ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357601, http://www.16aas.arbitr.ru,

e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. 8(87934) 6-09-16, факс: 8(87934) 6-09-14

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А63-6094/2016

г. Ессентуки

11 октября 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена  04 октября 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 11 октября 2021 года.

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Бейтуганова З.А., судей: Джамбулатова С.И., Марченко О.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, при участии в судебном заседании представителя ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 13.05.2020), представителя ФИО4 – ФИО5 (доверенность от 03.04.2021), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе публично путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО4, ФИО6, ФИО2 на определение Арбитражного суда Ставропольского края от 04.08.2021 по делу № А63-6094/2016, в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) закрытого акционерного общества «Производственное предприятие «Поток» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), принятое по заявлению конкурсного управляющего о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности,  

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Русэлектро» обратилось в суд с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) закрытого акционерного общества «Производственное предприятие «Поток» (далее – ЗАО «ПП «Поток»). 

Определением от 21.07.2016 указанное заявление принято, возбуждено производство по делу № А63–6094/2016 о несостоятельности (банкротстве) ЗАО «ПП «Поток». 

Решением от 09.06.2017 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО7 

Сведения о введении процедуры конкурсного производства опубликованы в газете «Коммерсант» № 112 от 24.06.2017. 

03 сентября 2018 года конкурсный управляющий обратился с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника бывших руководителей ФИО6, ФИО8, ФИО9 (ранее Ткач) Екатерину Сергеевну, ФИО2. Просит взыскать в пользу ЗАО «ПП «Поток» солидарно с ФИО2, ФИО8, ФИО4 - 9 848 000,00 руб., солидарно с ФИО2, ФИО8, ФИО6 – 185 461 291,94 руб., солидарно с ФИО8 и ФИО2 - 6 487 266,52 руб., с ФИО8 - 106 553 169,00 руб. (с учётом уточнений в ходе судебного разбирательства). 

Определением 10.09.2018 заявление конкурсного управляющего принято к производству, к участию в рассмотрении заявления конкурсного управляющего о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности привлечены ФИО6, ФИО8, ФИО2. 

Определением от 09.12.2019 к участию в рассмотрении заявления конкурсного управляющего привлечена ФИО10.

Определением Арбитражного суда Ставропольского края от 04.08.2021 заявленные требования удовлетворены. Суд признал доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО8, ФИО6, Михайловой (ранее Ткач) Екатерины Сергеевны по обязательствам ЗАО «ПП «Поток». Производство по заявлению в части рассмотрения вопроса об определении размера субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами. Судебный акт мотивирован наличием оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, ФИО4, ФИО6, ФИО2 обратились в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобами, в которых просили определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт. Апеллянты ссылаются на то, что судом первой инстанции при вынесении обжалуемого судебного акта неправильно применены нормы материального права, в связи с чем, принят неверный судебный акт. 

ФИО4 ссылается на то, что управляющим пропущен срок исковой давности для обращения в суд с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности. Также суд не учел, что материалами дела не установлены обстоятельства, свидетельствующие о наличии деликта – правонарушения, в действиях ответчика. Кроме того, указанные сделки, положенные в основу заявленных требований совершены в период нахождения ответчика в отпуске по уходу за ребенком до 1,5 лет.

ФИО6 также ссылается на пропуск управляющим срока исковой давности. Ссылается на то, что суд первой инстанции ошибочно пришел к выводу о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ответчика, поскольку наличие перечисленных судебных актов, вынесенных в пользу предприятия, принудительное исполнение решений, не поступление денежных средств предприятию не могут служить основанием для привлечения к субсидиарной ответственности.

ФИО2 ссылается на то, что в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие доведение ответчиком до банкротства должника. Также ссылается на пропуск срока исковой давности управляющим.

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержала доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просила определение суда первой инстанции отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

Представитель ФИО4 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил определение суда первой инстанции отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей для участия в судебном заседании не направили, в связи с чем на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание проведено в их отсутствие.

Информация о времени и месте судебного заседания с соответствующим файлом размещена 01.09.2021 в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» http://arbitr.ru/ в соответствии с положениями статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, отзыва, заслушав позицию лиц, участвующих в судебном заседании, и проверив законность обжалуемого судебного акта в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу, что определение Арбитражного суда Ставропольского края от 04.08.2021 по делу № А63-6094/2016 подлежит оставлению без изменения, исходя из следующего.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ) Федеральный закон от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее -Закон о банкротстве) дополнен главой III.2, регулирующей ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.

Пунктом 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ предусмотрено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона N 266-ФЗ, которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

Если обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения к ответственности, имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Однако предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами при рассмотрении соответствующих заявлений, поданных с 01.07.2017, независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Законодательство о несостоятельности в редакции как Федеральных законов от 28.04.2009 № 73-ФЗ и от 28.06.2013 № 134-ФЗ, так и Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, предусматривало возможность привлечения контролирующего лица к субсидиарной ответственности за доведение должника до банкротства (создание ситуации невозможности погашения требований кредиторов). Несмотря на последовательное внесение законодателем изменений в положения, регулирующие рассматриваемые отношения, правовая природа данного вида ответственности сохранилась.

При привлечении к субсидиарной ответственности в части, не противоречащей специальным положениям Закона о банкротстве, подлежат применению общие положения Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда.

Как ранее, так и в настоящее время к такой ответственности подлежало привлечению лицо, осуществляющее фактический контроль над должником (независимо от юридического оформления отношений) и использовавшее властные полномочия во вред кредиторам, то есть своими действиями приведшее его к банкротству.

В силу пункта 1 статьи 61.10 Закон о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии (подпункт 1 пункта 4).

В силу пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, такие лица несут субсидиарную ответственность солидарно (пункт 8).

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует.

Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов (пункт 10).

В пункте 16 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве), следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 ГК РФ, абзац 2 пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве). При рассмотрении споров о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности данным правилом о защите делового решения следует руководствоваться с учетом сложившейся практики его применения в корпоративных отношениях, если иное не вытекает из существа законодательного регулирования в сфере несостоятельности (пункт 18 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53).

Исходя из предмета рассматриваемого спора, заявитель должен доказать наличие неправомерных действий контролирующего лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, и причинную связь с последующим затруднением проведения процедуры несостоятельности (банкротства), в том числе формирования и реализации конкурсной массы, а лицо, привлекаемое к ответственности, - то обстоятельство, что оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника, и отсутствие своей вины.

