Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115,  Владивосток, 690001

www.5aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело

№ А51-2701/2020

г. Владивосток

05 мая 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 26 апреля 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 05 мая 2022 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Т.В. Рева,

судей А.В. Ветошкевич, ФИО12 а,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2, ФИО8,

апелляционные производства: № 05АП-2156/2022, № 05АП-2162/2022,

на определение от 11.03.2022 

судьи Т.Е.Мангер

по делу № А51-2701/2020 Арбитражного суда Приморского края 

по заявлению публичного акционерного общества «Сбербанк России» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

к ФИО8

о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки,

третье лицо: общество с ограниченной ответственностью «Три кота» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

в рамках дела по заявлению публичного акционерного общества «Сбербанк России» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

о признании ФИО2 (ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом),

при участии:

от ФИО2: ФИО3, по доверенности от 03.08.2020, сроком действия 3 года, паспорт;      

от АКБ «ПРИМОРЬЕ» : ФИО4, по доверенности от 01.10.2019, сроком действия до 31.12.2024, паспорт;      

от ПАО «Сбербанк России»: ФИО5, по доверенности от 24.03.2020, сроком действия до 17.06.2022, паспорт,

иные лица, участвующие в деле о банкротстве, не явились, извещены,

УСТАНОВИЛ:

Публичное акционерное общество «Сбербанк России» (далее - ПАО «Сбербанк России», Банк, кредитор, заявитель) обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании ФИО2 (далее – должник) несостоятельным (банкротом) и включении требований в реестр требований кредиторов в размере 295 110 046 руб. 81 коп.

Определением суда от 04.03.2020 заявление ПАО «Сбербанк России» принято к производству, возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) должника.

Определением суда от 01.06.2020 заявление ПАО «Сбербанк России» признано обоснованным и в отношении ФИО2 введена процедура реструктуризации долгов гражданина сроком на три месяца, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО6

Решением суда от 16.02.2021 ФИО2 признан несостоятельным (банкротом) и в отношении него введена процедура реализации имущества должника сроком на шесть месяцев, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО7.

В рамках указанного дела о банкротстве ПАО «Сбербанк России» обратилось в суд с заявлением о признании недействительной сделки: договора купли-продажи от 05.10.2018, заключенного между ФИО2 и ФИО8 (далее - ответчик) в отношении следующих объектов недвижимости:

 1. квартира, назначение: жилое помещение, площадь 154,5 кв.м, этаж 14, адрес: 

<

...>, кадастровый номер: 25:28:000000:36441;

 2. машиноместо № 10, назначение: нежилое помещение, площадь 17,8 кв.м, этаж: цокольный 1, адрес: 

<

...>, кадастровый номер: 25:28:000000:48005; 

а также применении последствий недействительности сделки в виде возврата в собственность ФИО2 с прекращением права собственности ФИО8 с внесением соответствующих записей в Единый государственный реестр недвижимости на указанные выше объекты недвижимости.

Определением от 01.09.2020 к участию в споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Три кота» (далее - ООО «Три кота»).

Определением суда от 11.03.2022 заявление кредитора удовлетворено, с чем не согласились ФИО2 и ФИО8, обжаловав судебный акт в апелляционном порядке.

В апелляционной жалобе ФИО2 просил отменить принятый судебный акт и принять новый судебный акт. Полагает, что суд первой инстанции необоснованно применил к оспариваемой сделке положения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), поскольку вмененные ответчику правонарушения полностью охватываются диспозицией статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве). При этом отмечает, что на момент совершения сделки у ФИО2 как поручителя отсутствовали неисполненные денежные обязательства, неплатежеспособность должника кредитором не доказана, что свидетельствует об отсутствии цели причинения вреда кредиторам. Считает, что заявителем не представлены доказательства неравноценности сделки. Далее податель жалобы сослался на преюдицию решения Ленинского районного суда г. Владивостока от 24.10.2019 по делу №2-2484/2019, которым в удовлетворении требований ПАО «Сбербанк России» о признании недействительным договора купли-продажи от 05.10.2018 отказано. 

Доводы апелляционной жалобы ФИО8 также сводились к наличию вступившего в законную силу решения Ленинского районного суда г. Владивостока от 24.10.2019 по делу №2-2484/2019, которым установлены обстоятельства приобретения спорного имущества, источники денежных средств ФИО8 на приобретение квартиры. Отмечает, что в суд общей юрисдикции предоставлялись документы, подтверждающие источники получения денежных средств ФИО8 на приобретение объектов недвижимости, кроме того, сам ФИО9 приходил в судебное заседание для подтверждения расписки. Обращает внимание суда, что в собственности у ФИО8 и его супруги находится ряд объектов недвижимости, рыночная стоимость которых превышает доходы ФИО8 По мнению апеллянта, наличие расписки является надлежащим доказательством передачи денежных средств за покупку квартиры, поскольку сторонами сделки являются физические лица. Настаивает на том, что стороны оспариваемых сделок не являются ни аффилированными, ни заинтересованными по отношению друг у другу, в связи с чем ответчик по сделке не мог быть осведомлен о возможных финансовых обязательствах перед кредитором.

