ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357601, http://www.16aas.arbitr.ru,

e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. 8(87934) 6-09-16, факс: 8(87934) 6-09-14

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Ессентуки                                                                                           Дело № А63-2133/2019

22.02.2022                                                                        

 

Резолютивная часть постановления объявлена 15.02.2022

Полный текст постановления изготовлен 22.02.2022

 

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Макаровой Н.В., судей: Бейтуганова З.А., Белова Д.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, при участии в судебном заседании представителя УФНС России по Ставропольскому краю – ФИО2 (доверенность от 20.01.2022),  представителя ФИО3 – ФИО4 (доверенность от 11.11.2020), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, рассмотрев в открытом судебном заседании, в режиме веб-конференции, апелляционную жалобу УФНС России по Ставропольскому краю на определение Арбитражного суда Ставропольского края от 29.11.2021 по делу № А63-2133/2019, принятое по заявлению УФНС России по Ставропольскому краю о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО ПМК «Агромонтаж» ФИО5 и ФИО3, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью ПМК «Агромонтаж» (г. Пятигорск, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

УСТАНОВИЛ:

решением от 19.04.2019 (резолютивная часть решения объявлена 15.04.2019) общества с ограниченной ответственностью ПМК «Агромонтаж» (далее по тексту - ООО ПМК «Агромонтаж», должник, общество) признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство в порядке, установленном статьей 225 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), конкурсным управляющим утвержден ФИО6

Сведения о признании должника несостоятельным (банкротом) в порядке статьи 28 Закона о банкротстве опубликованы 24.04.2019 в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве (далее - ЕФРСБ) номер сообщения 3707117 и в периодическом издании -газете «Коммерсантъ» от 08.05.2019 № 79.

14.10.2020 в арбитражный суд от уполномоченного органа поступило заявление о привлечении к субсидиарной ответственности солидарно контролирующих должника лиц ФИО5 и ФИО3.

Определением от 29.11.2021 суд заявление УФНС России по Ставропольскому краю о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО ПМК «Агромонтаж» ФИО5 и ФИО3 удовлетворил частично. Признал наличие оснований для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО ПМК «Агромонтаж» на основании презумпций, содержащийся в абзаце 5 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве. Приостановил рассмотрение заявления о привлечении ФИО5 по указанным основаниям к субсидиарной ответственности до окончательного формирования конкурсной массы должника. В удовлетворении заявления в остальной части отказал.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, УФНС России по Ставропольскому краю обратился в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции в части отказа в удовлетворении требований о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности отменить, принять в обжалуемой части новый судебный акт.

В судебном заседании представитель УФНС России по Ставропольскому краю поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил определение суда первой инстанции в обжалуемой части отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить. 

Представитель ФИО3 возражал против доводов, изложенных в апелляционной жалобе, поддержал доводы отзыва на апелляционную жалобу, просил определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей для участия в судебном заседании не направили, в связи с чем, на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание проведено в их отсутствие.

В соответствии с частью 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

Поскольку определение суда первой инстанции оспаривается только в части и ни одна из сторон не заявила возражений в отношении применения положений части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, законность и обоснованность судебного акта проверяется судом апелляционной инстанции в обжалуемой части с учетом положений части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, отзыва, заслушав представителей лиц, участвующих в настоящем обособленном споре, и проверив законность обжалуемого судебного акта в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу, что определение от 29.11.2021 в обжалуемой части подлежит оставлению без изменения, исходя из следующего.

Как следует из материалов дела согласно сведениям, содержащимся в выписке из Единого государственного реестра юридических лиц, ООО ПМК «Агромонтаж» зарегистрировано в качестве юридического лица до 01.07.2002.

Основным видом деятельности общества являлось производство металлических бочек и аналогичных емкостей, дополнительными видами - работы по монтажу стальных конструкций, производство металлических дверей и окон, и другие виды деятельности, не запрещенные законодательством Российской Федерации.

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц, учредителям ООО ПМК «Агромонтаж» с 27.10.2009 является ФИО5 с долей в уставном капитале 100 процентов.

Руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом - генеральным директором (пункт 8.1 устава).

В период с 09.09.2002 по 30.08.2018 обязанности генерального директора общества исполнял ФИО5.

На основании решения заместителя начальника Инспекции Федеральной налоговой службы России по г. Пятигорску от 27.12.2016 № 01-75/299 проведена выездная налоговая проверка ООО ПМК «Агромонтаж» по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты налогов и сборов за период с 01.01.201 3 по 31.12.2015. По итогам проверки составлен акт выездной налоговой проверки от 13.02.2018 № 3. По результатам налоговой проверки вынесено решение налогового органа от 22.05.2018 № 09-21-1/8 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

В ходе выездной налоговой проверки налоговым органом установлено, что должником за период с 01.01.2013 по 31.12.2015 был предъявлен налоговый вычет по НДС от стоимости товаров (работ, услуг) по следующим контрагентам: ООО «МиГ -Сервис», ООО «КСТ», ООО «Электрогрупп», ООО «КМВ Аква-Лайф».

В ходе мероприятий налогового контроля инспекцией установлено, что должником получена необоснованная налоговая выгода в результате применения налоговых вычетов по НДС на основании счетов-фактур, оформленных в проверяемом периоде от вышеуказанных контрагентов общества.

Налоговый орган по результатам налоговой проверки пришел к выводу, что ООО ПМК «Агромонтаж» участвовало в схемах ухода от налогообложения НДС, использовало схему расчетов, направленную на уклонение от уплаты налогов с целью необоснованного получения налоговой выгоды, посредством создания фиктивного документооборота в отсутствии реальных хозяйственных операций.

В результате вышеуказанных недобросовестных действий обществу по итогам выездной налоговой проверки доначислена недоимка по НДС в сумме 59 468 677 руб., пени в сумме 20 675 671 руб. Кроме того, налогоплательщик привлечен к налоговой ответственности в виде штрафа в сумме 10 840 174 руб.

