ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

18.01.2024

Дело N А41-522/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 11.01.2024

Полный текст постановления изготовлен 18.01.2024

Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего-судьи Паньковой Н.М.,

судей: Свиной О.Н., Каменецкого Д.В. 

при участии в заседании:

от ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 17.03.2022);

от ФИО3 – ФИО2 (доверенность от 18.01.2022);

от ФИО4 – ФИО5 (доверенность от 28.01.2022);

от АО «Восток-Сервис» - ФИО6 (доверенность от 05.12.2023);

к/у ООО «Восток-Сервис» ФИО7, - лично (паспорт);

рассмотрев в судебном заседании кассационные жалобы конкурсного управляющего ООО «Восток-Сервис» ФИО7, ГУП Московской области «Коммунальные системы Московской области» и ФИО4 на определение Арбитражного суда Московской области от 17.07.2023, постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 18.09.2023 по заявлениям конкурсного управляющего должника, ГУП Московской области «Коммунальные системы Московской области» о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Восток-Сервис»

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Московской области от 21.02.2019 ООО «ВостокСервис» (ИНН 

<

***>) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО7.

Определением Арбитражного суда Московской области от 27.05.2019 требования Государственного унитарного предприятия Московской области «Коммунальные системы Московской области» задолженность в размере 4 512 449,21 руб. - основной долг, 181 192,19 руб. - пени включены в реестр требований кредиторов должника третью очередь.

29.11.2021  в Арбитражный суд Московской области поступило заявление ГУП Московской области «Коммунальные системы Московской области» о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО4, ФИО8, ФИО1, ФИО9 и АО «Восток-Сервис».

21.02.2022 в Арбитражный суд Московской области поступило также заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4, ФИО8, ФИО1, ФИО9.

Определением Арбитражного суда Московской области от 19.09.2022 заявления кредитора и конкурсного управляющего объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

По результатам разрешения настоящего обособленного спора определением Арбитражного суда Московской области от 17.07.2023,  ФИО4, ФИО8, ФИО1 и АО «Восток-Сервис» привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Восток-Сервис», производство по спору в части определения размера субсидиарной ответственности привлеченных лиц приостановлено до формирования конкурсной массы и расчетов с кредиторами. В остальной части требований кредитора и конкурсного управляющего отказано.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 18.09.2023 определение Арбитражного суда Московской области от 17 июля 2023 года отменено. В удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности АО «ВостокСервис», ФИО1, ФИО8 - отказано. В остальной части определение оставлено без изменения.

Не согласившись с судебными актами по делу, конкурсный управляющий ООО «Восток-Сервис» ФИО7, ГУП Московской области «Коммунальные системы Московской области» и ФИО4 обратились в Арбитражный суд Московского округа с кассационными жалобами.

В кассационной жалобе ГУП Московской области «Коммунальные системы Московской области» просит отменить постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 18.09.2023, ставить в силе определение Арбитражного суда Московской области от17.07.2023.

В кассационной жалобе конкурсный управляющий ООО «Восток-Сервис» ФИО7 просит отменить постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 18.09.2023 в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО8, ФИО1, АО «Восток-Сервис», ФИО4

В кассационной жалобе ФИО4 просит судебные акты отменить в части его привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Восток-Сервис».

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru. 

В судебном заседании представитель ФИО4 доводы своей кассационной жалобы поддержал, просил обжалуемые судебные акты отменить, кассационную жалобу удовлетворить. Возражал против  удовлетворения кассационных жалоб  конкурсного управляющего ООО «Восток-Сервис» ФИО7 и ГУП Московской области «Коммунальные системы Московской области», просил оставить их без удовлетворения.

В судебном заседании представитель ФИО1 и ФИО3 на доводах кассационной жалобы ФИО4 настаивал, возражал против удовлетворения кассационных жалоб конкурсного управляющего ООО «Восток-Сервис» ФИО7 и ГУП Московской области «Коммунальные системы Московской области».

Представитель АО «Восток-Сервис» возражал против удовлетворения кассационных жалоб, просил оставить судебные акты без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Иные участвующие в деле лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы в их отсутствие.

В материалы дела от ООО «Восток-Сервис» поступил письменный отзыв на кассационную жалобу, в котором указано на отсутствие оснований для удовлетворения кассационных жалоб.

В материалы дела от конкурсного управляющего ООО «Восток-Сервис» поступил письменный отзыв на кассационную жалобу ФИО4, в котором указано на отсутствие оснований для удовлетворения кассационной жалобы.

В материалы дела от АО «Восток-Сервис» поступил письменный отзыв на кассационную жалобу, в котором указано на отсутствие оснований для удовлетворения кассационных жалоб.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб, заслушав представителей лиц, явившихся в судебное заседание, проверив в порядке статей 286, 287, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам, судебная коллегия суда кассационной инстанции пришла к следующим выводам.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В соответствии с Федеральным законом от 29.07.2017 N 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон N 266-ФЗ) Закон о банкротстве дополнен главой III.2, регулирующей ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона N 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона N 266-ФЗ, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ.

При этом, по смыслу пункта 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 N 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации) положения Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона N 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона N 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей в период совершения действий.

При этом, предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Вместе с тем, следует принимать во внимание то, что запрет на применение новелл к ранее возникшим обстоятельствам (отношениям) не действует, если такие обстоятельства, хоть и были впервые поименованы в законе, но по своей сути не ухудшают положение лиц, а являются изложением ранее выработанных подходов, сложившихся в практике рассмотрения соответствующих споров.