К судебному заседанию через канцелярию суда поступили:

- от АКБ «ПРИМОРЬЕ»,   ПАО «Сбербанк России» -  письменные отзывы на апелляционные жалобы, которые в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) приобщены к материалам дела;

- от ФИО8 – ходатайство о приобщении к материалам дела справок о доходах физического лица за 2015 – 2018 годы, текст которого приобщен к материалам дела в порядке статьи 81 АПК РФ;

- от финансового управляющего – возражения на апелляционные жалобы, которые в порядке статьи 262 АПК РФ приобщены к материалам дела.

В заседании арбитражного суда апелляционной инстанции представитель апеллянта поддержал изложенные в апелляционной жалобе доводы в полном объеме, настаивая на отмене обжалуемого судебного акта. 

Представители АКБ «ПРИМОРЬЕ» и ПАО «Сбербанк России» на доводы апелляционной жалобы возразили по основаниям письменных отзывов на жалобы. 

Представитель апеллянта не возражал относительно приобщения дополнительных доказательств, представленных ФИО8 Представители АКБ «ПРИМОРЬЕ» и ПАО «Сбербанк России» возразили относительно данного ходатайства.

Коллегия, совещаясь на месте, руководствуясь статьями 159, 184, 185, частью 2 статьи 268 АПК РФ, определила в удовлетворении ходатайства о приобщении к материалам дела дополнительных письменных доказательств отказать, поскольку  ФИО8 не привел уважительные причины невозможности представления доказательств в суд первой инстанции.

Судом установлено, что к апелляционной жалобе ФИО8 приложены дополнительные документы согласно перечню приложений, что расценено коллегией как ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств.

Представитель апеллянта не возражал относительно приобщения дополнительных доказательств, приложенных ФИО8 Представители АКБ «ПРИМОРЬЕ» и ПАО «Сбербанк России» возразили относительно данного ходатайства.

Коллегия, совещаясь на месте, руководствуясь статьями 159, 184, 185, частью 2 статьи 268 АПК РФ, определила в удовлетворении ходатайства о приобщении к материалам дела дополнительных письменных доказательств отказать, поскольку апеллянтом не обоснована невозможность представления доказательств в суд первой инстанции.

В заседание арбитражного суда апелляционной инстанции представители иных лиц, участвующих в деле о банкротстве и в арбитражном процессе по делу о банкротстве, надлежаще извещенных о времени и месте рассмотрения жалобы, не явились. В канцелярию суда от финансового управляющего поступило ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы в его отсутствие. Суд апелляционной инстанции, руководствуясь статьями 159, 184, 185, 258 АПК РФ, рассмотрел заявленное ходатайство и определил его удовлетворить, и, руководствуясь частью 3 статьи 156 АПК РФ, рассмотрел апелляционную жалобу в отсутствие неявившихся лиц.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы и отзывов, Пятый арбитражный апелляционный суд не установил оснований для отмены обжалуемого судебного акта, однако счел необходимым изменить мотивировочную часть определения суда от 11.03.2022 в силу следующего.

При исследовании материалов дела судом установлено, что 05.10.2018 между ФИО2 (продавец) и ФИО8 (покупатель) заключен нотариально удостоверенный договор купли-продажи (далее - договор), по условиям которого продавец продал, а покупатель купил следующие объекты недвижимого имущества:

 - квартира, назначение: жилое помещение, площадь 154,5 кв.м, этаж 14, адрес: 

<

...>, кадастровый номер: 25:28:000000:36441;

- машиноместо № 10, назначение: нежилое помещение, площадь 17,8 кв.м, этаж: цокольный 1, адрес: 

<

...>, кадастровый номер: 25:28:000000:48005 (далее - имущество) (пункт 1.1). 

В соответствии с пунктом 3 договора отчуждаемые объекты недвижимого имущества оцениваются на общую сумму 25 500 000 руб., в том числе квартира –             24 000 000 руб., машиноместо – 1 500 000 руб.

В силу пункта 4 договора денежные средства в размере 25 500 000 руб. продавец получил наличными от покупателя до подписания договора, о чем стороны сообщили нотариусу при его подписании, что подтверждается распиской продавца, написанной собственноручно. Подписание настоящего договора подтверждает произведенные расчеты и получение продавцом вышеуказанных денежных средств от покупателя полностью.

В соответствии с пунктом 8 договора в квартире зарегистрирован ФИО2, который сохраняет право пользования данной квартирой и обязуется сняться с регистрационного учета до 04.10.2020.

