Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, г. Владивосток, 690001

http://5aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело

№ А51-4106/2021

г. Владивосток

19 августа 2021 года

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

судьи ФИО1,

рассмотрев апелляционную жалобу акционерного общества «Страховое общество газовой промышленности»,

апелляционное производство № 05АП-4870/2021, 

на определение от 17.06.2021 (резолютивная часть от 29.04.2021)

судьи А.В. Бурова

о прекращении производства 

по делу № А51-4106/2021 Арбитражного суда Приморского края 

принятое в порядке упрощенного производства,

по иску Приморской общественной организации по защите прав автовладельцев «Краевое общество автовладельцев Приморья» 

(ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 

к акционерному обществу «Страховое общество газовой промышленности» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 

третьи лица: автономная некоммерческая организация «Служба обеспечения деятельности финансового уполномоченного», публичное акционерное общество страховая компания «Росгосстрах», ФИО2,

о взыскании 25 397,76 рублей,

УСТАНОВИЛ:

Приморская общественная организация по защите прав автовладельцев «Краевое общество автовладельцев Приморья» (далее – истец, ПОО «КОАП») обратилась в Арбитражный суд Приморского края с исковым заявлением к акционерному обществу «Страховое общество газовой промышленности» (далее – ответчик, АО «Согаз») о взыскании 6 000 рублей расходов на оплату услуг аварийного комиссара, 257 рублей 76 копеек почтовых расходов, неустойки в размере 4 140 рублей за период с 09.10.2020 по 16.12.2020, неустойки, начисленной на сумму страхового возмещения в размере 1% за каждый день просрочки за период с 17.12.2020 включительно по день фактического исполнения обязательства, 15 000 рублей расходов за рассмотрение обращения финансовым уполномоченным, 3 000 рублей расходов по подготовке и направлению обращения в службу финансового уполномоченного, а также 5 000 рублей судебных расходов по оплате услуг представителя, 960 рублей расходов по сканированию документов и 50 рублей расходов по выдаче оригинала платежного поручения об оплате государственной пошлины по иску, заверенной банком.

Определением Арбитражного суда Приморского края от 16.03.2021 в соответствии с правилами главы 29 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) исковое заявление принято к производству и дело рассмотрено в порядке упрощенного судопроизводства.

20.04.2021 в Арбитражный суд Приморского края от истца поступили заявления истца и Дрюченко Алексея Викторовича о процессуальном правопреемстве с просьбой произвести замену на стороне истца с ПОО «КОАП» на Дрюченко Алексея Викторовича в связи с заключением договора об уступке прав требования. 

29.04.2021 в Арбитражный суд Приморского края от истца поступило заявление об отказе от иска в связи с заключением договора об уступке прав требования и утратой правового интереса в настоящем споре.

Определением Арбитражного суда Приморского края, принятым 29.04.2021 согласно части 1 статьи 229 АПК РФ путем подписания резолютивной части определения, производство по делу прекращено. Также суд произвел замену ПОО «КОАП» на ФИО3 в порядке процессуального правопреемства. 

Мотивированное определение составлено 17.06.2021 в соответствии с частью 2 статьи 229 АПК РФ в связи с подачей ответчиком апелляционной жалобы.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ответчик обратился в Пятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить и направить дело на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции. В обоснование доводов жалобы апеллянт указывает, что суд первой инстанции нарушил нормы процессуального права, так как после принятия отказа истца от иска и прекращения производства по делу был не вправе рассматривать ходатайство о процессуальном правопреемстве. Полагает, что спорный договор цессии не соответствует требованиям действующего законодательства и является недействительной сделкой. В частности ответчик ссылается на то, что такой договор был подписан лицом, не управомоченным на заключение сделки (ФИО4), был совершен в противоречии с целями деятельности истца и без необходимого согласия органа управления юридического лица, имеет признак мнимой сделки. 

