ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А64-5654/2017

г. Воронеж

18 апреля 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 14 апреля 2022

          Постановление в полном объеме изготовлено  18 апреля 2022

 

Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

 

председательствующего судьи                                          Седуновой И.Г.,

судей                                                                                     Владимировой Г.В.,

                                                                                               ФИО1,

 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО2,

 

при участии: 

от ООО «Триада»: ФИО3, представитель по доверенности от 01.10.2020, паспорт гражданина РФ;

от УФНС России по Тамбовской области: ФИО4, представитель по доверенности №12-16/0181Д от 20.09.2021, паспорт гражданина РФ;

от иных лиц, участвующих в деле: представители не явились, извещены надлежащим образом,

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ООО «Триада» на определение Арбитражного суда Тамбовской области от 24.12.2021 по делу № А64-5654/2017,

по заявлению ООО «Триада» о включении в реестр требований кредиторов задолженности в размере 248 934 062 руб., из которых: 210 000 000 руб. – основной долг, 38 934 062 руб. – проценты, а также 13 301 руб. – расходы по оплате государственной пошлины и и.о. конкурсного управляющего ФИО5 о признании недействительной сделки по выдаче простого векселя серии МТФ-01 №014401 от 19.11.2008 

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ОАО «Моршанская табачная фабрика» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), 

 

 

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Тамбовской области от 26.12.2018 (резолютивная часть от 20.12.2018) требования ФНС России признаны обоснованными, в отношении открытого акционерного общества «Моршанская табачная фабрика» (далее – ОАО «Моршанская табачная фабрика», должник) введена процедура банкротства «наблюдение», временным управляющим утверждён ФИО5.

Общество с ограниченной ответственностью «Триада» (далее - ООО «Триада») обратилось в Арбитражный суд Тамбовской области с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 248 934 062 руб., из которых: 210 000 000 руб. – основной долг, 38 934 062 руб. – проценты, а также 13 301 руб.  расходов по оплате государственной пошлины.

Решением Арбитражного суда Тамбовской области от 30.04.2019 (резолютивная часть от 25.04.2019) ОАО «Моршанская табачная фабрика» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего ОАО «Моршанская табачная фабрика» возложено на временного управляющего ФИО5.

Определением Арбитражного суда Тамбовской области от 28.05.2019 к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО6.

И.о. конкурсного управляющего ОАО «Моршанская табачная фабрика» ФИО5 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной сделки по выдаче простого векселя серии МТФ-01 №014401 от 19.11.2008.

Определением Арбитражного суда Тамбовской области от 26.09.2019 вышеназванные заявления и.о. конкурсного управляющего ФИО5 о признании недействительной сделки и ООО «Триада» о включении в реестр требований кредиторов задолженности объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

Определением Арбитражного суда Тамбовской области от 17.10.2019 к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО7.

Определением Арбитражного суда Тамбовской области от 06.10.2020 к участию в обособленном споре по заявлению и.о. конкурсного управляющего ФИО5 о признании недействительной сделки по выдаче простого векселя серии МТФ-01 №014401 от 19.11.2008 в качестве второго ответчика привлечен ФИО6.

Определением Арбитражного суда Тамбовской области от 24.12.2021 сделка по выдаче простого векселя серии МТФ-01 №014401 от 19.11.2008 признана недействительной. В удовлетворении заявления ООО «Триада» о включении в реестр требований кредиторов задолженности в размере 248 934 062 руб., из которых: 210 000 000 руб. – основной долг, 38 934 062 руб. – проценты, а также 13 301 руб. расходов по оплате государственной пошлины, отказано.

Не согласившись с вынесенным определением и ссылаясь на его незаконность и необоснованность, ООО «Триада» обратилось в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда от 24.12.2021 отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных им требований.

05.04.2022 в электронном виде через сервис «Мой арбитр» от УФНС России по Тамбовской области поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором уполномоченный орган возражает на доводы апелляционной жалобы, просит оставить обжалуемое определение без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Кроме того, 13.04.2022 в электронном виде через сервис «Мой арбитр» от и.о. конкурсного управляющего ОАО «Моршанская табачная фабрика» ФИО5 поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором он просит в удовлетворении апелляционной жалобы отказать, считая обжалуемое определение суда законным и обоснованным

В судебном заседании апелляционной инстанции, которое проходило с использованием систем видеоконференц-связи, представитель ООО «Триада» поддержал доводы апелляционной жалобы. 

Представитель уполномоченного органа с доводами апелляционной жалобы не согласился по основаниям, изложенным в отзыве на апелляционную жалобу.

