ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

26.10.2020 года                                                                    дело № А48-5382/2019(Г)

г. Воронеж                                                                                                                             

Резолютивная часть постановления объявлена 19.10.2020 года

Постановление в полном объеме изготовлено 26.10.2020 года

Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи                                                            Пороника А.А.

судей                                                                                                   Безбородова Е.А.

                                                                                                           ФИО1

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО2,

при участии:

от общества с ограниченной ответственностью «Форт Эдельвейс»: ФИО3, директор, выписка из ЕГРЮЛ от 19.10.2020, паспорт гражданина РФ;

от иных лиц, участвующих в деле: не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Форт Эдельвейс»

на определение Арбитражного суда Орловской области от 10.08.2020 по делу № А48-5382/2019(Г),

по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «ТГА-Запад» к обществу с ограниченной ответственностью «Форт Эдельвейс» (г. Москва, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о признании сделки должника недействительной и применении последствий ее недействительности

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ТГА-Запад» (г. Орел, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

третье лицо: общество с ограниченной ответственностью «Ойлс энд Фатс Продактс» (Московская обл., г. Люберцы, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

УСТАНОВИЛ:

26.04.2019 в Арбитражный суд Орловской области поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «ЕКА-Процессинг» (далее – ООО «ЕКА-Процессинг») о признании его несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «ТГА-Запад» (далее – должник, ООО «ТГА-Запад»).

13.06.2019 заявление ООО «ЕКА-Процессинг» принято к производству (после устранения обстоятельств, послуживших основанием оставления заявления без движения).

22.07.2019 (рез. часть от 16.07.2019) ООО «ТГА-Запад» признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, в его отношении открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО4.

27.07.2019 конкурсным управляющим в соответствии с требованиями статей 28, 128 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» опубликовано сообщение о введении процедуры конкурсного производства в отношении должника в газете «Коммерсантъ» № 132.

11.11.2019 (согласно оттиску регистрационного штампа суда) конкурсный управляющий  ООО «ТГА-Запад» обратился в Арбитражный суд Орловской области с заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «ТГА-Юг» (далее – ответчик, ООО «ТГА-Юг») о признании недействительным договора купли-продажи транспортного средства № 306 от 15.03.2018 и применении последствий недействительности сделки в виде возврата имущества в конкурсную массу. 

17.01.2020 произведена замена ответчика по обособленному спору с ООО «ТГА-Юг» на его правопреемника – общество с ограниченной ответственностью «Форт Эдельвейс» (далее – ответчик, ООО «Форт Эдельвейс»), поскольку 13.12.2019 в ЕГРЮЛ внесена запись о прекращении деятельности юридического лица ООО «ТГА-Юг» путем реорганизации в форме присоединения к ООО «Форт Эдельвейс».

В ходе рассмотрения обособленного спора конкурсный управляющий уточнил заявленные требований в части применения последствий недействительности сделки, а именно просил взыскать с ООО «Форт Эдельвейс» рыночную стоимость отчужденного транспортного средства в размере 1 800 000 руб. Уточнение требования принято судом в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) к рассмотрению.

Определением Арбитражного суда Орловской области от 10.08.2020 требования конкурсного управляющего удовлетворены. Признан недействительным договор купли-продажи транспортного средства № 306 от 15.03.2018, заключенный между ООО «ТГА-Запад» и ООО «ТГА-Юг». Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «Форт Эдельвейс» в пользу ООО «ТГА-Запад» 1 800 000 руб.

Не согласившись с данным определением, ООО «Форт Эдельвейс» обратилось в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просило определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт.

В обоснование жалобы ООО «Форт Эдельвейс» указало, что ущерба кредиторам ООО «ТГА-Запад» нанесено не было, так как актом взаимозачета от 27.04.2018 незаконные сделки были санированы и приведены к общему знаменателю путем зачета взаимных требований, по которому у ООО «ТГА-Запад» имеется задолженность перед ООО «ТГА-Юг» в размере 369 892 руб. Суд не исследовал вопрос о стоимости признанного недействительным договора. Приложенная к заявлению оценка № 673/2019 от 10.09.2019 касается стоимости полуприцепа-цистерны с похожей стоимостью 1 807 000 руб., в то время как предмет договора и предмет оценки являются разными транспортными средствами. Позиция о реальной стоимости предмета договора без учета удорожания за счет рассрочки и позиция зачета взаимных требований не были детально изучены судом.