Апелляционная жалоба на определение Арбитражного суда Приморского края по настоящему делу, принятое в порядке упрощенного производства, проверена судом апелляционной инстанции без вызова сторон в порядке главы 34 АПК РФ с учетом особенностей, предусмотренных статьей 272.1 АПК РФ, о порядке рассмотрения апелляционных жалоб на решения арбитражного суда по делам, рассмотренным в порядке упрощенного производства, а также с учетом изменений, внесенных Федеральным законом от 02.03.2016 №45-ФЗ «О внесении изменений в Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации и Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации» и Федеральным законом от 02.03.2016 №47-ФЗ «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации.

Исследовав и оценив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266-271 АПК РФ правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта в части процессуального правопреемства в силу следующего.

Согласно части 1 статьи 48 АПК РФ в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 33 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки» если в период рассмотрения спора в суде состоялся переход прав кредитора (истца) к третьему лицу, суд по заявлению заинтересованного лица и при наличии согласия цедента и цессионария производит замену истца в порядке, установленном статьей 48 АПК РФ. 

Из материалов дела следует, что 12.04.2021 между ПОО «КОАП» (цедент) и ФИО3 (цессионарий) был заключен договор уступки прав требования (цессии) №02Ф/2021 (далее – договор цессии), по условиям которого цедент обязуется передать в собственность цессионарию, а цессионарий принять и своевременно уплатить за уступку цедентом цессионарию своих прав требования к должникам на получение исполнения по обязательствам, вытекающим из договоров, указанных в Приложении №1 к настоящему договору.

Пунктом 1.2 договора установлено, что права требования долга и исполнения судебных актов переходит к цессионарию в том объеме и на тех условиях, которые существовали у цедента к моменту перехода прав. В частности, к цессионарию переходя право требования основного долга, неустойки, а также понесенных расходов, связанных с требованием права.   

Моментом перехода права требования, указанного в пункте 1.1 соглашения, от цедента к цессионарию является дата подписания настоящего соглашения (пункт 2.1 договора).

Согласно пункту 3.1 договора цессии цессионарий перечисляет цеденту денежные средства в порядке и на условиях, определенных в Приложении №2 к договору.

В Приложении №1 к договору цессии цедент уступает цессионарию, в том числе, право требования, которое было реализовано истцом путем подачи иска в рамках настоящего дела (№А51-4106/2021).

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

Если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты (пункт 1 статьи 384 ГК РФ).

Пунктом 1 статьи 388 ГК РФ предусмотрено, что уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору.

Пунктом 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» указано, что переход права, защищаемого в суде, в порядке универсального или сингулярного правопреемства (наследование, реорганизация юридического лица, переход права собственности на вещь, уступка права требования и пр.) влечет переход права на возмещение судебных издержек, поскольку право на такое возмещение не связано неразрывно с личностью участника процесса (статьи 58, 382, 383, 1112 ГК РФ). В указанном случае суд производит замену лица, участвующего в деле, его правопреемником (статья 44 ГПК РФ, статья 44 КАС РФ, статья 48 АПК РФ).

Повторно исследовав указанный договор цессии, апелляционный суд поддерживает вывод суда первой инстанции, что его условия соответствуют требованиям параграфа 1 главы 24 ГК РФ, вследствие чего право требования по настоящему иску перешло к ФИО3.

Довод ответчика о том, что спорный договор цессии не соответствует требованиям действующего законодательства и является недействительной сделкой, подлежит отклонению в силу следующего. 

Пунктом 1 статьи 166 ГК РФ установлено, что сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно пункту 1 статьи 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии с пунктом 2 названной статьи сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно разъяснениям пункта 73 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление №25) сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, по общему правилу является оспоримой (пункт 1 статьи 168 ГК РФ).

В обоснование своего довода ответчик ссылается, в том числе, на те обстоятельства, что договор цессии был подписан лицом, не управомоченным на заключение сделки (ФИО4), был совершен в противоречии с целями деятельности истца и без необходимого согласия органа управления юридического лица.

