ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А05-3016/2016

г. Вологда

17 апреля 2018 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 11 апреля 2018 года.

В полном объёме постановление изготовлено 17 апреля 2018 года.

 

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Шумиловой Л.Ф., судей Журавлева А.В. и           Писаревой О.Г. при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, 

         при участии от финансового управляющего индивидуального предпринимателя ФИО2 ФИО3 представителя  ФИО4 по доверенности от 01.03.2018, от ФИО5 представителей ФИО6 по доверенности от 23.12.2017, ФИО7 по доверенности от 09.08.2017, от Федеральной налоговой службы в лице Управления Федеральной налоговой службы по Вологодской области  ФИО8 по доверенности от  27.11.2017, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы финансового управляющего индивидуального предпринимателя ФИО2 ФИО3 и ФИО5 на определение Арбитражного суда Архангельской области от             28 декабря 2017 года по делу № А05-3016/2016 (судья Сорока О.Н.), 

 

у с т а н о в и л:

определением Арбитражного суда Архангельской области от 27.04.2016 принято заявление общества с ограниченной ответственностью «Смайл» (место нахождения: 160014, 

<

...> 3,3,6; ОГРН 

<

***>,  ИНН 

<

***>) о признании индивидуального предпринимателя ФИО2 (далее - должник) несостоятельным (банкротом), возбуждено производство по делу.

Определением суда от 22.06.2016 в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО3.

Решением суда от 25.11.2016 должник признан несостоятельным (банкротом), в его отношении введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО3 

Финансовый управляющий ФИО3 обратился в арбитражный суд с заявлением, в котором просил признать недействительным договор от 28.04.2014 купли-продажи земельного участка (кадастровый номер 29:24:050101:240), здания мелкооптового продовольственного склада (назначение - нежилое, 1-этажное, общей площадью 533,6 кв. м), расположенных по адресу: Архангельская область, муниципальное образование «Котлас», шос. Болтинское, д. 8, корп. 5, заключенный между должником и ФИО5, а также применить последствия недействительности сделки в виде возложения на ФИО5 обязанности возвратить в собственность должника спорное имущество.

Определением суда от 28.12.2017 в удовлетворении заявленных требований отказано. С должника в доход федерального бюджета взыскано 6000 руб. государственной пошлины.

Финансовый управляющий должника с вынесенным определением не согласился, обратился в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой, ссылаясь на неполное выяснение судом обстоятельств спора и несоответствие выводов обстоятельствам дела, просит его отменить.

В дополнениях к жалобе финансовый управляющий указал на ошибочность вывода суда о возмездном характере договора от 28.04.2014. Ссылается на мнимость оспариваемой сделки.

ФИО5 также обратился в суд с жалобой на определение суда от 28.12.2017, в которой просит внести изменения в мотивировочную часть определения. Ссылается на несогласие с оценкой судом представленных доказательств, а также с мотивами, по которым суд отверг представленные ответчиком доказательства и возражения.

В заседании суда представитель финансового управляющего поддержал апелляционную жалобу и  доводы, изложенные в ней, возражал против удовлетворения апелляционной жалобы ФИО5

Представители ФИО5 поддержали  апелляционную жалобу доверителя. Просили суд исключить из мотивировочной части определения суда от 28.12.2017 абзац шестой на странице 5 обжалуемого определения. Возражали против удовлетворения жалобы финансового управляющего.

Федеральная налоговая служба в лице Управления Федеральной налоговой службы по Архангельской области и Ненецкому автономному округу в отзыве поддержала доводы жалобы финансового управляющего должника. Её представитель оставил разрешение жалоб на усмотрение суда.

Иные лица, участвующие в рассмотрении спора, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы в порядке, установленном пунктом 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов», представителей в суд не направили, в связи с чем дело рассматривается в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Законность и обоснованность судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ФИО2 (продавец) и ФИО5 (покупатель) 28.04.2014 заключили договор купли-продажи, по условиям которого продавец обязуется передать, а покупатель - принять в собственность и оплатить следующее имущество:

- земельный участок с кадастровым номером 29:24:050101:240, общей площадью 819 кв.м, разрешенное использование - для эксплуатации мелкооптового продовольственного склада, категория земель - земли населённых пунктов, расположенный по адресу: Архангельская область,                    г. Котлас, шос. Болтинское, д. 8, корп. 5;

- здание мелкооптового продовольственного склада, общей площадью 533,6 кв.м, назначение - нежилое, 1-этажное, расположенное по адресу: Архангельская область, г. Котлас, шос. Болтинское, д. 8, корп. 5.

