ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-109797/2022

10 апреля 2024 года

г. Санкт-Петербург

/суб.

Резолютивная часть постановления объявлена 03 апреля 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме  10 апреля 2024 года

 

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  судьи Тарасовой М.В.,

судей Герасимовой Е.А.,  Кротова С.М.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Вороной Б.И.,     

при участии:

от ФИО1 – представителя ФИО2 (доверенность от  15.09.2023), 

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу исполняющего обязанности конкурсного управляющего ФИО3 (регистрационный номер 13АП-693/2024) на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 07.12.2023 по обособленному спору №А56-109797/2022/суб. (судья Корушова И.М.), принятое по заявлению временного управляющего ФИО3 о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «А Архитектс»,

 

ответчики: ФИО4, ФИО1, 

 

установил:

в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) поступило заявление ООО «УК «Опека СПб» о признании ООО «А Архитектс» (далее – должник) несостоятельным (банкротом)

Определением арбитражного суда от 03.11.2022 заявление ООО «УК «Опека СПб» принято к производству, возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) должника.

Определением арбитражного суда от 13.03.2023 (резолютивная часть объявлена 07.03.2023) в отношении должника введена процедура наблюдения; временным управляющим утверждена ФИО3

Временный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением, в котором просил привлечь к субсидиарной ответственности ФИО4 и ФИО1 (далее – ответчики) по обязательствам ООО «А Архитектс».

Данное заявление принято к производству суда определением от 19.07.2023 по обособленному спору №А56-109797/2022/суб., назначено к рассмотрению на 19.09.2023.

Решением арбитражного суда от 27.07.2023 (резолютивная часть объявлена 25.07.2023) должник признан необстоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурное производство; исполняющим обязанности конкурного управляющего утверждена ФИО3

Определением от 07.12.2023 по обособленному спору №А56-109797/2022/суб. арбитражный суд:

-  в удовлетворении заявления и.о. конкурсного управляющего о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника отказал; 

- выделил в отдельное производство требование и.о. конкурсного управляющего о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника с присвоением спору номера №А56-109797/2022/суб.1;

- в удовлетворении остальной части требований и.о. конкурсного управляющего к ФИО4 отказал.

Не согласившись с определением арбитражного суда от 07.12.2023, и.о. конкурсного управляющего обратился с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить и принять по делу новый судебный акт о признании доказанными оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО4 и ФИО1 по обязательствам ООО «А Архитектс».

В обоснование жалобы ее податель ссылается на то, что суд первой инстанции не учел наличие предъявленных к должнику, но не рассмотренных по существу, требований АО «Северное сияние» и уполномоченного органа по обязательствами, возникшим в 2021-2022 году. Апеллянт настаивает на том, что признаки объективного банкротства возникли с 21.10.2020, в связи с чем добросовестный руководитель должен был обратиться в суд с заявлением о банкротстве ООО «А Архитектс» не позднее 21.11.2020, а ФИО1, который осуществлял контроль за деятельностью группы компаний AGG (в том числе должника), был проинформирован о задолженности, что подтверждается пояснениями его представителей и информацией в СМИ. И.о. конкурсного управляющего не согласен с выводом суда о наличии у должника активов по состоянию на 31.12.2021. Несмотря на то, что в бухгалтерской отчетности отражена информация о наличии активов по состоянию на конец 2021 года в размере 81 679 000 рублей (из которых 37 420 000 рублей – запасы, 43 918 000 рублей – финансовые вложения и другие оборотные активы), апеллянту не удалось обнаружить запасы в связи с непередачей первичной документации ответчиками, а также провести работу по взысканию дебиторской задолженности. Податель жалобы указывает на то, что показатели бухгалтерской отчетности вызывают объективные сомнения. За 2022 год бухгалтерская отчетность не сдавалась. Судом первой инстанции проигнорированы доводы о наличии оснований для привлечения ответчиков к ответственности по возмещению убытков.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда. 

В суд апелляционной инстанции 27.03.2024 поступил отзыв ФИО1 на апелляционную жалобу, который судом апелляционной инстанции к материалам дела не приобщен и во внимание не принят в связи с отсутствием доказательств его заблаговременного направления другим лицам, участвующим в деле, и получения его указанными лицами (часть 2 статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее – АПК РФ). Поскольку отзыв направлен в апелляционный суд посредством электронного документооборота, оснований для его возврата на бумажном носителе не имеется. 

