ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

Санкт-Петербург

10 апреля 2023 года

Дело №А56-39783/2016/суб.1

 

Резолютивная часть постановления объявлена 03 апреля 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 10 апреля 2023 года.

 

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи Герасимовой Е.А.,

судей Кротова С.М., Тарасовой М.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, 

 

при участии:  

- от ФИО2: представителя ФИО3 по доверенности от 20.10.2021; 

- от конкурсного управляющего ФИО4: представителя ФИО5 по доверенности от 09.01.2023;

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-38452/2022) ФИО2 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 02.11.2022 по обособленному спору № А56-39783/2016/суб. (судьяФИО6), принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО4 о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по финансовым обязательствам должника,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества  «ГлавПетербургСтрой», 

 

установил:

ФИО7 обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании акционерного общества «ГлавПетербургСтрой» (далее – АО «ГлавПетербургСтрой») несостоятельным (банкротом).

Определением суда первой инстанции от 07.08.2016 заявление ФИО7 принято к производству. 

Определением суда первой инстанции от 27.09.2016 заявление ФИО7 признано обоснованным, в отношении АО «ГлавПетербургСтрой» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО8.

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 08.10.2016 № 187.

Решением суда первой инстанции от 30.08.2018 АО «ГлавПетербургСтрой» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО4.

Названные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 18.08.2018 № 148.

Конкурсный управляющий ФИО4 30.07.2021 (зарегистрировано 05.08.2021) обратился в суд первой инстанции с заявлением о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по финансовым обязательствам должника.

Определением суда первой инстанции от 29.12.2021, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.03.2022 по обособленному спору № А56-39783/2016/суб., в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО4 о привлечении                 ФИО2 к субсидиарной ответственности отказано в полном объеме.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 23.06.2022 определение суда первой инстанции от 29.12.2021 и постановление суда апелляционной инстанции от 23.03.2022 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении конкурсный управляющий ФИО4, с учетом имеющихся в деле доказательств и правовой позиции суда кассационной инстанции от 23.06.2022, уточнил ранее заявленные требования. Просил взыскать с              ФИО2 в порядке субсидиарной ответственности 315 507 795 руб. 31 коп. 

Определением от 02.11.2022 суд первой инстанции привлек ФИО2 к субсидиарной ответственности по финансовым обязательствам АО «ГлавПетербургСтрой»; взыскал с ответчика в конкурсную массу должника 315 507 795 руб. 31 коп.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней ФИО2, ссылаясь на нарушение судом первой инстанции норм материального и процессуального права, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, просит определение суда первой инстанции от 02.11.2022 по обособленному спору № А56-39783/2016/суб. отменить, принять по делу новый судебный акт. По мнению подателя апелляционной жалобы:

- суд первой инстанции не установил дату и причины объективного банкротства должника, не дал правовой оценки доводам ответчика о периоде и причинах наступления банкротства, а также не исследовал вопрос о том, наступило бы банкротство должника вне зависимости от совершения или несовершения спорных сделок. По мнению ФИО2, причины банкротства возникли не из-за действий (бездействия) ответчика, а в силу объективных причин – неоплатой заказчиком выполненных работ; 

- в обжалуемом судебном акте суд первой инстанции, установив факт того, что негативные последствия от сделок (уступка и заем) частично нивелированы и ущерб от них составляет 19 579 000 руб. (19 300 000 руб. – заем и 279 000 руб. – уступка) неправомерно не усмотрел оснований для уменьшения размера ответственности ФИО2 при очевидной несоразмерности вреда, причиненного недействительными сделками, размеру субсидиарной ответственности;

- суд первой инстанции необоснованно привлек ФИО2 к субсидиарной ответственности за непередачу документации, поскольку таковая была передана конкурсному управляющему по актам приема-передачи. 

В отзыве и письменных позициях к нему конкурсный управляющий             ФИО4 просит обжалуемый судебный акт оставить без изменения. 

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержал доводы апелляционной жалобы и дополнений к ней. Представитель конкурсного управляющего ФИО4 возражал по мотивам, приведенным в соответствующем отзыве и письменных пояснениях к нему.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда. 

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили, в связи с чем в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело рассмотрено в их отсутствие.

Исследовав и оценив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266–272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266-ФЗ) Закон о банкротстве дополнен главой III.2, регулирующей ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона№ 266-ФЗ, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

По смыслу пункта 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации) положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Однако предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона№ 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Как следует из материалов дела, в качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности конкурсным управляющим названо совершение генеральным директором должника ФИО2 сделок от 15.07.2016,  18.09.2014 и 27.11.2015, а также непередача документов должника конкурсному управляющему не позднее трех дней с даты введения конкурсного производства (решение от 30.08.2018).

