АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА

Пушкина ул., д. 45, г. Хабаровск, 680000, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-133/2023

17 февраля 2023 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 14 февраля 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 17 февраля 2023 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи Сецко А.Ю.

судей Кушнаревой И.Ф., Никитина Е.О.

при участии:

от ФИО1 – ФИО2, представитель по доверенности от 11.11.2019

рассмотрев в проведенном с использованием системы веб-конференции судебном заседании кассационную жалобу ФИО1

на определение от 23.09.2022, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 23.11.2022

по делу № А51-19332/2017

Арбитражного суда Приморского края

по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Тепловые сети Находка» ФИО3

к ФИО1

о привлечении к субсидиарной ответственности

в рамках дела о признании общества с ограниченной ответственностью «Тепловые сети Находка» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>,                                      адрес: 690078, 

<

...>) несостоятельным (банкротом) 

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Приморского края от 18.08.2017 принято к производству заявление публичного акционерного общества «Дальневосточная энергетическая компания» (далее – ПАО «ДЭК») о признании общества с ограниченной ответственностью «Тепловые сети Находка» (далее – ООО «Тепловые сети Находка», общество, должник) несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 20.12.2017 в отношении ООО «Тепловые сети Находка» введено наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО3. 

Решением суда от 27.02.2018 ООО «Тепловые сети Находка» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3 

В рамках настоящего дела о банкротстве в арбитражный суд 05.09.2019 поступило заявление конкурсного управляющего о привлечении ФИО1 (далее – ответчик, руководитель должника) к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Тепловые сети Находка».

Определением суда от 23.09.2022, оставленным без изменения постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 23.11.2022, признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Тепловые сети Находка», рассмотрение заявления конкурсного управляющего приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

В кассационной жалобе ФИО1 просит определение суда от 23.09.2022, апелляционное постановление от 23.11.2022 отменить, в удовлетворении заявленного требования отказать. В обоснование указывает на отсутствие оснований для привлечения ее к субсидиарной ответственности, поскольку фактическое руководство обществом осуществляли ФИО4 (участник общества с долей 50 % уставного капитала) и ФИО5, на которых приказами в разное время было возложено исполнение обязанностей генерального директора должника, вследствие чего на них должна быть возложена и субсидиарная ответственность, пропорционально размеру причиненного ими вреда или периодам осуществления ими фактического контроля ООО «Тепловые сети Находка». Считает, что с учетом основного вида деятельности должника – производство тепловой энергии, предполагающего заведомую убыточность, а также принятия ответчиком достаточных мер по преодолению временных финансовых затруднений у руководителя ООО «Тепловые сети Находка» отсутствовала обязанность по подаче заявления о признании должника банкротом в установленную судом дату. Полагает, что бухгалтерская и иная документация должника передана конкурсному управляющему в полном объеме. Также отмечает, что сделки, признанные судом недействительными, совершены в период исполнения обязанностей руководителя должника иными лицами, что исключает ответственность ФИО1 по данному основанию. Кроме того, указывает на необходимость исключения из суммы субсидиарной ответственности сумм компенсации в виде реализации краевым государственным унитарным предприятием «Примтеплоэнерго» (далее – КГУП «Примтеплоэнерго») права на вычет сумм налога на добавленную стоимость и субсидий краевого бюджета на компенсацию затрат.

В материалы обособленного спора поступил отзыв конкурсного управляющего с возражениями относительно доводов кассационной жалобы.

В судебном заседании суда округа, проведенном с использованием системы веб-конференции, представитель ФИО1 на доводах кассационной жалобы настаивал.   

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, путем размещения соответствующей информации на официальном сайте арбитражного суда в сети «Интернет», не прибыли, что в соответствии с правилами части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы в их отсутствие.

Законность обжалуемых судебных актов проверена арбитражным судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 АПК РФ, в пределах доводов кассационной жалобы. 