09.10.2018 в Единый государственный реестр недвижимости включены сведения о праве собственности ФИО8 на имущество (записи №№ 25:28:000000:36441-25/001/2018-1, 25:28:000000:48005-25/001/2018-2).

Кредитор, ссылаясь на наличие значительной задолженности перед ним у заемщика ООО «Три кота» и поручительство ФИО2 за названное общество, последующее банкротство заемщика, осведомленность поручителя о признаках неплатежеспособности общества и совершение недобросовестных действий поручителя, направленных на уменьшение своей имущественной сферы в целях недопущения обращения взыскания на имущество ФИО2, обратился в суд с рассматриваемы заявлением, требуя признать договор, заключенный между ФИО2 и ФИО8, недействительной сделкой на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статьи 10 ГК РФ и пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ, статьи 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона.

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Федеральном законе (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц. Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина.

Размер требований ПАО «Сбербанк России», включенных в реестр требований кредиторов должника, превышает 10% общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов. Таким образом, заявитель вправе оспорить сделки должника.

В силу пункта 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» сделки граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, не подлежат оспариванию по правилам главы III.1 Закона о банкротстве, но могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 ГК РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве.

Оспариваемая сделка совершена 05.10.2018 (09.10.2018), что с учетом приведенных норм позволяет ее оспорить по специальным основаниям Закона о банкротстве.

Из пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве следует, что сделки совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Оспаривая совершенную должником сделку, кредитор в качестве правового обоснования указал в числе прочих нормы пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и положения статьи 10 ГК РФ.

Удовлетворяя заявление ПАО «Сбербанк России», суд первой инстанции, не установив наличие специальных оснований для оспаривания, предусмотренных статьей 61.2 Закона о банкротстве, установил наличие оснований для признания оспариваемой сделки недействительной по основаниям статьи 10, пункта 2 статьи 168 ГК РФ.

Между тем, при вынесении судебного акта судом первой инстанции не учтено следующее.

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником - банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора.

Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом.

Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

В то же время необходимо учитывать, что наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по статьям 10 и 168 ГК РФ (пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»).

Между тем, в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 по делу № А32-26991/2009, определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061 по делу № А46-12910/2013, от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034 по делу № А12-24106/2014).

Направленность сделки на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии его банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки (кредитор) знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки, является разновидностью сделки, совершенной со злоупотреблением правом (статья 10, 168 ГК РФ).

При этом положения пунктов 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве являются специальными по отношению к предусмотренным статьями 10, 168 ГК РФ основаниями для признания сделок недействительными. Поэтому в условиях конкуренции норм о недействительности сделки лица, оспаривающие сделки с неравноценным встречным исполнением, а также с причинением вреда имущественным правам кредиторов одновременно по основаниям, предусмотренным ГК РФ и Законом о банкротстве, обязаны доказать, что выявленные нарушения выходят за пределы диспозиции пунктов 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Иной подход приводит к тому, что содержание статьи 61.2 Закона о банкротстве теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом и позволяет лицу, не оспорившему подозрительную сделку, обходить правила о возможности заявления возражений о недействительности оспоримой сделки только на основании вступившего в законную силу судебного акта о признании ее недействительной, что недопустимо (определение Верховного Суда РФ от 24.10.2017 № 305-ЭС17-4886 (1) по делу № А41-20524/2016).

Вместе с тем, судом первой инстанции не приведены аргументы в пользу того, что нарушения, допущенные при совершении оспариваемой сделки, выходят за пределы диспозиции статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Из заявления кредитора следует, что указанные в обоснование недействительности спорных сделок признаки, классифицируемые им как причинение вреда имущественным интересам кредиторов, отвечают признакам подозрительной сделки (статья 61.2 Закона о банкротстве).

При оценке оспариваемой сделке на предмет ее недействительности по специальным основаниям, предусмотренным нормами банкротного законодательства, коллегия пришла к следующим выводам. 

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов, и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Поскольку оспариваемая сделка совершена в пределах трехлетнего периода до принятия заявления о признании должника банкротом (04.03.2020), соответственно, сделка подпадает под период подозрительности, определенный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63) разъяснено, что для признания сделки недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо доказать наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Исходя из разъяснений, приведенных в пункте 6 Постановления № 63, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, среди которых, в том числе, совершение сделки безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Как разъяснено в пункте 7 Постановления № 63 в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона о банкротстве) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Оценив в порядке статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о неудовлетворительном финансовом состоянии должника в период заключения спорного договора. 

Согласно сведениям  Единого государственного реестра юридических лиц в отношении ООО «Три кота», ФИО2 наряду с ФИО10, ФИО11 является участником ООО «Три кота» с 2015 года (доли между названными лицами распределены следующим образом: 0,25%, 49,75%, 50% соответственно). При этом должник оказывал ООО «Три кота» услуги по ведению бухгалтерского учета по договору аутсоринга от 01.10.2012 (л.д. 65, т.1).