Следовательно, к спорным правоотношениям по сделкам подлежат применению нормы в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона                  № 266-ФЗ, а части непередачи документов – в ныне действующей редакции.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, в том числе, в случае причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве (абзац третий пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

Данное основание для привлечения к субсидиарной ответственности не утратило своей актуальности и в настоящее время содержится в подпункте 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

В пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума № 53) разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам.

К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах", статья 46 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и т.д.).

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Норма пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в ранее действовавшей редакции и новая норма пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве с точки зрения материального права не отличаются в отношении ряда презумпций.

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности.

В обоснование заявления о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности за совершение недобросовестных сделок конкурсный управляющий ФИО4 указал, что в результате действий ответчика из собственности АО «ГлавПетербургСтрой» выводилось ликвидное имущество, а именно:

- вступившим в законную силу определением суда первой инстанции от 17.06.2019 по обособленному спору № А56-39783/2016/сд.4 признан недействительной сделкой договор займа от 18.09.2014, заключенный между должником и ООО «Крона» (руководителем и единственным участником которого также являлся ФИО2) на сумму 20 000 000 руб., применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «Крона» в конкурсную массу должника 20 000 000 руб., а также процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 2 000 000 руб.

- вступившим в законную силу определением суда первой инстанции от 05.03.2019 по обособленному спору № А56-39783/2016/сд. признан недействительным договор цессии от 15.07.2016 № 2, заключенный должником АО «ГлавПетербургСтрой» в лице ФИО2 и ООО «ГлавПетербургСтрой», руководителем которого также являлся ФИО2, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «ГлавПетербургСтрой» в конкурсную массу должника 4 503 862 руб. 54 коп.

- вступившим в законную силу определением суда первой инстанции от 09.08.2019 по обособленному спору № А56-39783/2016/сд.2 признан недействительной сделкой договор купли-продажи от 27.11.2015, по которому АО «ГлавПетербургСтрой» продало акционерному обществу НИПИИ «ЛенМетроИнжПроект» (руководителем и единственным участником которого также являлся ФИО2) здание с кадастровым номером 78:32:0001717:1024, расположенное по адресу: Санкт-Петербург, наб. Обводного канала, д. 139. Ответчик обязан был возвратить в конкурсную массу должника нежилое здание.

Указанное здание в конкурсную массу на момент первого рассмотрения спора не было возвращено. При наличии наложенного определением суда от 19.04.2019 запрета регистрационных действий, в отношении упомянутого здания право собственности 07.05.2019 было зарегистрировано за ФИО2

Конкурсный управляющий подал в Ленинский районный суд города Санкт-Петербурга иск о возврате указанного объекта недвижимости, находившегося в собственности у ФИО2, в конкурсную массу должника. Конкурсный управляющий ссылался на выводы о причинении в результате совершения сделок вреда кредиторам должника, содержащиеся во вступивших в законную силу судебных актах о признании сделок недействительными.

В настоящее время конкурсный управляющий представил информацию о том, что здание на основании решения Ленинского районного суда города Санкт-Петербурга от 29.06.2021 по делу № 2-47/2021 возвращено в конкурсную массу и реализовано в ходе процедуры банкротства.

Отказывая в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по данному эпизоду при первом рассмотрении дела, суды посчитали недоказанной причинно-следственную связь между противоправными действиями ответчика и банкротством должника.

Суд кассационной инстанции, отменяя судебные акты и направляя дело на новое рассмотрение, указал в постановлении от 23.06.2022 на то, что коль скоро сделки были совершены при заинтересованности ФИО2, на нем лежало бремя опровержения их убыточности. Именно ответчик должен был доказать, что банкротство должника наступило вне зависимости от совершенных сделок или несовершения спорных сделок. 

Суд кассационной инстанции также указал на необходимость оценки обстоятельств, установленных во вступивших в законную силу судебных актах, учета выводов о признании спорных сделок недействительными, об убыточности сделок, о причинении вреда кредиторам вследствие вывода ликвидного имущества, за счет которого могли быть погашены долги перед кредиторами, а также на необходимость проверки доводов о существенности причиненного вреда на момент отчуждения имущества.

Помимо этого суд округа сослался на то, что ответчиком не опровергнуты доводы конкурсного управляющего о возможности погашения требований кредиторов в случае отчуждения ответчиком имущества по рыночной стоимости и направления вырученных средств на расчеты с кредиторами.

При повторной оценке доводов конкурсного управляющего о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности за совершение от имени должника убыточных сделок, с учетом указаний суда кассационной инстанции, суд первой инстанции обоснованно предложил ФИО2 при новом рассмотрении дела представить доказательства того, что перечисленные конкурсным управляющим сделки не являлись существенно убыточными и не повлекли банкротство должника.

