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения данного требования ввиду того, что данные лица не осуществляли функции единоличного исполнительного органа должника на момент наступления обязанности по передаче документов конкурсному управляющему, доказательств, свидетельствующих о том, что указанные лица последовательно не передали какие-либо документы общества последующему руководителю и последний руководитель должника обращался к указанным лицам за истребованием какой-либо недостающей документации, связанной с хозяйственной деятельностью общества в материалах дела не имеется.

Относительно ФИО3 судами также учтено отсутствие в истребованном перечне документации, срок хранения которой не истек.

Суды указали, что обязанным в смысле статьи 307 ГК РФ перед конкурсным управляющим лицом является именно ФИО2, а не иные указанные в заявлении лица, в связи с чем предъявленные к ним требования о передаче указанных документов и сведений удовлетворению не подлежат.

Отказывая в удовлетворении требований в части истребования исполнительной документации и рабочих проектов по строительству многоквартирных домов, понуждения передать в распоряжение управляющего цеха железобетонных конструкций и площадку СУМ, суды исходили из наличия в деле документов, подтверждающих право собственности иного лица на объекты недвижимости, расположенные по адресам 

<

...> и отсутствия оснований полагать, что в распоряжении должника должна была иметься такая документация и рабочие проекты по строительству многоквартирных домов, застройщиком которых к моменту открытия конкурсного производства ЗАО «ДВСК» не являлось.

Требование о передаче документов, подтверждающих право собственности и иные вещные права должника на прочие объекты недвижимого имущества, признано судами необоснованным по мотиву недоказанности конкурсным управляющим факта существования такого имущества, указав, что сам по себе факт эксплуатации должником в определенный период ряда производственных объектов, отнесенных к категории опасных, не свидетельствует о наличии у должника права собственности на такое имущество.

Отклоняя требование о передаче конкурсному управляющему транспортного средства – легкового автомобиля марки ISUZU MU 1991 года выпуска, гос. номер 

<

***>, суды руководствовались положениями пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве, правовой позицией, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 22.07.2019 № 306-ЭС19-2986 по делу № А65-27205/2017, исходили из отсутствия в материалах дела доказательств, подтверждающих нахождение в распоряжении ФИО2 указанного транспортного средства, констатировав, что владение транспортным средством ISUZU MU, 1991 года выпуска, гос. номер 

<

***>, должником утрачено.

При рассмотрении настоящего спора конкурсным управляющим приведены доводы о том, что ФИО7, являющимся фактическим руководителем должника начиная с 2015 года, была организована цепочка сменявших друг друга номинальных руководителей ЗАО «ДВСК» в лице ФИО6, Кима М.В. и ФИО2, которые не имели никакого отношения к деятельности должника, не распоряжались его имуществом и денежными средствами и не имели в своем распоряжении хозяйственной и бухгалтерской документации должника. ФИО7 находится в отношениях родства с бывшим руководителем должника ФИО5, являющимся его сыном, что давало ФИО7 дополнительные возможности по определению действий должника до его банкротства

В свою очередь, ФИО7 сослался на отсутствие доказательств дачи им распоряжения руководителям должника, определения условий сделок или указаний, с кем их заключать, руководства финансово-хозяйственными вопросами деятельности должника. На ФИО7 как на акционера не возложены обязанности по хранению и передаче документации, поэтому он не может нести ответственность за их неисполнение.

ФИО6 указал, что доступа к документации общества не имел, а истребуемая документация от предыдущего директора ему не передавалась. Не получив доступа к документам за три месяца (с 28.09.2015 по 28.12.2015), отказался продлевать полномочия руководителя, о чём уведомил ИФНС по месту ведения юридического лица.

Из протокола допроса свидетеля ФИО14 от 18.11.2015 следует, что при назначении его и.о. директора ФИО7 сообщил, что от него требуется только подписание договоров; ФИО7 был фактически управляющим компании, согласование всех рабочих вопросов происходило только с ним, все директора подчинялись ему; никаких решений по работе компании ФИО14 не принимал.

