/

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-19254/2016-АК

г. Пермь

07 декабря 2018 года

Дело № А60-8434/2016

 

Резолютивная часть постановления объявлена 03 декабря 2018 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 07 декабря 2018 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Зарифуллиной Л. М.

судей                                 Мармазовой С.И., Нилоговой Т.С., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Балакиревой Н.Ю., 

при участии в судебном заседании:

от кредитора Михеева Игоря Анатольевича – Бектяскин Дмитрий Викторович, паспорт, доверенность от 25 октября 2016 года, 

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда, 

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу кредитора Михеева Игоря Анатольевича

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 11 сентября 2018 года

о включении требования Мозуль Тамары Викторовны в размере 3 053 091,45 рубля в реестр требований кредиторов должника,

вынесенное судьей Ю.С. Колясниковой 

в рамках дела № А60-8434/2016,

о признании  Пичурина Дмитрия Михайловича несостоятельным (банкротом),  

 

установил:

29.02.2016 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление Пичурина Дмитрия Михайловича о признании его несостоятельным (банкротом), которое принято к производству суда определением от 01.03.2016, возбуждено настоящее дело о банкротстве. 

Решением суда от 07.04.2016 (резолютивная часть от 31.03.2016) гражданин Пичурин Дмитрий Михайлович признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим должника утвержден Садыков Павел Робертович, являющийся членом Ассоциации «Межрегиональная Северо-Кавказская саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих «Содружество».

Сообщение о введении процедуры реализации имущества должника опубликованы в газете «Коммерсантъ» №66 от 16.04.2016. 

20.07.2018 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление Мозуль Тамары Викторовны о включении требования по возврату неосновательного обогащения в размере 3 053 091,45 рубля в реестр требований кредиторов должника Пичурина Д.М. Заявление также содержит ходатайство о восстановлении пропущенного срока включения в реестр требований кредиторов должника. 

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 11 сентября 2018 года (резолютивная часть от 04.09.2018) судом восставлен Мозуль Т.В. пропущенный срок для предъявления требований к должнику. Требование Мозуль Тамары Викторовны в размере 3 053 091,45 рубля включено в реестр требований кредиторов должника Пичурина Дмитрия Михайловича в составе третьей очереди.

Не согласившись с судебным актом, кредитором Михеевым Игорем Анатольевичем подана апелляционная жалоба, в которой просит отменить определение суда от 04.09.2018, принять новый судебный акт об отказе Мозуль Т.В. в удовлетворении заявления, ссылаясь на нарушение судом норм материального и процессуального права.

В обоснование доводов апелляционной жалобы указав, что кредитор не был уведомлен о рассмотрении заявленного Мозуль Т.В. требования на 04.09.2018. Суд необоснованно восстановил заявителю пропущенный срок для включения требования в реестр требований кредиторов должника. Судебным актом от 27.06.2018, на котором основаны требования заявителя, признана недействительной сделка по отчуждению должником квартиры по безвозмездной сделке. Супруг заявителя – Мозуль В.И. в 2016 пытался включиться в реестр требований кредиторов своего зятя Пичурина Д.М., предоставляя подложные документы. В связи с чем, ему было отказано в удовлетворении требования. С 2016 года Мозуль Т.В., зная о правовой природе и истинных мотивах сделки между собой и Пичуриным Д.М. по погашению долга, не включалась в реестр требований кредиторов с суммой, внесенной в погашение кредита как неосновательного обогащения. Факт признания судом апелляционной инстанции недействительности сделки дарения не имеет никакого правового значения для восстановления срока для включения в реестр требований кредиторов должника. Мозуль Т.В. судебным актом установлено, что в Мозуль Т.В. погасила ипотечный кредит, выданный Пичурину Д.М. под залог спорной квартиры, уплатив остаток задолженности по нему в размере 3 053 091,45 рубля на основании приходного банковского ордера от 13.03.2014. Вместе с тем, уплаченная ею стоимость не соответствует стоимости ее доли и доли ее мужа исходя из действительной стоимости квартиры на дату заключения договора (7 949 000,00 рублей). Указанные действия Мозуль Т.В. совершены исключительно с целью снятия имеющегося обременения (залога) с целью беспрепятственного отчуждения квартиры по договору дарения в пользу заинтересованного лица. Апелляционный суд установил, что между лицами имелось некое соглашение, целью которого явился уход от погашения кредиторской задолженности. В связи с чем, указанные требования нельзя рассматривать как неосновательное обогащение. Факт наличия задолженности не установлен судом. Иных доказательств, подтверждающих наличие задолженности, не представлено. Обжалуемое определение является незаконным и необоснованным.