Иные лица, участвующие в настоящем обособленном споре, в судебное заседание не явились.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о дате, времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом в информационно-телекоммуникационной сети Интернет на официальном сайте Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда (www.19aas.arbitr.ru) и на сайте Федеральных арбитражных судов Российской Федерации (www.kad.arbitr.ru/) в соответствии с порядком, установленным в статье 121 АПК РФ).

Учитывая наличие у суда доказательств надлежащего извещения не явившихся лиц, участвующих в деле, о времени и месте судебного разбирательства, апелляционная жалоба рассматривалась в их отсутствие в порядке статей 123, 156, 266 АПК РФ.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы с учетом отзывов на жалобу, заслушав пояснения участников процесса, суд апелляционной инстанции считает, что определение Арбитражного суда Тамбовской области от 24.12.2021 следует оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения по следующим основаниям.

Согласно части 1 пункта 6 статьи 16 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим пунктом.

Поскольку требование ООО «Триада» было заявлено в арбитражный суд в процедуре наблюдения, то правомерно рассматривалось судом в конкурсном производстве.

Пунктом 1 статьи 142 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» предусмотрено, что установление размера требований кредиторов в ходе конкурсного производства осуществляется в порядке, предусмотренном статьей 100 названного Закона.

Согласно пункту 1 статьи 100 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в любой момент в ходе внешнего управления. Указанные требования направляются в арбитражный суд и внешнему управляющему с приложением судебного акта или иных подтверждающих обоснованность указанных требований документов. Указанные требования включаются внешним управляющим или реестродержателем в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов. 

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 26 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлениях от 22.07.2002 и от 19.12.2005 №12-П, процедуры банкротства носят публично-правовой характер; разрешаемые в ходе процедур банкротства вопросы влекут правовые последствия для широкого круга лиц (должника, текущих и реестровых кредиторов, работников должника, его учредителей и т.д.). С учетом специфики дел о банкротстве при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников). Суду при проверке их обоснованности необходимо исследовать и оценить первичные документы, подтверждающие факт наличия долга на заявленную сумму.

Верховный Суд Российской Федерации в своих определениях также неоднократно указывал на то, что при установлении требований в деле банкротстве, в отличие от исковых производств о взыскании задолженности по аналогичным обязательствам, подлежат применению различные стандарты доказывания. Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов должника, а также кредиторов, имеющих обоснованные требования.

К кредитору либо арбитражному управляющему, действующему в интересах кредиторов, предъявляющему возражения относительно требования иного конкурирующего кредитора, применяется пониженный стандарт доказывания, обусловленный тем, что такой кредитор, не будучи стороной обязательства, объективно ограничен в возможности доказывания необоснованности требования. Для него достаточно подтвердить существенность сомнений в наличии долга.

В то же время, для кредитора, предъявившего требование к должнику, применяется повышенный стандарт доказывания, то есть установление обязанности суда проводить более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом. На практике это означает, что суды должны проверять не только формальное соблюдение внешних атрибутов документов, которыми кредиторы подтверждают обоснованность своих требований, но и оценивать разумные доводы и доказательства (в том числе косвенные как в отдельности, так и в совокупности), указывающие на пороки сделок, цепочек сделок (мнимость, притворность и т.п.) или иных источников формирования задолженности.

В соответствии со статьей 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Как установлено судом из материалов дела, ООО «Триада» обратилось (с учетом уточнений исковых требований в порядке статьи 49 АПК РФ) в арбитражный суд с иском к ОАО «Моршанская табачная фабрика» о взыскании задолженности по оплате простого векселя серии МТФ-01 № 014401, составленного 19.11.2008 в г. Моршанске Тамбовской области, в общем размере 248 934 062 руб., в том числе вексельной суммы 210 000 000 руб., вексельных процентов за период с 16.01.2016 по 20.12.2016 в размере 38 934 062 руб.

Определениями Арбитражного суда Тамбовской области от 27.02.2018, от 03.04.2018 и от 04.09.2018 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО6 (первоначальный векселеполучатель (индоссант), далее - ФИО6), Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 4 по Тамбовской области (далее - Межрайонная ИФНС России N№4 по Тамбовской области), Управление Федеральной налоговой службы по Тамбовской области (далее - УФНС России по Тамбовской области).

Решением Арбитражного суда Тамбовской области от 24.10.2018 по делу №А64-251/2017 исковые требования ООО «Триада» удовлетворены.

Постановлением Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.02.2019 по делу № А64-251/2017 решение Арбитражного суда Тамбовской области от 24.10.2018 оставлено без изменения.