Оценив вышеуказанные пояснения участников спора в совокупности с имеющими в деле доказательствами, коллегия пришла к следующим выводам.

Как следует из определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.01.2023 № 305-ЭС21-18249(2,3), законодательством о банкротстве предусмотрена возможность привлечения к ответственности как фактических (теневых), так и номинальных контролирующих лиц (пункт 9 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Смысл и предназначение номинального контролирующего лица (в частности, руководителя) состоят в том, чтобы обезопасить действительных бенефициаров от негативных последствий принимаемых по их воле недобросовестных управленческих решений, влекущих несостоятельность организации. В результате назначения номинальных руководителей создается ситуация, при которой имеются основания для привлечения к ответственности лиц, формально совершивших недобросовестное волеизъявление. При этом внешне условия для возложения ответственности на теневых руководителей (иного контролирующего лица) не формируются по причине отсутствия как информации об их личности, так и письменных доказательств их вредоносного поведения.

Тем самым происходит перекладывание ответственности с реально виновных лиц на номинальных, что в конечном итоге нарушает права кредиторов на получение возмещения, поскольку номинальные руководители не являются инициаторами действий, повлекших банкротство, и, как правило, не имеют имущества, достаточного для погашения причиненного ими вреда. При этом бенефициары, избежавшие ответственности, подобным способом извлекают выгоду из своего недобросовестного поведения.

Очевидно, что такое положение дел не может являться допустимым. Именно поэтому к субсидиарной ответственности подлежат привлечению как теневые, так и номинальные контролирующие лица солидарно (абзац второй пункта 6 Постановления № 53). Первые - поскольку в результате именно их виновных действий стало невозможным погасить требования кредиторов, вторые - поскольку они своим поведением содействовали сокрытию личности действительных правонарушителей.

Предусмотренная абзацем вторым пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве обязанность руководителя передать документацию должника конкурсному управляющему в равной степени (солидарно) распространяется как на номинального, так и на фактического руководителя. Неисполнение этой обязанности влечет возможность впоследствии применить презумпцию доведения до несостоятельности, предусмотренную подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Наличие статуса бенефициара корпоративной группы еще не свидетельствует о том, что такое лицо является фактическим директором тех компаний группы, где формально должность руководителя занимает номинальное лицо. Бенефициар, как правило, не управляет ежедневной текущей деятельностью подконтрольных ему корпораций. В то же время он в силу принадлежащего ему контроля должен располагать сведениями о лицах, которые не только номинально, но и фактически осуществляют функции руководителя.

При возникновении соответствующего спора на бенефициара может быть возложена обязанность раскрыть информацию о таких лицах. При неисполнении соответствующей обязанности последствия допущенного фактическим руководителем нарушения могут быть вменены этому бенефициару, поскольку именно он создает модель управления, при которой теневой директор совершает противоправные действия и его выявление становится невозможным.

Отказывая в удовлетворении требований, суд первой инстанции, в том числе исходил из того, что не доказан факт наличия у ФИО3, ФИО2, ФИО4, ФИО5 и ФИО6 как руководителей должника и ФИО7 как акционера должника возможности оказывать влияние на деятельность должника.

Коллегия находит обоснованным вывод суда первой инстанции в отношении ФИО3, ФИО6, ФИО4 и ФИО2, поскольку доказательств, в том числе косвенных,  свидетельствующих об  обратном, заявителем в дело представлено. Также судом принято во внимание, что полномочия ФИО3 прекращены в 2008 году, то есть в период осуществления должником строительства объектов по договорам от 28.12.2005 и 20.08.2007, до возникновения указанных выше обстоятельств, связанных с приостановлением в 2009 году строительства и совершением  должником и иными лицами в дальнейшем действий, направленных на исполнение обязательств перед дольщиками в  рамках данных договоров. Остальные ответчики были назначены на должность руководителя должника в период, когда должник фактически уже не осуществлял хозяйственную деятельность.