Письменных отзывов на апелляционную жалобу от иных лиц, участвующих в деле не поступило.

В судебном заседании представитель кредитора Михеева И.А. поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просит отменить судебный акт и отказать в удовлетворении заявленных Мозуль Т.В. требований. Дополнительно указав, что довод о том, что кредитор Михеев И.А. не был извещен о дате, времени и месте рассмотрения настоящего дела, снимает, поскольку в протоколе судебного заседания от 24.08.2018 имеется расписка об извещении представителя Михеева И.А. – Кудряшовой Л.А. – об отложении судебного заседания на 04.09.2018 15.40 часов (л.д.41 оборот). Просит принять во внимание, что заявитель не доказала финансовую возможность погашения задолженности перед банком за должника по кредитному договору.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о месте и времени судебного разбирательства надлежащим образом, явку своих представителей в суд не обеспечили, что в силу положений статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса российской Федерации (АПК РФ) не препятствует рассмотрению спора в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, Мозуль Т.В. обратилась в арбитражный суд с заявлением о включении суммы неосновательного обогащения в размере 3 053 091,45 рубля в реестр требований кредиторов должника.

         Заявление мотивировано тем, что Мозуль Т.В. погасила указанную денежную сумму по ипотечному кредиту за должника Пичурина Д.М. перед АО «Газпромбанк» по приходному банковскому ордеру от 13.03.2014. В последующем был заключен договор дарения, по которому должник передал в долевую собственность Федоровой С.Е., Пичурина А.Д., Мозуль Т.В. и Мозуль В.И. трехкомнатную квартиру по ул. Рощинская, 61-40 в г. Екатеринбурге. Определением суда от 29.03.2018 года, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного суда от 27.06.2018, указанная сделка признана недействительной, квартира возвращена в конкурсную массу должника. Заявитель ссылается, что судебным актом установлен факт погашения Мозуль Т.В. обязательств должника по ипотечному кредиту. По мнению заявителя требования, указанное обстоятельство, во-первых, является основанием для восстановления пропущенного срока на включение в реестр требований кредиторов должника, во-вторых, основанием для признания требования обоснованным и включения в заявленной сумме в реестр требований кредиторов должника. 

         Суд первой инстанции, восстанавливая пропущенный срок и удовлетворяя заявленные требования, признал установленным наличие реальной финансовой возможности Мозуль Т.В. для внесения денежной суммы за счет средств от продажи 24.02.2014 квартиры, которые полностью были внесены в погашение кредита должника и установленных вступившими в законную силу судебными актами  обстоятельств внесения денежных средств. Суд расценил задолженность в размере 3 053 091,45 рубля как неосновательное обогащение на стороне должника. В качестве уважительной причины для восстановления пропущенного срока для включения в реестр должника, суд посчитал дату вступления судебного акта об оспаривании сделки недействительной в законную силу. 

Исследовав представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, оценив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, выслушав представителя заявителя жалобы, суд апелляционной инстанции полагает подлежащим отмене обжалуемый судебный акт в силу следующего.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 N127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражными судами по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 2 статьей 213.8 Закона о банкротстве для целей включения в реестр требований кредиторов и участия в первом собрании кредиторов конкурсные кредиторы, в том числе кредиторы, требования которых обеспечены залогом имущества гражданина, и уполномоченный орган вправе предъявить свои требования к гражданину в течение двух месяцев с даты опубликования сообщения о признании обоснованным заявления о признании гражданина банкротом в порядке, установленном статьей 213.7 настоящего Федерального закона. В случае пропуска указанного срока по уважительной причине он может быть восстановлен арбитражным судом.

