﻿АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                   Дело № А70-12737/2020

 

Резолютивная часть постановления объявлена 16 ноября 2021 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 22 ноября 2021 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                     Забоева К.И.,

судей                                                    Дерхо Д.С.,

                                                      Хлебникова А.В.

при протоколировании судебного заседания с использованием средств аудиозаписи рассмотрел кассационную жалобу публичного акционерного общества «Ялуторовский автомобильный завод» на решение Арбитражного суда Тюменской области от 06.04.2021 (судья Халявин Е.С.) и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 08.07.2021 (судьи Рожков Д.Г., Сафронов М.М., Тетерина Н.В.), принятые по делу № А70-12737/2020 по иску акционерного общества «Энергосбытовая компания «Восток» (119121, город Москва, улица Бурденко, дом 22, ИНН 7705424509, ОГРН 1037739123696) к публичному акционерному обществу «Ялуторовский автомобильный завод» (620102, Свердловская область, город Екатеринбург, улица Волгоградская, дом 178, квартира 50, ИНН 7207002543, ОГРН 1027201461792) о взыскании задолженности по оплате потребленной электрической энергии и неустойки.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, – общество с ограниченной ответственностью «Феникс-М» (ИНН 6679026056, ОГРН 1126679029905). 

В помещении Арбитражного суда Западно-Сибирского округа в судебном заседании принял участие представитель акционерного общества «Энергосбытовая компания «Восток» Воропаев Иван Васильевич, действующий на основании доверенности от 01.01.2021 № ДВ-В-2020-3650.

Суд установил:

акционерное общество «Энергосбытовая компания «ЭК «Восток» (далее – компания) обратилось в Арбитражный суд Тюменской области с иском к публичному акционерному обществу «Ялуторовский автомобильный завод» (далее – завод) о взыскании 2 157 915 руб. 81 коп., в том числе 2 059 508 руб. 04 коп. задолженности по оплате электрической энергии, потребленной в феврале 2020 года, и 98 407 руб. 77 коп. неустойки, начисленной за период с 19.03.2020 по 31.07.2020, с последующим начислением ее с 01.08.2020 по день фактической оплаты долга.

В ходе рассмотрения дела судом первой инстанции к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Феникс-М» (далее – общество).

Решением Арбитражного суда Тюменской области от 06.04.2021, оставленным без изменения постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 08.07.2021, иск удовлетворен.

Завод обратился с кассационной жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда отменить, принять новый судебный акт об отказе в иске.

В кассационной жалобе приведены следующие доводы: положенный в основание решения суда первой инстанции акт о неучтенном потреблении от 17.12.2019 № Г 007220 является ненадлежащим доказательством, поскольку не имеет отношения ни к заводу, ни к обществу; судами не учтено, что расчет платы за электрическую энергию, потребленную в феврале 2020 года, следовало производить, исходя из потребления энергоресурса в феврале 2019 года, а не расчетным способом по максимальной мощности энергопринимающих устройств; суды при разрешении настоящего спора ошибочно не приняли во внимание содержание пункта 25 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2020 (далее – Обзор № 3 (2020)), согласно которому потребитель, пропустивший срок поверки, не лишен возможности представить доказательства, опровергающие пороки учета и необходимость исчисления объема полученного ресурса расчетным способом, поскольку последующее признание прибора учета соответствующим метрологическим требованиям подтверждает достоверность отображаемых им учетных данных на весь период после окончания срока поверки.

От компании поступил отзыв на кассационную жалобу, в котором она просит оставить судебные акты без изменения, находя их законными и обоснованными.

Общество отзыв на кассационную жалобу не представило.

Завод и общество явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что, с учетом их надлежащего извещения о дате, месте и времени судебного заседания, не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы (часть 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее – АПК РФ).

Проверив в соответствии со статьями 286, 288 АПК РФ законность принятых по делу судебных актов, суд кассационной инстанции приходит к следующему.

Как установлено судами, между компанией (продавец) и заводом (потребитель) 01.03.2016 заключен договор энергоснабжения № 1003 (далее – договор энергоснабжения), согласно которому продавец обязался продавать электрическую энергию, а также самостоятельно или через привлеченных третьих лиц оказывать услуги по передаче электрической энергии, и услуги, которые являются неотъемлемой частью процесса поставки электрической энергии потребителю в точках поставки. Потребитель, в свою очередь, обязался принимать и оплачивать поставляемую энергию и оказанные услуги, а также выполнять иные обязанности, предусмотренные договором (пункт 2.1 договора энергоснабжения).