При рассмотрении указанного дела судами было установлено, что ООО «Триада» является владельцем простого векселя ОАО «Моршанская табачная фабрика» серии МТФ-01 №014401, составленного 19.11.2008 в г. Моршанске Тамбовской области, выданного на вексельную сумму 210 000 000 руб., предусматривающего уплату вексельных процентов из расчета 20% годовых от суммы векселя, сроком платежа - по предъявлении, но не ранее 20.12.2015.

От имени ОАО «Моршанская табачная фабрика» вексель выдан и подписан генеральным директором ОАО «Моршанская табачная фабрика» ФИО8 (умершим в 2010 году). 

Первоначальным векселеполучателем (первым векселедержателем и индоссантом) является ФИО6, по утверждению которого вексель получен им от ОАО «Моршанская табачная фабрика» в лице ФИО8 в счет обязательств по оплате сельхозпродукции, переданной ранее на принадлежащий ОАО «Моршанская табачная фабрика» элеватор (без оформления товарно-передаточных документов), и впоследствии передан по индоссаменту ООО «Триада» в порядке расчетов по ранее возникшим обязательствам.

Представленный истцом вексель ОАО «Моршанская табачная фабрика» серии МТФ01 №014401 содержит ничем не обусловленную передаточную надпись (индоссамент): «Платите приказу ООО «Триада» ИНН 

<

***>» и подпись индоссанта ФИО6, подлинность которой подтверждена им в судебном заседании.

Вексель ОАО «Моршанская табачная фабрика» серии МТФ-01 № 014401 содержит обязанность векселедателя уплатить проценты из расчета «двадцать процентов годовых от суммы векселя».

В рамках дела о банкротстве ОАО «Моршанская табачная фабрика» ООО «Триада» обратилось с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 248 934 062 руб., из которых: 210 000 000 руб. – основной долг, 38 934 062 руб. – проценты, а также 13 301 руб. – расходы по оплате государственной пошлины.

Постановлением Арбитражного суда Центрального округа от 26.04.2019 решение Арбитражного суда Тамбовской области от 24.10.2018 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.02.2019 по делу №А64-251/2017 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Тамбовской области.

При этом суд кассационной инстанции, отменяя судебные акты и направляя дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции, указал на то, что учитывая, что ответчик находится в банкротстве, и что решение по настоящему делу фактически предопределяет результат рассмотрения вопроса о включении требований истца в реестр требований кредиторов ответчика, необходимо было провести более тщательную проверку обоснованности требований. В таком случае основанием к удовлетворению иска являлось бы представление истцом доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения кредитора, обжалующего судебный акт. По настоящему делу ответчик заявлял возражения против иска и представлял доказательства относительно недобросовестности истца при приобретении векселей и предъявлении их к оплате, в том числе об отсутствии обязательств, лежащих в основе выдачи векселей и в основе передачи их истцу. Между тем, суды по существу возражения ответчика не проверили, не исследовали всю производственную и закупочную цепочку взаимоотношений, в том числе с третьими лицами, а также экономическую возможность и целесообразность заключения этих сделок. По мнению суда округа, данные обстоятельства имеют существенное значение для правильного разрешения спора.

При новом рассмотрении определением Арбитражного суда Тамбовской области от 21.08.2019 по делу №А64-251/2017 исковое заявление ООО «Триада» оставлено без рассмотрения.

Рассматривая заявление ООО «Триада» по существу в рамках дела о банкротстве, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

В рассматриваемом случае требование кредитора основано на простом векселе ОАО «Моршанская табачная фабрика» серии МТФ-01 №014401, составленном 19.11.2008 в г. Моршанске Тамбовской области, выданным на вексельную сумму 210 000 000 руб., предусматривающим уплату вексельных процентов из расчета 20% годовых от суммы векселя, сроком платежа - по предъявлении, но не ранее 20.12.2015.

И.о. конкурсного управляющего ФИО5 возражал против удовлетворения требований ООО «Триада», ссылаясь на то, что сделка по выдаче простого векселя серии МТФ-01 №014401 от 19.11.2008 является недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), в связи с чем обратился в Арбитражный суд Тамбовской области с соответствующим заявлением.

ФНС России поддержала требования и.о. конкурсного управляющего о признании недействительной сделки, указывая также на мнимый характер сделки, без намерения создать соответствующие правовые последствия (статья 170 ГК РФ).

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении №305-ЭС18-3009 от 23.07.2018, проверяя действительность сделки, послужившей основанием для включения требований ответчика в реестр требований кредиторов, исходя из доводов о наличии признаков мнимости сделки и ее направленности на создание искусственной задолженности кредитора, суд должен осуществлять проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений. 