В соответствии с абзацами 3 пункта 4 статьи 10 Закона N 134-ФЗ пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ), если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. При этом, пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из перечисленных в названной норме обстоятельств, в том числе, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 вышеназванного Федерального закона.

Нормы пункта 4 статьи 10 Закона № 134-ФЗ в ранее действовавшей редакции и нормы пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве с точки зрения материального права не отличаются в отношении ряда презумпций, поэтому суд апелляционной инстанции считает возможным применение разъяснений в отношении положений статьи 61.11 Закона о банкротстве, данных в постановлении № 53, к спорным правоотношениям.

Как разъяснено в пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление № 53), согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

Под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента). Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения; если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход. Если к ответственности привлекается лицо, являющееся номинальным либо фактическим руководителем, иным контролирующим лицом, по указанию которого совершена сделка, или контролирующим выгодоприобретателем по сделке, для применения презумпции заявителю достаточно доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам.

Вместе с тем существенная убыточность сделки является оценочной категорией, поскольку в каждом конкретном случае суд устанавливает фактические обстоятельства дела, размер сделки применительно к масштабам деятельности должника и в этой связи определяет, является ли убыточность существенной с учетом представленных доказательств.

В соответствии с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 21.04.2016 № 302-ЭС14-1472, суд должен проверить каким образом действия контролирующего лица повлияли на финансовое состояние должника.

Согласно подпункту 5 пункта 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" (далее - постановление N 62) недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

В соответствии с пунктом 7 постановления № 62 не является основанием для отказа в удовлетворении требования о взыскании с директора убытков сам по себе тот факт, что действие директора, повлекшее для юридического лица негативные последствия, в том числе совершение сделки, было одобрено решением коллегиальных органов юридического лица, а равно его учредителей (участников), либо директор действовал во исполнение указаний таких лиц, поскольку директор несет самостоятельную обязанность действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации). В то же время наряду с таким директором солидарную ответственность за причиненные этой сделкой убытки несут члены указанных коллегиальных органов.

Следовательно, в рассматриваемом случае, банку необходимо доказать наличие конкретных действий (указаний) этих лиц, которые были исполнены должником в виде совершения сделок или иных юридических действий и именно вследствие этих сделок и действий у должника уменьшились стоимость или размер имущества и (или) увеличился размер имущественных требований к должнику.

Исходя из частей 1 и 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Как установлено судом и следует из материалов дела, в период с в период с 29.09.2006 по 07.02.2013 ФИО2 являлся генеральным директором должника, в период с 08.02.2013 по 11.08.2015 – генеральный директор ФИО8, что свидетельствует о наличии статуса контролирующих должника лиц.

Управляющий в качестве вменяемого ФИО2 и ФИО11 нарушения ссылается на то, что данными контролирующими лицами причинен существенный вред кредиторам, в связи с допущением налоговых правонарушений.

Так инспекцией Федеральной налоговой службы по г. Пятигорску Ставропольского края проведена выездная налоговая проверка общества по всем налогам и сборам за период с 01.01.2011 по 31.12.2013. По результатам проверки составлен акт, вынесено решение от 21.01.2016 № 09-21- 1/1 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, в соответствии с которым обществу доначислены суммы налогов, пени, и штрафов, всего в размере 268 476 058 руб., в том числе: НДС в размере 113 807 642 руб., налог на прибыль организаций в размере 74 193 519 руб., транспортный налог в размере 130 рублей; штрафные санкции по ст.122 НК РФ за неуплату НДС за 4 квартал 2012, 1-4 квартал 2013 в размере 5 262 324,6 руб., налога на прибыль организаций за 2012,2013 гг. в размере 10 748 510 руб., транспортного налога за 2013 год в размере 26 руб.; штрафные санкции по ст.123 НК РФ за несвоевременную уплату НДФЛ за 2013 в размере 149 139 руб.; начислены пени за неуплату НДС за 1-4 квартал 2011, 1-4 квартал 2012, 1-4 квартал 2013 г в размере 39288546 руб., налога на прибыль организаций за 2011-2013 гг. в размере 25 013 755 руб., транспортного налога за 2013 год в размере 18 руб., несвоевременную уплату НДФЛ в размере 12376 рублей. 

Решением Арбитражного суда Ставропольского края по делу №А63-6251/2016 от 13.10.2016 в удовлетворении заявления ЗАО «ПП «Поток», ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> о признании незаконным вышеуказанного решения налогового органа отказано. Постановлением Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда по делу А63-6251/2016 от 21.12.2016 судебный акт первой инстанции оставлен без изменения. 

Как установлено в судебных актах и в акте налоговой проверки, руководством ЗАО «ПП «Поток» за период с 2011 года по 2013 год осуществлялись фиктивные операции связанные с налогообложением. 

В указанный период руководителями ЗАО «ПП «Поток» являлись ФИО2 и ФИО8 

Приговором Пятигорского городского суда Ставропольского края ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 2 ст. 199 УК РФ. Поводом для привлечения к уголовной ответственности являлось занижение налогооблагаемой базы в результате совершения фиктивных сделок должника. 

Определением суда первой инстанции от 19.05.2017 по данному делу требования уполномоченного органа включены в реестр требований кредиторов ЗАО «ПП «Поток» в сумме 26 480,53 руб. во вторую очередь, в сумме 191 214 445, 92 руб. в третью очередь, в сумме 101 446 381,01 руб. в третью очередь после погашения основной суммы задолженности.

Налоговым органом установлено и в решении инспекции от 21.01.2016 зафиксировано, что должник заключал сделки с контрагентами, основной целью которых являлось уклонение от уплаты налогов, а не фактическое осуществление деятельности. Должником был создан формальный документооборот в целях минимизации налоговых обязательств, выразившийся в применении налоговых вычетов по НДС обществом, находящимся на общей системе налогообложения, путем вовлечения контрагентов, фактически не участвовавших в поставке товаров (работ, услуг) должнику. 

Из материалов дела между должником и ООО «Лотус» заключены договоры субподряда № 1283/СП от 21.04.2011, № 1318/СП от 03.11.2011. От имени ЗАО «ПП «Поток» названные договоры подписал - генеральный директор ФИО2 Согласно условиям договоров ООО «Лотус» обязуется выполнить по заданию ЗАО «ПП «Поток» комплекс строительно-монтажных работ по объектам: строительство волоконнооптической линии связи с использованием ВЛ 110-35 кВ на территории Ставропольского края и Карачаево-Черкесской Республики, ВЛ 220 кВ Владивосток-Зеленый Угол, ЛЭП 220 кВ Зеленый Угол-Русская( п.1 договоров).