В приложении № 1 к договору энергоснабжения стороны согласовали перечень точек поставки электрической энергии, расположенных по адресу: Тюменская область, Ялуторовский район, город Ялуторовск, улица Советская, дом 9.

Между заводом (арендодатель) и обществом (арендатор) 01.09.2018 заключен договор аренды № ЯЛ-09/18 (далее – договор аренды), согласно которому арендодатель передал, а арендатор принял внутризаводские релейные и трансформаторные подстанции, а также внутризаводские электрические сети. Дополнительным соглашением от 22.05.2019 № 1 действие договора аренды продлено с 01.08.2019 по 31.07.2020.

24.12.2019 компанией проведена проверка прибора учета (измерительного комплекса) завода по адресу: Тюменская область, город Ялуторовск, улица Советская, дом 9, строение 15.

По результатам проверки специалистом компании составлен акт проверки прибора учета от 24.12.2019 № 21016309900303 (далее – акт от 24.12.2019), в котором указано, что измерительный комплекс электрической энергии не соответствует требованиям действующих нормативно-технических документов, присутствует безучетное потребление, измерительный комплекс (прибор учета) не пригоден для осуществления расчетов, поскольку имеет место искажение данных об объеме потребления электрической энергии, а именно, погрешность прибора учета превышает допустимую, отсутствует напряжение на клеммной колодке прибора учета на фазе «С». 

В данном акте также отражено, что в отношении трансформатора напряжения НТМИ-10 на момент проверки истек межповерочный интервал, так как предыдущая поверка была проведена 31.12.2014, а следующая поверка должна была быть проведена в апреле 2018 года.

В качестве уполномоченного представителя потребителя в проверке участвовал представитель общества.

Впоследствии, по акту допуска прибора учета (измерительного комплекса) в эксплуатацию от 20.02.2020 № К 038342 (далее – акт от 20.02.2020) компания допустила в эксплуатацию в качестве расчетного прибор учета (измерительный комплекс) завода. 

В качестве причины допуска в эксплуатацию в акте от 20.02.2020 указаны замена трансформатора напряжения НТМИ-10.831-53, а также его поверка. Относительно последней акт содержит информацию о дате поверки трансформатора напряжения (19.02.2020), дате следующей поверки (19.02.2024), а также наличие напряжения по всем трем фазам (А, В, С).

Компания произвела расчет объема переданной в период с 01.02.2020 по 19.02.2020 электроэнергии с использованием расчетного способа по мощности энергопринимающих устройств, основываясь на пунктах 166, 179 Основных положений функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 04.05.2012 № 442 (здесь и далее в редакции, действовавшей на момент выявления нарушения) (далее – Основные положения), а с 20.02.2020 по 29.02.2020 – с применением приборного способа.

При этом компания исходила из того, что февраль 2020 года является третьим расчетным периодом для целей применения пункта 166 Основных положений, поскольку показания прибора учета не передавались начиная с декабря 2019 года, в котором была проведена проверка и обнаружена неисправность прибора.

По расчету компании объем электроэнергии, переданной заводу в феврале 2020 года, составил 337 740 кВт*ч, стоимость ресурса составила 2 061 646 руб. 54 коп. (включая налог на добавленную стоимость).

В связи с неисполнением обязательства по оплате полученного ресурса компания направила заводу претензию от 20.03.2020 № И-ПД-В-ТМН-2020-10387, которая оставлена без удовлетворения.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения компании в арбитражный суд с настоящим иском.

Удовлетворяя иск, суд первой инстанции руководствовался статьями 309, 329, 330, 333, 539, 544 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), пунктами 136, 137, 145, 166, 179 Основных положений, пунктами 65, 71 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» и исходил из того, что материалами дела подтвержден факт передачи электрической энергии в спорный период в объеме, определенном компанией в связи с некорректностью работы прибора учета, в то время как оплата за поставленный энергоресурс не произведена.

Восьмой арбитражный апелляционный суд, оставляя решение суда первой инстанции без изменения, указал, что описанный в решении акт о неучтенном потреблении от 17.12.2019 № Г 007220 (далее – акт от 17.12.2019), представленный компанией в материалы дела как подтверждающий исковые требования, в действительности составлен в отношении иного лица, не являющегося участником настоящего спора, а именно, акционерного общества «Автобазар «Северо-Запад», поэтому не может подтверждать требования компании к заводу.

