ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357601, http://www.16aas.arbitr.ru,

e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. 8 (87934) 6-09-16, факс: 8 (87934) 6-09-14

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А20-4386/2020

г. Ессентуки

17 июня 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 09 июня 2021 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 17 июня 2021 года.

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Егорченко И.Н., судей Луговой Ю.Б., Сулейманова З.М., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 и ФИО3 на решение Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 29.03.2021 по делу № А20-4386/2020, по исковому заявлению участника общества с ограниченной ответственностью «Къаншао» ФИО4, г. Нальчик к ФИО3, г. Нальчик, ФИО2, г. Нальчик, с участием третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, общества с ограниченной ответственностью «Къаншао», с. Аушигер (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), Инспекции Федеральной налоговой службы № 2 по городу Нальчику, о переводе доли в уставном капитале,                    

при участии в судебном заседании представителя  ФИО3 ФИО5 (доверенность от 02.11.2020), представителя ФИО2  ФИО5 (доверенность от 14.01.2020), представителя участника общества с ограниченной ответственностью «Къаншао» ФИО4 ФИО6 (доверенность от 22.10.2019), 

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания,

УСТАНОВИЛ:

участник общества с ограниченной ответственностью «Къаншао» (далее - ООО «Къаншао», общество) ФИО4 (далее – ФИО4) обратилась в арбитражный суд с исковым заявлением к участнику ООО «Къаншао» ФИО3 (далее – ФИО3) и к ФИО2 (далее – ФИО2) с требованием о переводе на ООО «Къаншао» доли в уставном капитале ООО «Къаншао» в размере 50% приобретенной ФИО3 у ФИО2 по договору дарения (том 1, л.д. 12-19). 

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены ООО «Къаншао» и Инспекция ФНС №2 по г. Нальчику.

В ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции, истец уточнил требования и просил перевести на ООО «Къаншао» долю в уставном капитале ООО «Къаншао» в размере 50%, приобретенную ФИО3 у ФИО2 по договору дарения от 17.09.2020 и переоформленную обратно на ФИО2 на основании соглашения от 10.11.2020 о расторжении договора дарения доли, а также указать в судебном акте, что решение суда является основанием государственной регистрации соответствующего изменения (том 2, л.д. 1-4).

Определением от 13.01.2021 суд принял к рассмотрению уточненные требования истца (том 2, л.д. 15-17).

Решением от 29.03.2021 суд обязал передать в пользу ООО «Къаншао» долю в уставном капитале ООО «Къаншао» в размере 50%, приобретенную ФИО3 у ФИО2 по договору дарения доли в уставном капитале общества от 17.09.2020 и возвращенную обратно в пользу ФИО2 на основании соглашения о расторжении договора дарения доли от 10.11.2020. Судом указано, что настоящее решение является основанием для государственной регистрации соответствующего изменения в ЕГРЮЛ. Судебный акт мотивирован тем, что истцом избран надлежащий способ защиты своих прав, с учетом установленных судом фактов перехода доли в уставном капитале общества от ФИО2 к ФИО3 и обратно путем заключения договора дарения и соглашения о расторжении договора дарения, с нарушением порядка получения согласия участников этого общества как при первоначальном дарении, так и при расторжении договора дарения. Исходя из этого, к такому нарушению применяется специальный способ защиты, предусмотренный абзацем 3 пункта 18 статьи 21 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон об обществах). Судом также сделан вывод, что заключая соглашение от 10.11.2020 ФИО3 и ФИО2 не имели намерения создать правоотношения, вытекающие из названной сделки, а именно оформление перехода права собственности на долю. Целью данного соглашения явилась попытка избежать последствий, предусмотренных абзаца 3 пункта 18 статьи 21 Закона об обществах, то есть соглашение от 10.11.2020 о расторжении договора дарения является мнимой сделкой, то есть сделкой, совершенной лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. В силу положений статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации такая сделка является ничтожной.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 и ФИО3 подана апелляционная жалоба, в которой просят решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований. Оспаривая выводы суда первой инстанции апеллянты ссылаются на положения пункта 4.2.1. Устава общества, которые не содержат условий о необходимости согласия участников общества при отчуждении доли путем дарения. По мнению апеллянтов, ФИО2 имел право подарить безвозмездно принадлежащую ему долю своей супруге ФИО3, при этом права ФИО4 никак  не нарушаются данной безвозмездной сделкой.