ФИО2 дополнительно были представлены пояснения о том, что он не считает данные сделки существенно убыточными, поскольку в судебных актах о признании сделок недействительными сделаны выводы о наличии у должника признаков неплатежеспособности на дату их совершения, а именно у должника имелась задолженность, образовавшаяся в 2015–2016 годах на сумму более 270 млн. руб., в связи с чем сделки не повлияли на процедуру банкротства. При этом в процедуре конкурсного производства негативный эффект от сделок был нивелирован, поскольку частично переданное по сделкам возвращено в конкурсную массу, а частично – возмещено за счет продажи дебиторской задолженности контрагента по сделке.

С учетом дополнительно представленных документов и пояснений конкурсного управляющего и ответчика, суд первой инстанции пришел к правильному к выводу о том, что ФИО2 не было представлено достаточных и убедительных доказательств, опровергающих отсутствие причинно-следственной связи между действиями ответчика и банкротством должника.

Судом первой инстанции был обоснованно отклонен довод ФИО2 о том, что отсутствие влияния совершенных им сделок на банкротство должника подтверждается выводами судов в судебных актах о признании этих сделок недействительными о наличии у должника на дату сделок признаков неплатежеспособности. При доказывании недействительности подозрительных сделок судом не подлежит установлению факт реальной невозможности исполнения должником существующих обязательств; в определениях суда от 05.03.2019, 17.06.2019 и 09.08.2019 по делу № А56-39783/2016 указано лишь на наличие у должника неисполненных обязательств и презумпцию их неисполнения вследствие недостаточности денежных средств, не опровергнутую в рамках тех споров ответчиками, то есть указано на наличие признаков неплатежеспособности у должника.

В данном же обособленном споре контролировавшему должника лицу ФИО2 с учетом распределения бремени доказывания, установленного судом кассационной инстанции, надлежало представить в материалы дела доказательства, безусловно подтверждающие фактическую неспособность должника на дату совершения сделок исполнять полностью или частично имевшиеся на тот момент обязательства; а также представить доказательства, свидетельствующие об отсутствии негативного влияния сделок на удовлетворение требований кредиторов.

Согласно статье 2 Закона о банкротстве под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств, а под недостаточностью имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

ФИО2, утверждая, что на дату спорных сделок АО «ГлавПетербургСтрой» являлось объективно неплатежеспособным, должен был представить доказательства того, что кредиторская задолженность не погашалась вследствие отсутствия у должника денежных средств и имущества, а не по другим, субъективным причинам – например, вследствие недобросовестного поведения контролирующего должника лица, или вывода контролирующим должника лицом имущества должника и денежных средств.

Суд первой инстанции установил, что по договору займа от 18.09.2014 именно должником перечислены в пользу ООО «Крона» денежные средства в сумме              20 000 000 руб. (а по двум другим сделкам отчуждено ценное имущество должника), таким образом, на дату сделок денежные средства и имущество у должника очевидно имелись, они могли быть направлены на погашение кредиторской задолженности (имевшейся на тот период, либо предполагавшейся разумным руководителем в обозримом будущем), однако были выведены руководителем должника в пользу аффилированного лица в отсутствие равноценного встречного предоставления.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что объективное банкротство (невозможность погашения требований кредиторов по причине отсутствия у должника денежных средств и имущества) возникло не только, но в том числе вследствие совершения сделок и неравноценного отчуждения контролирующим должника лицом ФИО2 денежных средств и имущества должника.

Доводы ФИО2 о том, что в процедуре конкурсного производства негативный эффект от сделок был нивелирован, судом первой инстанции также обоснованно отклонен.

В соответствии с пояснениями конкурсного управляющего размер причиненных должнику убытков в связи с совершенными сделками составляет:

- 21 300 000 руб. по сделке с ООО «Крона» (22 000 000 руб., установленные по итогам оспаривания сделки определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 17.06.2019 по делу № А56-39783/2016/сд.4, минус 700 000 руб., поступившие в конкурсную массу от реализации прав требований к ООО «Крона» с торгов);

- 279 900 руб. по сделке с ООО «ГлавПетербургСтрой» (4 503 862 руб. 54 коп., установленные по итогам оспаривания сделки определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 05.03.2019 по делу № А56-39783/2016/сд., минус 4 208 862 руб. 54 коп.,  поступившие в конкурсную массу от ООО «ГлавПетербургСтрой», минус 15 100 руб., поступившие в конкурсную массу от реализации прав требований к ООО «ГлавПетербургСтрой» с торгов);

- по договору купли-продажи здания от 27.11.2015 здание фактически возвращено в 2022 году. При этом цена реализации недвижимого имущества составила 36 401 000 руб., в то время как по сделке от 27.11.2015 цена составляла 10 200 000 руб., что более чем в три с половиной раза ниже его стоимости, определенной по результатам торгов, разница составляет 26 201 000 руб. В случае реализации имущества по рыночной цене данная сумма могла быть направлена на частичное погашение кредиторской задолженности в 2015 году. Более того, согласно независимой оценке ООО «Агентство мониторинга и оценки «Кредит-Сервис» стоимость здания в 2105 году составляла 51 500 000 руб., а в 2022 году было продано с торгов за 36 401 000 руб. 