Указанные обстоятельства в силу статей 173, 173.1, пункта 3 статьи 182 ГК РФ, пункта 4 статьи 27 Федерального закона от 12.01.1996 №7-ФЗ «О некоммерческих организациях» являются основаниями недействительности сделки в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка).

Однако доказательств того, что спорный договор цессии был оспорен и признан в судебном порядке недействительным, в том числе, по вышеуказанным основаниям, в материалах дела не имеется.

Как разъяснено в пункте 10 постановления Пленума ВАС РФ от 16.05.2014 №28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью» с учетом положений пункта 2 статьи 166 ГК РФ суд не вправе признавать оспоримую сделку недействительной по своей инициативе.

Более того, страховая компания по смыслу пункта 2 статьи 166, статей 173, 173.1, пункта 3 статьи 182 ГК РФ, пункта 4 статьи 27 Федерального  закона от 12.01.1996 №7-ФЗ «О некоммерческих организациях» не является лицом, управомоченным на оспаривание договора цессии. Доказательств того, что такая оспоримая сделка нарушает его права или охраняемые законом интересы, повлекла неблагоприятные для него последствия, ответчиком в материалы дела не представлено.

Относительно ссылки ответчика на то, что договор цессии был подписан лицом, не управомоченным на заключение сделки (ФИО4), апелляционный суд считает необходимым отметить следующее. 

Действительно, в материалы дела истцом не представлена доверенность, подтверждающая полномочия ФИО4 на заключение договора цессии. 

В пункте 1 статьи 183 ГК РФ установлено, что при отсутствии полномочий действовать от имени другого лица или при превышении таких полномочий сделка считается заключенной от имени и в интересах совершившего ее лица, если только другое лицо (представляемый) впоследствии не одобрит данную сделку. В соответствии с пунктом 2 статьи 183 ГК РФ последующее одобрение сделки представляемым создает, изменяет и прекращает для него гражданские права и обязанности по данной сделке с момента ее совершения.

В пункте 123 постановления №25 разъяснено, что установление факта заключения сделки представителем без полномочий или с превышением таковых служит основанием для отказа в иске, вытекающем из этой сделки, к представляемому, если только не будет доказано, что последний одобрил данную сделку (пункты 1, 2 статьи 183 ГК РФ). Аналогичное разъяснение приведено в пункте 1 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 23.10.2000 №57 «О некоторых вопросах практики применения статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации».

Следовательно, если договор в последующем одобрен юридическим лицом, факт его подписания неуполномоченным либо неустановленным лицом не является основанием для признания его недействительным, а обстоятельства такого одобрения должны быть исследованы судами.

Под последующим одобрением сделки представляемым, в частности, могут пониматься: письменное или устное одобрение независимо от того, кому оно адресовано; признание представляемым претензии контрагента; иные действия представляемого, свидетельствующие об одобрении сделки (например, полное или частичное принятие исполнения по оспариваемой сделке, полная или частичная уплата процентов по основному долгу, равно как и уплата неустойки и других сумм в связи с нарушением обязательства; реализация других прав и обязанностей по сделке, подписание уполномоченным на это лицом акта сверки задолженности); заключение, а равно одобрение другой сделки, которая обеспечивает первую или заключена во исполнение либо во изменение первой; просьба об отсрочке или рассрочке исполнения; акцепт инкассового поручения.

В соответствии с абзацем 5 пункта 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации «О некоторых вопросах практики применения статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации» от 23.10.2000 №57 при оценке судами обстоятельств, свидетельствующих об одобрении представляемым - юридическим лицом соответствующей сделки, необходимо принимать во внимание, что независимо от формы одобрения оно должно исходить от органа или лица, уполномоченных в силу закона, учредительных документов или договора заключать такие сделки или совершать действия, которые могут рассматриваться как одобрение.

