ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

дело №А56-106443/2019

22 ноября 2022 года

г. Санкт-Петербург

/сд.1

Резолютивная часть постановления оглашена 15 ноября 2022 года

Постановление изготовлено в полном объёме  22 ноября 2022 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Морозовой Н.А.,

судей  Будариной Е.В., Серебровой А.Ю.,

при ведении протокола секретарём судебного заседания ФИО1,

при участии в судебном заседании:  

от ФИО2 и ФИО2: ФИО3, доверенность от 06.12.2019;

финансовый управляющий ФИО4, решение суда от 15.07.2020;

от ФИО5: ФИО6, доверенность от 20.04.2022,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-27666/2022) финансового управляющего ФИО4 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 15.07.2022 по обособленному спору № А56-106443/2019/сд.1, принятое по заявлению финансового управляющего ФИО4 к ФИО2, ФИО7 и Санкт-Петербургскому государственному казённому учреждению «Жилищное агентство Кронштадтского района Санкт-Петербурга» о признании сделок должника недействительными в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2, третье лицо: Отдел опеки и попечительства Муниципального образования поселок Парголово Выборгского района Санкт-Петербурга,

установил:

ФИО5 и ФИО8 (далее - ФИО5, ФИО8) обратились в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании ФИО2 (далее - должник, ФИО2) несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 07.11.2019 возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) должника.

Решением суда от 15.07.2020 (резолютивная часть от 14.07.2020) в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждён ФИО4. 

Названные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 25.07.2020 №131.

Финансовый управляющий ФИО4 обратился в арбитражный суд с заявлением (с учётом уточнения) о признании недействительными дополнительных соглашений от 19.11.2019, 25.11.2019 и 31.08.2020 к договору социального найма жилого помещения от 14.11.2019 №4870 и о применении последствий недействительности сделок в виде возврата условий договора социального найма жилого помещения от 14.11.2019 №4870 к первоначальным условиям, передать должнику как нанимателю и ФИО7 как члену семьи в бессрочное владение и пользование отдельную квартиру по адресу: 

<

...>.

Определением суда от 20.04.2021 к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечён Отдел опеки и попечительства Муниципального образования поселок Парголово Выборгского района Санкт-Петербурга.

Определением суда от 30.06.2021 производство по настоящему спору приостановлено до вступления в законную силу решения Кронштадтского районного суда Санкт-Петербурга по делу №2-333/2021.

Определением суда от 24.05.2022 производство по обособленному спору возобновлено.

Определением суда от 15.07.2022 в удовлетворении заявления отказано.

В апелляционной жалобе финансовый управляющий ФИО4, ссылаясь на несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, просит определение от 15.07.2022 отменить и принять по делу новый судебный акт. Апеллянт настаивает на отсутствии экономической целесообразности заключения оспоренных сделок, а также их направленности на вывод актива из имущественной базы должника. Податель жалобы обращает внимание на то, что дополнительное соглашение от 31.08.2020 подписано уже после возбуждения судом дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО7, в результате его заключения должник утратил право бессрочного пользования на квартиру, при этом финансовый управляющий не был осведомлён о данной следке. 

В судебном заседании финансовый управляющий настаивал на апелляционной жалобе, которая поддержана представителем ФИО5

Представитель должника и ФИО2 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на Интернет-сайте «Картотека арбитражных дел». Надлежащим образом извещённые о времени и месте судебного заседания иные лица, участвующие в деле, своих представителей не направили, в связи с чем жалоба рассмотрена в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) в их отсутствие. 

Законность и обоснованность определения суда проверены в апелляционном порядке.

Как усматривается из материалов дела, 14.11.2019 между Санкт-Петербургским государственным казённым учреждением «Жилищное агентство Кронштадтского района Санкт-Петербурга» и должником заключён договор социального найма жилого помещения №4870 (далее – договор социального найма), по которому должнику и членам его семьи в бессрочное владение и пользование передано жилое помещение по адресу г. Санкт-Петербург, 

<

...>, в качестве члена семьи нанимателя в указанную квартиру была вселена дочь должника - ФИО7

Между сторонами 19.11.2019 заключено дополнительное соглашение к договору социального найма о внесении изменений в договор в связи с вселением в жилое помещение других граждан в качестве членов семьи нанимателя, которым в договор в качестве члена семьи нанимателя включена ФИО2.

В дальнейшем, участники договор 25.11.2019 подписали дополнительное соглашение к договору социального найма, в соответствии с которым нанимателем жилого помещения признана ФИО2

Между Санкт-Петербургским ГКУ «Жилищное агентство Кронштадтского района Санкт-Петербурга» и ФИО2 31.08.2020 заключено дополнительное соглашение к договору социального найма, которым из состава членов семьи нанимателя исключены должник и ФИО7, выезжающие в другое место жительства.

Полагая, что перечисленные дополнительные соглашения от 19.11.2019, 25.11.2019, 31.08.2020 являются недействительными сделками применительно к положениям пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), статьям 10, 168, 174.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) и совершены с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, финансовый управляющий оспорил их в судебном порядке.