То есть из-за незаконных действий ФИО2, оспоренных в суде, должник недополучил от 26 201 000 руб. (36 401 000 руб. минус 10 200 000 руб.) до 41 300 000 руб. (51 500 000 руб. минус 10 200 000 руб.).

Таким образом, минимальный размер убытков, причиненных обществу из-за трех незаконных и признанных судом недействительными сделок, совершенных ФИО2, составляет: 21 300 000 руб. + 279 900 руб. + 26 201 000 руб. (41 300 000 руб.) = 47 780 900 руб. (62 879 900 руб.), что является существенным и могло частично покрыть реестр требований кредиторов.

При этом, исходя из имеющихся в распоряжении конкурсного управляющего документов и сведений, ни реестровые кредиторы второй очереди, ни реестровые кредиторы третьей очереди после реализации спорного имущества на торгах в 2022 году не получили удовлетворения своих требований, поскольку на данный момент у должника имеется текущая задолженность перед ФНС в размере более 43 млн. руб., которая возникла в процедуре наблюдения, поскольку АО «ГлавПетербургСтрой», возглавляемое ФИО2, в период процедуры наблюдения, длившейся два года, продолжало работать, извлекало прибыль, выплачивая при этом заработную плату своим работникам, но не уплачивая при этом никаких налогов. Из информационного письма МИФНС № 24 по Санкт-Петербургу от 03.08.2022 № 23-12/27596 следует, что большая часть текущей задолженности                                               АО «ГлавПетербургСтрой» – это не уплаченные должником в лице своего руководителя ФИО2 страховые взносы на обязательное пенсионное страхование в Пенсионный фонд Российской Федерации а также налог на доходы физических лиц.

Как верно отметил суд первой инстанции, в случае отчуждения спорного имущества в 2015 году по рыночной стоимости, а также несовершение сделки займа от 18.09.2014, реестровые кредиторы второй и третьей очереди могли бы получить частичное удовлетворение своих требований, однако в настоящий момент такая возможность фактически утрачена именно вследствие действий ФИО2

ФИО2 в свою очередь выводы суда первой инстанции, по сути, не опровергнуты, убедительных доказательств, свидетельствующих об отсутствии вины ФИО2 в причинении этими сделками ущерба кредиторам, а также о полном возмещении этого ущерба, не представлено.

При этом сама по себе необходимость оспаривания сделок в процедуре конкурсного производства, с учетом активной возражающей позиции, занятой ФИО2 по данным спорам (в том числе, фактический отказ ФИО2 возвратить в конкурсную массу здание, подлежащее возврату по определению суда от 09.08.2019, повлекший необходимость судебного истребования имущества из чужого незаконного владения ФИО2, в результате чего здание возвращено в конкурсную массу лишь в 2022 году) – привела к затягиванию процедуры банкротства и увеличению текущих расходов. Тем самым, частичное возмещение причиненного по сделкам ущерба спустя 5–7 лет после их совершения, как правильно и обоснованно указал суд первой инстанции, нельзя признать полным нивелированием негативных последствий совершения сделок.

Совокупность указанных обстоятельств свидетельствует о наличии оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности за совершение от имени должника убыточных сделок, которые повлекли невозможность частичного погашения требований кредиторов.

Следовательно, суд первой инстанции обоснованно привлек ФИО2 к субсидиарной ответственности по пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве. 

Далее, обязанность руководителя по передаче документации должника наступила 07.08.2018 (резолютивная часть решения суда первой инстанции об открытии в отношении должника конкурсного производства), то есть после вступления в силу Закона № 266-ФЗ, поэтому применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности в соответствующей редакции.

В силу подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В пункте 24 постановления Пленума № 53 разъяснено, что применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации, необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Судами при первом рассмотрении дела установлено, что ФИО2 являлся директором должника на протяжении всего периода его деятельности.

Определением суда первой инстанции от 25.12.2018 было удовлетворено ходатайство конкурсного управляющего об истребовании у ФИО2 документов должника и был выдан соответствующий исполнительный лист, на основании которого Петродворцовым РОСП Управления Федеральной службы судебных приставов по Санкт-Петербургу было возбуждено исполнительное производство.

Постановлением судебного пристава-исполнителя от 27.12.2019 означенное исполнительное производство окончено в связи с исполнением требований исполнительного документа в полном объеме. Конкурсный управляющий 10.12.2020 обратился в соответствующее подразделение Федеральной службы судебных приставов с заявлением о возобновлении исполнительного производства ввиду того, что документы переданы не в полном объеме. Согласно ответу судебного пристава-исполнителя возобновление производства оказалось невозможным по причине утраты исполнительного листа, в связи с чем заявителю была выдана справка от 17.12.2020 о выдаче его дубликата.