 Из анализа движения денежных средств по расчетному счету ЗАО «ПП «Поток» и карточки счета 60 «Расчеты с поставщиками и подрядчиками» за 2011-2012г.г. установлено, что должник в 2011 году не оплачивал оказанные услуги ООО «Лотус», кредиторская задолженность по состоянию на 31.12.2011 составила 80 363 952 руб. 

В рамках дела №А63-6251/2016 установлено, что представленные в обоснование понесенных расходов по сделкам с ООО «Лотус» документы, не подтверждают реальности осуществления хозяйственной деятельности вышеуказанным контрагентом общества, поскольку контрагент налогоплательщика не имел реальной возможности для совершения заявленных хозяйственных операций, в виду отсутствия у названных обществ материально-технической базы, производственно-технического персонала, необходимых для выполнения работ по строительству и ремонту, а также необходимых лицензий и свидетельств СРО. Следовательно, целью заключения вышеуказанных договоров является умышленное создание видимости хозяйственных операций и создание формального документооборота для получения необоснованной налоговой выгоды. Данное обстоятельство привело к неправомерному завышению заявителем расходов по налогу на прибыль в размере 68 105 034 руб. и неуплате налога в размере по налогу на прибыль за 2011 год в сумме 13 621 007 руб. 

Между тем, ЗАО «ПП «Поток» имело реальную возможность выполнить работы без привлечения подрядчиков. Согласно штатному расписанию ЗАО «ПП «Поток» в штате имеются: инженеры, монтажники связи, монтажники оборудования связи, электромонтажники, главный энергетик, прораб, инженеры-строители, инженергеодезист, инженер-сметчик, техники – проектировщики, инженеры-проектировщики, инженеры-строители. 

Из материалов дела следует, что между должником и ООО «Корус» заключены договоры № 1273 от 15.02.2011, № 8/К-2011 от 03.03.2011, № 9/К-2011 от 21.03.2011. Подписантом со стороны должника ФИО2, а со стороны контрагента ФИО12 

Вместе с тем, почерковедческим исследованием, проведенным ЭКЦ ГУ МВД России по СК (Справка об исследовании №244 от 06.08.2015) установлено, что подписи руководителя ООО «Корус» в договорах, счет-фактурах, актах о приемке выполненных работ (форма КС-2), справках о стоимости выполненных работ и затрат (форма КС3), актах на выполнение работ-услуг, товарных накладных от лица ФИО12, выполнены другим лицом.

Указанное выше, свидетельствует о том, что ООО «Корус» не осуществляло работ для ЗАО «ПП «Поток» в 2011-2012г. в виду отсутствия необходимых условий для достижения конечных результатов, лишь формально оформляло их документами для получения вычетов по НДС.

Следовательно, ЗАО «ПП «Поток» для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом, а направленные на получение необоснованной налоговой выгоды в виде неправомерного включения в налоговые вычеты сумм НДС по сделкам, совершенным с ООО «Корус» за 2011 год в размере 35 532 122 руб., из них: за 1 квартал 2011 г. – 2 173 599 руб., за 2 квартал 2011г. – 11 441 791 руб., за 3 квартал 2011 г. – 15 989 822 руб., за 4 квартал 2011 г. – 5 926 910 руб., за 2012 год в размере 1 393 889 руб., из них: за 1 квартал 2012 г. – 1 393 889 руб. 

Так обществом включены в состав расходов по налогу на прибыль за 2011 год расходы за выполненные строительно-монтажных работ, за работы по предоставлению каналов связи, работы по разработке и согласованию проектно-сметной документации ООО «Корус» в сумме 25 244 527 руб. 

Решением Арбитражным судом Ставропольского края по делу №А63-6251/2016 от 13.10.2016 установлено, что представленные документы в обоснование понесенных расходов по сделкам с ООО «Корус» не подтверждают реальности осуществления хозяйственной деятельности вышеуказанным контрагентом общества, поскольку названный контрагент налогоплательщика не имел возможности для совершения заявленных хозяйственных операций в виду отсутствия у названных обществ материально-технической базы, производственно-технического персонала, необходимых для выполнения работ по строительству и ремонту, по разработке и согласованию проектно-сметной документации, лицензий и свидетельств СРО. ЗАО «ПП «Поток» фактически не понесены расходы по оплате контрагенту выполненных работ; анализ движения денежных средств по расчетным счетам контрагента свидетельствует о нереальном характере деятельности контрагентов, о создании видимости хозяйственных операций и формального документооборота в целях получения необоснованной налоговой выгоды, что привело к неправомерному завышению обществом расходов по налогу на прибыль в размере 25 244 527 руб. и неуплате налога в размере по налогу на прибыль за 2011 год в сумме 5 048 905 руб. 

В январе и феврале 2011 года должником в лице ФИО2 заключены договоры с ООО «Энергострой» (№ 6ЭС от 11.01.2011, № 1260 от 14.01.2011, № 11М от 10.02.2011). 

По данному контрагенту так же установлен нереальный характер деятельности контрагентов, создание видимости хозяйственных операций и формального документооборота в целях получения необоснованной налоговой выгоды, что привело к неправомерному завышению ЗАО «ПП «Поток» расходов по налогу на прибыль в размере 8 905 644 руб. и неуплате налога в размере по налогу на прибыль за 2011 год в сумме 1 781 129 руб. Установлены факты перечисления денежных средств с расчетного счета ООО «Энергострой» в 2011 году на расчетные счета физических лиц, в том числе: ФИО2 в размере 1 193 722 руб., что свидетельствует об обналичивание поступивших на счет контрагента денежных средств. 

Аналогичная ситуация обстояла с контрагентом ООО «Энергопроект», с которым 11.07.2011 ЗАО «ПП «Поток» в лице генерального директора ФИО2 заключен договор №003. 

В результате указанных действий должник в 2011 году неправомерно включал в налоговые вычеты суммы НДС по фиктивным сделкам с ООО «Энергопроект» в сумме 952 279 руб. 

