АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ КОМИ

ул. Ленина, д. 60, г. Сыктывкар, 167000

8(8212) 300-800, 300-810, http://komi.arbitr.ru, е-mail: info@komi.arbitr.ru   

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А29-1440/2021

05 июля 2021 года

г. Сыктывкар

Резолютивная часть решения объявлена 28 июня 2021 года, полный текст решения изготовлен 05 июля 2021 года.

Арбитражный суд Республики Коми в составе судьи  Изъюровой Т.Ф.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании 21 и 28 июня 2021 года дело по иску Администрации  муниципального образования городского округа «Инта» (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>)

к обществу с ограниченной ответственностью «Империя Строительства» (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>)

третье лицо - Межрегиональное общественное движение «Безопасное детство»

о  признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности 

при участии (до перерыва):

от истца: ФИО2 по доверенности  от 12.01.2021;

от третьего лица: ФИО3 - руководитель 

установил:

Администрация  муниципального образования городского округа «Инта» (далее – истец, Администрация) обратилась в Арбитражный суд Московской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Империя Строительства» (далее – ответчик, Общество) о признании муниципального контракта № 0107300017119000146 от 21.12.2019 на приобретение детской игровой площадки недействительным, о применении последствий недействительности данной сделки; об обязании вернуть денежные средства в сумме 4 938 953 руб. 08 коп.

В обоснование требований Администрация указывает на то, что представленный Обществом сертификат соответствия на оборудование детской площадки получен с нарушением действующего законодательства и не подтверждает безопасности эксплуатации поставленного товара. В обоснование требований ссылается на статьи 167, 179 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

В рассмотрении дела в качестве третьего лица участвует Межрегиональное общественное движение «Безопасное детство» (далее - третье лицо, Общественное движение). Третье лицо требования истца поддерживает.

Ответчик исковые требования отклонил со ссылкой на то, что на момент заключения договора отсутствовала законодательно установленная необходимость в обязательной сертификации поставленного оборудования, а представленные в рамках добровольной процедуры сертификат соответствия не содержит нарушений, указывающих на недействительность заключенной сделки.

Рассмотрев материалы дела, заслушав объяснения представителя истца и руководителя третьего лица, суд установил следующее.

21 декабря 2019г. между Администрацией (заказчик) и Обществом (поставщик) заключен муниципальный контракт №0107300017119000146 на приобретение детской игровой площадки (том 1 л.д.11-19), предметом которого является приобретение детской игровой площадки (далее - Оборудование) для нужд заказчика в строгом соответствии с Техническим заданием (приложение №1 к контракту) на условиях, предусмотренных контрактом.

Согласно пункту 1.2 контракта приобретение детской игровой площадки осуществляется поставщиком в соответствии с законодательством Российской Федерации, требованиями иных нормативных правовых актов, регулирующих порядок приобретения такого вида оборудования, устанавливающих требования к качеству такого вида оборудования, в соответствии с условиями контракта.

Приобретаемое оборудование должно соответствовать требованиям качества и безопасности товаров в соответствии в соответствии с действующими стандартами, утвержденными в отношении данного вида оборудования, что должно подтверждаться соответствующими документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации (пункт 1.3 контракта).

Цена контракта составила 4938953 руб. 08 коп.; источник финансирования: средства бюджета МОГО "Инта" (пункт 2.1). 

Срок приобретения оборудования с момента заключения муниципального контракта и не позднее 25 декабря 2019 года (пункт 3.1)..

Согласно пункту 5.5.3 контракта поставщик обязан обеспечивать соответствие оборудования требованиям качества, безопасности жизни и здоровья, а также иным требованиям сертификации, безопасности (санитарным нормам и правилам, государственным стандартам, техническим регламентам и т.п., установленным законодательством Российской Федерации.

Общий вид, габариты изделия, его установочные размеры, описание конструктивных элементов, а также состав комплекса и общие требования изложены в прилагаемом к контракту техническом задании на приобретение детской игровой площадки, в котором также указано о необходимости сопровождения игрового комплекса сертификатом соответствия, выданным в соответствии с правилами Системы Сертификации.

При осуществлении приемки детского игрового оборудования в адрес Администрации был представлен сертификат соответствия системы добровольной сертификации №РОСС RU.HB56.H01855, сроком действия с 24.12.2019 по 23.12.2022, выданный органом по сертификации ООО "Орион" (том 1 л.д.202).

Учитывая, что с 18.11.2018 на территории Российской Федерации действует Технический регламент Евразийского экономического союза "О безопасности оборудования на детских игровых площадках" (ТР ЕАЭС 042/2017), в соответствии с которым выпускаемое в обращение на рынке Союза детское игровое оборудование подлежит обязательной оценке (подтверждению) соответствия требованиям Технического регламента и осуществляется в форме сертификации или декларирования.