Определением суда первой инстанции от 15.03.2021, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 13.07.2021 и постановлением суда кассационной инстанции от 11.11.2021, заявление конкурсного управляющего о выдаче дубликата исполнительного листа было удовлетворено.

Суд кассационной инстанции, направляя дело на новое рассмотрение, указал в данной части на необходимость проверить доводы сторон, установить объем переданных и непереданных документов, после чего сделать выводы о том, повлекла ли непередача части документов существенное затруднение проведения процедур банкротства.

В данной части ответчик указал, что вся имеющаяся у него документация передана конкурсному управляющему, о чем в материалы дела еще при первом рассмотрении дела представлены двусторонние акты приема-передачи. Оставшиеся не переданными позиции документов, перечисленные в определении суда первой инстанции от 25.12.2018 об истребовании документов, на процедуру банкротства повлиять не могли и являются несущественными.

Конкурсный управляющий при новом рассмотрении дела дополнительно пояснил, что ответчиком так и не была предоставлена, следующая информация и документы:

- Расшифровка дебиторской задолженности и иных финансовых активов с подтверждающими документами;

- Сведения о заключенных соглашениях о зачете, отступном, переводе долга и новации;

- Положение об учетной политике;

- Расшифровка кредиторской задолженности

- Информация о крупных сделках;

- ЭЦП предприятия, ключи доступа к счетам и электронной бухгалтерской базе, а также саму базу;

- Информация о сделках АО «ГлавПетербургСтрой» в период с 01.01.2015 по настоящее время (имеется ввиду дата введения конкурсного производства — 07.08.2018), в результате которых отчуждались активы балансовой стоимостью более двадцати процентов от балансовой стоимости активов АО «ГлавПетербургСтрой» по состоянию на последнюю отчетную дату, предшествующую сделке;

- Информация о сделках АО «ГлавПетербургСтрой» в период с 01.01.2015 по настоящее время (имеется ввиду дата введения конкурсного производства - 07.08.2018), в результате которых передавалось имущество либо принимались обязательства (или обязанности) балансовой стоимостью более одного процента от балансовой стоимости активов АО «ГлавПетербургСтрой» по состоянию на последнюю отчетную дату, предшествующую сделке;

- Последний акт инвентаризации имущества АО «ГлавПетербургСтрой»;

- Материальные и иные ценности АО «ГлавПетербургСтрой».

Переданные ответчиком договоры, документы по учету работников общества не дают возможности конкурсному управляющему установить:

1. Сведения о составе имущественной массы должника;

2. Сведения о размере обязательств третьих лиц перед должником, моменте и основаниях их возникновения.

Указанные сведения могли бы быть получены управляющим из актов инвентаризации, бухгалтерской базы предприятия или сводных данных (таких как расшифровка дебиторской и кредиторской задолженности), однако ничего из указанных документов конкурсному управляющему так и не было передано ответчиком.

Как следует из материалов дела, последней отчетной датой перед моментом введения конкурсного производства для Должника является 31.12.2017.

Однако ответчиком конкурсному управляющему бухгалтерский баланс за 2017 год передан не был.

Таким образом, конкурсному управляющему достоверно установить сведения об имущественной массе должника на момент открытия конкурсного производства не представляется возможным.

При этом из информации, полученной из открытых источников (система «Контур.Фокус») следует, что на 31.12.2016 в состав имущества должника входили:

- Основные средства – 21 тыс. руб.;

- Запасы – 43 420 тыс. руб.;

- Дебиторская задолженность – 222 189 тыс. руб.;

- Финансовые вложения – 20 000 тыс. руб.;

- Прочие оборотные активы – 406 239 тыс. руб.

Данные показатели свидетельствуют о том, что на конец 2016 года должник обладал активами на сумму не менее 692 млн. руб., при этом как минимум 43 млн. руб. были выражены в материальных (по идее, существующих в натуре) активах – запасах.

Тем не менее, как установлено судом первой инстанции, конкурсному управляющему не были переданы ни сами вышеуказанные активы, ни сведения об их местонахождении.

Те же документы, которые были переданы (договоры с рядом контрагентов) не позволяют установить у должника наличие дебиторской задолженности в размере, который был отражен в бухгалтерском балансе на конец 2016 года.

Суд первой инстанции обоснованно согласился с доводом конкурсного управляющего о том, что отсутствие вышеуказанных документов не позволило конкурсному управляющему в полной мере реализовать свои полномочия, в том числе по возврату имущества в конкурсную массу, по взысканию дебиторской задолженности с дебиторов.

Так, отсутствие расшифровки дебиторской задолженности, а также непередача бухгалтерской базы должника объективно препятствует выявлению конкурсным управляющим дебиторской задолженности и ее последующему включению в конкурсную массу должника.

