АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЯРОСЛАВСКОЙ ОБЛАСТИ

150999, г. Ярославль, пр. Ленина, 28  http://yaroslavl.arbitr.ru

 

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А82-19122/2019

г. Ярославль

04 сентября 2020 года

Резолютивная часть решения оглашена  06 августа 2020 года.

Арбитражный суд Ярославской области в составе судьи  Н.А. Розовой,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Маянцевой Л.В., 

рассмотрев в судебном заседании заявление  Общества с ограниченной ответственностью "Артель" (ИНН  

<

***>, ОГРН  

<

***>)

к  Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 1 по Ярославской области (ИНН  

<

***>, ОГРН  

<

***>)

о признании недействительным решения от 19.06.2019 № 08-20/6 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения,

при участии

от заявителя – ФИО2 – представителя по доверенности от 16.04.2020, 

от ответчика – ФИО3 -  зам.начальника  правового отдела УФНС России по ЯО по доверенности от  14.01.2020, 

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Артель» (далее – ООО «Артель», Общество, налогоплательщик) обратилось в суд с заявлением о признании недействительным решения Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 1 по Ярославской области (далее – Инспекция) от 19.06.2019 № 08-20/6 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения в части:

- начисления налога на прибыль организаций за 2016-2017 годы  в сумме  2 516 526руб., 

- начисления пеней по налогу на прибыль организаций в соответствующей сумме,

- уменьшения убытка  по налогу на  прибыль за  215 год  на 12 917 168руб.,

- привлечения  к ответственности, предусмотренной п.1 ст.122 НК РФ, за неуплату налога на прибыль  организаций в виде штрафа на общую сумму 503 305,20руб.,

- привлечения  к ответственности, предусмотренной  п.1 ст.126 НК РФ, в виде штрафа  в размере 281 500руб.

Ответчик заявленное требование не признал по основаниям, изложенным в отзыве и дополнениях к отзыву, просит в удовлетворении заявленного требования отказать. 

Рассмотрев материалы дела и заслушав представителей сторон, суд установил следующее. 

 Инспекцией проведена выездная налоговая проверка ООО «Артель» за период с 01.01.2015 по  31.12.2017. По результатам проверки составлен акт выездной налоговой проверки № 08-19/4 от 22.04.2019 и вынесено решение № 08-20/6 от 19.06.2019 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения. 

 Указанным решением Общество привлечено к ответственности, предусмотренной п.1 ст.122 НК РФ,  за неуплату налога на прибыль организаций  в виде штрафа в размере 537 711,80руб., а также предусмотренной п.1 ст.126 НК РФ, за  непредставление (несвоевременное представление)  документов по требованию налогового органа в виде штрафа  в размере 281 500руб., предусмотренной п.1 ст.119 НК РФ, за непредставление в установленный срок налоговой декларации по налогу на имущество  организаций за 2016 и 2017 годы в виде штрафа в размере 1000руб.  

Также     Обществу уменьшен убыток  по налогу на прибыль организаций за  2015 год  на 12 922 150руб. 

Обществу  предложено уплатить указанные штрафы,  недоимку по налогу на прибыль организаций  в сумме 2 688 559руб. и пени по налогу на прибыль  в размере 582 105,10руб.  

Общество обжаловало указанное решение Инспекции в Управление ФНС России по Ярославской области. Решением Управления ФНС России по Ярославской области  от 29.08.2019 № 149 решение Инспекции отменено в части доначисления налога на прибыль организаций в размере  172 033руб., привлечения к ответственности, предусмотренной п.1 ст.122 НК РФ, в виде штрафа за неуплату налога на прибыль  в размере 34 406,60руб., начисления пеней по налогу на прибыль организаций в соответствующей сумме.  В остальной части  решение Инспекции оставлено без изменения, апелляционная жалоба Общества – без удовлетворения.  

 Не согласившись с рением Инспекции в части налога на прибыль, Общество обратилось в суд с настоящим заявлением. 

          Общество оспаривает вывод Инспекции о занижении внереализационных доходов по налогу на прибыль за 2015 год на сумму кредиторской задолженности ООО «СтройГрадЯр» в размере 12 917 168 руб. 

          Заявитель считает, что в спорной ситуации отсутствовали основания для вывода об истечении срока исковой давности в проверяемом периоде, поскольку Обществом в ходе проверки представлен Акт сверки взаимных расчетов с ООО «СтройГрадЯр» за период с 01.01.2017 по 30.11.2017. Также представлялись претензия контрагента от 28.01.2013, ответ на претензию от 04.03.2013, письмо о задолженности от 31.08.2015 № 40, которые Инспекцией проигнорированы.  

         По мнению заявителя, отсутствуют правовые основания для вывода об истечении срока исковой давности в проверяемом периоде в связи со следующим. 

В соответствии со ст.11 НК РФ и письмом Минфина России от 16.11.2010 № 03-03-06/1/725 для целей применения нормы о списании безнадежных долгов понятие срока исковой давности, а также причины прерывания течения этого срока регулируются гражданским законодательством РФ.

В соответствии со ст.195-203 ГК РФ (в том числе с учетом редакции, действующей в проверяемый период) исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено, общий срок исковой давности установлен в три года. 

           Течение срока начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права, и заканчивается в соответствующие месяц и число последнего года срока. Течение срока исковой давности может прерываться предъявлением иска в установленном порядке, а также совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга. После перерыва течение срока исковой давности начинается заново; время, истекшее до перерыва, не засчитывается в новый срок.

Согласно разъяснениям, данным в п.20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее Постановление №43), к  таким действиям могут относиться, в частности: признание претензии; изменение договора уполномоченным лицом, из которого следует, что должник признает наличие долга, равно как и просьба должника о таком изменении договора (например, об отсрочке или о рассрочке платежа); акт сверки взаимных расчетов, подписанный уполномоченным лицом.

Таким образом,  перечень действий, свидетельствующих о признании должником долга, не является закрытым.

Указанный вывод подтверждается судебной практикой на уровне ВАС РФ и Верховного Суда РФ (постановления Президиума ВАС РФ от 15.12.2009 № 9629/09, от 14.07.09 №5286/09, определения Верховного Суда РФ от 02.12.14 №5-КГ14-118, от 25.02.14 №18-КГ1-165, от 12.02.13 №13096/12).

Обществом в ходе проверки в качестве доказательств перерыва течения срока давности представлен акт сверки взаимных расчетов с ООО «СтройГрадЯр» за период с 01.01.2017 по 30.11.2017, а также  претензия контрагента от 28.01.2013, ответ на претензию от 04.03.2013, письмо о задолженности от 31.08.2015 № 40, с учетом которых   срок исковой давности  прервался и в любом случае не мог истечь в 2015 году.  Заявитель также считает, что спорная сумма  кредиторской задолженности не может быть  включена в состав внереализационных доходов 2016 и 2017 годов, поскольку данное нарушение за 2016-2017 годы не было установлено  в ходе налоговой проверки.  

          Инспекция  считает  вывод о занижении внереализационных доходов за 2015 год  обоснованным и правомерным.   Обществом в нарушение п.18 ст.250 НК РФ   не включена в состав внереализационных доходов кредиторская задолженность с истекшим сроком исковой давности по контрагенту ООО «СтройГрадЯр» в сумме 12 917 168 руб. по договорам подряда №018/5 от 27.01.2012, №022/7 от 01.10.2012.

        Инспекция исходит из положений п.1 ст.196, ст.ст.200, 203 ГК РФ.  Инспекция  основывается на  разъяснениях, данных в пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее – Постановление № 43), согласно которым  к действиям, свидетельствующим о признании долга в целях перерыва течения срока исковой давности, в частности, могут относиться: признание претензии; изменение договора уполномоченным лицом, из которого следует, что должник признает наличие долга, равно как и просьба должника о таком изменении договора (например, об отсрочке или о рассрочке платежа); акт сверки взаимных расчетов, подписанный уполномоченным лицом. Ответ на претензию, не содержащий указания на признание долга, сам по себе не свидетельствует о признании долга. 

Также в пункте 21 Постановления № 43 указано, что перерыв течения срока исковой давности в связи с совершением действий, свидетельствующих о признании долга, может иметь место лишь в пределах срока давности, а не после его истечения.

Вместе с тем, по истечении срока исковой давности течение исковой давности начинается заново, если должник или иное обязанное лицо признает свой долг в письменной форме (пункт 2 статьи 206 ГК РФ).

Инспекция указывает, что дата признания внереализационных доходов для целей налогообложения прибыли установлена пунктом 4 статьи 271 Кодекса, в соответствии с которым доход в виде кредиторской задолженности, по которой истек срок исковой давности, учитываются в составе внереализационных доходов в последний день того отчетного периода, в который истекает срок исковой давности.

Таким образом, положения пункта 18 статьи 250, пункта 4 статьи 271 Кодекса предусматривают обязанность налогоплательщика отнести суммы кредиторской задолженности, по которой истек срок исковой давности, в состав внереализационных доходов в последний день отчетного (налогового) периода, в котором истек срок исковой давности.

В ходе выездной налоговой проверки за период с 01.01.2015 по 31.12.2017 и анализа материалов предыдущей выездной налоговой проверки налогоплательщика за период с 01.01.2011 по 31.12.2013 Инспекцией установлено, что задолженность перед ООО «СтройГрадЯр» в сумме 12 917 168 руб. возникла в декабре 2012 года, имелась на 01.01.2013, на 01.01.2014, на 01.01.2015, на 01.01.2016, на 01.01.2017 и на 31.12.2017 в этой же сумме. 

При отсутствии документов, подтверждающих совершение обязанным лицом в период с декабря 2012 года по декабрь 2015 года действий, свидетельствующих о признании долга, установленный статьей 196 ГК РФ трехлетний срок исковой давности по данной задолженности истекает в декабре 2015 года. В связи с этим у налогоплательщика возникает обязанность 31.12.2015 отнести сумму кредиторской задолженности, по которой истек срок исковой давности, в состав внереализационных доходов в соответствии с положениями пункта 18 статьи 250 и пункта 4 статьи 271 Кодекса.

В ходе выездной налоговой проверки по требованию налогового органа о представлении документов налогоплательщиком представлена копия акта сверки взаимных расчетов за период с 01.01.2017 по 30.11.2017, который, по мнению Общества, свидетельствует о начале течения срока исковой давности заново в соответствии с положениями пункта 2 статьи 206 ГК РФ. 

Однако, исходя из положений главы 12 «Исковая давность» ГК РФ, исковой давностью признается срок для защиты судом права по иску лица, право которого нарушено. Предусмотренное положениями пункта 2 статьи 206 ГК РФ возобновление течения исковой давности заново в случае, если по истечении срока исковой давности должник признает в письменной форме свой долг, восстанавливает права кредитора на защиту его прав судом.

В налоговом законодательстве отсутствуют нормы, позволяющие в случае признания в письменной форме должником своего долга по истечении срока исковой давности и начала течения исковой давности заново, восстановить в налоговом учете сумму задолженности, ранее списанную в соответствии с положениями пункта 18 статьи 250 и пункта 4 статьи 271 Кодекса.

Кроме того, спорный Акт сверки взаимных расчетов за период с 01.01.2017 по 30.11.2017 подписан от имени ООО «СтройГрадЯр» неуполномоченным лицом (ФИО4), которая, согласно данным Единого государственного реестра юридических лиц, с 20.05.2014 не является генеральным директором ООО «СтройГрадЯр». Налогоплательщиком не представлена копия доверенности на имя ФИО4 на право подписывать документы от имени ООО «СтройГрадЯр».

Согласно представленным в налоговые органы справкам по форме 2-НДФЛ,  ФИО4 получала доходы (вознаграждение за выполнение трудовых обязанностей) в ООО «СтройГрадЯР» в период с сентября по декабрь 2012 года; с 2013 года получает доходы (вознаграждение за выполнение трудовых обязанностей) от иных юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, зарегистрированных на территории Ярославской области. 

Согласно данным Единого государственного реестра юридических лиц, с 24.02.2014 ООО «СтройГрадЯр» снято с налогового учета в налоговых органах Ярославской области и состоит на учете в Инспекции Федеральной налоговой службы № 26 по г.Москве; с 21.05.2014 генеральным директором ООО «СтройГрадЯр» является ФИО5. 

Таким образом, с мая 2014 года ФИО4, проживающая и трудоустроенная в г. Ярославле, не является генеральным директором ООО «СтройГрадЯр», зарегистрированного с 24.02.2014 в г. Москве, не получает от ООО «СтройГрадЯр» вознаграждений за выполнение трудовых обязанностей, следовательно, не вправе подписывать какие-либо документы от имени ООО «СтройГрадЯр» без доверенности. 

Кроме того, в ходе выездной проверки установлено, что расчетные счета ООО «СтройГрадЯр» в ПАО «Росбанк» закрыты 24.04.2014; в 2014-2018 годах ООО «СтройГрадЯр» не выплачивало заработную плату сотрудникам, в том числе директору ФИО5 (не представляло справки о доходах работников по форме 2-НДФЛ), согласно данным ЕГРЮЛ ФИО5 по решению суда от 04.07.2017 дисквалифицирован с 11.08.2017 на 24 месяца в связи с недостоверностью сведений о нем как о руководителе ряда организаций включая ООО «СтройГрадЯр» (в ходе допросов свидетель однозначно опроверг, что является учредителем (руководителем) указанных организаций, и сообщил, что он по просьбе третьих лиц за вознаграждение передал третьим лица документы, удостоверяющие личность, но фактического участия в финансово-хозяйственной деятельности этих организаций не принимал (не собирался принимать изначально)); само ООО «СтройГрадЯР» исключено из ЕГРЮЛ 09.01.2018 как недействующее юридическое лицо, что свидетельствует о том, что в 2015-2017 годах ООО «СтройГрадЯр» не осуществляло предпринимательскую деятельность. 

Иные документы, подтверждающие прерывание срока исковой давности в период с декабря 2012 года по декабрь 2015 года, налогоплательщиком в ходе выездной налоговой проверки не представлены.

В отношении представленных заявителем с возражениями на Акт налоговой проверки дополнительных документов налоговый орган обращает внимание на следующее.

Представив письмо ООО «Артель» от 31.08.2015 № 40, адресованное генеральному директору ООО «СтройГрадЯр» ФИО5, о подтверждении кредиторской задолженности ООО «Артель» перед ООО «СтройГрадЯр» на 31.08.2015 по договорам подряда от 01.10.2012, от 27.01.2012 в общей сумме 12 917 168 руб. и просьбой предоставить отсрочку по погашению данной задолженности в срок до 30.04.2016, налогоплательщик не представил документальных доказательств того, каким способом это письмо было направлено в адрес ООО «СтройГрадЯр», учитывая, что с 21.05.2014 ООО «СтройГрадЯр» находится в г. Москве, не осуществляло с 2014 года деятельность, а ФИО5 дал показания, что он по просьбе третьих лиц за вознаграждение передал третьим лица документы, удостоверяющие личность, но фактического участия в финансово-хозяйственной деятельности этой организации не принимал (не собирался принимать изначально). В нижней части копии письма имеется плохо различимый штамп, не позволяющий установить наименование лица, которому он принадлежит, подпись без указания расшифровки лица, ее проставившего, и дата 10.09.2015. Указанные данные не позволяют достоверно установить, что рассматриваемое письмо было своевременно получено уполномоченным лицом ООО «СтройГрадЯр». Налогоплательщиком не представлены какие-либо документы, подтверждающие согласие ООО «СтройГрадЯр» на представление отсрочки по погашению спорной задолженности. Кроме того, в рассматриваемом письме от 31.08.2015 ООО «Артель» гарантирует погасить задолженность в полном объеме в сумме 12 917 168 руб. в срок до 30.04.2016, в то время как у ООО «СтройГрадЯр» с 24.04.2014 отсутствуют расчетные счета в кредитных учреждениях, в связи с чем у ООО «Артель» отсутствовала реальная возможность исполнить данные в этом письме гарантии.    