Как установлено судами и следует из материалов обособленного спора, ООО «Тепловые сети Находка» создано 12.05.2014, основным видом деятельности общества указано: «35.30.14 Производство пара и горячей воды (тепловой энергии) котельными», дополнительными – «35.11 Производство электроэнергии», «35.13 Распределение электроэнергии», «35.30 Производство, передача и распределение пара и горячей воды; кондиционирование воздуха», «82.99 Деятельность по предоставлению прочих вспомогательных услуг для бизнеса, не включенная в другие группировки»; его единоличным исполнительным органом являлась ФИО1, участником с долей 50 % уставного капитала – ФИО4 (остальные 50 % принадлежат обществу). 

Конкурсный управляющий, ссылаясь на наличие оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности в порядке статей 61.11., 61.12. Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ                 «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), обратился в суд с настоящим заявлением. 

Суд первой инстанции, с выводами которого согласился суд апелляционной инстанции, признал обоснованными доводы о наличии оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Тепловые сети Находка», поскольку ответчик не направил в арбитражный суд заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) в срок не позднее 08.10.2016; действия руководителя должника были направлены на вывод активов общества и на сокрытие его имущества, чем причинен вред интересам и правам кредиторов; ФИО1 не представила бесспорных доказательств того, что она действовала добросовестно и разумно в интересах должника и кредиторов, предприняла все возможные и зависящие от нее меры для надлежащего исполнения обязательств по передаче конкурсному управляющему документов и сведений об обществе; ответчиком не внесены подлежащие обязательному внесению в Единый государственный реестр юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) в соответствии с законом сведения об адресе места нахождения юридического лица взамен ранее внесенных недостоверных сведений.

Согласно положениям части 1 статьи 223 АПК РФ, статьи 32 Закона       о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом,     с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Поскольку вменяемые ФИО1 действия (бездействие) совершены в период 2015-2017 годов, а также исходя из даты возбуждения дела о банкротстве ООО «Тепловые сети Находка», настоящий спор рассмотрен с применением положений Закона о банкротстве в редакциях Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» (далее – Закон № 134-ФЗ) и Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266-ФЗ). 

В силу пункта 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 статьи 53.1 ГК РФ, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ).

Как разъяснено в пунктах 16 - 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством. Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях, дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам. По общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

По общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ). 

Пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве установлено, что если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

С учетом указанных норм судами при постановке вывода                        о фактическом исполнении ФИО1 обязанностей руководителя должника принято во внимание, что ответчик являлся генеральным директором ООО «Тепловые сети Находка» с момента его создания и вплоть до открытия конкурсного производства в отношении общества. Помимо официального юридического статуса ФИО1 как генерального директора ООО «Тепловые сети Находка», в том числе согласно сведениям ЕГРЮЛ, наличие у нее возможности давать должнику обязательные для исполнения указания подтверждается следующими обстоятельствами: сдачей бухгалтерской отчетности общества, передачей сведений о его кредиторах и дебиторах, выдачей доверенности, заключением от имени должника договоров, дополнительных соглашений к ним (аренда, поставка тепловой энергии и теплоносителя, энергоснабжение). 

Также судами обоснованно отклонена ссылка ответчика на то, что он являлся номинальным руководителем ООО «Тепловые сети Находка», тогда как фактическое управление обществом осуществляли ФИО4, который привлекался как его руководитель к административной ответственности и осуществлял официальную переписку с прокуратурой и контрагентами, и ФИО5, заключивший ряд договоров и подписывающий документы от имени должника.

Действительно, ФИО4 и ФИО5 длительное время назначались  временно исполняющими обязанности генерального директора ООО «Тепловые сети Находка» на время отсутствия ФИО1 с предоставлением права первой подписи банковских, финансовых, организационно-распорядительных и иных документов общества, при этом контроль за исполнением приказов об их назначении возлагался на ответчика.