Дебиторская задолженность является одним из активов должника, за счет взыскания или продажи дебиторской задолженности теоретически возможно пополнение конкурсной массы. Однако для эффективного выявления дебиторской задолженности, ее анализа и подготовки к взысканию (реализации), необходимы актуальные сведения о дебиторах (расшифровка дебиторской задолженности, бухгалтерская база) и первичные документы, подтверждающие факт и размер задолженности (договоры, товарные накладные, акты приемки работ (услуг), документы об оплате, акты сверки).

Согласно имеющимся в настоящем деле актам приема-передачи документов, ответчиком переданы конкурсному управляющему только первичные документы – договоры и акты о приемке.

Конкурсным управляющим в судебном заседании 20.10.2022 на обозрение суда представлялись переданные копии документов, к материалам дела из них судом приобщены выборочно 2 тома с копиями переданных первичных документов («договоры на услуги 2013 год» и «договоры СМР подрядчики 2013 г. 2 часть из 2»), из которых усматривается, что фактически в томах содержатся только копии договоров и приложений к ним, а документы, позволяющие установить, что по какому-то из договоров имеется (или отсутствует) дебиторская задолженность, не приложены.

Конкурсный управляющий сослался, что он не может указать, какие именно договоры, подтверждающие наличие дебиторской задолженности, не передал ответчик, потому что у него в принципе отсутствует информация о дебиторской задолженности, которую можно было бы почерпнуть из расшифровки или из данных бухгалтерской базы, которые не были переданы.

В свою очередь, в материалы настоящего дела ответчиком не представлены доказательства, подтверждающие полноту переданных документов – в частности, перечень (расшифровку) дебиторской задолженности, позволившую бы суду первой инстанции объективно проверить, переданы ли ФИО2 первичные документы по каждому из дебиторов.

Доказательств объективной невозможности передачи ФИО2 документов, которые так и остались не переданными, отсутствия вины в их не передаче ответчик не представил.

Таким образом, судом первой инстанции сделан обоснованный вывод о том, что непередача части документов повлекла существенное затруднение проведения процедур банкротства. Данное обстоятельство является основанием для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Оценивая возражений ФИО2 по данному эпизоду, суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

В своих дополнениях к апелляционной жалобе ФИО2 со ссылками на № таблиц указывает, что им были переданы конкурсному управляющему следующие документы:

 

№ табл.

№ п.

Документы

Сумма (в руб.)

44.1

44

По дебиторской задолженности ООО «Ассоциация «Северо-Западный трест» по договору поставки нерудных материалов № 10/14 от 01.04.2014г.

5 350 000,00

44.6

66.1

По дебиторской задолженности ООО «СМУ № 13 Метрострой» по договору № 184СМР от 30.04.2015г.

3 379,13

66

33.1

По дебиторской задолженности ООО «СМУ № 13 Метрострой» по договору № 184СМР от 30.04.2015г.

206 881 423,20

66

33.2

По дебиторской задолженности ООО «СМУ № 13 Метрострой» по договору № 189СМР от 30.04.2015г.

7 818 381,46

66

33.4

По дебиторской задолженности ООО «СМУ № 13 Метрострой» по материалам на строительной площадке ОЭЗ Моглино

33 204 000,00

 

Вместе с тем, как указывает конкурсный управляющий, акты, на которые ссылается ответчик, не подтверждают передачу управляющему вышеназванных документов.

В отношении задолженности ООО «СМУ № 13 Метрострой» (таблица 6, пункты 3.1 и 3.2) по договорам № 184СМР от 30.04.2015 и № 189СМР от 30.04.2015 имеется вступившее в законную силу определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 26.04.2017 по делу № А56-39783/2016/тр.4, которым установлено, что по двум вышеуказанным договорам АО «ГлавПетербургСтрой» выполнило работ на общую сумму 120 373 146 руб. 67 коп. (117 216 171 руб. 13 + 3 156 975 руб. 54 коп.), а не 214 699 804 руб. 66 коп., как указывает ответчик.

Соответственно, ответчиком не представлено доказательств передачи документов, подтверждающих наличие у должника активов на сумму 253 257 183 руб. 79 коп.

Также ФИО2 указывает, что следующая дебиторская задолженность была оплачена контрагентами в пользу АО «ГлавПетербургСтрой»:

 

№

№

Дебитор

Сумма (в руб.)

табл.

п.

 

4.6

1.1

ОАО НИПИИ «Ленметрогипротранс»

17 094,67

4.6

1.2

ОАО НИПИИ «Ленметрогипротранс»

10 878 121,24

4.6

1.3

ОАО НИПИИ «Ленметрогипротранс»

165 179,53

4.6

1.4

ОАО НИПИИ «Ленметрогипротранс»

4 333,75

4.6

4.1

ГУП «Петербургский Метрополитен»

533 238,88

 

Однако конкурсный управляющий ссылается на то, что анализ выписок по расчетным счетам должника, вопреки доводам ФИО2, не подтверждает платежи, которые являлись бы актом погашения вышеуказанной дебиторской задолженности, что свидетельствует о непредставлении ответчиком доказательств передачи документов, подтверждающих наличие у должника дебиторской задолженности и ее оплаты дебиторами на сумму 11 597 968 руб. 07 коп.