Суд первой инстанции, руководствуясь  статьями 142, 143, 146, 815 ГК РФ, статьями 1, 75, 77 Положения о простом и переводном векселе, а также разъяснениями, данными в пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 33, Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ № 14 от 04.12.2000 «О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с обращением векселей», обоснованно указал на то, что поскольку требование заявлено в деле о банкротстве и к нему подлежат применению повышенные стандарты доказывания, то заявитель (ООО «Триада») должен привести доводы и представить доказательства, подтверждающие основание получения и передачи векселей, поскольку гражданским законодательством закреплен принцип возмездного перехода материальных ценностей.

Применительно к вексельному обязательству это означает, что взамен обязательства выплатить деньги по векселю векселедатель должен получить материальную ценность. Если же принимать вексель как самостоятельное основание для возникновения обязательства, то он превращается в обещание подарить деньги, а выплата по векселю является дарением денег, что недопустимо гражданским законодательством.

Следовательно, в случае установления отсутствия основания для вексельного обязательства, оснований для взыскания средств по векселю не имеется (пункт 9 Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.07.1997 № 18 «Обзор практики разрешения споров, связанных с использованием векселя в хозяйственном обороте»).

Вместе с этим, в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 15.02.2011 №13603/10 указано следующее:

1) при разрешении указанной категории споров заинтересованному лицу необходимо представить доказательства, подтверждающие реальность совершенных с векселями сделок, в том числе подтвердить факт существования обязательств, в связи с которыми были выданы векселя; предоставить доказательства, подтверждающие реальность сделки между первоначальным векселедержателем и последующим векселедержателем, в результате которой, последний приобрел право требования по ценным бумагам;

2) не могут быть признаны обоснованными по результатам исследования арбитражным судом обстоятельств, связанных с приобретением вексельных прав, вексельные требования в силу пункта 17 Положения о переводном и простом векселе, если векселедержатель, приобретая вексель, действовал сознательно в ущерб должнику или кредиторам несостоятельного должника в период, предшествовавший возбуждению дела о банкротстве должника, ради включения его требования как векселедержателя в реестр требований кредиторов, получения денежных средств из конкурсной массы должника и оказания существенного влияния на решения, принимаемые собранием кредиторов должника, и соответственно на ход дела о банкротстве.

Согласно абзацу 5 пункта 15 Постановления Пленума Верховного Суда №33 и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ № 14 от 04.12.2000 лицо, обязанное по векселю, освобождается от платежа, если докажет, что предъявивший требования кредитор знал или должен был знать в момент приобретения векселя о недействительности или об отсутствии обязательства, лежащего в основе выдачи (передачи) векселя.

Исходя из статьи 17 Положения о простом и переводном векселе, лицо, к которому предъявлен иск по векселю, вправе ссылаться на возражения, проистекающие из его личных отношений с законным векселедержателем, предъявившим данное исковое требование.

На свои личные отношения к иным лицам, в том числе к предшествующим векселедержателям, должник вправе ссылаться лишь в том случае, когда векселедержатель, приобретая вексель, действовал сознательно в ущерб должнику, то есть если он знал об отсутствии законных оснований к выдаче (передаче) векселя до или во время его приобретения.

Наличие указанных обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности держателя векселя, доказывается лицом, к которому предъявлен иск.

Лицо, обязанное по векселю, освобождается от платежа, если докажет, что предъявивший требования кредитор знал или должен был знать в момент приобретения векселя о недействительности или об отсутствии обязательства, лежащего в основе выдачи (передачи) векселя, либо получил вексель в результате обмана или кражи, либо участвовал в обмане в отношении этого векселя или его краже, либо знал или должен был знать об этих обстоятельствах до или в момент приобретения векселя.

При применении статьи 17 Положения о векселе следует исходить из того, что «личными отношениями» лица, к которому предъявлено требование по векселю, с иными участниками отношений по векселю являются все отношения с ними, основанные на юридических фактах, ссылка на которые или опровержение которых заставили бы их обосновывать свое притязание иначе, чем путем ссылки на порядок, предусмотренный статьей 16 Положения о векселе.

К личным относятся отношения по сделке между конкретными сторонами либо наличие обманных действий со стороны держателя векселя, направленных на получение подписи данного обязанного лица, а также иные отношения, известные лицам, между которыми возник спор об исполнении вексельного обязательства.

В случае банкротства векселедателя личные возражения от его имени могут быть заявлены не только самим вексельным должником как обязанным по векселю лицом, но и его кредиторами, а также иными вовлеченными в процесс банкротства заинтересованными лицами.