Вместе с тем, как правильно указал суд апелляционной инстанции, факт того, что указанные лица осуществляли временное исполнение обязанностей генерального директора должника, не отменяет статуса ФИО1 как единоличного исполнительного органа общества, не опровергает фактическое осуществление ею руководства ООО «Тепловые сети Находка», в том числе контроля за деятельностью названных лиц, в силу которого все принятые ими решения являются предметом юридической ответственности самого ответчика. 

Таким образом, имеющиеся в обособленном споре доказательства подтверждают, что ФИО1 не только была указана в качестве руководителя в общедоступном публичном реестре, но и фактически исполняла соответствующие обязанности в отношении ООО «Тепловые сети Находка».

В связи с чем и в отсутствие подтвержденной материалами обособленного спора номинальности статуса ФИО1 как руководителя должника все вмененные в вину конкурсным управляющим действия контролирующего должника лица как основания для привлечения к субсидиарной ответственности относятся к ответчику, как лицу, фактически и юридически осуществлявшему руководство ООО «Тепловые сети Находка». 

Доводы ответчика о необходимости возложения субсидиарной ответственности также на ФИО4 и ФИО5, пропорционально размеру причиненного ими вреда или периодам осуществления ими фактического контроля над должником, подлежат отклонению. Исходя из положений статей 46, 47 АПК РФ, право выбора ответчика принадлежит истцу (заявителю) и замена ответчика, равно как и привлечение соответчика к участию в споре осуществляется судом по ходатайству истца (заявителя) либо с его согласия. Поскольку конкурсным управляющим при рассмотрении обособленного спора в суде первой инстанции не заявлено о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО4 и ФИО5, основания для привлечения их к соответствующей ответственности не являлись предметом рассмотрения в рамках настоящего спора. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Согласно пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 134-ФЗ) нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 данного Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 данного Закона.

Аналогичная ответственность названных лиц установлена в пункте 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве (в действующей редакции Закона о банкротстве).

В предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности либо иных обстоятельств, названных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов), и руководитель, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель с учетом общеправовых принципов юридической ответственности (в том числе предполагающих по общему правилу наличие вины) освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.

Суд первой инстанции, с которым согласился суд апелляционной инстанции, отклоняя доводы конкурсного управляющего относительно момента наступления объективного банкротства должника, исходя из истечения 20.01.2016 трехмесячного срока просрочки оплаты стоимости поставленной ПАО «ДЭК» электрической энергии за декабрь 2015 года на сумму 1 092 735,86 руб., учитывал специфику деятельности ООО «Тепловые сети Находка», в связи с чем пришел к выводу, что добросовестный и разумный руководитель организации, обеспечивающей реализацию прав граждан на доступ к социально значимым благам в сфере коммунального обслуживания, в середине отопительного сезона, не дожидаясь его окончания, при неоплате одного платежа за декабрь не принял бы решение об обращении в суд с заявлением о банкротстве такого юридического лица.

Судами из материалов электронного дела № А51-21541/2017 Арбитражного суда Приморского края, размещенных в информационном ресурсе Картотека арбитражных дел, а также решения от 25.12.2017 по данному делу установлено, что ФИО1 в связи с ненаправлением в арбитражный суд заявления о признании ООО «Тепловые сети Находка» несостоятельным (банкротом) неоднократно привлекалась к административной ответственности, предусмотренной частью 5.1 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях; согласно постановлению инспекции Федеральной налоговой службы по Фрунзенскому району г. Владивостока от 27.12.2016 № 13/30 должник стал отвечать признакам несостоятельности (банкротства) с 08.09.2016, поскольку в течение трех месяцев не исполнял обязанность по уплате обязательных платежей в размере 909 295,38 руб. со сроком оплаты 08.06.2016; на момент вынесения данного проставления задолженность ООО «Тепловые сети Находка» по обязательным платежам составляла 2 947 046,92 руб., по уплате страховых взносов – 1 795 099,21 руб.; согласно протоколу об административном правонарушении от 25.08.2017 № 13-14/012889 по состоянию на 18.07.2017 задолженность общества по обязательным платежам увеличилась до 10 446 156,82 руб. Исполнительные производства в отношении ООО «Тепловые сети Находка» окончены в связи с невозможностью установить местонахождение должника, его имущества либо получить сведения о наличии принадлежащих ему денежных средств и иных ценностей, находящихся на счетах, во вкладах или на хранении в кредитных организациях.