Доводы ФИО2 о наличии судебных актов, позволяющих списать дебиторскую задолженность, подлежат отклонению

Так, ФИО2 указывает, что в отношении следующей дебиторской задолженности имеются судебные акты, подтверждающие ее наличие и устанавливающие ее размер:

 

№

табл.

№ п.

Дебитор

Сумма (в руб.)

4.6

5.1.-5.5.

ЗАО «СМУ-11 Метрострой»

80 801 743,56

4.6

9.1

ОАО «Метрострой»

18 136 513,26

4.7

8.1

ОАО «Метрострой»

3 496 787,32

4.7

9.1

Комитет по развитию транспортной инфраструктуры Санкт-Петербурга

2 151 130,86

6

1.1

Комитет по развитию транспортной инфраструктуры Санкт-Петербурга

16 772 264,57

6

2.1

ЗАО «СМУ-11 Метрострой»

32 105 422,30

6

3.3

ООО «СМУ № 13 Метрострой»

16 464 384,20

 

Указывая в таблице 4.6 на задолженность ЗАО «СМУ-11 Метрострой» в размере 80 801 743 руб. 56 коп., ответчик ссылается на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 10.12.2018 по делу № А56-43618/2017/тр.1, которым требования АО «ГлавПетербургСтрой» включены в реестр требований ЗАО «СМУ-11 Метрострой».

Однако согласно резолютивной части указанного определения в реестр требований кредиторов ЗАО «СМУ-11 Метрострой» включено требование на сумму 74 126 089 руб. 50 коп., при этом 1 161 318 руб. 71 коп. АО «ГлавПетербургСтрой» действительно получило в качестве оплаты, что конкурсным управляющим не оспаривается.

Таким образом, ответчиком не представлено конкурсному управляющему документов, подтверждающих наличие у должника актива в размере 5 514 335 руб. 35 коп. (80 801 743 руб. 56 коп. минус 1 161 318 руб. 71 коп. минус 74 126 089 руб. 50 коп.).

Указывая в таблице 4.6 на задолженность ОАО «Метрострой» в размере              18 136 513 руб. 26 коп., ответчик ссылается на постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.04.2017 по делу № А56-56844/2016, которым отказано в иске о взыскании указанной задолженности.

Вместе с тем, в указанном постановлении суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что работы по договору не были выполнены надлежащим образом.

Таким образом, ответчиком не представлено управляющему документов, подтверждающих наличие у должника актива в размере 18 136 513 руб. 26 коп.

Указывая в таблице 4.7 на задолженность ОАО «Метрострой» в размере                 3 496 787 руб. 32 коп., ответчик ссылается на постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.04.2017 по делу № А56-56844/2016, которым отказано в иске о взыскании указанной задолженности.

Вместе с тем, в указанном постановлении суд апелляционной инстанций пришел к выводу, что работы по договору не были выполнены надлежащим образом.

Следовательно, ответчиком не представлено управляющему документов, подтверждающих наличие у должника актива в размере 3 496 787 руб. 32 коп.

Указывая в таблице 4.7 на задолженность Комитета по развитию транспортной инфраструктуры Санкт-Петербурга в размере 2 151 130 руб. 86 коп., ответчик ссылается на постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.05.2017 по делу № А56-49799/2016, которым производство по делу прекращено (а не отказано в иске, как указывает ответчик).

Производство по указанному делу прекращено в связи с отказом                           АО «ГлавПетербургСтрой» от иска при рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции.

Таким образом, ответчиком не представлено управляющему документов, подтверждающих наличие у должника актива в размере 2 151 130 руб. 86 коп.

Указывая в таблице 6 на задолженность Комитета по развитию транспортной инфраструктуры Санкт-Петербурга в размере 16 772 264 руб. 57 коп., ответчик ссылается на постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.05.2017 по делу № А56-49799/2016, которым производство по делу прекращено (а не отказано в иске, как указывает ответчик).

Производство по указанному делу также прекращено в связи с отказом                  АО «ГлавПетербургСтрой» от иска при рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции.

То есть ответчиком не представлено управляющему документов, подтверждающих наличие у должника актива в размере 16 772 264 руб. 57 коп.

Указывая в таблице 6 на задолженность ЗАО «СМУ-11 Метрострой» в размере 32 105 422 руб. 30 коп., ответчик ссылается на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 08.06.2019 по делу № А56-54685/2016, которым в удовлетворении требований АО «ГлавПетербургСтрой» о взыскании с ЗАО «СМУ-11 Метрострой» задолженности отказано.

Однако согласно тексту указанного решения АО «ГлавПетербургСтрой» не доказало выполнение спорных работ и сдачу их результата заказчику.