Таким образом, вменяемые ответчикам действия и бездействие, имевшие место до 29.07.2017, надлежит рассматривать по правилам статьи 10 Закона о банкротстве, в редакции Федерального закона N 134-ФЗ от 28.06.2013.

Вменяемые ответчикам действия (бездействие), имевшие место после 30.07.2017 надлежит рассматривать по правилам главы III.2 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона N 266-ФЗ от 29.07.2017.

Как установлено судами производство по делу о банкротстве ООО «Восток-Сервис» возбуждено 12.01.2018.

ФИО4 являлся генеральным директором должника с 07.02.2017 по 04.03.2019.

ФИО8 владел долей в уставном капитале должника в размере 80% до 29.08.2017.

ФИО1 владела долей в уставном капитале должника в размере 10% до 29.08.2017.

ФИО9 владеет долей в уставном капитале должника в размере 90% с 29.08.2017, а с 10.09.2020 - долей в размере 100%.

АО «Восток-Сервис» является контрагентом должника, которому в период с 07.02.2017 по 10.07.2018 с расчетного счета должника было перечислено денежных средств в общем в размере 29 447 263 руб. 12 коп.

Кредитор ГУП Московской области «Коммунальные системы Московской области» просил привлечь ответчиков за: неисполнение обязанности по подаче в арбитражный суд заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) (Найду С.И., ФИО8, ФИО1 и ФИО9); неисполнение обязанности по передаче всей документации о финансово-хозяйственной деятельности ООО «Восток-Сервис» конкурсному управляющему (Найду С.И.), а также совершение сделки по безвозмездному перечислению денежных средств в размере 29 447 263 руб. 12 коп. в пользу АО «Восток-Сервис», причинившей существенный вред кредиторам должника (Найду С.И., ФИО8, ФИО1 и ФИО9 и АО «Восток-Сервис»).

Конкурсный управляющий просил привлечь Найду С.И. к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по передаче документов конкурсному управляющему; Найду С.И. и ФИО9 за не обращение в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника, а также за совершение сделок в отношении АО «Восток-Сервис» (на сумму 29 447 263 руб. 12 коп.), ООО «Уютный дом «Электросталь» (на сумму 1 751 794,64 руб.), ООО «Развитие» (на сумму 305 000 руб.), ООО «Виктория-Монино» (на сумму 750 108,72 руб.), причинивших существенный вред кредиторам.

Суд первой инстанции привлек Найду С.И. к субсидиарной ответственности за непередачу первичных документов конкурсному управляющему, а также за совершение платежей в пользу АО «Восток-Сервис» в период с 30.07.2017 по 10.07.2018 и отказал в привлечении его к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по подаче заявления о банкротстве должника, а также совершение платежей в пользу АО «Восток-Сервис» в период с 07.02.2017 по 29.07.2017 ввиду пропуска заявителями срока исковой давности.

Также суд привлек к субсидиарной ответственности АО «Восток-Сервис» за совершение сделки на сумму 29 447 263 руб. 12 коп., мотивировав свой вывод тем, что она являлась для должника значительной применительно к масштабам его деятельности, АО «Восток-Сервис» и ООО «Восток-Сервис» являются фактически аффилированными лицами, в результате совершения сделки АО «Восток-Сервис» извлекло необоснованную имущественную выгоду.

Суд первой инстанции привлек к субсидиарной ответственности ФИО8 и ФИО1 за непринятие решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника, а также за создание схемы по переводу деятельности должника на другое юридическое лицо - новое ООО «Восток-Сервис» (ИНН 

<

***>), которое в результате недобросовестных и неразумных действий ответчиков получило имущественную выгоду при прекращении осуществления хозяйственной деятельности самим должником.

Отказывая в привлечении ФИО9 к субсидиарной ответственности, суд первой инстанции исходил из того обстоятельства, что она до приобретения ею долей в уставном капитале ООО «Восток-Сервис» не являлась аффилированным по отношению к должнику лицом, также не доказано, что она приобрела и сберегла личную выгоду от банкротства должника.

Относительно привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности за не подачу в арбитражный суд заявления о признании ООО «Восток-Сервис» несостоятельным (банкротом).

В силу пункта 1 статьи 9 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в том числе в случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

В соответствии с пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона N 134-ФЗ) нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

Согласно правовой позиции, сформулированной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 31.03.16 N 309-ЭС15-16713 по делу N А50-4524/2013, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителя к ответственности за неисполнение в установленный срок обязанности по подаче в суд заявления должника о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного в пункте 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Возможность привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности по его обязательствам по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве - в связи с нарушением обязанности по подаче в арбитражный суд заявления должника о его собственном банкротстве, обусловлена недобросовестным сокрытием от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица, что, в свою очередь, влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Судами установлено, что согласно реестру требований кредиторов задолженность ООО «Восток-Сервис», включенная в реестр требований кредиторов, начала образовываться в 2011 - 2014 гг.

Как указали кредитор и конкурсный управляющий, существенное увеличение кредиторской задолженности произошло в 2017 году.

Общий размер задолженности перед кредиторами за периоды с 2014 - 2018 гг. составил 81 781 681 руб. 94 коп.

