АРБИТРАЖНЫЙ СУД КРАСНОЯРСКОГО КРАЯ

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

 

03 октября 2024 года

 

Дело № А33-14033/2024

Красноярск

 

Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 18.09.2024 года.

В полном объёме решение изготовлено 03.10.2024 года.

 

Арбитражный суд Красноярского края в составе судьи Дранишниковой Э.А., рассмотрев в судебном заседании дело по иску дело по иску индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) об оспаривании сделок по одностороннему отказу от договора;

по встречному иску ФИО2 к ФИО1 о взыскании неосвоенного аванса и процентов за пользование чужими денежными средствами;

в присутствии в судебном заседании:

- представителя ФИО1: ФИО3 (полномочия подтверждаются доверенностью от 01.07.2023, участие принято дистанционно с использованием системы веб-конференции);

- представителя ФИО2: ФИО4 (полномочия подтверждаются доверенностью № 10 от 1.04.2022);

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Гелбутовской А.О.; 

 

установил:

индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – истец) обратился в Арбитражный суд Красноярского края с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее – ответчик) об оспаривании двух односторонних отказов от договоров перевозки № 33-У от 18.12.2019 (первый договор), № 9-010121-У от 01.02.2021 (второй договор).

Определением от 15.05.2024 возбуждено производство по делу. В последующем судом принят к рассмотрению встречный иск ответчика о взыскании с истца неосвоенного аванса в размере 2 964 621,82 руб. и неустойки в размере 312 261,51 руб. с продолжением ее начисления по дату погашения долга.

Дело рассмотрено в заседании, состоявшемся 18.09.2024, с извещением участников судебного спора о судебном разбирательстве и размещением сведений о дате и времени судебного заседания на сайте суда.

При рассмотрении дела установлены следующие, имеющие значение для рассмотрения спора, обстоятельства.

Между сторонами заключено два вышеуказанных договора перевозки, по которым истец является перевозчиком груза (лесоматериалы хвойных пород), а ответчик – заказчиком (отправителем груза). По условиям договоров (пункт 1.1.) истец обязался доставить груз на основании заявок ответчика, в которых согласовывались конкретные условия перевозки.

В рамках сложившихся отношениях по двум договорам истец оказал услуги общей стоимостью 16 542 951,56 руб. (согласно представленным ответчиком счет-фактурам за период с 31.12.2019 по 31.12.2020, с 28.02.2021 по 31.05.2021, с 31.01.2022 по 01.04.2022, с 28.02.2023 по 30.06.2023). В свою очередь, за период с 27.12.2019 по 13.04.2022 ответчик произвел авансирование услуг на общую сумму 19 507 573,38 руб. (согласно представленным ответчиком платежным поручениям и выпискам по счетам). В результате переплата со стороны ответчика составила 2 964 621,82 руб.

Уведомлением № 23-32/п от 24.07.2023 ответчик заявил об отказе от договора № 9-010121-У от 01.02.2021, сославшись на пункт 6.5 договора и ненадлежащее его исполнение со стороны истца. В письме ответчик указал, что истец является должником перед ответчиком на сумму 2 964 621,81 руб.

Уведомлением № 23-56/п от 26.10.2023 ответчик повторно заявил об отказе от договора № 9-010121-У от 01.02.2021, просил считать указанный договор расторгнутым с 04.08.2023.

Уведомлением № 23-58/п от 02.11.2023 ответчик заявил об отказе от договора № 33-У от 18.12.2019, ссылаясь на пункт 6.5. договора. В письме ответчик указал, что перевозки грузов по данному договору не осуществляются длительное время, последняя перевозка осуществлена 31.01.2021. Ответчик просил считать указанный договор расторгнутым с 12.11.2023.

Согласно пункту 6.5. договоров срок действия каждого договора составляет 12 месяцев. Договор считается пролонгированным на каждый следующий год, если ни одна из сторон не заявит о его расторжении за 10 дней до окончания срока его действия.

