Арбитражный суд Волгоградской области

 

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

 

город  Волгоград

17  октября 2023 года

 

Резолютивная часть решения объявлена 10.10.2023

Решение суда в полном объеме изготовлено 17.10.2023

   Дело № А12-7270/2023

Арбитражный суд Волгоградской области в составе судьи Л.В. Костровой, при ведении протокола судебного заседания помощником судьи О.Г. Ломакиной, рассмотрев в судебном заседании заявление общества с ограниченной ответственностью «ФИНАГРО ТРЕЙД» (ОГРН: 

<

***>, дата присвоения ОГРН: 04.03.2013, ИНН: 

<

***>) к инспекции Федеральной налоговой службы по Дзержинскому району города Волгограда (ОГРН: 

<

***>, дата присвоения ОГРН: 31.12.2004, ИНН: 

<

***>) о признании недействительным решения,

с привлечением к участию в деле в качестве заинтересованного лица – Управление Федеральной налоговой службы России по Волгоградской области, третьих лиц - ООО «ФИНАГРОТЕХ», ИП ФИО1, индивидуального предпринимателя ФИО2,

при участии в заседании:

от заявителя – ФИО3 по доверенности от 12.09.2023, ФИО4 по доверенности от 12.09.2023, 

от налоговых органов: ФИО5 по доверенности 13.01.2023, 07.02.2023, ФИО6 по доверенности от 28.08.2023,

от ООО «ФИНАГРОТЕХ» - ФИО7 по доверенности от 25.09.2023, ФИО8 по доверенности от 25.09.2023

Общество с ограниченной ответственностью «ФИНАГРО ТРЕЙД» обратилось в Арбитражный суд Волгоградской области с заявлением о признании недействительным  решения инспекции Федеральной налоговой службы по Дзержинскому району города Волгограда от 20.09.2022 №2360 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Уточнив требования в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, общество просило признать недействительным Решение Инспекции ФНС России по Дзержинскому району г.Волгограда № 2360 от 20.09.2022 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения общества с ограниченной ответственностью «ФИНАГРО ТРЕЙД» ИНН 

<

***> в части:

-доначисления налога на добавленную стоимость в размере 21 959 884,00 рублей и начисленных на указанную сумму штрафа и пени;

-доначисления налога на прибыль в сумме 9 361 092 рубля, штрафа в размере 919 458 рублей и пени в сумме 2 686 531,95 рубль.

Обязать Инспекцию ФНС России по Дзержинскому району г.Волгограда устранить допущенные нарушения прав и законных интересов общества с ограниченной ответственностью «ФИНАГРО ТРЕЙД» путем корректировки налоговых обязательств на суммы налогов, штрафа, пени.

От требований в части признания Решения ИФНС России по Дзержинскому району г.Волгограда № 2360 от 20.09.2022 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения недействительным в следующей части:

-в части доначисления транспортного налога за 2019 год в сумме 790,00 рублей, штраф в размере 40,00 рублей и пени в сумме 85,28 рублей;

-в части доначисления НДС за 1 квартал 2019 года в сумме 550,00 рублей (отсутствие источников возмещения НДС - ООО «ИНСАТКОМ-В» ИНН 

<

***>) и причитающихся штрафа и пени;

- в части доначисления НДС за 4 квартал 2019 года в сумме 249,00 рублей (отсутствие источников возмещения НДС - ООО «ВАШИ ИНФОРМАЦИОННО-ПРАВОВЫЕ СИСТЕМЫ ИНН 

<

***>) и причитающихся штрафа и пени;

-в части доначисления НДС за 4 квартал 2019 года в сумме 1 150,00 рублей (отсутствие источников возмещения НДС - ООО «АГРО-СЕРВИС» ИНН 

<

***>) и причитающихся штрафа и пени- общество отказалось, указало на осведомленность относительно последствий частичного отказа от заявленных требований.

Третьи лица доводы общества поддерживают.

Налоговый орган против удовлетворения требований возражает, представил отзыв.

В части отказа от требований суд полагает, про производство по делу подлежит прекращению, поскольку такой отказ не противоречит закону и не нарушает прав других лиц.

Рассмотрев материалы дела, выслушав мнение сторон, суд полагает, что заявление предпринимателя подлежит удовлетворению исходя из следующего.

Исследовав материалы дела, заслушав объяснения, суд полагает, что решение налогового органа в оспариваемой части не соответствует законодательству о налогах и сборах и нарушает законные права и интересы заявителя.

Ч. 1 ст. 198 АПК РФ установлено, что граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Исходя из ст. 200 АПК РФ, обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия государственными органами, органами местного самоуправления, иными органами, должностными лицами оспариваемых актов, решений, совершения действий (бездействия), возлагается на соответствующие орган или должностное лицо.

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (ч. 1 ст. 65 АПК РФ).

В соответствии со ст. 171 НК РФ к налоговым вычетам относятся суммы налога, предъявленные налогоплательщику и уплаченные им при приобретении товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения.

По общему правилу, установленному п. 1 ст. 172 НК РФ, вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации, после принятия на учет указанных товаров (работ, услуг) и при наличии соответствующих первичных документов.

Согласно п. 1 и 2 ст. 169 НК РФ счет-фактура является документом, служащим основанием для принятия предъявленных сумм налога к вычету или возмещению в порядке, предусмотренном главой 21 НК РФ.

В силу п. 2 ст. 173 НК РФ возмещение налогоплательщику НДС, уплаченного им поставщику, производится в размере положительной разницы между суммой налоговых вычетов и суммой налога, исчисленной по операциям, признаваемым объектом налогообложения.

Положения этой статьи находятся во взаимосвязи со ст. ст. 171 и 172 НК РФ и предполагают возможность возмещения налога из бюджета при наличии реального осуществления хозяйственных операций.

В соответствии с п. 1 ст. 252 НК РФ налогоплательщик уменьшает полученные доходы на сумму произведенных расходов (за исключением расходов, указанных в ст. 270 НК РФ).

Расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты (а в случаях, предусмотренных ст. 265 НК РФ, убытки), осуществленные (понесенные) налогоплательщиком.

Под обоснованными расходами понимаются экономически оправданные затраты, оценка которых выражена в денежной форме.

Под документально подтвержденными расходами понимаются затраты, подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации. Расходами признаются любые затраты при условии, что они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода.

При этом первичные документы, составляемые при совершении хозяйственной операции и представляемые налогоплательщиком в налоговые органы, должны отвечать установленным законодательством требованиям и содержать достоверные сведения об обстоятельствах, с которыми законодательство связывает реализацию права на осуществление расходов.

Законодательство о налогах и сборах Российской Федерации исходит из презумпции добросовестности налогоплательщика и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды (применение налоговых вычетов и расходов), экономически оправданы, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны.

Представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных НК РФ, в целях получения налоговой выгоды, является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

19.08.2017 вступил в силу Федеральный закон от 18.07.2017 N 163-ФЗ "О внесении изменений в часть первую Налогового кодекса Российской Федерации", которым НК РФ дополнен ст. 54.1 "Пределы осуществления прав по исчислению налоговой базы и (или) суммы налога, сбора, страховых взносов".

Согласно п. 2 ст. 2 Закона N 163-ФЗ положения ст. 54.1 НК РФ применяются к выездным налоговым проверкам, решения о назначении которых вынесены налоговыми органами после дня вступления в силу данного закона, то есть после 19.08.2017.

В силу п. 1 ст. 54.1 НК РФ не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

В соответствии с пунктом 2 статьи 54.1 Кодекса при отсутствии обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 статьи 54.1 Кодекса, по имевшим место сделкам (операциям) налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами соответствующей главы части второй Кодекса при соблюдении одновременно следующих условий:

- основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога;

- по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону.

Доказывание обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 статьи 54.1 Кодекса, производится налоговым органом, в частности, при проведении выездных налоговых проверок.

Согласно положениям пункта 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды" (далее - Постановление Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 N 53) под налоговой выгодой понимается уменьшение размера налоговой обязанности вследствие уменьшения налоговой базы, получения налогового вычета, налоговой льготы, применения более низкой налоговой ставки, а также получение права на возврат (зачет) или возмещение налога.

Судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики.

Представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

В соответствии с пунктом 3 Постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 N 53 налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера).

В пункте 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 N 53 указывается, что налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

При этом следует учитывать, что возможность достижения того же экономического результата с меньшей налоговой выгодой, полученной налогоплательщиком путем совершения других предусмотренных или не запрещенных законом операций, не является основанием для признания налоговой выгоды необоснованной.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 9 Постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 N 53, установление судом наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

Судам необходимо учитывать, что налоговая выгода не может рассматриваться в качестве самостоятельной деловой цели. Поэтому если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано.

В соответствии с положениями пункта 1 статьи 20 НК РФ взаимозависимыми лицами для целей налогообложения признаются физические лица и (или) организации, отношения между которыми могут оказывать влияние на условия или экономические результаты их деятельности или деятельности представляемых ими лиц, а именно:

1) одна организация непосредственно и (или) косвенно участвует в другой организации, и суммарная доля такого участия составляет более 20 процентов. Доля косвенного участия одной организации в другой через последовательность иных организаций определяется в виде произведения долей непосредственного участия организаций этой последовательности одна в другой;

2) одно физическое лицо подчиняется другому физическому лицу по должностному положению;

3) лица состоят в соответствии с семейным законодательством Российской Федерации в брачных отношениях, отношениях родства или свойства, усыновителя и усыновленного, а также попечителя и опекаемого.

Кроме того, пунктом 2 указанной статьи предусмотрено, что суд может признать лица взаимозависимыми по иным основаниям, если отношения между этими лицами могут повлиять на результаты сделок по реализации товаров (работ, услуг).

Согласно пункту 1 статьи 105.1 Кодекса если особенности отношений между лицами могут оказывать влияние на условия и (или) результаты сделок, совершаемых этими лицами, и (или) экономические результаты деятельности этих лиц или деятельности представляемых ими лиц, указанные лица признаются взаимозависимыми для целей налогообложения.

Вместе с тем в пункте 6 Постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 N 53 разъяснено, что взаимозависимость участников сделок сама по себе не может служить основанием для признания налоговой выгоды необоснованной.