В ходе проверки налоговым органом также установлено, что налогоплательщиком в нарушение пункта 1 статьи 252, подпункта 2 пункта 1 статьи 268 НК РФ при отнесении на расходы стоимости покупного оборудования в 4 квартале 2013 года завышена стоимость автомата термоусадочного (автоматической упаковочной машины модели АУМ-14П) на 1 756 179,00 руб., что привело к неполной уплате налога на прибыль за 2013 год в сумме 351 236 руб.

В нарушение положений статьи 272 НК РФ обществом в состав внереализационных расходов 2013 года включена дебиторская задолженность в сумме 759 136 руб., срок исковой давности по которой истек до 01.01.2013. Данное нарушение привело к завышению внереализационных расходов налогоплательщика за 2013 год и неполной уплате налога за указанный период в сумме 151 827 руб.

Общая сумма доначисленного налога на прибыль по результатам выездной налоговой проверки составила 503 063 руб., пени - 107 529 руб.

Общая сумма доначислений по итогам проверки составила 91 595 727 руб.

Не согласившись с указанным решением ООО ПМК «Агромонтаж» обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным решения инспекции от 22.05.2018 № 09-21-1/8 о привлечении к налоговой ответственности за совершение налогового правонарушения.

Решением суда от 15.04.2019, вынесенным в рамках дела А63-23262/2018, оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции от 18.07.2019, постановлением суда округа от 25.09.2019, в удовлетворении требований отказано со ссылкой на то, что инспекция документально подтвердила участие общества в формальном документообороте с ООО «МиГ - Сервис», ООО «КСТ», ООО «Электрогрупп», ООО «КМВ Аква-Лайф» в отсутствие реальных хозяйственных операций в целях получения необоснованной налоговой выгоды в виде незаконного возмещения НДС из бюджета, а также завышение расходов при исчислении налога на прибыль организаций.

21.08.2018 единственным участником ООО ПМК «Агромонтаж» принято решение о ликвидации должника, ликвидатором назначен ФИО7, который 15.02.2019 и обратился в суд с заявлением о признании ООО ПМК «Агромонтаж» несостоятельным (банкротом) по правилам ликвидируемого должника.

Решением от 15.04.2019 (дата объявления резолютивной части) суд признал ООО ПМК «Агромонтаж» несостоятельным (банкротом), конкурсным управляющим утвердил ФИО6

В ходе процедуры конкурсного производства в реестр требований кредиторов должника на основании определения суда от 20.11.2019 включены требования уполномоченного органа на общую сумму 116 494 426,18 руб., из которых - 179 784 руб.-основной долг включён во вторую очередь реестра требований кредиторов должника, 116 314 642,18 руб., из них: 72 901 004,24 руб. - основной долг, 32 573 437,94 руб. - пени, 10 840 200 руб. - штрафы в третью очередь реестра требований кредиторов должника. При этом требования в сумме 59 971 740 руб. основного долга подтверждены решением налогового органа от 22.05.2018 № 09-21-1/8 о привлечении ООО ПМК «Агромонтаж» к налогового ответственности.

Кроме того, на основании определения от 05.09.2019 в реестр требований кредиторов должника включены требования налогового органа в сумме 1 005 093,86 руб. (основной долг).

Также в процедуре банкротства в реестр требований кредиторов должника на основании определения суда от 26.08.2019 включены требования ФИО3 в сумме 17 739 027,07 руб.

Уполномоченный орган, ссылаясь на признание ООО ПМК «Агромонтаж» несостоятельным (банкротом) вследствие действий контролирующих должника лиц, обратился в арбитражный суд с требованием о привлечении ФИО5 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по долгам общества.

Отказывая в удовлетворении требований о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего.

К спорным правоотношениям применяются положения статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона № 222-ФЗ, без учета изменений, внесенных Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

Согласно абзацу 5 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц в случае, если требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности,    выявленной    в    результате    производства    по    делам    о    таких правонарушениях, превышают на дату закрытия реестра требований кредиторов пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов (в редакции Федерального закона от 23.06.2016 № 222-ФЗ).

При этом, как следует из абзаца 7 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, в редакции Федерального закона от 23.06.2016 № 222-ФЗ, положения абзаца пятого пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве применяются в отношении лица, являвшегося единоличным исполнительным органом должника в период совершения должником или его единоличным исполнительным органом соответствующего правонарушения.

Из данной нормы следует, что субъектный состав субсидиарной ответственности по указанному основанию закреплен императивно и расширительному толкованию не подлежит.

Таким образом, контролирующие должника лица, за исключением руководителей, не являются субъектами ответственности по абзацу 5 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, поскольку в пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве в подлежащей применению редакции предусмотрен специальный субъектный состав субсидиарной ответственности по указанному основанию, а именно лицо, исполняющее обязанности единоличного исполнительного органа должника в период совершения должником налогового правонарушения.

ФИО3 в период с 01.11.2009 по 29.08.2018 являлся исполнительным директором ООО ПМК «Агромонтаж», доказательств возложения на него в период совершения налоговых правонарушений функций руководителя общества, материалы дела не содержат. 

Таким образом, суд первой инстанции верно указал о том, что данное лицо не может быть субъектом ответственности, предусмотренной абзацем 5 пункта 4 статьи10 Закона о банкротстве.

Принимая во внимание, изложенное апелляционный суд полагает, что доводы налогового органа о наличии у ФИО3 статуса контролирующего должника лица в понимании пункта 4 статьи 61.10 Закона, позволяющей привлечь его к субсидиарной ответственности по вышеуказанному основанию, правомерно отклонены судом первой инстанции.

Ответственность, предусмотренная в пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве.

При разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункт 3 статьи 56 ГК РФ), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Изложенное свидетельствуют о том, что законодатель установил особый специальный вид ответственности - субсидиарную ответственность, которая наступает при наличии определенных законодательством специальных обстоятельств, в том числе совершение ответчиком действий, свидетельствующих о даче указаний; наличие причинно-следственной связи между использованием ответчиком своих прав и (или) возможностей в отношении истца и действиями истца, повлекшими его несостоятельность (банкротство).

