АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-22768/2022

Дело № А65-20660/2021

г. Казань

23 ноября 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 16 ноября 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 23 ноября 2023 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Коноплёвой М.В., 

судей Ивановой А.Г., Моисеева В.А.,

при участии:

ФИО1, лично,

представителя общества с ограниченной ответственностью «Диада» – ФИО2, доверенность от 01.09.2023,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом, 

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу арбитражного управляющего ФИО1

на решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 20.03.2023 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.08.2023

по делу № А65-20660/2021

по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Диада» о взыскании убытков с арбитражного управляющего ФИО1 в размере 3 052 314,55 рублей,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Диада» (далее – общество «Диада») обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с исковым заявлением о взыскании убытков с арбитражного управляющего ФИО1 в размере 3 052 314,55 руб., причиненных ненадлежащим исполнением обязанностей конкурсного управляющего в деле о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ПКФ «Агро-Набережные Челны» (далее – должник).

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 10.03.2022, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.05.2022, в удовлетворении заявленных требований отказано.

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 03.11.2022 решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 10.03.2022 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.05.2022 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Татарстан.

При новом рассмотрении дела Арбитражный суд Республики Татарстан определением от 23.01.2023 привлек в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, общество с ограниченной ответственностью «ПКФ «Агро» (далее – общество «ПКФ «Агро»), ФИО3 и ФИО4.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 20.03.2023 исковые требования удовлетворены. С арбитражного управляющего ФИО1 в пользу общества «Диада» взысканы денежные средства в размере 3 052 314,55 руб. в возмещение убытков.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.08.2023 решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 20.03.2023 оставлено без изменений.

В кассационной жалобе арбитражный управляющий ФИО1 просит принятые по делу судебные акты отменить, в удовлетворении исковых требований отказать, мотивируя неправильным применением судами норм материального и процессуального права, несоответствием выводов фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам. Заявитель жалобы указывает, что материалами дела подтверждены реальность, действительность, возмездность и рыночный характер совершенных должником сделок, в связи с чем у арбитражного управляющего не было правовых оснований для их оспаривания; сам по себе факт совершения сделок с заинтересованным лицом не является безусловным основанием для признания их недействительными.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), суд кассационной инстанции оснований для их отмены не находит.

Как установлено судами, решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 07.11.2019 по делу № А65-28420/2019 ликвидируемый должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО1.

В состав третьей очереди реестра требований кредиторов должника включены требования общества «Диада» в размере 3 052 314,55 руб.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 28.05.2021 процедура конкурсного производства в отношении должника завершена.

Общество «Диада», ссылаясь на то, что арбитражный управляющий не провел надлежащий финансовый анализ должника, не истребовал данные по движению денежных средств на расчетном счете должника, не принял никаких действий по оспариванию сделок, в том числе платежей в адрес аффилированных с должником лиц (общество «ПКФ Агро», ИП ФИО3, ИП ФИО4), совершенных в период с 10.01.2019 по 25.04.2019 (в период, когда общество «Диада» известило должника об утрате груза письмами от 03.01.2019 и от 04.01.2019) на общую сумму 5 941 400 руб., обратилось в суд с заявлением о взыскании с арбитражного управляющего убытков в размере непогашенного требования.

При разрешении спора суд первой инстанции установил, что заявление о признании должника банкротом было принято к производству 02.10.2019, а согласно представленной в материалы дела выписке по счету должника, последний в период с 15.01.2019  по 25.04.2019 произвел платежи в общей сумме 5 941 400 руб. в адрес аффилированных с должником лиц: общества «ПКФ «Агро», индивидуального предпринимателя ФИО3, индивидуального предпринимателя ФИО4, то есть в течение года до принятия заявления о признании должника банкротом.

Факт аффилированности должника и третьих лиц – общества «ПКФ «Агро», ФИО3 и ФИО4 сторонами не оспаривается.

Суд первой инстанции принял во внимание, что в ходе процедуры банкротства арбитражный управляющий не предъявил к обществу «ПКФ «Агро», ИП ФИО3, ИП ФИО4 каких-либо требований, несмотря на сложившуюся устойчивую судебную практику относительно взаимоотношений должников-банкротов и их аффилированных контрагентов.

