СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-11493/2022-ГК

г. Пермь

13 октября 2022 года

Дело № А60-52388/2021

 

Резолютивная часть постановления объявлена 12 октября 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 13 октября 2022 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Поляковой М.А.,

судей  Крымджановой Д.И., Скромовой Ю.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,     

при участии:

от истца – ФИО2, удостоверение адвоката, доверенность от 28.07.2022;

от ответчика – ФИО3, паспорт, доверенность от  09.03.2022, диплом, ФИО4, паспорт, доверенность от  09.03.2022, диплом, ФИО5, паспорт, доверенность от  09.03.2022;

лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу истца, общества с ограниченной ответственностью «Производственно-коммерческая фирма «Проминвест»,

на решение Арбитражного суда Свердловской области от 11 июля 2022 года 

по делу № А60-52388/2021

по иску общества с ограниченной ответственностью «Производственно-коммерческая фирма «Проминвест» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 

к обществу с ограниченной ответственностью «Компания Агрорус» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 

третьи лица: Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы №31 по Свердловской области (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), ФИО6, Федеральная служба по финансовому мониторингу (Росфинмониторинг) в лице Межрегионального управления Федеральной службы по финансовому мониторингу по Уральскому федеральному округу (ИНН 

<

***>, ОРГН 1056603153859), Прокуратура Свердловской области (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

о взыскании неосновательного  обогащения,  процентов,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Производственно-коммерческая фирма «Проминвест» (далее  - истец)  обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Компания Агророс» (далее - ответчик)  о взыскании неосновательного обогащения в размере  24 831 562 руб. 19 коп., процентов за пользование чужими  денежными средствами за период  с 01.09.2021 по 31.03.2022 в размере 1 381 383 руб. 19 коп. ( с учетом  уточнения иска, принятого судом  в порядке ст.  49 АПК РФ).

Судом  к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы №31 по Свердловской области, ФИО6, Федеральная служба по финансовому мониторингу (Росфинмониторинг) в лице Межрегионального управления Федеральной службы по финансовому мониторингу по Уральскому федеральному округу, Прокуратура Свердловской области.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 11 июля 2022 года в удовлетворении заявленного  иска отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, истец обратился с апелляционной жалобой, просит решение отменить, принять  по  делу новый судебный акт.

В обоснование апелляционной жалобы указывает, что решение суда первой инстанции вынесено с нарушением норм материального права и подлежит отмене,  суд неправомерно применил п. 4 ст. 1109 ГК РФ, так как эта норма не подлежит применению в отношении имущества, полученного по недействительной сделке. Денежные средства не были переданы ответчику в дар или с благотворительной целью. Последствия недействительности сделки урегулированы специальной нормой п. 2 ст. 167 ГК РФ, которая в силу ст. 1103 ГК РФ имеет приоритет по отношению к имеющим общий характер нормам гл. 60 ГК РФ об обязательствах вследствие неосновательного обогащения. Возврат всего полученного по недействительной сделке не может быть ограничен правилами п. 4 ст. 1109 ГК РФ. Полагает, что суд также неправомерно применил ст. 10 ГК РФ в отношении истца, отказав в защите права истца, суд защитил противоправный интерес ответчика, который в действительности злоупотреблял своими правами. Истец в период перечисления денежных средств не знал о том, что они переводятся без правовых оснований и впоследствии оплаты будут закрываться с помощью сфальсифицированных документов. Формальный документооборот был организован главным бухгалтером истца - ФИО6, которая по совместительству работала бухгалтером у ответчика. Суд первой инстанции не мотивировал свой вывод о злоупотреблении со стороны истца, не указал, в чём именно заключалось его недобросовестное поведение, и каким образом это недобросовестное поведение причинило вред ответчику.

До начала судебного разбирательства от ответчика  поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу, согласно которому он полагает  судебный акт  законным и  обоснованным, просит  отказать  в удовлетворении апелляционной  жалобы. 

Также  отзыв представлен Прокуратурой Свердловской области.

В судебном заседании  представитель истца  на  доводах апелляционной жалобы  настаивал, представители  ответчика против  удовлетворения  апелляционной  жалобы  возражали.

Иные лица, участвующие в деле,   надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что в силу части 3 статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, в период с 18.03.2016 по 18.08.2020 общество «ПКФ «Проминвест» в адрес общества «Агрорус» перечислило денежные средства в общей сумме 50 492 429, 19 руб., что подтверждается представленными в материалы дела платежными поручениями. В назначении платежа в платежных поручениях содержатся формулировки «оплата за товар по договору от 22.04.2013», «оплата за картон, бумагу». 