Представив подписанную генеральным директором ФИО4 претензию ООО «СтройГрадЯр» от 28.01.2013 № 48/6 с просьбой погасить задолженность по договорам подряда от 01.10.2012 и 27.01.2012 в общей сумме 12 917 168 руб. в течение 30 календарных дней со дня получения Претензии и ответ ООО «Артель» от 04.03.2013 б/н с подтверждением наличия у ООО «Артель» задолженности перед ООО «СтройГрадЯр» в сумме 12 917 168 руб. и просьбой предоставить отсрочку платежа до 31.12.2013, налогоплательщик не представил документальных доказательств того, каким способом осуществлялась доставка корреспонденции между ООО «СтройГрадЯр» (г. Ярославль) и ООО «Артель» (г. Переславль-Залесский»). Отсутствуют данные, позволяющие достоверно установить, что рассматриваемое письмо было своевременно получено уполномоченным лицом ООО «СтройГрадЯр». Налогоплательщиком не представлены какие-либо документы, подтверждающие согласие ООО «СтройГрадЯр» на представление отсрочки по погашению спорной задолженности. 

В связи с этим Инспекция к данным документам и доводам Налогоплательщика относится критически. 

Инспекция также  указывает, что если признать  ответ ООО «Артель» от 04.03.2013 б/н на претензию ООО «СтройГрадЯр» от 28.01.2013 № 48/6 прерывающим  течение срока исковой давности, то  спорная сумма кредиторской задолженности должна быть отражена в учете как  внереализационные доходы за 2016 год, который входит в проверяемый период.  Такой перенос внереализационных доходов  в 2016 год является обоснованным и правомерным, поскольку предметом выездной налоговой проверки является правильность исчисления налогов и сборов и обеспечить правильность исчисления налога, исходя из реально сложившегося финансового результата  деятельности налогоплательщика. Самостоятельно  Общество ни в 2016 году, ни в 2017 году указанные доходы в налоговых декларациях не отразило,  у инспекции отсутствует возможность понудить  налогоплательщика  представить налоговые декларации с указанием спорных внереализационных доходов.   

Исследовав  материалы дела и оценив доводы сторон, суд считает заявление  в указанной части подлежащим удовлетворению по следующим основаниям. 

 Согласно  ст.247 НК РФ объектом налогообложения по налогу на прибыль организаций (далее в настоящей главе - налог) признается прибыль, полученная налогоплательщиком. Прибылью в целях главы 25 НК РФ признается: для российских организаций, не являющихся участниками консолидированной группы налогоплательщиков, - полученные доходы, уменьшенные на величину произведенных расходов, которые определяются в соответствии с настоящей главой.

В соответствии со ст.248 НК РФ к  доходам в целях настоящей главы относятся:

1) доходы от реализации товаров (работ, услуг) и имущественных прав (далее - доходы от реализации);

2) внереализационные доходы.

         В силу п.18 ст.250 НК РФ внереализационными доходами налогоплательщика признаются, в частности, доходы в виде сумм кредиторской задолженности (обязательства перед кредиторами), списанной в связи с истечением срока исковой давности или по другим основаниям, за исключением случаев, предусмотренных подпунктами 21, 21.1, 21.3 и 21.4 пункта 1 статьи 251 настоящего Кодекса.

В соответствии с пунктом 4 статьи 271 НК РФ доход в виде кредиторской задолженности, по которой истек срок исковой давности, учитываются в составе внереализационных доходов в последний день того отчетного периода, в который истекает срок исковой давности.

Таким образом,  кредиторская задолженность с истекшим сроком исковой давности подлежит включению во внереализационные доходы в налоговом периоде, в котором истек срок исковой давности. 

Из материалов дела и пояснений сторон усматривается, что у Общества сформировалась кредиторская задолженность по контрагенту ООО «СтройГрадЯр» в сумме 12 917 168 руб. по договорам подряда № 018/5 от 27.01.2012, № 022/7 от 01.10.2012,  и данную задолженность  инспекция включила в состав внереализационных доходов  Общества за 2015 год как задолженность с истекшим сроком исковой давности. 

Вместе с тем,  Инспекцией не учтено следующее.

           В соответствии со ст.11 НК РФ и письмом Минфина России от 16.11.2010 № 03-03-06/1/725 для целей применения нормы о списании безнадежных долгов понятие срока исковой давности, а также причины прерывания течения этого срока регулируются гражданским законодательством РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 ГК РФ.

Согласно пункту 1 статьи 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

По обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения (пункт 2 статьи 200 ГК РФ).

В соответствии со статьей 203 ГК РФ течение срока исковой давности прерывается совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга. После перерыва течение срока исковой давности начинается заново; время, истекшее до перерыва, не засчитывается в новый срок.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», к действиям, свидетельствующим о признании долга в целях перерыва течения срока исковой давности, в частности, могут относиться: признание претензии; изменение договора уполномоченным лицом, из которого следует, что должник признает наличие долга, равно как и просьба должника о таком изменении договора (например, об отсрочке или о рассрочке платежа); акт сверки взаимных расчетов, подписанный уполномоченным лицом. Ответ на претензию, не содержащий указания на признание долга, сам по себе не свидетельствует о признании долга.

В пункте 21 Постановления Пленума № 43 указано, что перерыв течения срока исковой давности в связи с совершением действий, свидетельствующих о признании долга, может иметь место лишь в пределах срока давности, а не после его истечения.

 Обществом  с возражениями на акт проверки были представлены претензия контрагента от 28.01.2013 за подписью  генерального директора  ООО «СтройГрадЯр» ФИО4, ответ на претензию от 04.03.2013, подтверждающий наличие у  ООО «Артель» задолженности перед ООО «СтройГрадЯр» в сумме 12 917 168руб.  за выполненные работы по договорам подряда и просьбой предоставить отсрочку платежа   до 31.12.2013 (т.3, л.д.67-68). 

Суд полагает, что в соответствии со ст.ст.196, 200, 203 ГК РФ, разъяснениями, данными в пункте 20 Постановления № 43, срок исковой давности прервался 04.03.2013 и истек в 2016 году. 

Таким образом,  в силу п.18 ст.250, п. 4 ст.271 НК РФ кредиторская задолженность в сумме 12 917 168руб. подлежит включению в состав внереализационных доходов  Общества по состоянию на 31.12.2016.   Включение  указанной кредиторской задолженности в состав внереализационных доходов 2015 года и уменьшение  убытка по налогу на прибыль организаций за 2015 год неправомерно. 

Суд не принимает возражения инспекции о том, что  отсутствуют данные, позволяющие достоверно установить, что письмо было своевременно получено уполномоченным лицом ООО «СтройГрадЯр» и что было дано согласие  ООО «СтройГрадЯр» на представление отсрочки.  На письме  Общества от  04.03.2013 имеется  отметка   ООО  «СтройГрадЯр» о его получении, и действующее законодательство не требует получения согласия кредитора о предоставлении отсрочки для  перерыва  срока исковой давности. 

При этом суд также не принимает доводы  заявителя относительно письма  от 31.08.2015 № 40 и акта  сверки взаимных расчетов  за период с 01.01.2017 по 31.12.2017.  Акт сверки взаимных расчетов подписан неуполномоченным лицом ФИО4, которая с  20.05.2014 не является генеральным директором ООО «СтройГрадЯр».  Кроме того, данная организация с 24.02.2014 находится в г.Москве, расчетные счета  ООО «СтройГрадЯр» в ПАО   «Росбанк» закрыты 24.04.2014; в 2014-2018 годах ООО «СтройГрадЯр» не выплачивало заработную плату сотрудникам, в том числе директору ФИО5, не представляло справки о доходах работников по форме 2-НДФЛ. Согласно данным ЕГРЮЛ, ФИО5 по решению суда от 04.07.2017 дисквалифицирован с 11.08.2017 на 24 месяца в связи с недостоверностью сведений о нем как о руководителе ряда организаций, включая ООО «СтройГрадЯр»; само ООО «СтройГрадЯР» исключено из ЕГРЮЛ 09.01.2018 как недействующее юридическое лицо. Указанные обстоятельства  свидетельствуют о том, что в 2015-2017 годах ООО «СтройГрадЯр» не осуществляло предпринимательскую деятельность, а представленный Обществом акт сверки взаимных расчетов не может являться документом, свидетельствующим о перерыве срока исковой давности.  

        Письмо от  31.08.2015 № 40 адресовано  директору ООО «СтройГрадЯр» ФИО5,  который, согласно его показаниям, по просьбе третьих лиц за вознаграждение передал третьим лица документы, удостоверяющие личность, но фактического участия в финансово-хозяйственной деятельности этой организации не принимал (не собирался принимать изначально). Налогоплательщик не представил документальных доказательств того, каким способом это письмо было направлено в адрес ООО «СтройГрадЯр», учитывая, что с 21.05.2014 ООО «СтройГрадЯр» находится в г. Москве, не осуществляло с 2014 года деятельность,  

Кроме того, в указанном письме от 31.08.2015 ООО «Артель» гарантирует погасить задолженность в полном объеме в сумме 12 917 168 руб. в срок до 30.04.2016, в то время как у ООО «СтройГрадЯр» с 24.04.2014 отсутствуют расчетные счета в кредитных учреждениях, в связи с чем у ООО «Артель» отсутствовала реальная возможность исполнить данные в этом письме гарантии.    

 В связи с изложенным суд критически относится к письму  от 31.08.2015 № 40 и акту  сверки взаимных расчетов  за период с 01.01.2017 по 31.12.2017 и полагает, что  они не подтверждают перерыв срока исковой давности. 

          Вместе с тем, финансовые результаты за 2016 год по итогам проверки должны быть скорректированы  на спорную сумму кредиторской задолженности, которая должна быть отражена в учете как  внереализационные доходы за 2016 год, входящий в проверяемый период. Такое отражение внереализационных доходов в 2016 год является обоснованным и правомерным, поскольку в силу  п.4 ст.89 НК РФ предметом выездной налоговой проверки является правильность исчисления и своевременность уплаты налогов исходя из реально сложившегося финансового результата  деятельности налогоплательщика, установление его действительных налоговых обязательств. Данный вывод  сделан Конституционным Судом РФ в Постановлении от 16.07.2004 № 14-П, где указано, что основным содержанием налоговой проверки является проверка правильности исчисления и уплаты налогов на основе изучения как документальных источников информации, так и фактического состояния объектов налогообложения. 

Кроме того, учитывая, что за 2015 год у Общества  сформировался убыток 14 632 033руб., неотражение  спорной кредиторской задолженности в сумме 12 917 168руб. в составе внереализационных доходов 2016 года  может повлечь  необоснованное уменьшение налоговой базы по налогу на прибыль в будущих налоговых периодах на сумму убытка в порядке ст.283 НК РФ.   

          Заявитель  оспаривает вывод инспекции  о необоснованном невключении в состав внереализационных доходов кредиторской задолженности ликвидированных организаций 

 ООО «Аргос» (ИНН 

<

***>) в сумме 772 032,41 руб.,  ООО «Хайтек» (ИНН 

<

***>) в сумме 686 525,84 руб.,  ООО «Стройинвест» (ИНН 

<

***>) в сумме 4 373 663,56 руб., исключенных из ЕГРЮЛ в течение 2016г.  

         Саму необходимость включения  указанной кредиторской задолженности  в состав внереализационных доходов 2016 года Общество не оспаривает. 

         Однако, по мнению заявителя, инспекцией вывод о неполной уплате налога на прибыль организации за 2016г. сделан без учета права Общества на перенос убытка, полученного в предыдущем налоговом периода в соответствии с п.п.1 и 2 ст.283 НК РФ, на будущее путем уменьшения налоговой базы текущего налогового периода.

         Заявитель указывает, что согласно п.2.1 ст. 283 НК РФ в отчетные периоды до 01.01.2017 налоговая база по налогу за текущий отчетный (налоговый) период может быть уменьшена на сумму убытков, полученных в предыдущих налоговых периодах, без ограничений.   

Общество  ссылается на определении Верховного Суда РФ от 19.01.2018 №305-КГ17-14988 по делу №А41-17865/2016, где указано, что результатом налоговой проверки не может выступать доначисление недоимки, которая не должна была возникнуть у проверяемого лица при надлежащем соблюдении им требований законодательства о налогах и сборах, что свидетельствует о необходимости в ходе налоговой проверки установления действительных налоговых обязательств налогоплательщиков, так как в силу  п.4 ст.89 НК РФ предметом выездной налоговой проверки является правильность исчисления и своевременность уплаты налогов.

          Убыток по декларации по налогу на прибыль за 2015г. составил 14 632 033 руб.  и может быть перенесен на будущие налоговые периоды. 

          Общество отмечает, что инспекция не оспаривает наличие у Общества убытка за 2015г. в размере 1 709 883 руб. (14 632 033 руб. - 12 922 150 руб. (уменьшение, произведенное Инспекцией), но даже на эту сумму не произведено уменьшение доходов за 2016 год, что привело бы к уменьшению начисления налога на прибыль за 2016г. на 341 976,60 руб. (1 709 883 х 0,2) .

         Общество заявило о своем праве на  перенос убытка на будущие налоговые периоды, в том числе путем представления корректирующих налоговых деклараций в ходе рассмотрения дела в суде.  В связи с этим доначисление налога на прибыль за 2016г. должно быть произведено с учетом права Общества на перенос убытка за 2015г. (в размере 5 832 221,81 руб. с учетом необоснованного уменьшения налоговым органом убытка за 2015г. по основаниям, указанным в п.1 настоящего заявления), что приведет к отсутствию начислений налога на прибыль за 2016 год, поскольку общий размер убытка за 2015 год превышает размер внереализационного дохода за 2016г.  Также отсутствуют основания для начисления пеней по налогу на прибыль за 2016г.

         Таким образом, отсутствуют основания для начисления налога  на прибыль за 2016г. в сумме  1 905 326 руб.

Инспекция возразила, что согласно положениям пункта 1 статьи 80 Кодекса налоговая декларация представляет собой письменное заявление налогоплательщика об объектах налогообложения, о полученных доходах и произведенных расходах, об источниках доходов, о налоговой базе, налоговых льготах, об исчисленной сумме налога и (или) о других данных, служащих основанием для исчисления и уплаты налога.

В соответствии с положениями пункта 1 статьи 283 Кодекса налогоплательщики, понесшие убыток (убытки) в предыдущем налоговом периоде или в предыдущих налоговых периодах, вправе уменьшить налоговую базу текущего отчетного (налогового) периода на всю сумму полученного ими убытка или на часть этой суммы (перенести убыток на будущее).

В силу пункта 2 статьи 283 Кодекса налогоплательщик вправе осуществлять перенос убытка на будущее в течение десяти лет, следующих за тем налоговым периодом, в котором получен этот убыток.

Налогоплательщик вправе перенести на текущий налоговый период сумму полученного в предыдущем налоговом периоде убытка.

Таким образом, из указанных норм следует, что уменьшение налогоплательщиком налоговой базы текущего налогового периода на сумму полученного им в предыдущем налоговом периоде убытка является правом налогоплательщика, которое реализуется путем отражения сумм убытка, уменьшающего налоговую базу по налогу на прибыль, в соответствующей декларации.

Согласно данным декларации ООО «Артель» по налогу на прибыль организации за 2015 год Обществом получен убыток в размере 14 632 033 рублей. 