При этом гражданское законодательство допускает совместную деятельность хозяйствующих субъектов в целях получения прибыли от осуществления предпринимательской деятельности.

Совместная деятельность хозяйствующих субъектов сама по себе не свидетельствует о получении необоснованной налоговой выгоды.

В силу принципа свободы экономической деятельности (статья 8 Конституции Российской Федерации) налогоплательщик осуществляет предпринимательскую деятельность самостоятельно, на свой риск, и вправе самостоятельно и единолично оценивать ее эффективность и целесообразность.

Хозяйствующие субъекты самостоятельно по своему усмотрению выбирают способы достижения результата от предпринимательской деятельности. В полномочия налоговых органов входит лишь контроль за соблюдением налогоплательщиками законодательства о налогах и сборах, а не вменение им доходов исходя из собственного видения способов достижения налогоплательщиками экономического результата с меньшими затратами.

Таким образом, взаимозависимость участников хозяйственной деятельности сама по себе не может приравниваться к недобросовестности лиц при недоказанности противоправности их поведения (в том числе, в целях налогообложения), не является отклонением от обычных условий хозяйствования, не противоречит нормам гражданского законодательства о свободе экономической деятельности.

Взаимозависимость как обстоятельство, свидетельствующее о получении необоснованной налоговой выгоды, может иметь правовое значение только тогда, когда такая взаимозависимость используется участниками оборота в целях осуществления согласованных действий, направленных на незаконное занижение налоговой базы.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в его Определении от 04.06.2007 N 320-О-П, налоговое законодательство не использует понятие экономической целесообразности и не регулирует порядок и условия ведения финансово-хозяйственной деятельности, а потому обоснованность расходов, уменьшающих в целях налогообложения полученные доходы, не может оцениваться с точки зрения их целесообразности, рациональности, эффективности или полученного результата.

По смыслу правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Постановлении от 24.02.2004 N 3-П, судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, которые в сфере бизнеса обладают самостоятельностью и широкой дискрецией, поскольку в силу рискового характера такой деятельности существуют объективные пределы в возможностях судов выявлять наличие в ней деловых просчетов.

При этом само по себе учреждение или выделение налогоплательщиком одного или нескольких новых хозяйствующих субъектов не говорит о формальном разделении бизнеса, целью которого является получение необоснованной налоговой выгоды.

Факт взаимозависимости налогоплательщика и его контрагентов не является основанием для консолидации их доходов в целях налогообложения и для вывода об утрате права на применение специальных режимов налогообложения соответствующими лицами, если каждый из таких налогоплательщиков осуществляет самостоятельную хозяйственную деятельность.

С учетом изложенного проявлением недобросовестности в виде искусственного дробления бизнеса может являться создание или выделение нового юридического лица исключительно для уменьшения налоговой нагрузки без цели ведения фактической предпринимательской деятельности.

Как указывается в пункте 4 Обзора практики рассмотрения судами дел, связанных с применением глав 26.2 и 26.5 Налогового кодекса Российской Федерации в отношении субъектов малого и среднего предпринимательства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018 (далее - Обзор практики от 04.07.2018), на основании пункта 7 статьи 3 НК РФ судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданны, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны.

Принимая во внимание, что судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, возможность достижения того же экономического результата с меньшей налоговой выгодой (при уплате налогов в большем размере) не может являться основанием для признания налоговой выгоды необоснованной, если соответствующая налоговая экономия получена в связи с осуществлением реальной хозяйственной деятельности.

Сам по себе факт подконтрольности нескольких контрагентов одному лицу не может являться основанием для консолидации их доходов и, соответственно, не дает достаточных оснований для вывода об утрате права на применение упрощенной системы налогообложения обществом и его контрагентами, если каждый из участников группы компаний осуществляет самостоятельную хозяйственную деятельность и несет свою часть налогового бремени, относящегося к этой деятельности.

При этом в пункте 4 Обзора практики от 04.07.2018 сформулированы критерии, согласно которым при оценке обоснованности налоговой выгоды судом могут учитываться такие обстоятельства, как: особенности корпоративной структуры (история создания взаимозависимых лиц, причины их реорганизации и др.), практика принятия управленческих решений внутри группы взаимозависимых лиц, использование общих трудовых и производственных ресурсов, особенности гражданско-правовых отношений внутри группы.

Необходимо учитывать, что участники предпринимательской деятельности (в том числе, взаимозависимые лица) вправе по своему усмотрению принимать различные решения о развитии и направлениях своего бизнеса, тогда как налоговый орган не может решать за налогоплательщиков, каким-именно образом следует распоряжаться своими активами.

Бремя доказывания того, что имело место намеренное снижение налогоплательщиком своих налоговых обязательств путем создания искусственной ситуации, при которой видимость действий нескольких лиц прикрывает фактическую деятельность одного налогоплательщика, лежит на налоговом органе.

Хозяйствующие субъекты в результате ведения предпринимательской деятельности помимо хозяйственной выгоды от осуществления предпринимательской деятельности могут извлекать и налоговую выгоду, что не противоречит действующему законодательству. Вместе с тем, получение налоговой выгоды не может являться главной целью, преследуемой налогоплательщиком при создании нескольких хозяйствующих субъектов и дроблении бизнеса, в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность.

Из материалов дела усматривается, что решением ИФНС России по Дзержинскому району г. Волгограда (далее - Инспекция) от 20.09.2022 № 2360, вынесенным по результатам выездной налоговой проверки, ООО «ФИНАГРОТРЕЙД» доначислен налог на добавленную стоимость (далее - НДС) в сумме 21 961 833 руб., налог на прибыль организаций в сумме 9 361 092 руб., транспортный налог в сумме 790 руб., начислены пени по налогам в общем размере 11 279 944,01 руб., а также предложено уменьшить исчисленный в завышенном размере НДС на сумму 1 283 450 рублей

Также общество привлечено к налоговой ответственности, предусмотренной пунктом 3 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации в виде штрафа в размере 2 129 996 руб., п.1 ст. 122 НК РФ в виде штрафа в размере 40 руб., с применением обстоятельств, смягчающих ответственность за совершение налогового правонарушения, и уменьшением размера примененных штрафных санкций в 4 раза.

Решением УФНС России по Волгоградской области от 27.12.2022 №1315 апелляционная жалоба общества по оспариванию решения инспекции в полном объеме оставлена без удовлетворения.

В ходе выездной налоговой проверки выявлены обстоятельства, свидетельствующие об использовании налогоплательщиком схемы ухода от налогообложения за счет формального разделения бизнеса через взаимозависимое лицо ООО «ФИНАГРОТЕХ», применяющего специальный режим налогообложения УСН, путем «дробления» бизнеса, в результате чего обществом нарушены положения п. 1 ст. 54.1 НК РФ в виде занижение налоговой базы при исчислении налога на прибыль и НДС. Взаимозависимость участников позволила создать схему минимизации налоговых обязательств по налогу на прибыль и НДС путем исключения части доходов ООО «ФИНАГРОТРЕЙД» из подлежащих налогообложению по общеустановленной системе и отнесения их к категории доходов, для которых применяется специальный налоговый режим в виде УСН.

Указанное нарушение, по мнению инспекции, подтверждается совокупностью следующих установленных проверкой фактов:

1. Руководителем и учредителем ООО «ФИНАГРОТРЕЙД» и ООО «ФИНАГРОТЕХ» является одно лицо.

Согласно данным, содержащимся в ЕГРЮЛ, ФИО9 с 04.03.2013 по настоящее время является директором и с 20.03.2014 учредителем ООО «ФИНАГРОТРЕЙД» (доля 100 %), а также с 25.03.2016 по настоящее время является директором и учредителем ООО «ФИНАГРОТЕХ» (доля 100 %).

Также установлено, что обязанности главного бухгалтера ООО «ФИНАГРОТРЕЙД» и ООО «ФИНАГРОТЕХ» возложены на одно лицо - директора ФИО9

2. ООО «ФИНАГРОТРЕЙД» и ООО «ФИНАГРОТЕХ» осуществляют идентичные виды деятельности.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ ООО «ФИНАГРОТРЕЙД» осуществляет следующие виды деятельности:

-   торговля оптовая машинами, оборудованием и инструментами для сельского хозяйства (ОКВЭД 46.61);

-   ремонт машин и оборудования (ОКВЭД 33.12);

-   торговля автомобильными деталями, узлами и принадлежностями (ОКВЭД

45.3),       а также еще 12 видов деятельности.

ООО «ФИНАГРОТЕХ», в свою очередь, осуществляет следующие виды деятельности:

-   ремонт машин и оборудования (ОКВЭД 33.12);

-   торговля автомобильными деталями, узлами и принадлежностями (ОКВЭД

45.3);

-   торговля оптовая машинами, оборудованием и инструментами для сельского хозяйства (ОКВЭД 46.61).

Данный вывод, по мнению инспекции, подтверждается документами, представленными в рамках проверки ООО «ФИНАГРОТРЕЙД» и ООО «ФИНАГРОТЕХ» по реализации в 2018- 2020 г.г. сельскохозяйственной техники (дождевальные (оросительные) машины) в адрес различных контрагентов.

3. Перераспределение покупателей дождевальных машин между ООО «ФИНАГРОТРЕЙД» и ООО «ФИНАГРОТЕХ» в зависимости от применяемого покупателями режима налогообложения: общей системы налогообложения, единого сельскохозяйственного налога (ЕСХН) или упрощенной системы налогообложения (УСН).

4. ООО «ФИНАГРОТРЕЙД» и ООО «ФИНАГРОТЕХ» приобретали сельскохозяйственную технику (дождевальные (оросительные) машины Western) у одного и того же иностранного поставщика AISCO EUROPE SAU (АИСКО ЕВРОПА САУ) представитель ALKHORAYEF INDUSTRIES СО (САУДОВСКАЯ АРАВИЯ).

5. ООО «ФИНАГРОТРЕЙД» и ООО «ФИНАГРОТЕХ» приобретали идентичный товар у одних поставщиков.