Таким образом, сами по себе факты наличия семейных отношений между контролирующим должника лицом и ФИО3, а также замещение последним должности исполнительного директора общества не свидетельствуют о наличии безусловных оснований для возложения на ФИО3 ответственности за доведение общества до банкротства.

В соответствии с должностной инструкцией исполнительного директора ООО ПМК «Агромонтаж» в трудовые обязанности ФИО3 входило решение организационно - технических, кадровых вопросов.

Согласно пункту 3.2 должностной инструкции исполнительный директор организует техническо - производственный процесс общества, работу по обеспечению безопасности эксплуатируемого и изготовляемого производственного оборудования, по модернизации и замене оборудования, не соответствующего требованиям безопасности.

Из перечня обязанностей исполнительного директора общества невозможно сделать вывод о том, что он действует единолично от имени должника при заключении сделок, имеет право подписывать финансовые документы и отчетность, принимать решения в отношении бизнеса, основной стратегии и развития общества.

Устав ООО ПМК «Агромонтаж» также не предполагает полное или частично делегирование полномочий генерального директора кому - либо.

Материалы дела не содержат доказательств того, что схема взаимодействия ООО ПМК «Агромонтаж» с контрагентами ООО «МиГ - Сервис», ООО «КСТ», ООО «Электрогрупп», ООО «КМВ Аква-Лайф» организована ФИО3

Из имеющихся в деле доказательств не усматривается, что ФИО3 оказывал влияние на руководителя общества при заключении сделок с недобросовестными контрагентами.

Договоры, на основании которых в последующем должником заявлялись к вычету суммы НДС, подписаны ФИО5, а не ФИО3

Налоговый орган ссылался на решение налогового органа от 22.05.2018 о привлечении ООО ПМК «Агромонтаж» к налоговой ответственности как основание для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности. При этом как следует из материалов дела ФИО3 на момент заключения указанных выше налоговым органом сделок уже не являлся исполнительным директором должника. Кроме того, факт подписания договоров с контрагентами ООО «МиГ - Сервис», ООО «КСТ», ООО «Электрогрупп», ООО «КМВ Аква-Лайф» от имени должника ФИО5 установлен судом при проверке в судебном порядке решения уполномоченного органа от 22.05.2018.

Ссылка заявителя на показания свидетеля (ФИО8), полученные в ходе проведения выездной налоговой проверки, и зафиксированные в протоколе допроса, согласно которым поиском поставщиков оборудования для ООО ПМК «Агромонтаж» занимались ФИО5 и ФИО3, не принимается апелляционной коллегией судей, поскольку такие доказательства не являются достаточными для признания доказанным факта заключения ФИО3 фиктивных договоров с целью извлечения необоснованной должником налоговой выгоды.

Привлечение лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам общества является экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, то есть исключением из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите делового решения менеджеров. Инициирование судебного разбирательства предполагает необходимость представления суду ясных и убедительных доказательств обоснованности заявленных требований.

В материалах дела отсутствуют безусловные доказательства того, что выбранная должником схема ведения бизнеса, была организована ФИО3 или под его влиянием.

Подписание ФИО3 ряда товарных накладных (даже при условии их значительного количества) само по себе не является безусловным основанием для привлечения последнего к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, поскольку не доказывает факта влияния ФИО3 на принятие руководителем общества решений в части заключения сделок, в выборе контрагентов либо осуществления стратегии бизнеса.

Принимая во внимание изложенное,  а также принимая во внимание отсутствие у ФИО3 статуса руководителя, и редакцию статьи 10 Закона о банкротстве, предусматривающей привлечение к субсидиарной ответственности только руководителя должника,  апелляционный суд полагает, что основания для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по эпизоду участия  в формальном документообороте сторон с целью получения необоснованной налоговой выгоды в отношении вычетов по НДС, отсутствуют.

Отказывая в удовлетворении заявления в части доводов заявления о том, что в действиях ФИО3 усматривается не только наличие презумпций, закреплённых в подпункте 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве в действующей редакции (в абзаце 5 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции 222-ФЗ), но и иные деяния, образующие состав для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника-банкрота, предусмотренный пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего.

Закон о банкротстве предусматривает два юридических состава для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника-банкрота: невозможность полного погашения требований кредиторов и неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника о своей несостоятельности. В связи с этим причинение субсидиарным ответчиком вреда кредиторам должника-банкрота происходит при наступлении объективных признаков составов этих правонарушений, обозначенных в статьях 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве (для деяний, совершенных после 30.07.2017) и в пунктах 2,4 статьи 10 Закона о банкротстве (для деяний, совершенных до 30.07.2017).

Из пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве в действующей редакции (абзац 1 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в ранее действующей редакции) следует, что вред причиняется при совершении контролирующим должника лицом деяний (действия или бездействия), вследствие которых стало невозможно полное погашение требований кредиторов контролируемого лица. Наличие обстоятельств, указанных в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве в действующей редакции (абзацы 3-5 пункта 4 статьи 10 Закона в ранее действующей редакции), это лишь презумпции, облегчающие процесс доказывания состава правонарушения с целью выравнивания процессуальных возможностей сторон спора. Признаки презумпции не могут подменять обстоятельства самого правонарушения.

Таким образом, правонарушения контролирующего должника лица выражаются не в том, что оно совершило сделки; не передало документацию должника конкурсному управляющему, и.т.д., а в его противоправных деяниях, повлекших банкротство подконтрольного им лица и, как следствие, невозможность погашения требований кредиторов.

