АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА

 

Пушкина ул., д. 45, г. Хабаровск, 680000, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-2887/2023

24 июля 2023 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 18 июля 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 24 июля 2023 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи Чумакова Е.С.,

судей: Кушнаревой И.Ф., Никитина Е.О.

при участии: 

от ФИО1 – ФИО2, представитель по доверенности от 17.05.2021;

от публичного акционерного общества «Совкомбанк» – ФИО3 (онлайн), представитель по доверенности от 01.08.2021;

рассмотрел в судебном заседании, проведенном с использованием системы веб-конференции, кассационную жалобу финансового управляющего имуществом ФИО1 – ФИО4

на определение Арбитражного суда Хабаровского края от 01.02.2023, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 28.04.2023

по делу № А73-10728/2020

по заявлению финансового управляющего имуществом ФИО1 – ФИО4 

к ФИО5, ФИО6, ФИО10

о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности 

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО7, финансовый управляющий имуществом ФИО7 - ФИО8

в рамках дела о признании ФИО1 несостоятельной (банкротом)   

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Хабаровского края от 19.08.2020 на основании заявления публичного акционерного общества «Восточный экспресс банк» возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве)  ФИО1 (далее также – должник).

Определением от 21.12.2020  заявление признано обоснованным, в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО4.

Решением суда от 05.04.2021 ФИО1 признана несостоятельной (банкротом), открыта процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО4

В рамках указанного дела о банкротстве финансовый управляющий 17.03.2022 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной сделкой договора дарения от 30.04.2019, заключенного должником и ФИО5 (далее – ответчик), и применении последствий недействительности сделки в виде возвращения в конкурсную массу должника следующего имущества:

- земельного участка с кадастровым номером 23:40:0412020:173 площадью 287+/-6 кв.м. (дата государственной регистрации прекращения права: 07.05.2019);

- здания с кадастровым номером 23:40:041020:170, адрес: 

<

...>, общей площадью 699,5 кв.м. (дата государственной регистрации прекращения права: 07.05.2019);

- земельного участка с кадастровым номером 23:40:0412020:174 площадью 400+/- 7 кв.м. (дата государственной регистрации прекращения права: 07.05.2019).

Определением суда от 25.05.2022 к участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования                       на предмет спора, привлечены ФИО7                        (мать ФИО5), финансовый управляющий имуществом                   ФИО7 – ФИО8.

Определением суда от 14.06.2022 к участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования на предмет спора, привлечены ФИО6 ФИО9, ФИО10 (собственники спорного имущества в настоящее время).

Финансовым управляющим в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) заявлено ходатайство об уточнении требований, согласно которому просил признать недействительными сделки, в том числе договор купли-продажи между ФИО5 и ФИО10 от 15.01.2022, договор купли-продажи между ФИО5 и ФИО6 от 15.12.2021, применить последствия недействительности сделок в виде возврата спорного имущества в конкурсную массу должника.

Определением от 18.07.2022 суд привлек ФИО10 и ФИО6 к участию в обособленном споре в качестве ответчиков, исключив их из состава третьих лиц по спору.

Определением Арбитражного суда Хабаровского края от 01.02.2023, оставленным без изменения постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 28.04.2023, заявленные финансовым управляющим требования удовлетворены частично. Признан недействительным договор дарения от 30.04.2019, в качестве последствий недействительности сделки              с ФИО5 в пользу ФИО1 взыскано 40 855 500 руб. В удовлетворении остальной части требований отказано.