Ответчик полагал, что договоры расторгнуты им в одностороннем порядке. В связи с чем у истца возникло обязательство вернуть неосвоенный аванс. Истец не отрицал получение авансирования в заявленном ответчиком размере, которое, как он указывал, не освоено не по его вине. Нарушений условий договоров истец не допускал. Истец отмечал, что договоры не исполняются, заявки на перевозки не поступают от ответчика. Однако истец считал, что основания для возврата денежных средств отсутствуют ввиду наличия действующих вышеуказанных договоров перевозки. Истец оспаривал правомерность сделанных ответчиком заявлений об отказе от договоров, полагая, что у ответчика отсутствовало право отказаться от договоров в одностороннем порядке. Также истец указывал, что готов оказать ответчику услуги на сумму имеющейся переплаты.

Исследовав представленные доказательства, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

Исходя из буквального содержания двух вышеуказанных договоров, в настоящем случае сложившиеся между сторонами отношения соответствуют договорной связи по типу договора перевозки (глава 40 Гражданского кодекса РФ, далее – ГК РФ). Вопреки доводам ответчика никаких признаков, указывающих на иной тип договорной связи, не усматривается.

Договорные отношения по перевозке носят возмездный характер (пункт 1 статьи 785, статьи 790 ГК РФ). По договору перевозки груза перевозчик обязуется доставить вверенный ему отправителем груз в пункт назначения и выдать его управомоченному на получение груза лицу (получателю), а отправитель обязуется уплатить за перевозку груза установленную плату.

Договор перевозки грузов по сути является разновидностью договора оказания услуг, обособленный в отдельный тип договора в гражданском законодательстве. Обязанность по оплате является встречной по отношению к обязанности перевозчика (исполнителя) оказать услугу, одна обусловлена другой. Правовая кауза указанных отношений состоит в эквивалентом обмене встречными предоставлениями (услуга по перевозке груза за деньги). Плата по договору перевозки, как и по всякому возмездному договору, производится за исполнение стороны договора своих обязанностей. Из встречного характера обязательств и положений пунктов 1 и 2 статьи 328 ГК РФ следует, что в случае ненадлежащего исполнения принятых обязательств каждая из сторон договора не может получить то, на что могла рассчитывать, если бы исполнила свое обязательство должным образом.

Заказчик не вправе претендовать на оказание ему услуг без их оплаты. Равным образом перевозчик не вправе требовать выплаты вознаграждения или удерживать его, если услуга фактически не оказывалась. Поэтому оплата услуг подлежит по факту их оказания. Именно факт оказания услуг порождает обязательство отправителя (заказчика) по их оплате вне зависимости от порядка осуществления расчетов. Уплата сумм авансовых платежей при отсутствии встречного предоставления по сути является кредитованием другой стороны сделки (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 19.01.2018 № 310-ЭС17-11570).

Судом обращается внимание на то, что товарно-денежные отношения, регулируемые гражданским законодательством, основываются, как правило, на равноценности обмениваемых благ, поэтому определяющими признаками этих отношений являются возмездность и эквивалентность встречных предоставлений, тем более, если речь идет о коммерческих правоотношениях.

Если отсутствуют специальные нормы, позволяющие восстановить нарушенные или оспариваемые права, то есть в случаях, когда в специальных нормах, регламентирующих отношения по конкретному виду договора, отсутствуют нормы, позволяющие разрешить вопрос о судьбе уплаченных денежных средств одной стороной по обязательству перед другой стороной, то в случае нарушения эквивалентности встречных предоставлений субсидиарному применению подлежат положения главы 60 ГК РФ (определения Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 28.01.2020 № 50-КГ19-8, от 10.12.2019 № 36-КГ19-9, от 03.12.2019 № 41-КГ19-37, от 26.11.2019 № 5-КГ19-198, пункт 1 информационного письма Президиума ВАС РФ от 11.01.2000 № 49 "Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении", пункт 5 постановления Пленума ВАС РФ от 06.06.2014 № 35 "О последствиях расторжения договора", пункт 55 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств").