По результатам выездной налоговой проверки, охватывающей, в том числе, 2015 год, размер заявленного ООО «Артель» убытка за 2015 год Инспекцией уменьшен на 12 917 168 руб. (пункт 2.1 Решения). Таким образом, по данным выездной проверки остаток неперенесенного убытка на 01.01.2016 составил 1 714 865 рублей (14 632 033 рубля - 12 917 168 рублей).

Согласно данным налоговых деклараций ООО «Артель» по налогу на прибыль за 2016 год исчислена прибыль в размере 30 313 руб., за 2017 год – в размере 26 148 рублей. При этом ни в декларации по налогу на прибыль за 2016 год, ни в декларации за 2017 год, представленных Налогоплательщиком в Инспекцию до назначения выездной налоговой проверки, часть убытка, полученного ООО «Артель» за 2015 год, не перенесена Заявителем на 2016 и 2017 годы; с исчисленной в этих декларациях налоговой базы в суммах 30 313 руб. и 26 148 руб. соответственно Обществом исчислен налог в суммах 6 062 руб. и 5 229 руб. соответственно.

Таким образом, Налогоплательщиком не реализовано право на уменьшение налоговой базы за 2016 и 2017 годы за счет уменьшения ее на сумму убытка, полученного за предыдущие налоговые периоды (2015 год). 

Кроме того, в декларациях налогоплательщика за 2015, 2016, 2017 годы отсутствуют Приложения № 4 к листу 02 с отражением остатков неперенесенного убытка на начало и на конец каждого из этих периодов. 

Следовательно, Инспекция правомерно доначислила налог на прибыль организаций за 2016 год без учета убытков по итогам прошлых налоговых периодов.

Указанная позиция подтверждена и судебной арбитражной практикой. Так, согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.07.2012 № 3546/12, возможность учесть суммы убытка носит заявительный характер и на Налогоплательщика возложена обязанность доказать их правомерность и обоснованность.

В постановлении Арбитражного суда Северо-Западного округа от 01.06.2017 № Ф07-4781/2017 по делу № А05-8962/2016 суд указал, что налоговый орган не уполномочен принудительно определять размер убытка, подлежащего учету при исчислении налога на прибыль. Налогоплательщик сам определяет, в каком периоде и в какой сумме засчитывать убыток. До принятия решения по проверке он не обращался в инспекцию по вопросу учета убытка.

   Суд  считает  заявление в указанной части подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с положениями пункта 1 статьи 283 Кодекса налогоплательщики, понесшие убыток (убытки) в предыдущем налоговом периоде или в предыдущих налоговых периодах, вправе уменьшить налоговую базу текущего отчетного (налогового) периода на всю сумму полученного ими убытка или на часть этой суммы (перенести убыток на будущее).

В силу пункта 2 статьи 283 Кодекса налогоплательщик вправе осуществлять перенос убытка на будущее в течение десяти лет, следующих за тем налоговым периодом, в котором получен этот убыток.

Налогоплательщик вправе перенести на текущий налоговый период сумму полученного в предыдущем налоговом периоде убытка.

 Как указано в п.34 consultantplus://offline/ref=C0AA5152BE99EA61B9ADF972F77072C615B07D62E7876725BFBB25D53A6B65E295F357488FFA65F0BB7A3D015EE2552F455112F52A8B279E11JEQ «Обзора судебной практики Верховного  Суда Российской Федерации № 4 (2019) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ  25.12.2019),  делая вывод об отсутствии у налогового органа при определении окончательного размера недоимки обязанности по корректировке данного дохода на величину накопленного обществом убытка прошлых лет, суд округа не учел следующего.

          В п.1 ст.283 НК РФ закреплено положение, согласно которому налогоплательщики, понесшие убыток (убытки) в предыдущем налоговом периоде или в предыдущих налоговых периодах, вправе уменьшить налоговую базу текущего налогового периода на всю сумму полученного ими убытка или на часть этой суммы (перенести убыток на будущее). Налогоплательщики вправе осуществлять перенос убытка на будущее в течение десяти лет, следующих за тем периодом, в котором получен этот убыток (п. 2 ст. 283 НК РФ).

          Следовательно, для отказа в применении положений ст. 283 НК РФ должно быть установлено, что соответствующие расходы налогоплательщика, входящие в объем переносимого убытка, документально не подтверждены.

          Данное обстоятельство устанавливается в ходе налоговой проверки, то есть по результатам взаимодействия налогового органа и налогоплательщика, если принять во внимание поведение сторон в рамках такого взаимодействия.

          Исходя из положений п. 2 ст. 22 НК РФ, налоговое администрирование должно осуществляться с учетом принципа добросовестности, предполагающего учет законных интересов плательщиков налогов и недопустимость создания формальных условий для взимания налогов сверх того, что требуется по закону.

          Это означает, что при возникновении вопроса о переносе накопленного убытка прошлых лет налоговый орган в ходе проведения налоговой проверки и рассмотрения ее результатов обязан предоставить налогоплательщику реальную возможность подтвердить соблюдение требований п. 4 ст. 283 НК РФ.

          Как усматривается из материалов дела,  Общество располагает документами,  подтверждающими  наличие убытка, и данный факт  инспекцией не оспаривается. 

          Спор  касается вопроса о том, в каком порядке  налогоплательщик должен  заявить об использовании им права на перенос убытков на будущее.  По мнению инспекции,  заявить о наличии данного права  Общество могло только  путем заблаговременной (до выездной налоговой проверки) подачи налоговых деклараций по налогу на прибыль  за 2016, 2017 годы. 

          Вместе с тем, инспекцией не учтено следующее. 

          Предъявляемое  инспекцией требование  нарушает установленный п.2 ст.22 НК РФ  принцип добросовестности налогового администрирования, предполагающий учет законных интересов плательщиков налогов и недопустимость создания формальных условий для взимания налогов сверх того, что требуется по закону.           Налогоплательщик может в любое время воспользоваться предоставленным ему законом правом, в том числе  заявив об этом  в ходе налоговой проверки.      

          О своем праве на перенос убытка  на будущие налоговые периоды в порядке ст.283 НК РФ  Общество заявило  в возражениях на акт выездной налоговой проверки  исх. № 27 от  13.06.2019,  в апелляционной жалобе в УФНС России по Ярославской области, затем в суде,  при этом подав  в ходе рассмотрения дела в установленном порядке корректирующие налоговые декларации по налогу на прибыль за 2016 и 2017 годы.

         Таким образом, отказ  инспекции от  учета  убытков  прошлых лет при доначислении  налога на прибыль за 2016 год является неправомерным.

         При этом  налоговая база за 2016 год  (финансовый результат) должна формироваться также с учетом  переноса  заниженных внереализационных доходов  в сумме 12 917 168 руб.  из 2015 года в 2016 год.

          Общество оспаривает решение инспекции в части вывода о завышении расходов за 2016 год  на сумму амортизации  по автомобилю  КАМАЗ-43118  в связи с  неверным отнесением  указанного основного средства к четвертой амортизационной группе (имущество  со сроком полезного использования  свыше 5 лет до 7 лет включительно) вместо пятой  амортизационной группы (имущество со сроком полезного использования свыше 7 лет до 10 лет включительно).

          По мнению Общества,  данный автомобиль относится к четвертой амортизационной группе (61 месяц полезного использования) на основании следующего. 

          На момент ввода в эксплуатацию объекта постановление Правительства РФ от 01.01.2002 № 1 «О Классификации основных средств, включаемых в амортизационные группы» действовало в редакции от 06.07.2015 со ссылками на "ОК 013-94. Общероссийский классификатор основных фондов" (утв. постановлением Госстандарта РФ от 26.12.1994 N 359), действие которого утратило силу  с 01.01.2017 года в связи с  изданием Приказа Росстандарта от 12.12.2014 N 2018-ст, утвердившего новый  «ОК 013-2014 (СНС 2008). Общероссийский классификатор основных фондов».  

         С 01.01.2017 действует новый ОКОФ (ОК 013-2014) и новая классификация основных средств, включаемых в амортизационные группы (изменения внесены постановлением Правительства РФ от 07.07.2016 N 640). Таким образом, новая классификация применяется к основным средствам, введенным в эксплуатацию с 1 января 2017 года, что подтверждается  Минфином РФ  в Письме от 08.11.2016 N 03-03-РЗ/65124.

        Согласно «ОК 013-94. Общероссийский классификатор основных фондов» (утв. постановлением Госстандарта РФ от 26.12.1994 N 359)  бортовой  автомобиль КАМАЗ-43118  с крано-манипуляторной установкой РК 23500А относится к группе специализированных автомобилей,  и ему соответствует  код 15 3410449 «Автомобили специальные, кроме включенных в группировку 14 3410040, прочие».

         Данный код ОС, согласно постановлению Правительства РФ от 01.01.2002 N 1 «О Классификации основных средств, включаемых в амортизационные группы», включен в четвертую амортизационную группу код ОКОФ 15 3410449 «Автомобили специализированные для лесозаготовок;  специализированные прочие; специальные прочие, кроме включенных  в группировку  14 3410040».  

         Кроме того, в соответствии с паспортом  СМП.КАМАЗ-43118.РК 23500А.П Общество обязано получить  разрешение  на работу крана-манипулятора  в порядке,  установленном Федеральной службой по  экологическому,  технологическому и атомному надзору. Факт постановки  крана-манипулятора  автомобильного на учет  в Управлении Ростехнадзора  подтверждается письмом Центрального управления Ростехнадзора  от 06.04.2016 № 06-16/1046. 

         Как следует из сертификата соответствия  № С-RU.МР03.В.012114, изготовителем  автомобиля с краном-манипулятором  является  ООО «Строительные подъемные машины».  Указанная продукция  (код ОК 005 (ОКП) 48 3515) соответствует  требованиям Технического регламента  «О безопасности  колесных транспортных средств», утвержденного  постановлением правительства РФ от 10.09.2009 № 720.  

          В соответствии с «ОК 005-93. Общероссийский классификатор продукции» (утв. постановлением Госстандарта России от 30.12.1993 № 301), данный код  относится к группе  48 0000 «Продукция  строительного, дорожного  и коммунального машиностроения», для  изделий автомобильной  промышленности  данным классификатором   предусмотрена  другая группа – 45 0000.  

         Как следует из  Дополнительных требований к специализированным и  специальным транспортным средствам (Приложение  № 6 к техническому регламенту Таможенного союза «О безопасности  колесных транспортных средств» (ТР ТС 018/201), утвержденного  Решением Комиссии Таможенного союза  от 09.12.2011 № 877 «О принятии Технического регламента  Таможенного союза  «О безопасности  колесных транспортных средств», требования к автокранам  и транспортным средствам,  оснащенным кранами-манипуляторами, включены в состав  требований к специализированным  и специальным  транспортным средствам. Таким образом, автомобили с кранами-манипуляторами  относятся к  данной категории транспортных средств и к 5 амортизационной группе.  

         В связи с этим срок полезного  использования для расчета амортизации в целях налогообложения  следовало установить 61 месяц, а не 85 месяцев, как указал налоговый орган.   

          Также Общество  имеет  право  при вводе в эксплуатацию единовременно включить  в расходы  30%  его стоимости, что  соответствует  1 405 932,20руб.

         Таким образом, в соответствии с положениями п.9 статьи 258 НК РФ  при вводе в эксплуатацию объект включается в соответствующие амортизационные группы по стоимости за вычетом амортизационной премии, то есть 3280508,48 руб. (4686440,68-1405932,2).

Следовательно, сумма амортизации за 1 месяц составляет 3280508,48/61=53778,83 руб. При этом расходы в виде амортизации за 11 месяцев 2016 года составляют 591567,13 руб., то есть расходы за 2016 год Обществом завышены на 2 298 404,59 руб. ( 4295903,92-(1405932,2+591567,13).

Таким образом, вывод налогового органа о неполной уплате налога на прибыль за 2016 г. в сумме 278 204 руб. ( (3 689 423,32 - 2 298 404, 59)х 20%)  противоречит НК РФ.

 

          Инспекция  пояснила следующее. 

          Первоначально при расчете налога на прибыль за 2016 и 2017 годы амортизация по спорному автомобилю была исчислена Налогоплательщиком исходя из срока полезного использования 12 месяцев.  

Согласно Классификации основных средств, включаемых в амортизационные группы, утвержденной постановлением Правительства Российской Федерации от 01.01.2002 № 1 (далее – Классификация основных средств) грузовые автомобили относятся к амортизационным группам в зависимости от их грузоподъемности и типа. Большая их часть относится к 3 - 5 амортизационным группам.

До 01.01.2017 в Классификации основных средств применялись коды ОКОФ, предусмотренные Общероссийским классификатором основных фондов ОК 013-94, утвержденным Постановлением Госстандарта Российской Федерации от 26.12.1994 № 359; с 01.01.2017 - коды ОКОФ, утвержденные Общероссийским классификатором основных фондов ОК 013-2014 (СНС 2008), принятым и введенным в действие Приказом Росстандарта от 12.12.2014 № 2018-ст (в соответствии с Приказом Росстандарта от 10.11.2015 № 1746-ст дата введения в действие данного документа перенесена на 1 января 2017 года).

Например, к 3-й амортизационной группе основных средств (срок полезного использования свыше 3 и до 5 лет) относятся:

- до 01.01.2017 - Автомобили грузовые общего назначения грузоподъемностью до 0,5 т (Код ОКОФ 15 3410191);

- с 01.01.2017 - Автомобили грузовые с дизельным двигателем, имеющие технически допустимую максимальную массу не более 3,5 т (код ОКОФ 310.29.10.41.111);

 к 4 амортизационной группе (срок полезного использования свыше 5 и до 7 лет) относятся:

- до 01.01.2017: 

- Автомобили грузовые, дорожные тягачи для полуприцепов (автомобили общего назначения: бортовые, фургоны, автомобили-тягачи; автомобили-самосвалы) (Код ОКОФ 15 3410020) кроме транспортных средств с Код ОКОФ - 15 3410191 (Автомобили грузовые общего назначения грузоподъемностью до 0,5т, отнесенные к 3-й амортизационной группе), 15 3410195 - 15 3410197 (Автомобили грузовые общего назначения грузоподъемностью свыше 5т, свыше 8т и свыше 15т, отнесенные к 5-й амортизационной группе), 15 3410211 - 15 3410216 (Автомобили - тягачи седельные до 3т и свыше 18т, отнесенные к 5-й амортизационной группе);

- Автомобили специализированные для лесозаготовок; специализированные прочие; специальные прочие (коды ОКОФ 15 3410380 - 15 3410449), кроме включенных в группировку 14 3410040 (Автомобили специальные и оборудование навесное к машинам для уборки городов, отнесенные к 3-й амортизационной группе);

- с 01.01.2017:

- Средства автотранспортные грузовые (автомобили грузовые, дорожные тягачи для полуприцепов (автомобили общего назначения: бортовые, фургоны, автомобили-тягачи; автомобили-самосвалы) (Код ОКОФ 310.29.10.4). 

- Средства автотранспортные специального назначения (код ОКОФ 310.29.10.5, к которому отнесены автокатафалки), Автобетоновозы (код ОКОФ 310.29.10.59.113), Автолесовозы (код ОКОФ 310.29.10.59.120) и другие;

к 5 амортизационной группе (срок полезного использования свыше 7 и до 10 лет) относятся: 

- до 01.01.2017: 

- Автомобили грузовые общего назначения грузоподъемностью свыше 5т (код ОКОФ 15 3410195 - 15 3410197);

- с 01.01.2017: 

– Автомобили грузовые с дизельным двигателем, имеющие технически допустимую максимальную массу свыше 3,5т, но не более 12т (код ОКОФ 310.29.10.41.112);

- Автомобили грузовые с дизельным двигателем, имеющие технически допустимую максимальную массу свыше 12т (код ОКОФ 310.29.10.41.113);

- Средства автотранспортные специального назначения (код ОКОФ 310.29.10.5, к которому отнесены автомобили-тягачи седельные).