<

***> между ПАО «Сбербанк России» и ООО «Три кота» заключен договор № 

<

***> об открытии невозобновляемой кредитной линии (далее - Кредитный договор), в соответствии с которым ООО «Три Кота» открыта невозобновляемая кредитная линия для погашения текущей задолженности по договорам кредитной линии с лимитом выдачи, заключенным между заемщиком и ПАО АКБ «Приморье», с лимитом в сумме не более 322 000 000 рублей.

В качестве обеспечения своевременного и полного выполнения обязательств заемщика по Кредитному договору 

<

***> заключен договор поручительства №

<

***>-2 с ФИО2, а также договоры поручительства с ФИО10 и ФИО11.

Обязательство по возврату кредита и уплате процентов исполнялись заемщиком ООО «Три кота» и его поручителями ненадлежащим образом, что послужило основанием для направления заимодавцем требования досрочно погасить задолженность. Вступившим в законную силу решением Ленинского районного суда г. Владивостока от 08.10.2019 по делу № 2-408/2019 удовлетворено исковое заявление ПАО «Сбербанк России» о взыскании солидарно с ФИО11, ФИО2, ФИО10 в пользу ПАО «Сбербанк России» суммы задолженности 143 850 594, 75 руб., а также судебных расходов 60 000 руб., по 20 000 руб. с каждого.

Также между ПАО «Сбербанк России» (займодавец) и ООО «Три Кота» (заемщик) 31.07.2017 заключено генеральное соглашение № 700170120 АСРМ об открытии возобновляемой рамочной кредитной линии (соглашение), в соответствии с которым заемщику была открыта возобновляемая рамочная кредитная линия с лимитом в сумме 200 000 000 руб. 

В рамках данного соглашения между займодавцем и заемщиком заключены договоры об открытии возобновляемой кредитной линии: от 20.11.2017 № 700170120АСРМ/05, в соответствии с которым заемщику открыта возобновляемая кредитная линия на срок по 19 ноября 2018 года с лимитом в сумме 50 000 000 руб., от  04.12.2017 № 700170120АСРМ/06, в соответствии с которым заемщику открыта возобновляемая кредитная линия на срок по 03 декабря 2018 года с лимитом в сумме 50 000 000 руб., от 19.12.2017 № 700170120АСРМ/07, в соответствии с которым заемщику открыта возобновляемая кредитная линия на срок по 18.12.2018 с лимитом в сумме 50 000 000 руб. 

В качестве обеспечения своевременного и полного выполнения обязательств по отдельным договорам, заключаемым в рамках соглашения, 31.07.2017 заключены договоры поручительства №700170120АСРМ-1 с ФИО11 и №700170120АСРМ-2 с ФИО2

Банк, реализуя предоставленное ему пунктом 7.1.7 кредитных договоров, ссылаясь на ухудшение финансового состояния ООО «Три кота», обратился в суд общей юрисдикции с исковым заявлением к ФИО11, ФИО2 о взыскании сумм задолженности по договорам об открытии возобновляемой кредитной линии.

Вступившим в законную силу решением Ленинского районного суда г. Владивостока от 17.10.2019 по делу № 2-409/2019 требования ПАО «Сбербанк России» удовлетворены.

Требования Банка по указанным выше кредитным договорам включены  в реестр требований кредиторов должника-поручителя, а также заемщика.

При этом материалами основного дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Три кота» установлено, что решением Арбитражного суда г. Москвы от 26.02.2019 по делу № А40-293239/18-44-372 Б признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство. Вынесенным в рамках названного дела определением суда от 06.06.2019  по заявлению ПАО «Сбербанк России» о включении требований в реестр требований кредиторов ООО «Три кота» установлено, что согласно выпискам по операциям на счете ООО «Три Кота» № 40702810050000017605, за период с мая 2018 года по октябрь 2018 года, финансовое состояние заемщика значительно ухудшилось и продолжает ухудшаться. Так, начиная с 2018 года, обороты ООО «Три кота» по вышеуказанному счету, открытому в ПАО «Сбербанк России», в среднем в месяц составляли 400 млн.руб. За сентябрь наблюдается снижение до 340 млн. руб. (на 15%). За 18 дней октября 2018 совокупные поступления составили 89,9 млн. руб., что составляет 22,5% от поступлений прошлых месяцев. Также заемщиком прекращена инкассация наличности в ПАО «Сбербанк». Отключены POS - терминалы по безналичному расчету от ПАО «Сбербанк». 

Этим же судебным актом установлено, что 11.10.2018 заемщику вручено требование о погашении задолженности в полном объеме в срок не позднее 18.10.2018. 