По данным бухгалтерского баланса по состоянию на 31.12.2016 кредиторская задолженность составляла 86 423 тыс. руб., дебиторская задолженность - 81 166 тыс. руб.

По состоянию на 30.06.2017 размер кредиторской задолженности составил 103 232 тыс. руб., размер дебиторской задолженности - 102 537 тыс. руб.

По итогам 2017 года должник получил убыток от продаж в размере 11 848 тыс. руб.

Затраты на 1 руб. выручки от продаж 2017 году составили 3,40 руб.

По сохранении указанных показателей деятельность должника продолжала оставаться убыточной.

Как указали суды, специфика деятельности должника как компании по управлению многоквартирными домами предполагает постоянные кассовые разрывы и накопление кредиторской и дебиторской задолженности. Однако планомерное, на протяжении нескольких лет, наращивание кредиторской задолженности, в отсутствие эффективных мер по взысканию дебиторской задолженности, свидетельствует, по мнению заявителей, об устойчивом (стабильном) ухудшении финансового состояния должника.

Заявители считают, что признакам объективного банкротства должник стал отвечать в четвертом квартале 2016 года.

Таким образом, вступив в должность генерального директора с 07.02.2017, ФИО4 должен был в течение месяца проанализировать финансовое положение должника и не позднее 07.03.2017 обратиться с заявлением о банкротстве, чего им сделано не было.

Сообщение о намерении обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве было опубликовано должником только 13.12.2017. 10.01.2018  должник подал заявление о банкротстве в арбитражный суд. Определением суда от 12.01.2018 заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству. Процедура наблюдения введена 28.03.2018. Конкурсное производство открыто 21.02.2019.

Исследовав материалы дела, арбитражный апелляционный суд не согласился с выводами суда первой инстанции, указав, что приведенные  обстоятельства не являются достаточными для возложения на Найду С.И. субсидиарной ответственности за не обращение в суд с заявлением о банкротстве, а также на участников ФИО8, ФИО1 и ФИО9 обязанности по принятию решения об обращении в суд с заявлением должника.

Между тем, суд округа не может согласиться с судом апелляционной инстанции в указанной части, поскольку пришел к выводу,  что суд  первой инстанции обоснованно принял во внимание то, что в материалы дела не представлено доказательств того, что ФИО4  принимались меры по взысканию дебиторской задолженности и уменьшения кредиторской задолженности. Также не доказано, что у ФИО4 как руководителя был экономически обоснованный план по выводу должника из сложившейся ситуации увеличения как кредиторской, так и дебиторской задолженности.

Отклоняя доводы ФИО4, ссылающегося на то, что в период нахождения в должности генерального директора ФИО4 предпринял ряд мер, направленных на преодоление имущественного кризиса должника. В октябре - ноябре 2017 года, после принятия судебных актов о взыскании задолженности в пользу ООО «ЭЛЕМАШ-ТЭК», ФИО4 совместно с ФИО9 инициировали переговорный процесс с кредитором для согласования условий реструктуризации задолженности. Также 01.11.2017 между ООО «Восток-Сервис» и ООО «Гарант» был заключен договор №11 -Д, по условиям которого исполнитель обязался оказывать должнику юридические услуги, связанные с взысканием дебиторской задолженности населения. В соответствии с пунктом 2.1 договора оказываемые услуги предусматривали досудебное взаимодействие с дебиторами, судебное представительство и сопровождение на стадии исполнительного производства. При этом пункт 8.1 договора предусматривал оплату только за фактически достигнутый положительный результат для ООО «Восток-Сервис», а не за сам факт оказанных услуг.

Суд первой инстанции обоснованно отметил, что  указанные действия  не могут быть признаны достаточными для освобождения от привлечения к субсидиарной ответственности, поскольку они стали проводиться спустя 9 месяцев после вступления в должность генерального директора должника (после того, как новым участником стала ФИО9). Доказательств того, что ФИО4 предпринимались направленные на улучшение финансового состояния должника действия в период с февраля по октябрь 2017 года в материалы дела не представлено. В связи с чем, приведенные ФИО4 мероприятия применительно к нему не могут считаться своевременными мерами по выводу должника из кризиса.

При этом, как указывает конкурсный управляющий, в течение 2017 года у ООО «Восток-Сервис» возникли следующие обязательства перед несколькими кредиторами, в том числе: перед МУП ПТП ГХ» в размере 5 568 18,76 руб.; перед ООО «Уютный дом Электросталь» в размере 4 533 295,22 руб.; перед МКУ «МФЦ ГЕО Электросталь» - в размере 646 053,15 руб.; перед ПАО «МСЗ» - 50 611 643,49 руб.; перед ФИО10 - 174 500,40 руб.; перед Фондом капитального ремонта общего имущества многоквартирных домов - 8 955 347,10 руб.; перед АО «Мосэнергосбыт» - 1 520 769,12 руб., а также перед другими кредиторами.

Таким образом,  суд первой инстанции обоснованно указал, что вступив в должность генерального директора 07.02.2017, ФИО4 должен был в течение месяца проанализировать финансовое положение должника и не позднее 07.03.2017 обратиться с заявлением о банкротстве, чего им сделано не было. И только 13.12.2017  должником опубликовано сообщение о намерении обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве (№02882027 от 13.12.2017 в Федресурсе).  10.01.2018 должник подал заявление о банкротстве в арбитражный суд. 12.01.2018 заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству. 