В силу пункта 4 договора отчуждаемое имущество оценивается сторонами в сумме 1 000 000 руб., в том числе земельный участок -                   200 000 руб., которые продавец получает с покупателя до подписания договора; здание мелкооптового продовольственного склада - 800 000 руб., которые продавец получает с покупателя до подписания договора.

Согласно пункту 6 договора покупатель с момента приобретения права собственности на имущество осуществляет право владения, пользования и распоряжения имуществом в соответствии с его назначением, принимает на себя обязанности по уплате налога, расходов по эксплуатации, содержанию и ремонту здания мелкооптового продовольственного склада.

По передаточному акту от 28.04.2014 имущество передано покупателю.

В договоре и передаточном акте от 28.04.2014 отражено, что денежные средства в сумме 200 000 руб. за земельный участок и денежные средства в сумме 800 000 руб. за здание мелкооптового продовольственного склада продавец получил, претензий по оплате не имеет.

Государственная регистрация перехода права собственности на спорное имущество произведена 08.05.2014.

Между тем определением Арбитражного суда Архангельской области от 27.04.2016 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО2

Определением суда от 22.06.2016 в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина.

Решением суда от 25.11.2016 должник признан несостоятельным (банкротом), в его отношении введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО3 

Финансовый управляющий должника, полагая, что договор купли-продажи от 28.04.2014 является мнимой сделкой по основаниям, предусмотренным статьей 170 ГК РФ, а также имеются основания для признания сделки недействительной на основании статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), обратился в суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции счел  требование необоснованным.

Суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно положениям пункта 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Федеральном законе.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63) указано, что по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Для признания сделки недействительной по основанию, указанному в пункте 1 названной статьи, лицу, требующему признания сделки недействительной, необходимо доказать, а суд должен установить следующие обстоятельства: заключение сделки в течение года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления (данный срок является периодом подозрения, который устанавливается с целью обеспечения стабильности гражданского оборота); неравноценное встречное исполнение обязательств.

В пункте 9 Постановления № 63 разъяснено, что если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с этим наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется. Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления). Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве указано, что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Из разъяснений, приведенных в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), следует, что в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания подозрительной сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов; в результате совершенной сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Из материалов дела следует, что оспариваемый конкурсным управляющим договор купли-продажи от 28.04.2014 заключен за два года до возбуждения дела о банкротстве ФИО2 (27.04.2016) и, как следствие, подпадает по сроку совершения под действие пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В качестве основания для признания сделки недействительной финансовый управляющий сослался на неравноценность встречного исполнения в виде занижения стоимости отчуждаемого имущества с целью вывода имущества в ущерб интересам кредиторов, представив в обоснование отчет об оценке от 21.12.2016 № 103-16/Н.

Как было указано ранее, по условиям договора от 28.04.2014 стоимость отчужденного имущества составила 1 000 000 руб., в том числе земельного участка - 200 000 руб., здания склада - 800 000 руб.

Согласно отчету об оценке от 21.12.2016 № 103-16/Н рыночная стоимость имущества, переданного ответчику по договору от 28.04.2014, на дату совершения сделки составляла 3 524 391 руб., в том числе стоимость земельного участка - 203 457 руб., стоимость здания мелкооптового продовольственного склада - 3 320 934 руб.

Таким образом, как верно указано судом, в результате отчуждения должником здания мелкооптового продовольственного склада по цене значительно ниже его рыночной стоимости, имущественным правам кредиторов причинен вред. 

При этом довод ФИО5 о фактической оплате имущества на большую сумму, чем указана в договоре, правомерно отклонен судом первой инстанции.

Так, в подтверждение указанного довода ФИО5 представлена расписка должника от 04.02.2014 в получении денежных средств в размере 8 000 000 руб.

Финансовый управляющий заявил о фальсификации данной расписки, просил назначить экспертизу с целью установления давности её изготовления.

Определением суда от 18.08.2017 по делу назначена экспертиза, проведение которой поручено эксперту федерального бюджетного учреждения Архангельская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации.

Перед экспертом были поставлены следующие вопросы: 

1) соответствует ли время написания расписки в получении денежных средств дате, указанной в расписке как 04.02.2014?

2) в какой период времени составлена (написана) расписка?

Согласно заключению эксперта от 30.10.2017 № 779/1-3 установить, соответствует ли время написания представленной расписки в получении денежных средств дате, указанной в расписке как 04.02.2014, а также установить, в какой период времени составлена расписка, не представляется возможным, поскольку расписка подвергалась агрессивному термическому (наиболее вероятно) / световому воздействию. 

