№ 09АП-46391/2020

Дело № А40-256339/18

г. Москва

30 октября 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 20 октября 2020 года

Постановление

 изготовлено в полном объеме 30 октября 2020 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи А.Н. Григорьева, 

судей В.С. Гарипова, Р.Г. Нагаева

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы  ФИО2 и ФИО3 на определение Арбитражного суда г. Москвы от 06 августа 2020 года по делу №А40-256339/18, принятое судьей Э.В. Мироненко, по заявлению конкурсного кредитора ФИО4 о признании недействительной сделки по переходу доли в уставном капитале ООО «МАРКОС» от ФИО2 к ООО «МАРКОС» в результате выхода ФИО2 из ООО «МАРКОС» и применены последствия недействительности по делу о признании несостоятельным (банкротом) гражданина-должника Ванцяна Григора Вардовича

при участии в судебном заседании:

от ФИО2 и ФИО3 – ФИО5 дов от 05.04.19

от ООО «МАРКОС» - ФИО6 дов от 19.10.2020

Иные лица не явились, извещены.

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 02.12.2019 ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО7.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 06.08.2020 г. признаны недействительными сделками - договор дарения доли от 18.03.2016 г. в размере 23% в уставном капитале ООО «МАРКОС», заключенный между должником и ФИО8, договор дарения доли от 20.03.2017 г. в размере 23% в уставном капитале ООО «МАРКОС», заключенный между должником и ФИО2, договор дарения доли от 28.06.2017 г. в размере 3% в уставном капитале ООО «МАРКОС», заключенный между ФИО2 и ФИО8, переход доли в размере 20% в уставном капитале ООО «МАРКОС» от ФИО2 к ООО «МАРКОС» в результате выхода ФИО2 из ООО «МАРКОС» и применены последствия недействительности указанных сделок.

Не согласившись с указанным определением суда, ФИО2 и ФИО3 обратились в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просили отменить оспариваемое определение и принять по делу новый судебный акт, отказав в удовлетворении заявленных требований.

В судебном заседании представитель апеллянтов поддержал доводы апелляционных жалоб.

Представитель ООО «МАРКОС» возражал против удовлетворения апелляционной жалобы и просил оспариваемое определение оставить без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом о дате и времени ее рассмотрения, апелляционная жалоба рассматривалась в их отсутствие в соответствии с ст. 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 N 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Рассмотрев дело в порядке статей 156, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, изучив материалы дела, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения определения арбитражного суда, принятого в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации, в силу следующих обстоятельств.

На основании статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как следует из материалов дела, 18.03.2016 должник подарил долю в уставном капитале ООО «МАРКОС» в размере 23% своему сыну ФИО8, соответствующие изменения были внесены в Единый государственный реестр юридических лиц 25.03.2016. 

20.03.2017 ФИО8 подарил долю в размере 23% в уставном капитале ООО «МАРКОС» своей матери, супруге должника, ФИО2, соответствующие изменения были внесены в Единый государственный реестр юридических лиц 04.04.2017.

28.06.2017 ФИО2 подарила долю в размере 3% из 23% в уставном капитале ООО «МАРКОС» обратно сыну ФИО8, соответствующие изменения были внесены в Единый государственный реестр юридических лиц 05.07.2017.

20.12.2017 ООО «МАРКОС» получило заявление ФИО2 о выходе из общества, доля в размере 20 % перешла обществу.

Кредитор полагает, что указанная цепочка последовательно совершенных с одним и тем же объектом безвозмездных сделок между близкими родственниками представляет собой единую сделку, совершенную с целью вывода ликвидного актива – доли в уставном капитале ООО «МАРКОС» из имущественной сферы ФИО3 с целью предотвращения обращения на него взыскания в ущерб правам и законным интересам кредитора.

В качестве правового основания предъявленных требований ФИО4 указал пункт 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьи 10, 168, пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 13 Федерального закона от 29 июня 2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» абзац второй пункта 7 статьи 2139 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 1 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 21332 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

Оспариваемые сделки совершены в период с 18.03.2016 по 20.12.2017.