В судебном заседании представитель ФИО2 и ФИО3 поддержал доводы апелляционной жалобы, по изложенным в ней основаниям, просил решение суда отменить, отказав в удовлетворении исковых требований.

Представитель ФИО4 полагал необходимым в удовлетворении апелляционной жалобы отказать, оставив решение суда без изменения.

Иные участвующие в деле лица, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей для участия в судебном заседании не направили, в связи с чем, на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание проведено в их отсутствие.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, отзыва, заслушав представителей лиц, участвующих в деле, и проверив законность обжалуемого судебного акта в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу, что решение Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 29.03.2021 по делу № А20-4386/2020 подлежит отмене, исходя из следующего. 

Как усматривается из материалов дела, Постановлением Главы администрации Советского района (ныне Черекского района) Кабардино-Балкарской Республики от 11.04.1994 зарегистрировано товарищество с ограниченной ответственностью «Къаншао» (далее – ТОО «Къаншао»). 

Согласно уставу участниками ТОО «Къаншао» являлись следующие лица: ФИО2, ФИО7, ФИО2, ФИО8 и ФИО9. 

Как следует из выписки из протокола собрания учредителей № 1 от 22.04.1998 из состава участников ТОО «Къаншао» выведены ФИО7, ФИО2, ФИО8 и ФИО9. 

Постановлением Главы администрации Черекского района от 21.06.1998 № 75 ТОО «Къаншао» преобразовано в ООО «Къаншао», общество зарегистрировано администрацией Черекского района и ему выдано свидетельство о государственной регистрации общества от 30.07.1998 № 239. 

При этом согласно учредительному договору и уставу участниками ООО «Къаншао» являются ФИО2 и ФИО10 (ныне - ФИО11) ФИО12. Уставный капитал общества составляет 8 500 рублей и поделен между участниками поровну – по 50%. 

В соответствии с Федеральным законом от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О  государственной регистрации юридических лиц» Межрайонной инспекцией Министерства налоговой службы России № 5 по Кабардино-Балкарской Республике принято решение от 19.11.2002 № 73 о государственной регистрации юридического лица - ООО «Къаншао», зарегистрированного до 01.07.2002, в связи с внесением в единый государственный реестр юридических лиц. Выдано свидетельство за государственным регистрационным номером 

<

***>. В документах, поданных в налоговый орган для государственной регистрации – форма Р17001 – сведения о лице, имеющем право без доверенности действовать от имени юридического лица, указан ФИО2. Указанные обстоятельства установлены вступившими в законную силу судебными актами по многочисленным спорам между сторонами, в том числе и решением Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 14.07.2020 по делу №А20-5184/2019. 

Судом первой инстанции также установлено, что между ФИО2 и ФИО13 существуют длительные корпоративные и имущественные споры, которые были предметом рассмотрения по делам №А20-636/2011, №А20-2011/2011, №А20-2215/2012, №А20-2389/2012, №А20-5927/2014, №А20-4139/2015, №А20-4207/2016, №А20-42/2017, №А20-1057/2018, №А20-1058/2018, №А20-2225/2018, №А20-5184/2019 и другие. 

Спор о принадлежности долей в ООО «Къаншао» разрешен постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 19.12.2017 по делу № А20-42/2017, которым постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.10.2017 отменено, сведения об ФИО4 как об участнике общества с долей 50% уставного капитала восстановлены в ЕГРЮЛ. 

31.10.2020 из сведений, содержащихся в Едином государственном реестре юридических лиц ФИО4 стало известно, что ФИО2 более не является участником ООО «Къаншао», при этом остается его директором. Новым участником общества, согласно данным из ЕГРЮЛ, является ФИО3 (ИНН 

<

***>), супруга ФИО2 с 50% доли в уставном капитале общества (регистрационная запись 2200700138857 от 24.09.2020), что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ от 03.11.2020 (том 1, л.д. 34). 

Новому участнику общества - ФИО3 доля в ООО «Къаншао» перешла от ФИО2 по договору дарения от 17.09.2020, удостоверенному нотариусом ФИО14 (том 1, л.д. 162). 