В судебном заседании представитель ФИО1 дал устные пояснения по доводам апелляционной жалобы, сослался на статус участника общества, не предполагающий осведомленности о признаках неплатежеспособности должника. ФИО1 получал информацию о текущем состоянии должника только из годовой бухгалтерской отчетности. За 2020, 2021 годы должник имел чистую прибыль в размере 858 000 рублей и 304 000 рублей соответственно. Годовая финансовая отчетность за 2022 год должна быть сдана не позднее 01.04.2023, тогда как дело о банкротстве возбуждено 03.11.2022. С учетом данного обстоятельства ФИО1 настаивает на том, что не мог узнать о финансовом состоянии должника раньше, объективно исходил из отсутствия признаков банкротства. При этом требование АО «Северное сияние» до настоящего времени не включено в реестр, а требование уполномоченного органа оставлено без рассмотрения. И.о. конкурсного управляющего не опровергнута достоверность бухгалтерской отчетности ООО «А Архитектс», а в отношении убытков – основание для привлечения надлежащим образом не раскрыты, доводы сводятся к перечислению правовых норм.

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили,  в связи с чем, в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело рассмотрено в их отсутствие.

Поскольку и.о. конкурсного управляющего в судебное заседание не явился и требований не уточнил, апелляционный суд исходит из просительной части его апелляционной жалобы, согласно которой податель жалобы просит отменить обжалуемое определение в полном объеме, в том числе и в части выделения требований в отдельное производство. 

В соответствии с частью 7 статьи 130 АПК РФ, с учетом правовой позиции, изложенной в пункте 6 постановление Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 №12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» (далее - постановление №12) самостоятельному обжалованию может подлежать лишь определение суда первой инстанции об отказе в удовлетворении ходатайства о выделении требований в отдельное производство. Определение о выделении требований в отдельное производство самостоятельному обжалованию не подлежит. Это, однако, не означает, что такой судебный акт не может быть оценен судом апелляционной инстанции на предмет его законности и обоснованности. Как указано в пункте 5 постановления №12, такая оценка может быть дана при рассмотрении судебного акта, которым закончено рассмотрение дела по существу.

В соответствии с абзацем вторым пункта 4 постановления №12 в случае, когда арбитражный суд апелляционной инстанции ошибочно принял к производству апелляционную жалобу на судебный акт, не подлежащий обжалованию в порядке апелляционного производства, применительно к пункту 1 части 1 статьи 150 АПК РФ производство по жалобе подлежит прекращению. 

Следовательно, в части обжалования судебного акта о выделении требований о привлечении к субсидиарной ответственности за непередачу финансовой и бухгалтерской документации должника временному управляющему производство по апелляционной жалобе надлежит прекратить. 

Законность и обоснованность определения в остальной части проверена в апелляционном порядке в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе.

Исследовав указанные доводы, выслушав правовую позицию ФИО1 в совокупности и взаимосвязи с собранными по обособленному спору доказательствами, учитывая размещенную в картотеке арбитражных дел в телекоммуникационной сети Интернет информацию по делу о банкротстве, апелляционный суд не усматривает оснований для переоценки выводов суда по фактическим обстоятельствам и иного применения норм материального и процессуального права. 

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц ФИО4 с 01.09.2011 до даты признания должника руководил должником, с 01.09.2011 по 27.09.2020 участвовал в уставном капитале ООО «А Архитектс» (доля 49%); ФИО1 - в период с 01.09.2011 по 27.09.2020 владел долей в уставном капитале ООО «А Архитектс» (49%), а с 28.09.2020 по настоящее время является единственным участником должника. 

Обращаясь в суд с заявленными требованиями, временный управляющий указал на следующие основания для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности:

- неисполнение обязанности руководителем должника по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании ООО «А Архитектс» банкротом; неисполнение участником обязанности по созыву общего собрания участников для принятия решения в соответствии со статьей 9 Закона о банкротстве (статья 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве); 

- неисполнение ФИО4 обязанности, предусмотренной пунктом 3.2 статьи 64 Закона о банкротстве, что повлекло за собой затруднительность формирования конкурсной массы и невозможность погашения требований кредиторов (подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве); 

- совершение сделок (в том числе безвозмездных) в пользу аффилированных лиц, повлекших существенный вред имущественным правам кредиторов (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Временный управляющий также указал, что имеются основания для привлечения ответчиков по статье 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), которые должен определить суд, в случае недоказанности требований о привлечении к субсидиарной ответственности. На дату подачи заявления размер требований кредиторов составляет 11 403 507,26 рублей.