В ходе анализа документов, предоставленных контрагентами ООО «ФИНАГРОТРЕЙД» и ООО «ФИНАГРОТЕХ», установлены единые поставщики идентичного товара: ООО «Полипластик Поволжье» (трубы ПЭ и комплектующие), ООО «Техцентр» (запасные части для машин), ООО «Волгопромкомплект» (трубы ПЭ и комплектующие), ООО «ВОЛГОТЕХСНАБ» (запасные части для машин), ООО «Группа компаний ТСС» (дизельные генераторы), ООО «Агроцентр» (запасные части для машин), ООО «ТехноОрь» (блоки радиаторов).

6. Сотрудники ООО «ФИНАГРОТЕХ» фактически являлись исполнителями работ по ремонту сельскохозяйственных машин, которые согласно договорам и первичным документам оформлены как реализация от организации ООО «ФинАгро Трейд».

7. Регионы рынка сбыта дождевальных       машин            ООО «ФИНАГРОТРЕЙД» и ООО «ФИНАГРОТЕХ» идентичны.

Проверкой установлено, что регионами рынка сбыта ООО «ФИНАГРОТЕХ» и ООО «ФИНАГРОТРЕЙД» в проверяемом периоде одновременно являлись Волгоградская область, Республика Калмыкия, Кабардино-Балкарская республика, Воронежская область.

В ходе допроса директор и учредитель ООО «ФИНАГРОТРЕЙД» и ООО «ФИНАГРОТЕХ» ФИО9 показал, что решение о государственной регистрации ООО «ФИНАГРОТЕХ» было принято не по его инициативе, а по условиям, установленным главным поставщиком AISCO (представитель ФИО10 групп, Саудовская Аравия), заключающимся в образовании организации, которая будет осуществлять деятельность на иные регионы для расширения регионов продаж.

8. Офисы организаций ООО «ФИНАГРОТРЕЙД» и ООО «ФИНАГРОТЕХ» расположены в одном здании, в соседних помещениях, а производственный цех, где производятся ремонтные работы сельхозтехники, занимает единое помещение, без разделения на зоны ООО «ФИНАГРОТРЕЙД» и ООО «ФИНАГРОТЕХ».

9. Согласно справкам 2-НДФЛ, предоставленными налоговыми агентами ООО «ФИНАГРОТРЕЙД», ООО «ФИНАГРОТЕХ», ряд физических лиц получали доход одновременно в данных организациях или переходили из одной организации в другую.

11.           Согласно доверенностям на получение товарно-материальных ценностей, товар для нужд ООО «ФИНАГРОТРЕЙД» или ООО «ФИНАГРОТЕХ» получали одни и те же лица.

12.           Доверенности для представления интересов ООО «ФИНАГРОТРЕЙД» и ООО «ФИНАГРОТЕХ» в банковских учреждениях выданы одним и тем же лицам.

13.           В сертификатах соответствия, подтверждающих качество ТМЦ, реализованных покупателям ООО «ФИНАГРОТЕХ», в качестве заявителя указана организация ООО «ФИНАГРОТРЕЙД» и ее юридический адрес, а также адрес электронной почты налогоплательщика.

14.           ООО «ФИНАГРОТРЕЙД» и ООО «ФИНАГРОТЕХ» размещают на едином сайте информацию о продукции, услугах.

15.           Наличие у ООО «ФИНАГРОТРЕЙД» и ООО «ФИНАГРОТЕХ» единых общих номеров телефонов и адреса электронной почты.

16.           Расчетные счета ООО «ФИНАГРОТРЕЙД» и ООО «ФИНАГРОТЕХ» открыты в одних и тех же кредитных учреждениях.

17.           Совпадение IP-адресов, с которых производилась отправка отчетности ООО «ФИНАГРОТРЕЙД» и ООО «ФИНАГРОТЕХ».

18.           Совпадение IP-адресов, с которых производилось управление расчетными счетами через систему «Банк-Клиент» и выставляются электронные счета в отношении организаций ООО «ФИНАГРОТРЕЙД» и ООО «ФИНАГРОТЕХ».

19.           Оформление между взаимозависимыми лицами ООО «ФИНАГРОТРЕЙД» и ООО «ФИНАГРОТЕХ» договоров беспроцентного займа, в которых ООО «ФИНАГРОТРЕЙД» и ООО «ФИНАГРОТЕХ» выступают как в роли заемщиков, так и в роли заимодавцев.

20.           Оказание транспортно-экспедиционных услуг для ООО «ФИНАГРОТРЕЙД» и ООО «ФИНАГРОТЕХ» одними и теми же организациями.

21.           Позиционирование покупателями ООО «ФИНАГРОТРЕЙД» и ООО «ФИНАГРОТЕХ» данных организаций как единого хозяйствующего субъекта.

22.           Вывод денежных средств ООО «ФИНАГРОТРЕЙД» и ООО «ФИНАГРОТЕХ» через подконтрольных лиц.

В ходе проверки установлено, что организациями ООО «ФИНАГРОТРЕЙД» и ООО «ФИНАГРОТЕХ» производился, по мнению инспекции, вывод денежных средств через подконтрольного взаимозависимого лица ИП ФИО2, а также через бывшего сотрудника ООО «ФИНАГРОТРЕЙД», ООО «ФИНАГРОТЕХ» и ИП ФИО2 и ФИО11, зарегистрированного в настоящее время в качестве индивидуального предпринимателя.

Суд доводы налогового органа о создании обществом и контрагентами схемы дробления бизнеса суд находит несостоятельными, основанными на результатах неполно проведенной проверки.

Суд отмечает, что формальное отношение налогового органа к фактам изложенным в решении, противоречит правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в определениях от 16.11.2006 №467-0, от 20.03.2007 №209-0-0, от 24.01.2008 №33-0-0, 17.06.2008 №499-0-0, от 16.07.2009 №923-0-0 относительно разрешения споров о праве на налоговые вычеты по НДС, порядок применения которых определён статьёй 172 НК РФ.

Кроме того, налоговым законодательством Российской Федерации не предусмотрено наступление для налогоплательщика негативных налоговых последствий в случае неправомерных действий его контрагентов, если сам налогоплательщик в рамках гражданско-правовых отношений действует добросовестно. Доказательств того, что деятельность общества направлена на совершение операций, связанных с налоговой выгодой, преимущественно с контрагентами, не исполняющими своих налоговых обязательств, инспекцией не представлено.

Действующее законодательство Российской Федерации не предоставляет налогоплательщику полномочий при заключении и исполнении договоров поставки проверять у поставщиков, и, тем более, контрагентов поставщиков, состояние бухгалтерского учета и налоговой отчётности, правильность и своевременность предоставления ими налоговым органам соответствующих сведений и документов, а также условий хранения первичных документов у контрагентов, контролировать их нахождение по юридическому адресу. Данная обязанность в соответствии со статьями 32, 82 и 87 НК РФ возложена на налоговые органы.

В случае выявления в ходе встречных проверок фактов неисполнения обязанности по постановке на учет в налоговом органе и по уплате налогов поставщиками товаров (работ, услуг), которые являются самостоятельными налогоплательщиками, налоговые органы вправе в порядке статей 45 - 47 НК РФ решить вопрос о принудительном исполнении ими обязанности по уплате налогов и о привлечении их к налоговой ответственности за неуплату налогов.

Незначительность сумм налогов к уплате в бюджет не свидетельствует о неправильном исчислении контрагентами данных сумм. Каких бы то ни было налоговых правонарушений в отношении контрагентов налоговыми органами установлено не было, что также подтверждается ответами Инспекций, в которых состоят на учете контрагенты. Кроме того, письмом ФНС от 24.05.2011 № СА-4-9/8250 разъяснено, что заявление минимальных налоговых обязательств, другие аналогичные сведения о контрагенте, сами по себе не являются достаточными для признания налоговой выгоды необоснованной.

Достаточными доказательствами для вывода об уклонении организации от налогообложения, обосновывая, при этом, нереальность хозяйственной операции как таковой, не могут быть признаны отдельные данные, характеризующие контрагента налогоплательщика, как недобросовестного.

Указанная позиция согласуется с судебной практикой (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 14.05.2020     N 307-ЭС19-27597 по делу N А42-7695/2017, Постановления Президиума ВАС РФ от 09.03.2010 № 15574/09; от 25.05.2010 № 15658/09; от 20.04.2010 № 18162/09).

Таким образом, общество правомерно отметило, что в сформировавшихся теории и практике налогового администрирования так называемое «дробление бизнеса» признаётся злоупотреблением лишь постольку, поскольку служит единственной цели - налоговой экономии. 

 Однако, по утверждению общества,  в настоящем случае бизнес-модель строилась исходя не из фискальных преференций, а из разумных и экономически обоснованных соображений сохранения места в конкурентной среде. Для налогоплательщика, применяющего общую систему налогообложения, как отмечает общество, была бы недоступна значительная часть потенциального рынка продаж, причем, по причинам, вытекающим из особенностей регионального законодательства.

Общество суду пояснило, что с экономической точки зрения данная ситуация представляет собой простую дилемму: собственник бизнеса мог либо остановиться в развитии, либо создать дополнительную, самостоятельную в хозяйственном смысле организацию, выполняющую похожие задачи, но по иным правилам.

С точки зрения доходов бюджета выбор любой из этих возможностей был бы равнозначен: образовавшуюся нишу на рынке в любом случае заняло бы лицо, применяющее УСНО.

Анализ материалов дела свидетельствует, что вывод налогового органа об использовании проверяемым налогоплательщиком схемы ухода от налогообложения за счет формального разделения бизнеса через взаимозависимое лицо ООО «ФИНАГРОТЕХ, применяющее специальный режим налогообложения УСНО, путем «дробления» бизнеса», не основан на материалах проверки и не соответствует фактическим целям и обстоятельствам создания ООО «ФИНАГРОТЕХ».

Общество указывает, что директор и учредитель ООО «ФИНАГРОТЕХ» ФИО9 в своих показаниях (протокол допроса свидетеля №147 от 14.04.2022) пояснял налоговому органу, что ООО «ФИНАГРОТЕХ» создавалось для расширения регионов продаж.

Как установил налоговый орган, исходя из фактической деятельности организаций, одним из основных видов деятельности и ООО ФИНАГРО ТРЕЙД» и ООО «ФИНАГРОТЕХ» является торговля оптовая машинами, оборудованием и инструментами для сельского хозяйства (46.61), которые используются сельхозтоваропроизводителями для гидромелиоративных мероприятий.