При этом суд апелляционной инстанции обоснованно отметил, что  с учетом времени, необходимого для установления  всех существенных обстоятельств, срок исковой давности конкурсным управляющим и кредитором не пропущен.

Рассмотрев доводы о привлечении ФИО9 за неподачу заявления о банкротстве и несозыв собрания для решения соответствующего вопроса, суд не находит оснований для его удовлетворения.

ФИО9 приобрела доли в уставном капитале должника в размере 90% 29.08.2017. С учетом разумного срока для анализа финансового состояния должника для нового участника общества (1 месяц ст. 9 Закона о банкротстве по аналогии), она должны была созвать собрание не позднее середины октября 2017 года.

При этом судом первой инстанции, с учетом  представленных в материалы дела доказательств, установлено и обоснованно принято во внимание то, что переговоры с основным кредитором  проведены в октябре-ноябре 2017 года и заключен договор на оказание юридических услуг по взысканию дебиторской задолженности. При этом уже в декабре 2017 года было опубликовано сообщение о намерении обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве. Таким образом, именно при участии ФИО9 начали приниматься меры, направленные на реструктуризацию долга и взыскание дебиторской задолженности. Однако в кратчайшие сроки (два месяца) стало ясно, что переговоры с кредитором не приводит к результату и информация о намерении была опубликована. Кроме того, из исследованных и установленных судом первой инстанции причин банкротства должника следует, что предпосылки для их возникновения были созданы действиями иных лиц и намного раньше приобретения долей ФИО9

Доказательств того, что ФИО9 являлась аффилированным или фактически аффилированным по отношению к должнику лицом до приобретения ею долей в материалы дела не представлено. Равно как и не доказано, что она приобрела и сберегла личную выгоду от банкротства должника. Следовательно, оснований для привлечения ФИО9  к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, нет.

Учитывая установленные обстоятельства, суды пришли к единому выводу, что  ФИО9 не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, поскольку она до приобретения ею долей в уставном капитале ООО «Восток-Сервис» не являлась аффилированным по отношению к должнику лицом, также не доказано, что она приобрела и сберегла личную выгоду от банкротства должника, и принимала меры по разрешению кризисной ситуации.

В части приведенных выводов  судов в отношении ФИО9 судебные акты не обжалуются.

Кроме того, суд первой инстанции, рассмотрев основания для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по основанию  за непередачу документов, установил и обоснованно учел следующее.

Согласно ст. 61.11 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в ст. 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

3) требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов;

4) документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены;

5) на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице: в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов; в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо.

При этом пунктом 4 статьи 61.11. Закона о банкротстве определено, что положения подпункта 2 пункта 2 данной статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности:

1) организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника;

2) ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Следует учесть, что согласно пункту 6 статьи 61.11. Закона о банкротстве положения подпункта 4 пункта 2 данной статьи применяются в отношении единоличного исполнительного органа юридического лица, а также иных лиц, на которых возложены обязанности по составлению и хранению документов, предусмотренных законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами.

При этом обязанность руководителя предприятия по организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности предприятия предусмотрена статьями 6 и 7 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете», а обязанность руководителя должника передать конкурсному управляющему бухгалтерскую и иную документацию должника -статьей 126 Закона о банкротстве.

С учетом буквального толкования статей 126, 61.11-61.12. Закона о банкротстве обязанность по передаче документов возложена именно на руководителя организации должника, а именно, на ФИО4

Решением Арбитражного суда Московской области от 21.02.2019 в отношении ООО  «Восток-Сервис» открыто конкурсное производство, суд обязал орган управления должника в трёхдневный срок передать конкурсному управляющему печати и штампы, материальные ценности, бухгалтерскую документацию.

Конкурсным управляющим в адрес ФИО4 направлен запрос о передаче документации в отношении должника ООО «Восток-Сервис».

В силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Определением от 18.06.2019 судом удовлетворено ходатайство конкурсного управляющего об истребовании документации должника.

Во исполнение обязанности, закрепленной в статье 126 Закона о банкротстве, ФИО4 передал конкурсному управляющему должника всю имеющуюся у него первичную документацию. Передача документов подтверждается составленными описями передаваемых документов от 20.09.2019.

Однако документы по дебиторской задолженности переданы не были. Дебиторская задолженность нарастающим итогом росла на протяжении нескольких лет и составляла значительную часть актива должника.

В судебном заседании 27.06.2023 на обозрение суда конкурсным управляющим были представлены регистры бухгалтерского учета, переданные бывшим руководителем должника, из которых не следовало, что указанные регистры содержали сведения по дебиторской задолженности.

Судом в судебном заседании также к материалам дела приобщены регистры бухгалтерского учета за 2017 год, переданные конкурсному управляющему.

ФИО4 ссылается на то, что с 01.12.2017 начисления и расчеты с населением производились платежным агентом ООО «ЭЦУ». Таким образом, информация о произведенных начислениях и фактических выплатах имеется у платежного агента.

Конкурсным управляющим были направлены запросы ООО «РЦУ» (предыдущее наименование ООО «ЭЦУ») о предоставлении сведений о задолженности населения за ЖКУ, но ответа не последовало.

Определения об истребовании у ООО «РЦУ» необходимых документов по дебиторской задолженности исполнены не были.