С учетом вышеуказанных разъяснений последующие действия истца по обращению в суд с заявлением, подписанным руководителем юридического лица, о процессуальном правопреемстве на основании договора цессии, свидетельствуют об одобрении им такого договора лице компетентного органа в силу статьи 183 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 86 постановления №25, следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Из правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 №305-ЭС16-2411, следует, что фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у её сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

Из смысла указанных норм и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации следует, что для обоснования мнимости оспариваемой сделки истцу необходимо доказать, что при её заключении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении. 

При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Если намерений обеих сторон договора не исполнять указанную сделку не выявлено, то правовых оснований для признания этого договора мнимым не имеется.

В силу статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В качестве обоснования мнимости договора цессии истец ссылается на факт заключения договора между ПОО «КОАП» и председателем правления данной организации (ФИО3). Также указал на отсутствие доказательств, подтверждающих оплату ФИО3 в пользу ПОО «КОАП», перешедших в его пользу имущественных прав требования. 

Повторно оценив вышеуказанные обстоятельства, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что они не свидетельствуют о том факте, что на момент заключения оспариваемой сделки стороны не намеревались создать реальных правовых последствий. 

Так, фактические действия цедента и цессионария по обращению в суд с заявлением о процессуальном правопреемстве свидетельствуют, что уступленные по договору права требования фактически к перешли к ФИО3 и он данные права реализовывает, следовательно, правовые последствия договора цессии между сторонами были достигнуты. 

При таких обстоятельствах отсутствие в материалах дела доказательств оплаты по договору может лишь свидетельствовать о ненадлежащем исполнении цессионарием своих договорных обязательств, а не о мнимости такого договора.

Факт заключения договора между организацией и председателем правления данной организации также основанием для признания сделки мнимой не является. Действующее законодательство не запрещает совершение сделок между указанными лицами при условии, что они создают соответствующие им правовые последствия.

При изложенных обстоятельствах суд первой инстанции в соответствии со статьей 48 АПК РФ правомерно произвел процессуальное правопреемство по рассматриваемому заявлению, следовательно, оснований для отмены обжалуемого судебного акта в данной части не имеется.

В свою очередь, относительно определения суда в части прекращения производства по делу суд апелляционной инстанции находит обжалуемый судебный акт подлежащим отмене в силу следующих обстоятельств.

Согласно части 2 статьи 49 АПК РФ истец вправе до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу в арбитражном суде первой инстанции или в арбитражном суде апелляционной инстанции, отказаться от иска полностью или частично. 

В силу части 5 статьи 49 АПК РФ арбитражный суд не принимает отказ истца от иска, уменьшение им размера исковых требований, признание ответчиком иска, не утверждает мировое соглашение сторон, если это противоречит закону или нарушает права других лиц. В этих случаях суд рассматривает дело по существу. 

В соответствии с пункта 4 части 1 статьи 150 АПК РФ арбитражный суд прекращает производство по делу, если установит, что истец отказался от иска и отказ принят арбитражным судом.

Принимая отказ от иска и прекращая производство по делу, суд первой инстанции исходил из того, что отказ ПОО «КОАП» от иска не противоречит нормам действующего законодательства и не нарушает прав других лиц.

Вместе с тем, апелляционный суд не может согласиться с указанными выводами, положенными в основу обжалуемого судебного акта, поскольку судом первой инстанции не было учтено следующее.

Как было указано выше, наряду с заявлением ПОО «КОАП» об отказе от иска, судом первой инстанции также рассматривалось заявление ФИО3 о процессуальном правопреемстве. При этом согласно содержанию обжалуемого определения суд первой инстанции сначала удовлетворил ходатайство ПОО «КОАП» об отказе от иска и прекратил производство по делу, а лишь затем произвел замену ПОО «КОАП» на ФИО3 в порядке процессуального правопреемства.