Данное обстоятельство, также как и ухудшение финансового состояния заемщика в период, непосредственно предшествовавший совершению оспоренной сделки, и в период ее совершения, установлено и судебными актами, принятыми судами общей юрисдикции, а именно: указанными выше решениями Ленинского районного суда г. Владивостока от 17.10.2019 по делу № 2-409/2019, от 08.10.2019 по делу № 2-408/2019 по искам заявителя о взыскании задолженности по кредитным договорам, решениями Фрунзенского районного суда г. Владивостока от 15.08.2019 по делу № 2-4286/2019 и от 03.10.2019 по делу № 2-4276/2019 по искам поручителей ФИО11, ФИО2, ФИО10 к ПАО «Сбербанк России» о признании незаконными действий  банка по досрочному взысканию кредитов.

При этом решениями Фрунзенского районного суда, которыми отказано в удовлетворении требований поручителей, установлено, что ПАО «Сбербанк России» 11.10.2018 вручил заемщику и поручителям требования о погашении задолженности по кредитным договорам в полном объеме в срок до 18.10.2018, а 22.10.2018 банк обратился в Ленинский районный суд г. Владивостока с исками о взыскании с заемщика и поручителей задолженности по кредитным договорам. Требования о досрочном взыскании кредитов заявлены ПАО «Сбербанк России» на следующих основаниях.  По состоянию на 11.10.2018 финансовое состояние основного заемщика ухудшилось, к ООО «Три кота» было предъявлено 21 исковое заявление на сумму 43,8 млн. руб., на фоне снизившейся выручки, отрицательной рентабельности (за 4 квартал 2017 года обществом получен убыток 18 339 тыс. руб.), ухудшения финансового состояния заемщика, сумма предъявленных к обществу исков являлась существенной, при списании на финансовый результат усугубила бы финансового положение бизнеса, существенно увеличивала риск неисполнения обязательств по обслуживанию и погашению кредитов. Общим собранием участников ООО «Три кота» 16.11.2018 принято решение о ликвидации общества. Во всех торговых точках ООО «Три кота» в г. Владивостоке, Уссурийске, Артем 09.10.2018 были полностью отключены POSтерминалы по безналичному расчету и прекращена инкассация выручки на счета предприятия, открытые в ПАО «Сбербанк России»; с названой даты фактически прекратилось поступление выручки от продажи товаров на счета заемщика в прежнем объеме, которая в соответствии с пунктом 8.2.11 кредитного договора № 

<

***> от 

<

***> должна составлять не менее 600 000 000 руб. ежеквартально, а в соответствии с пунктами 8.2.8 договоров от 20.11.2017 № 700170120АСРМ/05, от 19.12.2017 № 14 А51-2701/2020 700170120АСРМ/07 должна составлять не менее 200 000 000 руб. ежемесячно. Согласно отчету о прибылях и убытках ООО «Три кота» рентабельность общества за 1 квартал составила –0,214%, за 2 квартал 2018 года –0,384%, чистая прибыль (убыток) отчетного года -10 306 тыс. руб. (за 2,3,4 кварталы 2017 и 1 квартал 2018 года), -17 332 тыс. руб. за 3,4 кварталы 2017 года и 1,2 кварталы 2018 года. 

Таким образом, вступившими в законную силу судебными актами арбитражного суда и судов общей юрисдикции фактически установлена неплатежеспособность заемщика  (ООО «Три кота») в период, непосредственно предшествовавший совершению оспоренной сделки и далее в момент совершения должником сделки по отчуждению своего имущества. Коллегия учитывает, что неплатежеспособность общества по общему правилу не наступает одномоментно, этому предшествует период ухудшения финансового положения.

ФИО2 как участник корпоративных отношений, лицо, оказывавшее обществу услуги бухгалтерского учета, поручитель, обязавшийся солидарно  с заемщиком отвечать за исполнение заемщиком обязательств по кредитным договорам, не мог не знать о таком финансовом положении заемщика в спорный период и, как следствие, о необходимости погашения требований банка самим должником как поручителем.

Изложенное, учитывая отсутствие  в деле доказательств, свидетельствующих о наличии  у заемщика, должника, иных поручителей на момент совершения оспоренной сделки имущества, достаточного для исполнения обязательств перед кредиторами, в том числе перед ПАО «Сбербанк России» по указанным выше кредитным договорам, свидетельствует о том, что на момент заключения договора от 05.10.2018 должник  отвечал признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества.

Надлежащих доказательств обратному ответчиком и должником в порядке статьи 65 АПК РФ  в дело не представлено. 

Отклоняя доводы должника и ответчика, приведенные в суде первой инстанции, об отсутствии у должника на момент совершения оспоренной сделки обязательств перед кредиторами, коллегия руководствуется следующим.