Принимая во внимание указанные обстоятельства, наличие у ООО «Тепловые сети Находка» непогашенной заложенности перед уполномоченным органом и ПАО «ДЭК», суды установили, что по состоянию на 08.09.2016 была очевидна невозможность продолжения нормального режима осуществления обществом деятельности без негативных последствий для должника и его кредиторов; с указанного момента должник стал отвечать признакам объективного банкротства, в связи с чем не позднее 08.10.2016 ФИО1, как контролирующее должника лицо, обязана была направить в арбитражный суд заявление о признании его несостоятельным (банкротом). 

Довод ответчика о планировании преодоления должником временных финансовых трудностей посредством взыскания дебиторской задолженности с КГУП «Примтеплоэнерго», размер которой позволял исполнить обязательства перед кредиторами, подлежит отклонению судом округа. С учетом обстоятельств настоящего спора у судов отсутствовали достаточные основания для признания принятых ФИО1 мер по взысканию дебиторской задолженности в качестве экономически обоснованного плана выхода должника из кризисной ситуации, осуществления дальнейшей деятельности, который позволял бы рассчитывать на достижение необходимого финансового результата, принимая во внимание также дальнейшее совершение обществом сделокпо передаче прав требования к указанному дебитору.

Подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве установлено, что пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в случае, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В пункте 24 Постановления № 53 разъяснено, что в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника несет ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации (абзац третий пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 24 Постановления № 53, применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункт 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того,как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

При рассмотрении заявления конкурсного управляющего в части привлечения ФИО1 к ответственности на основании подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве судами установлена непередача ответчиком сведений и первичных учетных документов в отношении основных средств должника в размере 209 000 руб., запасов – 33 000 руб., в частности: о составе данных активов, их фактическом месте нахождения, причинах их отсутствия (выбытия), совершении каких-либо сделок с ними; а также документации в отношении топочного мазута, полученного должником от КГУП «Примтеплоэнерго», дебиторской задолженности акционерного общества «Находкинский морской рыбный порт» (далее – АО «НМРП»). Указанное не позволило конкурсному управляющему достоверно установить состав, стоимость активов должника, проанализировать на предмет возможного оспаривания сделок с этим имуществом, сформировать конкурсную массу.  

Доказательств принятия ответчиком как руководителем общества всех необходимых мер для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче указанной документации и сведений при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась, не представлено. 

Довод ФИО1 о передаче документации в ходе исполнительного производства отклоняется судом округа, поскольку спорные документы и сведения в перечень, истребованный в судебном порядке у ответчика, не входили. Ее позиция о наличии у конкурсного управляющего всех необходимых документов относительно топочного мазута, дебиторской задолженности не нашла своего подтверждения материалами настоящего спора. 

Согласно абзацам третьему, девятому пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 134-ФЗ), если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам, в том числе, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 данного Федерального закона. Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника (абзац девятый пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

В подпункте 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве закреплены аналогичные нормы, предусматривающие, что пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 названного Федерального закона.