  Полагая, что совершение сделки без согласия участника общества противоречит уставу и действующему законодательству, ФИО4 обратилась с настоящим иском в суд.

10.11.2020 между ФИО2 и ФИО3 подписано соглашение о расторжении договора дарения 50% доли в уставном капитале общества от 17.09.2020 (том 1, л.д. 163), в соответствии с которым 50% доли в уставном капитале общества возращены ФИО2, о чем сделана соответствующая запись в ЕГРЮЛ о составе участников общества, что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ от 19.11.2020 (том 1, л.д. 146-148).

Поскольку указанное соглашение заключено после возбуждения производства по настоящему делу определением от 06.11.2020 (том 1, л.д. 1-5), то истцом уточнены требования, принятые судом к производству определением от 13.01.2021 (том 2, л.д. 1-5, 15-17).

Удовлетворяя исковые требования суд первой инстанции пришел к выводу, что истцом избран надлежащий способ защиты своих прав, с учетом установленных судом фактов перехода доли в уставном капитале общества от ФИО2 к ФИО3 и обратно путем заключения договора дарения и соглашения о расторжении договора дарения, с нарушением порядка получения согласия участников этого общества как при первоначальном дарении, так и при расторжении договора дарения. Исходя из этого, к такому нарушению применяется специальный способ защиты, предусмотренный абзацем 3 пункта 18 статьи 21 Закона об обществах (право требования в судебном порядке передачи доли обществу). Также судом сделан вывод о том, что соглашение от 10.11.2020 о расторжении договора дарения, заключенное между ФИО3 и ФИО2 является мнимой сделкой.

Между тем судом не учтено следующее.

Правовой статус общества с ограниченной ответственностью, права и обязанности участников общества регламентированы в главе 4 Гражданского кодекса Российской Федерации и в Законе об обществах.

В силу абзаца 5 пункта 1 статьи 8 Закона об обществах участник общества вправе продать или осуществить иным образом отчуждение своей доли или части доли в уставном капитале общества одному или нескольким участникам данного общества либо другому лицу в порядке, предусмотренном Законом и уставом общества.

Согласно пункту 1 статьи 93 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункту 1 статьи 21 Закона об обществах переход доли (части доли) участника общества в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью к другому лицу допускается на основании сделки или в порядке правопреемства либо на ином законном основании с учетом особенностей, предусмотренных данным Кодексом и Законом об обществах.

В соответствии с пунктом 2 статьи 21 Закона об обществах участник общества вправе продать или осуществить отчуждение иным образом своей доли или части доли в уставном капитале общества одному или нескольким участникам данного общества. Согласие других участников общества или общества на совершение такой сделки не требуется, если иное не предусмотрено уставом общества. Продажа либо отчуждение иным образом доли или части доли в уставном капитале общества третьим лицам допускается с соблюдением требований, предусмотренных федеральным законом "Об обществах с ограниченной ответственностью", если это не запрещено уставом общества.

Соответственно, Закон об обществах не содержит запрета на отчуждение доли в уставном капитале общества третьему лицу путем дарения, не устанавливает особых требований к совершению сделки дарения и не предусматривает необходимости получения согласия общества или его участников на дарение доли третьему лицу, но допускает возможность установления таких требований уставом общества.

Согласно абзацу 3 подпункта "б" пункта 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.12.1999 № 90/14 «О некоторых вопросах применения Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - постановление Пленума №90/14) на случай безвозмездной передачи участником принадлежащей ему доли третьему лицу право преимущественной покупки не распространяется. Уставом общества может быть предусмотрена необходимость получения согласия общества или остальных его участников на уступку доли участника третьему лицу иным образом, чем продажа.

В соответствии с пунктом 18 статьи 21 Закона об обществах в случае отчуждения либо перехода доли или части доли в уставном капитале общества по иным основаниям к третьим лицам с нарушением порядка получения согласия участников общества или общества, предусмотренного настоящей статьей, а также в случае нарушения запрета на продажу или отчуждение иным образом доли или части доли, участник или участники общества либо общество вправе потребовать в судебном порядке передачи доли или части доли обществу в течение трех месяцев со дня, когда они узнали или должны были узнать о таком нарушении. При этом в случае передачи доли или части доли обществу расходы, понесенные приобретателем доли или части доли в связи с ее приобретением, возмещаются лицом, которое произвело отчуждение доли или части доли с нарушением указанного порядка.