09.10.2020 посредством сервиса подачи документов «Мой арбитр» от Федеральной налоговой службы в лице Управления Федеральной налоговой службы по Орловской области поступил отзыв на апелляционную жалобу с приложениями, в котором уполномоченный орган просил обжалуемое определение оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения.

В отзыве уполномоченный орган ссылался на то, что доводы ответчика не опровергают выводов суда первой инстанции, поскольку, в частности, связаны с обстоятельствами продажи иного транспортного средства – цистерна 565848, 2009 г.в., VIN 

<

***>. 

16.10.2020 посредством сервиса подачи документов «Мой арбитр» (19.10.2020 повторно) от конкурсного управляющего поступил отзыв на апелляционную жалобу с приложениями, в котором ФИО4 просит обжалуемое определение оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения.

В отзыве конкурсный управляющий указывал на то, что выводы суда первой инстанции основаны на имеющихся в деле доказательствах, подтверждающих обстоятельства неравноценного встречного представления, совершения сделки между заинтересованными лицами с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов и причинения такого вреда (ущерба).

В судебное заседание явился представитель ответчика, иные лица, участвующие в деле, не явились, надлежаще извещены. Отзыв конкурсного управляющего содержал ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы в отсутствие его представителя.

На основании статей 123, 156, 266 АПК РФ апелляционная жалоба рассматривалась в отсутствие не явившихся лиц, извещенных о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом.

Поступившие документы были приобщены судом к материалам дела, за исключением отзыва конкурсного управляющего с приложенными документами, поступившими 19.10.2020, поскольку данные документы идентичны документам, поступившим от конкурсного управляющего 16.10.2020.

Представитель ООО «Форт Эдельвейс» поддержал доводы апелляционной жалобы, считал обжалуемое определение незаконным и необоснованным, принятым с нарушением норм материального и процессуального права, просил его отменить, принять по делу новый судебный акт.

Выслушав представителя заявителя жалобы, изучив материалы дела и доводы апелляционной жалобы, отзывов на нее, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для изменения или отмены обжалуемого судебного акта. При этом суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 15.03.2018 между ООО «ТГА-Запад» (Продавец) и ООО «ТГА-Юг» (Покупатель) заключен договор купли-продажи транспортного средства № 306, по условиям которого Продавец обязался передать в собственность Покупателю транспортное средство – цистерна 560301, 2013 года выпуска, VIN 

<

***>, гос. номер 

<

***> 57RUS (п. 1.1). Согласно п. 2.1 договора купли-продажи № 306 общая стоимость товара составляет 100 000 руб. В этот же день между сторонами подписан Акт приема-передачи транспортного средства (т. 1 л.д. 17 – 19).

Во исполнение условий договора купли-продажи № 306 ООО «ТГА-Юг» перечислило ООО «ТГА-Запад» денежные средства в размере 100 000 руб., частности 18.06.2018 было оплачено 50 000 руб. и 22.06.2018 было оплачено 50 000 руб. (т. 1 л.д. 24 – 26).

Кроме того, 29.03.2018 между ООО «ТГА-Юг» (Продавец) и ООО «Ойлс энд Фатс Продактс» (Покупатель) заключен договор купли-продажи транспортного средства № 2, по условиям которого Продавец обязался передать в собственность Покупателю транспортное средство – цистерна 560301, 2013 года выпуска, VIN 

<

***>, гос. номер 

<

***> 57RUS (п. 1.1). Согласно п. 2.1 договора купли-продажи № 2 общая стоимость товара составляет 1 800 000 руб. В этот же день между сторонами подписан Акт приема-передачи транспортного средства (т. 1 л.д. 60 – 62).