В ходе процедуры реализации имущества гражданина требования конкурсных кредиторов подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном статьи 100 Закона о банкротстве (пункт 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве).

Согласно правовой позиции, изложенной в пунктах 23, 24, 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13.10.2015 N 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» для целей включения в реестр требований кредиторов и участия в первом собрании кредиторов конкурсные кредиторы, в том числе кредиторы, требования которых обеспечены залогом имущества должника, и уполномоченный орган вправе предъявить свои требования к должнику в течение двух месяцев со дня опубликования сообщения о признании обоснованным заявления о признании должника банкротом в порядке, установленном статьей 213.7 Закона.

Проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны (пункты 3 - 5 статьи 71 и пункты 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве).

В соответствии с положениями Закона о банкротстве, регулирующими порядок установления требований кредиторов, кредиторы направляют свои требования к должнику в арбитражный суд с приложением судебного акта или иных документов, подтверждающих обоснованность этих требований.

В пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъясняется, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

При проверке обоснованности требования кредитора арбитражный суд оценивает доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, регулирующими неисполненные должником обязательства, по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.

При этом необходимо иметь в виду, что целью проверки обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

В соответствии с пунктом 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

В соответствии со статьей 213.27 Закона о банкротстве требования кредиторов по денежным обязательства по гражданско-правовым сделкам подлежат удовлетворению в третью очередь.

Материалами дела установлены следующие обстоятельства. 

21.03.2014 между Пичуриным Дмитрием Михайловичем (даритель) и Пичуриной Оксаной Викторовной, действующей за своих несовершеннолетних детей Федорову Софью Евгеньевну, Пичурина Арсения Дмитриевича, Мозуль Тамарой Викторовной, Мозуль Виктором Ивановичем (одаряемые) заключен договор дарения, в соответствии с которым одаряемые приняли в дар трехкомнатную квартиру, находящуюся по адресу: г. Екатеринбург, ул. Рощинская, 61-40, площадью 90,2 кв.м со следующим распределением долей Федоровой Софье Евгеньевне и Пичурину Арсению Дмитриевичу по 1/3 доли в праве собственности, Мозуль Тамаре Викторовне и Мозуль Виктору Ивановичу по 1/6 доли в праве собственности. Регистрация права долевой собственности произведена в установленном законом порядке 04.04.2014.

Указанная сделка была оспорена в рамках настоящего дела о банкротстве и признана недействительной, применены последствия недействительности сделки в виде возврата квартиры в собственность должника Пичурина Д.М. определением Арбитражного суда Свердловской области от 29 марта 2018 года, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.06.2018 года. 

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 26.09.2018 вышеуказанные судебные акты оставлены без изменения. 

Признавая договор дарения недействительной сделкой, суд исходил из совершения оспариваемого договора со злоупотреблением правом с целью вывода ликвидного актива и причинения вреда имущественным правам кредиторов, т.е. по основаниям, предусмотренным статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

При рассмотрении указанного спора установлено, что стоимость отчужденной по договору дарения квартиры (отчет об оценке № 5-о, подготовленному ООО «ГРАНТ-2001») на дату заключения составляла 7 949 000 рублей. 

Совершение безвозмездной сделки повлекло уменьшение размера имущества должника, за счет стоимости которого кредиторы могли получить удовлетворение своих требований.  

У Пичурина Д.М., на момент совершения оспариваемого договора дарения имелись признаки неплатежеспособности (наличие подтвержденной судебным актом задолженности перед Михеевым И.А. по договору займа от 03.10.2012 в сумме 4 580 000,00 рублей – основного долга, 1 961 200,00 рублей – процентов, 1 099 200,00 рублей – пени на сумму займа, 411 852,00 рубля – на сумму процентов).

Судами установлено, что стороны договора дарения не могли не знать как о финансовом положении Пичурина Д.М., так и о цели и последствиях заключения спорной сделки, поскольку Пичурина О.В. является супругой должника, а Мозуль Т.В. и Мозуль В.И. – ее родителями.

Возражая против доводов о безвозмездности сделки по отчуждению квартиры, Пичурин Д.В. ссылался на то, что данный договор дарения фактически был возмездным, поскольку Мозуль Т.В. производила оплату ипотечного кредита Пичурина Д.М. перед АО «Газпромбанк».