Оценив представленные доказательства на предмет их относимости, допустимости и достаточности в соответствии со статьями 67, 68, 71, 223 АПК РФ, руководствуясь статьями 9, 61.11, 61.12 Закона о банкротстве, разъяснениями в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление №53), суд первой инстанции пришел к выводам:

-  об отсутствии оснований для привлечения ответчиков за неисполнение обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании ООО «А Архитектс» банкротом и неисполнение участником обязанности по созыву общего собрания участников, поскольку единственным кредитором должника на дату рассмотрения заявления являлось ООО «УК «Опека», а возникновение иных обязательств после наступления срока возврата денежных средств ООО «УК «Опека» и.о. конкурсного управляющего не доказал. На дату рассмотрения спора у должника отсутствуют кредиторы с требованиями, возникшими после 01.11.2020 или 15.11.2020. Позиция конкурсного управляющего об обязательствах должника по оплате процентов за пользование чужими денежными средствами судом первой инстанции отклонена, так как проценты следуют судьбе основного долга. Признаки неплатежеспособности с учетом данных бухгалтерского баланса и наличие на счетах денежных средств не установлены;  

- несмотря на то, что должник в период с 23.01.2019 по 10.06.2022 перечислял денежные средства в размере 56 539 295,10 рублей в пользу ООО «А Девелопмент», ООО «А Эстейт», ООО «ГЭМ Инжиниринг», генеральным директором которых являлся ФИО1, сделки имели реальный возмездный и встречный характер; 

- поскольку не рассмотрен обособленный спор об истребовании у бывшего генерального директора ФИО4 документов должника, производство по заявлению конкурсного управляющего о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности по основанию подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве надлежит выделить в отдельное производство. 

Доводы подателя жалобы не создают оснований для отмены судебного акта.

В силу пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены в статье 9 настоящего Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

При исследовании в совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве (пункт 9 Постановления №53). 

В пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве, действовавшем ранее, статье 61.12 Закона о банкротстве, действующей в настоящее время, законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу Закона, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов.

Субсидиарная ответственность такого руководителя ограничивается объемом обязательств перед этими обманутыми кредиторами, то есть объемом обязательств, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

При этом заявитель должен доказать не просто существование у должника задолженности перед кредиторами, а наличие оснований, обязывающих руководителя обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом, в частности, наличие у должника в конкретную дату признаков неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества, либо наличие других обстоятельств, предусмотренных статьей 9 Закона о банкротстве. 

Как верно отметил суд первой инстанции, конкурсным управляющим не указаны какие конкретно просроченные обязательства перед кредиторами и в каком объеме возникли после наступления срока исполнения обязанности обратиться с заявлением должника и до момента возбуждения дела о банкротстве. 

При этом из материалов спора не следует, что временный управляющий указывал суду первой инстанции на наличие предъявленных, но не рассмотренных по существу требований иных кредиторов, за исключением заявителя по делу – ООО «УК «Опека». 

Требования АО «Северное Сияние» о включении задолженности  в реестр ООО «А Архитектс» заявлены не ранее 05.10.2023 и до настоящего времени не рассмотрены по существу (судебное заседание отложено судом первой инстанции на 02.04.2024). Более того, само по себе включение задолженности перед указанным кредитором в реестр не дает оснований полагать, что такой долг образовался после возникновения требований ООО «УК «Опека», с которыми управляющий связывает наступление признаков банкротства должника. Апеллянтом не приведено анализа периода возникновения задолженности АО «Северное Сияние», несмотря на то, что в силу статьи 65 АПК РФ именно на нем лежит такое бремя. Не имеется в деле и доказательств того, что временный управляющий (исполняющий обязанности конкурсного управляющего) просит отложить рассмотрение спора или приостановить производство по настоящему делу. Арбитражный управляющий в деле о банкротстве действует самостоятельно при принятии решений, направленных на пополнение конкурсной массы, что выражается в определении благоприятного и обусловленного разумными профессиональными соображениями момента обращения в суд с тем или иным требованием, в том числе о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности. Производство по настоящему спору возбуждено в процедуре наблюдения (спустя 4 месяца после ее введения), что предполагает осознанное решение временного управляющего о достаточности у него сведений и доказательств для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по предъявленным к ним основаниям. 