 Как отмечено выше, в соответствии с условиями договоров поручительства должник обязался солидарно с заемщиком отвечать за исполнение заемщиком обязательств по кредитным договорам.

Согласно статье 361 ГК РФ по договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части. 

Договор поручительства является односторонним, так как поручительство, являющееся одним из способов обеспечения обязательств, создает между кредитором и поручителем дополнительное обязательство по отношению к основному, за которое дается поручительство.

Содержанием обязательства по договору поручительства является обязанность поручителя при неисполнении или ненадлежащем исполнении должником основного обязательства нести ответственность перед кредитором наряду с должником.

Таким образом, договор поручительства, являющийся одним из способов обеспечения исполнения гражданско-правового обязательства, начинает исполняться поручителем в тот момент, когда он принимает на себя обязанность отвечать перед кредитором за должника по основному договору. Такая обязанность принимается поручителем при подписании договора (если самим договором не предусмотрено иное), поскольку именно в этот момент происходит волеизъявление стороны отвечать солидарно с основным должником по его обязательствам. 

В данном случае вышеназванными договорами поручительства иной момент его исполнения не предусмотрен. 

Установленное выше также позволило апелляционному суду прийти к выводу о том, ФИО2, достоверно зная об ухудшении финансового состояния основного заемщика (ООО «Три кота»), и осознавая риск досрочного взыскания всей суммы кредита в сложившейся ситуации, совершил действия, направленные на отчуждение ликвидного имущества, которое подлежало включению в конкурсную массу должника, что привело или может привести к утрате возможности кредиторов должника получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет этого имущества.

При этом надлежащих доказательств фактической оплаты дорогостоящего ликвидного имущества, отчужденного по договору (квартиры и машиноместа общей стоимостью 25 500 000 руб.) в материалы настоящего дела в порядке статьи 65 АПК РФ не представлено.

Как установлено выше, пунктом 4 договора предусмотрено, что расчеты за имущество проведены до подписания договора наличными денежными средствами, о чем составлена расписка.

При оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д. (абз. 3 п. 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве»).

Проанализировав материалы дела, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований полагать, что на момент совершения оспариваемой сделки ФИО8 действительно располагал наличными денежными средствами в размере 25 500 000 руб. для их передачи должнику в качестве оплаты имущества, поскольку факт наличия у ФИО8 возможности передать должнику денежные средства в указанном размере в наличной форме документально не подтвержден. 

Так, в дело не представлены надлежащие письменные доказательства, свидетельствующие о снятии ответчиком наличных денежных средств со счетов и/или их получения от иных лиц либо их аккумулировании у ответчика в необходимом размере  к моменту совершения оспоренной сделки. Согласно поступившим в дело от Федеральной налоговой службы по запросу  арбитражного суда сведениям о доходах ФИО8 размер годовых доходов ответчика  составил 90 280 руб. в 2014 году, 180 000 руб. в 2016 году, 131 000 руб. в 2017 году, 296 437,05 руб. в 2017 году, 297 755,97 руб. в 2018 году, что с очевидностью свидетельствует о недостаточности такого уровня доходов для  осуществления оплаты по договору в сумме 25 млн. руб. Об этом же свидетельствует и выписка по счету ФИО8, представленная в материалы дела.

Приведенная в апелляционной жалобе ссылка ответчика на наличие у него и его супруги в собственности ряда объектов недвижимости, рыночная стоимость которых превышает доходы ответчика, несостоятельна, поскольку названное апеллянтом обстоятельство само по себе не подтверждает наличие в его распоряжении наличных денежных средств в необходимом размере на момент совершения спорной сделки.

Ссылка ответчика на получение им займа в размере 16 000 000 руб. от ФИО9 не может быть признана документально подтвержденной. С учетом приведенных выше разъяснений пункта 26 Постановления № 35, принимая во внимание стандарты доказывания в делах о банкротстве, которые являются более строгими по сравнению с общим исковым производством, расписка в получении ответчиком заемных денежных средств в наличной форме от третьих лиц не может быть признана надлежащим и достаточным доказательством наличия таких денежных средств у ответчика. Иных доказательств в подтверждение своей позиции, в частности доказательств наличия в распоряжении ФИО9 наличных денежных средств в сумме 16 млн. руб. на указанную ответчиком дату, последний в материалы дела не представил.

 В суде апелляционной инстанции ФИО8 настаивал на приобщении к материалам дела справок формы 2-НДФЛ в отношении ФИО9, однако в их приобщении коллегией отказано ввиду необоснования заявителем причин невозможности их предоставления в суде первой инстанции. При этом коллегия отмечает, что справки формы 2-НДФЛ (вне зависимости от указанных в них доходов) в отсутствие иных доказательств, характеризующих финансовое положение кредитора (выписок по банковским счетам, иных доказательств действительного получения денежных средств в заявленном размере), не могут подтверждать факт действительной передачи денежных средств заемщику. Сами по себе справки по форме 2-НДФЛ не подтверждают реальное получение ответчиком как заемщиком указанных в них денежных сумм. 