В то же время, в связи с отсутствием достаточного объема собственных средств, подавляющее число сельхозтоваропроизводителей в проверяемый период приобретало оборудование, машины, механизмы, мелиоративную технику и другие основные средства, в значительной доле за счет субсидий из бюджета на основании федеральной целевой программы «Развитие мелиорации земель сельскохозяйственного назначения России на 2014 - 2020 годы».

Финансирование мероприятий указанной выше программы осуществлялось Министерством сельского хозяйства Российской Федерации совместно с уполномоченными органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации на основе региональных программ развития мелиорации сельскохозяйственных земель региона на период с 2014 по 2020 годы и соглашений (договоров) о реализации Программы, заключаемых Министерством сельского хозяйства Российской Федерации с уполномоченными органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации (раздел VIII Концепцию федеральной целевой программы «Развитие мелиорации земель сельскохозяйственного назначения России на 2014 - 2020 годы», утвержденной распоряжением Правительства РФ от 22.01.2013 № 37-р).

В указанной Концепции федеральной целевой программы «Развитие мелиорации земель сельскохозяйственного назначения России на 2014 - 2020 годы» вопрос о включении/не включении налога на добавленную стоимость в суммы субсидий никак не регламентировался.

В то же время, как указывает общество, нормативными актами значительной части субъектов Российской Федерации, в которых работал или планировал работать налогоплательщик, либо было прямо предусмотрено, что субсидии предоставляются в целях возмещения сельскохозяйственным товаропроизводителям части затрат без учета налога на  добавленную стоимость, либо сумма НДС вычитается из рассчитываемой по формуле суммы субсидий.

Общество в подтверждение доводов указало, что 30.11.2012 Правительство Кабардино-Балкарской Республики издало постановление №272-ПП «О Правилах предоставления в Кабардино-Балкарской Республике сельскохозяйственным товаропроизводителям субсидий в рамках реализации мероприятий ведомственной программы «Развитие мелиоративного комплекса России» и мероприятий в области мелиорации земель сельскохозяйственного назначения», в соответствии с которым субсидии в рамках реализации государственной программы КБР предоставляются сельхозтоваропроизводителям в целях возмещения фактически осуществленных ими расходов без учета налога на добавленную стоимость, что прямо указано в пункте 3.1 указанных Правил.

Правительство Ростовской области было издано постановление от 12.07.2012 № 627 «О порядке предоставления субсидий сельскохозяйственным товаропроизводителям (кроме граждан, ведущих личное подсобное хозяйство) на возмещение части затрат на строительство, реконструкцию и техническое перевооружение мелиоративных систем общего и индивидуального пользования и отдельно расположенных гидротехнических сооружений, принадлежащих им на праве собственности или переданных им в пользование в установленном порядке (за исключением затрат, связанных с проведением проектных и изыскательских работ и (или) подготовкой проектной документации в отношении указанных объектов)», которым утвердило Положение о порядке предоставления субсидий сельскохозяйственным товаропроизводителям (кроме граждан, ведущих личное подсобное хозяйство) на возмещение части затрат на строительство, реконструкцию и техническое перевооружение мелиоративных систем общего и индивидуального пользования и отдельно расположенных гидротехнических сооружений, принадлежащих им на праве собственности или переданных им в пользование в установленном порядке (за исключением затрат, связанных с проведением проектных и изыскательских работ и (или) подготовкой проектной документации в отношении указанных объектов). В соответствии с пунктом 3 указанного Положения, субсидии предоставляются сельскохозяйственным товаропроизводителям по фактически произведенным и оплаченным затратам без НДС.

Правительством Воронежской области принято постановление от 06.03.2015 № 142 «Об утверждении порядка предоставления в 2015-2017 годах субсидий из областного бюджета сельскохозяйственным товаропроизводителям (кроме граждан, ведущих личное подсобное хозяйство) на возмещение части затрат на строительство, реконструкцию и техническое перевооружение мелиоративных систем общего и индивидуального пользования и отдельно расположенных гидротехнических сооружений и на агролесомелиоративные мероприятия - реконструкцию или создание защитных лесных насаждений». Пункт 5 указанного Порядка содержит формулу, по которой рассчитывается размер субсидии на возмещение части затрат получателя, в данной формуле размер фактических затрат получателя субсидий не включает НДС.

Аналогичные нормативные акты были приняты и правительствами ряда других субъектов Российской Федерации:

-Правительством Астраханской области 16.06.2014 издано Постановление №219-П «О Порядке предоставления субсидий сельскохозяйственным товаропроизводителям на возмещение части затрат на реализацию мероприятий по мелиорации земель сельскохозяйственного назначения на территории Астраханской области»;

-Правительством Республики Калмыкия издано аналогичное постановление от 31.03.2014 № 121 «Об утверждении Порядка предоставления субсидий из республиканского бюджета на возмещение части затрат сельскохозяйственных товаропроизводителей на строительство, реконструкцию и техническое перевооружение мелиоративных систем, культуртехнические мероприятия, проведение фитомелиоративных работ, в рамках подпрограммы «Развитие мелиорации  сельскохозяйственных земель» Государственной программы развития сельского хозяйства и регулирования рынков сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия Республики Калмыкия на 2013-2020 годы»;

-Правительством Ставропольского края издано постановление от 14.11.2012 №448-п «Об утверждении Порядка предоставления за счет средств бюджета Ставропольского края субсидий на возмещение части затрат на строительство, реконструкцию, техническое перевооружение мелиоративных систем общего и индивидуального пользования и отдельно расположенных гидротехнических сооружений, а также рыбоводных прудов, принадлежащих сельскохозяйственным товаропроизводителям на праве собственности или переданных в пользование в установленном порядке, за исключением затрат, связанных с проведением проектных и изыскательских работ и (или) подготовкой проектной документации в отношении указанных объектов»;

-Правительством Карачаево-Черкесской Республики принято постановление от 31.10.2013 № 358 «О государственной программе «Развитие сельского хозяйства Карачаево- Черкесской Республики до 2020 года».

При этом, как правомерно указало общество, даже если в нормативных актах прямо не регламентировался вопрос о включении/невключении налога на добавленную стоимость в суммы субсидий, подразделения местных министерств сельского хозяйства исходили из необходимости исключать суммы НДС из состава фактических затрат.

Таким образом, общество отметило, что по состоянию на 2015-2016 годы в ряде субъектов Российской Федерации, в которых ООО «ФИНАГРО ТРЕЙД» планировало наладить или увеличить объем продаж, сложилась ситуация, при которой сельскохозяйственным товаропроизводителям, использующим специальные режимы налогообложения, было экономически невыгодно заключать субсидируемые сделки с контрагентом, являющимся плательщиком НДС: сельхозтоваропроизводители не могли возместить из бюджета уплаченные при покупке техники суммы НДС и не могли покрыть их за счет субсидий.

Данные обстоятельства приводили к отказу потенциальных покупателей ООО «ФИНАГРО ТРЕЙД» от заключения сделок и ставили налогоплательщика в положение дискриминируемого по отношению к другим участникам рынка лица, в связи с чем было принято управленческое решение о создании ООО «ФИНАГРОТЕХ», применяющего УСНО.

Таким образом, общество суду указало, что основной целью создания ООО «ФИНАГРОТЕХ» являлось не получение необоснованной налоговой выгоды, а увеличение объема продаж за счет привлечения значительной доли сельскохозяйственных товаропроизводителей, использующих специальные режимы налогообложения, в соседних с Волгоградской областью регионах; создание и деятельность ООО «ФИНАГРОТЕХ» были обусловлены разумными экономическими причинами (целями делового характера).

Ссылку инспекции на пункт 4 Правил предоставления и распределения субсидий из федерального бюджета бюджетам субъектов Российской Федерации на создание системы поддержки фермеров и развитие сельской кооперации (Приложение № 6 к Государственной программе развития сельского хозяйства и регулирования рынков сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия) суд находит необоснованной.

Как обоснованно указало общество, на момент создания ООО «ФИНАГРОТЕХ» (25.03.2016) Постановление Правительства РФ от 14.07.2012 № 717 «О Государственной программе развития сельского хозяйства и регулирования рынков сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия» действовало в редакции от 19.12.2014, в которой Приложение № 6 отсутствовало.

Суд отмечает, что правила предоставления и распределения субсидий из федерального бюджета бюджетам субъектов Российской Федерации на создание системы поддержки фермеров и развитие сельской кооперации (Приложение № 6) не регулируют порядок возмещения затрат на строительство, реконструкцию и техническое перевооружение мелиоративных систем и гидротехнических сооружений и на агромелиоративные мероприятия, что следует из содержания пункта 1 данных Правил.

Ссылка налогового органа на судебные акты по делу №А20-2105/2019 признается судом необоснованной, поскольку в рамках настоящего дела исследовались иные обстоятельства.

Тот факт, что контрагенты ООО «ФИНАГРОТЕХ» - ООО Торговый дом Югагропромсервис» и ООО «Югагрополив» - применяли УСНО и приобретали мелиоративную технику не для собственных производственных целей, а для последующей перепродажи сельхозтоваропроизводителям на специальных режимах налогообложения, не опровергает основную цель создания ООО «ФИНАГРОТЕХ» - расширение рынка продаж за счет привлечения сельскохозяйственных товаропроизводителей, использующих специальные режимы налогообложения.

Утверждение налогового органа о том, что постановление Правительства Кабардино-Балкарской Республики от 30.11.2012 № 272-ПП не содержит ограничений в части возмещения сельскохозяйственным товаропроизводителям расходов на приобретение оросительных систем за счет выдачи субсидий, без учета НДС,  противоречит положениям пункта 3.1 утвержденных данным постановлением Правил.

Суд отмечает, что налоговым органом доводы общества о наличии деловой цели создания контрагента не опровергнуты.

Одной из основных незаконных целей использования схем дробления бизнеса судебная практика называет искусственное занижение выручки налогоплательщика от реализации и, как следствие, занижение облагаемой базы налогоплательщика по НДС и налогу на прибыль организаций.