Таким образом, при рассмотрении обоснованности требования кредитора, основанного на векселях, к числу обстоятельств, имеющих существенное значение для дела, помимо установления формального соответствия векселя требованиям законодательства к его форме и содержанию, относится также обязательное исследование обстоятельств, связанных с выдачей векселей и приобретением кредитором прав требования по векселю как ценной бумаге.

Вопрос об отсутствии вексельного требования у недобросовестного векселедержателя не может быть предметом самостоятельного искового требования заинтересованного лица, а подлежит разрешению в рамках рассмотрения спора о взыскании вексельного долга (или применительно к банкротству - при установлении требования вексельного кредитора). 

Следовательно, как верно отметил суд первой инстанции, в предмет доказывания по настоящему обособленному спору входят обстоятельства, связанные с наличием между должником и заявителем правоотношений, явившихся основанием для выдачи соответствующих векселей. 

Для разрешения указанной категории споров заинтересованному лицу, то есть векселедержателю, необходимо представить доказательства, подтверждающие реальность совершенных с векселями сделок, в том числе подтвердить факт существования обязательств, в связи с которыми были выданы векселя; предоставить доказательства, подтверждающие реальность сделки между первоначальным векселедержателем и последующим векселедержателем, в результате которой, последний приобрел право требования по ценным бумагам.

С учетом вышеизложенного суд первой инстанции в целях рассмотрения настоящего спора неоднократно предлагал ФИО6 (третье лицо) представить документы, подтверждающие наличие договорных отношений с ОАО «Моршанская табачная фабрика», с ООО «Триада», в счет исполнения которых был передан вексель, доказательства наличия у него зерна перед поставкой должнику (приобретения, производства, хранения), перевозки зерна (транспортные документы, товарно-транспортные накладные, доказательства наличия транспорта, путевые листы, доказательства наличия договорных отношений с лицами, которые осуществляли его отгрузку и перевозку и.т.п.).

Между тем, ФИО6 определения суда не исполнил, документы, подтверждающие факт существования обязательства, на основании которого  был выдан вексель, не представил (статья 9 АПК РФ).

В материалах дела отсутствуют документы, подтверждающие получение зерна, а также его транспортировки до места хранения.

Представленные ООО «Триада» документы (копия договора между ООО «Триада», ФИО7, ФИО6 без даты, доверенность, выданная ФИО6 ФИО7, договор займа между ООО «Данит+» и ООО «Нива»), подтверждающие наличие у ФИО6 неисполненных обязательств перед ООО «Триада», в счет исполнения которых был передан вексель, обоснованно не приняты судом области в качестве надлежащих доказательств, поскольку они не позволяют достоверно установить характер и содержание отношений между указанными лицами, а также возмездность сделок по отчуждению векселя.

Суд апелляционной инстанции соглашается с позицией суда первой инстанции о том, что из представленных кредитором документов невозможно установить характер финансовых взаимоотношений лиц, владеющих векселем, так как кредитором не раскрыта вся цепочка в рамках движения векселя в гражданском обороте, при этом договор между ООО «Триада», ФИО7, ФИО6 указывает на наличие иных правоотношений между ФИО7 и ФИО6, которые заявляются как возникшие в связи с продажей доли в ООО «Моршанский Мелькомбинат», в котором ФИО6 не был участником.

Так, согласно решению единственного участника ООО «Триада» от 25.12.2015 ФИО7 безвозмездно передал вексель в качестве финансовой помощи ООО «Триада».

Однако спорный вексель содержит передаточную надпись лишь в отношении его передачи от ФИО6 к ООО «Триада» в отсутствие отметок о его передаче в пользу директора ООО «Триада» ФИО7

Кроме того, судом первой инстанции учтено, что ни в бухгалтерской отчетности ОАО «Моршанская табачная фабрика», ни ООО «Триада» сумма задолженности  не отражена.

При этом и.о. конкурсного управляющего ФИО5 и уполномоченный орган указали на то обстоятельство, что операция по выпуску простого векселя носила для должника разовый характер, а его выдача не была связана с хозяйственной деятельностью общества, поскольку не повлекла за собой какой-либо имущественной или иной выгоды.

Как верно отметил суд, само по себе приобретение добросовестным лицом векселя, незадолго до этого незаконно введенного в гражданский оборот другим лицом, не является правонарушением и не освобождает обязанное лицо от погашения вексельной задолженности. Однако в рассматриваемом случае схема поступления векселя в оборот, требует от добросовестного владельца ценной бумаги в судебном процессе поведения, соответствующего обычной коммерческой честности.