В качестве деяний, образующих состав для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника-банкрота, предусмотренный пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, заявитель указывал следующие действия: необоснованное перечисление с расчётного счета должника в пользу ФИО3 денежных средств по договорам займа при отсутствии встречного исполнения со стороны контролирующих должника лиц; начисление заработной платы ФИО3 в 2015 году в значительно завышенном размере; приобретение последним в период с 2015- по 2018 года шести транспортных средств; отчуждение должником в 2010 году в пользу ФИО3 объектов недвижимого имущества на невыгодных для должника условиях; перевод бизнеса на вновь созданное аффилированное лицо с целью сокрытия денежных средств, за счет которых должно производиться взыскание начисленных ООО ПМК «Агромонтаж» сумм по результатам выездной налоговой проверки.

При этом перечисленные деяния совершены как до, так и после 30.07.2017, в силу чего в рассматриваемом случае подлежат применению как нормы статьи 10 Закона о банкротстве, так и статьи 61.11 Закона о банкротстве в зависимости от дат совершения предполагаемых неправомерных действий.

Как следует из заявления налоговым органом проведен анализ движения денежных средств по расчётному счету ООО ПМК «Агромонтаж», в результате которого установлены факты перечисления в период с 10.07.2014 по 14.12.2015 с расчётного счета должника в пользу ФИО5 денежных средств с назначением платежа «возврат займа», «предоставление займа». При этом, факт поступления денежных средств от ФИО5 в пользу должника налоговым органом не установлен.

Аналогичные обстоятельства были установлены заявителем и в отношении ФИО3

Отклоняя доводы налогового органа о том, что должником в пользу заинтересованных лиц были перечислены денежные средства без встречного исполнения, т.е. совершён вывод активов в преддверии банкротства ООО ПМК «Агромонтаж», суд первой инстанции обосновано исходил из следующего.

В указанный период времени действовали правила о субсидиарной ответственности в редакции Закона № 134-ФЗ, в силу которых необходимо доказать, что в результате поставленных под сомнение налоговым органом сделок стало невозможно полное погашение требований кредиторов ООО ПМК «Агромонтаж».

Из представленных в материалы данного обособленного спора документов следует, что 25.12.2015 между ФИО3 (заемщик) и ООО ПМК «Агромонтаж» (займодавец) заключен договор займа № 25/12, по условиям которого займодавец передает заемщику в собственность денежные средства в сумме 1 500 000 руб.

За пользование денежными средствами заемщик уплачивает займодавцу проценты из расчёта 12 % годовых (пункт 3.1 договора). Займ был предоставлен сроком на 12 месяцев с момента его выдачи.

Кроме того, 07.06.2016 между ФИО3 (заемщик) и ООО ПМК «Агромонтаж» (займодавец) заключен договор займа № ВА 07/06, по условиям которого займодавец передает заемщику в собственность денежные средства в сумме 500 000 руб.

Пунктом 2.1 договора предусмотрено, что займ представляется сроком на 12 месяцев с момента безналичного перечисления денежных средств на расчётный счет заемщика.

За пользование денежными средствами заемщик уплачивает займодавцу проценты из расчёта 10,5 % годовых (пункт 3.1 договора).

Денежные средства и по договору займа от 25.12.2015, и по договору займа от 07.06.2016 перечислены с расчётного счета должника на расчётный счет ФИО3 в полном объеме (2 000 000 руб.), что подтверждается выпиской о движении денежных средств по расчётному счету ООО ПМК «Агромонтаж», а также следует из рассматриваемого заявления налогового органа.

Возврат заемных денежных средств в полном объеме также подтверждается материалами дела. В частности, как следует из кассовой книги должника 26.05.2016 от ФИО3 принято 1 647 610,84 руб., 16.09.2016 от него принято в кассу общества 114 344,26 руб., 20.10.2016 - 403 901,64 руб. При этом, согласно сведениям, содержащимся в кассовой книги, вышеперечисленные хозяйственнее операции отражены с помощью следующих счетов бухгалтерского учета: дебет счета 50.01 кредит счета 73.01, что означает - поступление денежных средств в кассу организации от работников в счет погашения задолженности по предоставленным займам в руб.

Из представленных в материалы дела документов усматривается, что ФИО5 в период с 2013 по 2015 года в кассу должника в качестве выдачи и возврата займов были внесены денежные средства на общую сумму 29 645 178 руб.

Данные обстоятельства подтверждаются следующими приходными кассовыми ордерами: от 30.04.2013 № 48, от 06.05.2013 № 50, от 13.05.2013 № 52, от 15.05.2013 № 54, от 24.05.2013 № 56, от 31.05.2013 № 57, от 06.06.2013 № 60, от 28.06.2013 № 74, от 15.07.2013 № 78, от 24.07.2013 № 82, от 24.09.2013 № 102, от 30.09.2013 № 103, от 23.04.2014 № 37, от 14.04.2014 № 36, от 31.03.2014 № 30, от 28.03.2014 № 23, от 25.03.2014 № 22, от 12.03.2014 № 20, от 07.03.2014 № 19, от 05.03.2014№ 17, от 04.03.2014 № 15, от 26.02.2014 № 14, от 24.02.2014№ 13, от 06.02.2014 № 8, от 27.05.2014 № 49, от 26.05.2014 № 46, от 22.05.2014 № 45, от 14.05.2014 № 42, от 30.06.2014 № 56, от 26.06.2014 № 55, от 20.06.2014 № 54, от 11.04.2014 № 53, от 01.07.2014 № 57, от 22.07.2014 № 63, от 21.07.2014 № 62, от 01.09.2014 № 72, от 29.08.2014 № 71,от 28.08.2014 № 70, от 22.08.2014 № 69, от 14.08.2014 № 67, от 25.09.2014 № 74, от 15.09.2014 № 73, от 05.08.2014 № 65, от 08.08.2014 № 66, от 01.08.2014 № 64, от 30.09.2014 № 75, от 21.11.2014 № 87, от 25.08.2015 № 88, от 14.08.2015 № 86, от 12.08.2015 № 85, от 24.07.2015 № 78, от 02.07.2015 № 75, от 25.06.2015 № 71, от 29.05.2015 № 59, от 25.05.2015 № 57, от 18.05.2015 № 56, от 30.04.2015 № 54, от 24.04.2015 № 52, от 26.03.2015 № 48, от 25.03.2015 № 46, от 10.11.2015 № 111, от 29.10.2015 № 108, от 13.10.2015 № 103, от 08.10.2015 № 101, от 24.09.2015 № 99, от 15.09.2015 № 96.

