АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-9958/21 

Екатеринбург

20 января 2022 г.

Дело № А07-41548/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 18 января 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 20 января 2022 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Пирской О. Н.,

судей Шершон Н. В., Новиковой О. Н.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «НБК» (далее – общество «НБК») на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 30.07.2021 по делу № А07-41548/2019 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.10.2021 по тому же делу.

           Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, извещенные надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа, в судебное заседание не явились.

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 06.02.2020 ФИО1 (далее – ФИО1) признана банкротом и введена процедура реализации имущества гражданина сроком до 24.06.2020, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО2. 

Определениями Арбитражного суда Республики Башкортостан от 26.06.2020, от 24.09.2020 сроки реализации имущества должника продлевались до 24.09.2020, до 24.12.2020 соответственно. 

В соответствии со статьей 213.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) к рассмотрению в судебном заседании назначался отчет финансового управляющего о результатах проведения процедуры реализации имущества должника. 

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан                                 от 30.07.2021 процедура реализации имущества должника завершена, гражданин освобожден от дальнейшего исполнения требований кредиторов, прекращены полномочия финансового управляющего, произведена выплата вознаграждения за проведение процедуры реализации имущества в размере                  25 000 руб. со счета Арбитражного суда Челябинской области.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда                  от 15.10.2021 определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

В кассационной жалобе общество «НБК» являющийся процессуальным правопреемником Банка, просит указанные судебные акты отменить в части освобождения должника от исполнения обязательств перед обществом «НБК», принять по делу новый судебный акт. В обоснование кассационной жалобы общество «НБК» указывает, что при получении кредита ФИО1 предоставила недостоверную информацию относительно своего дохода, скрыла сведения о наличие долговых обязательств в различных кредитных организациях, что, по его мнению, должно быть квалифицировано как недобросовестное поведение, влекущее отказ в освобождении должника                      от обязательств. С позиции кассатора, профессиональный статус Банка не освобождает должника от обязанности по предоставлению достоверной информации.

Поскольку заявителем кассационной жалобы определение суда первой и постановление суда апелляционной инстанций обжалуется только в части освобождения должника от дальнейшего исполнения обязательств, законность судебных актов в остальной части судом кассационной инстанции не проверяется, суд кассационной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в кассационной жалобе (часть 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов заявителя кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, в ходе процедуры реализации имущества должника финансовым управляющим сформирован реестр требований кредиторов, в котором требования кредиторов первой и второй очереди отсутствуют; задолженность перед кредиторами третей очереди составила – 955 893 руб. 50 коп., требования не погашены. 

С целью выявления имущества должника финансовым управляющим направлены запросы в регистрирующие органы. 

По сведениям Росреестра, права собственности и сделок с недвижимостью за должником не зарегистрировано. Исходя из сведений, представленных должником, за ним зарегистрировано право собственности на жилое помещение (общая долевая собственность, доля в праве 1/16) площадью 59,8 кв. м. по адресу 

<

...>. В соответствии со статьей 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации указанное имущество не включается в конкурсную массу, так как является единственным жильем.

По сведениям ГИБДД, имущества у должника не обнаружено. В ответ на запрос финансового управляющего представлены сведения об отчуждении должником права собственности на транспортное средство Фиат Albea 2009. Исходя из материалов дела, на транспортное средство, арестованное по акту                   от 16.03.2018, обращено взыскание службой судебных приставов 17.07.2018. Учитывая отсутствие признаков статей 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, учитывая разъяснение Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации Постановление № 63, финансовый управляющий не оспаривал сделку. По сведениям ГТН, ГИМС МЧС, имущества и сделок у должника не обнаружено. 

Таким образом, управляющим сделан вывод, что согласно ответам регистрирующих органов за должником не числится соответствующая техника, объекты, не зарегистрированы права на какое-либо движимое или недвижимое имущество, подлежащее включению в конкурсную массу и реализации в рамках данной процедуры.

За время процедуры должник не осуществлял трудовую деятельность, является получателем страховой пенсии по случаю потери кормильца и федеральной социальной доплаты, которые не подлежат включению в конкурную массу. 