Вместе с тем  коллегия не может согласится с выводом суда первой инстанции относительно влияния ФИО7 и ФИО5 на деятельность ЗАО «ДВСК».

Согласно представленным в материалы дела доказательствам ФИО7 являлся контролирующим должника лицом, поскольку с 2005 года и по настоящее время является единственным акционером должника. Следовательно, довод заявителя о том, что ФИО7 имел возможность определять действия должника до введения процедуры банкротства, в том числе путём назначения руководителей общества, является правомерным (указанное подтверждается и протоколами собраний акционеров должника). Назначенный ФИО7 на должность руководителя должника в 2008 году ФИО5 находится в отношениях родства с ним (отец-сын), что давало ФИО7 дополнительные возможности по определению действий должника до его банкротства. При этом, исходя из позиции ответчиков,  фактически полномочия ФИО5 прекращены в 2009 году в связи с его дисквалификацией по решению суда от 06.10.2009. Однако доказательств назначения ФИО7 после указанной даты и вплоть до 28.09.2015 нового руководителя должника в дело не представлено.

Учитывая то, что руководитель должника не был назначен акционером в течение 6 лет, в отсутствие документально обоснованных возражений ФИО7 и ФИО5, в частности, раскрытия сведений о том, кто в указанный период являлся действительным руководителем должника, учитывая, что сын акционера ФИО5 с 11.08.2008 до принятия постановления мирового судьи судебного участка № 12 Первомайского района г. Владивостока от 06.10.2009 по делу № 5-756/09 являлся законно назначенным  руководителем должника, при том, что следующий руководитель назначен только в 2015 году, принимая во внимание полноту пояснений ФИО5, представленных в суд апелляционной инстанции, относительности деятельности должника, коллегия пришла к выводу о том, что, как минимум, с 2008 года вплоть до введения процедуры наблюдения лицами, которые могли оказывать реальное влияние на деятельность должника, являлись ФИО7 как единственный акционер должника и ФИО5 как заинтересованное с ним лицо (бенефициары). Остальные ответчики являлись номинальными контролирующими лицами, в связи с чем не обладали всей полнотой сведений о деятельности должника.

Вместе с тем коллегия не усматривает оснований для привлечения к субсидиарной ответственности как бенефициаров, так и номинальных контролирующих лиц, в связи со следующим.

Как правильно указано судом первой инстанции, обязательным условием возложения на руководителя должника субсидиарной ответственности за непередачу документации конкурсному управляющему является затруднение или невозможность проведения процедур, применяемых в деле о банкротстве и удовлетворение требований кредиторов. Наличие судебного акта об истребовании у ответчика документации и передача документации должника не в полном объеме само по себе не может являться единственным и безусловным основанием для привлечения последнего к субсидиарной ответственности.

Положения закона предусматривают субсидиарную ответственность контролирующего лица не за любую непередачу документов, а за непередачу документов, которые не позволили сформировать конкурсную массу. Названная ответственность, является гражданско-правовой, и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 ГК РФ об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда.

Судом первой инстанции обоснованно учтено, что конкурсным управляющим оспорены сделки должника, выполнен финансовый анализ деятельности должника. Не представлены доказательства умышленного сокрытия ответчиками документов, свидетельствующих о наличии у должника иного имущества, возможного для реализации и погашения требований кредиторов. Не подтверждено, что действия (бездействие) ответчиков по непередаче бухгалтерских документов должника привели к существенным затруднениям в проведении процедуры банкротства и формированию конкурсной массы должника.

Отклоняя доводы конкурсного управляющего о том, что отсутствие первичных документов бухгалтерского учета препятствует формированию конкурсной массы должника в части определения доли ЗАО «ДВСК» в праве собственности на жилые многоэтажные дома, построенные по вышеуказанным договорам о совместной деятельности с ОАО «Строитель», коллегия исходит из следующего.