В определениях Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 30.08.2022 № 4-КГ22-22-К1, от 16.08.2022 № 46-КГ22-20-К6 отмечается, что в тех случаях, когда экономическая цель, преследуемая лицом, предоставившим денежные средства или иное имущество, оказывается недостижимой, на стороне приобретателя такого имущества возникает неосновательное обогащение, подлежащее возврату.

Право заказчика на возврат ранее перечисленной перевозчику предварительной оплаты полностью или в соответствующей части (неотработанный аванс) вытекает из недопустимости нарушения эквивалентности встречных предоставлений при определении имущественных последствий расторжения договора (абзац второй пункта 4 статьи 453 ГК РФ и пункт 5 постановления Пленума ВАС РФ от 06.06.2014 № 35 "О последствиях расторжения договора").

Возврат неотработанного аванса является следствием неисполнения стороной обязательств по договору, а нормы о неосновательном обогащении применяются к отношениям по возврату аванса как общие нормы вследствие отсутствия прямого регулирования специальными нормами, не меняя источник возникновения данного обязательства – договор (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.07.2024 № 305-ЭС24-6027, от 24.05.2024 № 305-ЭС23-27922).

При этом в случае, когда срок исполнения не определен или определен моментом востребования (пункт 2 статьи 314 ГК РФ), нарушение права кредитора не может произойти до предъявления кредитором требования к должнику об исполнении, так как до этого момента должник не может считаться нарушившим обязательство. В ситуации, когда договором не предусмотрено прекращение обязательств по окончании срока его действия и ни одна из сторон не заявляет о расторжении договора, предполагается сохранение интереса обеих сторон в исполнении сделки, в том числе за счет полученного аванса (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 04.08.2022 № 306-ЭС22-8161).

В определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 05.02.2016 № 303-ЭС15-11847 выражена правовая позиция, согласно которой отношения по договору перевозки не предполагают принципиальный запрет на совершение заказчиком одностороннего отказа от договора, несмотря на то, что положения главы 40 ГК РФ прямо не предусматривают такого права для заказчика. Например, отказ заказчика от договора перевозки возможен при наступлении не зависящих от заказчика причин, по которым исполнение перевозчиком договора перевозки в срок становится явно невозможным.

При этом суть правоотношений по договору перевозки состоит в том, что их инициатором – лицом, проявляющим спрос на услуги, всегда выступает заказчик. Интерес заказчика в указанных отношениях является образующим. Заключение договора перевозки и оказание по нему услуг возможно постольку, поскольку в этом нуждается в первую очередь заказчик, а не перевозчик. Поэтому отношения по договору перевозки строятся на интересах заказчика. Ни закон, ни договор не может понудить заказчика вопреки его воле получать услуги (схожий вывод изложен в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 20.08.2021 № 305-ЭС21-10216).

В связи с чем по аналогии закона (пункт 1 статьи 6 ГК РФ) не исключено право заказчика по договору перевозки в одностороннем порядке отказаться от договора на основании норм гражданского законодательства, регулирующих схожие отношения. Таковыми могут являться положения статьи 806 ГК РФ, согласно пункту 1 которой любая из сторон вправе отказаться от исполнения договора транспортной экспедиции, предупредив об этом другую сторону в разумный срок.

Если заказчик не обращается к перевозчику за оказанием услуг и перевозчик по этой причине их не оказывает, то у обеих сторон договора не остается разумных правовых ожиданий относительно достижения цели вступления в договорные отношения. Представляется, что у заказчика по договору перевозки не может быть меньше прав в сравнении с заказчиком по договору транспортной экспедиции.

Кроме того, при прекращении отношений сторон по договору предполагается, что обязательства переходят в ликвидационную стадию (подлежат сальдированию), что в силу положений абзаца второго пункта 4 статьи 453 ГК РФ влечет необходимость определения завершающей обязанности сторон по соответствующим договорам (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 30.03.2023 № 310-ЭС22-19858, от 30.09.2021 № 301-ЭС21-10601). Решение вопроса о возврате излишне перечисленной суммы по завершению исполнения договора относится к ликвидационной стадии обязательства, а существующий спор требует оценки качества, объема встречного предоставления и проведения окончательных расчетов между сторонами (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 21.03.2019 № 305-ЭС18-22569, от 22.11.2018 № 305-ЭС18-11884).