При этом, расчеты и сведения по дебиторской задолженности до 01.12.2017 должны были находится в ведении ООО «Восток-Сервис», то есть у ответчика, который отражал данные по размеру дебиторской задолженности в балансе должника.

Бывший руководитель не предпринял мер, направленных на благоприятствование деятельности конкурсного управляющего по пополнению конкурсной массы, что предполагает активные действия со стороны бывшего руководителя, позволяющие нивелировать вред от плохого управления.

Кроме того, 01.11.2017 между ООО «Восток-Сервис» и ООО «Гарант» был заключен договор №11 -Д, по условиям которого исполнитель обязался оказывать должнику юридические услуги, связанные с взысканием дебиторской задолженности населения. Следовательно, ФИО4 располагал документами, на основании которых могла быть взыскана дебиторская задолженность. В противном случае заключение такого договора не имело смысла.

Формальное и частичное исполнение обязанности по передаче документов не свидетельствует о ее надлежащем исполнении, в связи с чем представление чеков и описей к ним о передаче некоторых документов ООО «Восток-Сервис» не является основанием для неприменения к ответчику подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о неисполнении (ненадлежащем исполнении) обязанности  ФИО4 по передаче документов должника конкурсному управляющему.

Должник был признан банкротом 21.02.2019, то есть документы должны были быть переданы не позднее 25.02.2019. Заявление конкурсным управляющим и кредитором подано 21.02.2022 и 29.11.2021 соответственно, то есть в пределах срока, предусмотренного п. 6 ст. 61.14 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона № 266-ФЗ от 29.07.2017.

Относительно вменения ФИО3, ФИО1 (участники до 29.08.2017) факта не обращения с заявлением о банкротстве судом первой инстанции установлено следующее.

В силу части 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В пункте 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено: по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве). Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

В пункте 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» указано, что само по себе участие в органах должника не свидетельствует о наличии статуса контролирующего его лица. Исключение из этого правила закреплено в подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, установивших круг лиц, в отношении которых действует опровержимая презумпция того, что именно они определяли действия должника.

Пунктом 4 статьи 61.10 Закона о несостоятельности (банкротстве) установлено, что пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника.

Закон о банкротстве не обусловливает признание лица контролирующим лицом фактом реализации имеющихся (имевшихся) у него прав или возможностей. При оценке наличия указанных прав и (или) возможностей необходимо учитывать положения федерального законодательства, в том числе Закона об акционерных обществах.

Так, акционер, являющийся владельцем не менее чем 10 процентов голосующих акций общества, а также участник общества, обладающий в совокупности не менее чем одной десятой от общего числа голосов участников общества, имеет право требовать созыва внеочередного общего собрания (пункт 1 статьи 55 Закона об акционерных обществах). Указанный акционер также вправе вносить вопросы в повестку дня годового общего собрания акционеров и выдвинуть кандидатов в совет директоров (наблюдательный совет) и коллегиальный исполнительный орган, кандидата на должность единоличного исполнительного органа общества (пункт 1 статьи 53 Закона об акционерных обществах).

Таким образом, акционер, владеющий 10 и более процентами акций общества (участник, размер доли которого в уставном капитале общества составляет 10 и более процентов), обладает полномочиями, способными оказывать существенное влияние на принятие решений по вопросам компетенции общего собрания, и в силу этого не может быть исключен из числа контролирующих лиц.

В соответствии с пунктом 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве, если в течение предусмотренного пункта 2 данной статьи срока руководитель должника не обратился в арбитражный суд с заявлением должника и не устранены обстоятельства, влекущие обязанность такого обращения, в течение 10 календарных дней со дня истечения этого срока лица, имеющие право инициировать созыв внеочередного собрания акционеров (участников) должника, либо иные контролирующие должника органы обязаны потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, которое должно быть проведено не позднее 10 календарных дней со дня представления требования о его созыве.

Вышеприведенная норма пункта 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве была включена в Закон Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ, начавшим свое действие 30.07.2017.

Как указано в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757, учитывая, что субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности).

Вплоть до 30.07.2017 статья 9 Закона о банкротстве не предусматривала ответственности для участников (учредителей) должника, в связи с чем Законом № 266-ФЗ был введен специальный состав - пункт 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве, возлагающий такую обязанность на участников (учредителей).

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 35 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (в редакции закона, действовавшего в период с 30.07.2017 по 29.08.2017) внеочередное общее собрание участников общества проводится в случаях, определенных уставом общества, а также в любых иных случаях, если проведения такого общего собрания требуют интересы общества и его участников и созывается исполнительным органом общества по его инициативе, по требованию совета директоров (наблюдательного совета) общества, ревизионной комиссии (ревизора) общества, аудитора, а также участников общества, обладающих в совокупности не менее чем одной десятой от общего числа голосов участников общества.

В соответствии со статьями 35 и 39 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (в редакции закона, действовавшего в период с 30.07.2017 по 29.08.2017) ФИО3 (90%) и ФИО1 (10%) вправе были инициировать созыв внеочередного общего собрания участников должника.

В этой связи, с 30.07.2017 на ФИО3, ФИО1 распространилась обязанность по принятию решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника, в случаях и в порядке, установленном статьей 9 Закона о банкротстве.

Следовательно, с учетом положений пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, ФИО3 и ФИО1 в течение 10 календарных дней с 30.07.2017 (т.е. до 10.08.2017, с учетом вступления в законную силу Закона № 266-ФЗ) были обязаны потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом.