Иных доходов, имущества и сделок у должника не обнаружено. 

Из материалов дела следует, что должник не состоит в законном браке, является вдовой (свидетельство о смерти от 17.02.2008). 

Расчеты с кредиторами не производились в связи недостаточностью имущества. 

Завершая процедуру реализации имущества ФИО1, суды обеих инстанций обосновано исходили из того, что документально подтвержденных сведений об имуществе гражданина ФИО1, подлежащего включению в конкурсную массу не выявлено, лицами, участвующими в деле о банкротстве, не представлено, управляющим осуществлены все мероприятия, направленные на формирование конкурсной массы, доказательств, подтверждающих реальную возможность  пополнения конкурсной массы, в материалы дела не представлено и судами не установлено, соответственно продолжение процедуры реализации имущества при таких условиях не приведет к удовлетворению требований кредиторов за счет имущества должника, вероятность обнаружения которого отсутствует.

В указанной части судебные акты не обжалуются.

Применяя к должнику правила пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве, суды исходили из следующего.

Поскольку институт банкротства граждан предусматривает исключительный механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, - списание долгов, целью такого института является социальная реабилитации гражданина - предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им требования. На основе представляемой законодательством Российской Федерации возможности гражданину-должнику улучшить свой правовой статус, законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие помимо прочего честное сотрудничество с финансовым управляющим и кредиторами, открытое взаимодействие с судом.

В силу абзаца четвертого пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

В случаях, когда при рассмотрении дела о банкротстве будут установлены признаки преднамеренного или фиктивного банкротства либо иные обстоятельства, свидетельствующие о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам, суд, руководствуясь статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, вправе в определении о завершении реализации имущества должника указать на неприменение в отношении этого должника правила об освобождении от исполнения обязательств.

Таким образом, отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д.). При этом в силу общих положений пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

В рассматриваемом случае, руководствуясь вышеприведенными нормами права и разъяснениями постановления Пленума № 45 о порядке их применения, исследовав фактические обстоятельства настоящего дела о банкротстве, рассмотрев доводы и возражения лиц, участвующих в деле, и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представленные в материалы дела документы, приняв во внимание пояснения должника об обстоятельствах возникновения задолженности и причинах неисполнения обязательств, а также установив, что по итогам проведенного финансовым управляющим финансово-экономического анализа состояния должника признаков преднамеренного и/или фиктивного банкротства не установлено, подлежащих оспариванию сделок не выявлено, признав, что каких-либо обстоятельств, свидетельствующих о злонамеренном сокрытии должником своего имущественного или финансового положения, либо принятии им мер, отрицательно повлиявших на ход процедуры банкротства, формирование конкурсной массы и удовлетворение требований кредиторов, из материалов дела не усматривается, доказательств противоправности поведения должника как при принятии на себя обязательств, так и при проведении процедур банкротства, в том числе злостного уклонения должника от погашения своих обязательств либо предоставления им заведомо ложных сведений, не представлено (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), исходя из социально-реабилитационной направленности института потребительского банкротства, не установив обстоятельств, указанных в пункте 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, суды первой и апелляционной инстанций сделали обоснованный вывод об отсутствии достаточных оснований для отказа в применении к ФИО1 правил об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств.

Отклоняя доводы Банка о том, что при получении кредита ФИО1 предоставила ложную информацию относительно своего дохода, скрыла сведения о наличие долговых обязательств, суды правомерно исходили из отсутствия в материалах дела доказательств, безусловно свидетельствующих о наличии умысла ФИО1 на уклонение в последующем от исполнения кредитных обязательств. Как верно отмечено судами, исполнение обязательств по внесению платежей по кредиту, свидетельствуют о намерении должника исполнить принятые на себя обязательства.

Выводы судов соответствуют доказательствам, имеющимся в деле, установленным фактическим обстоятельствам и основаны на правильном применении норм права.

Доводы общества «НБК» относительно наличия оснований для неприменения к должнику правил об освобождении от долгов отклоняются.