Вместе с тем, как правомерно указано обществом, деятельность ООО «ФИНАГРО ТРЕЙД» и ООО «ФИНАГРОТЕХ» в 2018-2020 годах привела к прямо противоположному результату - часть затрат налогоплательщика была переложена именно на ООО «ФИНАГРОТЕХ», что с точки зрения «налоговой оптимизации» полностью лишено смысла. 

Так, налоговым органом подтвержден факт перенесения следующих затрат налогоплательщика ООО «ФИНАГРО ТРЕЙД» на ООО «ФИНАГРОТЕХ»:

-согласно решению за период с 01.01.2017 по 31.12.2020 сумма взаимоотношений между ИП ФИО12 ИНН 

<

***> и ООО «ФИНАГРОТЕХ» ИНН 

<

***> по договору № 030217 от 03.02.2017 на поставку рекламной продукции, оказание рекламных услуг, осуществление монтажа/демонтажа средств наружной рекламы и рекламных конструкций составила 94 750 рублей без НДС, в то время, как сумма взаимоотношений с ООО «ФИНАГРО ТРЕЙД» ИНН 

<

***> по договору №100818 от 10.08.2018 составила только 5 170 рублей; при этом в собственности ООО «ФИНАГРО ТРЕЙД» ИНН 

<

***> находилось 12 автомобилей, в то время как в собственности ООО «ФИНАГРОТЕХ» ИНН 

<

***> - только один автомобиль;

-согласно решению командировочные и транспортные расходы, связанные с получением ООО «ФИНАГРО ТРЕЙД» ИНН 

<

***> оборудования у ООО «ТРАНС-БИЗНЕС БРОКЕР» ИНН 

<

***>, были перенесены на ООО «ФИНАГРОТЕХ» ИНН 

<

***>, так как именно работники ООО «ФИНАГРОТЕХ» ИНН 

<

***> ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16 являлись грузополучателями оборудования и техники;

-как установлено налоговым органом, ООО «ФИНАГРОТЕХ» ИНН 

<

***> принимало на себя часть затрат ООО «ФИНАГРО ТРЕЙД» ИНН 

<

***> по ремонту сельскохозяйственных машин.

Общество в своих возражениях на акт налоговой проверки обратило внимание налогового органа на данные обстоятельства. Однако налоговый орган в обжалуемом решении указал на несостоятельность данного довода налогоплательщика, формально сославшись на показатели доли расходов в составе доходов по каждой из организаций, но, не дав оценку данным доводам по существу. Более того, налоговый орган в обжалуемом решении в ответ на доводы налогоплательщика еще раз подтвердил все изложенные налогоплательщиком факты, подтверждающие перенесение налогоплательщиком части своих затрат на ООО «ФИНАГРОТЕХ».

Вывод налогового органа о «перераспределении денежных потоков» между налогоплательщиком и ООО «ФИНАГРОТЕХ» не подкреплен материалами проверки.

В рамках схемы «дробления бизнеса» перераспределение денежных потоков предполагает искусственное направление денежных средств на счета организации, использующей специальный режим налогообложения, без их возврата, с целью уменьшения налогооблагаемой базы. Между тем, отношения по договорам займа между ООО «ФИНАГРО ТРЕЙД» и ООО «ФИНАГРОТЕХ» носили исключительно возвратный характер, что прямо подтверждается материалами проверки, самим налоговым органом не оспаривается.

Материалами дела подтверждаются доводы общества о том, что  хозяйственные операции (поставка мелиоративной и иной сельскохозяйственной техники и запчастей) ООО «ФИНАГРО ТРЕЙД» и ООО «ФИНАГРОТЕХ» не были взаимосвязаны; ООО «ФИНАГРОТЕХ» не выступало посредником при осуществлении данных хозяйственных операций. Суд соглашается с доводами общества о том, что в отношениях между налогоплательщиком и ООО «ФИНАГРОТЕХ» отсутствует такой важный признак, как осуществление транзитных платежей. Данные обстоятельства были подтверждены налоговым органом при вынесении решения. При этом налоговый орган еще раз повторил свой вывод о «перераспределении денежных потоков в текущей финансово-хозяйственной деятельности внутри единого хозяйствующего субъекта», указав в качестве единственного основания для данного вывода тот факт, что получаемые и налогоплательщиком, и ООО «ФИНАГРОТЕХ» ИНН 

<

***> по договорам займа денежные средства использовались данными лицами для оплаты за товары и услуги, на погашение лизинговых и кредитных платежей, на выплату заработной платы, то есть для осуществления текущей производственной деятельности.

Необходимо особо отметить, что собственник бизнеса ФИО9 никогда не скрывал и не пытался скрыть от налоговых органов факт принадлежности ему ООО «ФИНАГРОТЕХ» - в учредительных документах и в ЕГРЮЛ всегда были указаны реальные учредитель и директор организации, а не подставные лица, что обычно происходит в случае применения незаконной схемы «дробления бизнеса». Данное обстоятельство является дополнительным доказательствам не только отсутствия применения, но даже и намерения применения каких-либо незаконных «схем» со стороны налогоплательщика и собственника бизнеса.

Суд отмечает, что в полномочия налоговых органов входит лишь контроль за соблюдением налогоплательщиками законодательства о налогах и сборах, при этом недопустимо доначисление налогов, исходя из собственного видения способов достижения налогоплательщиками экономического результата.

Выводы инспекции о том, что о налогоплательщике и ООО «ФИНАГРОТЕХ» заказчики (покупатели) узнавали «из одного источника информации»; что налогоплательщик и ООО «ФИНАГРОТЕХ» при оказании услуг «общим» покупателям производили самостоятельное распределение контрагентов, что «общие» заказчики (покупатели) налогоплательщика и ООО «ФИНАГРОТЕХ» ассоциируют данные организации как единый хозяйствующий субъект, на материалах проверки не основаны, выводов общества о наличии в действия общества и взаимозависимого лица деловой цели не опровергают.

Как правомерно указывает общество, допросы свидетелей ФИО17, ФИО18, ФИО19 не содержат в себе информацию, указанную проверяющими в выводах. Так, в качестве единственного основания для вывода о «самостоятельном распределении контрагентов» налоговый орган указал показания директора СПК «Верхне-Бузиновский» ФИО17, который показал, что, по его мнению, данные организации самостоятельно распределяли услуги по виду работ.

Общество обоснованно отметило, что довод налогового органа о необходимости предварительного получения коммерческого предложения и печатных рекламных материалов совершенно не отражает современные экономические и информационные реалии и не основан на законе. Необходимо отметить, что при этом налоговый орган не отрицает факт реальных взаимоотношений между налогоплательщиком и сельхоз-товаропроизводителями. 

 В нарушение принципа добросовестности налогового администрирования налоговым органом проигнорированы имеющиеся в материалах дела показания других свидетелей, не подтверждающие заранее предопределенные налоговым органом выводы.

Так, согласно показаниям свидетеля ФИО20 (протокол допроса свидетеля № 162 от 16.05.2022) о деятельности налогоплательщика АО «Агрофирма «Восток» узнало на выставке; рекламные материалы предавались по электронной почте. Согласно показаниям свидетеля ФИО21 (протокол допроса свидетеля № 154 от 16.05.2022), с руководителем налогоплательщика представители ООО «Сельское достояние» познакомились в Комитете сельского хозяйства Администрации Волгоградской области; рекламные материалы и коммерческие предложения передавались. Согласно показаниям свидетеля ФИО22 (протокол допроса свидетеля № 546 от 17.05.2022), о деятельности ООО «ФИНАГРОТЕХ» свидетель узнал на совещании фермеров от третьих лиц, затем ознакомился с информацией в интернете. Согласно показаниям свидетеля ФИО23 (протокол допроса свидетеля № 217 от 17.05.2022), о деятельности налогоплательщика представители ОАО «Белокопанское» узнали из интернета, «видели их выставку еще до 2020 года»; ФИО9 присутствовал на выставке; брали рекламную продукцию сами на выставочном стенде.

Суд соглашается с доводами общества, что указанные показания подтверждают обычное ведение бизнеса и обычные способы возникновения деловых контактов с контрагентами.

Вывод налогового органа о том, что ООО «ФИНАГРО ТРЕЙД» и ООО «ФИНАГРОТЕХ» при оказании услуг «общим» покупателям производили самостоятельное распределение контрагентов, на материалах проверки не основан.

Общество пояснило суду, что определяло объемы поставляемых мелиоративных систем и потребителей не самостоятельно, а строго в соответствии с требованиями дилерских соглашений от 02.11.2016 и от 03.11.2019, заключенных с производителем - компанией АИСКО ЕВРОПА САУ. Данными соглашениями регламентированы действия ООО «ФИНАГРО ТРЕЙД» ИНН 

<

***> в качестве дилера, включая регионы и объемы продаж, и все существенные условия сделок, а также особо оговорена обязательность предварительного согласования всех действий налогоплательщика с производителем.

ООО «ФИНАГРОТЕХ» в своей деятельности также руководствовалось дилерскими соглашениями, заключенными с компанией АИСКО ЕВРОПА САУ и ООО «ПСМ», что прямо указано в протоколе допроса свидетеля № 147 от 14.04.2022 ФИО9 

Доводы  налогового органа о том, что контрагенты налогоплательщика и ООО «ФИНАГРОТЕХ» совпадают, суд находит необоснованными.

Общество суду представило доказательства, что в 2018 году из 314 поставщиков налогоплательщика и 153 поставщиков ООО «ФИНАГРОТЕХ» общими являлись только 53 поставщика,  что составляет менее 17% от общего числа поставщиков налогоплательщика; в 2019 году - из 235 поставщиков налогоплательщика и 166 поставщиков ООО «ФИНАГРОТЕХ» общими являлись 70 поставщиков (менее 30%); в 2020 году - из 248 поставщиков налогоплательщика и 149 поставщиков ООО «ФИНАГРОТЕХ» общими являлись 68 поставщиков (27%).