Однако суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что принятие при рассмотрении настоящего дела указанного неотносимого к делу доказательства не повлияло на правильность разрешения судом первой инстанции спора по существу.

Суд округа полагает необходимым отменить обжалуемые судебные акты, исходя из следующего.

Действующее законодательство обязывает осуществлять расчеты за потребленные энергетические ресурсы на основании данных об их количественном значении, определенных при помощи приборов учета используемых энергетических ресурсов (пункт 2 статьи 13 Федерального закона от 23.11.2009 № 261-ФЗ «Об энергосбережении и о повышении энергетической эффективности и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»).

Соответствие средства измерения метрологическим требованиям подтверждается совокупностью специальных операций, именуемых поверкой, которая в процессе эксплуатации прибора учета проводится периодически (пункт 17 статьи 2, часть 1 статьи 13 Федерального закона от 26.06.2008 № 102-ФЗ «Об обеспечении единства измерений»).

Результаты поверки действительны в течение межповерочного интервала (далее – МПИ) (пункт 13 Порядка проведения поверки средств измерений, требования к знаку поверки и содержанию свидетельства о поверке, утвержденного приказом Министерства промышленности и торговли Российской Федерации от 02.07.2015 № 1815, и действовавшего на момент проведения проверки компанией).

При этом сам факт истечения МПИ предполагает искажение прибором учета данных об объеме потребления, пока не доказано обратное.

Вместе с тем потребитель, пропустивший срок поверки, не лишен возможности представить доказательства, опровергающие пороки учета и необходимость исчисления объема полученного ресурса расчетным путем, поскольку последующее признание прибора учета соответствующим метрологическим требованиям лишь подтверждает его соответствие указанным требованиям на весь период после окончания срока поверки. Приведенная позиция изложена в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 301-ЭС19-23247, от 30.06.2020 № 310-ЭС19-27004, от 30.09.2020 № 310-ЭС20-9716, от 24.11.2020 № 310-ЭС20-13165.

Последствием эксплуатации прибора учета с истекшим МПИ по пункту 179 Основных положений является приравнивание этой ситуации к длительной непередаче показаний прибора учета (пункт 166 Основных положений), то есть для 1-го и 2-го расчетных периодов подряд объем потребления электрической энергии определяется исходя из показаний расчетного прибора учета за аналогичный расчетный период предыдущего года, а при отсутствии данных за аналогичный расчетный период предыдущего года - на основании показаний расчетного прибора учета за ближайший расчетный период, когда такие показания были предоставлены, для 3-го и последующих расчетных периодов подряд объем потребления электрической энергии определяется расчетным способом по пункту 1 приложения № 3 к Основным положениям (подпункты «а» или «б»).

В отличие от эксплуатации прибора учета с истекшим МПИ, безучетное потребление представляет собой более грубое нарушение приборного учета переданного ресурса, и по общему правилу влечет карательный способ расчета объема потребленной электрической энергии по пункту 1 приложения № 3 к Основным положениям непосредственно с даты составления акта о неучтенном потреблении электрической энергии (пункт 195 Основных положений).

При этом, как следует из смысла пунктов 2, 137, 167, 176, 192, 193 Основных положений, по общему правилу достоверным и допустимым доказательством факта и объема безучетного потребления электрической энергии является оформленный надлежащим образом акт о неучтенном потреблении, который является поименованным в законодательстве доказательством факта безучетного потребления электроэнергии.

Из приведенного в пункте 2 Основных положений определения следует, что безучетное потребление электрической энергии действующее законодательство обуславливает совершением потребителем различных действий, одни из которых являются основанием для квалификации в качестве безучетного потребления в силу факта их совершения потребителем, тогда как другие действия для подобной квалификации должны привести к искажению данных об объеме потребления электрической энергии (определения Верховного Суда Российской Федерации от 27.09.2017 № 301-ЭС17-8833, от 07.10.2019 № 309-ЭС18-22373).

К первой группе относятся действия, выразившиеся во вмешательстве потребителя в работу прибора (системы) учета, в том числе нарушение (повреждение) пломб или знаков визуального контроля, нанесенных на прибор (систему) учета, а также несоблюдение установленных договором сроков извещения об утрате (неисправности) прибора (системы) учета. Совершение перечисленных действий не требует установления судом каких-либо последствий, связанных с достоверностью показаний приборов учета после их совершения, и является основанием для применения расчетного способа определения объема электроэнергии, подлежащего оплате таким потребителем.