Как указано выше, в рамках данного дела о банкротстве конкурсный управляющий ФИО12 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным дополнительного соглашения от 16.05.2016 к договору от 20.08.2007 на строительство и сдачу в эксплуатацию многоквартирного жилого дома по ул. Зейской, 14, проект «Застройка второй очереди 51 микрорайона по ул. Зейская в г. Владивостоке, I этап. Жилой дом на 180 квартир», заключенного между ЗАО «ДВСК» и ОАО «Строитель»; применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника 23 квартир, расположенных по адресу: 

<

...> (проект «Застройка второй очереди 51 микрорайона по ул. Зейская в г. Владивостоке, I этап. Жилой дом на 180 квартир») и поименованных в спорном соглашении.

Определением суда от 31.03.2021, оставленным без изменения постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 03.11.2021, постановлением Арбитражного суда Дальневосточного округа от 11.02.2022, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано.

Учтя заключенное между ОАО «Строитель» и ЗАО «ДВСК» соглашение от 11.12.2009 о невозможности исполнения договора на строительство и сдачу в эксплуатацию многоквартирного жилого дома (проект 2-я очередь, группа жилых домов в «51-м микрорайоне по ул. Зейская в г. Владивостоке»), а также приняв во внимание, что в период с июня 2008 года по декабрь 2011 года строительство объекта не велось, а 12.11.2012 застройщик ОАО «Строитель» известил ИРСН и КДС Приморского края о начале (возобновлении) строительства объекта капитального строительства «Застройка второй очереди 51 микрорайона по ул. Зейская в г. Владивостоке. I этап. Жилой дом на 180 квартир», при этом лицом, осуществляющим работы по строительству объекта, являлось ООО «Владтехносервис», суды пришли к выводу о том, что 23 квартиры, переданные от ЗАО «ДВСК» в пользу общества, не принадлежали должнику, а являлись предметом заключенных между последним и дольщиками договоров долевого участия.

Установив, что в результате совершения дополнительного соглашения от 16.05.2016 к договору от 20.08.2007 дольщики по заключенным с ЗАО «ДВСК» договорам долевого участия получили соразмерное удовлетворение своих требований пропорционально их вкладам в строительство, суды пришли к выводу о том, что оспариваемая сделка не повлекла причинение вреда имущественным правам кредиторов, в связи с чем в признании ее недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве отказано.

При этом проверив в соответствии с абзацем четвертым пункта 4 постановления Пленума № 63 довод о наличии оснований для квалификации оспариваемого соглашения как сделки, совершенной в отсутствие равноценного встречного исполнения, суд первой инстанции также не усмотрел условий для признания ее недействительной в соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Доводы о том, что оспариваемым дополнительным соглашением причинен вред имущественным правам кредиторов должника, поскольку сделка не предусматривает оплаты за переданные ответчику квартиры и совершена безвозмездно между заинтересованными лицами; действия ОАО «Строитель» совершены в обход закона со злоупотреблением правом со стороны участников подозрительной сделки, не нашли своего подтверждения материалами дела. Как верно отметил суд апелляционной инстанции, все спорные 23 квартиры распределены между гражданами-участниками долевого строительства многоквартирного дома по ул. Зейская, д. 14, которые передали свои денежные средства должнику для инвестирования в строительство жилого дома; по сути, оспариваемое дополнительное соглашение имело своей целью не распределение квартир ОАО «Строитель», а оформление права собственности дольщиков на данные квартиры; передавая квартиры дольщикам, ОАО «Строитель» исполнило не собственные обязательства перед ними, а обязательства должника.