В кассационной жалобе финансовый управляющий просит определение от 01.02.2023, апелляционное постановление от 28.04.2023 изменить в части отказа в удовлетворении заявления о признании недействительными договоров купли-продажи от 15.12.2021 и от 15.01.2022, принять новый судебный акт о признании названных договоров недействительными и применении последствий их недействительности в виде возврата земельных участков и жилого дома в конкурсную массу ФИО1

Заявитель кассационной жалобы оспаривает вывод судов о добросовестности покупателей – ФИО10 и ФИО6, указывая, что совершение притворных сделок было вызвано желанием наделить конечных приобретателей статусом добросовестных, при этом оспариваемые сделки обладают всей совокупностью признаков условий, необходимых для признания их недействительными как по пунктам 1 и 2 Федерального закона Российской Федерации от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), так и по основаниям статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), и соответствующие доказательства имеются в материалах настоящего обособленного спора. Ссылается на отсутствие достаточных доказательств наличия у ФИО10 финансовой возможности предоставить встречное исполнение по договору купли-продажи, а также уплаты денежных средств со стороны ФИО6; осведомленность данных ответчиков о неплатежеспособности должника на дату заключения сделок.

Применительно к позиции о недобросовестности ФИО1 кассатор указывает, что передача спорного имущества своей внучке                      по договору дарения при наличии неисполненных обязательств свидетельствует о направленности таких действий в обход закона (статьи 309, 310 ГК РФ) с целью умышленного уклонения от исполнения своих обязательств путем сокрытия имущества от кредиторов и, соответственно, причинения им вреда.

Определением от 20.06.2023 указанная кассационная жалоба принята           к производству Арбитражного суда Дальневосточного округа, заседание по ее рассмотрению назначено на 15 час. 50 мин. 18.07.2023.

В представленных отзывах на кассационную жалобу ФИО1, ФИО5, ФИО10, ФИО6 приведены позиции о том, что определение суда первой инстанции от 01.02.2023 и постановлении апелляционного суда от 28.04.2023 в обжалуемой финансовым управляющим части являются законными и обоснованными, а доводы кассационной жалобы – несостоятельными и подлежащими отклонению.

При этом ФИО1 и ФИО5 в отзыве также просят отменить названные судебные акты в части признания недействительным договора дарения от 30.04.2019 (что окружным судом не принимается во внимание ввиду неподачи данными лицами самостоятельных кассационных жалоб; оспоренные судебные акты проверяются в обжалованной части).

В судебном онлайн-заседании суда округа представитель               ФИО1 поддержал доводы, изложенные в письменном отзыве, просил отклонить кассационную жалобу; представитель ПАО «Совкомбанк» высказался в поддержку позиции кассатора; участники процесса ответили на вопросы суда.

Заявитель жалобы, а также иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в том числе путем размещения соответствующей информации на официальном сайте арбитражного суда в сети «Интернет», в заседание суда не прибыли, что в соответствии с правилами части 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы в их отсутствие.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 АПК РФ с учетом доводов кассационной жалобы и отзывов на нее, Арбитражный суд Дальневосточного округа приходит к следующему.

Как следует из материалов дела и установлено судами двух инстанций, при проведении мероприятий в процедуре банкротства финансовым управляющим из ответа от 17.03.2021 Филиала ФГБУ «ФКП Росреестра» по Москве и предоставленной выписки из Единого государственного реестра недвижимости об имущественных правах в отношении ФИО1 установлено отчуждение должником следующих объектов недвижимого имущества:

- земельный участок, кадастровый номер 23:40:0412020:173, по адресу: Краснодарский край, муниципальное образование город-курорт Геленджик, 

<

...>, площадь 287 +/- 6 кв.м., дата государственной регистрации прекращения права 07.05.2019;

- здание, кадастровый номер 23:40:041020:170, по адресу: Краснодарский край, муниципальное образование город-курорт Геленджик, 

<

...>, площадь 699,5 кв.м., дата государственной регистрации прекращения права 07.05.2019;

- земельный участок, кадастровый номер 23:40:0412020:174, по адресу: Краснодарский край, муниципальное образование город-курорт Геленджик, 

<

...>, площадь 400 +/- 7 кв.м., дата государственной регистрации прекращения права 07.05.2019.

При этом установлено, что переход права собственности на недвижимое имущество на ФИО5 произведен на основании заключенного между ФИО1 и ФИО5, действующей с согласия своей матери ФИО7, договора дарения от 30.04.2019.