В подтверждение своей позиции должник представлял копию соглашения от 12.03.2014 между ним и Мозуль Т.В., в котором стороны предусмотрели, что в случае погашения Мозуль Т.В. суммы ипотечного кредита Пичурин Д.М. обязался передать ей спорный объект недвижимости.

Указанные доводы отклонены по следующим основаниям. 

В отношении данного соглашения Михеевым И.А. заявлено о фальсификации, суд (при рассмотрении спора по оспариванию договора) предложил сторонам представить подлинник соглашения для проведения судебно-технической экспертизы. Подлинник соглашения от 12.03.2014 между Мозуль Т.В. и Пичуриным Д.М. не представлен. С учетом обстоятельств дела, суд сделал вывод об отсутствии каких-либо доказательств, подтверждающих взаимосвязь договора дарения и частичного погашения Мозуль Т.В. ипотечного кредита. 

Вышеуказанным судебным актом установлен факт погашения Мозуль Т.В. ипотечного кредита, выданного Пичурину Д.М. под залог спорной квартиры, уплатив остаток задолженности по нему в размере 3 053 091,45 рубля на основании приходного банковского ордера от 13.03.2014, который представлен и в материалы настоящего обособленного спора.

С учетом того, что размер суммы, направленной в погашение ипотечного кредита и содержания договора дарения, суды пришли к выводу о безвозмездности совершенной сделки.

Апелляционный суд усмотрел, что данные действия Мозуль Т.В. были совершены исключительно с целью снятия имеющегося обременения (залога) и дальнейшего беспрепятственного отчуждения квартиры по договору дарения в пользу заинтересованных лиц. 

Совместные действия сторон, направленные на уменьшение конкурсной массы, суд расценил как противоправные, совершенные со злоупотреблением правом с целью вывода ликвидного актива и недопущения обращения на него взыскания для удовлетворения требований кредиторов должника, что явилось  основанием для признания оспариваемого договора дарения недействительной сделкой применительно к положениям статьи 10 ГК РФ.

После состоявшегося апелляционного постановления, 20 июля 2018 года Мозуль Тамара Васильевна обратилась с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника 3 053 091,45 рубля, квалифицировав указанную задолженность в качестве неосновательного обогащения. При этом, по мнению заявителя требования, срок для обращения с указанным заявлением подлежит восстановлению, поскольку правовая возможность взыскания с Пичурина Д.М. погашенной за него суммы кредита, появилась только после вступления в законную силу определения суда о признании сделки недействительной, т.е. после 27 июня 2018 года.

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с выводами суда первой инстанции о наличии оснований для восстановления заявителю срока включения в реестр требований кредиторов должника и наличии оснований для установления требований заявителя в реестре требований кредиторов должника. Выводы суда первой инстанции в указанной части не соответствуют обстоятельствам дела, что привело к принятию неверного судебного акта.

Законодателем установлено, что в случае пропуска указанного срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом (пункт 2 статьи 213.8 Закона о банкротстве). Вопрос о восстановлении срока разрешается судом в судебном заседании одновременно с рассмотрением вопроса об обоснованности предъявленного требования. Восстановление пропущенного срока на предъявление требования к должнику в целях участия в первом собрании кредиторов возможно на основании ходатайства кредитора только до дня проведения первого собрания (абзац второй пункта 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан»).

Действительно, как верно указал суд первой инстанции, нормы действующего законодательства не содержат перечня уважительных причин, при наличии которых суд может восстановить срок на предъявление требования о включении в реестр требований кредиторов должника. Право установления этих причин и их оценка принадлежит суду.

По смыслу закона, уважительными причинами пропуска срока являются не зависящие от лица препятствия для совершения процессуального действия, которые имеют место в период, в течение которого следует совершить данное процессуальное действие.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 18.07.2006 № 308-О, право судьи рассмотреть заявление о восстановлении пропущенного процессуального срока вытекает из принципа самостоятельности судебной власти и является одним из проявлений дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия. Признание тех или иных причин пропуска срока уважительными относится к исключительной компетенции суда, рассматривающего данный вопрос, и ставится законом в зависимость от его усмотрения.

