﻿ 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ АДЫГЕЯ

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело №А01-3/2021

г. Майкоп

16 ноября 2021 года

Резолютивная часть решения объявлена 09 ноября 2021 года.  

Полный текст решения изготовлен 16 ноября 2021 года.                                                                                                                               

Арбитражный суд Республики Адыгея в составе судьи Дивина И.М., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Алишаевой З.А., рассмотрев в судебном заседании материалы дела № А01-3/2021 по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Бизнес-Актив» (ИНН 2203022268, ОГРН 1102203000129) к индивидуальному предпринимателю Меликову Владимиру Геннадьевичу (ИНН 010400158091, ОГРНИП 316010500065304), о прекращении незаконного использования товарного знака № 367652 «Беловодье», о взыскании компенсации в размере 300 000 рублей и неустойки в размере 5 000 рублей за каждый день неисполнения решения суда с момента истечения пяти рабочих дней после вступления судебного акта в законную силу до даты его фактического исполнения, третье лицо – некоммерческое партнерство «Южно-региональный центр интеллектуальной собственности» (ИНН 2312116124, ОГРН 1052307150280, г. Краснодар, ул. Коммунаров, 217, А, 9),

при участии судебном заседании:

от истца – не явился, уведомлен надлежащим образом,

ответчика – Меликова В.Г. (личность установлена по паспорту),

от третьего лица – Бабенко Н.В. (директор, личность установлена), 

    

УСТАНОВИЛ:

12.01.2021г. общество с ограниченной ответственностью «БизнесАктив» (далее – ООО «БизнесАктив», общество, истец) обратилось в Арбитражный суд Республики Адыгея с иском к индивидуальному предпринимателю Меликову Владимиру Геннадьевичу (далее – ИП Меликову В.Г., предприниматель, ответчик) о прекращении незаконного использования товарного знака № 367652 «Беловодье», о взыскании компенсации в размере 300 000 рублей и неустойки в размере 5 000 рублей за каждый день неисполнения решения суда с момента истечения пяти рабочих дней после вступления судебного акта в законную силу до даты его фактического исполнения.

Определением Арбитражного суда Республики Адыгея от 18.01.2021 иск был принят к рассмотрению,  предварительное судебное заседание назначено на 02.03.2021г.

Определением Арбитражного суда Республики Адыгея от 02.03.2021 предварительное судебное заседание по делу отложено до 22.04.2021г.

Определением Арбитражного суда Республики Адыгея от 22.04.2021 предварительное судебное заседание по делу отложено до 01.06.2021г.

Определением Арбитражного суда Республики Адыгея от 01.06.2021 по делу назначено судебное заседание на 17.06.2021г.

Определением Арбитражного суда Республики Адыгея от 17.06.2021 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено некоммерческое партнерство «Южно-региональный центр интеллектуальной собственности» (далее – НП «ЮРЦИС»), предварительное судебное заседание назначено на 15.07.2021г., затем отложено до 05.08.2021г.

Определением Арбитражного суда Республики Адыгея от 05.08.2021 произведена процессуальная замена ООО «БизнесАктив» на общество с ограниченной ответственностью «Бизнес-Актив», предварительное судебное заседание отложено до 21.09.2021г.

Определением Арбитражного суда Республики Адыгея от 21.09.2021 по делу назначено судебное заседание на 09.11.2021г.

До начала судебного заседания от истца поступило ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие представителя, на заявленных требованиях настаивает в полном объеме.

В соответствии с частью 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) при неявке в судебное заседание арбитражного суда истца и (или) ответчика, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, суд вправе рассмотреть дело в их отсутствие.

Исковое заявление рассмотрено в порядке статьи 156 АПК РФ, в отсутствие представителя истца, уведомлённого надлежащим образом о месте и времени судебного разбирательства.

Ответчик заявленные требования не признал, возражал против их удовлетворения.

Представитель третьего лица поддержала позицию ответчика, возражала против удовлетворения заявленных требований.