При этом гражданское законодательство закрепляет презумпцию возмездности договора (пункт 3 статьи 423 ГКРФ). Именно возмездные сделки по отчуждению ценных бумаг характерны для коммерческого оборота.

В данном случае ООО «Триада» не представлены в дело доказательства передачи какого-либо встречного предоставления за спорный вексель, а также доказательства его оплаты с соотнесением суммы перечисленных денежных средств и номинала векселя. 

Наличие же отношений связанности с первым держателем векселя, предполагает осведомленность ООО «Триада» о порочности оснований выдачи векселя в момент его приобретения.

Кроме того, ООО «Триада»  не обосновало экономическую целесообразность и не раскрыло разумные мотивы приобретения векселя должника, и не указало, какие меры в соответствии с обычаями делового оборота были приняты им по проверке документов и информации, касающихся деятельности должника, а также по получению от первого векселедержателя документов, подтверждающих наличие реального обязательства, лежащего в основе выдачи векселя.

В силу статьи 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (в том числе по доказыванию обстоятельств, на которые они ссылаются в обоснование своих доводов).

Вместе с этим, судом из общедоступной информации, содержащейся в электронной картотеке арбитражных дел по адресу в сети Интернет: http://kad.arbitr.fu, было установлено, что ООО «Триада», начиная с лета 2015 года, предпринимает активные действия по приобретению задолженности ОАО «Моршанская табачная фабрика», инициируя в дальнейшем споры по ее взысканию.

Так, 15.06.2015 ООО «Триада» обращается с исковым заявлением о взыскании с должника задолженности по договору займа от 22.03.2006 №55, заключенного между ИП ФИО9 и ОАО «Моршанская табачная фабрика» в сумме 10 000 000 руб., на основании соглашения об уступке права (требования) от 06.05.2015 с ИП ФИО9 (дело №А64-3678/2015).

С исками о взыскании с должника вексельного долга ООО «Триада» начало обращаться с декабря 2016, заявления возвращены истцу (дела №№А64-8113/2016, А64-7/2017, А64-147/2017). 

В рамках дела №А64-251/2017 определением от 01.02.2017 принято заявление ООО «Триада» о взыскании с ОАО «Моршанская табачная фабрика» части денежной задолженности по оплате простого векселя серии МТФ-01 №014401, составленного 19 ноября 2008 в г.Моршанске Тамбовской области, в общем размере 515 068,49 руб., в том числе часть вексельной суммы 400 000 руб., вексельные проценты за период с 19 ноября 2008г. по 19 ноября 2008 г. в размере 115 068,49 руб. 

В дальнейшем, истец уточнил размер требований 252 000 000 руб., в том числе: вексельную сумму 210 000 000 руб., вексельные проценты за период 365дн. с 21 декабря 2015г. по 20 декабря 2016 г. в размере 42 000 000 руб.

30.03.2017 ООО «Триада» обратилось с исковым заявлением о взыскании процентов за пользование займом по договору займа от 28.03.2016 №55 за период с 28.03.2006 по 30.03.2017 в размере 1 320 986 301,37 руб. (исходя из ставки 1200% годовых) (дело №А64-1938/2017).

04.08.2017 в Арбитражный суд Тамбовской области поступило заявление ООО «Триада» о признании несостоятельным (банкротом) ОАО «Моршанская табачная фабрика». АО «Руст Россия» переуступило ООО «Триада» на основании договора об уступке права (требования) от 19.06.2017 право требования к должнику задолженности по договору поставки №02680018-1-01-15 от 04.09.2015 в размере 3 300 000 руб. – основной долг, 175 560 руб. – неустойка, 40 378 руб. – расходы по оплате государственной пошлины (решение Арбитражного суда г.Москвы от 05.06.2017 по делу №А40-61704/2017). Во введении наблюдения в отношении ОАО «Моршанская табачная фабрика» отказано, заявление ООО «Триада» оставлено без рассмотрения.

После введения определением Арбитражного суда Тамбовской области от 26.12.2018 в отношении ОАО «Моршанская табачная фабрика» процедуры  наблюдения на основании заявления ФНС России, ООО «Триада» обратилось с заявлениями о включении в реестр требований кредиторов.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в данном Федеральном законе.

Как указано в пункте 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в порядке главы III.1 Закона о банкротстве (в силу п. 1 ст. 61.1) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (ст. 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации или законодательством о юридических лицах).

Пунктом 2 статьи 61.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» предусмотрено, что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). 

В рассматриваемом случае дело о несостоятельности (банкротстве) в отношении ОАО «Моршанская табачная фабрика» возбуждено 01.12.2017, а  оспариваемая сделка заключена 19.11.2008, то есть за пределами трехлетнего срока, установленного пунктом 2 статьи 61.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», в связи с чем суд первой инстанции обоснованно указал, что данная сделка не может быть признана недействительной по этому основанию.