Во исполнение условий договора купли-продажи № 2 ООО «Ойлс энд Фатс Продактс» перечислило в адрес ООО «ТГА-Юг» денежные средства в размере 1 800 000 руб. в период с 27.03.2018 по 30.07.2018 (т. 1 л.д. 65 – 69).

Полагая, что договор купли-продажи транспортных средств № 306 от 15.03.2018, заключенный между ООО «ТГА-Запад» и ООО «ТГА-Юг», подпадает под признаки подозрительности, предусмотренные пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», а также совершен при злоупотреблении правом конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Принимая обжалуемый судебный акт, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных настоящим Федеральным законом (п. 1 ст. 61.9 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Требование арбитражного управляющего о признании в рамках дела о банкротстве подозрительной сделки недействительной направлено на защиту интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего кредиторов должника. При разрешении такого требования имущественные интересы сообщества кредиторов несостоятельного лица противопоставляются интересам контрагента (выгодоприобретателя) по сделке. Соответственно, право на конкурсное оспаривание в материальном смысле возникает только тогда, когда сделкой нарушается баланс интересов названного сообщества кредиторов и контрагента (выгодоприобретателя), последний получает то, на что справедливо рассчитывали первые.

Иск о признании подозрительной сделки недействительной направлен на защиту прав кредиторов, понесших от данной сделки имущественные потери, независимо от того, кем этот иск подан – арбитражным управляющим или одним из кредиторов.

Пунктом 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) разъяснено, что в силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются, в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

В связи с этим по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

Пунктом 9 Постановления № 63 установлено, что, если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего постановления).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Оспариваемый договор купли-продажи № 306 заключен 15.03.2018, то есть в пределах трехгодичного срока, предшествующего возбуждению производства по делу о банкротства должника (13.06.2019). В связи с чем, оспариваемая сделка может обладать признаками подозрительной сделки, предусмотренными п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). 

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 5 Постановления № 63, для признания сделки недействительной необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 данного постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 названного постановления разъяснено, что согласно абзацам 2 – 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если присутствуют одновременно два следующих признака:

- на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

- имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами 2 – 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в том числе сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Установленные абзацами 2 – 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором – пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В силу пункта 7 Постановления № 63 в силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Таким образом, в предмет доказывания по делам об оспаривании подозрительных сделок должника по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве входят обстоятельства причинения вреда имущественным правам кредиторов с установлением цели (направленности) сделки и факт осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника на момент ее совершения.

Из представленных в материалы дела доказательств усматривается, что на дату заключения оспариваемой сделки (15.03.2018) у должника имелись неисполненные обязательства перед следующими кредиторами, требования которых включены в реестр требований кредиторов: 

1. ООО «РТИТС» в сумме 2 083 744,08 руб. (задолженность по внесению платы в счет возмещения вреда, причиняемого автомобильным дорогам за период с 18.04.2017 по 13.06.2019), 

2. ФГБУЗ «Медицинский центр «Решма» в сумме 277 600,23 руб. (задолженность по арендной плате за период декабрь 2017 – май 2018),

При этом, в соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710, сама по себе недоказанность одной из составляющих презумпции цели причинения вреда не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ).

Из имеющихся в деле доказательств усматривается, что решением от 12.07.2018 № 17-10/09 ООО «ТГА-Запад» привлечено к ответственности за совершение налогового правонарушения, в том числе за неполную уплату суммы налога на добавленную стоимость за 2 квартал 2015 года, 3 квартал 2015 года, 4 квартал 2015 года, 1 квартал 2016 года, 2 квартал 2016 года, 3 квартал 2016 года, 4 квартал 2016 года в результате занижения налоговой базы и завышения налоговых вычетов по НДС. Обществу дополнительно было начислено и предложено уплатить НДС в размере 11 385 443 руб. 00 коп.

Исходя из чего, по состоянию на дату совершения оспариваемой сделки у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, впоследствии включенными в реестр, в его отношении проводилась выездная налоговая проверка на предмет доначисления сумм налогов в связи с занижением бывшим руководителем должника налоговой базы и завышением налоговых вычетов по НДС в период с 2 квартала 2015 года по 4 квартал 2016 года.