Следовательно, учитывая указанные выше разъяснения рассматриваемые сделки могут быть оспорены как по специальным основаниям Закона о банкротстве, так и по общим основаниям Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трёх лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате её совершения был причинён вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). 

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатёжеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника.

В пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 63 от 23.12.2010 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) разъяснено, что для признания сделки недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего постановления). 

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию. 

Заявление о признании ФИО3  банкротом принято к производству определением Арбитражного суда города Москвы от 14.12.2018.

Следовательно, спорные сделки совершены в течение срока подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как следует из материалов дела, на момент совершения сделок ФИО3 имел неисполненные обязательства перед ФИО4, которые впоследствии были подтверждены в судебном порядке, а после возбуждения дела о банкротстве – включены в реестр требований кредиторов должника.

В пункте 3 статьи 213.6 Закона о банкротстве отмечено, что для целей настоящего параграфа под неплатежеспособностью гражданина понимается его неспособность удовлетворить в полном объеме требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей.

Если не доказано иное, гражданин предполагается неплатежеспособным при условии, что имеет место хотя бы одно из следующих обстоятельств:

- гражданин прекратил расчеты с кредиторами, то есть перестал исполнять денежные обязательства и (или) обязанность по уплате обязательных платежей, срок исполнения которых наступил;

- более чем десять процентов совокупного размера денежных обязательств и (или) обязанности по уплате обязательных платежей, которые имеются у гражданина и срок исполнения которых наступил, не исполнены им в течение более чем одного месяца со дня, когда такие обязательства и (или) обязанность должны быть исполнены;

- размер задолженности гражданина превышает стоимость его имущества, в том числе права требования;

- наличие постановления об окончании исполнительного производства в связи с тем, что у гражданина отсутствует имущество, на которое может быть обращено взыскание.

Материалами дела подтверждается, что по состоянию на 18.03.2016 (дату совершения первой из оспариваемых сделок) задолженность ФИО3 перед ФИО4 была просрочена по трем из четырех договоров займа, общий размер задолженности превышал пороговое значение, учитываемое при определении наличия признаков банкротства.

Учитывая указанные выше положения статьи 213.6 Закона о банкротстве, а также принимая тот факт, что ФИО3 не исполнял обязательства перед кредитором по состоянию на 18.03.2016 суд приходит к выводу о неплатежеспособности должника на момент совершения оспариваемых сделок.

Материалами дела подтверждается, что ФИО8 является сыном должника, а ФИО2 – супругой. Следовательно, в силу положений статьи 19 Закона о банкротстве осведомленность ответчиков о неплатежеспособности должника презюмируется.

В соответствии с положениями статьи 2 Закона о банкротстве под вредом, причинённым имущественным правам кредиторов, понимается любое уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику. 

Как указывалось ранее, доля в уставном капитале ООО «МАРКОС»  была передана ответчику безвозмездно.

При этом как указывает ФИО2 в своем отзыве со ссылкой на решение Арбитражного суда Московской области по делу № А41-7508/2018 доля в уставном капитале ООО «МАРКОС» в размере 20 % оценена в 30 023 000 руб.

Следовательно, в результате совершения оспариваемых сделок размер имущества ФИО3 уменьшился, при этом должник не получил никакого встречного исполнения.

На основании изложенного суд приходит к выводу о представлении кредитором надлежащих доказательств наличия оснований, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, для признания оспариваемых сделок недействительными.

Что касается доводов кредитора ФИО4 о наличии оснований, предусмотренных статьями 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, для признания оспариваемых сделок недействительными суд приходит к следующим выводам.

Согласно статье 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения. 

Пунктами 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. 

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. 

На основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. 

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в названной статьей пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

Пунктом 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30 апреля 2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариваем сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав или законных интересов кредиторов, в частности, направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

В настоящем обособленном споре суд приходит к выводу о наличии в действиях как должника, так и ответчиков злоупотребления правом.