Далее, 15.12.2021 между ФИО5 (продавец) и            ФИО6 (покупатель) заключен договор купли-продажи земельного участка (кадастровый номер объекта: 23:40:0412020:174), цена объекта составила 2 800 000 руб.

15.01.2022 между ФИО5 (продавец) и ФИО10 (покупатель) заключен договор купли-продажи земельного участка и жилого дома (кадастровые номера 23:40:0412020:173, 23:40:041020:170), цена объектов составила 38 055 500 руб.

Совокупная стоимость объектов составила 40 855 500 руб.

Финансовый управляющий, ссылаясь на то, что сделки совершены между должником и ФИО5, как и последующее отчуждение имущества в пользу ФИО10 и ФИО6, с целью причинения вреда кредиторам, между заинтересованными лицами, являясь цепочкой сделок по выводу недвижимости из имущественной сферы должника, прикрывая единую сделку, обратился в арбитражный суд с заявлением о признании их недействительными в соответствии с положениям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также статьей 10, 168, 170 ГК РФ.

Руководствуясь нормативными положениями статей 61.1 - 61.2 Закона о банкротстве, статьей 170, 301, 302 ГК РФ и разъяснениями, содержащимися в абзацах третьем пункта 86, первом пункта 87, первом пункта 88 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», суд первой инстанции, выводы которого были поддержаны апелляционным судом, установив, что договор дарения заключен между заинтересованными лицами (бабушкой и внучкой) при наличии у должника как на момент его заключения так и на момент регистрации перехода права собственности спорного имущества к ответчику ФИО5 (07.05.2019) признаков неплатежеспособности, заключен должником с целью избежать обращения взыскания на данное имущество, то есть действия должника были направлены на вывод имущества и ущемление интересов кредиторов должника, признал, что в настоящем случае является доказанным наличие совокупности обстоятельств, влекущих недействительность названной сделки в силу положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Вместе с тем, суды двух инстанций не усмотрели оснований                     для признания последующих сделок недействительными как прикрывающими непосредственное отчуждение должником в пользу конечных приобретателей имущества, также как и оснований для истребования имущества у конечных собственников.

Кроме того, суды также отметили, что из приведенных финансовым управляющим доводов не усматривается пороков оспоренных сделок, выходящих за пределы дефектов подозрительных сделок, установленных статьей 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем оснований для признании их ничтожными на основании статьи 10 ГК РФ не имеется.

В частности, судами по результатам исследования и оценки представленных в материалы дела доказательств (в том числе выписок по счетам, выписок из ЕГРН, платежных поручений, документов,  подтверждающих несение расходов на ремонт здания и оплату коммунальных услуг (квитанции, чеки)) в совокупности с пояснениями, данными ответчиками и самим должником в ходе судебных заседаний, постановлены выводы о доказанности факта оплаты цены договоров, а также того обстоятельства, что имущество реализовано по рыночной цене,                при этом доказательства того, что должник и ответчики (ФИО6, ФИО10) являются заинтересованными лицами, что                   ФИО5 являлась промежуточным звеном в цепочке сделок, а имущество отчуждалось в конечном итоге только с целью вывода на ФИО6, ФИО10 после возбуждения производства по делу о банкротстве ФИО1 в материалах дела отсутствуют.

По изложенному суды  констатировали, что  ФИО6 и ФИО10 приобрели спорное недвижимое имущество у                ФИО5, право собственности которой зарегистрировано в установленном законом порядке; доказательств того, что, несмотря на наличие соответствующей регистрационной записи, данные лица знали об отсутствии у ФИО5 права на отчуждение спорных земельных участков и здания не представлено, равно как и  не установлено в процессе рассмотрения настоящего дела каких-либо обстоятельств, которые должны были вызвать у ФИО6 и ФИО10 сомнения относительно отчуждения имущества; при этом ФИО6 и ФИО10 являются последующими приобретателями и лицами, заплатившими рыночную цену за купленное имущество.