Между тем, наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке (пункт 4 вышеназванного Постановления  № 63).

Пунктом 1 статьи 10 ГК РФ предусмотрено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Указанная норма права закрепляет принцип недопустимости (недозволенности) злоупотребления правом и определяет общие границы (пределы) гражданских прав и обязанностей. 

Суть этого принципа заключается в том, что каждый субъект гражданских правоотношений волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц. Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются в силу данного принципа недозволенными (неправомерными) и признаются злоупотреблением правом. При этом основным признаком наличия злоупотребления правом является намерение причинить вред другому лицу, намерение употребить право во вред другому лицу.

Таким образом, по смыслу статьи 10 ГК РФ, злоупотребление гражданским правом заключается в превышении пределов дозволенного гражданским правом осуществления своих правомочий путем осуществления их с незаконной целью или незаконными средствами, с нарушением при этом прав и законных интересов других лиц. 

Как верно отметил суд первой инстанции, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления нравом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ). К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ). При этом сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, признается мнимой, даже если стороны осуществили для вида ее формальное исполнение. 

Пунктом 1 статьи 170 ГК РФ предусмотрено, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. 

Характерной особенностью мнимой сделки является стремление сторон правильно оформить все документы без намерения создать реальные правовые последствия. Ввиду заинтересованности как истца, так и ответчика в сокрытии действительной цели сделки при установлении признаков мнимости повышается роль косвенных доказательств. Суду необходимо оценить несогласованность представленных доказательств в деталях, противоречие доводов истца здравому смыслу или сложившейся практике хозяйственных взаимоотношений, отсутствие убедительных пояснений разумности действий и решений сторон сделки и т.п. (определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 №305-ЭС16-2411 по делу №А41-48518/2014, определение Верховного Суда Российской Федерации от 29.10.2018 №308-ЭС18-9470 по делу №А32-42517/2015).

Конкурирующий кредитор и арбитражный управляющий как лица, не участвовавшие в сделке, положенной в основу требований о включении в реестр, объективно лишены возможности представить в суд исчерпывающий объем доказательств, порочащих эту сделку. В то же время, они могут заявить убедительные доводы и (или) указать на такие прямые или косвенные доказательства, которые с разумной степенью достоверности позволили бы суду усомниться в действительности или заключенности сделки.

При оценке доводов о пороках сделки суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов установленным законом формальным требованиям. Необходимо принимать во внимание и иные доказательства, в том числе об экономических, физических, организационных возможностях кредитора или должника осуществить спорную сделку. Формальное составление документов об исполнении сделки не исключает ее мнимость (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25).

Бремя опровержения доводов о фиктивности сделки лежит на лицах, ее заключивших, поскольку в рамках спорного правоотношения они объективно обладают большим объемом информации и доказательств, чем другие кредиторы.

В рассматриваемом случае, суд первой инстанции, исследовав и оценив в соответствии со статьей 71 АПК РФ совокупность представленных в материалы дела доказательств, принимая во внимание отсутствие какого-либо разумного экономического обоснования операций по выдаче и передаче вышеназванного векселя, а также недоказанность реальности сделок как между должником и первоначальным векселедержателем, так и между первоначальным векселедержателем и последующими векселедержателями, учитывая также неотражение хозяйственных операций в данных бухгалтерского и налогового учета и отчетности, пришел к обоснованному выводу о доказанности материалами дела фактического отсутствия спорных правоотношений, связанных с оборотом векселя, и создания в данном случае формального документооборота с целью искусственного наращивания кредиторской задолженности ОАО «Моршанская табачная фабрика» перед ООО «Триада», получения денежных средств из конкурсной массы должника и оказания существенного влияния на решения собрания кредиторов и на ход дела о банкротстве.

При этом суд верно отметил, что такое поведение кредитора не является разумным и добросовестным, не соответствует критериям обычного делового оборота и является злоупотреблением права (статья 10 ГК РФ), и что установленные в ходе рассмотрения настоящего спора обстоятельства свидетельствуют о направленности воли кредитора на противоправный интерес путем наращивания задолженности должника перед ним, при этом должник не получил равноценного встречного предоставления в результате сделки, что является недопустимым.