Задача суда при разрешении вопроса об освобождении должника от исполнения требований кредиторов состоит в установлении истинных намерений при вступлении в правоотношения с кредиторами, объективных мотивов возникновения обстоятельств, приведших к невозможности исполнения должником принятых на себя обязательств.

При установлении недобросовестности и злоупотребления со стороны должника важно субъективное желание и намерение стороны сокрыть информацию или ввести в заблуждение контрагента для получения искомого результата, а не юридическая чистота сообщаемых должником сведений, которые на самом деле соответствуют действительности.

 Судами учтены  пояснения  должника, раскрывающие обстоятельства заключения кредитного договора и исполнения заемных обязательств. Так, ФИО1  указывала,  что кредитный  договор от 2012 заключен для приобретения транспортного средства,  автомобиль находился в залоге у Банка, вплоть до  октября 2014 обязательства исполнялись надлежащим образом,  впоследствии в связи с тяжелыми жизненными обстоятельствами (потерей  работы) начались просрочки, ФИО1  стала подрабатывать на такси на данном   автомобиле,  продолжала вносить платежи,  но в итоге автомобиль был реализован  в   рамках исполнительного производства, что лишило ее еще одного источника дохода. 

 Учитывая, что должник обязательства перед Банком исполнял вплоть до октября 2014 года, следовательно, соответствующие финансовые возможности имел.

          Банки, являясь профессиональными участниками кредитного рынка, имеют широкие возможности для оценки кредитоспособности гражданина, в том числе посредством разработки стандартных форм кредитных анкет-заявок, проверки предоставленного для получения кредита пакета документов, а также запроса информации о кредитной истории обратившегося к ним лица; непринятие же в данном случае Банком таких мер, не свидетельствует о недобросовестности должника, а свидетельствует о неосмотрительности кредитора или безразличном его отношении к формализованному, принятому в кредитных организациях документообороту и порядку (подтверждение официального дохода должника, получение сведений из Бюро кредитных историй об имеющихся кредитных обязательствах в соответствии со статьей 5 Федерального закона от 30.12.2004 № 218-ФЗ «О кредитных историях») или же о безразличном отношении к тому при условии доверия к финансовым ресурсам контрагента.

Более того, не имеется веских оснований также полагать, что Банк, располагая полной информацией о состоянии обязательств должника и его финансовом положении, принял бы иное решение по вопросу ее автокредитования, поскольку из анализа условий предоставленного кредита можно прийти к выводу, что в данном случае невысокое бремя подтверждения официальными документами заемщиком своей платежеспособности компенсируется залогом транспортного средства, а также значительным размером процентов, под который выдан кредит (в конкретном случае 18,17% годовых).   

          По смыслу пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве принятие на себя непосильных долговых обязательств ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для неосвобождения от долгов, поскольку свидетельствует о неразумности, а не о недобросовестности поведения физического лица; из установленных по делу обстоятельств не следует, что финансовая несостоятельность должника вызвана субъективным фактором (деятельным нежеланием исполнять обязательства), а не объективными причинами (снижение уровня доходов)

         Каких-либо  обстоятельств свидетельствующих об очевидном и явном отклонении действий должника как участника гражданского оборота от добросовестного поведения судами не установлено, какие-либо доказательства наличия предусмотренных законом обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, в том числе наличия в его действиях признаков злостного уклонения от погашения кредиторской задолженности, отсутствуют, в то время как кредитором обратное не обосновано. 

          Фактически доводы  кассационной жалобы, по сути, выражают несогласие кассатора с выводами судов о фактических обстоятельствах спора, основанными на расхожей с ним оценке доказательственной базы по спору. Вместе с тем, переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, не допускается.

        Поскольку выводы судов являются правильными, нарушений норм материального и/или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом округа не выявлено, обжалуемые судебные акты являются законными и обоснованными и отмене по приведенным в кассационной жалобе доводам не подлежат.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 30.07.2021 по делу № А07-41548/2019 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.10.2021 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «НБК» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

ПредседательствующийО.Н. Пирская 

СудьиН.В. Шершон 

                                             О.Н. Новикова