Также конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной сделки - дополнительного соглашения от 16.05.2016 к договору на строительство и сдачу в эксплуатацию многоквартирного жилого дома в жилом комплексе «Ласточкино гнездо» (проект «Жилой дом по ул. Кипарисовая, 2 в 87 микрорайоне г. Владивостока, III пусковой комплекс, блок секции № 4, 5, 6, 7 вставка В-2, В-3») от 28.12.2005, заключенному между ЗАО «ДВСК» и ОАО «Строитель»; о применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника 64 квартир, расположенных по адресу: 

<

...>, и поименованных в дополнительном соглашении от 16.05.2016 к договору на строительство и сдачу в эксплуатацию многоквартирного жилого дома в жилом комплексе «Ласточкино гнездо» (проект «Жилой дом по ул. Кипарисовая, 2 в 87 микрорайоне г. Владивостока, III пусковой комплекс, блок секции № 4, 5, 6, 7 вставка В-2, В-3») от 28.12.2005.

Определением суда от 31.01.2024, оставленным без изменения постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 02.04.2021, в удовлетворении заявленных конкурсным управляющим требований отказано.

Суды установили, что в рассматриваемом случае заявитель не доказал, что оспариваемой сделкой причинен вред имущественным правам кредиторов должника, поскольку в настоящее время ОАО «Строитель» выполнены мероприятия, предусмотренные проектной документацией по строительству объекта ул. Кипарисовая, 2 в г. Владивостоке, блок-секции № 6, 7; 10.09.2018 ОАО «Строитель» получило разрешение № RU25304000- 95/2018 на ввод жилого дома в эксплуатацию

Учитывая заключение 11.12.2009 между ОАО «Строитель» и ЗАО «ДВСК» соглашения о невозможности исполнения договора на строительство и сдачу в эксплуатацию многоквартирного жилого дома, принимая во внимание, что в период с июня 2008 года по 2013 года строительство объекта не велось, при этом лицом, осуществляющим работы по строительству объекта, является ООО «Владтехносервис», квартиры, переданные по дополнительному соглашению от 16.05.2016 от ЗАО «ДВСК» к ОАО «Строитель», не принадлежали ЗАО «ДВСК», а являлись предметом заключенных между ЗАО «ДВСК» и дольщиками договоров долевого участия.

Оспариваемое дополнительное соглашение имело своей целью не распределение квартир ОАО «Строитель», а упрощение оформления права собственности дольщиков на данные квартиры. Передавая квартиры дольщикам, ОАО «Строитель» исполнило не собственные обязательства перед ними, а обязательства должника.

В настоящем случае коллегия пришла к выводу, что конкурсный управляющий не доказал, что передача каких-либо иных документов, кроме представленных и исследованных в рамках указанных обособленных споров, в частности, самих договоров, дополнительных соглашений к ним, в том числе соглашения от 11.12.2009 о невозможности исполнения вышеуказанного договора, списков дольщиков (что опровергает позицию конкурсного управляющего о непередаче документации должника), приведет к пополнению конкурсной массы за счет каких-либо долей в названных многоквартирных жилых домах, возможных к оформлению на должника.

Исходя из сведений, представленных в материалы спора по договору от 20.08.2007 между ОАО «Строитель» (общество) и ЗАО «ДВСК» (заказчик-застройщик) на строительство и сдачу в эксплуатацию многоквартирного жилого дома 2-й очереди в 51 микрорайоне (объект), коллегия пришла к выводу, что, в отсутствие иных доказательств, при том, что основная деятельность должника сводилась к строительству двух многоквартирных домов по договорам от 28.12.2005, от 20.08.2007, коллегия пришла к выводу, что квартиры по ул. Зейской 14 переданы дольщикам должника (реестр дольщиков). Передавая квартиры дольщикам, ОАО «Строитель» очевидно исполнило не собственные обязательства перед ними, а обязательства должника.

При этом самим конкурсным управляющим в материалы дела представлено заключение эксперта от 31.03.2017, из которого усматривается, что передача эксперту договоров долевого участия в строительстве жилого дома по ул. Кипарисовской 2 и по ул. Зейская 10-12 в трех коробках. Таким образом, у конкурсного управляющего имелась возможность истребовать самостоятельно данные документы. Более того, сведения, указанные в них, отражены в экспертизе.