Также несостоятельна приведенная в апелляционной жалобе ответчика ссылка на то, что ФИО9 приходил в судебное заседание для подтверждения полученной расписки. Во-первых, доказательств допроса ФИО9 судом в установленном порядке в дело не представлено. Во-вторых, сами по себе пояснения ФИО9 не могут быть признаны надлежащим доказательством передачи им денежных средств ответчику.

Более того, как правильно отметил суд первой инстанции, представленный ПАО «Сбербанк России» в материалы дела кредитный договор № 

<

***> от 01.10.2018, заключенный созаемщиками ФИО8 и ФИО8 с банком на 2 465 000 руб. под 9,10% годовых на срок 180 мес. в целях инвестирования строительства квартиры, а также договор участия в долевом строительстве многоквартирного дома № Морион-40-18 от 01.10.2018, свидетельствующие о привлечении ответчиком кредитных денежных средств на условиях платности и возвратности на срок 15 лет в целях участия в долевом строительстве в канун совершения оспариваемой сделки, в совокупности с отсутствием у ответчика соответствующего дохода, ставят под сомнение позицию должника и ответчика об осуществлении расчета по оспоренной сделке путем передачи наличных денежных средств в сумме 25 млн. руб.

ФИО2 также не раскрыл обстоятельств о том, каким образом он распорядился 25 500 000 руб., полученными в результате реализации спорного имущества; ссылка на расчеты с иными кредиторами документально не подтверждена.

Таким образом, материалами дела не подтверждаются обстоятельства фактического (реального) получения должником денежных средств в размере 25 500 000 руб. от реализации квартиры и машиноместа.

В своих возражениях на заявление кредитора ФИО8 сослался на преюдицию вступившего в законную силу решения Ленинского районного суда от 24.10.2019 по делу №2-2484/2019, в рамках рассмотрения которого судом общей юрисдикции отклонены доводы ПАО «Сбербанк России» о безденежности договора  купли-продажи от 05.10.2018.

При изучении названного судебного акта коллегией установлено, что действительно, ранее заявителем оспаривалась сделка должника: договор купли-продажи от 05.10.2018 в суде общей юрисдикции, по результатам рассмотрения которого судом отказано Банку в признании сделки недействительной. Вместе с тем, договор были оспорен заявителем по основанию мнимости, в связи  с чем при рассмотрения спора в суде общей юрисдикции исследовались обстоятельства мнимости данной сделки (пункт 1 статьи 170 ГК РФ), при этом фактическая оплата по договору не являлись для суда юридически значимыми обстоятельством, подлежащим установлению при рассмотрении требования о признании сделки мнимой. 

Кроме того, исходя из мотивировочной части решения суда от 24.10.2019 доводы заявителя о безденежности сделки отклонены лишь со ссылкой на пояснения самого ФИО8 о том, что 25 500 000 руб. являются его личными сбережениями и  денежными средствами, привлеченными в качестве займа от ФИО9 в размере 16 000 000 руб., что подтверждено распиской.

Вместе с тем, настоящий спор о признании сделки недействительной по специальным основаниям Закона о банкротстве  рассматривается арбитражным судом в рамках возбужденного в отношении должника дела о его банкротстве должника, что влечет необходимость применения повышенного стандарта доказывания, в том числе  приведенных выше разъяснений вышестоящего суда об обстоятельствах, которые подлежат установлению при оценке достоверности факта передачи должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской.

Как указано судом выше, в рассматриваемом деле надлежащих доказательств фактической передачи ответчиком должнику денежных средств в сумме 25 500 000 руб. в счет оплаты по договору ни ответчиком, ни должником в дело не представлено.

Учитывая установленные выше обстоятельства, коллегия считает доказанным в порядке статьи 65 АПК РФ наличие таких условий, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, как причинение вреда имущественным правам кредиторов должника в результате совершения оспоренной сделки (поскольку в результате совершения сделки произошло  уменьшение стоимости имущества должника, которое привело или может привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет спорного имущества) и совершение сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов (поскольку на момент совершения сделки у должника как у поручителя уже имелись денежные обязательства перед кредитором, которые так и остались не исполненными до настоящего времени и включены  в реестр требований кредиторов должника, при этом спорное имущество отчуждено должником по договору фактически в отсутствие встречного предоставления, при этом доказательств наличия у должника иного имущества, достаточного для исполнения обязательств перед кредитором, не имеется).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 7 Постановления № 63, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В силу правил статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также: руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве (в редакции Закона, действующей на момент заключения оспариваемых сделок).