В ходе выездной проверки установлено, что в 2015 году ООО «Артель» приобретен бортовой автомобиль КАМАЗ-43118 с крано-манипуляторной установкой РК 23500А за кабиной. Акт приема-передачи автомобиля составлен 29.01.2016.

Согласно паспорту транспортного средства, год изготовления автомобиля – 2016, мощность двигателя 300 л.с, тип двигателя – дизель, технически допустимая максимальная масса транспортного средства 21600 кг, максимальная грузоподъемность - 6100 кг, грузоподъемность на максимальном вылете 8,0 м – 2730 кг. Информация о том, что данный автомобиль является автотранспортом специального назначения, в технических документах отсутствует.

Установив, что автомобиль имеет дизельный двигатель, грузоподъемность составляет от 2,7т до 6,1т, а техническая допустимая максимальная масса транспортного средства превышает 12 тонн (21600 кг), и проанализировав перечень транспортных средств, включаемых в третью, четвертую и пятую амортизационные группы, с учетом примечаний к ОКОФ, Инспекция пришла к выводу о том, что рассматриваемый автомобиль имеет код ОКОФ: 

в 2016 году - 15 3410195 «Автомобили грузовые общего назначения грузоподъемностью свыше 5 до 8 т»;

с 2017 года - 310.29.10.41.113 «Автомобили грузовые с дизельным двигателем, имеющие технически допустимую максимальную массу свыше 12 т». 

В Классификации основных средств эти коды относятся к пятой амортизационной группе (имущество со сроком полезного использования свыше 7 лет до 10 лет включительно).

Правовых оснований для отнесения спорного транспортного средства к специальным автомобилям и, соответственно, к четвертой амортизационной группе не установлено.

Инспекция дополнительно пояснила,  что  при отнесении спорного транспортного средства  к пятой амортизационной группе  она исходила из  паспорта транспортного средства,  а также следующих нормативных документов. 

В соответствии с п.1 Отраслевой нормали ОН 025 270-66 «Классификация и система  обозначения  автомобильного подвижного состава, а также его агрегатов  и узлов, выпускаемых специализированными предприятиями» (далее – Нормаль), утвержденной  30.06.1966,  данная Нормаль устанавливает  классификацию и  систему обозначения автомобильного  подвижного состава. 

Также  инспекция  исходит из Приказа  МВД России  № 496,  Минпромэнерго России № 192,  Минэкономразвития России № 134  от 23.06.2005 «Об утверждении  Положения о паспортах  транспортных средств  и паспортах шасси транспортных средств» (далее – Положение).  

В соответствии с п.26 Положения в строке 2 «Марка, модель ТС» указывается условное  обозначение транспортного средства, присвоенное в порядке,  установленном для изделий автомобильной промышленности, и приведенное в  ОТТС, Свидетельстве либо в регистрационных документах и состоящее, как правило, из  присвоенного  транспортному средству буквенного, цифрового  или смешанного обозначения, независимого от  обозначения  других транспортных средств.

Согласно п.27 Положения, в строке 3 «Наименование (тип ТС)»  указывается характеристика  транспортного средства, определяемая  его конструкторскими особенностями и назначением. 

В паспорте транспортного средства автомобиля КАМАЗ-43118  указано  «Автомобиль бортовой  с краном-манипулятором» (т.2, л.д.104-105). 

Аналогично, в соответствии с Нормалью вторая цифра  цифрового обозначения модели  транспортного средства указывает его тип (вид автомобиля). Например:  1 – легковой автомобиль,  3 – грузовой бортовой автомобиль или пикап, 9 – специальное транспортное средство (т.10, л.д.95-96). 

Согласно  судебной практике,  при принятии решения об отнесении транспортного  средства  к легковым или грузовым суды руководствуются, прежде всего, данными ПТС (постановление ФАС ВСО от 12.03.2009 № А58-3798/08-Ф02-869/09). 

Согласно регистрационным документам, спорный автомобиль  не отнесен к специальным  транспортным средствам, вторая цифра  ТС 732407 КАМАЗ-43118 цифрового обозначения – 3, что означает  отнесение спорного транспортного средства к грузовым (бортовым) автомобилям и, соответственно, к 5 амортизационной группе. 

Основным назначением данного автомобиля является перевозка грузов, его возможно эксплуатировать как бортовой автомобиль для перевозки грузов и без использования  манипуляторной установки.  

Инспекцией также сделан запрос в МРЭО ГИБДД по Ярославской области о даче разъяснений по вопросу отнесения спорного  транспортного средства   к типу грузовой (бортовой) или  специальный.   В ответ на запрос МРЭО ГИБДД по Ярославской области  указал, что согласно паспорту транспортного средства  спорный автомобиль  не отнесен  к специальным  транспортным средствам  (письмо от  17.01.2020 № 84/46 - т.10, л.д. 116).   

Кроме того, заявитель  указывает, что вывод о неполной уплате налога за 2016 год сделан Инспекцией без учета права Общества на применение амортизационной премии в размере 30% от стоимости этого имущества, предоставленного пунктом 9 статьи 258 НК РФ. 

В отношении данного довода инспекция считает, что предоставленная пунктом 9 статьи 258 НК РФ возможность включить в состав расходов отчетного (налогового) периода расходы на капитальные вложения в размере не более 10 процентов (не более 30 процентов - в отношении основных средств, относящихся к третьей - седьмой амортизационным группам) первоначальной стоимости основных средств является правом налогоплательщика, которое реализуется путем отражения сумм указанных расходов, уменьшающих налоговую базу по налогу на прибыль, в соответствующей декларации.

Кроме того, воспользоваться данным правом можно только  при вводе  основного средства в эксплуатацию. Согласно письму Минфина  России от  21.04.2015 № 03-03-06/1/22577, если организация не воспользовалась  закрепленным в учетной политике правом  применения амортизационной премии при вводе основного средства в эксплуатацию, впоследствии,  после  ввода в эксплуатацию  указанного имущества,  правом на применение амортизационной премии  организация воспользоваться не может. 

Согласно данным налоговой декларации ООО «Артель» по налогу на прибыль за 2016 год строки 042 и 043 Приложения 2 к листу 02 Налогоплательщиком не заполнены, то есть предусмотренное п.9 ст.258 НК РФ право на применение амортизационной премии при вводе  основного средства в эксплуатацию не реализовано. В учетной политике Общества  право на применение амортизационной премии не закреплено.  

С учетом изложенного, впоследствии (в ходе проверки и позднее) правом на  применение амортизационной премии  Общество воспользоваться на может.  

Исследовав материалы дела и оценив  доводы сторон, суд  считает заявление в данной части не подлежащим удовлетворению. 

  В соответствии с п.п.1, 2 ст.252 НК РФ в целях настоящей главы налогоплательщик уменьшает полученные доходы на сумму произведенных расходов (за исключением расходов, указанных в статье 270 настоящего Кодекса).

Расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты (а в случаях, предусмотренных статьей 265 настоящего Кодекса, убытки), осуществленные (понесенные) налогоплательщиком.

Расходы в зависимости от их характера, а также условий осуществления и направлений деятельности налогоплательщика подразделяются на расходы, связанные с производством и реализацией, и внереализационные расходы.

Статьей 253 НК РФ установлено, что расходы, связанные с производством и реализацией, включают в себя, в том числе, расходы, связанные с изготовлением (производством), хранением и доставкой товаров, выполнением работ, оказанием услуг, приобретением и (или) реализацией товаров (работ, услуг, имущественных прав).

Расходы, связанные с производством и (или) реализацией, подразделяются на  материальные расходы;  расходы на оплату труда;  суммы начисленной амортизации;  прочие расходы.

Согласно п.1 ст.256 НК РФ амортизируемым имуществом в целях настоящей главы признаются имущество, результаты интеллектуальной деятельности и иные объекты интеллектуальной собственности, которые находятся у налогоплательщика на праве собственности (если иное не предусмотрено настоящей главой) и используются им для извлечения дохода. Амортизируемым имуществом признаются имущество, результаты интеллектуальной деятельности и иные объекты интеллектуальной собственности со сроком полезного использования более 12 месяцев и первоначальной стоимостью более 100 000 рублей.

В соответствии с п.1 ст.258 НК РФ амортизируемое имущество распределяется по амортизационным группам в соответствии со сроками его полезного использования. Сроком полезного использования признается период, в течение которого объект основных средств или объект нематериальных активов служит для выполнения целей деятельности налогоплательщика. Срок полезного использования определяется налогоплательщиком самостоятельно на дату ввода в эксплуатацию данного объекта амортизируемого имущества в соответствии с положениями настоящей статьи и с учетом классификации основных средств, утверждаемой Правительством Российской Федерации.

Пунктом 3 ст.258 НК РФ предусмотрено, что амортизируемое имущество объединяется в следующие амортизационные группы:

первая группа - все недолговечное имущество со сроком полезного использования от 1 года до 2 лет включительно;

вторая группа - имущество со сроком полезного использования свыше 2 лет до 3 лет включительно;

третья группа - имущество со сроком полезного использования свыше 3 лет до 5 лет включительно;

четвертая группа - имущество со сроком полезного использования свыше 5 лет до 7 лет включительно;

пятая группа - имущество со сроком полезного использования свыше 7 лет до 10 лет включительно;

шестая группа - имущество со сроком полезного использования свыше 10 лет до 15 лет включительно;

седьмая группа - имущество со сроком полезного использования свыше 15 лет до 20 лет включительно;

восьмая группа - имущество со сроком полезного использования свыше 20 лет до 25 лет включительно;

девятая группа - имущество со сроком полезного использования свыше 25 лет до 30 лет включительно;

десятая группа - имущество со сроком полезного использования свыше 30 лет.

Классификация основных средств, включаемых в амортизационные группы, утверждается Правительством Российской Федерации (п.4).  

Согласно Классификации основных средств, включаемых в амортизационные группы, утвержденной постановлением Правительства Российской Федерации от 01.01.2002 № 1 грузовые автомобили относятся к амортизационным группам в зависимости от их грузоподъемности и типа. Большая их часть относится к 3 - 5 амортизационным группам.

До 01.01.2017 в Классификации основных средств применялись коды ОКОФ, предусмотренные Общероссийским классификатором основных фондов ОК 013-94, утвержденным Постановлением Госстандарта Российской Федерации от 26.12.1994 № 359; с 01.01.2017 - коды ОКОФ, утвержденные Общероссийским классификатором основных фондов ОК 013-2014 (СНС 2008), принятым и введенным в действие Приказом Росстандарта от 12.12.2014 № 2018-ст (в соответствии с Приказом Росстандарта от 10.11.2015 № 1746-ст дата введения в действие данного документа перенесена на 1 января 2017 года).

В частности, к 3-й амортизационной группе основных средств (срок полезного использования свыше 3 и до 5 лет) относятся:

- до 01.01.2017 - Автомобили грузовые общего назначения грузоподъемностью до 0,5 т (Код ОКОФ 15 3410191);

- с 01.01.2017 - Автомобили грузовые с дизельным двигателем, имеющие технически допустимую максимальную массу не более 3,5 т (код ОКОФ 310.29.10.41.111);

 к 4 амортизационной группе (срок полезного использования свыше 5 и до 7 лет) относятся:

- до 01.01.2017: 

- Автомобили грузовые, дорожные тягачи для полуприцепов (автомобили общего назначения: бортовые, фургоны, автомобили-тягачи; автомобили-самосвалы) (Код ОКОФ 15 3410020) кроме транспортных средств с Код ОКОФ - 15 3410191 (Автомобили грузовые общего назначения грузоподъемностью до 0,5т, отнесенные к 3-й амортизационной группе), 15 3410195 - 15 3410197 (Автомобили грузовые общего назначения грузоподъемностью свыше 5т, свыше 8т и свыше 15т, отнесенные к 5-й амортизационной группе), 15 3410211 - 15 3410216 (Автомобили - тягачи седельные до 3т и свыше 18т, отнесенные к 5-й амортизационной группе);

- Автомобили специализированные для лесозаготовок; специализированные прочие; специальные прочие (коды ОКОФ 15 3410380 - 15 3410449), кроме включенных в группировку 14 3410040 (Автомобили специальные и оборудование навесное к машинам для уборки городов, отнесенные к 3-й амортизационной группе);

- с 01.01.2017:

- Средства автотранспортные грузовые (автомобили грузовые, дорожные тягачи для полуприцепов (автомобили общего назначения: бортовые, фургоны, автомобили-тягачи; автомобили-самосвалы) (Код ОКОФ 310.29.10.4). 

- Средства автотранспортные специального назначения (код ОКОФ 310.29.10.5, к которому отнесены автокатафалки), Автобетоновозы (код ОКОФ 310.29.10.59.113), Автолесовозы (код ОКОФ 310.29.10.59.120) и другие;

к 5 амортизационной группе (срок полезного использования свыше 7 и до 10 лет) относятся: 

- до 01.01.2017: 

- Автомобили грузовые общего назначения грузоподъемностью свыше 5т (код ОКОФ 15 3410195 - 15 3410197);

- с 01.01.2017: 

– Автомобили грузовые с дизельным двигателем, имеющие технически допустимую максимальную массу свыше 3,5т, но не более 12т (код ОКОФ 310.29.10.41.112);

- Автомобили грузовые с дизельным двигателем, имеющие технически допустимую максимальную массу свыше 12т (код ОКОФ 310.29.10.41.113);

- Средства автотранспортные специального назначения (код ОКОФ 310.29.10.5, к которому отнесены автомобили-тягачи седельные).

Как  усматривается из материалов дела, в 2015 году ООО «Артель» приобретен бортовой автомобиль КАМАЗ-43118 с крано-манипуляторной установкой РК 23500А за кабиной. Акт приема-передачи автомобиля составлен 29.01.2016, автомобиль реализован  Обществом в 2017 году. 

По мнению  налогового органа,  Обществом завышены расходы  в целях налогообложения прибыли в связи с неверным определением амортизационной группы  транспортного средства (четвертой вместо пятой) и установлением в связи с этим  меньшего срока полезного использования – 61 месяц вместо 85 месяцев.  Также  Общество претендует на применение  амортизационной премии в размере 30%,  ранее не  использованной при вводе  основного средства в эксплуатацию. 

Согласно паспорту транспортного средства, год изготовления автомобиля – 2016, мощность двигателя 300л.с., тип двигателя – дизель, технически допустимая максимальная масса транспортного средства 21600 кг, максимальная грузоподъемность - 6100 кг, грузоподъемность на максимальном вылете 8,0 м – 2730 кг. Информация о том, что данный автомобиль является автотранспортом специального назначения, в технических документах отсутствует.

Суд  полагает, что из анализа перечня транспортных средств, включаемых в третью, четвертую и пятую амортизационные группы, с учетом примечаний к ОКОФ,  следует, что спорный автомобиль имеет код ОКОФ: 

в 2016 году - 15 3410195 «Автомобили грузовые общего назначения грузоподъемностью свыше 5 до 8 т»;

с 2017 года - 310.29.10.41.113 «Автомобили грузовые с дизельным двигателем, имеющие технически допустимую максимальную массу свыше 12 т». 

В Классификации основных средств эти коды относятся к пятой амортизационной группе (имущество со сроком полезного использования свыше 7 лет до 10 лет включительно).