Факты обналичивания денежных средств в сумме 562 740 руб. через личный счет ФИО2 так же подтверждены материалами дела. Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

В 2012 году ФИО2 от имени должника заключил договор ООО «Фрегат» № 15/12 от 23.05.2012. Указанное послужило неправомерному включению в 2012 году в налоговые вычеты суммы НДС по фиктивной вышеуказанной сделке с ООО «Фрегат» в сумме 356 949 руб. 

По контрагенту ООО «Гравитон» ЗАО «ПП «Поток» предъявило налоговый вычет по НДС в 2012 году в сумме 42 345 065 руб., из них: за 3 квартал 2012 г. – 33 958 788 руб., за 4 квартал 2012 г. – 8 386 277 руб., в 2013 году в сумме 3 292 128 руб., из них: за 1 квартал 2013 г. – 34руб., за 2 квартал 2013 г. – 2 543 743 руб., за 3 квартал 2013 г. – 748 351 руб. 

Данные вычеты основаны на следующих договорах: - договор № 1275/СП от 24.03.2011 на выполнение работ по сооружению средств связи на ПС 330 кВ Артем (Республика Дагестан) и на ПС 330кВ Моздок (Республика Северная Осетия-Алания), к проверке не был представлен. В ответ на требование № 09-21/007753 от 17.06.2015 налогового органа ЗАО «ПП «Поток» сообщило, что истребуемый договор не может быть представлен в связи с его отсутствием (вх. №015424 от 01.07.2015). Работы по договору принимал генеральный директор ЗАО «ПП «Поток» ФИО2 - договоры № 20/12СП от 27.06.2012, № 28 от 27.09.2012, № СУБ/п 28/01/2012П от 12.02.2013, подписанные от имени ЗАО «ПП «Поток» генеральным директором ФИО2 Работы по названным договорам также принимались ФИО2 - договор подряда № СУБ/п 41-12 от 05.11.2012 от имени ЗАО «ПП «Поток» подписан генеральным директором ФИО2 Работы по договору принимались генеральным директором ЗАО «ПП «Поток» ФИО8 - договор подряда № СУБ/п 01/01/2013П от 25.01.2013, от имени ЗАО «ПП «Поток» подписан ФИО2, а со стороны ООО «Гравитон» руководителем ФИО8 Работы по договору принимались генеральным директором ЗАО «ПП «Поток» ФИО8 - договор подряда № 1-05 от 06.05.2013 подписан генеральным директором ФИО8, им же и принимались работы по договору. - договор № 2-05 от 06.05.2013 на выполнение работ по разработке проектной документации «Расширение ПС 220 кВ Зимовники» не представлен. В ответ на требование налогового органа № 09-21/008728 от 06.07.2015 ЗАО «ПП «Поток» сообщило, что договор не может быть представлен в связи с его отсутствием (вх. №018189 от 30.07.2015). Работы по договору принимал генеральный директор ЗАО «ПП «Поток» ФИО8 - договор № 03-СМР от 02.04.2013 на поставку товара, указанный в товарной накладной №20 от 20.04.2013 к проверке не представлен. В ответ на требование налогового органа № 09-21/008728 от 06.07.2015 общество сообщило, что договор не может быть представлен в связи с его отсутствием (вх. №018189 от 30.07.2015). Работы по договору принимались ФИО8

Из протокола допроса № 689 от 10.11.2014 ФИО13 – руководителя ООО «Гравитон», подписывавшего вышеуказанные договоры от лица своего общества, ФИО13 учредителем и руководителем названного общества не являлся, документов от лица ООО «Гравитон», не подписывал. 

В ходе проведения почерковедческих исследований ЭКЦ ГУ МВД России по Ставропольскому краю (справка об исследовании №244 от 06.08.2015г.) установлено, что подписи руководителя ООО «Гравитон» ФИО13 в договорах, счетах-фактурах, актах, товарных накладных, выполнены не ФИО13 

Из материалов дела обществом включены в состав расходов по налогу на прибыль за 2012, 2013годы по вышеуказанным договорам с ООО «Гравитон» в сумме 199 222 577 руб.

С учетом изложенного, руководителями должника ФИО2 и ФИО8 неправомерно завышались расходы по налогу на прибыль в 2012 году в размере 185 781 107 руб., в 2013 году в размере 13 441 470 руб., что привело к неуплате налога на прибыль за 2012 год - 37 156 221 руб., за 2013 год – 2 688 294 руб.

При этом, в указанный период подтверждены факты перечисления денежных средств с расчетного счета ООО «Гравитон» на личный счет физического лица - ФИО2 в сумме 20 336 500 руб. 

Аналогичная ситуация и с контрагентами ООО «Промэнерго» и ООО «Кавказспецстрой». Договора с данными обществами от лица ЗАО «ПП «Поток» подписаны ФИО8

По контрагенту ООО «Промэнерго» ЗАО «ПП «Поток» предъявило налоговый вычет по НДС в сумме 13 790 898 руб., в т.ч.: за 3 квартал 2013 – 38 136 руб., за 4 квартал 2013 – 13 752 762 руб., однако анализ движения денежных средств по расчетным счетам контрагента свидетельствует о нереальном характере деятельности контрагентов, о создании видимости хозяйственных операций и формального документооборота в целях получения необоснованной налоговой выгоды, что привело к неправомерному завышению обществом расходов по налогу на прибыль в 2013 году в размере 64 810 625 руб. и неуплате налога на прибыль за 2013 год в сумме 12 962 125 руб. 

По контрагенту ООО «Кавказспецстрой» ЗАО «ПП «Поток» предъявило налоговый вычет по НДС в сумме 842 320 руб., в т.ч.: за 3 квартал 2013 – 636 468 руб., за 4 квартал 2013 – 205 852 руб., вместе с тем учитывая мнимый характер хозяйственных операций и создание формального документооборота, неправомерное завышение расходов по налогу на прибыль в 2013 году составило - 4 679 552 руб., а неуплата налога на прибыль за 2013 год - 935 910 руб. 

С учетом изложенного, анализ вышеизложенных обстоятельств, бесспорно свидетельствует о фиктивности совершенных в период с 01.01.2011 по 31.12.2013 операций под руководством ФИО2 и ФИО8, создании видимости хозяйственных операций и формальном документообороте с целью получения необоснованной налоговой выгоды, в виде незаконно заявленных вычетов по НДС и неправомерного включения в состав расходов в целях исчисления налога на прибыль по операциям налогоплательщика с ООО «Лотус», ООО «Энергострой», ООО «Энергопроект», ООО «Корус», ООО «Фрегат», ООО «Гравитон», ООО «Промэнерго», ООО «Кавказспецстрой». 

