ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-4469/2022

г. Челябинск

27 июня 2022 года

Дело № А76-10913/2021

 

Резолютивная часть постановления объявлена 21 июня 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 27 июня 2022 года.

 

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Забутыриной Л.В.,

судей Журавлева Ю.А., Матвеевой С.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,  рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу  финансового управляющего умершего должника ФИО2 - ФИО3 на определение Арбитражного суда Челябинской области от 11.03.2022 по делу № А76-10913/2021 об отказе в удовлетворении заявления о признании сделки недействительной.

В судебном заседании приняли участие представители:

ФИО4 – ФИО5 (паспорт, доверенность от 16.11.2021, сроком на 3 года),

финансового управляющего умершего должника ФИО2 - ФИО3 – ФИО6 (паспорт, доверенность от 17.06.2022, сроком на 3 года).

 

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 09.04.2021 возбуждено производство по делу о банкротстве умершего должника ФИО2 (дата смерти 11.01.2020).

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 03.06.2021 должник признан несостоятельным, в отношении него введена процедура – реализации имущества должника. Финансовым управляющим утвержден ФИО3, член Союза арбитражных управляющих «Саморегулируемая организация «ДЕЛО».

Информационное сообщение опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 104 от 19.06.2021.

От финансового управляющего должника - ФИО3 посредством системы «Мой Арбитр» 28.09.2021 поступило заявление (вх.№104869 от 28.09.2021, сделка 1), в котором он просил:

- признать недействительной сделку по отчуждению 07.02.2018 ФИО2 в пользу ФИО4 жилого помещения с кад.№ 74:31:0110017:372, площадью 67.00 кв. м., расположенного адресу: 

<

...>;

- признать недействительной сделку по отчуждению 11.02.2020 ФИО4 в пользу ФИО7 жилого помещения с кад. № 74:31:0110017:372, площадью 67.00 кв. м., расположенного адресу: 

<

...>;

- применить последствия недействительности сделок в виде возврата в единоличную собственность ФИО2 жилого помещения с кад.№ 74:31:0110017:372, площадью 67.00 кв. м., расположенного адресу: 

<

...>.

         Определением суда от 11.03.2022 в удовлетворении заявления финансового управляющего было отказано.

Не согласившись с вынесенным определением, финансовый управляющий  обратился с апелляционной жалобой, в которой просил определение отменить,  апелляционную жалобу удовлетворить, принять новый судебный акт.

В обоснование доводов апелляционной жалобы заявитель указывает, что судом был сделан вывод о формальном отсутствии признаков неплатежеспособности должника на момент совершения сделок, ошибочно не приняты во внимание наличие в поведении как должника, так и заинтересованных ли, намерения причинить вред правам кредиторов. Аффилированность должника и ФИО4 подтверждается материалами дела, довод о разделении имущества среди семьи Кукара не подтверждается фактическим обстоятельствам дела. Отчуждение ФИО2 всего принадлежащего ему недвижного имущества свидетельствует о наличии у него намерения вывести свое имущество из-под взыскания, это свидетельствует о наличии у него цели причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.04.2022 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 24.05.2022. Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.05.2022 судебное заседание было отложено на 21.06.2022 для представления дополнительных доказательств.

До начала судебного заседания от финансового управляющего ФИО3 поступили дополнительные доказательства согласно перечню (рег.№ 31329), представленные во исполнение определения суда, которые приобщены к материалам дела в порядке статей 66, 168, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Ранее представлен отзыв ответчика, который приобщен к материалам дела в порядке статьи 262 АПК РФ.

В судебном заседании представитель подателя жалобы поддержал доводы апелляционной жалобы в полном объеме, представитель ФИО4 возражает против удовлетворения апелляционной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством почтового отправления, а также путем размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание представителей не направили.

В соответствии со статьями 123, 156 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие неявившихся участников процесса.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Как следует из материалов дела и установлено судом апелляционной инстанции, 02.02.2018 ФИО2 в пользу ФИО4 подарено жилое помещение с кад.№ 74:31:0110017:372, площадью 67.00 кв. м., расположенного адресу: 

<

...>, что оформлено договором, который зарегистрирован в ЕГРН 07.02.2018. Затем 10.02.2020 ФИО4 в пользу ФИО7 подарено данное жилое помещение, что оформлено договором, который зарегистрирован 11.02.2020.

Полагая, что названные сделки подлежат признанию недействительными с применением последствий их недействительности, управляющий обратился в суд с рассматриваемым заявлением.

В обоснование заявленных требований финансовый управляющий указал, что должником ответчику ФИО4, являющемуся сыном должника, передана в дар указанная выше квартира по договору дарения от 02.02.2018. В дальнейшем, ФИО4 передал в дар данную квартиру своей жене ФИО7, с которой в последующем расторг брак. Заявитель полагает, что указанные сделки представляют собою цепочку сделок, направленных на вывод имущества должника в условиях, когда у должника уже имелись финансовые проблемы. Финансовый управляющий полагает, что сделка является мнимой, совершена для вида и целью ее было именно передача прав на объект иным лицам от должника с целью сокрытия имущества от кредиторов.