В претензии от 25.08.2021 общество «ПКФ «Проминвест» потребовало от ответчика возвратить указанные денежные средства в качестве неосновательного обогащения. Указанная претензия оставлена без удовлетворения. 

Общество «ПКФ «Проминвест», ссылаясь на то, что денежные средства перечислены ответчику в отсутствие встречного предоставления, в связи с чем на стороне ответчика имеется неосновательного обогащение, обратилось в арбитражный суд с рассматриваемыми требованиями.

Отказывая в удовлетворении заявленного  иска, суд  указал, что  истцом и ответчиком создан формальный документооборот, связанный с заключением и исполнение договоров поставки картона, бумаги от 22.04.2013, дополнительных  соглашений от 01.01.2015, 11.01.2016,  денежные средства не подлежат возврату, поскольку истец знал, что представляет денежные суммы во исполнение несуществующего обязательства.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, отзыва, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке  ст. 71 АПК РФ, арбитражный апелляционный суд не усматривает основания для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта в связи со следующим.

Согласно  ст.  1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество за счет другого лица, обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество.  Обязательства из неосновательного обогащения возникают в случаях приобретения или сбережения имущества за счет другого лица, отсутствия правового основания такого сбережения (приобретения), отсутствия обстоятельств, предусмотренных ст. 1109 ГК РФ. 

Обращаясь  в суд  с рассматриваемым иском, истец  указал  на  отсутствие между  стонами  правоотношений в связи  с заключением договора  поставки, в счет  исполнения которого  истцом  перечислены денежные средства. 

Согласно статье 506 ГК РФ по договору поставки поставщик (продавец) обязуется передать в обусловленный срок или сроки, производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

В соответствии с пунктом 1 статьи 486, пунктом 1 статьи 516 ГК РФ покупатель обязан оплатить товар непосредственно до или после передачи ему продавцом товара, покупатель оплачивает поставляемые товары с соблюдением порядка и формы расчетов, предусмотренных договором поставки. 

Судом  отмечено, что основанием для обращения в суд с рассматриваемым иском послужил возникший в обществе «ПКФ «Проминвест» корпоративный конфликт между ФИО7 (100 % учредитель и директор ООО «Компания Агророс», учредитель ООО ПКФ «Проминвест» с долей 31,25 %) и ФИО8 (50 % учредитель и директор ООО «ПКФ «Проминвест»).

Оценив  представленные доказательства по  правилам ст.  71 АПК РФ,  учитывая отсутствие в материалах  дела  доказательств  приобретения и  транспортировки  товара,   передачи  его  покупателю, суд  первой инстанции  пришел  к правильным выводам о  создании  сторонами  формального документооборота, связанного с заключением и исполнение договоров поставки, поскольку   реальность спорных хозяйственных операций ничем не подтверждена. 

В судебном заседании  представитель  истца подтвердил, что фактически  поставка товара  не  осуществлялась, документы  подписаны  в целях  создания формального  документооборота, перечисление  денежных  средств  осуществлено  в отсутствие встречного  представления.

Статьей  307 ГК РФ  установлено, что  в  силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как то: передать имущество, выполнить работу, оказать услугу, внести вклад в совместную деятельность, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности.  Обязательства возникают из договоров и других сделок, вследствие причинения вреда, вследствие неосновательного обогащения, а также из иных оснований, указанных в настоящем Кодексе.

Как  разъяснено  в п. 6 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 08.07.2020), выявление при разрешении экономических и иных споров, возникающих из гражданских отношений, обстоятельств, свидетельствующих о направленности действий участников оборота на придание правомерного вида доходам, полученным незаконным путем, может являться основанием для вывода о ничтожности соответствующих сделок как нарушающих публичные интересы и для отказа в удовлетворении основанных на таких сделках имущественных требований, применении последствий недействительности сделок по инициативе суда. Суд, установив, что действия (сделки) участников оборота вызывают сомнения в том, не связаны ли они с намерением совершения незаконных финансовых операций, определяет круг обстоятельств, позволяющих устранить указанные сомнения, в частности, имеющих значение для оценки действительности сделок, и предлагает участвующим в деле лицам дать необходимые объяснения по этим обстоятельствам и представить доказательства.