Всесторонне исследовав все обстоятельства дела, суд приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, ООО «Бизнес-Актив» является правообладателем товарного знака «Беловодье», охраняемого на основании свидетельства на товарный знак № 367652 вместе с изменениями к нему от 16.06.2017. Свидетельство зарегистрировано в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации 17.12.2008г., заявка № 2007720821, приоритет товарного знака от 10.07.2007.

Товарный знак «Беловодье» согласно свидетельству № 367652 охраняется, в частности, в отношении таких услуг как: Агентства по обеспечению мест [гостиницы, пансионы]; Аренда временного жилья; Аренда помещений для проведения встреч; Базы отдыха; Бронирование мест в гостиницах; Бронирование мест в пансионах; Бронирование мест для временного жилья; Гостиницы; Дома для престарелых; Мотели; Пансионы; Пансионы для животных; Прокат палаток; Услуги баз отдыха [предоставление жилья]; Услуги кемпингов  (43 класс МКТУ) и Бани общественные; Бани турецкие; Диспансеры; Дома отдыха и санатории; Клиники; Консультации по вопросам фармацевтики; Лечебницы; Маникюр; Массаж; Парикмахерские; Помощь ветеринарная; Помощь медицинская; Салоны красоты; Санатории; Услуги визажистов; Услуги психологов; Услуги саун; Услуги соляриев; Уход за больными; Уход за животными; Уход за комнатными животными; Физиотерапия; Хиропрактика [мануальная терапия] (44 класс МКТУ).

В октябре 2020 года истец обнаружил  арт-отель «Беловодье», расположенный по адресу: Республика Адыгея, Майкопский район, п. Каменномостский, ул. Карла Марска, 61. Предложение об оказании гостиничных услуг помимо прочего осуществляется посредством интернет-сайта «http://belovodye-adygea.com».

По мнению истца, обозначение «Беловодье», используемое для индивидуализации гостиничного предприятия, сходно до степени смешения с товарным знаком «Беловодье».

Ответчиком для индивидуализации гостиничного предприятия обозначение «Беловодье» используется следующими способами:

- на вывеске Гостиницы;

- в документации, связанной с оказанием гостиничных услуг;

- в предложениях об оказании гостиничных услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе;

- в сети «Интернет», в том числе в доменном имени.

Согласно счету за проживание в арт-отеле «Беловодье» от 26.10.2020 (л.д. 9) предоставление гостиничных услуг осуществляет ИП Меликов В.Г.

Истец не предоставлял ответчику согласия на использование обозначения «Беловодье». Договоров на использование товарного знака «Беловодье» истец с ответчиком не заключал.

В целях досудебного урегулирования спора истцом посредством почтовой связи 16.11.2020г. была направлена претензия в адрес ответчика с требованиями прекращения использования обозначения «Беловодье» в названии гостиничного предприятия, а также путем указания на вывеске, документации, в сети «Интернет» и иными способами. 

Ответа на претензию не последовало, требования в добровольном порядке ответчиком удовлетворены не были. На момент подачи данного искового заявления ответчик, зная о нарушении исключительного права на товарный знак, продолжает использовать обозначение «Беловодье» при предоставлении гостиничных услуг.

Таким образом, истец полагает, что сумма компенсации в размере 300 000 рублей в полной мере будет отражать степень вины ответчика.

Согласно части 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если Кодексом не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается Кодексом.

В соответствии с подпунктом 14 пункта 1 статьи 1225 ГК РФ результатами интеллектуальной деятельности и приравненным к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются в числе прочих товарные знаки и знаки обслуживания, произведения науки, литературы и искусства.

В силу пункта 2 статьи 1225 ГК РФ интеллектуальная собственность охраняется законом.

На основании пункта 1 статьи 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак (статья 1481 ГК РФ).

Статьей 1484 ГК РФ установлено, что исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Характерной особенностью правового режима использования товарного знака является почти полное отсутствие ограничений исключительного права правообладателя, при этом единственным таким ограничением является указание об исчерпании исключительного права (статья 1487 ГК РФ), в соответствии с которым не является нарушением исключительного права на товарный знак использование этого знака другими лицами в отношении товаров, которые были введены в гражданский оборот на территории Российской Федерации непосредственно правообладателем или с его согласия.