Согласно статье 19 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве) заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также: руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве; лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи; лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

В связи с чем, оспариваемая сделка была совершена в отношении заинтересованного лица – ООО «ТГА-Юг», поскольку ФИО5 являлся единоличным исполнительным органом, как должника, так и ответчика.

Более того, оспариваемая сделка была совершена при неравноценном встречном представлении.

Из материалов дела усматривается, что спустя непродолжительный период времени с даты заключения оспариваемой сделки (14 дней), по которой имущество должника было реализовано по цене 100 000 руб., ответчиком спорное имущество отчуждено третьему лицу по цене 1 800 000 руб.

Учитывая, что ООО «Ойлс энд Фатс Продактс» не является заинтересованным по отношению к должнику лицом, а сделки по продаже одного и того же имущества совершены с незначительным интервалом времени в две недели, является правомерным вывод о том, что ООО «Ойлс энд Фатс Продактс» приобрело спорное транспортное средство по рыночной цене – 1 800 000 руб.

На основании изложенного, наличие в совокупности вышеуказанных обстоятельств, а именно задолженности перед кредиторами, впоследствии включенными в реестр, ожидание доначисления в ходе налоговой проверки сумм налогов и реализация заинтересованному лицу имущества по существенно отличающейся от рыночных условий цене, по мнению арбитражных судов, свидетельствуют о наличии цели причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения оспариваемой сделки.

Поскольку фактически имущество было реализовано по цене, ниже его рыночной стоимости в 18 раз, то в результате совершения оспариваемой сделки из владения должника выбыло имущество без соответствующего равноценного встречного представления, что привело к снижению активов должника, а, соответственно, к причинению вреда имущественным правам кредиторов.

При этом другая сторона сделки ООО «ТГА-Юг», являясь заинтересованным лицом по отношению к должнику, не могло не знать об указанной противоправной цели должника по причинению вреда имущественным правам кредиторов.

Таким образом, учитывая, что оспариваемая сделка совершена в период подозрительности между заинтересованными лицами, при наличии у должника неисполненных денежных обязательств перед кредиторами, впоследствии включенными в реестр, и в преддверии доначисления сумм налога, в результате ее совершения произошло неравноценное выбытие из владения должника ликвидных активов, в связи с чем, уменьшился размер имущества должника на сумму 1 800 000 руб., что повлекло причинение вреда имущественным правам кредиторов, арбитражный суд пришел к правомерному выводу о том, что оспариваемая сделка подлежит признанию недействительной по основаниям, предусмотренным п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Конкурсным управляющим должником также заявлены требования о признании спорного договора недействительным на основании норм гражданского законодательства, в частности ст.ст. 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Пунктом 4 Постановления № 63 разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Гражданское законодательство основывается на презюмируемой разумности действий участников гражданских правоотношений (статья 10 ГК РФ).

Разумность стороны гражданско-правового договора при его заключении и исполнении означает проявление этой стороной заботливости о собственных интересах, рациональность ее поведения исходя из личного опыта данной стороны, той ситуации, в которой она находится, существа правового регулирования заключенной ею сделки, сложившейся практики взаимодействия таких же участников гражданского оборота при сходных обстоятельствах.

Общие начала недопустимости злоупотребления правами закреплены в части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации, согласно положениям которой, осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В соответствии со статьей 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. В случае несоблюдения данных требований арбитражный суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права.

Указанная норма права закрепляет принцип недопустимости (недозволенности) злоупотребления правом и определяет общие границы (пределы) гражданских прав и обязанностей. Суть этого принципа заключается в том, что каждый субъект гражданских правоотношений волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц. Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются в силу данного принципа недозволенными (неправомерными) и признаются злоупотреблением правом. При этом основным признаком наличия злоупотребления правом является намерение причинить вред другому лицу, намерение употребить право во вред другому лицу.

Таким образом, по смыслу статьи 10 ГК РФ, злоупотребление гражданским правом заключается в превышении пределов дозволенного гражданским правом осуществления своих правомочий путем осуществления их с незаконной целью или незаконными средствами, с нарушением при этом прав и законных интересов других лиц. Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

В случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются, пока не доказано обратное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 65 АПК РФ).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (п. 2 ст. 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (п. 3 ст. 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (п. 5 ст. 166 ГК РФ).