Таким образом, ответчиком не представлено управляющему документов, подтверждающих наличие у должника актива в размере 32 105 422 руб. 30 коп.

Указывая в таблице 6 на задолженность ООО «СМУ № 13 Метрострой» в размере 16 464 384 руб. 20 коп., ответчик ссылается на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 21.09.2018 по делу № А56-62036/2016, которым в удовлетворении требований АО «ГлавПетербургСтрой» о взыскании с ООО «СМУ № 13 Метрострой» задолженности отказано.

Согласно тексту указанного решения объем выполненных работ                               АО «ГлавПетербургСтрой» не подтвержден, в связи с чем заявленные требования не могут быть удовлетворены.

Следовательно, ответчиком не представлено управляющему документов, подтверждающих наличие у должника актива в размере 16 464 384 руб. 20 коп.

Как указывает конкурсный управляющий, две позиции дебиторской задолженности не подтверждены судебными актами, первичная документация управляющему также не передана.

Так, ФИО2 в таблице 6 указывает на наличие задолженности                    ОАО «Метрострой» и ГУП «Петербургский Метрополитен»:

 

№

№

Дебитор

Сумма (в руб.)

табл.

п.

 

6

4.3

ОАО «Метрострой»

28 827 989,39

6

5.1

ГУП «Петербургский Метрополитен»

4 260 518,00

 

Вместе с тем судебные акты, подтверждающие наличие и размер указанной задолженности, отсутствуют.

Первичная документация, подтверждающая указанную задолженность, ответчиком в адрес управляющего также не передавалась.

Таким образом, ответчиком не представлено управляющему документов, подтверждающих наличие у должника активов в размере 33 088 507 руб. 39 коп.

Учитывая изложенное, ФИО2 не передал конкурсному управляющему документы, подтверждающие наличие у должника активов в общей сумме                           392 584 497 руб. 11 коп.

Таким образом, реальный размер убытков из-за трех незаконных и признанных судом недействительными сделок, совершенных ФИО2 как лицом, контролирующим должника и с подконтрольными ему лицами, а также ввиду непередачи в полном объеме документов должника конкурсному управляющему, что повлекло за собой невозможность формирования и реализации конкурсной массы с целью получения денежных средств для расчетов с кредиторами общества, составляет сумму, превышающую размер субсидиарной ответственности.

Данные обстоятельства в своей совокупности и взаимосвязи свидетельствуют о наличии оснований для привлечения ФИО2 именно к субсидиарной ответственности, поскольку в ходе рассмотрения дела конкурсным управляющим по правилам статьи 65 АПК РФ была доказана причинно-следственная связь между действиями (бездействием) ФИО2, наступившим банкротством и невозможностью погашения требований кредиторов, что исключает переквалификацию субсидиарной ответственности на убытки.

Согласно пункту 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Согласно уточнениям конкурсного управляющего, представленным через систему Мой Арбитр 19.10.2022, по состоянию на 19.10.2022 у АО «ГлавПетербургСтрой» не имеется какого-либо имущества, за счет которого может быть пополнена конкурсная масса должника и за счет которого могут быть получены денежные средства для расчетов с кредиторами; имевшееся имущество реализовано, денежные средства от его реализации распределены.

Сумма непогашенных обязательств АО «ГлавПетербургСтрой» по состоянию на 19.10.2022 составляет 315 507 795 руб. 31 коп., в том числе:

- 8 949 184 руб. 56 коп. – остаток задолженности по текущим платежам перед МИФНС России № 24 по Санкт-Петербургу (30 870 311 руб. 85 коп., указанные в справке от 14.10.2022, минус 21 921 127 руб. 29 коп., перечисленные в адрес уполномоченного органа 17.10.2022);

- 21 017 984 руб. 37 коп. – реестровая задолженность перед кредиторами второй очереди;

- 284 459 302 руб. 47 коп. – реестровая задолженность перед кредиторами третьей очереди;

- 1 081 323 руб. 91 коп. – требования ФНС России и СПб ГУП «Горэлектротранс», учтенные за реестром.

Доказательств, указывающих на необходимость уменьшения размера ответственности, со стороны ФИО2, в материалы дела не представлено.

В рассматриваемом случае конкурсным управляющим доказан противоправный характер поведения лица, на которое предполагается возложить ответственность; наличие у кредиторов убытков в виде непогашения их требований, включенных в реестр; вина правонарушителя.

При таких обстоятельствах заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 судом первой инстанции обоснованно удовлетворено в полном объеме.

Суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, оснований для  его отмены в соответствии со статьей 270 АПК РФ суд апелляционной инстанции не усматривает.

Руководствуясь статьями 223, 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 02.11.2022 по обособленному спору № А56-39783/2016/суб. оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в течение одного месяца со дня принятия.

 

Председательствующий

Е.А. Герасимова

Судьи

 

С.М. Кротов

 

 М.В. Тарасова