С учетом изложенного, необходимость согласия участников общества (самого общества) на отчуждение либо переход права на долю в уставном капитале от участника общества к третьему лицу должна быть закреплена законом либо уставом общества.

Пунктом 4.2.1. Устава общества, действовавшего на дату заключения договора дарения, предусмотрено, что участник общества, с согласия остальных участников, может уступить свою долю одному или нескольким участникам этого же общества или третьим лицам.

В соответствии с пунктом 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Апелляционным судом установлено, что 17.09.2020 между ФИО2 (даритель) и ФИО3 (одаряемый) заключен договор дарения доли в уставном капитале ООО «Къаншао», по условиям которого даритель передает в собственность одаряемому, а одаряемый принимает долю в уставном капитале ООО «Къаншао» в размере 50,00% уставного капитала, удостоверенный в установленном законом порядке.

Согласно пункту 7 договора дарения доля в уставном капитале общества переходит к ФИО3 с момента внесения соответствующей записи в единый государственный реестр юридических лиц.

В соответствии со статьей 153 Гражданского кодекса Российской Федерации под совершением сделки понимаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

По критерию возмездности разграничивают возмездные и безвозмездные сделки. Возмездной называется сделка, в которой обязанности одной стороны совершить определенные действия корреспондирует встречная обязанность другой стороны по предоставлению материального или другого блага. Возмездность сделок предопределяется их природой или соглашением сторон.

В безвозмездной сделке нет обязанности предоставления встречного имущественного удовлетворения другой стороне.

Согласно пункту 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения даритель безвозмездно передает или обязуется передать одаряемому вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить одаряемого от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Проанализировав пункт 4.2.1. Устава ООО «Къаншао» во взаимосвязи с соответствующими положениями Закона об обществах судебная коллегия приходит к выводу, что Уставом общества не установлен запрет на передачу принадлежащей участнику доли путем ее дарения третьему лицу, а также не предусмотрена необходимость получения предварительного согласия на это от других участников общества.

В связи с отсутствием в Уставе общества положений, прямо устанавливающих запрет на дарение доли третьему лицу, а также предусматривающих порядок получения согласия участников общества или общества на отчуждение дарения доли, пункт 4.2.1.  Устава не может быть сам по себе истолкован в качестве препятствия для дарения доли третьему лицу в отсутствие согласия иных участников.

Таким образом, исследовав условия договора дарения, учитывая вид данного договора, принимая во внимание положения устава ООО «Къаншао», суд апелляционной инстанции, руководствуясь абзацем третьим подпункта «б» пункта 12 постановления Пленума №90/14 пришел к выводу о том, что в данном конкретном случае, поскольку договор дарения является безвозмездной сделкой, в Уставе общества отсутствуют положения прямо устанавливающие запрет на дарение доли третьему лицу, а также предусматривающие порядок получения согласия участников общества или общества на передачу доли по договору дарения, то согласие иных участников общества на совершение договора дарения доли в уставном капитале общества не требовалось.

При таких обстоятельствах,  ФИО2  был вправе подарить принадлежавшую ему долю своей супруге ФИО3, не получая на это согласие ФИО4 как второго участника общества.

Также из материалов дела следует, что после заключения договора дарения сведения о переходе прав на долю в обществе от ФИО2 к ФИО3 были зарегистрированы в Едином государственном реестре юридических лиц, вместе с тем после обращения с настоящими исковыми требованиями, 10.11.2020 между ФИО2 и ФИО3 подписано соглашение о расторжении договора дарения 50% доли в уставном капитале общества от 17.09.2020, в соответствии с которым 50% доли в уставном капитале общества возращены ФИО2, о чем сделана соответствующая запись в ЕГРЮЛ о составе участников общества, что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ от 19.11.2020. 

Согласно части 6 статьи 5 Федерального закона от 30.12.2008 № 312-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации» внесенные в ЕГРЮЛ сведения признаются достоверными до тех пор, пока их достоверность не будет опровергнута нотариально удостоверенными документами или заявлениями, подписанными всеми указанными в ЕГРЮЛ участниками общества, либо пока иное не будет установлено решением суда.