Соглашение от 11.12.2009 с приложением списка должника и оплаты квартир представлено в материалы настоящего дела конкурсным управляющим.

В отношении бухгалтерского баланса должника коллегией установлено, что, действительно, согласно бухгалтерскому балансу должника за 2009 год на момент прекращения полномочий ФИО5 активы должника составляли 224 594 тыс. руб., за 2016 год размер активов должника уже составил 8 тыс. руб.

Вместе с тем, как следует из бухгалтерского баланса ЗАО «ДВСК» по состоянию на 31.12.2009, на конец отчетного периода ЗАО «ДВСК» располагало следующими активами: 184 802 000 руб. внеоборотных активов, из которых 732 000 руб. – нематериальные активы, 616 000 руб. – основные средства, 183 454 000 руб. – незавершенное строительство);  39 792 000 руб. оборотных активов, из которых 39 792 000 руб. – дебиторская задолженность покупателей и подрядчиков).

Как указывает ФИО5 и подтверждается материалами дела, незавершенное строительство - капитальные вложения, произведенные ЗАО «ДВСК» суммарно по всем объектам незавершенного строительства. Вступившими в законную силу судебными актами как в рамках настоящего банкротного дела, так и в деле № А51-4515/2019, установлено, что 113 032 970 руб. из них составляли вклад ЗАО «ДВСК» в проект на ул. Зейской 14. ОАО «Строитель» завершило строительство объекта на ул. Зейской 14 силами ООО «Владтехносервис» на средства ЖНК «АВРОРА» и фактически исполнило обязанность должника по передаче квартир дольщикам, в связи с чем денежные средства в размере 113 032 970 руб. не подлежали взысканию с ОАО «Строитель» в пользу ЗАО «ДВСК».

В части 70 421 030 руб. ФИО5 приведены пояснения о том, что в с 2004 по 2008 год ЗАО «ДВСК» также выполняло работы по реализации проекта «Индивидуальный жилой дом переменной этажности по ул. Овчинникова, д. 18-20». Однако в месте проведения работ было обнаружено неизвестное захоронение, в связи с чем по требованию прокурора решение о продлении разрешения на строительство № 31/04 было признано недействительным, зарегистрированное право собственности ЗАО «ДВСК» на объект незавершенного строительства (инвентарный номер 05:401:002:000226990) также признано недействительным (решение Первореченского районного суда г. Владивостока от 05.02.2008 по делу № 2-94/08). По требованию прокурора на ЗАО «ДВСК» возложена обязанность снести самовольную постройку, что подтверждается представленным в дело решением Первореченского районного суда г. Владивостока от 24.07.2008 по делу № 2-1852/08. Готовность объекта на ул. Овчинникова в 2008 году составляла 2,1%. Сметная стоимость фактически выполненных работ и затрат, связанных с возведением конструкций фундамента, составила 85 403 890,74 руб. (заключение № 165/2009 от 01.07.2009, составленное ООО «КК «Артур Эксперт»). Решением Арбитражного суда Приморского края от 28.01.2016 по делу № А51-20018/2015 способ исполнения решения суда был изменен, объект незавершенного строительства был снесен Администрацией г. Владивостока, а с ЗАО «ДВСК» было взыскано 1 281 959 руб. в пользу Администрации г. Владивостока.

В части 39 792 000 руб. дебиторской задолженности представлены пояснения, из которых следует, что указанная сумма задолженности ожидалась к поступлению от дольщиков по всем объектам, договоры с которыми предусматривали условие о рассрочке платежа. Вместе с тем, поскольку обязательства по объекту на ул. Овчинникова не могли быть исполнены ни должником, ни третьим лицом, уплаченные по договорам денежные средства подлежали возврату дольщикам. Дольщикам было предложено либо расторгнуть договоры и получить денежные средства, либо изменить предмет договоров на недвижимое имущество в других объектах – на ул. Зейской или ул. Кипарисовой, в результате чего ЗАО «ДВСК» понесло значительные финансовые потери, однако рассчиталось с кредиторами. Дольщики проекта на ул. Овчинникова в настоящем деле о банкротстве участия не принимают, требования не заявляли, что объясняет отсутствие активов к 2016 году.