При оценке того, имеются ли признаки направленности действий участвующих в деле лиц на придание правомерного вида владению, пользованию и распоряжению денежными средствами или иным имуществом, приобретенными незаконным путем, судам необходимо исходить из того, что по смыслу пункта 2 статьи 7 Закона N 115-ФЗ такие признаки могут усматриваться, в частности, в запутанном или необычном характере сделок, не имеющих очевидного экономического смысла или очевидной законной цели, а также учитывать разъяснения, данные в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 7 июля 2015 г. N 32 "О судебной практике по делам о легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем, и о приобретении или сбыте имущества, заведомо добытого преступным путем", принимать во внимание типологии незаконных финансовых операций, подготовленные Росфинмониторингом.

В пункте 7 Обзора  разъяснено, что суд отказывает в удовлетворении требований, основанных на мнимой (притворной) сделке, совершенной в целях придания правомерного вида передаче денежных средств или иного имущества.

На основании статьи 170 Гражданского кодекса сделки участников оборота, совершенные в связи с намерением создать внешне легальные основания осуществления передачи денежных средств или иного имущества, в том числе для легализации доходов, полученных незаконным путем, в зависимости от обстоятельств дела могут быть квалифицированы как мнимые (совершенные лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия) или притворные (совершенные с целью прикрыть другие сделки, в том числе сделки на иных условиях) ничтожные сделки.

Разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации по вопросам, связанным с оценкой мнимости (притворности) сделок, содержатся в пунктах 86 - 88 постановления от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", в которых внимание судов обращено на то, что мнимой может быть признана в том числе сделка, исполнение которой стороны осуществили формально лишь для вида, например, посредством составления актов приема-передачи в отсутствие действительной передачи имущества или осуществления государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество без реальной передачи владения (пункт 86), а притворной - сделка или несколько сделок, совершенных на иных условиях, например, на иную сумму, в сравнении с действительной суммой исполнения (пункты 87 и 88).

Мнимость или притворность сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их главным действительным намерением. При этом сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но при этом стремятся создать не реальные правовые последствия, а их видимость. Поэтому факт такого расхождения волеизъявления с действительной волей сторон устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность их намерений.

При наличии сомнений в реальности существования обязательства по сделке в ситуации, когда стороны спора заинтересованы в сокрытии действительной цели сделки, суд не лишен права исследовать вопрос о несовпадении воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий, в том числе, оценивая согласованность представленных доказательств, их соответствие сложившейся практике хозяйственных взаимоотношений, наличие или отсутствие убедительных пояснений разумности действий и решений сторон сделки и т.п.

Приведенные подходы к оценке мнимости (притворности) сделок являются универсальными и в полной мере применимы к тем случаям, когда совершение таких сделок обусловлено намерением придать правомерный вид передаче денежных средств или иного имущества, полученного с нарушением закона. В качестве примеров можно привести следующие дела.

В  Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020) указано, что совершая мнимые сделки, аффилированные по отношению друг к другу стороны, заинтересованные в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся. 

Согласно  данным Единого государственного  реестра  юридических  лиц  по состоянию на 08.10.2021 участниками  общества «ПКФ «Проминвест» являются ФИО9, ФИО9, ФИО9, ФИО10, ФИО8, последний также  исполняет  обязанности  единоличного  исполнительного  органа;  участником   общества «Агрорус» - ФИО9, она же директор  общества.  Фактически истец и  ответчик находились по единому адресу,  на  основании  договора  аренды  от 01.01.2018 общество «Агрорус» предоставило обществу «ПКФ «Проминвест»  нежилое помещение площадью 35 кв.м в здании  по  адресу:  

<

...>  этаж, для целей расположения офиса; этот же  адрес указан в ЕГРЮЛ  в качестве  юридического  адреса общества «Агрорус», универсальных  передаточных  документах.

Из  пояснений  третьего  лица ФИО6  от 15.02.2022 следует, что  она  с августа 2009 года по  июнь 2021 года  занимала  должность  главного  бухгалтера  общества  «ПКФ «Проминвест», у истца и  ответчика была единая бухгалтерская служба, ФИО8 не мог не  знать  о  перечислении денежных  средств, так как платежные документы подписаны двумя подписями.

Судом  установлено  финансирование  деятельности  общества  «ПКФ «Проминвест»  за счет  привлечения заемных денежных  средств, займодавцем выступила ФИО9, что  подтверждено протоколом внеочередного  общего  собрания,  договором займа от 14.08.2020 № 6, платежным документом  на  сумму 13 775 062,19 руб.  В последующем общество «ПКФ «Проминвест» оплатило ответчику  долг по договору поставки товара путем  перечисления денежных  средств  в сумме  13 763 062 рублей 20 коп. платежным  поручением от  18.08.2020 № 1765. 