В соответствии с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475,  допустимо доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической, т. е. когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности. 

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка. При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. 

В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки. Аналогичная правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6).

В рассматриваемом случае судом установлена реализация дорогостоящего имущества в отсутствие доказательств его фактической оплаты ФИО8, при этом обе стороны оспоренной сделки при рассмотрении настоящего спора настаивали на передаче ответчиком должнику оплаты по договору в полном объеме. Такое поведение не свойственно для независимых лиц.

Также ФИО8 не раскрыты мотивы приобретения спорного имущества и  включения в договор купли-продажи от 05.10.2018 условия о сохранении за ФИО2 права пользования квартирой на срок до 04.10.2020 (пункт 8 договора) (с регистрационного учета по адресу: 

<

...> ФИО2 снят 03.06.2019). Позиция должника о сохранении регистрации ФИО2 в квартире по адресу: 

<

...> ввиду нахождения там оружия лишена какого-либо разумного обоснования, и свидетельствует также о наличии между должником и ответчиком доверительных отношений. Приведенная в апелляционной жалобе ответчика ссылка на то, что имущество приобретено для сдачи в наем документально не подтверждена.

Кроме того, согласно протоколу судебного заседания по гражданскому делу № 2- 2484/19 от 13.10.2019, ФИО8 пояснил, что в приобретенную у ФИО2 квартиру он не вселился, проживает по иному адресу, заем не вернул, о продаже квартиры узнал от супруги ФИО8, которая дружит с супругой ФИО2 

В судебном заседании апелляционного суда представитель должника, отвечая на вопрос суда,  пояснил, что стороны сделки знакомы через их супруг, которые дружат между собой.

Установленные выше обстоятельства в своей совокупности свидетельствуют о фактической заинтересованности между должником и ответчиком. При этом апелляционный суд учитывает сложившуюся судебную практику, в соответствии с которой аффилированность может носить фактический характер без наличия формально-юридических связей между лицами. В частности, об этом может свидетельствовать, в том числе поведение сторон, существенно отличающееся от поведения обычных участников гражданского оборота и характерное исключительно для аффилированных друг с другом лиц (не имеющее какого-либо экономического смысла). 

Исходя из буквального толкования нормы пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, осведомленность ответчика о неплатежеспособности ФИО2, и о том, что заключение договора купли-продажи совершено с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, презюмируется. Доказательств обратному при рассмотрении настоящего спора в дело не представлено.

С учетом изложенного арбитражный суд пришел к выводу о доказанности совокупности условий, необходимых для признания недействительным на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве оспоренного договора.

Поскольку никаких иных дефектов оспариваемой сделки, которые бы являлись основанием для признания сделки ничтожной на основании статей 10, 168 ГК РФ и выходили бы за пределы оспоримых сделок, составы которых предусмотрены нормами статьи 61.2 Закона о банкротстве, заявителем не приведено, оснований для признания сделки недействительной по статье 10 ГК РФ не имеется. Также судом не установлено оснований для признания сделки недействительной по пункту 1 статьи 170 ГК РФ. При этом коллегия отмечает, что решением суда общей юрисдикции от 24.10.2019 по делу № 2-2484/2019 отказано в признании договора недействительным как мнимой сделки.

В то же время, принимая во внимание, что договор является недействительной сделкой по специальным основаниям, закрепленным в Закона о банкротстве, то неверное применение общих оснований для признания сделки недействительной, не привело к принятию незаконного и необоснованного судебного акта.

В силу статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом. 

Пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве установлено, что все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения. 

Поскольку спорное имущество зарегистрировано на праве собственности за ответчиком, в качестве применения последствий недействительности сделки суд обоснованно возвратил в конкурсную массу ФИО2 квартиру, назначение: жилое помещение, площадь 154,5 кв.м, этаж 14, адрес: 

<

...>, кадастровый номер: 25:28:000000:36441 и машиноместо № 10, назначение: нежилое помещение, площадь 17,8 кв.м, этаж: цокольный 1, адрес: 

<

...>, кадастровый номер: 25:28:000000:48005. 

Ввиду того, что материалы дела не содержат доказательств, свидетельствующих о действительной передаче ФИО8 денежных средств в размере 25 500 000 руб. в счет расчетов за спорное имущество, последствия недействительности сделки в данной части не могут быть применены.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые могли бы рассматриваться в качестве безусловного основания для отмены оспариваемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Исходя из результата рассмотрения спора, в силу положений статьи 110 АПК РФ, расходы по уплате госпошлины остаются на заявителях.

Руководствуясь статьями 258, 266-272 АПК РФ, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Приморского края от 11.03.2022 по делу № А51-2701/2020 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Приморского края в течение одного месяца.

Председательствующий

Т.В. Рева

 

Судьи

А.В. Ветошкевич

ФИО12