Содержащиеся в решении выводы о деятельности налогоплательщика и ООО «ФИНАГРОТЕХ» за весь период с 2018 года по 2020 год включительно основаны, в том числе, на показаниях свидетелей ФИО24 и Григи И.В. При этом проверяющими не принимается в расчет, что ФИО24 работал в ООО «ФИНАГРОТЕХ» только до мая 2018 года, а Грига И.В. работала в ООО «ФИНАГРО ТРЕЙД» менее двух месяцев и только до 29.01.2018 {лист 135 акта проверки) в должности специалиста по закупкам (менеджера). Таким образом, Грига И.В. в силу ограниченных служебных компетенций и короткого срока работы не располагала сведениями о деятельности налогоплательщика в течение практически всего периода, за который производилась налоговая проверка, а Могилину И.А. не могли быть известны сведения о деятельности ООО «ФИНАГРОТЕХ» ИНН 3443129016 за период с июня 2018 года по 2020 год включительно.

В то же время, все выводы проверяющих о том, что «вне зависимости от того, где официально данные лица (сотрудники налогоплательщика и ООО «ФИНАГРОТЕХ») трудоустроены, выполняли должностные обязанности и в ООО «ФИНАГРО ТРЕЙД», и/или ООО «ФИНАГРОТЕХ», сделаны именно на основании показаний Грига И.В., проработавшей у налогоплательщика менее 2-х месяцев.

В доказательство правомерности своих выводов налоговый орган формально ссылается на положения статьи 51 Конституции РФ, статьи 128 НК РФ, указывая на презумпцию добросовестности свидетелей и достоверности даваемых ими показаний, не дав оценку тому факту, что свидетелю Григе И.В. не могли быть известны фактические данные о деятельности налогоплательщика за период с февраля 2018 года по декабрь 2020 года, то есть практически за весь проверяемый период.

При доначислении суммы налога на добавленную стоимость налоговый орган производил расчет суммы НДС, подлежащей уплате в бюджет, исходя из данных о выручке от реализации товаров (работ, услуг), отраженной ООО «ФИНАГРОТЕХ» в книгах учета доходов и расходов организаций и индивидуальных предпринимателей, применяющих упрощенную систему налогообложения за 2018-2019 годы и налоговых деклараций по налогу, уплачиваемому в связи с применением упрощенной системы налогообложения за 2020 год.

В то же время, ООО «ФИНАГРОТЕХ», применяя в 2018-2020 годах упрощенную систему налогообложения (УСНО), определяло доходы в целях налогообложения, исходя из поступлений денежных средств на счетах в банках за товары (работы, услуги), в соответствии с положениями главы 26.2 НК РФ.

Однако, выручка от реализации товаров (работ, услуг), определяемая в соответствии с положениями главы 21 НК РФ, отражается по счетам учета доходов и расходов 90, 91.

Исходя из изложенного, выручка от реализации товаров (работ, услуг) ООО «ФИНАГРОТЕХ» рассчитываемых налоговых обязательств ООО «ФИНАГРО ТРЕЙД» и начисленный НДС по расчетным ставкам 18/118 - в 2018 году, 20/120 - в 2019-2020 годах приведены в таблице № 1.

При доначислении суммы налога на прибыль организаций налоговый орган произвел расчет суммы налога, подлежащей уплате в бюджет, исходя из данных о выручке от реализации товаров (работ, услуг), отраженной ООО «ФИНАГРОТЕХ» в книгах учета доходов и расходов организаций и индивидуальных предпринимателей, применяющих упрощенную систему налогообложения за 2018-2019 годы и налоговых деклараций по УСНО за 2020 год.

Между тем, как обоснованно указало общество, очевидным является отличие законодательно установленных условий для признания расходов налогоплательщиками, применяющими УСНО, и налогоплательщиками налога на прибыль организаций. Так, в состав расходов, уменьшающих полученные налогоплательщиком доходы по УСНО, включаются расходы при одновременном выполнении условий их оплаты, документального подтверждения получения (оприходования) в учете, использования в производственных целях.

Тем самым, для признания расходов при применении УСНО, в общем случае, должно выполняться дополнительное условие оплаты расходов.

Таким образом, при расчете суммы налога на прибыль организаций исходя из положений главы 25 НК РФ, налоговые обязательства по налогу на прибыль организаций за 2018, 2019, 2020 годы отсутствуют (таблицы №№ 4-6 - приложение № 3 к апелляционной жалобе).

Таким образом, суд  соглашается с доводами общества о том, что в ходе выездной налоговой проверки налоговый орган не в полной мере реализовал свои правомочия, вследствие чего им были использованы ненадлежащие исходные данные для расчетов. Последнее нарушает принцип добросовестности применительно к налоговому администрированию. 

 Вывод налогового органа о том, что документы, оформленные по взаимоотношениям налогоплательщика с ИП ФИО2, а также ИП Алиевым JI.T. носят «формальный характер», не подкреплены какими-либо доказательствами и основаны на предположениях.

При этом приведенные в решении доказательства, положенные в основу выводов налогового органа, на материалах дела должным образом не основаны.

Так, налоговый орган указывает, что сумма «неправомерного завышения расходов по взаимоотношениям с взаимозависимым лицом ИП ФИО2 и подконтрольным ИП Алиевым JI.T.» составила 88 147 227 рублей, в то время, как из представленных обществом пояснений усматривается, что общая сумма оборотов между налогоплательщиком и ИП Алиевым Л.Т. в проверяемый период составила 19511887,40 рублей, между налогоплательщиком и ИП ФИО2 - 29 915 152,39 рублей.

Вменяемая налогоплательщику схема дробления бизнеса и вывода денежных средств с ООО «ФИНАГРОТЕХ» ИНН  через индивидуального предпринимателя ФИО2 и индивидуального предпринимателя Алиева Л.Т. с точки зрения «налоговой оптимизации» также материалами дела не подтверждается.

Общество суду пояснило, что применение ООО «ФИНАГРОТЕХ» УСНО уже освобождает данную организацию от обязанности по уплате налога на прибыль организаций и налога на добавленную стоимость (статья 346.11 НК РФ) и с учетом положений статьи 346.17 НК РФ делает бессмысленным какой-либо вывод денежных средств через третьих лиц.

Более того, в результате заключения и исполнения сделок между ООО «ФИНАГРОТЕХ» и ИП ФИО2 и ИП Алиевым Л.Т. появляются новые объекты налогообложения УСНО - доходы, полученные соответственно ИП ФИО2 и ИП Алиевым Л.Т. по указанным сделкам.

Таким образом, суд соглашается с доводами общества, что с точки зрения «налоговой оптимизации», налоговая база не только не занижалась, но происходило двойное налогообложение доходов, полученных ООО «ФИНАГРОТЕХ» ИНН 

<

***> от покупателей техники и оборудования, и, как следствие, двойная уплата налогов всеми участниками предполагаемой «схемы», что является прямой противоположностью вменяемой проверяющими «схеме налоговой оптимизации».

Выводы проверяющих о том, что ИП Зарубина Г.А., а также ИП Алиев Л.Т. не вели в проверяемый период реальную хозяйственную деятельность, противоречат пояснениям указанных лиц и общества, а также не соответствуют обстоятельствам дела.

Так, инспекцией в ходе проверки установлено:

-наличие у ИП Алиева Л.Т. достаточного для осуществления деятельности количества работников (до 12 человек);

-наличие во владении у ИП ФИО2 и у ИП Алиева Л.Т. транспортных средств;

-   наличие во владении ИП ФИО2 нежилого недвижимого имущества;

-осуществление ИП Алиевым Л.Т. подрядных работ по монтажу мелиоративных систем и по ремонту сельскохозяйственной техники; 

-   заключение ИП ФИО2 и ИЛ Алиевым Л.Т. сделок с третьими лицами, никак не связанными с налогоплательщиком.

Вывод налогового органа о том, что директор и участник ООО «ФИНАГРО ТРЕЙД» ФИО9 связан родственными связями с ИП ФИО2, в связи с чем, по мнению ИФНС, последняя является подконтрольным, взаимозависимым лицом по отношению к налогоплательщику, суд находит несостоятельным. Сам факт наличия родственных отношений о фиктивности хозяйственных отношений не свидетельствует.

Кроме того, в обоснование своих выводов налоговый орган формально ссылается на положения пункта 7 статьи 105.1 НК РФ, однако не указывает ни одного иного основания для признания ИП ФИО2 взаимозависимым лицом (участие в уставном капитале, возможность определять решения другого лица и т.д.). Признаки подконтрольности ИП ФИО2 в решении также не приведены.

Выводы налогового органа о том, что отношения налогоплательщика с ИП ФИО2 носят «фиктивный характер» и что целью отношений с ИП ФИО2 являлось «лишь использование реквизитов ИП с целью вывода наличных денежных средств», не соответствуют материалам проверки и основаны на неправильной интерпретации документов проверяющими.

Так, проверяющими был сделан ряд необоснованных выводов по взаимоотношениям контрагента налогоплательщика ИП ФИО2 с ИП Казаченко О.В. в рамках договора аренды от 01.05.2017.

Налоговый орган указывает, что арендная плата по договору аренды не облагалась НДС, однако данное утверждение прямо противоречит пункту 3.2 договора аренды от 01.05.2017, счетам-фактурам, актам, предоставленным ИП Казаченко О.В., выпискам по расчетному счету ИП ФИО2

Анализируя договор аренды от 01.05.2017, инспекция сделала вывод об отсутствии у ИП ФИО2 права сдавать помещения в субаренду, основываясь исключительно лишь на положениях пункта 1.2. При этом, ИФНС было проигнорировано содержание других пунктов договора аренды: пункт 5.2.15 предусматривал право сдачи в субаренду с согласия арендодателя; пункт 6.3 предусматривал ответственность в виде штрафа в том числе за сдачу ИП ФИО2 помещения в субаренду без согласия ИП Казаченко О.В. 

Показания ИП Казаченко О.В. о том, что в арендную плату входила только аренда помещения, переменная часть не предусмотрена договором, противоречили положениям пункта 3.1 договора аренды от 01.05.2017, предусматривающему оплату электроэнергии сверх суммы арендной платы, а также выпискам по расчетному счету ИП ФИО2

Согласно выпискам по расчетному счету ИП ФИО2, на расчетный счет ИП Казаченко О.В. ежемесячно производилась оплата потребленной электроэнергии; кроме того, производилась «оплата оборудования». Все платежи производились на основании счетов ИП Казаченко О.В. и включали в себя НДС.

Налоговый орган обосновывает свой вывод об отсутствии переменной части арендной платы по взаимоотношениям ИП Казаченко О.В. и ИП ФИО2 тем, что ИП ФИО2 переменная часть арендной платы в адрес налогоплательщика не выставлялась, то есть, налоговым органом смешиваются два разных правоотношения между разными лицами.