Установив наличие неисполненных обязательств, в отсутствие поданного в установленный законом срок заявления о признании должника банкротом, суд  первой инстанции пришел к обоснованному выводу о  доказанности основания, предусмотренного пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, для привлечения участников должника до 29.08.20.17 ФИО3 и ФИО1 к субсидиарной ответственности.

Как установлено выше, должник был признан банкротом 21.02.2019, заявление конкурсным управляющим и кредитором подано 21.02.2022 и 29.11.2021 соответственно, то есть в пределах срока, предусмотренного п. 6 ст. 61.14 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона № 266-ФЗ от 29.07.2017.

При этом суд округа не может согласиться с выводами суда апелляционной инстанции, со ссылкой на то, что  нет оснований для возложения субсидиарной ответственности за непринятие решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника на ФИО1 и ФИО8 поскольку в период с 30.07.2017 по 29.08.2017 (один месяц) руководителем уже были приняты определенные меры по выходу из тяжелой финансовой ситуации, поскольку в материалах дела нет доказательств, что проведенные мероприятия были эффективными, а также необходимо учесть  вовлеченность указанных лиц в деятельность организации должника.

Так, рассмотрев доводы о совершении убыточных сделок, суд  первой инстанции установил, что  АО «Восток-Сервис» является контрагентом должника, которому в период с 07.02.2017 по 10.07.2018 с расчетного счета должника было перечислено денежных средств в общем в размере 29 447 263 руб. 12 коп.

Указанная сделка составляла 33 % от балансовой стоимости активов должника по состоянию на период совершения сделки, а также 36% размера требований, учтенных в реестре требований кредиторов должника.

То есть сумма сделок является значительной применительно к масштабам деятельности должника.

Перечисления произошли в незначительный период в пользу аффилированного лица при наличии неисполненных обязательств перед независимыми кредиторами, требования которых учтены реестре.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

Определением Арбитражного суда Московской области от 24.06.2022 установлено, что между ООО «Восток-Сервис» и АО «Восток-Сервис» имелась фактическая заинтересованность.

Так, договор № 01/12 на выполнение работ и услуг по содержанию и текущему ремонту общего имущества многоквартирных домов от 10.01.2012 со стороны АО «Восток Сервис» подписан ФИО3. При этом ФИО3 до августа 2017 года с даты создания ООО «Восток Сервис» (2011) являлся одним из учредителей должника.

Договор № 02/107 аренды нежилого помещения от 05.08.2016 со стороны ПАО «Восток Сервис» уполномоченный лицом на подписание являлась ФИО1, в качестве исполняющего обязанности генерального директора ответчика.

В судебном заседании, состоявшемся 01.12.2020,  судом первой инстанции проведен допрос свидетелей - ФИО11 и ФИО4 Согласно свидетельским показаниям ФИО11, ФИО1 являлась главным бухгалтером ПАО «Восток-Сервис» и ООО «Восток-Сервис». ФИО1 также до августа 2017 являлась одним из учредителей ООО «Восток Сервис» с момента регистрации общества (2011). 95 % выручки в ПАО «Восток-Сервис» приходилось от денежных средств, полученных от ООО «Восток-Сервис».

При этом «сотрудники, техника, все недвижимое имущества, которое было, эта была устная договоренность между главой и прежним директором ФИО3, должны остаться в ПАО «Восток-Сервис», а содержание работников ПАО «Восток-Сервис», которые обслуживали дома, должно нести ООО «Восток-Сервис».

Кроме того, об аффилированности ООО «Восток Сервис» и АО «Восток Сервис» указывают те обстоятельства, что у обществ одни и те же работники, что подтверждается сведениями из ФНС России: ФИО12 с 01.07.2016 являлся и.о. генерального директора АО «Восток Сервис» и являлся работником ООО «Восток Сервис».

Кроме того, судом первой инстанции установлено, что за период с октября по декабрь 2017 года должник перечислял АО «Восток-Сервис» денежные средства в размере 2 807 277 руб. 61 коп. с назначением платежей «перечисление заработной платы работникам АО «Восток-Сервис». Вместе с тем, согласно информации, размещенной в сервисе Casebook, количество работников АО «Восток-Сервис» составляло 4 человека.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

В соответствии с положениям гражданского и банкротного законодательства контролирующие должника лица (то есть лица, которые имеют право давать должнику обязательные для исполнения указания) могут быть привлечены к субсидиарной ответственности, если их виновное поведение привело к невозможности погашения задолженности перед кредиторами должника (иными словами, за доведение должника до банкротства - абзац первый пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве и пункт 3 статьи 3 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах»)

При установлении того, повлекло ли поведение ответчиков банкротство должника, необходимо принимать во внимание следующее: 1) наличие у ответчика возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника (что, например, исключает из круга потенциальных ответчиков рядовых сотрудников, менеджмент среднего звена, миноритарных акционеров и т.д., при условии, что формальный статус этих лиц соответствует их роли и выполняемым функциям); 2) реализация ответчиком соответствующих полномочий привела (ведет) к негативным для должника и его кредиторов последствиям; масштаб негативных последствий соотносится с масштабами деятельности должника, то есть способен кардинально изменить структуру его имущества в качественно иное - банкротное - состояние (однако не могут быть признаны в качестве оснований для субсидиарной ответственности действия по совершению, хоть и не выгодных, но несущественных по своим размерам и последствиям для должника сделки); 3) ответчик является инициатором такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий (далее -критерии; пункты 3, 16, 21, 23 постановления № 53).