Сведения, отраженные в перечисленных приходных кассовых ордерах, согласуются со сведениями, отраженными в кассовой книге должника за соответствующие периоды. Более того, из кассовой книги должника, также усматривается факт использования поступивших от ФИО5 в кассу должника денежных средств в день их поступления на нужды общества, либо внесения денежных средств из кассы общества на его расчётный счет. Данный факт подтверждается квитанциями банка.

Заявителем в материалы дела не предоставлено доказательств того, что поставленные им под сомнение заемные отношения общества с ФИО3 были заведомо невыгодны для должника, либо причинили вред последнему.

Заключение договоров займа не повлияло на платежеспособность ООО ПМК «Агромонтаж», на размер его чистых активов, соответственно не послужило причиной увеличения необеспеченности требований кредиторов общества.

Таким образом, апелляционная коллегия судей признает довод налогового органа об отсутствии встречного исполнения по договорам займа со стороны ФИО3 противоречащим материалами дела, соответственно манипуляций с конкурсной массой допущено не было, договоры займа не привели к потерям должника.

На основании вышеизложенного поставленные под сомнение налоговым органом сделки не повлияли на невозможность полного погашения требований кредиторов ООО ПМК «Агромонтаж».

Довод налогового органа о том, что в результате совершения должником фиктивных сделок с рядом контрагентов и получения необоснованной налоговой выгоды ФИО3 в 2015 году были произведены начисления заработной платы в значительно завышенном размере, судом первой инстанции правомерно отклонен на основании следующего.

Уполномоченный орган ссылается на то, что в 2014 году доход ФИО3, полученный от ООО ПМК «Агромониаж», составил 1 415 076 руб., тогда как в 2015 году превысил 7 миллионов рублей и составил 7 352 599 руб., в 2016 году - 2 765 738 руб., в 2017 году - 668 668 руб., в 2018 году - 459 705 руб.

В обоснование данного довода заявитель ссылался на сведения, содержащиеся в справке по форме 2-НДФЛ.

В представленных налоговым органом в данный обособленный спор справках по форме 2 - НДФЛ о доходах ФИО3 содержатся иные итоговые величины.

В частности, в 2014 году доход ФИО3, полученный от ООО ПМК «Агромониаж» составил 1 626 524,66 руб., в 2015 году 8 451 263,20 руб., в 2016 году -3 179 009,48 руб., в 2017 году - 768 583,97 руб., в 2018 году - 768 583,97 руб.

Произведя вычислительные действия посредством вычитания из общей суммы дохода ФИО3 за год суммы начисленного налога на доходы физических лиц, апелляционная инстанция полагает, что налоговым органом приведены суммы дохода за минусом налога на доходы физических лиц.

Сравнив итоговые величины дохода ФИО3 за 2015 год с его доходом за иные периоды, суд первой инстанции верно установил значительные расхождения сумм.

Вместе с тем, Приказом ФНС России от 10.09.2015 №ММВ-7-11/387@ «Об утверждении кодов видов доходов и вычетов» с изменениями, внесенными приказом ФНС России от 24 октября 2017 года № ММВ-7-11/820@ утверждены коды доходов налогоплательщика. Согласно данному приказу вознаграждение, получаемое налогоплательщиком за выполнение трудовых или иных обязанностей; денежное содержание и иные налогооблагаемые выплаты военнослужащим и приравненным к ним категориям физических лиц (кроме выплат по договорам гражданско-правового характера) имеют код дохода 2000.

Из представленной справки по форме 2 - НДФЛ за 2014 год ФИО3 начислено вознаграждение за выполнение трудовых обязанностей в размере 419 276,66 руб. За 2015 год размер начисленного вознаграждения составил 394 440,37 руб., за 2016 год - 464 009,81 руб., за 2017 год - 468 583,97 руб., за 8 месяцев 2018 года с учетом компенсации за неиспользованный отпуск - 327 142,84 руб. Вышеизложенное опровергает довод налогового органа как о начислении ФИО3 в 2015 году заработной платы в значительно завышенном размере, так и о превышении его заработной платы за указанный период размера заработной платы начальника производства должника ФИО9 в 33 раза. В 2015 году ФИО9 была начислена заработная плата с учетом отпускных выплат в размере 250 401,49 руб.

Из сведений, содержащихся в справке по форме 2- НДФЛ о доходах ФИО3 за 2015 год, следует, что за указанный налоговый период последнему начислен доход, полученный от предоставления в аренду или иного использования имущества (кроме аналогичных доходов от сдачи в аренду любых транспортных средств и средств связи, компьютерных сетей), в размере 7 617 460 руб. (код дохода - 1400). Кроме того, 396 000 руб., отраженные в справке за 2015 год, имеют код вида доходов 2 400, что означает доход, полученный от предоставления в аренду или иного использования любых транспортных средств.

Аналогичные виды доходов ФИО3 отражены и в справках по форме 2 -НДФЛ за 2014, 2016 года. В справках по форме 2 - НДФЛ за 2017,2018 года доход с кодом 1 400 отсутствует.

При этом, ФИО3 в материалы дела предоставлены копии договоров аренды недвижимого имущества № 1 от 09.01.2014 и от 31.12.2014,согалсно которым ФИО3 (арендодатель) передал, а ООО ПМК «Агромонтаж» (арендатор) принял в аренду нежилые здания, расположенные по адресу: 

<

...>. Кроме того, задолженность по арендной плате за последующие периоды включена в реестр требований кредиторов ООО ПМК «Агромонтаж» на основании определения суда.

Учитывая изложенное, апелляционный суд приходит к выводу о том, что доказательств начисления в 2015 году заработной платы ФИО5 в завышенном размере в материалы дела не представлено. Сума начисленного вознаграждения за исполнение трудовых обязанностей с учетом начисления отпускных выплат составила 541 744,38 руб. (не является завышенной).