При таких обстоятельствах суды двух инстанций признали   ФИО6 и ФИО10 добросовестными приобретателями спорного имущества и в связи с этим отказали в его истребовании у них, применив в качестве последствий недействительности сделки только взыскание с ФИО5 в конкурсную массу должника денежных средств в размере стоимости здания и земельных участков, исходя из цены по договорам купли-продажи от 15.12.2021, 15.01.2022 – 40 855 500 руб.

Между тем судами первой и апелляционной инстанции не учтено следующее.

Согласно пункту 1 статьи 32 Закона о банкротстве, части 1 статьи 223 АПК РФ дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Согласно статьям 65, 71, 168, 170 АПК РФ обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права; при принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений; арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном их исследовании; результаты оценки доказательств суд отражает в судебном акте; в мотивировочной части решения суда должны быть указаны доказательства, на которых основаны выводы суда об обстоятельствах дела и доводы в пользу принятого решения, а также мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил приведенные в обоснование своих требований и возражений доводы лиц, участвующих в деле, законы и иные нормативные правовые акты, которым руководствовался суд при принятии решения.

В соответствии с частью 1 статьи 162 АПК РФ при рассмотрении дела арбитражный суд должен непосредственно исследовать доказательства по делу: ознакомиться с письменными доказательствами, осмотреть вещественные доказательства, заслушать объяснения лиц, участвующих в деле, показания свидетелей, заключения экспертов, консультации специалистов, а также огласить такие объяснения, показания, заключения, консультации, представленные в письменной форме.

Согласно статье 64 АПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела. Не допускается использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона.

В силу частей 1 и 3 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Вместе с тем, из имеющихся в материалах настоящего банкротного дела сведений и документов, в частности, следует, что вопрос о реальности произведенных сторонами по договорам купли-продажи от 15.12.2021, 15.01.2022 расчетов на значительную сумму в 40 855 500 руб. разрешен судами фактически исключительно на основании установленного обстоятельства о сделанных последовательно сначала ФИО6, а затем ФИО10 на счет ФИО5 ряда перечислений денежных средств, общая сумма которых (с учетом также представленной расписки на сумму 450 тыс.руб.) равнялась указанной (40 855 500 руб.).

Обстоятельства того, по каким именно основаниям и от кого поступали на счета покупателей (как в наличном, так и в безналичном порядке) в рассматриваемом времени периодические суммы, за счет которых ими делались последующие перечисления ФИО5, остались за рамками исследования и оценки судов, равно как и собственно вопросы о финансовой состоятельности покупателей (доходах, конкретных источниках, помимо только словесных заявлений общего характера и заявленного факта продажи ранее ФИО6 квартиры за 2,5 млн.руб., чего было явно недостаточно для объяснения по доводам сторон общей итоговой спорной суммы более чем в 40 миллионов рублей), притом, что управляющим приводились доказательства относительно их (несоотносимых с такой суммой) доходов.

Более того, как следует из представленных в дело выписок по счетам указанных лиц, проверка таких взаиморасчетов проводилась только по одному счету в Сбербанке по каждому ответчику; вместе с тем, из этих же выписок следовало использование в ряде случаев и иных счетов, включая карточные, что не позволяет прийти к выводу о необходимой полноте и всесторонности исследования доказательств нижестоящими судами.

Наконец, довод финансового управляющего о прямом совпадении в ряде случаев (и в целом по динамике всех произведенных в спорном периоде операций по счетам покупателей и продавца) сумм, сначала поступавших на счет ФИО6 (в последующем – ФИО10), затем переводившихся в пользу ФИО5, которая во всех случаях в скором времени снимала их со счета, а затем соотносимая сумма средств вновь поступала на счета покупателей и заново переводилась продавцу, также с точки зрения необходимости предоставления разумных объяснений сторон данному обстоятельству и совпадениям разрешения со стороны судов фактически не получил (кроме ссылки на то, что снятие средств           ФИО5 не означает транзитного характера расчетов).