Положениями главы 40 ГК РФ не предусмотрен порядок осуществления взаимных расчетов сторон по договору перевозки на тот случай, если по фактическому завершению отношений авансирование остается неосвоенным, а действия по исполнению договора не совершаются. В связи с чем с учетом вышеизложенных правовых позиций заказчик не лишен права требовать возврата излишней оплаты, на которую он не получил соответствующей услуги в условиях, при которых для обеих сторон договора очевидно, что договорные отношения фактически завершились и исполнение по договору более не ожидается от кого-либо. При этом указанное право не зависит от заинтересованности перевозчика в продолжении отношений и его готовности оказать услуги на сумму неосвоенного аванса. Право на возврат неосвоенного аванса основано на объективном, а не субъективном критерии – нарушении встречных предоставлений.

В то же время ответчик не совершил никаких недобросовестных действий, которые как-либо нарушали бы имущественные интересы истца. Ответчик требовал лишь то, что истцу не причитается. При этом доводы истца о его договоренностях с ответчиком по поводу заключения лизинговых сделок на приобретение транспортных средств и участия ответчика в финансировании исполнения указанных сделок путем авансирования истца в счет будущих перевозок ничем не подтверждаются.

В связи с чем отказ ответчика от договоров перевозки является правомерным. Возражения истца являлись формальными, а его позиция сама по себе носила недобросовестный характер.

С одной стороны, истец ссылался на отсутствие специальной правовой нормы, позволяющей заказчику по договору перевозки отказаться от договора в одностороннем порядке. С другой стороны, истец не дал вразумительных объяснений на счет дальнейшей перспективы его отношений с ответчиком, если суд признает отказ от договоров неправомерным. Истец заявлял о готовности оказать услуги. Однако оказание услуг возможно только при условии, если в этом имеется интерес ответчика и если он будет обращаться к истцу с соответствующими заявками.

Ответчик свою позицию по этому вопросу недвусмысленно выразил, направив соответствующие уведомления об отказе от договоров с требованием вернуть денежные средства. Его намерения подтверждаются предъявлением встречного иска по настоящему делу. Исполнение по договору давно не осуществлялось, ответчик не заинтересован в сохранении договоров, имеет интерес закончить отношения с истцом и вернуть то, что не причитается истцу с точки зрения эквивалентности обмена встречных предоставлений. Для истца стало очевидно, что оказывать услуги по договорам он больше не будет.

Соответственно, интерес истца направлен только на формальное сохранение у договоров статуса действующих сделок. Такое поведение не может разумно объясняться иначе, как попытка создавать правовое оправдание для дальнейшего удержания полученной переплаты. Намерения истца состояли в том, чтобы и дальше сохранять сложившееся состояние правовой неопределенности для ответчика относительно юридической судьбы уплаченных им денежных средств. Поведение истца является деструктивным с точки зрения принципов разумности, добросовестности, становления и развития партнерских деловых отношений между участниками гражданского оборота, направленным на извлечение собственных выгод из сложившегося положения за счет ущемления интересов контрагента (пункты 3-4 статьи 1, статья 10, пункт 3 статьи 307 ГК РФ).

Сторона спора, имеющая потребность в судебной защите, должна быть поставлена в то положение, в каком она должна была оказаться, по крайней мере, при нормальном (обычном) развитии событий в при нормальном (обычном) развитии событий в гражданском обороте (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 22.07.2024 № 305-ЭС23-27635). Если прекращение договора вызвано неисполнением или ненадлежащим исполнением должником своего обязательства, кредитор вправе требовать приведения его в то имущественное положение, в котором он должен был бы оказаться в случае, если бы обязательство должника было исполнено надлежащим образом и цель договора была достигнута. В то же время сторона, не получившая ожидавшегося исполнения, вправе рассчитывать на то, что ее имущественное положение будет восстановлено, по крайней мере, до того уровня, который имел место до заключения договора с контрагентом (как если бы договор не был заключен) (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 04.07.2024 № 307-ЭС24-2577).