Представленный ответчиком сертификат выдан в добровольной системе сертификации, в нарушение требований указанного выше ТР ЕАЭС 042/2017.

Согласно сведениям Единого реестра федеральной службы по аккредитациям, в аккредитации ООО "Орион" в содержании раздела "Описание области аккредитации" технический регламент и код ОК/ТН ВЭД, дающий право проводить работы по сертификации оборудования детских игровых площадок, отсутствует. Сертификация проведена вне области аккредитации, что является нарушением п.2 ст.13 Федерального закона "Об аккредитации и национальной системе аккредитации" от 28.12.2013 №412-ФЗ.

Указанный сертификат соответствия выдан на основании протокола контрольных испытаний №1077О.201219 (том 1 л.д.203-204), проведенных испытательной лабораторией ООО "Оникс", аттестат аккредитации №ОНПС RU.040ПС0.ИЛ02. Однако ООО "Оникс" с указанным аттестатом аккредитации в реестре аккредитованных лиц Федеральной службы по аккредитации не значится.

Кроме того, в представленном Обществом сертификате отражена информация о соответствии продукции требованиям нормативных документов ГОСТ 52168-2012. Однако указанный стандарт распространяется исключительно на горки, а не на детские игровые комплексы, и устанавливает требования к безопасности конструкции и методам испытаний горок всех типов.

Таким образом, сертификат соответствия №РОСС RU.HB56.H01855, выданный ООО "Орион", получен с нарушением действующего законодательства, вследствие чего не может быть представлен в качестве документа, подтверждающего безопасность эксплуатации поставленного ответчиком детского игрового комплекса.

Администрация 26.12.2019 года на основании платежного поручения №378496, после осуществления приемки товара представителем заказчика, произвела оплату по муниципальному контракту в размере 4938953 руб. 08 коп. 

Общественным движением в целях осуществления общественного контроля, на основании статьи 102 Федерального закона РФ от 05 апреля 2013 года №44-ФЗ "О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд" письмом от 27 января 2020 года №01/07 запрошены у Администрации копии сертификатов соответствия на поставленное по муниципальному контракту игровое оборудование (том 2 л.д.122), и на основании представленных документов выдано заключение специалиста о сертификате соответствия на продукцию от 10 марта 2020 года №03/10 (том 2 л.д.125), согласно которому выданный ООО "Орион" сертификат соответствия получен с нарушением действующего законодательства и является нелегитимным.

Как установлено в приговоре от 25 февраля 2021 года по делу №1-1/2021, вынесенном Интинским городским судом Республики Коми в отношении ФИО4, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ст.285 ч.2 УК РФ, Общество поставило в адрес администрации детское игровое оборудование, не соответствующее условиям муниципального контракта от 21.12.2019 №№0107300017119000146, ввиду отсутствия на данное оборудование сертификата соответствия, оформленного по единой форме, утвержденной решением коллегии Евразийской экономической комиссии от 25.12.2012 №293, отсутствия на детском игровом оборудовании и упаковке к нему знака единого обращения на рынке (ЕАС), свидетельствующего о том, что продукция прошла все установленные в технических регламентах Таможенного союза процедуры оценки (подтверждения) соответствия и, как следствие, соответствует требованиям всех распространяющихся на данную продукцию технических регламентов Таможенного союза, а также несоответствия технической документации к поставленному данным обществом детскому игровому оборудованию обязательным требованиям раздела 7 технического регламента Евразийского экономического союза "О безопасности оборудования для детских игровых площадок" ТР ЕАЭС 042/2017, утвержденного решением Совета Евразийской экономической комиссии от 17.05.2017 №21, вследствие чего вышеуказанное детское игровое оборудование как несоответствующее требованиям безопасности ее потенциальных потребителей, не может быть смонтировано и введено в эксплуатацию, чем существенно нарушены охраняемые законом интересы общества.    

Суд полагает, что требования истца заявлены обоснованно и подлежат удовлетворению в силу следующего.

В соответствии со статьей 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии со статьей 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

При этом по смыслу разъяснений, содержащихся в пункте 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 25), таким действием является волеизъявление стороны сделки, то есть ее осознанное поведение, направленное на достижение определенных правовых, хозяйственных и иных последствий.

В целях обеспечения возможности осуществления участниками гражданского оборота свободного и осознанного волеизъявления законодателем наряду с установленным пунктом 5 статьи 10 ГК РФ общеправовым запретом на злоупотребление гражданскими правами предусмотрена обязанность по добросовестному ведению переговоров о заключении договора, исключающая предоставление контрагенту неполной или недостоверной информации, в том числе умолчание об обстоятельствах, которые в силу характера договора должны быть доведены до сведения другой стороны (подпункт 2 пункта 2 статьи 434.1 ГК РФ).