Согласно абзацу тридцать пятого статьи 2 Закона о банкротстве вред, причиненный имущественным правам кредиторов, – уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

В рамках настоящего дела о банкротстве рассмотрены заявления конкурсного управляющего об оспаривании сделок ООО «Тепловые сети Находка» по уступке требований к КГУП «Примтеплоэнерго», совершенных с октября 2016 года по апрель 2017 года, признанных недействительными на основании пунктов 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Совокупностью оснований для признания указанных сделок недействительным послужили: совершение сделок в условиях неисполнения существовавших обязательств перед бюджетом и иными кредиторами с целью причинения вреда их имущественным правам (вывод из активов общества дебиторской задолженности на значительную сумму, за счет которой могли быть удовлетворены имеющиеся требования). 

Обществом также совершены сделки по зачету взаимных требований с АО «НМРП», в результате которых указанное аффилированное лицо получило удовлетворение своих требований с предпочтением, оспоренные конкурсным управляющим на основании пунктов 2, 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Принимая во внимание обстоятельства совершения вышеуказанных сделок, установленные вступившими в законную силу судебными актами, а также их совершение после наступления у общества признаков объективного банкротства, направленность на вывод ликвидного имущества должника – прав требования к КГУП «Примтеплоэнерго», суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о причинении указанными сделками существенного вреда имущественным правам кредиторов ООО «Тепловые сети Находка», чьи требования включены в реестр требований его кредиторов в отсутствие доказательств достаточности имущества общества для их погашения в полном объеме.

Довод ФИО1 о получении ООО «Тепловые сети Находка» встречного исполнения по сделкам подлежит отклонению, как опровергаемый вступившими в законную силу судебными актами, а также материалами настоящего обособленного спора и установленными обстоятельствами, свидетельствующими о невозможности получения от ряда ответчиков по сделкам фактического исполнения в полном объеме. 

Кроме того, судом апелляционной инстанции со ссылкой на определение Верховного Суда Российской Федерации от 17.08.2017 № 305-ЭС15-14221 обоснованно указано, что факт удовлетворения требований кредиторов за счет возвращенного в конкурсную массу имущества (его реализации) подлежит учету при определении размера субсидиарной ответственности.

При определении размера субсидиарной ответственности также подлежат рассмотрению и доводы ответчика об исключении из указанной суммы компенсации, полученной КГУП «Примтеплоэнерго», на что верно указано судами. 

Невнесение в ЕГРЮЛ сведений об адресе места нахождения должника взамен ранее внесенных недостоверных сведений о юридическом лице, установленных налоговым органом (запись в ЕГРЮЛ от 04.08.2017), послужило основанием для признания доказанным наличия оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по пункту 5 части 2 статьи 61.11. Закона о банкротстве.

С учетом изложенного доводы кассационной жалобы об отсутствии оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности подлежат отклонению судом округа: возражая относительно установленных при рассмотрении иных судебных споров и в рамках настоящего спора обстоятельств, ответчик в установленном порядке их не опровергнул; по существу ФИО1 иначе оценила имеющиеся доказательства, касающиеся ее статуса, поведения и исполнения обязанностей как  контролирующим ООО «Тепловые сети Находка» лицом, финансового положения должника, совершения оспоренных сделок, что не может являться для суда округа основанием не согласиться с выводами судов первой и апелляционной инстанций.

В рассматриваемом случае судами верно установлены обстоятельства, входящие в предмет судебного исследования по данному спору и имеющие существенное значение для его разрешения, доводы и доказательства, приведенные сторонами в обоснование своих требований и возражений, полно и всесторонне исследованы и оценены, выводы сделаны, исходя из конкретных обстоятельств спора, соответствуют установленным фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам, основаны на правильном применении норм права, регулирующих спорные отношения. 

Нарушений норм процессуального права, повлекших принятие незаконных судебных актов, либо являющихся в силу части 4 статьи 288 АПК РФ безусловным основанием для их отмены, не установлено. 

При изложенных обстоятельствах основания для отмены обжалуемых судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Приморского края от 23.09.2022, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 23.11.2022по делу № А51-19332/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья                                                А.Ю. Сецко     

Судьи                                                                                        И.Ф. Кушнарева     

                                                                                                   Е.О. Никитин