Кроме того, судом проанализирован паспорт транспортного средства автомобиля КАМАЗ-43118  с учетом Приказа  МВД России  № 496,  Минпромэнерго России № 192,  Минэкономразвития России № 134  от 23.06.2005 «Об утверждении  Положения о паспортах  транспортных средств  и паспортах шасси транспортных средств»,  Отраслевой нормали ОН 025 270-66 «Классификация и система  обозначения  автомобильного подвижного состава, а также его агрегатов  и узлов, выпускаемых специализированными предприятиями», утвержденной  30.06.1966 

В соответствии с п.26 Положения в строке 2 «Марка, модель ТС» указывается условное  обозначение транспортного средства, присвоенное в порядке,  установленном для изделий автомобильной промышленности, и приведенное в  ОТТС, Свидетельстве либо в регистрационных документах и состоящее, как правило, из  присвоенного  транспортному средству буквенного, цифрового  или смешанного обозначения, независимого от  обозначения  других транспортных средств.

Согласно п.27 Положения, в строке 3 «Наименование (тип ТС)»  указывается характеристика  транспортного средства, определяемая  его конструкторскими особенностями и назначением. 

В паспорте транспортного средства автомобиля КАМАЗ-43118  указано  «Автомобиль бортовой  с краном-манипулятором» (т.2, л.д.104-105). 

Аналогично, в соответствии с Нормалью вторая цифра  цифрового обозначения модели  транспортного средства указывает его тип (вид автомобиля), в том числе:  1 – легковой автомобиль,  3 – грузовой бортовой автомобиль или пикап, 9 – специальное транспортное средство (т.10, л.д.95-96). 

Согласно регистрационным документам, спорный автомобиль  не отнесен к специальным  транспортным средствам, вторая цифра  ТС 732407 КАМАЗ-43118 цифрового обозначения – 3, что означает  отнесение спорного транспортного средства к грузовым (бортовым) автомобилям и, соответственно, к 5 амортизационной группе. 

Из характеристик  указанного автомобиля также следует, что основным назначением данного автомобиля является перевозка грузов, данный автомобиль возможно эксплуатировать как бортовой автомобиль для перевозки грузов и без использования  манипуляторной установки, автомобиль может самостоятельно передвигаться  по автодорогам общего пользования, для управления  водитель должен иметь  водительское удостоверение категории С, спорное транспортное средство зарегистрировано в  ГИБДД и за него уплачивался транспортный налог,  в связи с чем отсутствуют основания относить данный автомобиль к специализированным транспортным средствам.   

Кроме того, в соответствии с ответом МРЭО ГИБДД по Ярославской области от  17.01.2020 № 84/46 на запрос инспекции,  согласно паспорту транспортного средства  спорный автомобиль  не отнесен  к специальным  транспортным средствам  (т.10, л.д. 116).   

Таким образом,  спорный автомобиль  относится к пятой амортизационной группе,  требование заявителя в данной части необоснованно. 

Суд также не принимает  довод заявителя о том, что вывод о неполной уплате налога за 2016 год сделан Инспекцией без учета права Общества на применение амортизационной премии в размере 30% от стоимости этого имущества, предоставленного пунктом 9 статьи 258 НК РФ. 

   Пунктом 9 статьи 258 НК РФ установлено, что налогоплательщик имеет право включать в состав расходов отчетного (налогового) периода расходы на капитальные вложения в размере не более 10 процентов (не более 30 процентов - в отношении основных средств, относящихся к третьей - седьмой амортизационным группам) первоначальной стоимости основных средств (за исключением основных средств, полученных безвозмездно), а также не более 10 процентов (не более 30 процентов - в отношении основных средств, относящихся к третьей - седьмой амортизационным группам) расходов, которые понесены в случаях достройки, дооборудования, реконструкции, модернизации, технического перевооружения, частичной ликвидации основных средств и суммы которых определяются в соответствии со статьей 257 настоящего Кодекса.

           Согласно абзацу 2  п.9 ст.258 НК РФ, если налогоплательщик использует указанное право, соответствующие объекты основных средств после их ввода в эксплуатацию включаются в амортизационные группы (подгруппы) по своей первоначальной стоимости за вычетом не более 10 процентов (не более 30 процентов - в отношении основных средств, относящихся к третьей - седьмой амортизационным группам) первоначальной стоимости, отнесенных в состав расходов отчетного (налогового) периода.

           Таким образом, предоставленная пунктом 9 статьи 258 НК РФ возможность включить в состав расходов отчетного (налогового) периода расходы на капитальные вложения в размере не более 10 процентов (не более 30 процентов - в отношении основных средств, относящихся к третьей - седьмой амортизационным группам) первоначальной стоимости основных средств является правом налогоплательщика, которое реализуется путем отражения сумм указанных расходов, уменьшающих налоговую базу по налогу на прибыль, в соответствующей декларации. 

          При этом воспользоваться данным правом можно только  при вводе  основного средства в эксплуатацию.   Данный вывод следует из  содержания  абз.2 п.9 ст.258 НК РФ, который определяет, что амортизируемое имущество  принимается на учет первоначальной стоимости,  уменьшенной  на сумму амортизационной премии.  

Таким образом, поскольку амортизационная премия участвует  в формировании первоначальной стоимости, по которой  амортизируемое имущество принимается на учет,  воспользоваться  амортизационной премией возможно только при вводе основного средства в эксплуатацию. 

Вывод суда соответствует разъяснениям Минфина  России, данным в пределах предоставленных полномочий в письме  от  21.04.2015 № 03-03-06/1/22577: если организация не воспользовалась  закрепленным в учетной политике правом  применения амортизационной премии при вводе основного средства в эксплуатацию, впоследствии,  после  ввода в эксплуатацию  указанного имущества,  правом на применение амортизационной премии  организация воспользоваться не может. 

          Согласно положениям статей 31, 32, 52, 259 НК РФ на налоговый орган не возложена обязанность по исчислению суммы налога с учетом амортизационных премий, применение которых является правом, а не обязанностью налогоплательщика; самостоятельное начисление инспекцией амортизации противоречит нормам  действующего законодательства.

По данным налоговой декларации ООО «Артель» по налогу на прибыль за 2016 год строки 042 и 043 Приложения 2 к листу 02 Обществом не заполнены, то есть предусмотренное п.9 ст.258 НК РФ право на применение амортизационной премии при вводе  основного средства в эксплуатацию не реализовано. В учетной политике Общества  право на применение амортизационной премии не закреплено.  

С учетом указанных обстоятельств правом на  применение амортизационной премии  Общество воспользоваться не может. 

В связи с изложенным выше суд также считает необоснованным довод  Общества  о завышении расходов за 2017 год  на сумму амортизации по автомобилю КАМАЗ-43118, рассчитанную  исходя из пятой амортизационной группы и  без учета амортизационной премии (п.5 искового заявления).  Спор в отношении завышения налоговой базы за 2017 год на сумму неучтенного убытка от реализации указанного автомобиля урегулирован решением УФНС  России по Ярославской области (п.6 решения УФНС).  

Заявитель оспаривает   вывод  инспекции о занижении им  внереализационных доходов  по налогу на прибыль за 2017 год  на сумму кредиторской задолженности  ООО «Промторг»  и ООО «Спецторг».  

          Инспекцией сделан вывод о необоснованном невключении в состав внереализационных доходов за 2017 год  кредиторской задолженности с истекшим сроком исковой давности по контрагентам ООО «Промремторг» (ИНН 

<

***>) в сумме 2 308 600 руб., ООО «Спецторг» (ИНН 

<

***>) в сумме 1 786 400 руб.

          Проверкой было установлено, что по счету 60.01 «Расчеты с поставщиками и подрядчиками» на 01.01.2015, 01.01.2016, 01.01.2017, 01.01.2018 по контрагенту ООО «Промремторг» числится кредиторская  задолженность в сумме 2 308 600 руб., по ООО «Спецторг» - в сумме 1 786 400 руб.

           В адрес Общества было выставлено требование от 21.12.2018 № 88, которым запрошены  необходимые документы, касающиеся кредиторской задолженности указанных организаций. 

          В отношении ООО «Промремторг» ИНН 

<

***> по требованию были  представлены: договор поставки №07.06./36 от 07.06.2014, счета-фактуры, товарные накладные за 2014 год, карточки сч.60.01 и 62 за период с января 2015 года по декабрь 2017 года. Запрашиваемые акты сверок не были представлены. Сопроводительным письмом  организация сообщила, что документооборота с ООО «Промремторг» в проверяемом периоде 2015-2017гг. не было.

         На основании представленных к проверке оборотов по  счету 60.1 инспекцией сделан вывод, что  кредиторская  задолженность в сумме 2 308 600 руб. уже имелась на 01.01.2015 и не изменилась на 31.12. 2017. Задолженность в этой сумме возникла с 2014 года.  

         Кредиторскую задолженность в сумме 2 308 600руб. подтверждают также акты инвентаризации расчетов с покупателями, поставщиками и прочими дебиторами и кредиторами на 31.12.2015, 31.12.2016, 31.12.2017.

          Инспекцией сделан вывод, что в соответствии со ст.196 ГК РФ по кредиторской задолженности 2014 года срок исковой давности в размере трех календарных лет истекает в соответствующих отчетных  (налоговых) периодах 2017года.

           В отношении ООО «Спецторг» ИНН 

<

***> по требованию представлены: договор поставки от 10.03.2014 №002П/14, счета - фактуры, товарные накладные за 2014 год, карточка сч.60.01 и 62  за период с января 2015 года по декабрь 2017 года. Запрашиваемые акты сверок не были  представлены. Сопроводительным письмом к требованию организация сообщила, что документооборота с ООО «Спецторг» в проверяемом периоде 2015-2017гг. не было.

          На основании представленных к проверке оборотов по счету 60.1 инспекцией сделан вывод, что кредиторская  задолженность в сумме 1 786 400 руб. уже имелась на 01.01.2015, 01.01.2016, 01.01.2017, 01.01.2018. Задолженность  в этой сумме возникла с 2014года.  

          Кредиторскую задолженность в этой же сумме подтверждает также акт инвентаризации расчетов с покупателями, поставщиками и прочими дебиторами и кредиторами. 

          На основании п.18 ст.250, п.4 ст.271 НК РФ инспекцией установлено занижение налоговой базы по налогу на прибыль организаций  в  сумме 4 095 000 руб.

         Заявитель оспаривает данный вывод инспекции, инспекцией не учтено, что отсутствуют правовые основания для вывода об истечении срока исковой давности в проверяемом периоде в связи со следующим.

         По контрагенту ООО «Промремторг»  Дополнительным соглашением №1 от 29 декабря 2014г. к Договору поставки №07.06./36 от 07 июня 2014г. стороны изменили срок оплаты на 07 июня 2016 г. (т.3, л.д.75-77). Таким образом,  в проверяемом периоде срок исковой давности по рассматриваемой задолженности не мог истечь. С учетом факта исключения из ЕГРЮЛ ООО «Промремторг» 14.05.2019, основания для списания задолженности перед ним в проверяемом периоде отсутствуют.

          По контрагенту ООО «Спецторг» Дополнительным соглашением от 01 декабря 2014г. к Договору поставки №002П/14 от 10 марта 2014г. стороны изменили срок оплаты на 31 декабря 2016г. (т.3, л.д.72-74). Таким образом, в проверяемом периоде срок исковой давности по рассматриваемой задолженности не мог  истечь. С учетом факта исключения из ЕГРЮЛ ООО «Спецторг» 26.06.2018, основания для списания задолженности перед ним в проверяемом периоде отсутствуют. 

          Заявитель также указывает, что в соответствии с п.4.2 договоров оплата  товара производится покупателем  на основании выставленного  счета в течение 15 календарных дней перечислением  денежных средств на расчетный счет поставщика либо путем внесения наличными в кассу.  По мнению заявителя, из этой формулировки следует, что  для  определения срока оплаты  товара и, соответственно,  срока  нарушения обязательства по оплате и начала течения срока исковой давности  необходимо исследовать  счета.  Поскольку  счета  налоговым органом при проверке не исследовались,  нельзя говорить  о наступлении срока оплаты и начале  течения срока исковой давности.   

         Инспекция возразила следующее. 

         Согласно протоколу допроса директора ООО «Артель» ФИО6 в качестве свидетеля (протокол от 19.02.2019 № 5) в отношении ООО «Промремторг» на вопрос о том, составлялись ли дополнительные соглашения к этому договору, если составлялись, что являлось предметом дополнительных соглашений и были  они  исполнены, он ответил, что не помнит. При этом во время допроса договор от 07.06.2014 № 07.06./36 был представлен ему на обозрение.

На вопрос о том, на какую сумму и на каких условиях был заключен договор, он ответил, что сумма в договоре не указана, условия прописаны в договоре от 07.06.2014 № 07.06./36. 

Каких-либо ссылок на дополнительное соглашение к договору, которое было представлено только с возражениями от 13.06.2019, со стороны директора ООО «Артель» ФИО6  тогда не последовало. При этом в пункте 6.1 договора прописано, что он вступает в законную силу с момента подписания его сторонами и действует до 31.12.2014. 

На вопрос, как осуществлялась оплата (через расчетный счет, в кассу контрагента или взаимозачетом), ответил, что безналичным путем. 

Относительно актов сверок ООО «Артель» с контрагентом ООО «Промремторг» ответил «не помню», «не могу ответить», «не знаю». 

На вопрос, какие действия предпринимались со стороны ООО «Промремторг» для получения от ООО «Артель» суммы указанного долга, ответил: «Не знаю». Также ответил, что не знает, имеется ли задолженность  ООО «Артель» перед  ООО «Промремторг»  по состоянию на 01.01.2015 года и что лично не знаком с руководителем данного контрагента. 

В представленном к возражениям дополнительном соглашении от 29.12.2014 № 1  к договору поставки от 07.06.2014 № 07.06./36 изменен пункт, касающийся оплаты товара, указано, что оплата производится покупателем не позднее 07.06.2015, при этом в дополнительном соглашении нет реквизитов банка, ИНН, КПП и адресов сторон, не указана сумма, которую нужно уплатить. 

В ходе проверки установлено, что погашения задолженности в адрес этой организации со стороны ООО «Артель» в проверяемом периоде с 2015 по 2017 год не было.

Из представленных в ходе проверки оборотов по счету 60.1 следует, что  кредиторская задолженность в сумме 2 308 600 руб. уже имелась на 01.01.2015 и не изменилась и на 31.12.2017. Задолженность в этой сумме возникла с 2014 года.  

Кредиторскую задолженность в сумме 2 308 600 руб. подтверждают и акты инвентаризации расчетов с покупателями, поставщиками и прочими дебиторами и кредиторами на 31.12.2015, 31.12.2016, 31.12.2017.

В отношении ООО «Спецторг» налогоплательщиком по требованию были  представлены счета-фактуры и товарные накладные за 2014 год, договор поставки от 10.03.2014 № 002П/14. Дополнительное соглашение, на которое ссылается налогоплательщик, представлено не было.

Сопроводительным письмом от 11.01.2019 № 1 ООО «Артель» сообщило, что документооборота с ООО «Спецторг» в проверяемом периоде (с 2015 года по 2017 год) не было.

В договоре указаны реквизиты банка ОАО «Иваново» в представленном к возражениям дополнительном соглашении от 01.12.2014 к договору поставки от 10.03.2014 № 002П/14 реквизитов банка нет, также нет ИНН, КПП, адресов сторон. 

Согласно пункту 5 дополнительного соглашения от 01.12.2014 № 1 к договору поставки от 10.03.2014 № 002П/14, оно является неотъемлемой частью договора и вступает в силу с момента подписания сторонами.

В дополнительном соглашении от  01.12.2014 указан в графике оплаты срок до 30.06.2016 и до 31.12.2016. Вместе с тем, имеющиеся у ООО «Спецторг» два банковских счета  закрыты  уже в феврале и марте 2016 года.