Согласно абзацу 2 пункта 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» для лиц, не являющихся сторонами сделки и не участвовавших в деле, считается, что подлежащие государственной регистрации права на имущество возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, а не в момент совершения или фактического исполнения сделки либо вступления в законную силу судебного решения, на основании которых возникают, изменяются или прекращаются такие права (пункт 2 статьи 8.1, пункт 2 статьи 551 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом с момента возникновения соответствующего основания для государственной регистрации права стороны такой сделки или лица, участвовавшие в деле, в результате рассмотрения которого принято названное судебное решение, не вправе в отношениях между собой недобросовестно ссылаться на отсутствие в государственном реестре записи об этом праве.

Регистрация прав, осуществляемая в соответствии со статьей 8.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, носит так называемый конститутивный характер, то есть акт регистрации (в виде записи в реестре) порождает соответствующее право (при наличии достаточного правового основания). Если достаточные правовые основания для регистрации есть, но право еще не зарегистрировано, право не возникает. Регистрация является необходимым элементом фактического состава, стечение которого влечет возникновение права, иными словами, является в контексте российского права пусть и недостаточным, но необходимым условием для возникновения права. Регистрация же сделок по действующему российскому праву (пункт 3 статьи 433 Гражданского кодекса Российской Федерации) носит деклараторный характер, то есть сделка, подлежащая регистрации, для ее сторон считается заключенной с момента выражения согласованной воли, направленной на совершение сделки, а для третьих лиц она будет иметь значение (порождать правовые последствия) с момента ее государственной регистрации (пункт 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49).

Таким образом, государственная регистрация необходима для целей оглашения обязательственного результата сделки, придания порожденным договором правовым последствиям эффекта публичности, обеспечения доступности третьим лицам информации о факте совершения сделки и ее условиях. Это делается с целью создать для третьих лиц презумпцию знания о факте совершения сделки и ее содержании (эффект публичности зарегистрированной сделки) и вменить правовые последствия зарегистрированной сделки всем третьим лицам, так как предполагается, что третьи лица действуют, зная о факте совершения зарегистрированной сделки и ее условиях.

На момент совершения сделки дарения от 17.09.2020 в ООО «Къаншао» по данным ЕГРЮЛ было зарегистрировано 2 участника: ФИО4 с долей в размере 50,00%, ФИО2 соответственно с долей в уставном капитале – 50%.

В дальнейшем между ФИО2 и ФИО3 подписано соглашение о расторжении договора дарения 50% доли в уставном капитале общества и налоговым органом была осуществлена соответствующая регистрация изменений в составе участников.

В силу части 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов. Из смысла названных норм следует, что предъявление соответствующего требования должно иметь своей целью восстановление нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов обратившегося в суд лица.

Перечень способов защиты гражданских прав установлен в статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации и не является исчерпывающим.

В силу абзаца 13 статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации защита гражданских прав может быть осуществлена и иными способами, предусмотренными законом, при этом в качестве иных способов защиты права могут быть использованы только те способы, которые предусмотрены законом.

При этом избранный заявителем способ защиты должен соответствовать характеру нарушения и отвечать целям восстановления нарушенного права лица.

Заключив соглашение о расторжении договора дарения и внеся соответствующие изменения в ЕГРЮЛ, ответчики, восстановили положение, существовавшее до заключения сделки, следовательно на момент рассмотрения спора судом первой инстанции состав участников общества фактически не изменился, что свидетельствует о недоказанности интереса истца в данном деле, поскольку удовлетворение заявленного иска не приведет к восстановлению и защите прав истца в области корпоративных правоотношений.

С учетом изложенного, в силу пункта 4 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с несоответствием выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела решение Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 29.03.2021 по делу № А20-4386/2020 подлежит отмене с принятием нового судебного акта об отказе в удовлетворении исковых требований.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены судебного акта в любом случае, апелляционным судом не установлено.

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Руководствуясь статьями 110, 266, 268, 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд,

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 29.03.2021 по делу № А20-4386/2020 отменить, принять по делу новый судебный акт.

В удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО2 судебные расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы в размере 3 000 руб.   

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в двухмесячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

ПредседательствующийИ.Н. Егорченко

СудьиЮ.Б. Луговая

З.М. Сулейманов