При этом каких-либо критериев для определения уважительности причин пропуска в тех или иных случаях не установлено, следовательно, данный вопрос решается с учётом обстоятельств дела по усмотрению суда.

Исходя из положений пункта 2 мотивировочной части постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 17.03.2010 № 6-П, законодательное регулирование восстановления срока должно обеспечивать надлежащий баланс между вытекающим из Конституции Российской Федерации принципом правовой определённости и правом на справедливое судебное разбирательство, предполагающим вынесение законного и обоснованного судебного решения, с тем чтобы восстановление пропущенного срока могло иметь место лишь в течение ограниченного разумными пределами периода и при наличии существенных объективных обстоятельств, не позволивших заинтересованному лицу, добивающемуся его восстановления, защитить свои права в рамках установленного процессуального срока.

Таким образом, при решении вопроса о наличии оснований для восстановления указанного срока, с учетом особенностей, предусмотренных Законом о банкротстве, подлежит учитывать баланс интересов заявителя требования, должника и кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника. 

Из материалов дела следует, что факт погашения ипотечного кредита за должника был произведен Мозуль Т.В. 13 марта 2014 года.

Должник признан несостоятельным (банкротом) 07.04.2016, соответствующая публикация произведена 16.04.2016 года. Реестр требований кредиторов должника закрыт 16.06.2016. Заявление о включении требования в реестр требований кредиторов должника предъявлено в суд 20.07.2018, т.е. более чем через 2 года после закрытия реестра.

Заявитель требования связывает возможность предъявления требования о включении суммы неосновательного обогащения в реестр требований кредиторов должника с датой вступления в законную силу судебного акта о признании сделки по дарению квартиры недействительной, ошибочно полагая, что факт оплаты задолженности за должника по ипотечному кредиту подтвержден именно указанным определением. 

Ссылку заявителя на состоявшийся судебный акт, как на уважительную причину для восстановления срока на включение в реестр требований кредиторов должника, суд апелляционной инстанции считает несостоятельной по тем основаниям, что указанным судебным актом была признана недействительной сделка по отчуждению квартиры, а не перечисление денежных средств Мозуль Т.В. в пользу кредитного учреждения за должника. В данном случае, предусмотренные положениями части 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 61.6 Закона о банкротстве, последствия недействительности сделки применены в виде возврата в конкурсную массу спорного имущества, а не денежных средств, поскольку судами установлен безвозмездный характер оспариваемого договора.

Погашение кредита было обусловлено обоюдным желанием должника, членов его семьи и родственников супруги вывести квартиру из-под залога.

Более того, судами установлено противоправное поведение всех сторон, являющихся заинтересованными лицами (внутрисемейные отношения), направленное не вывод имущества должника из конкурсной массы в пользу заинтересованных лиц с целью нарушения прав и законных интересов кредиторов должника (статья 10 ГК РФ).

При этом, из вышеуказанного судебного акта, на который ссылается заявитель требования в порядке пункта 2 статьи 69 АПК РФ, следует, что целью сторон по сделки являлось освобождение спорного имущества от обременения в виде ипотеки с целью совершения в последующем сделки, имевшей целью оставление указанного имущества в собственности семьи. 

Взаимосвязь между действиями Мозуль Т.В. и должника Пичурина Д.М., обусловленная соглашением по которому должник принял на себя обязательства передать в собственность Мозуль Т.В. жилое помещение в случае погашения последней ипотечного кредита, судами не установлена.

Более того, действия Мозуль Т.В. в указанной ситуации носили согласованный характер с действиями семьи своей дочери.

Соответственно, основания полагать, что на стороне должника возникло неосновательное обогащение в силу положений главы 60 Гражданского кодекса Российской Федерации, отсутствуют. 

Неправильное толкование судом первой инстанции норм материального и процессуального права привело к ошибочному выводу о наличии оснований для восстановления заявителю срока на предъявление требования о включении задолженности в реестр требований кредиторов должника и установлении требований заявителя в реестре требований кредиторов должника.