В отношении 732 000 руб. нематериальных активов по бухгалтерскому балансу от 2009 приведены пояснения о том, что в 2009 году ЗАО «ДВСК» обладало следующими нематериальными активами: исключительное право на полезную модель «Безригельный каркас здания» («Безригельный каркас КУБ-2,5»); исключительное право на коммерческое обозначение «ДВСК». Полезная модель «Безригельный каркас здания» относится к области строительства, в частности, к конструкциям сборно-каркасных зданий и сооружений. Была зарегистрирована в 1995 году патентообладателем ООО - Фирма «Куб» (свидетельство № 594). ЗАО «ДВСК» приобрело исключительное право на использование указанной технологии на территории Дальнего Востока по лицензионному договору на срок до 2015 года. На сегодняшний день срок патентной охраны истек, технология перешла в общественное достояние, в связи с чем указанное право не могло быть реализовано для пополнения конкурсной массы. Коммерческое обозначение «ДВСК» использовалось должником для индивидуализации своего предприятия с момента создания в 2002 году. Обозначение существовало в словесном и двух изобразительных вариантах, использовалось в документации, рекламе, на фасадах объектов, при связях с общественностью . Обозначение «ДВСК» обладало известностью в месте осуществления деятельности должника, поскольку должник являлся крупным застройщиком. В связи с прекращением деятельности и банкротством должника объект утратил правовую охрану.

В судебном заседании 11.02.2025 представители ответчиков ФИО7 и ФИО5 пояснили, что в составе основных средств отражены строительные материалы.

Данные пояснения конкурсным управляющим документально не опровергнуты.

Также заявитель  сослался на письмо Дальневосточного управления Ростехнадзора от 01.03.2018 № 01П-39/1112 Дальневосточного управления Ростехнадзора от 01.03.2018 № 01П-39/1112, согласно которому за должником было зарегистрировано 29 опасных производственных объектов и технических устройств.

Между тем, как установлено в определении суда от 18.08.2020 по настоящему делу, требование о передаче документов, подтверждающих право собственности и иные вещные права должника на прочие объекты недвижимого имущества, признано судами необоснованным по мотиву недоказанности конкурсным управляющим факта существования такого имущества, указано, что сам по себе факт эксплуатации должником в определенный период ряда производственных объектов, отнесенных к категории опасных, не свидетельствует о наличии у должника права собственности на такое имущество.

Судом также учтено, что в деле имеются документы, подтверждающие право собственности иного лица на объекты, расположенные по адресам г. Владивосток, ул. Героев-Тихоокеанцев, д. 5А и ул. Чукотская, д. 6 (цеха железобетонных конструкций, площадка СУМ).

Опасные производственные объекты подлежат регистрации в государственном реестре в порядке, устанавливаемом Правительством Российской Федерации (часть 2 статьи 2 Федерального закона от 21.07.1997 № 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов»).

Юридическим лицам независимо от организационно-правовой формы, индивидуальным предпринимателям, осуществляющим эксплуатацию опасных производственных объектов, представлять в установленном порядке Ростехнадзору и федеральным органам исполнительной власти, указанным в пункте 3 постановления, сведения, необходимые для формирования и ведения государственного реестра опасных производственных объектов (пункт 5 постановления Правительства Российской Федерации от 24.11.1998 № 1371 «О регистрации объектов в государственном реестре опасных производственных объектов»).