Согласно материалам проверки, все платежи производились ФИО2 на основании счетов ИП Казаченко О.В. включали в себя НДС, однако инспекцией счета от 31.01.2018, 16.03.2018, 31.03.2018, № 3 от 11.04.2018, 30.04.2018, 10.05.2018, 21.05.2018, 15.06.2018, 16.08.2018, № 365 от 21.08.2018, 10.09.2018, № 411 от 19.02.2019, № 641 от 15.03.2019, № 1451 от 31.05.2019, 20.06.2019, № 74 от 26.07.2019, № 2490 от 29.08.2019 у ИП Казаченко О.В. не истребовали. Таким образом, налоговый орган не истребовал и не исследовал все необходимые доказательства, то есть, не провел все необходимые мероприятия налогового контроля.

Кроме того, данные обстоятельства опровергают вывод налогового органа о том, что целью отношений налогоплательщика с ИП ФИО2 являлось занижение налоговой базы. 

Общество правомерно отметило, что, учитывая, что ИП Казаченко О.В. является плательщиком НДС, а ИП Зарубина Г.А. находится на УСН, включение ИП ФИО2 в «схему» лишено всякого смысла, так как ООО «ФИНАГРО ТРЕЙД» при данных взаимоотношениях лишено возможности уменьшить налогооблагаемую базу путем принятия к вычету выставленных ИП Казаченко О.В. сумм НДС.

Что касается взаимоотношений между ИП ФИО2 и ИП Ланг А.И., то согласно пункту 4.1 договора аренды № 01/07-19 от 01.07.2019 оплата за электроэнергию и отопление не включались в сумму арендной платы и оплачивались ИП ФИО2 дополнительно.

Налоговым органом сделан вывод о том, что договоры беспроцентного займа между ИП ФИО2 и ООО «ФИНАГРО ТРЕЙД», ООО «ФИНАГРОТЕХ» заключались с целью вывода денежных средств со счетов ИП ФИО2

При этом инспекцией  проигнорированы данные выписки по расчетному счету ИП ФИО2, из которых следует, что заключение беспроцентных договоров займа не являлось для ИП ФИО2 чем- то экстраординарным, выходящим за рамки ее обычной экономической деятельности.

Так, ИП Зарубина Г.А. заключала договор беспроцентного займа № 2 от 15.05.2018 с ООО «ОБЛАГРО» и договор беспроцентного займа № 12 от 23.07.2019 с ИП Караваевой Н.В.; исходя из данных выписки по расчетному счету, обороты между ИП ФИО2 и указанными выше лицами сравнимы с оборотами между ИП ФИО2 и налогоплательщиком.

Налоговым органом также проигнорированы данные из выписки по расчетному счету ИП ФИО2, подтверждающие наличие в проверяемый период отношений ИП ФИО2 с ООО «Вектор» по аренде недвижимого имущества по договорам аренды № 2А от 05.01.2019 (арендная плата - 121 017,65 рублей в месяц) и № ЗА от 01.01.2020 (арендная плата - 51 930 рублей в месяц).

В то же время, согласно данным выписки ИП Зарубина Г.А. в 2019-2020 годах осуществляла перечисления на расчетные счета ООО «Вектор», ООО «Руслогос» и ООО «ЮК «Правовые решения» арендной платы, компенсации за использование электроэнергии и тепловой энергии.

Учитывая, что ООО «Вектор», ООО «ЮК «Правовые решения» и ООО «Руслогос» являются плательщиками НДС, что прямо указано в выписке, а ИП Зарубина Г.А. находится на УСН, включение ИП ФИО2 в «схему» также лишено всякого смысла, так как ООО «ФИНАГРО ТРЕЙД» при данных взаимоотношениях лишено возможности уменьшить налогооблагаемую базу путем принятия к вычету выставленных ООО «Вектор» сумм НДС.

Вывод налогового органа о том, что ИП Алиев Л.Т. является подконтрольным, взаимозависимым лицом по отношению к директору и участнику ООО «ФИНАГРО ТРЕЙД» Черячукину В.Н. и налогоплательщику, также не подтверждается достаточными доказательствами.

Согласно материалам проверки, ИП Алиев Л.Т. был зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя МИФНС России № 5 по Волгоградской области 23.01.2020, а производственную (предпринимательскую) деятельность фактически начал в феврале 2020 года. 

В то же время, Алиев Л.Т. уволился из ООО «ФИНАГРО ТРЕЙД» 31.01.2020 (приказ № 1 от 31.01.2020), то есть, в период осуществления деятельности в качестве индивидуального предпринимателя Алиев Л.Т. уже не являлся лицом, подчиняющимся Черячукину В.Н. по должностному положению и не подпадал под признаки взаимозависимого лица, указанные в статье 105.1 НК РФ.

Пытаясь доказать обоснованность данных неправомерных выводов, налоговый орган также ссылается на показания свидетеля Миронова С.В., полученные с нарушением пункта 4 статьи 101 НК РФ после окончания выездной налоговой проверки и без предусмотренного пунктом 6 статьи 101 НК РФ решения руководителя налогового органа (пункт 2 настоящей апелляционной жалобы).

Вывод инспекции о том, что при регистрации индивидуального предпринимателя в 2020 году Алиевым Л.Т. и оформлении договоров с ООО «Финагро Трейд» и ООО «Финагротех», его должностные обязанности по сравнению с 2018-2019 годами не изменились, является несостоятельным с учетом  увольнения Алиева Л.Т. из ООО «ФИНАГРО ТРЕЙД» 31.01.2020. Кроме того, как установил налоговый орган в ходе проверки,  в ООО «ФИНАГРО ТРЕЙД»  Алиев Л.Т. работал на должности регионального директора по продаже запасных частей, а основным видом деятельности ИП Алиева Л.Т. является ремонт металлоизделий, машин и оборудования.

Передача на аутсорсинг деятельности по монтажу гидромелиоративных систем, а также по ремонту ранее проданной техники и оборудования происходила не от налогоплательщика, а от ООО «ФИНАГРОТЕХ», что прямо указано в акте проверки.

Общество пояснило суду, что в проверяемый период действительно пользовалось услугами ИП Алиева Л.Т. в качестве подрядчика (субподрядчика) по монтажу мелиоративных систем, так как одновременное осуществление налогоплательщиком и функций продавца, и функций подрядчика в одном лице делало крайне неэффективным контроль за деятельностью работников и не позволяло сосредоточиться на продажах техники и оборудования и расширить рынок продаж. Передача ООО «ФИНАГРО ТРЕЙД» отдельных видов деятельности на аутсорсинг ИП Алиеву Л.Т. позволила повысить эффективность налогоплательщика и использовать освободившиеся организационные, финансовые и человеческие ресурсы для увеличения продаж и концентрации усилий именно на этом виде деятельности.

Налоговый орган относит взаимоотношения налогоплательщика с ИП Алиевым Л.Т. к схеме дробления бизнеса, в том числе, по признаку использования одних и тех же сотрудников.

В то же время, только один из работников (8,3%) ИП Алиева Л.Т. в проверяемый период работал по совместительству и получал доход в ООО «ФИНАГРО ТРЕЙД» и у ИП Алиева Л.Т., причем на протяжении только 1 месяца, и был принят на работу к ИП Алиеву Л.Т. через 10 месяцев после регистрации последнего в качестве ИП и начала им производственной деятельности (декабрь 2020 года); остальные работники ИП Алиева Л.Т. получали доход только у ИП Алиева Л.Т.

Количество работников, поступивших на работу к ИП Алиеву Л.Т. непосредственно после работы в ООО «ФИНАГРОТЕХ», составило только 50% от общей численности работников ИП Алиева Л.Т.; остальные работники поступили на работу к ИП Алиеву Л.Т. после работы в других организациях (листы 200-201 акта налоговой проверки).

Учитывая, что около 50% работников заключили трудовые договоры с ИП Алиевым Л.Т. в различные периоды времени (неодномоментно) и не были переведены непосредственно из ООО «ФИНАГРО ТРЕЙД» или ООО «ФИНАГРОТЕХ» (листы 200-201 акта проверки), а также, что  заработная плата части бывших работников ООО «ФИНАГРОТЕХ» даже снизилась (листы 213-214 акта проверки), суд находит обоснованными доводы общества о том, что в данном случае имел место обычный набор персонала в ходе обычной экономической деятельности при создании бизнеса, а не «миграция» персонала в процессе дробления бизнеса.

Суд признает обоснованными доводы заявителя и третьего лица о том, что наличие у предпринимателя и общества иногда общих покупателей и поставщиков обусловлен спецификой сферой деятельности, а заказчиками и покупателями в основном выступают одни и те же клиенты, что не является нарушением законодательства РФ.

Суд отмечает, что принятие управленческих и бухгалтерских решений одними и теми же лицами налогоплательщика и общества само по себе не может свидетельствовать об отсутствии экономической самостоятельности у общества и взаимозависимого лица. При этом налоговый орган не учитывает использование различных материально-технических ресурсов взаимозависимыми лицами, различного штата сотрудников.

Ссылки инспекции на один и тот же состав работников у проверяемого налогоплательщика и его взаимозависимого лица, являются несостоятельными,  поскольку в данном случае совпадение трудовых ресурсов наблюдалось лишь в отношении управленческого, бухгалтерского и вспомогательного персонала, что объясняется различием видов деятельности обществ. При этом наличие трудовой деятельности по совместительству у части сотрудников вовсе не означает совпадения должностных обязанностей, т.к. сотрудники трудоустроенные таким образом, разграничивают свои обязанности в различных организациях, о чем свидетельствуют показания свидетелей, опрошенных в ходе проверки.

Суд признает обоснованными доводы общества о том, что налоговый орган не представил доказательств по обстоятельствам, перечисленным в п.5 постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 № 53, которые бы прямо свидетельствовали о направленности действий обоих обществ на незаконную оптимизацию налогообложения посредством применения специальных налоговых режимов. Напротив, представленные документы свидетельствуют, общества имели самостоятельные деловые цели; с момента своего образования, то есть задолго до спорного налогового периода, находились в сфере контроля как налогового органа, так и иных контролирующих государственных органов, осуществляли свои права и обязанности в соответствии с приобретенным статусом хозяйствующего субъекта.