Согласно пункту 1 статьи 1250 ГК РФ интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными этим Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1252 ГК РФ защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления в порядке, предусмотренном этим Кодексом, требования:

1) о признании права - к лицу, которое отрицает или иным образом не признает право, нарушая тем самым интересы правообладателя;

2) о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, - к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним, а также к иным лицам, которые могут пресечь такие действия;

3) о возмещении убытков - к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб;

4) об изъятии материального носителя в соответствии с пунктом этой статьи - к его изготовителю, импортеру, хранителю, перевозчику, продавцу, иному распространителю, недобросовестному приобретателю;

5) о публикации решения суда о допущенном нарушении с указанием действительного правообладателя - к нарушителю исключительного права.

В предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу исключительного права на товарный знак и факт его нарушения ответчиком путем использования товарного знака либо обозначения, сходного с ним до степени смешения, в то же время ответчик обязан доказать правомерность своих действий по использованию чужого товарного знака.

Пунктом 1 статьи 1515 ГК РФ установлено, что товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными.

В пункте 13 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности» разъяснено, что вопрос о сходстве до степени смешения является вопросом факта, может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя и специальных знаний не требует.

Аналогичная позиция содержится в пункте 75 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации».

В рассматриваемом случае, при сравнении товарного знака № 367652 и обозначения «Беловодье», использованного ответчиком, усматривается визуальное и словесное сходство.

Ответчик не оспаривает, что использовал обозначение «Беловодье», в отношении услуг в сфере гостиничного бизнеса, однако возражает против удовлетворения заявленных требований. 

Доводы ответчика сводятся к тому, что товарный знак «Беловодье» использовался обществом с ограниченной ответственностью «Беловодье» ранее, чем был зарегистрирован истцом, что также подтверждается договором о передаче исключительного обозначения предприятия Комплекса «Беловодье» от 21.07.2016 № 1, заключенным между обществом с ограниченной ответственностью «Беловодье» и ИП Меликовым В.Г.  

Между тем, суд полагает, что по смыслу положений статьи 1473, пункта 1 статьи 1474 ГК РФ средством индивидуализации юридического лица является его фирменное наименование.

Согласно Выписке из Единого государственного реестра юридических лиц, общество с ограниченной ответственностью «Беловодье» было зарегистрировано 07.06.2006г., а 17.06.2020г. прекратило свою деятельность путем исключения из реестра. Судом установлено, что единственным участником и генеральным директором общества с ограниченной ответственностью являлся Меликов Владимир Геннадьевич.

По смыслу положений статьи 23 ГК РФ физические лица, осуществляющие предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, будучи самостоятельными участниками гражданских правоотношений, выступают в них под своими персональными данными (фамилией, именем, отчеством).

В спорной ситуации ответчиком является ИП Меликов В.Г. и, по мнению суда, наличие корпоративных отношений между ним и прекратившим свою деятельность обществом с ограниченной ответственностью «Беловодье», не предоставляет предпринимателю право использовать фирменное наименование общества с ограниченной ответственностью «Беловодье» в обозначении арт-отеля.

Таким образом, факт внесения в ЕГРЮЛ записи о регистрации общества с ограниченной ответственностью «Беловодье» ранее даты приоритета спорного товарного знака сам по себе не свидетельствует о законности использования его фирменного наименования ответчиком.

По смыслу пункта 1 статьи 1225 ГК РФ фирменные наименования и товарные знаки являются самостоятельными объектами интеллектуальной собственности, средствами индивидуализации, имеющими целью индивидуализировать, в первом случае участника гражданского оборота, во втором - товары и/или услуги, производимые им.

Каждому из этих объектов предоставляется самостоятельная правовая охрана. В частности, абзацем вторым пункта 2 статьи 1476 ГК РФ предусмотрено, что фирменное наименование, включенное в товарный знак или знак обслуживания, охраняется независимо от охраны товарного знака или знака обслуживания.