ФИО6 на вопрос о том, составлялись ли дополнительные соглашения к договору с ООО «Спецторг», и если составлялись, что являлось предметом дополнительных соглашений и были ли они исполнены, ответил, что не помнит. На вопрос, какие действия предпринимались со стороны ООО «Спецторг» для получения от ООО «Артель» суммы указанного долга, ответил, что не знает, и  лично руководитель организации контрагента ему не знаком. 

На вопрос, имеется ли задолженность у ООО «Артель» перед ООО «Спецторг» по состоянию на 01.01.2015, директор ООО «Артель» ответил, что надо уточнить у бухгалтера.

Отвечая на вопрос, как осуществлялась оплата (через расчетный счет, в кассу предприятия или взаимозачетом), ответил, что безналичным путем.

При проведении выездной налоговой проверки установлено, что погашения задолженности в адрес этой организаций со стороны ООО «Артель» в 2015, 2016, 2017 годах не было.

Из представленных к проверке оборотов по счету 60.1 следует, что кредиторская  задолженность в сумме 1 786 400 руб. возникла с 2014 года, имелась на 01.01.2015, 01.01.2016, 01.01.2017, 01.01.2018. 

Кредиторскую задолженность в этой же сумме подтверждает и акт инвентаризации расчетов с покупателями, поставщиками и прочими дебиторами и кредиторами. 

Кроме того, в дополнительном соглашении от 29.12.2014 № 1 к договору поставки от 07.06.2014 № 07.06./36 с ООО «Промремторг» при расшифровке подписи лица, подписавшего документ от имени ООО «Промремторг», указана ФИО7 Однако при визуальном сравнении подпись на дополнительном соглашении не соответствует подписи ФИО7 на договоре поставки от 07.06.2014 и образцам ее подписи на документах, имеющихся в регистрационном деле ООО «Промремторг».

В дополнительном соглашении от 01.12.2014 к договору поставки от 10.03.2014 № 002П/14 с ООО «Спецторг» при расшифровке подписи лица, подписавшего документ от имени Поставщика, указан директор ФИО8 Однако при визуальном сравнении подпись на дополнительном соглашении не соответствует подписи ФИО8 на договоре поставки от 10.03.2014 и образцам подписи ФИО8 на документах, имеющихся в регистрационном деле ООО «Спецторг».

Кроме того, в ходе выездной проверки установлено, что в 2014-2018 годах ООО «Спецторг» не выплачивало заработную плату сотрудникам, в том числе директору ФИО8 (не представляло справки о доходах работников по форме 2-НДФЛ). Помимо ООО «Спецторг» (г. Иваново) ФИО8 в 2013-2015 годах одновременно являлся руководителем 2 организаций, находящихся в г. Москве (ООО «Трейд» ИНН 

<

***> и ООО «Элерон» ИНН 

<

***>) и организации в г. Ярославле ООО «Автоколонна 1137» ИНН 

<

***>, что ставит под сомнение возможность реального выполнения им функций руководителя во всех этих организациях. Имевшиеся у ООО «Спецторг» два расчетных счета закрыты в марте 2016 года, само ООО «Спецторг» исключено из ЕГРЮЛ 26.06.2018 как недействующее юридическое лицо. 

В связи с изложенным, а также учитывая, что ранее в ходе выездной налоговой проверки договоры с ООО «Промремторг» и ООО «Спецторг» были представлены налогоплательщиком без приложения спорных дополнительных соглашений от 29.12.2014 и от 01.12.2014, инспекция к данным документам и доводам заявителя относится критически и считает, что требование Общества в указанной части не подлежит удовлетворению.

Заявитель  возразил на доводы инспекции, что они не основаны на нормах права: отсутствие в дополнительных соглашениях банковских реквизитов, ошибка в договоре в наименовании банка никак не могут влиять на действительность договорных отношений. Кроме того, налоговый орган, полагающий необходимым включить дебиторскую задолженность данных контрагентов в состав внереализационных доходов, не ставит под сомнение реальность отношений Общества с ООО «Промремторг» и ООО «Спецторг». Также нельзя признать обоснованными претензии налогового органа (в Решении УФНС по Ярославской области) к указанию ООО «Спецторг» в дополнительных соглашениях в 2014г. сроков оплаты 2016г. с учетом того, что в 1 квартале 2016г. расчетный счет был закрыт. Как в 2014г. контрагент должен был знать, что произойдет через 1 год и  3 месяца, налоговый орган не объясняет.   

 Наличие дополнительных соглашений, заключенных в 2014г., никак не противоречит показаниям ФИО6 от 19.02.2019, о том, что он не помнит, были ли допсоглашения, и ответам Общества на запрос налогового органа об отсутствии документооборота в 2015-2017гг.   

Таким образом, вывод Инспекции об истечении в 2017г. сроков исковой давности по рассматриваемой задолженности не соответствует фактическим обстоятельствам, материалам проверки и нормам ст.ст.195-203 ГК РФ, следовательно, начисление налога на прибыль организаций за 2017г. в сумме 819 000 руб. противоречит НК РФ.

           Кроме того,  вывод о начислении налога на прибыль за 2017г.должен быть произведен с учетом права Общества на перенос убытка за 2015г. (с учетом необоснованного уменьшения налоговым органом убытка за 2015г. по основаниям, указанным в п.1 заявления).

         Исследовав  материалы дела и оценив доводы сторон, суд считает заявление в указанной части не  подлежащим удовлетворению. 

          В силу п.18 ст.250 НК РФ внереализационными доходами налогоплательщика признаются, в частности, доходы в виде сумм кредиторской задолженности (обязательства перед кредиторами), списанной в связи с истечением срока исковой давности или по другим основаниям, за исключением случаев, предусмотренных подпунктами 21, 21.1, 21.3 и 21.4 пункта 1 статьи 251 настоящего Кодекса.

В соответствии с пунктом 4 статьи 271 НК РФ доход в виде кредиторской задолженности, по которой истек срок исковой давности, учитываются в составе внереализационных доходов в последний день того отчетного периода, в который истекает срок исковой давности.

           Как  следует из  материалов дела,   по счету 60.01 «Расчеты с поставщиками и подрядчиками» на 01.01.2015, 01.01.2016, 01.01.2017, 01.01.2018 по контрагенту ООО «Промремторг» числится кредиторская  задолженность в сумме 2 308 600 руб., по ООО «Спецторг» - в сумме 1 786 400 руб.

           В адрес Общества было выставлено требование от 21.12.2018 № 88, которым запрошены  необходимые документы, касающиеся кредиторской задолженности указанных организаций. 

          В отношении ООО «Промремторг» ИНН 

<

***> по требованию были  представлены: договор поставки №07.06./36 от 07.06.2014, счета-фактуры, товарные накладные за 2014 год, карточки сч.60.01 и 62 за период с января 2015 года по декабрь 2017 года. Запрашиваемые акты сверок не были представлены. Сопроводительным письмом  организация сообщила, что документооборота с ООО «Промремторг» в проверяемом периоде 2015-2017гг. не было.

         Таким образом, из представленных Обществом и исследованных в ходе проверки документов  следует, что кредиторская  задолженность в сумме 2 308 600 руб. возникла в 2014 году, имелась по состоянию на 01.01.2015 и позднее.

         Кредиторскую задолженность в сумме 2 308 600руб. подтверждают также акты инвентаризации расчетов с покупателями, поставщиками и прочими дебиторами и кредиторами на 31.12.2015, 31.12.2016, 31.12.2017.

           В отношении ООО «Спецторг» ИНН 

<

***> по требованию представлены: договор поставки от 10.03.2014 №002П/14, счета - фактуры, товарные накладные за 2014 год, карточка сч.60.01 и 62  за период с января 2015 года по декабрь 2017 года. Запрашиваемые акты сверок не были  представлены. Сопроводительным письмом к требованию организация сообщила, что документооборота с ООО «Спецторг» в проверяемом периоде 2015-2017гг. не было.

          Таким образом, из представленных Обществом и исследованных в ходе проверки документов  следует, что кредиторская  задолженность в сумме 1 786 400 руб. возникла в 2014 году, имелась по состоянию на 01.01.2015 и позднее. Кредиторскую задолженность в этой же сумме подтверждает также акт инвентаризации расчетов с покупателями, поставщиками и прочими дебиторами и кредиторами. 

          Суд критически относится к дополнительным соглашениям, представленным по окончании выездной налоговой проверки. 

          По мнению суда,  условия  дополнительных соглашений  об изменении (продлении) срока оплаты  по договорам  вступают в противоречие  с  бухгалтерским учетом Общества, актами инвентаризации  расчетов с покупателями,  а также с первоначальным условием договоров  об оплате  в течение 15 календарных дней.  

          Увеличение срока оплаты  до 31.12.2016 по дополнительному соглашению от 01.12.2014  с ООО «Спецторг» и до 07.06.2015 по дополнительному соглашению  от 29.12.2014 с ООО «Промторг» представляется  неразумным и не соответствующим интересам  поставщиков. 

         Суд также обращает внимание, что  договоры поставки  идентичны,  дополнительным соглашением  от 01.12.2014 к договору  поставки  с ООО «Спецторг»  изменено условие  об ответственности  за нарушение сроков оплаты по договору  - 0,01% за каждый день просрочки, что составляет  всего 3,65% годовых при значительном увеличении сроков оплаты.

           В дополнительном соглашении от 01.12.2014 к договору поставки от 10.03.2014 № 002П/14 с ООО «Спецторг» при расшифровке подписи лица, подписавшего документ от имени Поставщика, указан директор ФИО8 Однако в ходе проверки установлено, что в 2014-2018 годах ООО «Спецторг» не выплачивало заработную плату сотрудникам, в том числе директору ФИО8 (не представляло справки о доходах работников по форме 2-НДФЛ). Помимо ООО «Спецторг» (г. Иваново) ФИО8 в 2013-2015 годах одновременно являлся руководителем 2 организаций, находящихся в г. Москве (ООО «Трейд» ИНН 

<

***> и ООО «Элерон» ИНН 

<

***>) и организации в г. Ярославле ООО «Автоколонна 1137» ИНН 

<

***>, что ставит под сомнение возможность реального выполнения им функций руководителя во всех этих организациях. 

          При допросе в качестве свидетеля директор Общества ФИО6 на вопрос, какие действия предпринимались со стороны ООО «Спецторг» для получения от ООО «Артель» суммы указанного долга, ответил, что не знает, и  лично руководитель организации контрагента ему не знаком. 

          При этом  ни в 2015, ни в 2016, ни в 2017 годах и до момента исключения организаций-контрагентов из ЕГРЮЛ  оплата суммы основного долга и неустойки Обществом не производилась. 

          Суд также не принимает  довод заявителя  о неопределенности  даты оплаты  и начала течения срока исковой давности.  Согласно п.4.2 договоров  оплата  товара производится  покупателем на основании выставленного счета в течение 15 календарных дней. Из буквального толкования условий п.4.2 договора (ст.431 ГК РФ) не следует, что 15 дней исчисляются с даты выставления счета. Учитывая, что  в учете Общества  задолженность была сформирована  уже по состоянию на 01.01.2015,  данный довод заявителя не выдерживает критики. 

          Вместе с тем, как указывалось выше,  заявитель имеет право на перенос убытков прошлых лет  на 2017 год и определение  налогооблагаемой базы  с учетом положений ст.283 НК РФ.       

 

Заявитель  дополнительно  просит  учесть в составе расходов  за 2016 год  безнадежную дебиторскую задолженность в сумме  842 196руб. по контрагенту ООО «Малахит», исключенному из ЕГРЮЛ  19.09.2016.

Инспекция  возразила, что по результатам проверки не  выявлено нарушений в отношении ООО «Малахит».  Кроме того,  в ходе  исследования представленных Обществом документов  (акта сверки взаимных расчетов  за период с января 2014 года по июнь 2016 года, актов инвентаризации  расчетов с покупателями от 31.12.2015, от 31.12.2016, от 31.12.2017) установлено, что  у Общества имелась  не только указанная дебиторская, но и кредиторская задолженность  по контрагенту ООО «Малахит» в сумме  467 887,15руб., которая подлежит включению во внереализационные доходы  2016 года в соответствии с п.18 ст.250 НК РФ.  

Общество  полагает следующее.  

           В соответствии с п. 4 ст. 89 НК РФ предметом выездной налоговой проверки является правильность исчисления и своевременность уплаты налогов. Из анализа норм ст. 17 НК РФ, определяющей общие условия установления налогов и сборов, следует, что, проверяя правильность исчисления налогов, налоговый орган обязан проверить все элементы налогообложения, составляющие этот налог, не исключая расходы и налоговые вычеты. Это подчеркнул и Конституционный Суд РФ в Постановлении от 16.07.2004 № 14-П, где указал, что основным содержанием налоговой проверки является проверка правильности исчисления и уплаты налогов на основе изучения как документальных источников информации, так и фактического состояния объектов налогообложения. 

           Таким образом, в ходе проверки правильности исчисления налога на прибыль, объектом налогообложения которым в соответствии с п. 1 ст. 247 НК РФ являются полученные доходы, уменьшенные на величину произведенных расходов, налоговый орган должен учесть выявленные дополнительные документально подтвержденные расходы при определении действительных налоговых обязательств налогоплательщика.

В нарушение данного требования налоговым органом при начислении налога на прибыль  не включена в состав расходов подлежащая списанию в проверяемом периоде дебиторская задолженность. 

По своей природе списание безнадежной к взысканию дебиторской задолженности в состав расходов является способом корректировки доходов, ранее отраженных в налоговом учете, но фактически не полученных налогоплательщиком, что имеет своей целью обеспечить взимание налога исходя из реально сложившегося финансового результата деятельности.

В проверяемом периоде у Общества возникли  основания для списания дебиторской задолженности по контрагенту ООО «Малахит» (ИНН 

<

***>) в сумме 842 196 руб., дата возникновения задолженности февраль 2013г., дата исключения покупателя из ЕГРЮЛ -19.09.2016, все первичные документы, подтверждающие право на списание были представлены налоговому органу, в т.ч . с возражениями на Акт проверки.

На основании подп.2 п.2 ст.265 НК РФ суммы безнадежных долгов приравниваются к убыткам, полученным налогоплательщиком. Безнадежными долгами (долгами, нереальными к взысканию) в соответствии с п. 2 ст. 266 НК РФ признаются долги перед налогоплательщиком, по которым истек установленный срок исковой давности, а также те долги, по которым прекращено обязательство в соответствии с гражданским законодательством вследствие невозможности его исполнения на основании акта государственного органа или ликвидации организации. 

          Таким образом, если задолженность отвечает критериям безнадежного долга, установленным ст. 266 НК РФ, она может быть учтена в составе внереализационных расходов. По аналогии с отражением кредиторской задолженности в составе доходов можно считать, что, независимо от наличия приказа о проведении инвентаризации и списания безнадежных долгов, дебиторская задолженность при наличии первичных документов, подтверждающих основание ее возникновения и истечение срока исковой давности (исключение из ЕГРЮЛ), подлежит включению в состав расходов, уменьшающих налоговую базу в том периоде, когда истек срок исковой давности (постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 04.09.2012 по делу №А45-725/2011).

По мнению заявителя, довод Инспекции, что налоговым органом не сделан вывод о нарушениях в отношении ООО «Малахит», следовательно, данные возражения налогоплательщика не могут быть учтены, противоречит НК РФ. Как следует из приложения к Акту проверки, налоговым органом анализировались первичные документы по взаимоотношениям с ООО «Малахит», никаких нарушений не выявлено, следовательно, претензий к документам, подтверждающим право на списание дебиторской задолженности, у Инспекции нет.   

Таким образом, налоговым органом необоснованно сделан вывод о наличии задолженности по налогу на прибыль без учета права Общества на списание дебиторской задолженности исключенного в проверяемом периоде из ЕГРЮЛ  контрагента, то есть на включение в состав расходов 842 196 руб. в периоде с 2016г. по  2017г.