При этом на вопросы суда вызванный в судебное заседание эксперт пояснил, что определить целенаправленность воздействия, то есть определить было воздействие искусственным или естественным, не представляется возможным.

Таким образом, по результатам экспертизы факт фальсификации расписки должника в получении денежных средств от 04.02.2014 достоверно не подтвержден и не опровергнут.

Также в целях проверки заявления о фальсификации расписки должника в получении денежных средств от 04.02.2014 в судебное заседание был вызван свидетель ФИО9, подпись которого содержится на подлиннике расписки. Данный свидетель показал, что он присутствовал при передаче денежных средств от ответчика должнику в дату составления расписки. Вместе с тем, учитывая, что  до судебного заседания указанному свидетелю предоставлялась копия расписки, суд критически оценил показания относительно даты представления средств.

Помимо этого суд установил, что расчёты по спорному договору купли-продажи не могли производиться наличными деньгами на сумму                           8 000 000 руб. в силу пункта 2 статьи 861 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) и Указания Центрального Банка Российской Федерации от 07.10.2013 № 3073-У «Об осуществлении наличных расчётов».

Также судом учтено, что расписка от 04.02.2014 составлена до заключения договора от 28.04.2014, в котором сторонами непосредственно зафиксирована стоимость отчуждаемого имущества. В связи с этим оснований полагать, что стоимость имущества по договору была согласована сторонами в сумме  8 000 000 руб., у суда не имеется. Проверка наличия обстоятельств для признания сделки недействительной производится судом на основании анализа и оценки согласованных и зафиксированных сторонами в договоре условий.

При этом доводы финансового управляющего о безвозмездности договора от 28.04.2014 также не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения спора.

Так, в договоре и передаточном акте от 28.04.2014 отражено, что денежные средства в сумме 200 000 руб. за земельный участок и денежные средства в сумме 800 000 руб. за здание мелкооптового продовольственного склада продавец получил.

Из показаний свидетеля ФИО9 следует лишь то, что при подписании договора оплата по нему не производилась, однако сам факт передачи средств свидетель подтвердил.

Из представленных в дело документов усматривается, что доходы ответчика позволяли ему оплатить 1 000 000 руб. по договору от 28.04.2014.

Согласно выписке по счету должника в публичном акционерном обществе «БАНК СГБ», должник за несколько дней до подписания договора купли-продажи (22.04.2014) внес на счет денежные средства в сумме                       1 110 250 руб., что соотносится с условием договора от 28.04.2014 об оплате имущества до подписания соответствующего договора.

Более того, при обращении в суд финансовый управляющий также не оспаривал факт оплаты имущества на сумму 1 000 000 руб., ссылаясь лишь на занижение стоимости отчуждаемого имущества.

В претензии от 16.02.2017 финансовый управляющий предлагал ответчику лишь доплатить разницу между рыночной стоимостью имущества и ценой договора (т. 1, л. 85-86).

В заявлении о признании сделки недействительной финансовый управляющий сослался на наличие у сторон цели причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 названного Закона цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 упомянутого Закона. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Судом первой инстанции установлено и лицами, участвующими в деле, не опровергнуто, что стоимость переданного по сделке имущества превышала стоимость принадлежащего должнику имущества более чем на двадцать процентов, однако наличие признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества должника на дату совершения сделки не установлено.

При этом ссылка финансового управляющего на то, что у должника имелись неисполненные обязательства перед Федеральной налоговой службой, сама по себе не свидетельствует о наличии указанных признаков. 

Так, судом установлено, что  судебным приказом мирового судьи судебного участка № 3 города Котласа Архангельской области от 27.01.2014 по делу № 2-345/2014 с должника в пользу Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 1 по Архангельской области и Ненецкому автономному округу взысканы налог на имущество в сумме 131 819 руб.             20 коп и транспортный налог в сумме 30 163 руб. 33 коп., пени по налогу.

Также у должника имелась задолженность по уплате налога на доходы физических лиц в сумме 126 510 руб. 67 коп., что подтверждается требованием об уплате налога, сбора, пени, штрафа от 21.01.2014 № 395.

Вместе с тем в период с 11.03.2014 по 22.04.2014 должник во исполнение обязательств по кредитному договору от 13.10.2011 № 14/052-12 вносил на счёт ПАО «БАНК СГБ» денежные средства в сумме, превышающей размер платежей, установленных графиком по кредитному договору, исполнял свои обязательства по договору досрочно. Всего в указанный период должником внесено 1 745 550 руб.