Таким образом, фирменное наименование юридического лица может быть включено в товарный знак (знак обслуживания) для индивидуализации производимых непосредственно им товаров и / или оказываемых им услуг.

Вместе с тем передача правообладателем исключительного права на фирменное наименование, в том числе путем его отчуждения или предоставления другому лицу права использования фирменного наименования, иному лицу, в том числе для индивидуализации товаров и услуг, законодательством не предусмотрена (пункт 2 статьи 1474 ГК РФ).

Обстоятельство того, что в соответствии с пунктом 1 статьи 1474 ГК РФ юридическому лицу принадлежит исключительное право использования своего фирменного наименования в качестве средства индивидуализации любым не противоречащим закону способом (исключительное право на фирменное наименование), в том числе путем его указания на вывесках, бланках, в счетах и иной документации, в объявлениях и рекламе, на товарах или их упаковках, в сети «Интернет», не означает, что такое обозначение может использоваться в качестве средства индивидуализации товаров (товарного знака) без государственной регистрации в таком качестве.

Применительно к обстоятельствам данного спора приведенные положения означают, что требования истца к ответчику обусловлены использованием последним спорного обозначения в качестве средства индивидуализации товаров, а не юридического лица, поэтому дата приоритета фирменного наименования общества с ограниченной ответственностью «Беловодье» не имеет правового значения для настоящего дела.

Представленные в материалы дела сертификат ЮНЕСКО серии ВС № 101039 и дубликат свидетельства о депонировании и регистрации объекта интеллектуальной собственности № 21 также не могут являться основанием для законного использования ИП Меликовым В.Г. обозначения «Беловодье», поскольку не являются документами, подтверждающим право на товарный знак или коммерческое обозначение. 

Кроме того, указанный дубликат выдан ответчику в связи с утратой оригинала на основании заявления от 16.07.2021г. Из пояснений ответчика следует, что оригинал свидетельства в 2006г. в ходе пожара был уничтожен (протокол предварительного судебного заседания 21.09.2021, том 2, л.д. 12).

Согласно пункта 55 Постановления Пленума ВС РФ от 23.04.2019 № 10 при рассмотрении дел о защите нарушенных интеллектуальных прав судам следует учитывать, что законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых устанавливается факт нарушения (статья 64 АПК РФ).

Между тем, у суда не имеется возможности достоверно установить, что свидетельство о депонировании и регистрации объекта интеллектуальной собственности № 21 действительно выдано 08.06.2006г., поскольку ни ответчиком, ни третьим лицом, не представлен реестр объектов интеллектуальной собственности, с указанием даты внесения записи, или иные документы, подтверждающие  вышеуказанный факт. 

Как усматривается из содержания дубликата свидетельства, оно было выдано генеральным директором некоммерческого партнерства «Кубанское авторское общество» Н.Н. Шепелей. При этом вызвать его в качестве свидетеля в судебное заседание и установить факт выдачи подлинника свидетельства не представляется возможным, поскольку третьим лицом  представлено свидетельство о смерти от 03.03.2020 № V-АГ 856124.

Кроме того, представленная Выписка из реестра объектов интеллектуальной собственности не является надлежащим доказательством, подтверждающим дату внесения записи, поскольку не содержит всю хронологию событий до и после 08.06.2006г.    

Таким образом, с учетом имеющихся у истца сомнений относительно даты выдачи свидетельства, а также непредставления его оригинала, суд приходит к выводу, что в силу статьи 68 АПК РФ, представленный суду дубликат свидетельства о депонировании и регистрации объекта интеллектуальной собственности № 21 не является допустимым доказательством.

В судебном заседании 09.11.2021г. третьим лицом были представлены дополнительные доказательства по делу, которые истцу направлены не были.

Судом неоднократно откладывались предварительные судебные заседания. Ответчик и третье лицо знали о рассмотрении данного дела в суде, поскольку неоднократно участвовали в предварительных судебных заседаниях. Однако, дополнительные доказательства представлены третьим лицом только на стадии судебного разбирательства, хотя такая возможность у него имелась ранее.