Согласно разъяснениям Пленума ВАС РФ, изложенным в пункте 6 постановления от 12.10.2006 № 53, родственная взаимозависимость участников сделки не является сама по себе свидетельством получения необоснованной налоговой выгоды.

Взаимозависимость как обстоятельство, свидетельствующее о получении необоснованной налоговой выгоды, может иметь правовое значение только тогда, когда такая взаимозависимость используется участниками сделки в целях осуществления согласованных действий, направленных на занижение налоговой базы.

Таким образом, исходя из договоров, иных документов, составленных в процессе заключения сделок, первичных бухгалтерских документов, счетов-фактур, товарных накладных, следует, что все сделки, совершаемые от имени обществ, являются реальными, имеют конкретную разумную цель, направлены на получение прибыли.

Доводы инспекции о том, что обществами использовалась единая логистика при получении и реализации продукции, являются несостоятельными, основанными на результатах неполно проведенной проверки.

Истец и третье лицо пояснили, что общества самостоятельно заключали и оплачивали договоры.

Суд полагает, что выводы налогового органа базируются на предположениях об экономической целесообразности, то есть на будущих финансовых результатах обществ, которые никто не мог в тот момент предполагать. 

Исходя из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 04.06.2007 N 320-О-П, налоговое законодательство не использует понятие экономической целесообразности и не регулирует порядок и условия ведения финансово-хозяйственной деятельности, а потому обоснованность расходов, уменьшающих в целях налогообложения полученные доходы, не может оцениваться с точки зрения их целесообразности, рациональности, эффективности или полученного результата.

В силу принципа свободы экономической деятельности (статья 8 часть 1 Конституции Российской Федерации) налогоплательщик осуществляет ее самостоятельно на свой риск и вправе самостоятельно и единолично оценивать ее эффективность и целесообразность.

В указанном Определении Конституционным Судом Российской Федерации отражено, что по смыслу правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Постановлении от 24.02.2004 № 3-П, судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, которые в сфере бизнеса обладают самостоятельной и широкой дискрецией, поскольку в силу рискового характера такой деятельности существуют объективные пределы в возможностях судов выявлять наличие в ней деловых просчетов.

Таким образом, заявитель правомерно указал, что субъекты договорных отношений вправе самостоятельно определять свою экономическую политику, цену реализации товаров (работ, услуг), исходя из соотношения спроса и предложения на рынке.

Действующее законодательство не содержит ограничений для физических лиц относительно количества юридических лиц, учредителями которых они могут являться, не содержит запрета на совершение хозяйственных операций между организациями, в состав участников которых они входят. Указанные обстоятельства, равно как и нахождение таких хозяйствующих субъектов на одной территории, не подтверждают отсутствие у них разумной деловой цели при совершении ими хозяйственных операций. Каждый из них удовлетворяет признакам самостоятельных субъектов предпринимательской деятельности, установленным применительно к физическим и юридическим лицам в ст. ст. 23, 48 ГК РФ. Каждый в рамках НК РФ по своему усмотрению имеет право применять упрощенные специальные режимы налогообложения, которые имеют своей сутью поддержку некрупного предпринимательства. Выводы налогового органа о том, что, заявитель создал с взаимозависимыми лицами схему, направленную на получение необоснованной налоговой, не преследуя при этом экономических (деловых) целей, носят предположительный характер, не основаны на материалах дела.

При этом обоснованность получения налоговой выгоды не может быть поставлена в зависимость от способов привлечения капитала для осуществления экономической деятельности (использование собственных, заемных средств, эмиссия ценных бумаг, увеличение уставного капитала и т.п.) или от эффективности (прибыльности) использования капитала.

Суд находит правомерными доводы заявителя о том, что использование одного IP адреса для доступа к сети интернет обществами по месту осуществления части хозяйственной деятельности не может являться доказательством «схемы дробления бизнеса», так как вызвано техническими особенностями по подключению к данным помещениям сети «Интернет» через устройство беспроводной передачи данных.

Суд признает обоснованными доводы заявителя о том, что наличие у истца и третьего лица расчётных счетов, открытых в одном банке, не являются доказательствами дробления бизнеса. 

Истец пояснил, что с момента гос. регистрации открыл счета в одном банке исходя из деловой репутации, надёжности, удобного места расположения и качества обслуживания данного банка. 

Доводы инспекции о единой кадровой политике у обществ о правомерности доначисления налогов не свидетельствуют.

Иные доводы, приводимые налоговым органом в обоснование наличие схемы дробления бизнеса, суд с учетом недоказанности отсутствия деловой цели при создании организаций и направленности их деятельности на получение дохода от деятельности, о правомерности оспариваемых решений не свидетельствуют, доводов общества о реальной хозяйственной деятельности обществ не опровергают.

 Таким образом, суд, проанализировав материалы дела в совокупности, приходит к выводу, что налоговым органом проигнорированы доводы о том, что основной целью создания ООО «ФИНАГРОТЕХ» являлось не получение необоснованной налоговой выгоды, а увеличение объема продаж за счет привлечения значительной доли сельскохозяйственных товаропроизводителей, использующих специальные режимы налогообложения, в соседних с Волгоградской областью регионах, то есть, создание и деятельность ООО «ФИНАГРОТЕХ» были обусловлены разумными экономическими причинами (целями делового характера).

Проанализировав собранные по делу доказательств в совокупности, суд приходит к выводу о недоказанности налоговым органом правомерности произведенных обществу доначислений по налогам, о направленности действий общества на получение необоснованной налоговой выгоды при взаимоотношениях с третьими лицами.

Доказательств совершения обществом и третьими лицами согласованных действий, направленных исключительно на создание оснований для получения налоговой выгоды, налоговым органом суду  не представлено.

Не представлено суду и доказательств вынесения в отношении указанной организации или ее должностных лиц приговоров по уголовным делам, в том числе, в связи с взаимоотношениями с третьими лицами.

На основании пункта 7 статьи 3 Налогового кодекса судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданны, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны. Принимая во внимание, что судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, возможность достижения того же экономического результата с меньшей налоговой выгодой (при уплате налогов в большем размере) не может являться основанием для признания налоговой выгоды необоснованной, если соответствующая налоговая экономия получена в связи с осуществлением реальной хозяйственной деятельности.

Иные доводы инспекции о правомерности произведенных доначислений налогов не свидетельствуют.

При таких обстоятельствах решение инспекции в указанной части подлежит признанию недействительным.

По мнению суда, налоговым органом не доказана вся совокупность обстоятельств направленности действий обществ исключительно либо преимущественно на минимизацию налогового бремени путем  дробления  бизнеса, предполагающая обязательное наличие одного из квалифицирующих признаков необоснованной налоговой выгоды, перечисленных в п. 5 Постановления Пленума № 53. В частности, не подтверждены материалами дела факты получения предпринимателем налоговой выгоды вне связи с осуществлением обществом реальной предпринимательской или иной экономической деятельности. Напротив, налогоплательщик и общество фактически и самостоятельно осуществляли каждый свою деятельность в соответствии с деловой целью и видом экономической деятельности, для которых они были созданы. При этом, доводы налогового органа о направленности действий налогоплательщика исключительно на получение необоснованной налоговой выгоды только по совокупности косвенных (небазовых, факультативных) признаков недостаточно для вывода о мнимости всех сделок предпринимателя и консолидации на этой базе доходов двух самостоятельных лиц.

В силу части 3 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если арбитражный суд установит, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя, суд принимает решение о признании его незаконным (недействительным).

Таким образом, исследовав материалы дела, проанализировав собранные по делу доказательства и доводы сторон в совокупности, суд приходит к выводу, что налоговым органом в ходе проверки не было собрано достаточно достоверных доказательств в подтверждение заявленных доводов о недобросовестности истца и направленности его умысла на получение необоснованной налоговой выгоды.

Напротив, в обоснование своей позиции инспекций положила противоречивые доказательства, ссылалась на неполно исследованные обстоятельства.   

Иные доводы инспекции об обоснованности доначисления истцу налогов также  не свидетельствуют.

Выявленная судом неполнота проведенной налоговой проверки не может быть восполнена в рамках судебного разбирательства. Доводы предпринимателя об отсутствии в его действиях умысла на получение необоснованной налоговой выгоды налоговым органом в нарушение ст. ст. 65, 200 АПК РФ должным образом не опровергнуты. 

При таких обстоятельствах суд полагает, что решение ИФНС в оспариваемой части  подлежит признанию недействительным.

В соответствии со ст. 110 АПК РФ с учетом удовлетворения требований заявителя  с инспекции в пользу заявителя подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3000 руб.  В остальной части  излишне уплаченная обществом государственная пошлина в размере 3000 руб. подлежит возврату обществу из федерального бюджета в силу ст.  333.40 НК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь статьями  167-170, 201,110 АПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Заявление удовлетворить в части.

Признать недействительным решение инспекции Федеральной налоговой службы по Дзержинскому району города Волгограда от 20.09.2022 №2360 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения в части доначисления НДС в размере 21 959 884 руб. и начисленных на указанную сумму штрафа и пени, налога на прибыль в размере 9 361 092 руб., штрафа в размере  919 458 руб., пени в размере 2 686 531,95 руб.

Обязать инспекцию Федеральной налоговой службы по Дзержинскому району города Волгограда устранить допущенные нарушения прав и законных интересов  общества с ограниченной ответственностью «ФИНАГРО ТРЕЙД».

Производство по делу в остальной части прекратить.

Взыскать с инспекции Федеральной налоговой службы по Дзержинскому району города Волгограда в пользу общества с ограниченной ответственностью «ФИНАГРО ТРЕЙД» государственную пошлину в размере 3000 руб.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «ФИНАГРО ТРЕЙД» из федерального бюджета государственную пошлину в размере 3000 руб.

Решение арбитражного суда первой инстанции может быть обжаловано в апелляционном порядке в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты его принятия.

В соответствии с ч. 2 ст. 257 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба подается через арбитражный суд Волгоградской области.

Решение выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет». 

По ходатайству указанных лиц копии решений (определений) на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

 

Судья                                                                                            Кострова Л.В.