Отказывая в удовлетворении заявления, суд первой инстанции исходил из недоказанности наличия цели и причинения вреда имущественным интересам кредиторов в результате совершения оспариваемых дополнительных соглашений. Одновременно суд не выявил оснований для признания сделок недействительными по общим правилам гражданского законодательства. Суд первой инстанции указал и на то, что участие в приватизации жилых помещений в государственном и муниципальном жилищном фонде является правом граждан, которым они могут воспользоваться один раз.

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств. 

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Как разъяснено в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление №63), при сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота. В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

Согласно пункту 9 того же постановления при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего. Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется. 

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего постановления). 

Суд в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

По общему правилу, сформированному в судебной практике, совершенные должником сделки в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов могут быть признаны судом недействительными как по общим основаниям (статьи 10, 168 ГК РФ) при наличии порока воли обеих сторон сделки, так и по специальным основаниям (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве), когда другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинения такого вреда кредиторам, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве), либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данная презумпция является опровержимой и применяется, если иное не доказано другой стороной сделки.

Как уже приводилось выше, заявление о признании ФИО2 несостоятельным (банкротом) принято к рассмотрению определением суда от 07.11.2019, исследуемые дополнительные соглашения заключены 19.11.2019, 25.11.2019, 31.08.2020, то есть после возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве) должника, а потому такие сделки подпадают под регулирование статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Решением Кронштадтского районного суда Санкт-Петербурга от 22.04.2019 по делу №2-18/19, оставленным без изменения апелляционным определением Санкт-Петербургского   городского   суда  от 14.08.2019 и определением судебной коллегии по гражданским делам Третьего кассационного суда от 06.11.2019, с ФИО2 в пользу ФИО5 взысканы денежные средства в общем размере 2 018 200 руб., в пользу ФИО8 - 1 548 865 руб.

Именно эта задолженность послужила основанием для инициирования дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 

В силу пунктов 1, 3 статьи 19 Закона о банкротстве в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 №135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является заинтересованным лицом по отношению к должнику.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

В рассматриваемом случае дополнительные соглашения заключены в отношении супруги должника – ФИО2 и её совместной дочери с должником – ФИО7, то есть в отношении заинтересованных лиц по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве. Следовательно, наличие осведомлённости участников сделки о признаках неплатежеспособности должника не требует какого-либо специального доказывания.

Как следует из материалов дела, согласно ответу Администрации Кронштадтского района Санкт-Петербурга от 19.04.2021 ордер на спорное жилое помещение выдан 24.04.1998 на имя ФИО9 ФИО2 включён в ордер в качестве члена семьи нанимателя – внук. 01.03.2005 ФИО9 снята с регистрационного учёта в связи с переменой места жительства.

Решением Кронштадтского районного суда Санкт-Петербурга от 11.04.2013  по делу №2-368/13 ФИО2 признан утратившим право на жилое помещение. На основании ордера 11.11.2013 заключён договор №КР/2/1207 передачи квартиры в собственность ФИО10 - дядя должника.

Впоследствии апелляционным определением Санкт-Петербургского городского суда от 23.01.2014 по делу №33-579/2014 названное решение отменено, ФИО10 признан нанимателем жилого помещения, а ФИО2 вселён в качестве члена семьи нанимателя.   

ФИО10 12.11.2019 снят с регистрационного учёта в спорном жилом помещении, 14.11.2019 ФИО2 заключил договор социального найма жилого помещения №4870.

Таким образом, жилое помещение перешло во владение и пользование супруги должника, при этом последний утратил на него какие-либо права.

Согласно ответу комитета по делам записи актов гражданского состояния Санкт-Петербурга от 31.10.2022 №10332 ФИО2 и ФИО2 расторгли брак, о чём внесена запись акта о расторжении брака №130209780000900088002 от 17.06.2020.

В рамках рассмотрения дела №2-3536/2022 решением Выборгского районного суда Санкт-Петербурга от 22.12.2020 признан недействительным договор дарения от 15.06.2019, заключённый между ФИО2 и ФИО7, применены последствия недействительности сделки в виде аннулирования записи в ЕГРН о наличии права собственности ФИО7 на жилое помещение с кадастровым номером 78:36:0013101:22128, расположенное по адресу: Санкт-Петербург 

<

...>, лит.А, кв.718; восстановлена запись о праве собственности ФИО2 на данную квартиру. Как указал суд, на момент заключения договора дарения квартиры и регистрации договора в ЕГРН у ФИО2 существовали крупные неисполненные обязательства перед ФИО5 и ФИО8, возникшие из договора займа от 30.09.2015 в размере 2 000 000 руб. со сроком возврата 01.09.2017 и договора займа от 11.05.2017 в размере 2 323 000 руб. с обязательством возврата долга до 11.05.2018.