В качестве правового основания указаны – статьи 10, 168, 170 Гражданского кодекса РФ (далее – ГК РФ).

Ответчик ФИО4 заявленные требования не признал по основаниям, представленным в отзыве. В судебном заседании представитель ответчика пояснил, что квартира была передана в дар должником своему сыну в условиях, когда у должника не было ни кредиторов, ни финансовых затруднений. При этом, передача квартиры осуществлялась в связи с разделом собственности внутри семьи, поскольку в этот период времени должник развелся со своей женой (матерью ответчика ФИО4) и ушел в другую семью, где у него родился ребенок. Помимо передачи квартиры сыну, должник также разрешил внутрисемейные споры относительно жилых помещений и недвижимого имущества и с другими родственниками, сделки с которыми также оспариваются в рамках дела о банкротстве. Все перечисленные сделки фактически были совершены в одно время задолго до появления признаков несостоятельности (банкротства) должника. Последующее отчуждение квартиры от ФИО4 его жене было также обусловлено разделом имущества в процессе развода. Данная квартира осталась у ФИО7, а подарена была до принятия судом решения о разводе в целях оптимизации процесса раздела имущества.

Ответчик ФИО7 в представленном отзыве полностью поддержала доводы ответчика ФИО4, а также пояснила, что проживает в указанной квартире с ребенком и данная квартира для нее является единственным жильем.

Суд первой инстанции предлагал финансовому управляющему предоставить пояснения относительно того, какие именно обязательства были у должника на момент совершения первой спорной сделки дарения квартиры.

Управляющий пояснил, что все обязательства должника возникли из его участия в капитале и руководстве ООО «Агротэк», который находится в процедуре банкротства – конкурсное производство, дело № А76-14929/2020. В настоящее время в рамках указанного дела предъявлены требования кредиторов, указанные финансовым управляющим в таблице, в дополнении № 2 к заявлению (представлено через систему «Мой арбитр» 01.03.2022 в 15:17), при этом все требования по дате возникновения датированы после первого квартала 2018 года. Также управляющий указал, что в рамках данного дела оспариваются сделки по перечислению денежных средств от ООО «Агротэк» в том числе в конце 2017 года, начале 2018 года, однако судебный акт по данным спорам не принят.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявления, пришел к выводу о недоказанности оснований для признания спорных сделок недействительными.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, обсудив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены определения суда первой инстанции.

В соответствии со статьей 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закона о банкротстве), дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

На основании пунктов 1, 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе. Правила настоящей главы могут применяться к оспариванию действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским законодательством.

В силу пунктов 1-2 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц (1). Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина (2).

Статья 61.2 Закона о банкротстве предусматривает основания для оспаривания сделок должника, совершенных при неравноценном встречном предоставлении (пункт 1), либо с причинением вреда (пункт 2).

Разъяснения по порядку применения статьи 61.2 Закона о банкротстве даны в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63).

В соответствии с разъяснениями, данными в пунктах 5 - 9 названного постановления, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

На основании абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусмотрена возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки. Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

При определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего. Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Цель причинения вреда имущественными правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: - стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; - должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством РФ, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; - после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В рассматриваемом случае, оспариваемые сделки совершены 07.02.2018 и 11.02.2020, дело о банкротстве возбуждено 09.04.2021. Следовательно, первая сделка выходит за рамки периода подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, тогда как вторая сделка совершена в пределах периода подозрительности, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При этом, управляющий фактически квалифицирует данную сделку как единую, направленную на вывод активов должника. Следовательно, период подозрительности следует исчислять по дате последней сделки. 

Сделка совершена в пользу заинтересованного лица – сына должника, затем в пользу супруги сына должника, следовательно, в пользу заинтересованных лиц (статья 19 Закона о банкротстве).

По характеру сделка имела безвозмездный характер, как в первом, так и во втором случае (статья 572 ГК РФ).

Из документов, представленных финансовым управляющим, следует, что самые ранние обязательства перед кредиторами возникли 20.09.2018 (дата заключения договора), то есть через 8 месяцев после заключения первого спорного договора, а задолженность по кредиту начала образовываться с 3 квартала 2019 года, то есть через 1 год и 6 месяцев после заключения первого договора. Доказательств, подтверждающих наличие неисполненных обязательств у ФИО2 или ООО «Агротэк» на момент заключения первого спорного договора дарения, в материалы дела финансовым управляющим не представлено. 

Из представленного в материалы дела финансовым управляющим заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в отношении наследственной массы умершего ФИО2 в рамках дела № А76-14929/2020 следует, что конкурсным управляющим ООО «Агротэк» установлены период наступления неплатёжеспособности – апрель 2019 года, а обязанность подать заявление о банкротстве общества не позднее 16.05.2019. 