По вышеуказанным контрагентам перечислены денежные средства со счета ЗАО «ПП Поток» по фиктивным сделкам, установленным решением от 21.01.2016 № 09-21-1/1 и решением Арбитражного суда СК от 13.10.2016 по делу №А63-6251/2016, в последующем обналиченным путем перечисления на личный счет ФИО2 в общем размере 45 670 354,00 руб. 

Таким образом, указанное выше свидетельствует о совершении контролирующими должника лицами – ФИО2, ФИО8 налоговых правонарушений за период с 01.01.2011 по 31.12.2013.Следовательно, приняв во внимание установленные при проведении налоговой проверки обстоятельства, суд первой инстанции пришел к правильному и обоснованному выводу о том, что контролировавшие должника лица, и получавшие необоснованную выгоду от неправомерных действий в период с 01.01.2011 по 31.12.2013 несут предусмотренную Законом о банкротстве ответственность.

Довод ФИО2 относительно того, что на момент прекращения его полномочий в качестве руководителя должника (08.02.2013), у последнего отсутствовали признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества, учитывая информацию о величине активов должника на 2013 год в размере 417 331 тыс. руб., размещенную на информационном ресурсе в сети интернет, судом апелляционной инстанции отклоняется, поскольку с учетом недобросовестных действий ответчика, в виде направленности действий общества, в лице его руководителей, на получение необоснованной налоговой выгоды, умышленному и необоснованному искажению хозяйственных операций, бухгалтерской отчетности и фиктивному документообороту, сумма задолженности  должника по обязательным платежам составила 96,37% от общего размера требований кредиторов.

С учетом изложенного, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о наличии оснований для привлечения ФИО2, ФИО8 к субсидиарной ответственности на основании абз. 3, 5 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

Управляющим также заявлено требование о привлечении ФИО6 к субсидиарной ответственности.

В обосновании заявленного требования управляющий ссылается на то, что контролирующим должника лицом - ФИО6 причинен существенный имущественный вред кредиторам ЗАО «ПП «Поток».

Так в период с 12.08.2015 по 01.11.2016 – генеральный директор ФИО6. Кроме того, в период с 01.11.2013 по 30.07.2015 ФИО6 являлся первым заместителем генерального директора (Приказ № 207лс от 01.11.2013). 

Указанное свидетельствует о наличии статуса контролирующего должника лица.

Из материалов дела следует, генеральным директором ЗАО «ПП «Поток» ФИО6 заключен ряд сделок, которые привели к невозможности взыскания в конкурсную массу должника ликвидной дебиторской задолженности к ООО «СтройГазИнвест», в частности: - Определением АС СК от 22.10.2018 признаны недействительными договор уступки прав (цессии) № 4/Э от 04.04.2016г., заключенный между ЗАО «ПП «Поток» (Цедент) и ООО «Энергострой», и договор уступки прав (цессии) № 24/П от 11.04.2016, заключенный между должником (Цедент) и ООО «Промэнерго», взыскано с ООО «Энергострой» в пользу ЗАО «ПП «Поток» 1 500 000 руб. - Определением АС СК по делу №А63-6094/2016 от 30.05.2019 признаны недействительными договоры уступки прав требования (цессии) № 1/Э от 04.04.2016, №21/П от 11.04.2016, заключенные между ЗАО «ПП «Поток» (Цедент) и ООО «Энергострой», в пользу должника взыскано 4 500 000 руб. - Определением АС СК по делу № А63-6094/2016 от 30.05.2019 признаны недействительными договоры уступки прав требования (цессии) № 2/Э от 04.04.2016, № 22/П от 11.04.2016, заключенные между должником (Цедент) и ООО «Энергострой», в пользу должника взысканы 3 000 000 руб. - Определением АС СК по делу №А63-6094/2016 от 30.05.2019 признаны недействительными договоры уступки прав требования (цессии) № 3/Э от 04.04.2016, № 23/П от 11.04.2016, заключенные между ЗАО «ПП «Поток» (Цедент) и ООО «Энергострой», в конкурсную массу взыскано 1 500 000 руб. 

Так ЗАО «ПП «Поток» владело 45% доли в ООО «Энергострой», указанное свидетельствует о заключении ФИО6 договоров с аффилированным лицом - ООО «Энергострой». 

Более того, ФИО6 также заключены договоры с ООО «Промэнерго», согласно решению АС СК по делу №А63-6251/2016 от 13.10.2016 данная организация обладала всеми признаками «фирмы-однодневки». 

Следовательно, действиями ФИО6 кредиторам должника причинен ущерб в виде невозможности получения в конкурсную массу ликвидной дебиторской задолженности к ООО «СтройГазИнвест» на общую сумму – 10 500 000 руб. (сумма, полученная ООО «Энергострой» по недействительным сделкам). 

Из материалов дела следует, что между должником в лице ФИО6 и ООО «Строймонтажпроект» (Цессионарий) заключены договоры уступки прав требования к ПАО «Ставропольэнергосбыт». ПАО «Ставропольэнергосбыт» в пользу ООО «Строймонтажпроект» исполнены обязательства в полном объеме, а именно, перечислено – 13 806 654,78 руб. Вместе с тем, указанная сделка решением Арбитражного суда г. Москвы по делу №А40-131939/17-144-1236 от 09.10.2017 признана недействительной, с ответчика взыскана сумма в размере 13 513 856,70 руб. 

В рамках исполнения судебного акта, в отношении ООО «Строймонтажпроект» возбуждено исполнительное производство 05.03.2018, денежные средства до настоящего момента не взысканы. 

При этом, согласно сведениям, из ЕГРЮЛ 04.07.2019 ООО «Строймонтажпроект» прекратило деятельность. 

Следовательно, указанное послужило основанием для невозврата спорной денежной суммы должнику.

Таким образом, ФИО6 исполняя обязанности генерального директора ЗАО «ПП «Поток» совершил противоправные действия по отчуждению реальной к взысканию дебиторской задолженности, чем причинил реальный ущерб кредиторам должника в указанном размере. Доказательств обратного не представлено, спорные денежные средства не возвращены.

Аналогичная ситуация сложилась относительно отчуждения ФИО6 в пользу ООО «Энергострой» ликвидной дебиторской задолженности в отношении ПАО «Ставропольэнергосбыт». 