Исследовав материалы дела и оценив доводы сторон в указанной части, суд полагает следующее. 

           Исходя из положений п. 2 ст. 22 НК РФ, налоговое администрирование должно осуществляться с учетом принципа добросовестности, предполагающего учет законных интересов плательщиков налогов и недопустимость создания формальных условий для взимания налогов сверх того, что требуется по закону.

           В силу  п.4 ст.89 НК РФ предметом выездной налоговой проверки является правильность исчисления и своевременность уплаты налогов исходя из реально сложившегося финансового результата  деятельности налогоплательщика, установление его действительных налоговых обязательств. 

            Из анализа норм ст.17 НК РФ, определяющей общие условия установления налогов и сборов, следует, что, проверяя правильность исчисления налогов, налоговый орган обязан проверить все элементы налогообложения, составляющие этот налог, не исключая расходы и налоговые вычеты. Согласно постановлению Конституционного Суда РФ от 16.07.2004 № 14-П, основным содержанием налоговой проверки является проверка правильности исчисления и уплаты налогов на основе изучения как документальных источников информации, так и фактического состояния объектов налогообложения. 

           Таким образом, в ходе проверки правильности исчисления налога на прибыль, объектом налогообложения которым в соответствии с п.1 ст.247 НК РФ являются полученные доходы, уменьшенные на величину произведенных расходов, налоговый орган должен учесть выявленные дополнительные документально подтвержденные расходы при определении действительных налоговых обязательств налогоплательщика.

           В связи с этим в соответствии с п.2 ст.265, ст.266 НК РФ подлежит отнесению на расходы безнадежная к взысканию дебиторская задолженность в сумме 842 196 руб. по контрагенту ООО «Малахит» (ИНН 

<

***>), исключенному из ЕГРЮЛ 19.09.2016.

           Вместе с тем, для правильности определения объекта налогообложения по налогу на прибыль также должна быть учтена кредиторская задолженность по ООО «Малахит» в сумме 467 887,15руб., которая подлежит включению во внереализационные доходы  2016 года в соответствии с п.18 ст.250 НК РФ.  

          Таким образом, подлежит  дополнительному  отнесению на расходы Общества в целях налогообложения прибыли разница между дебиторской и кредиторской задолженностью  ликвидированного контрагента ООО «Малахит» в сумме 467 887,15руб.     

Заявитель  оспаривает решение в части привлечения к ответственности, предусмотренной п.1 ст.126 НК РФ, в сумме 281 500руб.  

         Заявитель указывает, что в ходе выездной налоговой проверки в адрес ООО «Артель» налоговым органом было выставлено требование о предоставлении документов (информации) от 25.06.2018 № 5616 (копия в приложении №36), согласно которому у общества были запрошены путевые листы за проверяемый период 2015-2017гг. Материалами проверки установлено, что путевые листы в количестве 2 815 шт. были представлены инспекции по истечении установленного в требовании срока.

Вывод о нарушении сроков представления путевых листов в количестве 2 815 шт. сделан без учета наличия у Общества обязанности по оформлению путевых листов за те дни, когда Общество не использовало автомобиль. 

 Общество ссылается на положения  п.1 ст.31,  п.1 ст.23, подп.11 п.1 ст.21 НК РФ и считает, что предусмотренная п.1 ст.126 НК РФ ответственность наступает только при непредставлении документов и иных сведений, которыми согласно требованиям НК РФ и иных актов законодательства о налогах и сборах налогоплательщики и налоговые агенты обязаны располагать в целях налогового и бухгалтерского учета (исчисления и уплаты налога).

Поскольку в НК РФ и иных актах законодательства о налогах и сборах отсутствует законодательно установленная обязанность организации располагать в целях налогового учета путевыми листами, когда автомобиль  не эксплуатировался, на основании данных, содержащихся в указанных документах, не исчисляются и не уплачиваются налоги, у налогового органа отсутствуют основания для привлечения организации к налоговой ответственности, предусмотренной п. 1 ст. 126 НК РФ за непредставление 87 путевых листов. 

Налоговый орган возразил, что в силу ст.93 НК РФ документы, которые были истребованы в ходе налоговой проверки, представляются в течение 10 дней со дня получения соответствующего требования. В случае, если проверяемое лицо не имеет возможности представить истребуемые документы в течение установленного настоящим пунктом срока, оно в течение дня, следующего за днем получения требования о представлении документов, письменно уведомляет проверяющих должностных лиц налогового органа о невозможности представления в указанные сроки документов с указанием причин, по которым истребуемые документы не могут быть представлены в установленные сроки, и о сроках, в течение которых проверяемое лицо может представить истребуемые документы.

В течение двух дней со дня получения такого уведомления руководитель (заместитель руководителя) налогового органа вправе на основании этого уведомления продлить сроки представления документов или отказать в продлении сроков, о чем выносится отдельное решение. 

Все 87 путевых листов, оформленных в дни, когда автомобиль не использовался, являются первичными учетными документами.  В пункте 5.1 письма ФНС России от 25.07.2013 № АС-4-2/13622 «О рекомендациях по проведению выездных налоговых проверок» путевые листы поименованы в перечне документов, которые проверяются, анализируются, сопоставляются и оцениваются должностными лицами налогового органа и имеют значение для формирования выводов о правильности исчисления, удержания и уплаты (перечисления) налогов и сборов, а также для принятия обоснованного решения по результатам проверки.

Кроме того, судебная арбитражная практика (постановление Арбитражного суда Московского округа от 03.03.2017 по делу № А41-32104/2016) исходит из того, что под документами, необходимыми для проведения выездной проверки, понимаются любые документы, имеющиеся у налогоплательщика и относящиеся к проверяемому периоду, в связи с чем на налогоплательщика возложена обязанность по представлению любых документов, прямо или косвенно связанных с хозяйственной деятельностью за определенный период, с целью проверки соблюдения налогового законодательства.

В случае непредставления путевых листов за те дни, когда автомобиль не использовался, установить их содержание и их относимость к предмету выездной налоговой проверки невозможно, соответственно, налогоплательщик обязан представить для проведения выездной налоговой проверки все имеющиеся у него путевые листы за проверяемый период. При этом указанной обязанности корреспондирует ответственность, установленная пунктом 1 статьи 126 Кодекса.

Соответственно, оснований для освобождения Общества от налоговой ответственности за несвоевременное представление 87 путевых листов, оформленных в те дни, когда автомобиль не использовался, не имеется. 

Суд  считает решение в указанной части не соответствующим действующему законодательству. 

Согласно подпункту 1 пункта 1 статьи 31 Кодекса налоговые органы вправе требовать в соответствии с законодательством о налогах и сборах от налогоплательщика, плательщика сбора или налогового агента документы по формам и (или) форматам в электронной форме, установленным государственными органами и органами местного самоуправления, служащие основаниями для исчисления и уплаты (удержания и перечисления) налогов, сборов, а также документы, подтверждающие правильность исчисления и своевременность уплаты (удержания и перечисления) налогов, сборов.

Положения статьи 31 Кодекса предоставляют налоговому органу право истребовать документы, подтверждающие правильность исчисления и своевременность уплаты (удержания и перечисления) налогов, сборов. При этом указанное право не ограничено перечнем документов по установленной форме, на основании которых производится непосредственно расчет суммы налога.

В соответствии с пунктом 1 статьи 23 Кодекса налогоплательщики обязаны представлять в налоговые органы и их должностным лицам в случаях и в порядке, которые предусмотрены Кодексом, документы, необходимые для исчисления и уплаты налогов.

Статьей 93 Кодекса установлено, что должностное лицо налогового органа, проводящее налоговую проверку, вправе истребовать у проверяемого лица необходимые для проверки документы. Истребуемые документы могут быть представлены в налоговый орган проверяемым лицом лично или через представителя, направлены по почте заказным письмом либо переданы в электронной форме по телекоммуникационным каналам связи или через личный кабинет налогоплательщика. Порядок направления требования о представлении документов и порядок представления документов по требованию налогового органа в электронной форме по телекоммуникационным каналам связи или через личный кабинет налогоплательщика утверждаются федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным по контролю и надзору в области налогов и сборов.

Документы, которые были истребованы в ходе налоговой проверки, представляются в течение 10 дней со дня получения соответствующего требования. В случае, если проверяемое лицо не имеет возможности представить истребуемые документы в течение установленного настоящим пунктом срока, оно в течение дня, следующего за днем получения требования о представлении документов, письменно уведомляет проверяющих должностных лиц налогового органа о невозможности представления в указанные сроки документов с указанием причин, по которым истребуемые документы не могут быть представлены в установленные сроки, и о сроках, в течение которых проверяемое лицо может представить истребуемые документы.

В течение двух дней со дня получения такого уведомления руководитель (заместитель руководителя) налогового органа вправе на основании этого уведомления продлить сроки представления документов или отказать в продлении сроков, о чем выносится отдельное решение. 

Согласно п.1 ст.126 НК РФ непредставление в установленный срок налогоплательщиком (плательщиком сбора, налоговым агентом) в налоговые органы документов и (или) иных сведений, предусмотренных НК РФ и иными актами законодательства о налогах и сборах, если такое деяние не содержит признаков налоговых правонарушений, предусмотренных ст. ст. 119 и 129.4 НК РФ, влечет взыскание штрафа в размере 200 руб. за каждый непредставленный документ.

Таким образом, предусмотренная п.1 ст.126 НК РФ ответственность наступает только при непредставлении документов и иных сведений, которыми согласно требованиям НК РФ и иных актов законодательства о налогах и сборах налогоплательщики и налоговые агенты обязаны располагать в целях налогового и бухгалтерского учета (исчисления и уплаты налога).

Поскольку в НК РФ и иных актах законодательства о налогах и сборах отсутствует законодательно установленная обязанность организации располагать в целях налогового учета путевыми листами за дни, когда автомобиль  не эксплуатировался, и на основании данных, содержащихся в указанных документах, не исчисляются и не уплачиваются налоги, то у налогового органа отсутствуют основания для привлечения организации к налоговой ответственности, предусмотренной п. 1 ст. 126 НК РФ за непредставление 87 путевых листов. 

Также Общество считает, что привлечение его к налоговой ответственности, установленной пунктом 1 статьи 126 Кодекса, исходя из количества не представленных в установленный срок документов, а не из количества запрошенных документов, объединенных родовыми признаками, является необоснованным. По мнению заявителя, такая методика не предусмотрена Налоговым кодексом РФ и противоречит принципу равенства налогообложения.

В спорной ситуации  недобросовестное поведение  налогоплательщика, не исполнившего требование инспекции,  приводит к более  выгодному положению,  при котором  размер ответственности будет определен  исходя из количества запрошенных документов (600руб. – по 1 документу за каждый год) и составит меньшую сумму. 

Верховный Суд РФ в определении от 04.02.2016 № 302-КГ15-19180 пришел к выводу о том, что налоговая инспекция применяет неверную методику определения размера штрафа, при которой размер ответственности поставлен в зависимость от количества фактически несвоевременно представленных налогоплательщиком документов, что противоречит нормам законодательства о налогах и сборах. По смыслу пункта 1 статьи 126 НК РФ штраф взыскивается не исходя из количества представленных налогоплательщиком с просрочкой документов, а исходя из истребованных (указанных в требовании) и не представленных (несвоевременно представленных) документов и не может определяться расчетным путем. Налогоплательщик не может быть привлечен к ответственности, если число не представленных им документов с достоверностью не определено налоговым органом. Установление размера штрафа исходя из предположительного наличия у налогоплательщика хотя бы одного из числа запрошенных видов документов недопустимо.

Следовательно, расчет штрафа, примененного Инспекцией, исходя из количества фактически представленных налогоплательщиком документов, противоречит нормам законодательства о налогах и сборах. 

В связи с этим, по мнению Общества,  размер ответственности налогоплательщика (без учета примененных Инспекцией смягчающих ответственность обстоятельств) подлежит определению исходя из числа запрошенных требованием от 25.06.2018 № 5616 документов, объединенных родовыми признаками, в том числе за непредставление в установленный требованием срок: путевых листов  за 2015г. – 200 рублей, за 2016г. – 200 рублей, за 2017г. – 200 рублей. С учетом примененных налоговым органом смягчающих ответственность обстоятельств размер штрафа должен составить 300 руб. (200 руб. х3/2). 

 Таким образом, выводы налоговой инспекции о необходимости привлечения ООО «Артель» к ответственности за нарушения сроков предоставления путевых листов в количестве  2 815 шт. в виде штрафа 281 500 руб. необоснованны. Иная позиция приведет к нарушению прав налогоплательщика.

Инспекция считает  доводы  заявителя необоснованными и не соответствующими  спорной правовой ситуации. 

В ходе выездной налоговой проверки по требованию о представлении документов от 25.06.2018 № 5616 у ООО «Артель» были запрошены путевые листы за 2015-2017 годы. Данное требование получено Налогоплательщиком 25.06.2018, срок исполнения требования истек 09.07.2018, однако оригиналы запрошенных документов были представлены лишь 17.01.2019, с длительным пропуском срока.

Следовательно, вывод Инспекции о нарушении Обществом срока представления документов является обоснованным.

В соответствии с формой требования о представлении документов, утвержденной приказом ФНС России от 08.05.2015 № ММВ-7-2/189@, реквизиты и иные индивидуализирующие признаки документов указываются при их наличии, то есть если они известны налоговому органу на момент выставления требования.

Вместе с тем, отсутствие у налогового органа указанных реквизитов документов не делает невозможным их истребование и не освобождает налогоплательщиков от обязанности представить истребованные документы.

Инспекция, направляя Обществу требование о предоставлении документов (информации) от 25.06.2018 № 5616, указала в нем достаточно определенные данные об истребуемых документах (вид, наименование документов), что позволило Заявителю самостоятельно определить и представить документы, необходимые для проведения выездной налоговой проверки.

Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в постановлении от 08.04.2008 № 15333/07 по делу № А65-1455/2007-СА2-34 отметил, что по смыслу статей 88, 93 Кодекса требование о представлении необходимых для налоговой проверки документов должно содержать достаточно определенные данные о документах, которые истребуются налоговым органом, а сами истребуемые документы должны иметь отношение к предмету налоговой проверки. Если такое требование не исполнено налогоплательщиком по причине истребования документов, которые не относятся к предмету налоговой проверки, или по причине неопределенности истребуемых документов, оснований для применения ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 126 Кодекса, не имеется. В силу пункта 1 статьи 126 Кодекса такая ответственность подлежит применению за непредставление каждого истребуемого документа. Следовательно, налогоплательщик не может быть привлечен к ответственности, если число не представленных им документов с достоверностью не определено налоговым органом. Установление размера штрафа исходя из предположительного наличия у налогоплательщика хотя бы одного из числа запрошенных видов документов недопустимо.

Вместе с тем, в рассматриваемой ситуации требование Обществом исполнено, число несвоевременно представленных документов, а также реквизиты каждого несвоевременно представленного документа указаны в приложениях 1-3 к акту налоговой проверки от 22.04.2019 № 08-19/4. Налогоплательщиком в жалобе не оспариваются указанные перечни документов, соответственно, претензий относительно достоверного определения Инспекцией количества несвоевременно представленных документов не заявлено, размер штрафа установлен исходя из конкретного количества документов, имевшихся у Общества, однако не представленных им в установленный законом срок.  При этом инспекцией были применены смягчающие ответственность обстоятельства. 

 

 Суд считает  заявление в данной части не подлежащим удовлетворению. 

          В соответствии с формой требования о представлении документов, утвержденной приказом ФНС России от 08.05.2015 № ММВ-7-2/189@, реквизиты и иные индивидуализирующие признаки документов указываются при их наличии, то есть если они известны налоговому органу на момент выставления требования.