ООО «Триада» не представило документальных доказательств, опровергающих недобросовестность в его действиях по отношению к независимым кредиторам должника и не раскрыло разумные экономические мотивы совершения сделки.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции считает обоснованным вывод суда первой инстанции об удовлетворении заявления и.о. конкурсного управляющего ОАО «Моршанская табачная фабрика» ФИО5 о признании недействительной сделки по выдаче простого векселя серии МТФ-01 №014401 от 19.11.2008 и, соответственно, об отсутствии оснований для признания обоснованными требований ООО «Триада» и включения их в реестр требований кредиторов должника.

Ссылка ООО «Триада» на недопустимость отказа от исполнения вексельного обязательства правомерно признана судом несостоятельной с учетом того, что вексельное обязательство должника нельзя рассматривать как абстрактное, в отрыве от обязательства, во исполнение которого он выдан, иное противоречило бы положениям статьи 815 ГК РФ.

Кроме того, довод ООО «Триада» о пропуске и.о. конкурсного управляющего ОАО «Моршанская табачная фабрика» ФИО5 срока исковой давности, изложенный также в апелляционной жалобе, верно отклонен судом как несостоятельный по следующим основаниям. 

Пунктом 2 статьи 199 ГК РФ предусмотрено, что исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В силу пункта 1 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Учитывая специфику вексельного обязательства моментом исполнения сделки в рассматриваемом случае является момент предъявления векселя к исполнению, фактически вексель был предъявлен к исполнению при обращении ООО «Триада» в арбитражный суд с исковым заявлением о взыскании вексельного долга в рамках дела №А64-251/2017 (заявление принято к производству 01.02.2017).

Между тем, в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 №32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам. Исковая давность по такому требованию в силу пункта 1 статьи 181 ГК РФ составляет три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства.

В пункте 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» указано, что в соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. 

Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. 

В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Закон о банкротстве является специальным по отношению к общим положениям гражданского законодательства.

Из материалов дела следует, что ФИО5 утвержден и.о. конкурсного управляющего ОАО «Моршанская табачная фабрика» решением Арбитражного суда Тамбовской области от 30.04.2019, а заявление о признании недействительной сделки по выдаче простого векселя серии МТФ-01 №014401 от 19.11.2008 подано в арбитражный суд 08.08.2019, то есть в пределах срока исковой давности.

Ссылка ООО «Триада» на необходимость применения при рассмотрении данного спора положений пункта 2 статьи 196 ГК РФ также правомерно не принята судом во внимание, так как указанный пункт введен в действие с 01.09.2013 на основании Федерального закона от 07.05.2013 №100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации», в то время как ранее действовавшая редакция статьи 196 ГК РФ не предусматривала предельного периода, в течение которого возможно предъявление иска о восстановлении нарушенного права.

Как указано во втором абзаце пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 №43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», десятилетние сроки, предусмотренные пунктом 1 статьи 181, пунктом 2 статьи 196 и пунктом 2 статьи 200 Гражданского кодекса РФ (в редакции Закона №100-ФЗ), начинают течь не ранее 01.09.2013 и применяться не ранее 01.09.2023 (пункт 9 статьи 3 Закона №100-ФЗ в редакции Федерального закона от 28.12.2016 №499-ФЗ «О внесении изменения в статью 3 Федерального закона «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Обжалуя определение суда первой инстанции, каких-либо доводов, которые не были бы проверены и не учтены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, либо опровергали выводы арбитражного суда области, заявитель жалобы не привел. 

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, направлены на переоценку исследованных доказательств и выводов суда при отсутствии к тому правовых оснований, в связи с чем, признаются апелляционной коллегией несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта, так как основаны на ошибочном толковании норм материального и процессуального права применительно к обстоятельствам настоящего дела.

Несогласие заявителя жалобы с произведенной судом оценкой фактических обстоятельств дела не свидетельствует о неправильном применении норм материального и процессуального права и не может являться основанием отмены обжалуемого судебного акта.

Убедительных доводов, основанных на доказательственной базе и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба не содержит.

Нарушений норм процессуального права, которые в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ являются безусловными основаниями к отмене судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах, определение Арбитражного суда Тамбовской области от 24.12.2021 по делу № А64-5654/2017 следует оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

С учетом результата рассмотрения апелляционной жалобы государственная пошлина в сумме 3 000 руб. за рассмотрение апелляционной жалобы относится на заявителя апелляционной жалобы – ООО «Триада» (уплачена при подаче жалобы по чеку-ордеру от 24.02.2022 (операция №43)).

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Тамбовской области от 24.12.2021 по делу № А64-5654/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

        Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Центрального округа в месячный срок  через арбитражный суд первой инстанции согласно части 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

       Председательствующий судья                                       И.Г. Седунова 

 

       Судьи                                                                                Г.В. Владимирова

 

                                                                                                  ФИО1