С учетом изложенных правовых подходов требование ответчика о взыскании неосвоенного аванса является обоснованным как направленное на восстановление баланса интересов, а требование истца об оспаривании действий ответчика не имеет правомерной цели и оснований для удовлетворения как направленное на сохранение нарушенного баланса интересов.

При этом ранее индивидуальный предприниматель ФИО2 предъявлял иск к индивидуальному предпринимателю ФИО1 о взыскании неосвоенного аванса в том же размере. Решением Арбитражного суда Иркутской области от 11.10.2023 по делу № А19-10607/23 в удовлетворении иска отказано ввиду того, что суд пришел к выводу о наличии правового основания для удержания денежных средств в виде действующего договора № 9-010121-У от 01.02.2021.

Суд рассматривал спор, исходя из волеизъявления индивидуального предпринимателя ФИО2 и заявленных им доводов в обоснование иска. В связи с чем обстоятельствам, связанным односторонним отказом индивидуального предпринимателя ФИО2 от договоров, не давалась оценка. Суд исходил из того, договор № 9-010121-У от 01.02.2021 не расторгался и является действующим. По этой причине суд указал, что индивидуальный предприниматель ФИО2 не лишен возможности защитить свои права на возврат перечисленных денежных средств в случае расторжения договора в установленном законом порядке. По сути выводы суда сводятся к тому, что требование о возврате аванса заявлено преждевременно при тех обстоятельствах, которые исследовал суд. Поэтому решение по делу № А19-10607/23 не ставило точку в разрешении разногласий сторон, а подразумевало, что в дальнейшем при изменении обстоятельств индивидуальный предприниматель ФИО2 может обратиться в суд с отдельным иском.

Таким образом, рассматриваемый спор не идентичен спору по делу № А19-10607/23, поскольку в настоящем случае требования обеих сторон направлены на окончательное урегулирование всех разногласий по своим отношениям из двух вышеуказанных договоров с учетом заявленных ответчиком односторонних отказов от договоров. Указанные обстоятельства стали новым основанием иска, не совпадающим с основанием иска по делу № А19-10607/23. Поэтому результаты рассмотрения дела № А19-10607/23 не имеют значения для настоящего спора. Иное означало бы лишение индивидуального предпринимателя ФИО2 права на судебную защиту.

С учетом обоснованности требования о взыскании аванса также правомерным является требование ответчика о взыскании процентов по правилам пункта 1 статьи 395 ГК РФ. Ответчик ошибочно квалифицировал заявленное требование в качестве неустойки, однако верно произвел расчет на основании положений указанной статьи ГК РФ, что не повлияло на оценку правомерности данного требования.

При реализации права на отказ от договора путем востребования неотработанного аванса у перевозчика с этого момента прекращается право сохранить за собой авансовые платежи и на основании пункта 4 статьи 453, пункта 1 статьи 1102 ГК РФ у него возникает обязательство по их возврату заказчику. Основания для удержания денежных средств отпадают ввиду прекращения обязанности по оказанию услуг. С момента отказа от договора обязательство по перевозке (неденежное обязательство) трансформируется в денежное обязательство, поэтому на сумму предоплаты могут начисляться проценты на основании статьи 395 и пункта 2 статьи 1107 ГК РФ. При этом начисление предусмотренных статьей 395 ГК РФ процентов при расторжении договора связано с моментом, в который стороне договора стало известно или должно было стать известно в обычных условиях гражданского оборота, что полученное ею от другой стороны исполнение является излишним.

Изложенные выводы основаны на правовых позициях Президиума ВАС РФ и Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ, сохраняющих свою актуальность (пункт 1 информационного письма Президиума ВАС РФ от 11.01.2000 № 49 "Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении", вопрос № 2 раздела «Разъяснения по вопросам, возникающим в судебной практике» обзора судебной практики Верховного Суда РФ № 4 (2016)", утв. Президиумом Верховного Суда РФ 20.12.2016, постановления Президиума ВАС РФ от 25.03.2014 № 10614/13, от 01.12.2011 № 10406/11, определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 01.08.2023 № 305-ЭС23-2969, от 04.08.2022 № 306-ЭС22-8161, от 31.05.2018 № 309-ЭС17-21840, от 20.03.2018 № 305-ЭС17-22712, от 24.08.2017 № 302-ЭС17-945).