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.05.2010 N 677/10 разъяснено, что транзитное движение денежных средств  может представлять собой сделку, совершенную лишь для вида, либо для прикрытия другой сделки без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, с целью введения в заблуждение окружающих относительно характера возникших между сторонами правоотношений.

По результатам налоговой проверки  ООО «Компания Агророс» налоговым органом  установлено применение обществом схемы получения неправомерной налоговой экономии путем использования формального документооборота в целях заявления налоговых вычетов по НДС, указанные обстоятельства были  предметом  рассмотрения в рамках  дела  № А60-58914/2021.

С учетом  установленных  по  делу  обстоятельств,  свидетельствующих  о фактической и  юридической аффилированности  сторон по  отношению  друг к другу, общности  их экономических  интересов в спорный период, что  подтверждено в частности  финансированием одного  общества за счет другого за счет  привлечения денежных  средств участника,  направленности  действий сторон  на  сокрытие действительного  волеизъявления при совершении  сделки,  участии стороны  сделки  в незаконной схеме получения неправомерной налоговой экономии,  учитывая правые подходы вышестоящего суда к оценке сделок  сторон  на предмет  их  реальности, суд  правомерно не  усмотрел  оснований для  удовлетворения заявленного  иска в связи  с тем, что  сделка сторон  носила  мнимый характер. Суду  не  были  представлены доказательства реальной поставки  товара, его  приобретения, хранения и   перемещения, в том числе  для целей дальнейшей переработки. 

Вопреки  доводам истца, оснований для возврата  денежных  средств, уплаченных по  мнимой сделке,  не  имеется.

По смыслу ст. 1102 ГК РФ право на взыскание неосновательного обогащения имеет только то лицо, за счет которого ответчик приобрел имущество без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований.  Для удовлетворения требования о взыскании неосновательного обогащения потерпевший должен доказать, что приобретатель приобрел или сберег имущество за его счет без законных оснований.

Отсутствие намерения сторон спора раскрыть действительные отношения, стоящие за оформлением  договоров поставки, и подтвердить законность совершенных при этом финансовых операций, исключает  удовлетворение иска.  В определении Верховного Суда РФ от 14.02.2019 N 305-ЭС18-18538 сформулирован правовой подход, в силу которого противоправная цель, скрываемая сторонами сделки, наличие которой установлено судом по совокупности косвенных признаков, может указывать на злоупотребление правом.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Как разъяснено в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Исходя из приведенных выше обстоятельств, с достоверностью свидетельствующих о том, что сделки поставки  носили формальный характер, очевидно несовпадения воли сторон сделок с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такими сделками гражданско-правовых последствий, т.е. имеет место порок воли при совершении всех сделок, фактическая цель совершения указанных сделок участниками сделки не раскрыта, суд первой инстанции  правомерно  указал  на  отсутствие  оснований для осуществления судебной защиты права, так как противоправная цель в силу статьи 10 ГК РФ не подлежит судебной защите.

В ходе рассмотрения дела установлены признаки мнимости сделки, стороны  осуществляли  сомнительную финансово-хозяйственную деятельность, направленную на получение  неправомерной налоговой экономии, кроме того, имеются признаки транзитного  движения денежных  средств по  счетам истца.

При названных обстоятельствах, решение суда первой инстанции является законным и обоснованным.

Суд апелляционной инстанции считает, что все имеющие существенное значение для рассматриваемого дела обстоятельства судом установлены правильно, представленные доказательства полно и всесторонне исследованы и им дана надлежащая оценка.

Основания для отмены или изменения решения суда первой инстанции по приведенным в апелляционной жалобе доводам отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта в соответствии со ст. 270 АПК РФ, судом апелляционной инстанции не установлено. Решение арбитражного суда отмене не подлежит.

Судебные расходы на оплату государственной пошлины в связи с подачей апелляционной жалобы относятся на заявителя (ст. 110 АПК РФ).

На основании изложенного и руководствуясь статьями 258, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Свердловской области от 11 июля 2022 года  по делу № А60-52388/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу -  без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационногопроизводства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

М.А. Полякова 

 

Судьи

 

Д.И. Крымджанова 

 

Ю.В. Скромова