Вместе с тем, согласно части 3 статьи 48 АПК РФ для правопреемника все действия, совершенные в арбитражном процессе до вступления правопреемника в дело, обязательны в той мере, в какой они были обязательны для лица, которое правопреемник заменил.

Принимая во внимание положения указанной нормы, произведя замену истца в порядке процессуального правопреемства уже после прекращения производства по делу, суд первой инстанции фактически лишил ФИО3 возможности реализовать свои процессуальные права в рамках данного дела, так как принятый судом отказ ПОО «КОАП» от иска стал для его правопреемника обязательным.

Апелляционный суд отмечает, что ввиду наличия, как было установлено выше, правомерных оснований для процессуального правопреемства с ПОО «КОАП» на ФИО3 право на отказ от исковых требований должно было перейти к последнему, в связи с чем суд первой инстанции при разрешении заявления ПОО «КОАП» об отказе от иска должен был установить мнение его правопреемника относительно данного заявления.

Однако таких действий суд первой инстанции не произвел, доказательств того, что ФИО3 как правопреемник истца по договору цессии  поддержал заявление ПОО «КОАП» об отказе от иска, в материалах дела отсутствуют.

Таким образом, действия суда первой инстанции по разрешению заявления ПОО «КОАП» об отказе от иска ранее разрешения ходатайства о процессуальном правопреемстве противоречат требованиям части 5 статьи 49 АПК РФ, так как судом не был исследован вопрос о возможности нарушения прав ФИО3 в случае принятия такого отказа. При этом апелляционный суд учитывает, что последствием такого отказа и его принятия судом является не только прекращение производства по делу (п. 4 ч. 1 ст. 150 АПК РФ), но и недопустимость повторного обращения в суд по спору между теми же лицами, о том же предмете и по тем же основаниям (ч.3 ст. 151 АПК РФ).

В соответствии с пунктом 2 части 4 статьи 272 АПК РФ арбитражный суд апелляционной инстанции по результатам рассмотрения жалобы на определение арбитражного суда первой инстанции вправе его отменить и направить вопрос на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.

Согласно пункту 40 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 №12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» при рассмотрении жалоб на определения арбитражного суда первой инстанции арбитражный суд апелляционной инстанции наряду с полномочиями, названными в статье 269 АПК РФ, вправе направить конкретный вопрос на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции (пункт 2 части 4 статьи 272 Кодекса).

Применяя данную норму, следует иметь в виду, что на новое рассмотрение могут быть направлены вопросы, разрешение которых относится к ведению суда первой инстанции и которые суд по существу не рассматривал по причине необоснованного возврата искового заявления, отказа в его принятии, оставления заявления без рассмотрения, прекращения производства по делу или отказа в пересмотре судебного акта по новым или вновь открывшимся обстоятельствам, тогда как в полномочия арбитражного суда апелляционной инстанции входит повторное рассмотрение дела (часть 1 статьи 268 Кодекса). В этих случаях, поскольку арбитражный суд первой инстанции не рассматривал вопросы по существу и не устанавливал обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора, арбитражный суд апелляционной инстанции не имеет возможности осуществить повторное рассмотрение дела, как этого требует часть 1 статьи 268 Кодекса.

При изложенных обстоятельствах обжалуемое определение в части  прекращения производства по делу и возврата государственной пошлины  подлежит отмене с направлением вышеуказанных вопросов в Арбитражный суд Приморского края на новое рассмотрение ввиду неправильного применения норм процессуального права (пункт 4 части 1 статьи 270 АПК РФ).

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе подлежат распределению судом первой инстанции при принятии окончательного судебного акта по делу.

Руководствуясь статьями 258, 266-271, 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Приморского края от 17.06.2021 (резолютивная часть от 29.04.2021) по делу №А51-4106/2021 в части прекращения производства по делу и возврата государственной пошлины  отменить.

Направить дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд Приморского края. 

В остальной части определение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Приморского края в течение одного месяца.

Судья

ФИО1