В свою очередь, несоответствие друг другу внутреннего (субъективного) содержания волеизъявления и реального существа достигнутой сторонами договоренности в установленных законом случаях может свидетельствовать о недействительности совершенной сделки.

Так, согласно пункту 1 статьи 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

В силу подпунктов 2, 5 пункта 2 статьи 178 ГК РФ заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности, если сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в том числе, таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные, либо заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон (пункт 5 статьи 178 ГК РФ).

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, статья 178 ГК РФ устанавливает ориентиры, которым должны следовать суды при определении того, являлось ли заблуждение, под влиянием которого была совершена сделка, настолько существенным, чтобы рассматривать его в качестве основания для признания сделки недействительной, а также последствия признания такой сделки недействительной и направлена на защиту прав лиц, чья действительная воля при совершении сделки была искажена (Определения от 22.04.2014 N 751-О и от 28.03.2017 N 606-О).

Наличие каких-либо иных возможностей защиты нарушенного права истца (в том числе, связанных с предоставлением продавцом покупателю неполной и (или) недостоверной информации о товаре) не исключает признания сделки недействительной при наличии оснований, предусмотренных статьей 178 ГК РФ (пункт 6 Информационного письма N 162, пункт 21 Постановления N 7).

Таким образом, к числу юридически значимых обстоятельств по настоящему делу относятся, в частности, вопросы о том, заблуждался ли предприниматель относительно значимых качеств предмета сделки, упомянутых им в своем волеизъявлении (подпункты 2, 5 пункта 2 статьи 178 ГК РФ), являлось ли такое заблуждение существенным (пункт 1 статьи 178 ГК РФ) и могло ли оно быть распознано обществом, действующим с обычной осмотрительностью, с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон (пункт 5 статьи 178 ГК РФ).

В силу части 1 статьи 64, статей 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств, при оценке которых он руководствуется правилами статей 67 и 68 АПК РФ об относимости и допустимости доказательств.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ собранные по делу доказательства в их совокупности (учитывая, в том числе, последовательность и хронологию произошедших событий, поведение сторон до сделки и непосредственно после ее совершения), отсутствие со стороны ответчика прямых и однозначных доказательств, опровергающих доводы иска, суд считает, что существенное заблуждение относительно предмета сделки в отношениях сторон имеет место.

Представленные ответчиком документы доводы и документы об отсутствии необходимости проведения процедуры обязательной сертификации не опровергают наличие законодательно установленной обязанности ее проводить на поставленную продукцию, в том числе не опровергают изложенные в приговоре суда обстоятельства, установленные, в том числе на основании проведенных в рамках рассмотрения уголовного дела экспертиз. 

Факт невозможности эксплуатации поставленной продукции в соответствии с ее назначением исходя из принципов безопасности, установленный материалами дела,  ответчиком также не опровергнут.

Как лицо, ответственное в соответствии с условиями муниципального контракта за качество поставленной продукции, в том числе принявшее на себя гарантийные обязательства по обеспечению надлежащей безопасности и качества поставленной продукции, ответчик должен был знать о необходимых требованиях к подтверждению качества поставленной им продукции.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о недействительности заключенной сторонами сделки.

Согласно части 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В данном случае подлежат заявленными к рассмотрению последствиями применения последствий недействительности сделки является возврат уплаченной Администрацией денежной суммы по муниципальному контракту.

Факт оплаты материалами дела подтвержден и ответчиком не оспорен.

Доводы Общества о том, что истцом заявлено  применению односторонней реституции, не соответствуют обстоятельствам дела и не лишает ответчика права требовать возврата исполненного со своей стороны по сделке, признанной судом недействительной. 

С учетом изложенного требования истца подлежат удовлетворению с возложением на ответчика судебных расходов по уплате государственной пошлины.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176, 180-181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить.

Признать недействительным муниципальный контракт № 0107300017119000146 от 21.12.2019 на приобретение детской игровой площадки, заключенный между Администрацией  муниципального образования городского округа «Инта»  и обществом с ограниченной ответственностью «Империя Строительства».

В порядке применения последствий недействительности сделки обязать общество с ограниченной ответственностью «Империя Строительства» (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) вернуть Администрации  муниципального образования городского округа «Инта» (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) 4938953 руб. 08 коп. 

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Империя Строительства» (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) в доход федерального бюджета 6000 рублей государственной пошлины.

Разъяснить, что решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке во Второй арбитражный апелляционный суд (г.Киров) с подачей жалобы через Арбитражный суд Республики Коми в месячный срок со дня изготовления в полном объеме.

Судья                              Т.Ф. Изъюрова