Статья 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает, что лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий. 

При таких обстоятельствах, суд принял все предусмотренные законом меры для реализации ответчиком и третьим лицом их прав и полагает, что действия последних направлены на затягивание процесса судопроизводства и расцениваются как злоупотребление правом.

Исходя из изложенных обстоятельств, суд приходит к выводу, что требования истца о прекращении любого незаконного использования товарного знака «Беловодье», принадлежащего ООО «Бизнес-Актив» на основании свидетельства на товарный знак № 36765 в отношении товаров и услуг 43 и 44 класса МКТУ (и иных однородных товаров и услуг), а именно: использования на вывеске, при оказании ИП Меликовым В.Г. гостиничных услуг; использования в составе доменного имени www.belovodye-adygea.com, использования путем указания на документах, бланках, счетах на оплату, подлежат удовлетворению в связи с их доказанностью.

Пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ предусмотрено, что правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

Как разъяснено в пункте 62 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление от 23.04.2019 № 10), рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных ГК РФ (абзац второй пункта 3 статьи 1252 ГК РФ).

По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования.

Определяя размер компенсации за допущенное ответчиком нарушение исключительных прав истца на принадлежащие ему товарный знак, суд считает необходимым учесть следующие обстоятельства: в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие активное использование истцом товарного знака при оказании услуг: не доказано наступление для истца отрицательных последствий, вызванных фактом незаконного использования ответчиком спорного обозначения, таких как: уменьшение объемов продаж на территории, где допущено использование спорного обозначения, отток в этой связи значительной части потребителей товара, извлечение ответчиком значительной прибыли от использования товарного знака истца; не представлены доказательства, свидетельствующие о продолжительности периода использования обозначения, сходного с товарным знаком истца. С другой стороны, после получения претензии ответчик не удовлетворил добровольно и в полном объеме требования истца, продолжая использовать спорное обозначение.

Руководствуясь принципами разумности, обоснованности и соразмерности компенсации последствиям допущенного нарушения, суд приходит к выводу о наличии оснований для снижения заявленного истцом размера компенсации до 50 000 рублей. В удовлетворении остальной части заявленных требований о взыскании компенсации суд отказывает. 

Истец в исковом заявлении также просит взыскать с ответчика денежные средства (судебную неустойку) в размере 5 000 рублей за каждый день неисполнения решения суда с момента истечения 5 рабочих дней, после вступления судебного акта в законную силу, до даты фактического исполнения решения суда. 

В соответствии с частью 1 статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда, являются обязательными для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации.

Неисполнение судебных актов, а также невыполнение требований арбитражных судов влечет за собой ответственность, установленную названным Кодексом и другими федеральными законами (часть 2 статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктами 28 - 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - постановление Пленума № 7) на основании пункта 1 статьи 308.3 ГК РФ в целях побуждения должника к своевременному исполнению обязательства в натуре, в том числе предполагающего воздержание должника от совершения определенных действий, а также к исполнению судебного акта, предусматривающего устранение нарушения права собственности, не связанного с лишением владения (статья 304 ГК РФ), судом могут быть присуждены денежные средства на случай неисполнения соответствующего судебного акта в пользу кредитора-взыскателя (далее - судебная неустойка).

В соответствии с частью 4 статьи 174 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд по требованию истца вправе присудить в его пользу денежную сумму, подлежащую взысканию с ответчика на случай неисполнения судебного акта, в размере, определяемом арбитражным судом на основе принципов справедливости, соразмерности и недопустимости извлечения выгоды из незаконного или недобросовестного поведения.

Согласно пункту 1 статьи 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации суд по требованию кредитора вправе присудить в его пользу денежную сумму (пункт 1 статьи 330) на случай неисполнения указанного судебного акта в размере, определяемом судом на основе принципов справедливости, соразмерности и недопустимости извлечения выгоды из незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1).