Ко второй группе относятся иные, не связанные с вмешательством в работу прибора учета, действия потребителя, которые привели к искажению данных об объеме потребления электрической энергии (мощности). Бремя доказывания наличия этих действий (бездействия) возлагается на лицо, проводящее проверку.

Таким образом, видимое вмешательство в работу прибора учета компрометирует его в силу самого своего факта, поэтому при обнаружении последствий подобного рода действий и фиксации их актом о неучтенном потреблении создается презумпция неточности прибора и невозможности использования его показаний при расчетах за переданный ресурс, которая может быть опровергнута потребителем. При неопровержении этой презумпции следует исходить из фикции отсутствия прибора учета, что позволяет применять расчетный способ исчисления количества поставленного ресурса.

В отношении нарушений второй группы, до тех пор пока сетевой, энергоснабжающей организациями не будет доказано, что не связанные с нарушением целостности пломб и вмешательством в работу прибора учета действия потребителя привели к искажению данных об объеме потребления электрической энергии, презюмируется, что прибор учета объективно и достоверно производит определение объема ресурса.

Отсутствие напряжения по одной фазе может относиться ко второй группе нарушений, поэтому именно на компании лежало бремя доказывания того обстоятельства, что выявленное нарушение привело к искажению количества ресурса, учтенного прибором.

Однако из искового заявления компании не видно, что именно явилось основанием для расчетного способа исчисления количества переданной энергии – истечение МПИ или выявленный факт безучетного потребления.

В судебных актах упоминаются оба этих обстоятельства, но какое из них выступило основанием для удовлетворения иска, не указано.

20 августа 2020 года компания представила в суд дополнение к исковому заявлению, к которому приложила документ, поименованный как «подробный расчет объемов», в котором в качестве правовых оснований иска указала пункты 166 и 179 Основных положений, из чего применительно к статье 49 АПК РФ следует, что фактически основанием иска являлся выявленный факт истечения МПИ.

С учетом того, что компанией не составлялось акта о неучтенном потреблении для фиксации факта безучетного потребления (акт от 17.12.2019, составленный в отношении лица, не участвующего в деле, как верно установил апелляционный суд, таковым являться не может), негативные последствия этого должны относиться на компанию как профессионального участника электроэнергетического рынка, значит, разумные ожидания потребителя о порядке расчета именно по пункту 166 должны быть оправданы.

Между тем определение судами «льготного» периода исчисления объема принятой электрической энергии с 01.12.2019 по 31.01.2020 применительно к пункту 179 Основных положений является ошибочным, поскольку такое истолкование ставит в неравное положение потребителей, у которых прибор учета вышел из строя в конце расчетного периода, уменьшая для них срок восстановления учета. 

Нормативным актом, регулирующим взаимосвязанные с процессом поставки электрической энергии отношения по ее передаче, к числу обязанностей потребителя отнесено восстановление учета в случае выхода из строя или утраты прибора учета, срок которого не может быть более 2 месяцев без привязки к расчетному периоду (подпункт «м» пункта 14 Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 861). В связи с этим, применяя правила системного толкования нормы и исходя из цели установления законодателем «льготного» периода, под указанными в пункте 166 Основных положений двумя расчетными периодами следует понимать промежуток времени в два месяца с момента выхода прибора учета из строя, который истекает в соответствующее число последнего месяца срока (пункт 3 статьи 192 ГК РФ).

Принимая во внимание, что выход прибора из строя зафиксирован 24.12.2019, первым льготным периодом является период с 25.12.2019 по 24.01.2020, вторым – с 25.01.2020 по 24.02.2020 включительно.

Сказанное согласуется с правовой позицией, сформулированной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 19.04.2021 № 307-ЭС20-17293, которая не была учтена судами при рассмотрении дела, несмотря на то, что необходимость проверки расчета иска на предмет его соответствия нормам законодательства, регулирующего спорные отношения, как подлежащего оценке письменного доказательства по делу, по смыслу статей 64, 71, 168, 170 АПК РФ, входит в стандарт всестороннего и полного исследования судами первой и апелляционной инстанций имеющихся в деле доказательств (определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.06.2016 № 305-ЭС16-2863, от 19.10.2016 № 305-ЭС16-8324, от 27.12.2016 № 310-ЭС16-12554, от 23.03.2021 № 305-ЭС21-712, от 18.06.2021 № 305-ЭС21-980, от 04.08.2021 № 305-ЭС21-9404).