В связи с тем, что подробный анализ взаимоотношений должника с аффилированными контрагентами не произведен арбитражным управляющим в ходе процедуры банкротства, суд первой инстанции в целях выяснения перспектив оспаривания сделок должника предложил третьим лицам представить первичные документы по взаимоотношениям с должником в период с 2016 по 2019 годы (раскрыть договорные отношения, представить договоры, заключенные с должником, доказательства их исполнения, первичные документы, налоговую отчетность и т.д.).

Однако ФИО3 и ФИО4 каких-либо доказательств не представили, а общество «ПКФ «Агро» представило заявки, акты, оборотно-сальдовые ведомости за 2018 – 2019 годы, акты сверок за 2018 – 2019 годы, книги продаж за 2018 – 2019 годы.

Вместе с тем, суд первой инстанции установил, что 25.04.2019 должник произвел перечисление в адрес общества «ПКФ «Агро» на сумму 1 300 000 руб. с указанием основания платежа – договор займа, при этом доказательства возврата суммы займа не представлены.

Довод арбитражного управляющего о том, что ему было передано письмо, подписанное руководителем должника об уточнении основания платежа – на транспортно-экспедиционные услуги от 09.01.2019, не принят во внимание судом первой инстанции, с указанием на то, что конкурсный управляющий, действуя разумно и добросовестно, должен был поставить под сомнение такие взаимоотношения аффилированных лиц с учетом высокого стандарта требований к проверке достоверности заявленных отношений.

Принимая во внимание, что у конкурсного управляющего имелось достаточно оснований для оспаривания сделок должника с аффилированными лицами, с учетом размера таких подозрительных перечислений на сумму свыше требования общества «Диада», суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения иска о взыскании убытков в размере требования кредитора.

При рассмотрении спора в суде апелляционной инстанции, апелляционный суд повторно предложил сторонам представить первичные документы по взаимоотношениям с должником в период с 2016 по 2019 годы (раскрыть договорные отношения, представить договоры, заключенные с должником, доказательства их исполнения, первичные документы (ТТН, путевые листы и другие), налоговую отчетность и т. д.).

Лица, участвующие в деле, иных документов во исполнение определения суда не представили.

Апелляционным судом также принято во внимание, что согласно представленным в материалы дела документам, должником (заказчик) были заключены договоры с обществом «ПКФ «Агро» (исполнитель) на оказание транспортных услуг от 09.01.2019 № 5, с индивидуальным предпринимателем ФИО4 (исполнитель) на оказание транспортно-экспедиционных услуг от 02.10.2017 № 6, с индивидуальным предпринимателем ФИО3 (исполнитель) на оказание транспортно-экспедиционных услуг от 10.10.2017 № 8, по которым в подтверждение оказания услуг представлены подписанные сторонами заявки и акты оказанных услуг.

Между тем суд апелляционной инстанции отметил, что первичная документация (ТТН, путевые листы и другие) сторонами в подтверждение реальности отношений в материалы дела не представлена.

Апелляционный суд, принимая во внимание, что заключение о наличии или об отсутствии оснований для оспаривания сделок должника составлено арбитражным управляющим только 18.01.2023 при новом рассмотрении настоящего дела, а на вопрос суда апелляционной инстанции арбитражный управляющий пояснил, что ранее указанные сделки не были им приведены в анализе, анализ данных сделок проводился только устно, пришел к выводу о том, что конкурсный управляющий, действуя разумно и добросовестно, должен был поставить под сомнение такие взаимоотношения аффилированных лиц с учетом высокого стандарта требований к проверке достоверности заявленных отношений.

Поскольку в ходе процедуры банкротства арбитражный управляющий не предъявил каких-либо требований, несмотря на сложившуюся устойчивую судебную практику относительно взаимоотношений должников-банкротов и их аффилированных контрагентов, суд апелляционной инстанции признал обоснованным вывод суда первой инстанции о наличии оснований для взыскания убытков в пользу общества «Диада» в размере требования кредитора.

Суд округа считает, что выводы, содержащиеся в обжалуемых судебных актах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судами, имеющимся в нем доказательствам, спор разрешен без нарушения либо неправильного применения норм материального и процессуального права.

Согласно пункту 4 статьи 20.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий как профессиональный антикризисный менеджер обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2020 № 308-ЭС19-18779, в процедуре конкурсного производства деятельность арбитражного управляющего должна быть подчинена цели этой процедуры – соразмерному удовлетворению требований кредиторов с максимальным экономическим эффектом, достигаемым обеспечением баланса между затратами на проведение процедуры реализации имущества и ожидаемыми последствиями в виде размера удовлетворенных требований.