В силу пункта 32 постановления Пленума № 7 размер судебной неустойки определяется судом на основе принципов справедливости, соразмерности и недопустимости извлечения должником выгоды из незаконного или недобросовестного поведения. В результате присуждения судебной неустойки исполнение судебного акта должно оказаться для ответчика явно более выгодным, чем его неисполнение. В соответствии с пунктом 31 постановления Пленума № 7 суд не вправе отказать в присуждении судебной неустойки в случае удовлетворения иска.

При этом уплата судебной неустойки не влечет прекращения основного обязательства, не освобождает должника от исполнения его в натуре, а также от применения предусмотренных статьей 308.3 ГК РФ мер ответственности за его неисполнение или ненадлежащее исполнение.

Определяя размер судебной неустойки, суд руководствуется принципами справедливости, соразмерности и недопустимости извлечения выгоды из незаконного или недобросовестного поведения, считает обоснованным установление денежной суммы (неустойки) в размере 1 000 рублей за каждый день неисполнения решения суда с момента истечения 5 рабочих дней, после вступления судебного акта в законную силу, и по день его фактического исполнения. В удовлетворении остальной части заявленных требований суд отказывает.

Рассматривая вопрос о судебных расходах в виде государственной пошлины, суд исходит из следующего.

При подаче искового заявления истцом была оплачена государственная пошлина в размере 9 000 рублей по платежному поручению от 25.12.2020 № 165 за требования о взыскании компенсации и 6 000 рублей по платежному поручению от 25.12.2020 № 164 за требование об обязании прекратить использование товарного знака.

В силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

По правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по оплате государственной пошлины подлежат отнесению на сторон пропорционально удовлетворенным требованиям.

При таких обстоятельствах, суд относит расходы по уплате государственной пошлины в размере 6 000 рублей на ответчика за требование об обязании прекратить использование товарного знака и 1 500 рублей за требование о взыскании компенсации, как на сторону, виновную в возникновении спора, подлежащей взысканию в пользу истца. Расходы по оплате государственной пошлины в размере 7 500 рублей остаются на истце в части требований, в удовлетворении которых судом отказано.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

обязать индивидуального предпринимателя Меликова Владимира Геннадьевича (ИНН 010400158091, ОГРНИП 316010500065304, Республика Адыгея, Майкопский район) прекратить любое незаконное использования товарного знака «Беловодье», принадлежащего ООО «Бизнес-Актив» на основании свидетельства на товарный знак № 36765 в отношении товаров и услуг 43 и 44 класса МКТУ (и иных однородных товаров и услуг), а именно: использования на вывеске, при оказании индивидуальным предпринимателем Меликовым Владимиром Геннадьевичем гостиничных услуг; использования в составе доменного имени www.belovodye-adygea.com; использования путем указания на документах, бланках, счетах на оплату.

Взыскать с индивидуального предпринимателя Меликова Владимира Геннадьевича (ИНН 010400158091, ОГРНИП 316010500065304, Республика Адыгея, Майкопский район) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Бизнес-Актив» (ИНН 2203004364, ОГРН 1212200019514, Алтайский край, г. Белокуриха, ул. Академика Мясникова, 4а, оф. 41) компенсацию за нарушение исключительных прав в размере 50 000 рублей, расходы по уплате государственной  пошлины в размере 7 500 рублей, а всего – 57 500 рублей.

В случае неисполнения решения суда взыскать с индивидуального предпринимателя Меликова Владимира Геннадьевича (ИНН 010400158091, ОГРНИП 316010500065304, Республика Адыгея, Майкопский район) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Бизнес-Актив» (ИНН 2203004364, ОГРН 1212200019514, Алтайский край, г. Белокуриха, ул. Академика Мясникова, 4а, оф. 41) денежные средства (судебную неустойку) в размере 1 000 рублей за каждый день неисполнения решения суда с момента истечения 5 рабочих дней, после вступления судебного акта в законную силу, до даты фактического его исполнения.

В удовлетворении остальной части заявленных требований отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия решения, а также в кассационном порядке в Суд по интеллектуальным правам в течение двух месяцев с даты вступления решения по делу в законную силу, если это решение было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции. Жалоба подается через суд, вынесший решение.

 

Судья                                                                                                                          И.М. Дивин