Между тем, при наличии доказательств, свидетельствующих о недобросовестном поведении стороны по делу, именно эта сторона несет бремя доказывания добросовестности и разумности своих действий (пункт 1 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2015), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 26.06.2015).

Равным образом, ответчиками не приводилось и никаких объяснений тому обстоятельству, что среди операций по выписке ФИО6 имелся незаявленный сторонами в составе своих расчетов платеж от 24.09.2021 на сумму 500 тыс. руб. (с тем же назначением платежа – за соответствующий земельный участок), однако по каким-то причинам в данной части была представлена расписка о получении 450 тыс. руб. наличными.

Итоговое аккумулирование продавцом спорных средств в единой сумме в размере 40 855 500 руб. также материалами дела не подтверждено и судами не проверялось, несмотря на утверждения ФИО5 на их размещение под проценты.

По перечисленным обстоятельствам судам также следовало учесть, что в условиях банкротства должника, а значит очевидной недостаточности у последнего денежных средств и иного имущества для расчета по всем долгам, судебным спором, относящимся к выбывшему из состава активов должника в предбанкротном периоде имуществу, очевидно затрагивается материальный интерес всех прочих кредиторов должника, конкурирующих за распределение конкурсной массы в свою пользу. Кроме того, банкрот (равно как и заинтересованные по отношению к нему лица) заинтересован в сохранении имущества за собой, что повышает вероятность различных злоупотреблений, направленных на создание видимости не существовавших реально правоотношений.

Как следствие, во избежание нарушений прав кредиторов в рамках дела о банкротстве применим повышенный стандарт доказывания (пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве»), в соответствии с которым при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Судебное исследование вышеуказанных обстоятельств должно отличаться большей глубиной и широтой по сравнению с обычным спором, тем более, если на такие обстоятельства указывают лица, участвующие в деле. Для этого требуется исследование не только прямых, но и косвенных доказательств и их оценка на предмет согласованности между собой и позициями, занимаемыми сторонами спора.

Необходимо отметить, что в условиях конкуренции кредиторов должника-банкрота возможны ситуации, когда возникший спор фактически является результатом попытки сохранения имущества должника за его бенефициарами: за собственниками бизнеса (через аффилированных лиц - если должник юридическое лицо) или за самим должником (через родственные связи - если должник физическое лицо). Подобные споры характеризуются предоставлением минимально необходимого и в то же время внешне безупречного набора доказательств, обычно достаточного для разрешения подобного спора; в связи с совпадением интересов должника и такого контрагента их процессуальная активность не направлена на установление истины.

В связи с этим  предполагается и большая активность самого суда, который, применяя повышенный стандарт доказывания, определяет круг необходимых доказательств для подтверждения (опровержения) отдельных обстоятельств; запрашивает необходимые доказательства и пояснения у лиц, участвующих в деле и в обособленном споре; обращает внимание последних на сведения, которые могут находиться у третьих лиц; оказывает содействие в собирании лицами, участвующими в деле, доказательств (часть 4 статьи 66 АПК РФ); и т.д.

При этом оформление сторонами сделок по отчуждению имущества должника в предбанкротном периоде (что нарушает баланс интересов других кредиторов при отсутствии достоверно подтвержденного полученного должником встречного исполнения) может быть совершено не только с юридически аффилированным должнику лицом, но и с дружественным по отношению к должнику гражданином.

Между тем, по общему смыслу разъяснений, изложенных, в частности, в определении Верховного Суда Российской Федерации от 11.09.2017                 № 301-ЭС17-4784, если имеются признаки дружественного характера взаимоотношений сторон, к такому требованию (в рассматриваемом случае – относящемуся к взаиморасчетам по оспоренным сделкам) должен быть применен еще более строгий стандарт доказывания в деле о банкротстве. При рассмотрении такого требования должны быть исключены любые разумные сомнения в реальности указанных взаиморасчетов, поскольку общность экономических интересов, в том числе, повышает вероятность представления сторонами внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью формального выбытия части конкурсной массы в пользу «дружественного» лица, что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав.