Что касается ссылки на требование уполномоченного органа, то апеллянтом не принято во внимание, что определением от 08.02.2024 по обособленному спору №А56-109797/2022/тр.2 заявление Межрайонной ИФНС №26 по Санкт-Петербургу оставлено без рассмотрения в связи с погашением долга и неявкой уполномоченного органа в суд. Судебный акт вступил в законную силу.

Субсидиарная ответственность наступает тогда, когда в результате поведения контролирующего должника лица должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №2 (2016), утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016).

В пункте 16 постановления №53 разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 23 постановления №53, презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам.

В абзаце шестом названного пункта постановления №53 указано, что для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) Закона о банкротстве.

Апелляционный суд полагает верным вывод суда об отсутствии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности за совершение поименованных в заявлении сделок. Доказательств их подозрительности, а главное – существенной убыточности для должника не представлено. Вывод суда первой инстанции о возмездности их совершения не опровергнут. Ссылки на недействительность сделок по специальным основаниям Закона о банкротстве апелляционный суд воспринимает критически, исходя из того, что заявление о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности подано в суд в процедуре наблюдения. 

Доводы апеллянта о том, что активы, отраженные в бухгалтерской отчетности должника, не соответствуют действительности и фактически отсутствуют, может быть оценен при разрешении выделенной в отдельное производство части требований с учетом анализа и.о. конкурсного управляющего представленной ответчиками бухгалтерской и иной документации должника. 

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 20 постановление №53, в том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК Российской Федерации, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15 и 393 ГК РФ.

Из правовой позиции, сформулированной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.07.2020 N305-ЭС19-17007(2), следует, что в институте субсидиарной ответственности остается неизменной генеральная идея о том, что конечная цель предъявления соответствующего требования заключается в необходимости возместить вред, причиненный кредиторам. Данная характеристика подобного иска является сущностной, что сближает его со всеми иными исками, заявляемыми на основании положений статьи 1064 ГК РФ. Именно поэтому, в числе прочего, Пленум Верховного Суда Российской Федерации исходит из взаимозаменяемого и взаимодополняемого характера рядового требования о возмещении убытков и требования о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности (пункт 20 Постановления №53). Разница заключается лишь в том, довело ли контролирующее лицо должника до банкротства либо нет, от чего зависит подлежащая взысканию сумма, при том, что размер ответственности сам по себе правовую природу требований никак не характеризует. В связи с этим при определении соотношения этих требований необходимо исходить из их зачетного характера по отношению друг к другу (пункт 1 статьи 6, абзац первый пункта 1 статьи 394 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Что касается возражений апеллянта относительно не разрешения судом вопроса о наличии в действиях ответчиков состава убытков, то следует отметить, что в заявлении и.о. конкурсного управляющего не раскрыто фактических обстоятельств и конкретных оснований для удовлетворения соответствующей части требований. И в первоначальном заявлении и в апелляционной жалобе в обоснование требований о взыскании убытков и.о. конкурсного управляющего ограничился приведением правовых норм и разъяснений статьи 53.1 ГК РФ,  что исключает возможность удовлетворения заявленных требований.  

Приведенные и.о. конкурсного управляющего в апелляционной жалобе доводы и обстоятельства являлись предметом проверки суда, получили исчерпывающую правовую оценку, ее обоснованности не опровергают и не свидетельствуют о нарушении ими норм права при принятии обжалуемого судебного акта.

Несогласие апеллянта с выводами суда, основанными на оценке фактических обстоятельств и имеющихся в деле доказательств, не свидетельствует о наличии в принятом по спору судебном акте нарушений норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход судебного разбирательства, или допущенной судебной ошибке.

Апелляционный суд, соглашаясь с выводами суда, полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судом установлены верно, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ. 

Нарушений судом норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта (статья 270 АПК РФ), судом апелляционной инстанции не установлено.

С учетом изложенного, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.  

Руководствуясь статьями 176, 223, 268, пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

прекратить производство по апелляционной жалобе исполняющего обязанности конкурсного управляющего ФИО3 (регистрационный номер 13АП-693/2024) на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 07.12.2023 по обособленному спору №А56-109797/2022/суб. в части выделения требований в отдельное производство. 

В остальной части определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 07.12.2023 по обособленному спору №А56-109797/2022/суб. оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

М.В. Тарасова

Судьи

Е.А. Герасимова

 С.М. Кротов