Истец получил вышеупомянутые уведомления об отказе от договоров по электронной почте в день их оформления (24.07.2023, 26.10.2023 и 02.11.2023). Ответчик просил истца исходить из того, что первый договор расторгнут с 04.08.2023, а второй договор с 12.11.2023. В связи с чем на основании положений статьи 165.1 ГК РФ по состоянию на 13.11.2023 истец не мог не знать о безосновательности удержания аванса. Поэтому с указанной даты ответчик правомерно произвел начисление процентов. Размер процентов за период с 13.11.2023 по 12.07.2024 составил 312 261,51 руб. Указанный размер процентов соответствует объему прав истца, истец не просил взыскать больше, чем ему причитается.

Поскольку денежный долг остается не погашенным, в соответствии с разъяснениями пунктов 48, 65 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" (далее – постановление № 7) с учетом просьбы ответчика суд произвел перерасчет процентов по состоянию на дату рассмотрения спора.

За период с 13.11.2023 по 18.09.2024 размер процентов, подлежащих взысканию, составляет 409 057,22 руб.:

Задолженность,руб.

Период просрочки

Процентнаяставка

Днейвгоду

Проценты,руб.

c

по

  дни  

[1]

[2]

[3]

[4]

[5]

[6]

[1]x[4]x[5]/[6]

2 964 621,82

13.11.2023

17.12.2023

35

15%

365

42 641,82

2 964 621,82

18.12.2023

31.12.2023

14

16%

365

18 193,84

2 964 621,82

01.01.2024

28.07.2024

210

16%

366

272 162

2 964 621,82

29.07.2024

15.09.2024

49

18%

366

71 442,53

2 964 621,82

16.09.2024

18.09.2024

3

19%

366

4 617,03

Итого:

409 057,22

Также на основании пунктов 48, 65 постановления № 7 истец вправе на основании решения по настоящему делу продолжать взимать проценты за последующие периоды по день погашения долга в том же порядке и без необходимости возбуждения для этого отдельных судебных производств. В таком случае в дальнейшем расчет процентов, начисляемых после вынесения решения, осуществляется в процессе его исполнения судебным приставом-исполнителем, а в случаях, установленных законом, - иными органами, организациями, в том числе органами казначейства, банками и иными кредитными организациями, должностными лицами и гражданами, уполномоченными на исполнение судебных актов.

Таким образом, иск индивидуального предпринимателя ФИО1 не подлежит удовлетворению, а встречный иск индивидуального предпринимателя ФИО2 подлежит удовлетворению. Расходы индивидуального предпринимателя ФИО2 по оплате государственной пошлины подлежат возмещению за счет индивидуального предпринимателя ФИО1

С учетом увеличения цены иска ввиду взыскания процентов по состоянию на дату рассмотрения спора на основании части 3 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса РФ с индивидуального предпринимателя ФИО1 в доход бюджета подлежит взысканию государственная пошлина.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 170 АПК РФ, Арбитражный суд Красноярского края 

 

РЕШИЛ:

в удовлетворении исковых требований индивидуального предпринимателя ФИО1 отказать.

Исковые требования индивидуального предпринимателя ФИО2 удовлетворить.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1(ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 2 964 621 руб. 82 коп. – основного долга, 409 057 руб. 22 коп. – процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 13.11.2023 по 18.09.2024, проценты за пользование чужими денежными средствами, подлежащие начислению на сумму долга в размере 2 964 621 руб. 82 коп. за каждый день просрочки, рассчитанные по ключевой ставке Банка России, начиная с 19.09.2024 по день фактического исполнения обязательства, а также 39 384 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в доход федерального бюджета 484 руб. государственной пошлины.

Разъяснить лицам, участвующим в деле, что настоящее решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия путём подачи апелляционной жалобы в Третий арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Красноярского края.

 

Судья

Э.А. Дранишникова