Наличие задолженности по налогу на доходы физических лиц в сумме  126 510 руб. 67 коп., указанной в требовании от 21.01.2014, оспорено должником в рамках дела № А05-4245/2014.

Таким образом, неисполнение обязанности по уплате средств Федеральной налоговой службе вызвано несогласием должника с исчисленной суммой налога, а не в связи с наличием признаков неплатежеспособности.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств (пункты 5 - 7 Постановления № 63).

Вместе с тем достоверных доказательства того, что ФИО5 на момент совершения сделки  знал или должен был знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатёжеспособности или недостаточности имущества должника, суду не предъявлено.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции правомерно отказал в признании сделки недействительной на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве ввиду недоказанности совокупности обстоятельств, предусмотренных названной статьей.

Суд апелляционной инстанции также не усматривает оснований для признания оспариваемой сделки недействительной применительно к положениям статей 10, 168, 170 ГК РФ.

В силу пункта 4 Постановления № 63 наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).

В силу абзаца первого пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

По смыслу указанной нормы злоупотребление правом заключается в превышении пределов дозволенного гражданским правом осуществления своих правомочий путем осуществления их с незаконной целью или незаконными средствами, с нарушением при этом прав и законных интересов других лиц. Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Кодекса пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

Для установления в действиях граждан злоупотребления правом необходимо доказать, что при реализации принадлежащих им гражданских прав их намерения направлены на нарушение прав и законных интересов иных участников гражданского оборота или создают возможность их нарушения.

Из пункта 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что для установления ничтожности договора на основании статей 10 и 168 Кодекса необходимо установить факт недобросовестного поведения (злоупотребления правом) сторон оспариваемой сделки, а также их действия с намерением причинить вред другому лицу.

Согласно положениям абзаца третьего пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. То есть презумпция добросовестности является опровержимой. Основным признаком наличия злоупотребления правом является намерение причинить вред другому лицу.

Судом первой инстанции на основании оценки имеющихся в деле документов, доводов и возражений сторон спора в порядке статьи 71 АПК РФ, установлено, что доказательств совершения спорной сделки с намерением причинить вред не предъявлено.

Лицами, участвующими в деле, также не представлены доказательства, которые бы подтверждали мнимый характер совершенной сделки применительно к статье 170 ГК РФ.

На основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Данная норма подлежит применению в том случае, если все стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать ее исполнения.

В обоснование мнимости сделки необходимо доказать, что при ее совершении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки.

В рассматриваемом случае покупателю передано проданное имущество;  переход права собственности на имущество по договору купли-продажи от 28.04.2014 зарегистрирован в установленном порядке; ответчик вступил в права владения, пользования и распоряжения имуществом.

По договору от 01.07.2015 имущество передано в аренду ООО «Лето», платежными поручениями подтверждается факт внесения ООО «Лето» ежемесячных платежей за аренду. С 2014 года ответчик оплачивал земельный налог и налог на имущество, исчисленные в связи с приобретением имущества.

В свою очередь, доказательств того, что после отчуждения имущества должник продолжал его использование в своей деятельности, получал доход от его использования или нёс расходы, связанные с его эксплуатацией или содержанием, суду не представлены.

При изложенных обстоятельствах суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии признаков мнимости оспариваемого договора.

В соответствии с частями 1, 2 и 4 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами.

Суд первой инстанции с соблюдением положений статьи 71 АПК РФ, исследовал в совокупности представленные в материалы дела документы и дал им оценку, в связи с этим арбитражный апелляционный суд считает доводы ФИО5 необоснованными и не свидетельствующими о необходимости внесения изменений в мотивировочную часть определения суда.

Изложенные в апелляционных жалобах доводы не опровергают правильность выводов суда первой инстанции, по существу направлены на переоценку установленных обстоятельств по делу при отсутствии к тому правовых оснований, в связи с чем, подлежат отклонению.

Апелляционная инстанция считает, что судом первой инстанции правильно установлены обстоятельства дела, выводы суда им соответствуют. Нормы материального и процессуального права применены правильно. Оснований для отмены определения суда не имеется.

Руководствуясь статьями 110, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Архангельской области от 28 декабря 2017 года по делу № А05-3016/2016 оставить без изменения, апелляционные жалобы финансового управляющего индивидуального предпринимателя ФИО2 ФИО3 и ФИО5 – без удовлетворения.

Взыскать со ФИО2 в федеральный бюджет           3000 руб. государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в течение месяца со дня принятия.

 

Председательствующий

Л.Ф. Шумилова

 

Судьи

А.В. Журавлев

 

О.Г. Писарева