Следовательно, должник на момент совершения первой сделки не являлся неплатежеспособным, как и контролирующее им лицо.

На момент заключения второй сделки обязательства у должника по настоящему делу имелись.

Вместе с тем, по мнению апелляционного суда, оснований для квалификации спорных сделок как единой, в том числе относящейся к числу иных сделок, совершенных в тот же период, не имеется.

В соответствии с разъяснениями, данными в абзаце 4 пункта 4 постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Исходя из пунктов 1, 5 статьи 10 ГК РФ, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).  Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

В пунктах 1, 7, 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ» (далее – постановление Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25) разъяснено, что согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса РФ, статья 65 АПК РФ).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ) (1).

Если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ) (7).

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ) (8).

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Исходя из разъяснений, данных в пункте 86 постановление Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ).

Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

 

В данном случае, в отличие от иных сделок, заключение договора дарения от 02.02.2018 на спорную квартиру было вызвано намерением обеспечить своего сына жилым помещением, за счет распределения совместно нажитого в период брака имущества. Так, из пояснений ФИО4 следует, что до заключения договора дарения он и ФИО7 проживали в этой квартире, оплачивали ипотеку за нее, несли бремя содержания, оплачивали коммунальные платежи и фактически пользовались данным недвижимым имуществом. Сделка была исполнена, материалами дела данный факт подтверждается. Права на квартиру были оформлены на ответчика ФИО4, чем было закреплено фактическое положение вещей – владение и распоряжение квартирой ответчика и его супруги, которые проживали в ней с 2014 года с момента заключения брака (брак зарегистрирован 08.11.2014). Последующая передача у квартиры в пользу ответчика ФИО7 также обусловлена разводом между ответчика и разрешением вопросов совместной собственности, в частности, настоящее время в спорной квартире проживает именно ФИО7 с сыном, что указано в ее отзыве и подтверждено предоставленными справками и копией паспорта с отметкой о государственной регистрации по месту жительства, представлены квитанции об оплате коммунальных услуг (плательщик ФИО7).

        Следовательно, названные спорные сделки не могут быть квалифицированы в качестве единой и направленной совместно с иными сделками, названными управляющим, на вывод активов должника во избежание обращения взыскания на них. Отсутствует цель причинения вреда кредиторам.

        Доводы о злоупотреблении и мнимости основаны на предположении и документально не подтверждены (статьи 9, 65 АПК РФ).

        Довод финансового управляющего о том, что заявление о привлечении контролирующих должника лиц до настоящего времени не рассмотрено, в связи с чем, доводы конкурсного управляющего о моменте возникновения признаков банкротства во 2 квартале 2019 являются его личным мнением, является несостоятельным. Указанное заявление составлено конкурсным управляющим по итогам финансового анализа деятельности должника, оснований не доверять указанным выводам в данном случае не имеется. Заявление о привлечении контролирующих ООО «Агротэк» к субсидиарной ответственности было приложено самими финансовым управляющим в качестве доказательства, обосновывающего оспаривание сделки. Иных документов, подтверждающих возникновение у должника или подконтрольных ему лиц (в том числе ООО «Агротек») признаков банкротства в более ранний период, в материалы дела в нарушение статьи 65 АПК РФ финансовым управляющим не представлено.

        Совершение до момента заключения первой сделки сделок ООО «Агротэк», где умерший должник являлся директором, которые могут служить основанием для привлечения к субсидиарной ответственности, правового значения не имеет и само по себе основанием для признания вышеобозначенных сделок не является, учитывая конкретные обстоятельства, установленные в рамках настоящего спора, связанные с приведением в фактическое положение дел ранее возникших отношений – наделение семьи сына должника жилым помещением (2014 год).

        Ссылки о необоснованности доводов о распределении имущества внутри семьи не принимаются. Ответчиками приведены разумные пояснения с документальным подтверждением. Достаточных оснований для несогласия с ними не имеется. При этом, квартира приобретена самим должником в 2009 году, задолго до возникновения обязательств у должника и контролируемого им лица перед кредиторами. 

        То обстоятельство, что сын должника был трудоустроен в ООО «Агротэк» в должности коммерческого директора с 15.05.2017, что, по мнению апеллянта, предполагает осведомленность о схеме вывода активов, правового значения не имеет, поскольку не исключает вышеуказанных конкретных обстоятельств.

Доводы апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, а лишь выражают несогласие с ними, что само по себе не является основанием для признания определения необоснованным.

При таких обстоятельствах, оснований для отмены определения суда первой инстанции и удовлетворения жалобы не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в соответствии с пунктом 4 статьи 270 АПК РФ, не установлено.

Руководствуясь статьями 176, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 11.03.2022 по делу № А76-10913/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу финансового управляющего умершего должника ФИО2 - ФИО3 – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции. 

 

Председательствующий судья                                            Л.В. Забутырина 

 

Судьи                                                                             Ю.А. Журавлев

 

                                                                                                        С.В. Матвеева