Так генеральным директором должника ФИО6 заключен договор №12/Ц от 16.05.2016, согласно которому ЗАО ПП «Поток» (Цедент) уступает, а ООО «Энергострой» (Цессионарий) принимает право требования к ПАО «Ставропольэнергосбыт» на сумму 2 836 139,69 руб. ПАО «Ставропольэнергосбыт» в соответствии с договором цессии были перечислены денежные средства в указанном размере в пользу ООО «Энергострой».

 Определением суда от 26.04.2018 в рамках настоящего дела удовлетворено заявление конкурсного управляющего о признании недействительным акта взаимозачета № 125 от 16.05.2016 на сумму 2 806 139,69 руб., заключенного между должником и ООО «Энергострой», задолженность ООО «Энергострой» перед ЗАО «ПП «Поток» восстановлена в размере 2 806 139,69 руб. 

Так же определение суда от 22.03.2018 по настоящему делу признаны недействительными сделками - акты взаимозачетов № 227 от 30.09.2016 на сумму 45 900 руб., № 257 от 29.08.2016 на сумму 515 767,89 руб., № 222 от 23.08.2016 на сумму 2 868 840 руб., заключенные между ЗАО «ПП «Поток» в лице ФИО6 и ООО «Энергострой». Дебиторская задолженность ООО «Энергострой» перед ЗАО «ПП «Поток» составила 3 430 507,89 руб.

Определением Арбитражного суда Ставропольского края от 05.06.2018 по делу № А63-6094/2016 признано недействительным соглашение об уступке прав требования от 14.05.2016 № 3/П, заключенное между должником в лице ФИО6 и ООО «Энергострой», применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с последнего в конкурсную массу суммы неосновательного обогащения в размере 166 937,50 руб. 

Вместе с тем 14.06.2019 в отношении ООО «Энергострой» (ИНН 

<

***>) внесена запись в ЕГРЮЛ о прекращении деятельности. 

Следовательно, взыскание с ООО «Энергострой» вышеуказанной суммы невозможно.

Таким образом, заключение руководителем должника вышеуказанных договоров уступки прав требования и актов взаимозачета, свидетельствует о выводе имущества должника с целью причинения вреда интересам кредиторов. 

Определением суда от 10.10.2018 по настоящему делу признано недействительным соглашение о прощении долга от 04.05.2016, заключенное между должником (подписант - ФИО6) и ООО «Высотник». С ООО «Высотник» в конкурсную массу должника взысканы 132 642,16 руб. 

Также признан недействительным договор об уступке прав требования от 12.05.2016 заключенный с АО «ПП Поток», г. Москва, в конкурсную массу возвращена задолженность в размере 579 902,04 руб. 

01.07.2016 между ЗАО «ПП «Поток» (Цедент) и ООО «Промэнерго» (Цессионарий, Новый кредитор) заключено соглашение об уступке прав требования № 27/Ц, согласно которому: ЗАО «ПП Поток» уступает, а ООО «Промэнерго» принимает право требования долга по следующим договорам: договор купли-продажи № 19/11 от 28.03.2016, договор уступки прав № 25/П от 12.05.2016, договор купли-продажи № 26/П от 01.07.2016. Поименованные договоры заключены между ЗАО «ПП «Поток» и АО «ПП «Поток», г. Москва. Сумма уступаемых требований составила – 1 187 115,19 руб. 

Согласно пункту 3.1. договора от 01.07.2016 в счет оплаты уступаемого права (требования) Новый кредитор обязуется уменьшить ЗАО «ПП «Поток» сумму задолженности по договору уступки прав № 68 от 19.01.2015 в размере 1 187 115,19 руб. То есть фактически произведен зачет взаимных однородных требований. Сделки совершены генеральным директором ЗАО «ПП «Поток» ФИО6

Таким образом, указанные выше действия по заключению недействительных договоров повлекли за собой вывод ликвидного имущества должника, в связи с чем ФИО6 причинил вред имущественным интересам кредиторов. 

Кроме того, ФИО6 подписаны акты взаимозачетов с ООО «Промэнерго по фиктивным договорам: акт взаимозачета № 128 от 30.06.2016. Согласно пункту 1 названного Акта задолженность ЗАО «ПП «Поток» перед ООО «Промэнерго» составляет 50 763 636,79 руб. по следующим договорам: договор подряда № 67 от 30.07.2013 - 9 374 228,51 руб., договор цессии № 68 от 19.1.2015 - 40 456 255,78 руб., договор № 308 от 02.03.2013 - 769 020,16 руб., договор подряда № 324 от 10.09.2013 - 164 132,34 руб. В силу пункта 2 Акта задолженность ООО «Промэнерго» перед ЗАО «ПП «Поток» составляет 50 763 636,79 руб. по следующим договорам: договор поставки № 13/П от 21.03.2016 - 50 763 636,79 руб. акт взаимозачета № 234 от 04.07.2016. Согласно пункту 1 Акта задолженность ЗАО «ПП «Поток» перед ООО «Промэнерго» составляет 57 468,95 руб. по следующим договорам: договор цессии № 68 от 19.01.2015 - 57 468,95 руб. Пунктом 2 Акта установлена задолженность ООО «Промэнерго» перед ЗАО «ПП «Поток» - 57 468,95 руб. по договору поставки № 13/П от 21.03.2016. акт взаимозачета № 94 от 01.04.2016. Согласно пункту 1 Акта задолженность ЗАО «ПП «Поток» перед ООО «Промэнерго» составляет 3 701 418,00 руб. по следующим договорам: договор подряда № 320 от 04.09.2013 – 1 900 751,12 руб., договор подряда № 323 от 09.09.2013 – 953 101,44 руб., договор подряда № 324 от 10.09.2013 – 847 565,44 руб. Пункт 2 Акта устанавливает задолженность ООО «Промэнерго» перед ЗАО «ПП «Поток» в 3 701 418,00 руб., вытекающую из по договора поставки № 13/П от 21.03.2016. акт взаимозачета № 69 от 31.06.2014, согласно которому задолженность ЗАО «ПП «Поток» перед ООО «Промэнерго» составляет 39 265 827,47 руб. по договору № 308 от 02.09.2013 - 39 265 827,47 руб. Задолженность ООО «Промэнерго» перед ЗАО «ПП «Поток» составляет 39 265 827,47 руб. акт взаимозачета № 182 от 30.06.2014 устанавливает задолженность ЗАО «ПП «Поток» перед ООО «Промэнерго» в размере 7 274 722,85 руб. по договору подряда № 319 от 02.09.2013 - 7 274 722,85 руб. и задолженность ООО «Промэнерго» перед ЗАО «ПП «Поток» составляет 7 274 722,85 рублей по основному договору. Взаимозачет произведен на сумму - 7 274 722,85 руб. акт взаимозачета № 206 от 30.09.2014 устанавливает задолженность ЗАО «ПП «Поток» перед ООО «Промэнерго» в размере 222 761,01 руб. по договору подряда № 319 от 02.09.2013 - 222 761,01 руб. и задолженность ООО «Промэнерго» перед ЗАО «ПП «Поток» в размере 222 761,01 руб. по основному договору. акт взаимозачета № 312 от 31.12.2014 устанавливает задолженность ЗАО «ПП «Поток» перед ООО «Промэнерго» в сумме 44 217 997,88 руб. по договорам: основной договор - 21 334,07 руб., договор № 308 от 02.09.2013 - 35 855 774,39 руб., договор подряда № 319 от 02.09.2013 - 8 340 889,42 руб., и задолженность ООО «Промэнерго» перед ЗАО «ПП «Поток» в размере 44 217 997,88 руб. по основному договору.