К ответственности подлежит привлечению то лицо, которое инициировало совершение существенно убыточной сделки (по смыслу абзаца третьего пункта 16 постановления № 53) и (или) получило (потенциальную) выгоду от ее совершения.

Суд первой инстанции обоснованно принял во внимание довод конкурсного управляющего ссылающегося на извлечение АО «Восток-Сервис» выгоды от совершения сделок. (Постановление Арбитражного суда Московского округа от 09.03.2023 по делу № А40-14750/2020). Поскольку указанные доводы соответствуют условиям вышеупомянутой презумпции и бремя их опровержения в силу статьи 65 АПК перешло на ответчика, который их  не опроверг надлежащими доказательствами.

Применительно к рассматриваемому случаю контролирующим выгодоприобретателем также является АО «Восток-Сервис», получившее выгоду из незаконного и недобросовестного поведения руководителя должника, в результате совершения им подозрительных сделок, причинивших вред кредиторам. В результате совершения сделок АО «Восток-Сервис» пользовалось инфраструктурой и ресурсами должника, извлекая прибыль в свою пользу. Таким образом, в отношении АО «Восток-Сервис» также имеются основания для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Восток-Сервис».

Заявление по платежам за период с 30.07.2017 по 27.12.2017 подано в пределах срока, предусмотренного п. 6 ст. 61.14 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона № 266-ФЗ от 29.07.2017.

В п. 21 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 судам разъяснено, что, если необходимой причиной объективного банкротства явились сделка или ряд сделок, по которым выгоду извлекло третье лицо, признанное контролирующим должника исходя из презумпции, закрепленной в пп. 3 п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве, такой контролирующий выгодоприобретатель несет субсидиарную ответственность, предусмотренную ст. 61.11 Закона о банкротстве, солидарно с руководителем должника (абзац первый ст. 1080 ГК РФ).

10.05.2011 в ИФНС по г. Электростали Московской области зарегистрировано ООО «Восток-Сервис» (ИНН 

<

***>), с уставным капиталом 10 000 руб. Учредителями ООО «Восток-Сервис» до 29.08.2017 являются: ФИО3 - 80 % уставного капитала; ФИО13 - 10 % уставного капитала; ФИО1 - 10 % уставного капитала.

Основным видом деятельности общества является: Управление недвижимым имуществом за вознаграждение или на договорной основе — 68.32.

13.04.2015 ООО «Восток-Сервис» выдана лицензия № 99 на осуществление предпринимательской деятельности по управлению многоквартирными домами.

19.04.2016 в едином государственном реестре юридических лиц зарегистрировано другое ООО «Восток-Сервис» (в настоящее время ООО «Эльвест») (далее по тексту -новое ООО «Восток-Сервис» (ИНН 

<

***>). Учредителями нового ООО «Восток-Сервис» являются: ФИО3 - 60 % уставного капитала; ФИО1 - 40% уставного капитала.

Основным видом деятельности общества является: 70.32.1 Управление эксплуатацией жилого фонда.

08.07.2016 новым ООО «Восток-Сервис» получена лицензия на осуществление предпринимательской деятельности по управлению многоквартирными домами.

То есть, учредителями вновь созданного общества, осуществляющее одну и ту же деятельность являются учредители должника.

При этом судом первой инстанции установлено, что в период с ноября 2016 года  по март 2017 года из управления ООО «Восток-Сервис» (ИНН 

<

***>) в управление нового ООО «Восток-Сервис» (ИНН 

<

***>) перешли  15 домов. Всего в управлении нового ООО «Восток-Сервис» (ИНН 

<

***>) находятся 24 жилых дома, 15 из которых были ранее в управлении ООО «Восток-Сервис» (ИНН 

<

***>). Остальные девять домов перешли также из управления ООО «ВостокСервис» новому ООО «Восток-Сервис» в 2018 году.

Таким образом, весь актив нового ООО «Восток-Сервис» (ИНН 

<

***>) состоит из имущества, выбывшего у должника.

Кроме того, согласно сведениям из МИФНС России № 6 по Московской области в 2017 году 60 % работников нового ООО «Восток-Сервис» (ИНН 

<

***>) составляли работники ООО «Восток-Сервис» (ИНН 

<

***>).

Судом первой инстанции также установлено, что обе организации находились по одному адресу, о чем свидетельствует следующее: в Договоре управления от 01.03.2017 в реквизитах управляющей компании нового ООО «Восток-Сервис» (ИНН 

<

***>) указан адрес управляющей компании: 

<

...>. В договоре аренды земельного участка от 30.06.2017, заключенного между ПАО «Восток-Сервис» и ООО «Восток-Сервис» (ИНН 

<

***>), в реквизитах ООО «Восток-Сервис» указан почтовый и фактический адрес: 144001, 

<

...>.