Материалами дела подтверждается, что ФИО2 и его несовершеннолетняя дочь фактически проживали по спорному адресу с момента рождения ребенка, должник производил оплату коммунальных и иных услуг. ФИО2, не будучи собственником квартиры 718 по адресу: Санкт-Петербург, 

<

...>. лит.А, осуществив её отчуждение своей несовершеннолетней дочери по договору дарения от 15.06.2019, вместе с тем зарегистрировался в ней сам сразу после подписания дополнительного соглашения от 29.11.2019, а затем зарегистрировал в марте 2020 года свою несовершеннолетнюю дочь. 

При рассмотрении настоящего спора суд первой инстанции посчитал, что указанное в договоре дарения имущество фактически не передавалось новому собственнику и не выбывало из пользования ответчика ФИО2, а, следовательно, при заключении договора дарения у ФИО2 не было реальных намерений создать соответствующие правовые последствия, его действия были направлены на распоряжение принадлежащим ему имуществом с целью причинить ущерб правам и охраняемым интересам других лиц.

Вместе с тем, апелляционная инстанция считает, что означенное обстоятельство не имеет правового значения для разрешения настоящего спора.

Как уже приводилось выше, дополнительные соглашения к договору социального найма заключены после возбуждения дела о банкротстве в отношении должника, на дату их совершения ФИО2, уже обладал признаками неплатежеспособности.

По смыслу пункта 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» должник не вправе обходить правила об исполнительском иммунитете, меняя место жительства в отсутствие к тому объективных причин (и как следствие, перенося своими односторонними действиями в ущерб интересам взыскателя иммунитет с одного помещения на другое) после того, как взыскатель начал предпринимать активные действия, направленные на получение исполнения.

В 2019 году должник являлся владельцами двух жилых помещений, одно из которых передано его супруге по дополнительному соглашению от 29.11.20219, а во втором он зарегистрирован совместно со своей несовершеннолетней дочерью, которой передал квартиру по договору дарения. Названные действия предприняты должником уже после взыскания с него в судебном порядке в пользу кредиторов-заявителей задолженности, включённой в последующем в реестр требований кредиторов, и возбуждения дела о его несостоятельности (банкротстве).

Проанализировав поведение ФИО2, суд апелляционной инстанции констатирует, что им совершались намеренные действия по выводу всех ликвидных активов для целей причинения вреда имущественным интересам кредиторов.

Заслуживает внимание и то, что после подписания дополнительного соглашения от 29.11.2019 ФИО2 и ФИО2 02.12.2019 обратились в судебный участок №110 Санкт-Петербурга с заявлением о расторжении заключённого ими брака.

Решением мирового судьи судебного участка №110 Санкт-Петербурга от 28.01.2020 брак прекращён.

Тем самым обоснованность и необходимость перевода прав и обязанностей нанимателя жилого помещения в г.Кронштадте с ФИО2 на его супругу в преддверии инициирования расторжения брака не раскрыты и документально подтверждены. Наоборот, у ФИО2 до настоящего момента имеется в собственности доля в жилом помещении, в котором она была зарегистрирована до 21.11.2019.

Исходя из пояснений представителя должника, последний не трудоустроен, постоянного источника дохода не имеет, с бывшей супругой практически не поддерживает взаимоотношений, которая также в настоящее время находится в отпуске по уходу за ребёнком, то есть трудовую деятельность также не осуществляет.

Следовательно, в отсутствие оспоренных управляющим дополнительных соглашений у ФИО2 сохранилось бы право социального найма на квартиру в г.Кронштадте, а также на вселение своей несовершеннолетней дочери как члена семьи нанимателя.

ФИО2, отказавшись от права социального найма на поименованную квартиру, тем самым придал квартире, принадлежащей ему на праве собственности, исполнительский иммунитет в целях невозможности обращения на неё взыскания для целей удовлетворения требований кредиторов.

Не опровергнуты должником суждения финансового управляющего о том, что квартира в Парголово приобретена на заёмные денежные средства, полученные от кредиторов-заявителей по делу о несостоятельности (банкротстве). 

В этой связи, суд апелляционной инстанции пришёл к выводу о наличии в оспоренных финансовым управляющим дополнительных соглашениях совокупности признаков его недействительности применительно к статье 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Апелляционная инстанция не выявила оснований для применения последствий недействительности сделок, поскольку признание спорных дополнительных соглашений недействительными свидетельствует о сохранении договора социального найма от 14.11.2019  в первоначальной редакции. 

Учитывая изложенное, определение суда подлежит отмене.

Руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 15.07.2022 по делу № А56-106443/2019/сд.1 отменить.

Признать недействительными дополнительные соглашения от 19.11.2019, 25.11.2019 и 31.08.2020 к договору социального найма жилого помещения от 14.11.2019 №4870.

 Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО2 3 000 рублей государственной пошлины по апелляционной жалобе.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

Н.А. Морозова

 

Судьи

 

Е.В. Бударина

 

А.Ю. Сереброва