С учетом указанных выше актов взаимозачета, образовалась задолженность ЗАО «ПП «Поток» перед ООО «Промэнерго» по следующим договорам: договор подряда № 67 от 30.07.2013, договор подряда № 308 от 02.03.2013, договор подряда № 324 от 10.09.2013, договор подряда № 319 от 02.09.2013, договор подряда № 320 от 04.09.2013, договор подряда № 323 от 09.09.2013, договор подряда № 324 от 10.09.2013.

При этом, в мотивировочной части решения Арбитражного суда Ставропольского края по делу № А63-6251/2016 от 13.10.2016 установлено, что вышеуказанные сделки между ООО «Промэнерго» и ЗАО «ПП «Поток» являются фиктивны. 

Определением Арбитражного суда Ставропольского края от 22.06.2018 по делу №А63-6094/2016 признаны недействительными сделками - акты взаимозачета от 30.06.2014 № 182, от 31.06.2014 № 69, от 30.09.2014 № 206, от 31.12.2014 № 312, от 01.04.2016 № 94, от 04.07.2016 № 234, от 30.06.2016 № 128, заключенные между должником и ООО «Промэнерго». Применены последствия недействительности вышеуказанных сделок - восстановлена задолженность ООО «Промэнерго», г. Москва, ОГРН 

<

***>, перед ЗАО «ПП «Поток», г. Пятигорск, ОГРН 

<

***>, в сумме 145 503 832,95 руб. по договору поставки от 21.03.2016 № 13/П, основному договору без даты и номера.

При этом, решением суда по делу №А63-6251/2016 от 13.10.2016 признано «фирмой-однодневкой».

Следовательно, отсутствует возможность для возврата спорных денежных сумм в конкурсную массу должника, что повлекло за собой причинение вреда имущественным правам кредиторов на сумму 145 503 832,95 руб.

Также ФИО6 совершены ряд иных сделок, повлекших за собой причинение вреда имущественным правам кредиторов.

Определением суда от 02.07.2018 по настоящему делу, признан недействительным договор № 8/М от 12.05.2016 на оказание юридических и консультационных услуг, заключенный между должником и ООО «Ллойд Паттерсон», ИНН 

<

***>, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с последнего в пользу должника 333 663,00 руб.

Определением суда от 18.09.2018 признаны недействительными, заключенные между должником и ООО «Лина Северный Кавказ» договор № 26-0 от 04.04.2016 на оказание юридических и консультационных услуг, договор № 26-3 от 11.04.2016 на оказание юридических и консультационных услуг, применены последствия - взысканы в конкурсную массу 1 460 484,00 руб. 

Определением суда от 10.12.2018 признана недействительной сделка по перечислению денежных средств по платежному поручению № 77 от 06.06.2016 на сумму 1 300 000 руб., денежные средства взысканы с ООО «Руслан и К». 

Определением от 02.07.2018 признаны недействительными акты взаимозачета № 22 от 01.07.2015, № 313 от 31.12.2014, № 75 от 31.03.2016, № 116 от 20.05.2016, № 185 от 30.06.2016, № 278 от 30.09.2016, восстановлена взаимная задолженность ЗАО «ПП «Поток» и АО «ПП «Поток» в размере 6 755 756,52 руб.

Исследовав материалы дела по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принимая во внимание признание судом недействительными сделок, в результате которых кредиторам причинен ущерб, а также, учитывая, что механизм привлечения контролирующего лица к субсидиарной ответственности должен быть направлен на восстановление нарушенных прав кредиторов, судебная коллегия пришла к выводу о том, что указанные действия ФИО6 не отвечают интересам должника и кредиторов, а, следовательно, судом установлена недобросовестность и неразумность действий ФИО6 при совершении сделок и, соответственно, наличие оснований, предусмотренных абзацем 3 пункта 4 статьи 10 Закона № 134-ФЗ для привлечения указанного лица к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Конкурсный управляющий должника представил доказательства, свидетельствующие о том, что сделки заключались с нарушением действующего законодательства, на заведомо невыгодных для должника условиях, с учетом признания их недействительными в установленном законом порядке, а действия ФИО6 выходили за пределы обычного делового риска и были направлены на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

ФИО6 при принятии ключевых деловых решений действовал с нарушением принципов добросовестности и разумности, заключал сделки на заведомо невыгодных условиях, не соответствующих нормальному деловому риску.

С учетом вышеизложенного, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что заявление конкурсного управляющего должника о привлечении ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника следует признать обоснованным и подлежащим удовлетворению.

Управляющим также заявлено требование о привлечении ФИО14 к субсидиарной ответственности.

В обосновании заявленных требований управляющий ссылается на то, что на причинение контролирующим должника лицом вред имущественным правам кредиторов.

Так в период с 02.11.2016 по 27.04.2017 - генеральный директор ФИО14. 

Согласно справке держателя реестра ценных бумаг ЗАО «ВТБ-регистратор» от 25.04.2016 Ткач (ныне ФИО9) Екатерина Сергеевна (дочь ФИО2 и жена ФИО6) является владельцем акций ЗАО «ПП «Поток» в количестве 1 000 шт., что составляет 100% акций.