Заявителями являются юридические лица, индивидуальные предприниматели, осуществляющие эксплуатацию опасных производственных объектов на праве собственности или ином законном основании (пункт 3 Административного регламента Ростехнадзора предоставления государственной услуги по регистрации опасных производственных объектов в государственном реестре опасных производственных объектов, утв. Приказом Ростехнадзора от 08.04.2019 № 140).

Таким образом, факт регистрации за должником ряда опасных производственных объектов не свидетельствует о наличии у него права собственности на эти объекты. Материалы настоящего дела не свидетельствуют о наличии у должника права собственности на 29 производственных объектов и технических устройств.

Напротив, согласно пояснениям ФИО5 29 опасных производственных объектов принадлежат ОАО «Строитель».. Площадки и цеха по ул. Героев-Тихоокеанцев 5А, ул. Чукотская 6, в г. Спасск-Дальний входили в план приватизации АО «Строитель» (определение от 18.08.2020 по настоящему делу, дело № А51-1264/2021). Краны мостовые и козловые в количестве 17 штук также принадлежали и принадлежат ОАО «Строитель» (паспорта на указанные краны). Регистрационные номера кранов в паспортах совпадают с указанными в письме Ростехнадзора. Краны использовались должником на праве аренды, однако договоры об этом не сохранились.

Таким образом, коллегия пришла к выводу, что с учетом приведенных пояснений, представленных доказательств и установленных судом апелляционной инстанции обстоятельств, получение конкурсным управляющим какой-либо иной первичной документации должника не позволило бы конкурсному управляющему сформировать конкурсную массу ввиду недоказанности наличия у должника скрытых активов.

Учитывая, что в предмет доказывания по данному спору входит установление факта отсутствия либо искажения бухгалтерской, иной документации должника, невозможность либо затруднительность формирования конкурсной массы и наличие правовой связи между названными фактами, коллегия установила, что доказательств затруднения проведения процедуры банкротства, а равно формирования и реализации конкурсной массы должника в результате указанных обстоятельств в материалы дела конкурсным управляющим не представлено.

В части срока исковой давности применительно к требованию конкурсного управляющего о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности в порядке пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве коллегия исходит из следующего.

Пунктом 5 статьи 61.14, введенным Законом № 266-ФЗ, предусмотрено, что заявление о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным настоящей главой, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности. В случае пропуска срока на подачу заявления по уважительной причине он может быть восстановлен арбитражным судом, если не истекло два года с момента окончания срока, указанного в абзаце первом настоящего пункта.

Учитывая, что конкурсный управляющий предъявил требования о привлечении ФИО2, ФИО3, Кима М.В., ФИО5, ФИО6 к субсидиарной ответственности 29.10.2018, уточнил в отношении ФИО7 18.10.2021, при том, что конкурсное производство введено 16.10.2018, то есть срок исковой давности истекает 16.10.2021, который является выходным днем, трехлетний срок исковой давности следует признать не пропущенным.

Доводы апелляционной жалобы подлежат отклонению по основаниям, указанным выше в мотивировочной части настоящего постановления. Иные доводы не имеют значения для рассмотрения настоящего спора.

Нарушений норм процессуального и материального права, являющихся в силу статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены принятого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

С учетом изложенного оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены судебного акта не имеется.

При подаче апелляционной жалобы организациями уплачивается государственная пошлина в размере 30 000 руб. (подпункт 19 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации).

Ввиду предоставления конкурсному управляющему отсрочки по уплате государственной пошлины, с должника надлежит взыскать в доход федерального бюджета государственную пошлину по апелляционной жалобе в суме 30 000 руб.

Руководствуясь статьями 258, 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Приморского края от 11.09.2024 по делу № А51-32010/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с закрытого акционерного общества «Дальневосточная строительная компания» в доход федерального бюджета государственную пошлину по апелляционной жалобе в суме 30 000 (тридцать тысяч) рублей.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Приморского края в течение одного месяца.

Председательствующий

Т.В. Рева

Судьи

М.Н. Гарбуз

К.П. Засорин