Судами первой и апелляционной инстанций названные правовые позиции не применены, более того, напротив, постановлен вывод об отсутствии признаков аффилированности между сторонами оспоренных (последующих) сделок.

Вместе с тем, если по результатам проверки доводов управляющего и подробного исследования доказательств о совершенных сторонами финансовых операциях (с учетом вышеперечисленных подходов к бремени доказывания) по счетам в спорном периоде действительно подтвердится их транзитный характер с целью только создания видимости реального поступления ФИО5 выкупной стоимости имущества на общую сумму 40 855 500 руб., данное обстоятельство будет подлежать судебной оценке как с точки зрения установления (нераскрытого суду) дружественного характера взаимоотношений сторон (объясняющего подобное согласованное поведение), так и с позиции возможного применения в таком случае правил статьи 10 ГК РФ, если суд сочтет доказанным наличие цепочки сделок как единой совокупности, направленной на вывод активов должника от взыскания кредиторов на внешне независимых лиц и охваченной также едиными согласованными намерениями всех ее сторон, в том числе выходящей за пределы конструкции статьи 61.2 Закона о банкротстве, с применением соответствующих последствий.

Резюмируя изложенное, суд округа приходит к выводу, что суды обеих инстанций не установили всех существенных для дела обстоятельств, не обеспечив полноты исследования доказательств в целях установления фактов, имеющих существенное значение для правильного разрешения обособленного спора, допустив, таким образом, нарушения норм процессуального законодательства и неверно применив нормы материального права, регулирующие правоотношения сторон (части 1 - 3 статьи 288 АПК РФ); данные судебные акты не могут быть признаны законными, обоснованными и мотивированными, как того требует часть 4 статьи 15 АПК РФ.

Учитывая перечисленное, обжалованные определение и постановление в части отказа в удовлетворении заявления о признании недействительными договоров купли-продажи от 15.12.2021, от 15.01.2022, заключенных ФИО5 соответственно с ФИО6, ФИО10, а также в части применения последствий недействительности договора дарения от 30.04.2019 подлежат отмене, а обособленный спор в указанной части – направлению на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.

Поскольку в отмененной части обособленный спор об оспаривании сделок направляется на новое рассмотрение в суд первой инстанции, обжалованные судебные акты подлежат отмене также и в части распределения судебных расходов по апелляционной жалобе.

При новом рассмотрении дела в отмененной части арбитражному суду с учетом изложенного в мотивировочной части настоящего постановления надлежит устранить отмеченные недостатки, предложить лицам, участвующим в деле, представить надлежащие документальные доказательства, подтверждающие подлежащие установлению обстоятельства, установить все фактические обстоятельства дела, имеющие значение для разрешения данного спора по существу, исследовать и оценить в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, и по результатам их исследования и оценки рассмотреть дело в соответствии с требованиями действующего законодательства и сложившейся судебной практики.

Также при новом рассмотрении суду первой инстанции необходимо распределить судебные расходы согласно положениям статьи 110 АПК РФ, в том числе расходы, связанные с уплатой государственной пошлины за подачу кассационной жалобы (часть 3 статьи 289 АПК РФ), в том числе с учетом того, что последняя финансовым управляющим фактически не уплачена ввиду предоставленной судом отсрочки.

Руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Хабаровского края от 01.02.2023, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 28.04.2023              по делу № А73-10728/2020 отменить в части отказа в удовлетворении заявления о признании недействительными договоров купли-продажи                   от 15.12.2021, от 15.01.2022, заключенных ФИО5 соответственно с ФИО6, ФИО10, а также в части применения последствий недействительности договора дарения от 30.04.2019 и распределения судебных расходов по апелляционной жалобе.

Направить обособленный спор в отмененной части на новое рассмотрение в Арбитражный суд Хабаровского края.

В остальной части указанные судебные акты по настоящему делу оставить без изменения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                           Е.С. Чумаков

 

Судьи                                                                                    И.Ф. Кушнарева

 

Е.О. Никитин