Так, ФИО3, зная о существовании у него задолженности перед ФИО4, возникшей до совершения оспариваемых сделок, подарил принадлежащее ему имущество своему сыну, который в течение непродолжительного времени передарил спорную долю в уставном капитале ООО «МАРКОС» своей матери, затем часть данной доли (3 % из 23 %) вновь вернулась сыну должника. В результате совершения указанных последовательных сделок 3 % уставного капитала ООО «МАРКОС» принадлежит ФИО8 – сыну должника, а 20 % было отчуждено ФИО2 в пользу самого общества.

С учетом изложенного суд согласился с доводами кредитора о том, что оспариваемые сделки, совершенные между близкими родственниками, представляют собой единую сделку, совершенную с целью вывода ликвидного актива – доли в уставном капитале ООО «МАРКОС» из имущественной сферы ФИО3 с целью предотвращения обращения на него взыскания в ущерб правам и законным интересам кредитора.

Что касается доводов о недействительности оспариваемых сделок по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации суд учел, что кредитор, формально ссылаясь на названную норму права, не указывает какую сделку стороны намеревались прикрыть и, соответственно, не представляет соответствующих доказательств.

Заявленные в ходе рассмотрения настоящего обособленного спора доводы о пропуске кредитором срока исковой давности суд отклонил по следующим основаниям.

Согласно части 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим, при этом срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий  узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки.

В силу разъяснений, изложенных в пункте 32 Постановления № 63, если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В соответствии с пунктом 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

По смыслу указанных выше норм применение судом исковой давности по заявлению стороны в споре направлено на сохранение стабильности гражданского оборота и защищает его участников от необоснованных притязаний и одновременно побуждает их своевременно заботиться об осуществлении и защите своих прав.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 09.04.2019 в отношении гражданина-должника ФИО3 введена процедура реструктуризации долгов гражданина. Этим же судебным актом требования ФИО9 признаны обоснованными и включены в реестр требований кредиторов.

С рассматриваемым в рамках настоящего обособленного спора заявлением о признании сделок недействительными кредитор обратился 06.06.2019.

Таким образом, срок исковой давности на обращение с заявлением об оспаривании сделок должника ФИО9 не пропущен.

Довод ФИО3 о том, что на дату заключения договора дарения он не отвечал признакам неплатежеспособности и у него было достаточно имущества для погашения требований отклоняется, как не подтверждённый надлежащими доказательствами. Каких-либо доказательств того, что должник не исполнял обязанности перед ФИО4 по договорам займа не по причине неплатёжеспособности суду не представлены. Вместе с тем, как указывалось ранее, положениями пункта 3 статьи 213.6 Закона о банкротстве установлена презумпция, согласно которой гражданин предполагается неплатежеспособным при условии, что он прекратил расчеты с кредиторами.

Доводы о неосведомленности ФИО8 и ФИО2 о неплатёжеспособности должника оцениваются судом критически, учитывая доказанность наличия родственных связей, а также наличия презумпции, установленной статьей 19 Закона о банкротстве.

Согласно части 1 статьи 167 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии со статьей 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником в счет исполнения обязательств перед должником, подлежит возврату в конкурсную массу.

Доводы апелляционных жалоб подлежат отклонению, как основанные на неправильном толковании норм материального и процессуального права и направленные на переоценку доказательств. Кроме того, доводы апелляционных жалоб уже были предметом исследования суда первой инстанции, с оценкой которых согласна и апелляционная инстанция.

При рассмотрении дела и вынесении обжалуемого акта судом были установлены все существенные для дела обстоятельства, и им дана надлежащая правовая оценка. Выводы суда основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу. Нормы материального права применены правильно. Нарушений норм процессуального права, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемого судебного акта, апелляционной инстанцией не установлено.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 271 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 06 августа 2020 года по делу №А40-256339/18 оставить без изменения, а апелляционные жалобы  ФИО2 и ФИО3 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

Председательствующий судья:А.Н. Григорьев

Судьи:В.С. Гарипов

ФИО10