Таким образом, оснований для определения в период с 01.02.2020 по 20.02.2020 объема переданной электрической энергии расчетным способом, установленным пунктом 1 приложения № 3 к Основным положениям, у судов не имелось.

Не принята судами во внимание и опровержимость презумпции некорректности работы прибора учета с истекшим МПИ, поскольку лицо, не исполнившее (несвоевременно исполнившее) обязанность по представлению средства измерения на поверку, вправе доказывать его исправность и отсутствие вмешательства в работу прибора, что при поверке прибора учета без его демонтажа и нарушения пломб ретроспективно подтверждает корректность работы прибора учета за предшествующий период (между истечением действия предыдущей поверки и до проведения новой).

Судами однозначно не установлено, произведена ли новая поверка прибора учета компанией без замены прибора (его компонентов), что предполагает ретроспективу расчета ресурса по показаниям санированного средства измерения, либо часть таких компонентов пришла в негодность и была заменена, поэтому новый срок МПИ обусловлен не собственно поверкой, а заменой комплектующих прибора, что исключает ретроспективную силу его показаний.

Помимо этого судами также не учтено следующее.

Согласно сложившейся судебной практике высших судебных инстанций Российской Федерации, если энергетические ресурсы потреблены в качестве самостоятельного блага, то есть использовались фактическим владельцем объекта в производственной деятельности, то обязанность по оплате стоимости ресурсов лежит на фактическом владельце, а не на собственнике объекта, так как подобное потребление не относится к лежащему на собственнике бремени содержания имущества.

Другими словами, при использовании энергопотребляющих установок фактическим владельцем в своей хозяйственной деятельности, в отношении обязанности по оплате энергии, по общему правилу, действует принцип «платит тот, кто фактически потребляет». Наличие либо отсутствие гражданско-правового титула, подтверждающего законность владения субъектом энергетического правоотношения соответствующим имуществом, для целей участия этого имущества в энергетическом обязательстве, а, следовательно, и для отнесения соответствующего объема энергии к полезному отпуску, не является безусловно необходимым (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации 07.09.2010 № 2255/10, определения Верховного Суда Российской Федерации от 14.09.2015 № 303-ЭС15-6562, от 03.12.2015 № 305-ЭС15-11783, от 25.07.2016 № 305-ЭС16-974).

Судами установлено, что фактическим потребителем энергии являлось общество, которому завод по договору аренды передал внутризаводские релейные и трансформаторные подстанции, а также электрические сети.

Фактическое потребление энергии именно обществом, а не заводом было известно компании, что подтверждено ее представителем в судебном заседании суда округа.

Общество оплачивало компании потребленную энергию, ссылаясь в платежных поручениях в качестве основания платежа на договор энергоснабжения, заключенный между компанией и заводом, прямо указывая конкретные расчетные периоды оплаты (месяцы) без уточнений, что оплата вносится им за завод (в порядке статьи 313 ГК РФ) (листы 106 -121 тома 1).

Представитель общества участвовал в проверке прибора учета (измерительного комплекса) 24.12.2019 и подписал соответствующий акт.

Общество занимало активную позицию по делу, оспаривая обоснованность требований компании.

И, наконец, 01.04.2020 между компанией (продавец) и обществом (потребитель) заключен договор энергоснабжения № ТС04ЭЭ0000003360, точки поставки по которому согласованы на энергопринимающих устройствах, находящихся по тому же адресу, что и в договоре энергоснабжения, заключенном между компанией и заводом.

В судебном заседании суда округа представитель компании пояснил, что настоящий иск предъявлен к заводу потому, что договор с обществом заключен только с апреля 2020 года, а исковым периодом является февраль 2020 года. Аналогичное суждение имеется в судебных актах.

Однако с учетом того, что факт потребления энергии в исковой период именно обществом, а не заводом, компанией не оспаривался, судам следовало иметь ввиду, что дата заключения договора-документа между компанией и обществом не имеет решающего значения для ответа на вопрос о надлежащем ответчике по требованию компании (статья 47 АПК РФ).