Интересы кредиторов в целом сводятся к максимально полному удовлетворению должником их имущественных требований. Для реализации этих интересов и возврата должнику его имущества конкурсный управляющий наделен помимо прочего правами по оспариванию по своей инициативе сделок должника (пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве).

Оспаривание сделок должника, предусмотренное главой III.1 Закона о банкротстве, является одним из механизмов формирования конкурсной массы, за счет которой подлежат удовлетворению требования кредиторов должника.

В соответствии с абзацем 2 пункта 31 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» право арбитражного управляющего подать заявление об оспаривании сделки не зависит от наличия решения собрания кредиторов; арбитражный управляющий также вправе подать его и в случае, если по вынесенному на рассмотрение собрания кредиторов вопросу об оспаривании сделки не будет принято положительное решение.

К обстоятельствам, имеющим юридическое значение для квалификации поведения арбитражного управляющего, относятся: наличие достаточной совокупности оснований для оспаривания сделок (установленных законом признаков подозрительности сделок и т.п.); были ли эти основания известны арбитражному управляющему, либо должны были стать известными при должном исполнении арбитражным управляющим своих обязанностей; могла ли реализация арбитражным управляющим полномочий на оспаривание сделки привести к пополнению конкурсной массы, защите прав и законных интересов должника и кредиторов; имелись ли у арбитражного управляющего рациональные причины для отказа от оспаривания сделок.

Потенциальная осведомленность арбитражного управляющего об обстоятельствах заключения сделки устанавливается с учетом требований о стандартах поведения, предъявляемых к среднему профессиональному арбитражному управляющему, действующему разумно и проявляющему требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность в аналогичной ситуации.

Разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении подозрительных сделок и сделок с предпочтением.

В абзаце 3 пункта 48 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что арбитражный управляющий несет ответственность в виде возмещения убытков при условии, что таковые причинены в результате его неправомерных действий (бездействия).

Как разъяснено в пункте 11 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.05.2012 № 150 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих», под убытками, причиненными должнику, а также его кредиторам, понимается любое уменьшение или утрата возможности увеличения конкурсной массы, которые произошли вследствие неправомерных действий (бездействия) конкурсного управляющего, при этом права должника и конкурсных кредиторов считаются нарушенными всякий раз при причинении убытков.

Установленная пунктом 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве ответственность арбитражного управляющего за причинение им убытков носит гражданско-правовой характер, и ее применение возможно лишь при наличии определенных условий, предусмотренных статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

В силу положений статьи 15 ГК РФ для применения ответственности в виде убытков необходимо наличие состава правонарушения, включающего наступление вреда, вину причинителя вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между действиями причинителя вреда и наступившими у истца неблагоприятными последствиями, доказанность размера ущерба.

В соответствии с разъяснениями, приведенными в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.10.2017 № 305-ЭС17-8225, в случае предъявления к конкурсному управляющему иска о взыскании убытков в связи с неоспариванием или несвоевременным оспариванием сделок, отсутствие судебного акта о недействительности сделок не препятствует суду оценить доводы истца о судебной перспективе оспаривания сделок при соблюдении срока исковой давности. При этом суду достаточно вывода о высокой вероятности признания сделок недействительными.

Оценив совокупность имеющихся в деле доказательств по правилам статьи 71 АПК РФ, суды, установив обстоятельства, свидетельствующие о незаконности бездействия, допущенного ФИО1 при исполнении обязанностей конкурсного управляющего должником, которое привело к утрате возможности пополнения конкурсной массы, правомерно удовлетворили требования кредитора о взыскании убытков.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, подлежат отклонению, поскольку тождественны доводам, являвшимся предметом исследования и оценки судов первой и апелляционной инстанций, отклонены судами с подробным изложением мотивов, не опровергают выводов судов, а сводятся к несогласию подателя жалобы с произведенной судами оценкой фактических обстоятельств дела.

Поскольку неправильного применения судами норм материального права, а также нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебных актов в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, не установлено, суд кассационной инстанции оснований для отмены обжалуемых судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы не находит.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 20.03.2023 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.08.2023 по делу № А65-20660/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                            М.В. Коноплёва

Судьи                                                                                    А.Г. Иванова

                                                                                              В.А. Моисеев