В силу статьи 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

По смыслу приведенных выше положений закона и разъяснений по их применению, добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей.

Для квалификации сделок как ничтожных с применением положений статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации в предмет доказывания входят установление факта ущемления интересов других лиц; установление недобросовестности сторон сделки, в том числе наличие либо сговора между сторонами, либо осведомленности контрагента должника о заведомой невыгодности, его негативных последствиях для лиц, имеющих защищаемый законом интерес.

Из положений, содержащихся в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ). К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ).

В силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве, под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно разъяснениям Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, данным в пункте 10 Постановления от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов, по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Таким образом, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что оспариваемая сделка заключена с целью реализовать какой-либо противоправный интерес, а также в обход закона.

Установление судом факта злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного поведения другой стороны.

Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у всех участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

При этом, учитывая специфику оспаривания сделок в процедуре банкротства должника, противоправный интерес с учетом вышеприведенных разъяснений может заключаться в наличии цели причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Конкурсным управляющим в материалы дела представлены достаточные доказательства наличия противоправного интереса при совершении сделок со стороны, как должника, так и ответчика, наличия цели причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о признании оспариваемой сделки недействительной.

Согласно п. 2 ст. 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу пунктов 1, 2 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Кредиторы и иные лица, которым передано имущество или перед которыми должник исполнял обязательства или обязанности по сделке, признанной недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 и пункта 3 статьи 61.3 настоящего Федерального закона, в случае возврата в конкурсную массу полученного по недействительной сделке имущества приобретают право требования к должнику, которое подлежит удовлетворению в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве), после удовлетворения требований кредиторов третьей очереди, включенных в реестр требований кредиторов.

Материалами дела подтверждается, что ответчик реализовал переданное ему по недействительной сделке имущество третьему лицу по рыночной цене.

В связи с чем, ввиду отсутствия у ответчика во владении спорного транспортного средства по причине его продажи третьему лицу, в качестве последствий недействительности сделки суд обоснованно взыскал с ООО «Форт Эдельвейс» в пользу должника рыночную стоимость транспортного средства, размер которой составляет 1 800 000 руб. (стоимость, установленная договором купли-продажи № 2 от 29.03.2018).

При этом, поскольку из представленных в материалы дела доказательств следует, что ответчиком осуществлена оплата по признанному недействительным договору купли-продажи от 15.03.2018 в сумме 100 000 руб., указанное требование ответчика к должнику считается восстановленным.

Между тем, исходя из разъяснений, изложенных в п. 26 Постановления № 63, восстановленное требование к должнику кредитор может предъявить в порядке, предусмотренном статьей 100 Закона о банкротстве, только после возврата в конкурсную массу (должнику) этого имущества или его стоимости.

Суд первой инстанции справедливо отклонил доводы ответчика, изложенные в отзыве, поскольку они связаны с обстоятельствами продажи иного транспортного средства – Цистерна 565848, 2009 года выпуска, VIN 

<

***>.

Указанное подтверждается содержанием представленного в материалы дела конкурсным управляющим и третьим лицом паспорта транспортного средства на спорное имущество (т. 1 л.д. 20 – 21), из которого следует, что должник приобретал его в лизинг у АО «ВТБ-Лизинг», а затем выкупил в свою собственность. После чего реализовал его ООО «ТГА-Юг».

К представленному акту зачета взаимных требований от 27.04.2018 (т. 2 л.д. 70 – 71) суд области обоснованно отнесся критически, поскольку он заключен от имени ООО «ТГА-Запад» неуполномоченным лицом (учредителем, который в силу закона без доверенности полномочий заключать от имени должника сделки не имеет). При этом доказательств того, что у ООО «ТГА-Юг» имелись обязательства перед ООО «ТГА-Запад» по договору купли-продажи от 15.03.2018 на сумму 1 700 000 руб. (какие-либо дополнительные соглашения, иные неисполненные обязательства) в материалы дела не представлено.