Приходя к выводу об обоснованности предъявления иска именно к собственнику объектов, с которым заключен договор энергоснабжения, а не к арендатору, суды привели судебную практику о взыскании платы за энергетические ресурсы, потребленные для поддержания собственником своего имущества в исправном, безопасном и пригодном для эксплуатации состоянии, когда потребление ресурсов может быть расценено в качестве реализации собственником помещения бремени его содержания (статья 210 ГК РФ).

Эта практика касается содержания помещений в многоквартирных домах (постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.04.2011 № 16646/10, от 17.04.2012 № 15222/11, от 21.05.2013 № 13112/12, от 04.03.2014 № 17462/13, ответ на вопрос № 5 раздела «Разъяснения по вопросам, возникающим в судебной практике» Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2015), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.06.2015, определения Верховного Суда Российской Федерации от 10.11.2014 № 305-ЭС14-1452, от 11.11.2015 № 305-ЭС15-7462, от 20.02.2017 № 303-ЭС16-14807, от 01.03.2017 № 303-ЭС16-15619).

В настоящем же деле спор не идет о содержании помещения в многоквартирном доме, а требования касаются оплаты энергии, потребленной в качестве самостоятельного блага в ходе производственной деятельности организации, осуществляемой на арендованных производственных мощностях, о чем было известно всем лицам, участвующим в деле.

Судам следовало оценить последовательность (непротиворечивость) поведения компании, если в исковой период она была явно осведомлена о фактическом потребителе энергии, хозяйственном характере деятельности, при которой осуществлялось потребление, не стремилась к заключению договора с фактическим владельцем, но совершала в отношении него действия, связанные с фактическим исполнением обязательств по договору энергоснабжения (например, принимала показания приборов учета, выполняла заявки фактического владельца на осмотр энергопринимающих устройств и приборов учета, в том числе с участием самого фактического владельца, выставляла ему счета на оплату потребленной энергии, направляла претензии и юридически значимые сообщения пр.). 

Между тем подобные обстоятельства могут свидетельствовать о том, что между компанией и обществом сложились фактические договорные правоотношения энергоснабжения, когда у сторон обязательственной связи не имелось сомнений относительно ее наличия непосредственно между ними, а запоздавшее подписание через некоторое время договора-документа фактически лишь дополнительно легитимировало существующий договор-правоотношение применительно к пункту 2 статьи 425 ГК РФ.

Либо же исполнение договора обществом как арендатором, владеющим имуществом завода не вместо собственника, а наряду с ним (определение Верховного Суда Российской Федерации от 14.07.2020 № 306-ЭС19-24156), производилось в порядке статьи 313 ГК РФ в рамках исполнения принятых по договору аренды обязанностей, когда общество не воспринималось заводом, компанией и самим обществом в качестве непосредственной стороны правоотношения, и в такой ситуации обязанным лицом перед компанией оставался завод.

Указанные обстоятельства судами не исследовались и оценки не получили.

Поскольку судами не установлены обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела (часть 2 статьи 65 АПК РФ), и не применены нормы материального права, подлежащие применению, судебные акты подлежат отмене с направлением дела на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции (части 1, 3 статьи 286, пункт 3 части 1 статьи 287, часть 2 статьи 288 АПК РФ).

Не предрешая вопрос о достоверности того или иного доказательства, а также о том, каким образом должен быть разрешен материально-правовой спор, суд округа указывает на необходимость суду первой инстанции (часть 2 статьи 287, пункт 15 части 2, часть 2.1 статьи 289 АПК РФ): определить надлежащего ответчика по делу, установив все необходимые для этого вывода юридически значимые обстоятельства; точно определить причину установления нового срока МПИ прибора учета для возможного/невозможного ретроактивного применения его показаний; верно установить начало и окончание течения «льготного» периода исчисления объема электрической энергии при истечении МПИ прибора учета; проверить расчет исковых требований, исходя из подлежащих применению норм права и их толкования в релевантной судебной практике; разрешить спор при правильном применении норм материального и процессуального права, распределить судебные расходы, включая расходы по кассационной жалобе.

Руководствуясь пунктом 3 части 1 статьи 287, статьями 288, 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

решение Арбитражного суда Тюменской области от 06.04.2021 и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 08.07.2021 по делу № А70-12737/2020 отменить. Направить дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд Тюменской области.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                           К.И. Забоев

 

Судьи                                                                                        Д.С. Дерхо

 

                                                                                           А.В. Хлебников