В своем заявлении налоговый орган также ссылался на факт приобретения ФИО3 в период с 2015 по 2018 года 6 автомобилей, из которых 4 импортного производства.

Относимость указанных фактических обстоятельств к предмету рассматриваемого спора заявителем не раскрыта.

Из материалов дела следует, что транспортные средства ЛАДА ГРАНТА СПОРТ 2015 года выпуска, Мерседес - Бенц GLC250 4 MATIC, 2016 года выпуска, ФОРД EXPLORER, 2018 года выпуска приобретены с привлечением кредитных средств, что подтверждается представленными в материалы дела кредитными договорами, справкой кредитного учреждения.

Транспортные средства ЛАДА ГРАНТА СПОРТ 2015 года выпуска, Лексус GX460,2011 года выпуска, VOLKSWAGEN PASSAT, 2007 года выпуска проданы ФИО3 в период с марта по декабрь 2016 года.

Налоговый орган ссылается на совершение должником 01.07.2010 сделки, невыгодной для себя, а именно заключение договора купли - продажи недвижимого имущества, по условиям которого десять объектов недвижимого имущества выбыли из собственности общества и перешли в собственность ФИО3 При этом нуждаемость общества в реализованных объектах не отпала, поскольку оно использовало его после продажи на праве аренды.

Суд первой инстанции верно определил, что поскольку договор заключён 01.07.2010, то применению подлежат положения статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона № 73 -ФЗ.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ) контролирующие должника лица солидарно несут субсидиарную ответственность по денежным обязательствам должника и (или) обязанностям по уплате обязательных платежей с момента приостановления расчетов с кредиторами по требованиям о возмещении вреда, причиненного имущественным правам кредиторов в результате исполнения указаний контролирующих должника лиц, или исполнения текущих обязательств при недостаточности его имущества, составляющего конкурсную массу.

Данная норма специального Федерального закона полностью корреспондирует п. 3 ст. 56 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), согласно которому если несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана учредителями (участниками), собственником имущества юридического лица или другими лицами, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на таких лиц в случае недостаточности имущества юридического лица может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

На основании представленных в материалы дела документов судом первой инстанции было верно установлено, что действительно 01.07.2010 между ООО ПМК «Агромонтаж» и ФИО3 заключён договор купли-продажи, по условиям которого должник передал, а ФИО3 принял десять объектов недвижимого имущества, расположенного по адресу: 

<

...> «а». Данное имущество было реализовано по цене 8 112 635 руб.

Также материалами дела подтверждён факт использования реализованных объектов недвижимости на праве аренды (договор аренды от 09.01.2014, от 31.12.2014).

Вместе с тем доказательств того, что несостоятельность (банкротство) ООО ПМК «Агромонтаж» обусловлена отчуждением в 2010 году указанного в договоре имущества, материалы дела не содержат, как и не содержат доказательств наличия у ООО ПМК «Агромонтаж» в июле 2010 года признаков банкротства.

Кроме того, заявитель ссылался на отчуждение имущества по цене 8 112 635 руб., что значительно ниже как кадастровой стоимости данного имущества, которая составила 73 586 221,7 руб., так и его рыночной стоимости, которая, по мнению налогового органа, составляет 79 860 000 руб.

В подтверждение размера кадастровой стоимости налоговым органом в материалы дела предоставлены выписки из Единого государственного реестра недвижимости о кадастровой стоимости в отношении имущества, которое было реализовано по договору от 01.07.2010.

В подтверждение заявленного размера рыночной стоимости спорного имущества налоговый орган сослался на отчет об оценке от 19.12.2020.

Вместе с тем, выписки из единого государственного реестра недвижимости о кадастровой стоимости, датированные 03.09.2021, обоснованно не  признаны судом первой инстанции надлежащим доказательством размера кадастровой стоимости объектов недвижимого имущества по состоянию на 01.07.2010. По аналогичным основаниям суд первой инстанции правомерно не принял к сведению отчет об оценке от 19.12.2020 № 152-01/2020.

При рассмотрении ходатайства ФИО3 о частичной отмене обеспечительных мер, принятых в рамках спора о привлечении ФИО5 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО ПМК «Агромонтаж», ФИО3 в обоснование доказательств несоразмерности принятых судом мер в части наложения ареста на денежные средства ФИО3, предоставлял отчет об оценке №152-01/2020 от 19.12.2020 об итоговой рыночной стоимости недвижимого имущества, выполненный членом ассоциации «Русское общество оценщиков» ФИО10, согласно которому рыночная стоимость имущества реализованного ФИО3 по договору от 01.07.2010 составляет 79 860 000 руб.

Вместе с тем, исходя из указанного отчета, оценщиком определялась актуальная рыночная стоимость имущества, а не рыночная стоимость по состоянию на 01.07.2010.

Таким образом, ссылка налогового органа на отчёт об оценке от 19.12.2020 обосновано признана судом первой инстанции некорректной.

Из заявления также следует, что ФИО3 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, поскольку совершил действия по переводу финансово-хозяйственной деятельности с ООО ПМК «Агромонтаж» на иное лицо (ООО «Альфаинокс») с одновременным прекращением деятельности должника с целью предотвращения обращения взыскания на выручку от основной деятельности ООО ПМК «Агромонтаж» по неисполненным налоговым обязательствам, установленным по результатам выездной налоговой проверки.

В обоснование заявленного довода налоговый орган ссылался на то, что после получения акта выездной налоговой проверки от 16.02.2018, 26.03.2018 создано новое юридическое лицо - ООО «Альфоинокс», которое стало вести деятельность, аналогичную деятельности должника.

При этом, ООО «Альфоинокс» создано ФИО9, он же является и руководителем вновь созданного общества. Ранее ФИО9 работал в ООО ПМК «Агромонтаж» в должности начальника производства.