На официальном сайте ГУ «Государственной жилищной инспекции Московской области» (https://portal.gzhi.mosreg.ru/) в сведениях об управляющей компании ООО «Восток-Сервис» (ИНН 

<

***>) указан номер телефона: 

<

***>, в Договоре управления многоквартирным домом, размещенном на официальном сайте ООО «Эльвест» (ранее ООО «Восток-Сервис») (ИНН 

<

***>) (https://www.elvostok.ru/), в разделе «Документы», в реквизитах управляющей компании указан тот же контактный номер телефона: 

<

***>.

Анализ финансово-хозяйственной деятельности должника за период с 31.12.2015 по 31.12.2017 показал прямую зависимость выручки и положительного финансового результата периода от количества домов, находящихся в управлении ООО «ВостокСервис». В результате сокращения жилого фонда, находящегося в управлении, финансовые показатели деятельности предприятия ухудшаются (например, снижается выручка и чистая прибыль, увеличивается кредиторская задолженность), коэффициент степени платежеспособности должника по текущим обязательствам увеличивается.

Кроме того, решением Арбитражного суда Московской области от 15.06.2017 по делу №А41 -30869/17 взыскана с ООО «Восток-Сервис» в пользу ООО «ЭЛЕМАШТЭК» задолженность в размере 51 418 648 руб.81 коп, неустойку в размере 243 549 руб. 16 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 1 114 494 руб.73 коп., расходы по госпошлине в размере 200 000 руб. (задолженность возникла за период с 01.08.2016 - 31.12.2016).

То есть, после возникновения у должника большого размера кредиторской задолженности, учредители общества принимают решение о создании совершенно такого же общества, с тем же названием, находящегося по одному и тому же адресу, имеющего одни и те же контактные данные, трудовой коллектив и актив которого, состоит из имущества общества, которое оказалось в состоянии, не имеющем возможности расплатиться со своими кредиторами и лишившегося источника дохода. А также, принимают решение о продаже своих долей третьему лицу.

Вышеуказанное свидетельствует, о целенаправленном создании, учредителями должника, «зеркального бизнеса», с целью выведения активов общества и ухода от своих обязательств по оплате задолженности перед кредиторами.

В пункте 23 Постановления № 53 разъяснено, что в соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Учитывая установленные обстоятельства суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что бывшими учредителями ООО «Восток-Сервис» ФИО3 и ФИО1 создана схема по переводу деятельности должника на другое юридическое лицо - новое ООО «Восток-Сервис» (ИНН 

<

***>), которое в результате недобросовестных и неразумных действий получало выгоду.

Новое ООО «Восток-Сервис» (ИНН 

<

***>), продолжая осуществлять хозяйственную деятельность, получать выгоду и прибыль, при прекращении осуществления хозяйственной деятельности должником, свидетельствуют о том, что учредители должника фактически создали ситуацию, при которой вся деятельность, работники, переведены на другое юридическое лицо, за счет чего оно извлекает выгоду, а на должнике была оставлена вся кредиторская задолженность.

Все вышеизложенное свидетельствует о намерении причинить вред кредиторам должника, в связи с тем, что кредиторы лишаются возможности обратить взыскание на выручку от основной деятельности должника.

Согласно пункту 7 постановления № 53 предполагается, что является контролирующим выгодоприобретатель, извлекший существенные преимущества из такой системы организации предпринимательской деятельности, которая направлена на перераспределение (в том числе посредством недостоверного документооборота), совокупного дохода, получаемого от осуществления данной деятельности лицами, объединенными общим интересом (например, единым производственным и (или) сбытовым циклом), в пользу ряда этих лиц с одновременным аккумулированием на стороне должника основной долговой нагрузки. В этом случае для опровержения презумпции выгодоприобретатель должен доказать, что его операции, приносящие доход, отражены в соответствии с их действительным экономическим смыслом, а полученная им выгода обусловлена разумными экономическими причинами.

Суд, проанализировав избранную участниками и руководителями должника модель поведения, характеризующуюся переводом деятельности должника на вновь созданное юридическое лица, пришел к выводу о том, что такое поведение фактически направлено на уклонение от расчетов с кредиторами, требования которых возникли до совершения указанных действий, в связи с чем не отвечает принципам добросовестности и разумности, при этом материалами дела не подтверждается, что участники принимали разумные меры к урегулированию вопросов с погашением задолженности, разработали и реализовали план выхода общества из кризиса (статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что ФИО4, ФИО8, ФИО1 и АО «Восток-Сервис»  подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Выводы суда апелляционной инстанции об отказе в удовлетворении заявлений конкурсного управляющего и кредитора о привлечении к субсидиарной ответственности АО «Восток-Сервис», ФИО1, ФИО8, противоречат установленным судом первой инстанции обстоятельствам и  представленным в материалы дела доказательствам.

По результатам кассационного рассмотрения суд округа пришел к выводу, что  кассационные жалобы конкурсного управляющего и кредитора подлежат удовлетворению - постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 18.09.2023 подлежит отмене, определение Арбитражного суда Московской области от 17.07.2023 оставлению в силе.

Оснований для удовлетворения кассационной жалобы   ФИО4 нет, поскольку они свидетельствуют о несогласии с установленными судом первой инстанции обстоятельствами и оценкой доказательств, и, по существу, направлены на их переоценку. Переоценка доказательств и установление новых обстоятельств находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 18.09.2023 по делу N А41-522/2018 отменить.

Определение Арбитражного суда Московской области от 17.07.2023 по делу N А41-522/2018 оставить в силе.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий-судьяН.М. Панькова 

Судьи: О.Н. Савина 

Д.В. Каменецкий