Указанное свидетельствует о наличии статуса контролирующего должника лица.

Из материалов дела следует, что обществом 09.04.2014 и 07.09.2015 по договорам купли-продажи №№ 311, 312, 313, 314, 315, 317, 318, 388 отчуждены транспортные средства и самоходные машины в пользу АО «ПП «Поток». Общая сумма по указанным сделкам составила – 9 848 000,00 руб.

Признавая вышеуказанные договоры купли-продажи недействительными сделками, суд в рамках обособленных споров указал, что в результате совершения оспариваемых сделок произошло уменьшение размера имущества должника, которое могло привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника, в том числе за счет его имущества. Учитывая, что должник прекратил исполнение своих обязательств перед кредиторами, в том числе по уплате обязательных платежей, и на момент совершения оспариваемых сделок он отвечал признаку неплатежеспособности, в результате оспариваемых сделок причинен вред имущественным правам кредиторов должника, поскольку произошло выбытие средств должника.

Между тем, в период заключения указанных договоров учредителем ЗАО «ПП «Поток» являлась ФИО10 (100 % акций). 

Согласно выписке из ЕГРЮЛ контрагента по данным сделкам - АО «ПП «Поток» ФИО10 являлась акционером и руководителем данного общества.

Указанное свидетельствует о том, что сделки  совершены между аффилированными лицами.  

Таким образом, являясь единственным участником общества, ФИО15 приняты решения о заключении вышеуказанных договор купли-продажи с аффилированным юридическим лицом, от лица которого являлась и подписантом оспоренных впоследствии договоров. Следовательно, ФИО15 одобряя заключение вышеуказанных сделок по отчуждению имущества должника, принимая его в собственность подконтрольного ей лица, не могла не осознавать, что своими действиями способствовала уменьшению конкурсной массы должника, и соответственна причинила имущественный вред кредиторам должника.

В связи с чем, судом первой инстанции обоснованно установлены основания для привлечения ФИО15 к субсидиарной ответственности на основании абз. 3 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

Довод апелляционной жалобы ФИО4 на то, что в период вменяемых деяний (заключение сделок) она находилась в отпуске по уходу за ребенком, судом апелляционной инстанции отклоняется, поскольку указанные выше сделки, признанные судом недействительными заключены от имени должника ФИО15 Следовательно, нахождение ответчика в отпуске по уходу за ребенку не свидетельствует о не причинении вменяемыми нарушениями вреда имущественным правам кредиторам.

Требования в части определения размера субсидиарной ответственности конкурсный управляющий должника суд приостановил производство по заявлению до окончания расчетов с кредиторами.

Согласно пункту 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве, если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 названного Закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

Учитывая, что конкурсным управляющим продолжаются мероприятия по формированию конкурсной массы и ее реализации, расчеты с кредиторами не произведены, суд считает необходимым приостановить производство по заявлению в части определения размера ответственности контролирующих деятельность должника лиц.

Доводы апеллянтов о пропуске управляющим срока исковой давности, отклоняется судебной коллегией, исходя из следующего.

В силу абзаца 4 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве, заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктом 2 и 4 данной статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом. В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом.

Данная применяемая норма абзаца четвертого пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве содержала указание на необходимость применения двух сроков исковой давности:

однолетнего субъективного, исчисляемого по правилам, аналогичным пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 07.05.2013 N 100-ФЗ);

трехлетнего объективного, исчисляемого со дня признания должника банкротом.

В соответствии с действующей редакцией Закона о банкротстве, в силу пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве заявление о привлечении к ответственности может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности.

Сроки, указанные в абзаце 4 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ) и пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ), являются специальными сроками исковой давности (пункт 1 статьи 197 Гражданского кодекса Российской Федерации), начало течение которых обусловлено субъективным фактором (моментом осведомленности заинтересованных лиц). При этом, данные сроки ограничены объективными обстоятельствами: они в любом случае не могут превышать трех лет со дня признания должника банкротом или со дня завершения конкурсного производства и десяти лет со дня совершения противоправных действий (бездействия).

Таким образом, положения Закона о банкротстве о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в редакции Федеральных законов от 28.06.2013 N 134-ФЗ и от 29.07.2017 N 266-ФЗ ограничили срок исковой давности по заявленному требованию тремя годами со дня признания должника банкротом.

Соответственно, заявление о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц могло быть предъявлено в пределах трехлетнего объективного срока, исчисляемого со дня признания должника банкротом.

В рассматриваемом случае, конкурсное производство в отношении должника введено решением Арбитражного суда Ставропольского края от 09.06.2017 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыта процедура конкурсного производства, конкурсный управляющий обратился в суд с рассматриваемым заявлением - 27.08.2018 (согласно штампа почтовой службы), следовательно, срок исковой давности для предъявления требования о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности не пропущен.

Срок для обращения в суд с заявлением о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, установленный абзацем 4 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве, заявителем не пропущен, в связи с чем доводы ответчиков о пропуске срока для обращения с соответствующим заявлением являются ошибочными.

Иные доводы жалобы основаны на неверном толковании норм материального права, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены оспариваемого судебного акта.

Учитывая изложенное, оценив в совокупности материалы дела и доводы апелляционной жалобы судебная коллегия считает, что выводы, изложенные в обжалуемом судебном акте, соответствуют обстоятельствам дела, судом применены нормы права, подлежащие применению, вследствие чего апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению.

Принимая во внимание изложенное, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что доводы апелляционной жалобы основаны на неверном толковании норм материального права и не влияют на правильность принятого по делу судебного акта, в связи с чем, отклоняются судом апелляционной инстанции.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и являющихся безусловными основаниями для отмены судебного акта, судом первой инстанции также не допущено.

Согласно положениям Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины в случае подачи апелляционных жалоб на определения, не указанные в приведенном подпункте статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, не предусмотрена. В связи с чем, уплаченная при подачи жалобы в суд государственная пошлина подлежит возврату заявителю.

Руководствуясь статьями 110, 266, 268, 271, 272, 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд,

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ставропольского края от 04.08.2021 по делу № А63-6094/2016 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения. 

Возвратить ФИО2 из средств федерального бюджета государственную пошлину в размере 3 000 рублей, уплаченную по чеку-ордеру от 24.08.2021 при подаче апелляционной жалобы.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий

З.А. Бейтуганов

Судьи

С.И. Джамбулатов

О.В. Марченко