Вместе с тем, отсутствие у налогового органа указанных реквизитов документов не делает невозможным их истребование и не освобождает налогоплательщиков от обязанности представить истребованные документы.

            Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в постановлении от 08.04.2008 № 15333/07 по делу № А65-1455/2007-СА2-34 указал, что по смыслу статей 88, 93 Кодекса требование о представлении необходимых для налоговой проверки документов должно содержать достаточно определенные данные о документах, которые истребуются налоговым органом, а сами истребуемые документы должны иметь отношение к предмету налоговой проверки. Если такое требование не исполнено налогоплательщиком по причине истребования документов, которые не относятся к предмету налоговой проверки, или по причине неопределенности истребуемых документов, оснований для применения ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 126 Кодекса, не имеется. В силу пункта 1 статьи 126 Кодекса такая ответственность подлежит применению за непредставление каждого истребуемого документа. Следовательно, налогоплательщик не может быть привлечен к ответственности, если число не представленных им документов с достоверностью не определено налоговым органом. Установление размера штрафа исходя из предположительного наличия у налогоплательщика хотя бы одного из числа запрошенных видов документов недопустимо.

            Как усматривается из материалов дела, в ходе выездной налоговой проверки по требованию о представлении документов от 25.06.2018 № 5616 у ООО «Артель» были запрошены путевые листы за 2015-2017 годы. Данное требование получено Налогоплательщиком 25.06.2018, срок исполнения требования истек 09.07.2018, однако оригиналы запрошенных документов были представлены лишь 17.01.2019, с длительным пропуском срока.

Следовательно, вывод Инспекции о нарушении Обществом срока представления документов является обоснованным.

Инспекция, направляя Обществу требование о предоставлении документов (информации) от 25.06.2018 № 5616, указала в нем достаточно определенные данные об истребуемых документах (вид, наименование документов), что позволило Заявителю самостоятельно определить и представить документы, необходимые для проведения выездной налоговой проверки.

В спорной ситуации требование Обществом исполнено, число несвоевременно представленных документов, а также реквизиты каждого несвоевременно представленного документа указаны в приложениях 1-3 к акту налоговой проверки от 22.04.2019 № 08-19/4. Обществом не оспариваются указанные перечни документов, соответственно, претензий относительно достоверного определения Инспекцией количества несвоевременно представленных документов не заявлено, размер штрафа установлен исходя из конкретного количества документов, имевшихся у Общества, однако не представленных им в установленный законом срок.

 

Заявитель  считает недостаточным снижение инспекцией в два раза размера штрафов, предусмотренных п.1 ст.122 и п.1 ст.126 НК РФ,  по оспариваемому решению. Не признавая наличие составов  налоговых правонарушений,  Общество считает, что инспекция при привлечении к ответственности обязана была  учесть все смягчающие ответственность обстоятельства и снизить размер штрафов  не менее чем в 8 раз в связи со следующим. 

Заявитель ссылается на  положения п.4 ст.112, п.3 ст.114 НК РФ, указывает, что         согласно разъяснениям Конституционного Суда Российской Федерации, содержащимся в Постановлении от 15.07.1999 №11-П, санкции штрафного характера должны отвечать требованиям справедливости и соразмерности. Принцип соразмерности, выражающий требование справедливости, предполагает установление публично-правовой ответственности лишь за виновное деяние и ее дифференциацию в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного ущерба, степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств, обуславливающих индивидуализацию при применении взыскания. Штрафы не должны превращаться в инструмент чрезмерного ограничения свободы предпринимательства, такое ограничение не соответствует принципу соразмерности при возложении ответственности, ведет к умалению прав и свобод. 

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 12.05.1998 №14-П указано, что меры взыскания должны применяться с учетом характера совершенного правонарушения, размера причиненного вреда, степени вины правонарушителя, его имущественного положения и иных существенных обстоятельств деяния.

          При этом позиция о возможности применения налоговым органом или арбитражным судом одновременно нескольких смягчающих ответственность обстоятельств, в том числе, об уменьшении штрафа более, чем в два раза, поддерживается арбитражными судами при рассмотрении конкретных дел.

          Инспекцией учтено в качестве смягчающих только одно обстоятельство- «несоразмерность  размеров штрафов последствиям вменяемых нарушений».

          Общество просит учесть в качестве смягчающих ответственность следующие обстоятельства:

1) Добросовестность Общества. Отсутствие задолженности в бюджет по уплате текущих платежей.

2) Отсутствие умысла в действиях Общества. Отсутствие в действиях Общества отягчающих налоговую ответственность обстоятельств.

3) Характер совершенных правонарушений. Представление с нарушением сроков истребованных документов (путевых листов) не привело к препятствованию выявления каких-либо нарушений.   

4) Наличие финансового кризиса в стране в проверяемый период (2015-2017 гг.), что подтверждается общеизвестными фактами нестабильности курса валют, что явилось причиной затруднительной финансовой ситуации в экономике России вплоть до настоящего времени. 

5) Финансовое положение Общества. Наличие дебиторской задолженности. Низкий размер прибыли в проверяемый период и текущий момент.  

    Инспекция считает, что снижение размера штрафов в два раза соответствует  характеру и степени тяжести  совершенных нарушений. 

Инспекцией при вынесении оспариваемого решения и расчете штрафных санкций по налоговым правонарушения учтено в качестве смягчающего ответственность обстоятельства  несоразмерность деяния тяжести наказания.

Добросовестность Общества, на которую Заявитель ссылается, указывая на отсутствие задолженности по уплате текущих платежей, опровергается сведениями о том, что в течение 2018 года у ООО «Артель» имелись непогашенные задолженности по НДС и по пени, начисленным в связи с несвоевременной уплатой данного налога. Кроме того, добросовестность Общества опровергается результатами выездной налоговой проверки, из которых следует, что обязанности налогоплательщика по представлению налоговых деклараций, представлению документов для проведения выездной налоговой проверки, полной и своевременной уплате налогов ООО «Артель» не исполняются, либо исполняются несвоевременно. 

Отсутствие в действиях Общества умысла и обстоятельств, отягчающих ответственность за совершение налогового правонарушения, также не может быть рассмотрено в качестве обстоятельства, смягчающего ответственность за совершение налогового правонарушения, поскольку отсутствие выявленных обстоятельств, отягчающих ответственность за совершение налогового правонарушения, само по себе смягчающим обстоятельством не является. Отсутствие же умысла при совершении ООО «Артель» налоговых правонарушений, выявленных в ходе выездной налоговой проверки, фактически уже учтено при назначении штрафных санкций по ст.ст.119 и 126 НК РФ.

При расчете штрафных санкций за совершение Обществом налогового правонарушения, ответственность за которое установлена пунктом 1 статьи 122 Кодекса, отсутствие умысла на совершение правонарушения также учтено, поскольку в случае совершения указанного налогового правонарушения умышленно ответственность была бы определена в соответствии с пунктом 3 статьи 122 НК РФ.

Характер совершенных налоговых правонарушений, которые не повлекли неблагоприятных экономических последствий, как следует из оспариваемого решения Инспекции, уже учтен в качестве такого обстоятельства, смягчающего ответственность за совершение налогового правонарушения, как несоразмерность деяния тяжести наказания. Оснований для дополнительного снижения суммы штрафов в связи с наличием указанного обстоятельства Управлением не установлено.

Наличие финансового кризиса в стране, как и затруднительная финансовая ситуация в экономике не могут быть учтены в качестве обстоятельства, смягчающего ответственность за совершение налогового правонарушения, поскольку не связаны непосредственно с деятельностью Заявителя, не указано, каким образом указанные обстоятельства повлияли на ведение им деятельности и его финансовое положение.

Довод ООО «Артель» о совершении правонарушения впервые инспекция считает  необоснованным. Общество ранее было привлечено к налоговой ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 119 Кодекса (решение Инспекции от 08.07.2014 № 1796), пунктом 1 статьи 126 Кодекса (решения Инспекции от 21.02.2014 № 38, от 08.07.2014 № 181, от 19.11.2018 № 298). 

В соответствии с решением Инспекции от 26.05.2015 № 08-49/3 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, принятым по результатам предыдущей выездной налоговой проверки Общества, ООО «Артель» было привлечено к налоговой ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 122 Кодекса и пунктом 1 статьи 126 Кодекса.

Относительно довода Общества о необходимости учета в качестве обстоятельства, смягчающего ответственность за совершение налогового правонарушения, финансового положения Общества, характеризующегося наличием у него дебиторской задолженности, и низким размером прибыли, инспекция указала следующее.

Как следует из бухгалтерской отчетности Общества, у него действительно в 2016-2018 годах имелась дебиторская и кредиторская задолженность в значительных суммах (например, на 31.12.2018 дебиторская задолженность составила 149 532 000 руб., кредиторская задолженность – 211 405 000 руб.). Вместе с тем, указанный фактор не повлек тяжелого финансового положения ООО «Артель», поскольку деятельность Общества в 2017-2019 годах являлась прибыльной. Так, в соответствии с данными налоговых деклараций по налогу на прибыль организаций в 2017 году Обществом получена прибыль в размере 26 148 руб., в 2018 году – 4 078 руб., за 6 месяцев 2019 года – 7 071 рубль. Соответственно, финансовое положение организации является устойчивым и не может быть оценено как тяжелое, оснований для учета указанных Обществом фактов в качестве обстоятельств, смягчающих ответственность, не имеется.

          Исследовав материалы дела и оценив доводы сторон, суд считает заявление в указанной части не  подлежащим удовлетворению.

          Согласно пункту 1 статьи 112 Кодекса обстоятельствами, смягчающими ответственность за совершение налогового правонарушения, признаются:

- совершение правонарушения вследствие стечения тяжелых личных или семейных обстоятельств;

- совершение налогового правонарушения под влиянием угрозы или принуждения либо в силу материальной, служебной или иной зависимости;

- тяжелое материальное положение физического лица, привлекаемого к ответственности за совершение налогового правонарушения;

- иные обстоятельства, которые судом или налоговым органом, рассматривающим дело, могут быть признаны смягчающими.

Как указано в пункте 4 статьи 112 Кодекса, налоговому органу и суду, рассматривающему дело о привлечении лица к налоговой ответственности, предоставлено право устанавливать как смягчающие, так и отягчающие ответственность обстоятельства, и учитывать их при применении налоговой санкции.

В соответствии с пунктом 3 статьи 114 Кодекса при наличии хотя бы одного смягчающего ответственность обстоятельства размер штрафа подлежит уменьшению не меньше, чем в два раза по сравнению с размером, установленным соответствующей статьей Кодекса.

В решении о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения излагаются обстоятельства совершенного привлекаемым к ответственности лицом налогового правонарушения так, как они установлены проведенной проверкой, со ссылкой на документы и иные сведения, подтверждающие указанные обстоятельства, доводы, приводимые лицом, в отношении которого проводилась проверка, в свою защиту, и результаты проверки этих доводов, решение о привлечении налогоплательщика к налоговой ответственности за конкретные налоговые правонарушения с указанием статей Кодекса, предусматривающих данные правонарушения, и применяемые меры ответственности (пункт 8 статьи 101 Кодекса).

Общеправовой принцип юридической ответственности предполагает установление публично-правовой ответственности в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного ущерба, степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств, обусловливающих индивидуализацию при применении взыскания.

При этом смягчающие ответственность обстоятельства должны быть непосредственно связаны с совершением правонарушения.

Как следует из оспариваемого решения, Инспекцией при его вынесении и расчете штрафных санкций по налоговым правонарушения, ответственность за совершение которых установлена статьями 119 и 126 Кодекса, учтено такое обстоятельство, смягчающее ответственность за совершение налогового правонарушения, как несоразмерность деяния тяжести наказания.

           Суд полагает, что произведенное инспекцией при привлечении к ответственности снижение штрафа в два раза соответствует  характеру и степени тяжести  совершенных налоговых нарушений, оснований для большего  снижения размера ответственности не имеется. 

Добросовестность Общества опровергается результатами выездной налоговой проверки, из которых следует, что обязанности налогоплательщика по представлению налоговых деклараций, представлению документов для проведения выездной налоговой проверки, полной и своевременной уплате налогов ООО «Артель» не исполняются либо исполняются несвоевременно. 

Отсутствие в действиях Общества умысла и обстоятельств, отягчающих ответственность за совершение налогового правонарушения, также не может быть рассмотрено в качестве обстоятельства, смягчающего ответственность, поскольку отсутствие выявленных обстоятельств, отягчающих ответственность за совершение налогового правонарушения, само по себе смягчающим обстоятельством не является. При применении штрафных санкций, предусмотренных статьей 122 НК РФ,  умышленная неуплата налогов  являются квалифицирующим признаком, влекущим ответственность  в соответствии с пунктом 3 статьи 122 НК РФ.

Наличие финансового кризиса в стране и затруднительная финансовая ситуация в экономике не могут быть учтены в качестве обстоятельства, смягчающего ответственность за совершение налогового правонарушения, поскольку не доказано, что они непосредственно повлияли на совершение Обществом  выявленных правонарушений.

Довод ООО «Артель» о совершении правонарушения впервые является  необоснованным. Общество ранее было привлечено к налоговой ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 119 Кодекса (решение Инспекции от 08.07.2014 № 1796), пунктом 1 статьи 126 Кодекса (решения Инспекции от 21.02.2014 № 38, от 08.07.2014 № 181, от 19.11.2018 № 298). 

В соответствии с решением Инспекции от 26.05.2015 № 08-49/3 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, принятым по результатам предыдущей выездной налоговой проверки Общества, ООО «Артель» было привлечено к налоговой ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 122 Кодекса и пунктом 1 статьи 126 Кодекса.

           Таким образом,  правовых и фактических оснований для дальнейшего снижения ответственности суд не усматривает. 

         На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 110, 111, 167-170, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

Признать недействительным решение Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 1 по Ярославской области от 19.06.2019 № 08-20/6 (в редакции решения УФНС России по Ярославской области от 29.08.2019 № 149) о привлечении Общества с ограниченной ответственностью "Артель" (ИНН  

<

***>, ОГРН  

<

***>) к ответственности за совершение налогового правонарушения в части:

        - вывода  о занижении  внереализационных доходов  по налогу на прибыль за 2015 год  в связи с невключением в состав внереализационных доходов  кредиторской задолженности по контрагенту ООО «СтройГрадЯр»  в сумме  12 917 168руб. с истекшим сроком исковой давности, а также  в части невключения указанной суммы кредиторской задолженности  в состав внереализационных доходов  2016 года;

        - неучтения  при исчислении налога на прибыль за проверяемый период права  ООО «Артель» на  перенос на будущие налоговые периоды убытка 2015 года  в сумме 14 632 033руб.;

        - неучтения  для целей налогообложения прибыли за 2016 год дополнительных документально подтвержденных расходов в виде разницы между дебиторской и кредиторской задолженностью  ликвидированного контрагента ООО «Малахит» в сумме 467 887,15руб.;     

         - соответствующих сумм пеней и штрафа за неуплату налога на прибыль, примененных без учета  указанных оснований; 

        -  привлечения к ответственности в виде штрафа, предусмотренного ст.126 НК РФ,  за непредставление  87 путевых листов за дни, в которые автомобиль не эксплуатировался.

         В остальной части в удовлетворении заявленного требования отказать.  

         Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства во Второй арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня его принятия (изготовления его в полном объеме).

Апелляционная жалоба подается через Арбитражный суд Ярославской области, в том числе посредством заполнения формы, размещенной на официальном сайте суда в сети «Интернет»,  через систему «Мой арбитр» (http://my.arbitr.ru).

Судья

Розова Н.А.