Согласно ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

Указанная норма АПК РФ закрепляет общее правило о бремени доказывания. Содержание данного правила определяется действием принципа состязательности в арбитражном процессе.

Последствием неисполнения этой юридической обязанности (непредставление доказательств) может стать принятие судебного акта, который не будет соответствовать интересам стороны, не представившей доказательства в полном объеме.

Акт взаимозачета от 27.04.2018 не является предметом настоящего обособленного спора, не изменяет условия оспариваемого договора купли-продажи от 15.03.2018.

Довод ООО «Форт Эдельвейс» о том, что действительная стоимость спорного транспортного средства не равна 1 800 000 руб., отклоняется судом апелляционной инстанции, поскольку данная стоимость прямо установлена договором купли-продажи № 2 от 29.03.2018 спорного транспортного средства, заключенным между ответчиком и третьим лицом спустя две недели после совершения сделки с должником. 

При этом в ходе рассмотрения обособленного спора судом первой инстанции ООО «Форт Эдельвейс» не заявляло ходатайство о проведении судебной экспертизы определения рыночной стоимости спорного транспортного средства на дату совершения сделки. Связь между стоимостью переданного транспортного средства и рассрочкой ее оплаты достаточными и достоверными доказательствами не подтверждена.

Доводы заявителя жалобы о том, что суд первой инстанции неправомерно отказал в удовлетворении ходатайства об отложении судебного заседания, не могут быть признаны состоятельными.

Основания для отложения судебного разбирательства, предусмотренные частями 1 и 2 статьи 158 АПК РФ, в рассматриваемом случае отсутствовали, а положения части 5 данной статьи прямо указывают, что отложение судебного заседания является правом суда, а не его обязанностью, оно должно быть обусловлено объективными обстоятельствами, препятствующими рассмотрению принятого к производству заявления по существу.

Из содержания данной нормы следует, что полномочие суда по вопросу удовлетворения ходатайства об отложении судебного разбирательства относится к числу дискреционных и зависит от наличия обстоятельств, препятствующих участию стороны в судебном заседании, которые суд оценит в качестве уважительных причин неявки.

ООО «Форт Эдельвейс» не обосновало и не подтвердило достаточными и достоверными доказательствами невозможность рассмотрения заявления конкурсного управляющего без своего участия. Не были представлены и достаточные доказательства в обоснование причин невозможности явки в судебное заседание.

Указание на оценку иного объекта, как несопоставимого с предметом сделки, не свидетельствует о неправомерности выводов суда области.

В рассматриваемом случае в качестве критерия неравноценности судом области была избрана не оценочная стоимость, но цена, отраженная в договоре, заключенном через 14 дней относительно оспариваемого (100 000 руб. и 1 800 000 руб.).

Ссылки на противоправные действия бывшего руководителя ФИО5 не опровергают выводы суда относительно существа оспариваемой сделки. 

Обжалуя определение суда первой инстанции, каких-либо доводов, которые не были бы проверены и не учтены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, либо опровергали выводы арбитражного суда области, заявитель жалобы не привел.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, направлены на переоценку исследованных доказательств и выводов суда при отсутствии к тому правовых оснований, в связи с чем, признаются апелляционной коллегией несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта, т.к. основаны на ошибочном толковании норм права.

Нормы процессуального права, являющиеся в соответствии с частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены судебного акта арбитражного суда первой инстанции в любом случае, судом первой инстанции не нарушены.

В силу положений ст. 110 АПК РФ судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Расходы за рассмотрение апелляционной жалобы в виде государственной пошлины в общей сумме 3 000 руб. относятся на заявителя и возврату из федерального бюджета не подлежат.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьями 271 – 272 АПК РФ, 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Орловской области от 10.08.2020 по делу № А48-5382/2019(Г) – оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Центрального округа в срок, не превышающий месяца со дня вступления в законную силу, через арбитражный суд первой инстанции согласно части 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья                                              А.А. Пороник

Судьи                                                                                                   Е.А. Безбородов

 

 ФИО1