Вновь созданное общество состоит на налоговом учете в ИФНС России по г. Элисте, адрес местонахождения общества: 

<

...>. Вместе с тем 26.06.2018 по юридическому адресу должника (

<

...>) поставлено на учет обособленное подразделение ООО «Альфоинокс».

По результатам анализа расчетного счета ООО «Альфоинокс» налоговым органом установлено, что в 2018 -2019 годах ООО «Альфоинокс» осуществляло расчеты с контрагентами, которые ранее являлись контрагентами ООО ПМК «Агромонтаж». Так, в 2018 году от покупателей должника на расчётный счет ООО «Альфоинкос» поступили денежные средства в размере 104 688 671 руб., в 2019 году- 90 165 585 руб., что составило 67 процентов от общей суммы денежных средств, поступивших в указанный период на расчетный счет ООО «Альфоинокс».

Более того, ссылаясь на ряд расходных операций, совершенных ООО «Альфоинокс» и отраженных в выписке о движении денежных средств по расчётному счету данного лица, налоговый орган полагает, что совершены они за должника.

Ссылаясь на справки по форме 2-НДФЛ, налоговый орган указывает на то, что подавляющее большинство сотрудников ООО ПМК «Агромонтаж» (69 %) были переведены в ООО «Альфоинокс».

Кроме того, ООО «Альфоинкос» посредством аренды нежилых помещений у ФИО3 осуществляет свою деятельность в тех же помещениях, в которых ранее работало ООО ПМК «Агромонтаж».

Отклоняя данные доводы уполномоченного органа, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего.

Предполагаемые неправомерные деяния совершены после 30.07.2017, соответственно наличие юридического состава для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника проверяется судом на основании положений главы 3.2 Закона о банкротстве.

Понятие контролирующего должника лица законодателем дано в статье 61.10 Закона о банкротстве.

Так, в силу пункта 1 названной статьи под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

При этом подпунктами 1,2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве закреплено, что руководители должника, а также его учредители, обладающие более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, признаются контролирующими должника лицами пока не доказано иное.

Материалами дела подтверждено, что ФИО5 является единственным учредителем ООО ПМК «Агромонтаж» и в спорный период осуществлял функции его руководителя. Соответственно, ФИО5 обладает статусом контролирующего должника лица в понимании статьи 61.10 Закона о банкротстве.

Подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве также определено, что возможность определять действия должника может достигаться в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения.

Материалами дела подтверждено и лицами, участвующими в деле, не оспаривается, что ФИО3 является сыном учредителя и бывшего руководителя общества.

Вместе с тем, в силу абзаца 4 пункта 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» лицо не может быть признано контролирующим должника только на том основании, что оно состояло в отношениях родства или свойства с членами органов должника, либо ему были переданы полномочия на совершение от имени должника отдельных ординарных сделок, в том числе в рамках обычной хозяйственной деятельности, либо оно замещало должности главного бухгалтера, финансового директора должника (подпункты 1 - 3 пункта 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве). Названные лица могут быть признаны контролирующими должника на общих основаниях, в том числе с использованием предусмотренных законодательством о банкротстве презумпций, при этом учитываются преимущества, вытекающие из их положения.

Материалы дела не содержат безусловных доказательств того, что ФИО3 при исполнении своих трудовых обязанностей исполнительного директора ООО ПМК «Агромонтаж» действовал с умыслом, использовал полномочия, направленные на создание ООО «Альфоинокс», на перевод контрагентов должника вновь созданному обществу, на прекращение деятельности ООО ПМК «Агромонтаж», т.е. совершал действия, направленные на недопущение обращения взыскания на выручку от основной деятельности ООО ПМК «Агромонтаж» по неисполненным налоговым обязательствам, установленным по результатам выездной налоговой проверки.

Совершение указанным лицом действий, присущих контролирующему должника лицу, а не исполнительному директору общества, действовавшему в рамках трудового законодательства, не доказано.

Апелляционный суд также исходит из того, что для вывода о наличии перевода бизнеса от одного общества, находящегося в банкротстве в  другое (платежеспособное), необходим не только перевод трудовых ресурсов или контрагентов по сделкам. Главным критерием для вывода о наличии оснований для перевода бизнеса является перевод активов. В рассматриваемом случае из доводов налогового органа не следует, что ООО ПМК «Агромонтаж» создало ООО «Альфоинокс» и перевело во вновь созданное общество свои активы. В материалах дела подобные доказательства также отсутствуют.

Принимая во внимание, изложенное апелляционный суд соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что в рассматриваемом случае не усматривается наличие оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве за совершение действий по переводу финансово - хозяйственной деятельности с ООО ПМК «Агромонтаж» на иной лицо.

Данный вывод апелляционного суда согласуется со следующим.

Привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам общества является экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, то есть исключением из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите делового решения менеджеров. Инициирование судебного разбирательства предполагает необходимость представления суду ясных и убедительных доказательств обоснованности заявленных требований. Причиной банкротства должны быть именно недобросовестные и явно неразумные действия ответчика, которые со всей очевидностью для любого участника гражданского оборота повлекут за собой нарушение прав кредиторов должника.

Доказательств того, что ФИО5 или ФИО3 стали вести деятельность, аналогичную деятельности должника, через ООО «Альфоинокс», либо являются конечными бенефициарами вновь созданного общества, материалы дела не содержат. ФИО9 не является аффилированным лицом в понимании норм Закона о банкротстве.

Кроме того, ООО «Альфоинокс» создано 26.03.2018. На указанную дату решение № 09-21-1/8 о привлечении ООО ПМК «Агромонтаж» к ответственности за совершение налогового правонарушения налоговым органом принято не было. Акт выездной налоговой проверки, на который ссылается в своем заявлении уполномоченный орган, не является ненормативным правовым актом, порождающим юридически значимые для налогоплательщика последствия. Более того, с выводами, изложенными в акте, налогоплательщик был не согласен, о чем свидетельствуют поданные им возражения, нашедшие отражение в решении № 09-21-1/8 о привлечении ООО ПМК «Агромонтаж» к ответственности за совершение налогового правонарушения. Таким образом ООО ПМК «Агромонтаж» принимало меры по оспариванию выводов налогового органа как во внесудебном, так и в судебном порядке, считая доначисления налоговых обязательств незаконными.