Судом апелляционной инстанции не установлено уважительных причин, позволяющих восстановить указанный срок.

Отказ в удовлетворении ходатайства согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце 4 пункта 23 Постановления Пленума ВС РФ от 13.10.2015 N45, не препятствует проверке обоснованности заявленного кредитором требования.

По мнению суда апелляционной инстанции, наличие факта исполнения Мозуль Т.В. обязательств за должника Пичурина Д.М. не является безусловным основанием для включения указанных требований в реестр требований кредиторов должника, при отсутствии доказательств, с достоверностью подтверждающих наличие финансовой возможности исполнения обязательств, при условии, что указанные действия были совершены при злоупотреблении правами с целью вывода ликвидного актива должника, за счет реализации которого возможно наиболее полное погашение требований внешних кредиторов должника.

Как следует из материалов дела заявителем в подтверждение финансовой возможности исполнения обязательств перед банком за должника был предоставлен договор купли-продажи от 24.02.2014, по которому Мозуль Т.В. произвела отчуждение принадлежащей ей квартиры по ул. Агрономическая, 39-14 в г. Екатеринбурге в собственность Алиевых Ш.Ш., М.А. и З.Ш. по цене 3 850 000,00 рублей. 1 000 000,00 рублей были получены ею при подписании договора и 2 850 000,00 рублей подлежали перечислению на ее счет в ОАО «Газпромбанк».

При этом, доказательств подтверждающих зачисление денежных средств на счет, открытый в банке на имя заявителя требования, суду предоставлен не был.

Иные доказательства, подтверждающие доходы заявителя, а также его расходы, в том числе от продажи вышеуказанной квартиры, суду первой инстанции также не предоставлены.

Таким образом, заявителем не доказана обоснованность заявленных требований. В данном случае интересы заинтересованного лица не могут конкурировать с требованиями внешних кредиторов должника.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 15 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации, если третье лицо исполнило обязательство должника согласно условиям заключенного ими соглашения, не предполагающего возмещения третьему лицу соответствующих расходов, и воспользовалось платежными документами, заявив требование о включении указанных сумм в реестр требований кредиторов должника лишь с противоправной целью уменьшения в интересах должника количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, требование третьего лица не подлежит включению в реестр требований кредиторов должника. Гражданское законодательство основывается на презумпции разумности действий участников гражданских правоотношений (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации), поэтому в ситуации, когда родственник должника производит платеж за него по его кредитору с целью вывода имущества из-под залога банка с последующим отчуждением указанного имущества в пользу заинтересованного лица, предполагается, что в основе операций по погашению чужого долга лежит договоренность между ними - заключенная ими сделка, определяющая условия взаиморасчетов. Обстоятельства совершения платежей и последующее поведение сторон, длительное непредъявление Мозуль Т.В. финансовых претензий Пичурину Д.М. (супругу дочери заявителя) вплоть до вступления в силу судебного акта о признании совершенной сделки недействительной, нераскрытие информации о каком-либо возмездном соглашении, заключенном ими, позволяют неаффилированным лицам предполагать, что указанные действия были совершены с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

При наличии у должника просроченной кредиторской задолженности подобные действия должника и аффилированных с ним лиц могут свидетельствовать о намерении создать подконтрольную фиктивную кредиторскую задолженность для последующего уменьшения процента удовлетворения требований независимых кредиторов.

Поскольку при принятии определения от 11.09.2018 суд первой инстанции пришел к выводам, не соответствующим установленным по делу обстоятельствам, и неправильно применил нормы материального права, обжалуемый судебный акт подлежит отмене на основании пунктов 3 и 4 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с принятием нового судебного акта об отказе в удовлетворении заявления в полном объеме.

В соответствии с подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины за подачу настоящей апелляционной жалобы не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 104, 110, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 11 сентября 2018 года по делу № А60-8434/2016 отменить. 

В удовлетворении заявления Мозуль Тамары Викторовны о включении задолженности в размере 3 053 091,45 рубля в реестр требований кредиторов должника Пичурина Дмитрия Михайловича отказать.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

Л.М. Зарифуллина 

 

 

Судьи

 

С.И. Мармазова 

 

Т.С. Нилогова