При этом, как следует из выписки о движении денежных средств по расчётному счету ООО «Альфоинокс» данное общество начало свою хозяйственную деятельность уже в конце марта 2018 года.

Более того, после создания ООО «Альфоинокс» хозяйственная деятельность ООО ПМК «Агромонтаж» не прекратилась, о чем свидетельствуют приходные и расходные операции по расчётному счету должника как в 2018, так и в 2019 годах (до открытия конкурсного производства).

Из материалов дела не усматривается вывод активов должника после завершения налоговой проверки на иное подконтрольное ему лицо; выписки по указанным выше расчетным счетам также не свидетельствуют о выводе активов должника в подконтрольные контролирующему должника лицу организациям.

Наличие общих контрагентов не является безусловным доказательством перевода бизнеса и объясняется осуществлением ООО ПМК «Агромонтаж» и ООО «Альфоинокс» аналогичного вида деятельности.

Довод об оплате обязательств ООО ПМК «Агромонтаж» вновь созданным обществом опровергаются материалами дела. 

В частности, в заявлении налоговый орган сослался на расходные операции с назначением платежа: «оплата по счет - договору 01115 от 19.03.2018», «оплата по счетам 622 от 23.03.2018», «оплата по счетам 3898,3903 от 24.03.2018».

Согласно представленному в данный спор платежному поручению № 7 от 19.04.2018 ООО «Альфоинокс» произвело оплату ООО «Олмитул» по счет - договору 01115 от 19.03.2018. Однако, счет договор 01115 датирован 19.04.2018 и выставлен ООО «Альфоинокс». В связи с наличием опечатки в платежном поручении от 19.04.2018 в дате счета договора ООО «Альфоинокс» направило в адрес ООО «Олмитул» письмо с просьбой считать оплату по платежному поручению № 7 от 19.04.2018 оплатой по счету-договору 01115 от 19.04.2018. Таким образом материалы дела подтверждают, что спорный платеж был совершен ООО «Альфоинокс» во исполнение своих обязательств, а не обязательств ООО ПМК «Агромонтаж».

Аналогичные обстоятельства были установлены судом первой инстанции и в отношении иных поставленных под сомнение налоговым органом платежей.

Так, платежным поручением от 20.04.2018 № 29 был произведен платеж ООО «СтройБаза- КМВ» по счетам 622 от 23.03.2018, 787 от 05.04.2018, 871 от 12.04.2018. Перечисленные счета выставлены ООО «Альфоинокс». Счет № 622 датирован 13.04.2018, при этом в указанном платежном поручении имеет место опечатка в дате счета, которая была устранена посредством направления 20.04.2018 в адрес контрагента письма с просьбой считать оплату по платежному поручению № 29 от 20.04.2018 оплатой по счетам 622 от 13.04.2018, 787 от 05.04.2018 за утеплитель, ленту молярную, скотч.

Как следует из платежного поручения № 66 от 25.04.2018 ООО «Альфоинокс» произвело оплату ООО «Трубокомплект» по счетам 3898, 3903 от 24.03.2018 за круг бронзовый, круг стальной. Счета 3898, 3903 ООО «Трубокомплект» выставлены ООО «Альфоинокс» и имеют дату 24.04.2018. Опечатка в дате счетов, допущенная в платежном поручении № 66, устранена посредством направления ООО «Альфоинокс» в адрес контрагента соответствующего письма.

Таким образом, материалами дела подтверждается, что все поставленные под сомнение заявителем платежи ООО «Альфоинокс» произвело в счет оплаты своих обязательств. Обратного материалы дела не содержат.

Нахождение ООО ПМК «Агромонтаж» и обособленного подразделения ООО «Альфоинокс» по одному адресу не свидетельствует о злонамеренных действиях ответчиков и не доказывает возможный перевод бизнеса с должника на иное подконтрольное лицо.

Отказывая в удовлетворении заявления в части довода заявителя об аренде изначально должником, в последствии ООО «Альфоинокс» одних и тех же объектов недвижимости, суд первой инстанции правомерно указал, что в отношении ФИО5, суд первой инстанции уже признал наличие оснований для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО ПМК «Агромонтаж» на основании презумпций, содержащийся в абзаце 5 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, т.е. установил юридический состав для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника-банкрота: невозможность полного погашения требований кредиторов должника в результате неправомерных действий его руководителя.

Таким образом, наличие либо отсутствие дополнительных деяний, образующих тот же состав для привлечения к субсидиарной ответственности, не влияет ни на размер субсидиарной ответственности, ни на восстановление нарушенных прав кредиторов.

При таких обстоятельствах, у суда апелляционной инстанции основания для переоценки выводов суда первой инстанции отсутствуют.

По результатам рассмотрения апелляционной жалобы, судом апелляционной инстанции установлено, что доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, основаны на неверном толковании норм материального права, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены оспариваемого судебного акта.

Учитывая изложенное, оценив в совокупности материалы дела и доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия считает, что выводы, изложенные в обжалуемом судебном акте, соответствуют обстоятельствам дела, судом применены нормы права, подлежащие применению, вследствие чего апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению.

Принимая во внимание изложенное, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что доводы апелляционной жалобы основаны на неверном толковании норм материального права и не влияют на правильность принятого по делу судебного акта, в связи с чем, отклоняются судом апелляционной инстанции.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и являющихся безусловными основаниями для отмены судебного акта, судом первой инстанции также не допущено.

Руководствуясь статьями 266, 268, 271, 272, 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд,

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ставропольского края от 29.11.2021 по делу № А63-2133/2019 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий

 

Н.В. Макарова

 

Судьи

 

З.А. Бейтуганов

 

Д.А. Белов