Арбитражный суд Республики Карелия

ул. Красноармейская, 24 а, г. Петрозаводск, 185910, тел./факс: (814-2) 790-590 / 790-625, E-mail: info@karelia.arbitr.ru

официальный сайт в сети Интернет: http://karelia.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело №

А26-2680/2019

г. Петрозаводск

15 апреля 2019 года

Резолютивная часть решения объявлена 15 апреля 2019 года. 

Полный текст решения изготовлен 15 апреля 2019 года.

Арбитражный суд Республики Карелия в составе судьи Свидской А.С., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Дрокиной М.В., рассмотрев в судебном заседании 15 апреля 2019 года дело по заявлению Управления Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации по Республике Карелия к обществу с ограниченной ответственностью Охранному предприятию «Гектор» о привлечении к административной ответственности по части 2 статьи 14.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях,

при участии в судебном заседании: 

представителя Управления Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации по Республике Карелия ФИО2, полномочия подтверждены доверенностью от 11.01.2019 № Д-1/3 (л.д.7), ФИО3, полномочия подтверждены доверенностью от 11.04.2019 № Д/1/9 (л.д.59);

представителя общества с ограниченной ответственностью Охранного предприятия «Гектор» ФИО4, полномочия подтверждены доверенностью от 11.01.2019 (л.д.60), 

 

установил:

Управление Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации по Республике Карелия, место нахождения: 185001, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – заявитель, административный орган, Управление Росгвардии по Республике Карелия) обратилось в Арбитражный суд Республики Карелия с заявлением к обществу с ограниченной ответственностью Охранному предприятию «Гектор», место нахождения: 185013, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – ответчик, общество, ООО ОП «Гектор») о привлечении к административной ответственности по части 2 статьи 14.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ). 

По мнению заявителя, обществом при осуществлении предпринимательской деятельности по оказанию частных охранных услуг в нарушение части пятой статьи 3 и части первой статьи 11 Закона Российской Федерации от 11.03.1992 № 2487-1 «О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации» (далее – Закон № 2487-1) и подпункта «г» пункта 2(1) Положения о лицензировании частной охранной деятельности, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 23.06.2011 № 498 (далее – Положение о лицензировании частной охранной деятельности) с 1 по 18 февраля 2019 года оказывались охранные услуги государственному бюджетному учреждению здравоохранения Республики Карелия «Республиканский кожно-венерологический диспансер» (далее – ГБУЗ «РКВД») без лицензии на осуществление охраны объектов и (или) имущества, а также обеспечения внутриобъектового и пропускного режима на объектах, в отношении которых установлены обязательные для выполнения требования к антитеррористической защищенности, за исключение объектов, предусмотренных частью третьей статьи 11 Закона № 2487-1. 

В предварительном судебном заседании представители заявителя представили письмо от 08.04.2019 № 363/275 об отсутствии сведений о привлечении ответчика к административной ответственности, а также Перечень объектов здравоохранения, расположенных на территории Республики Карелия, подлежащих категорированию и паспортизации в соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации от 13.01.2017 № 8 «Об утверждении требований к антитеррористической защищенности объектов (территорий) Министерства здравоохранения Российской Федерации и объектов (территорий), относящихся к сфере деятельности Министерства здравоохранения Российской Федерации, и формы паспорта безопасности этих объектов (территорий)». 

Суд приобщил к материалам дела представленные документы, а также сведения из Единого государственного реестра юридических лиц в отношении сторон и ГБУЗ «РКВД».

В соответствии с частью 4 статьи 131 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) в случае, если в установленный судом срок ответчик не представит отзыв на заявление, арбитражный суд вправе рассмотреть дело по имеющимся в нем доказательствам или при невозможности рассмотреть дело без отзыва вправе установить новый срок для его представления.

Пунктом 6 определения от 22 марта 2019 года суд обязал ответчика в срок до 9 апреля 2019 года представить в суд отзыв на заявление. Поскольку ответчик отзыв на заявление не представил, дело было рассмотрено по имеющимся в нем доказательствам.

Представители сторон не возражали относительно завершения стадии подготовки дела и перехода к судебному разбирательству в настоящем судебном заседании.

С учетом мнения представителей сторон, на основании пункта 3 определения суда от 22 марта 2019 года, части 4 статьи 137 АПК РФ и пункта 27 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.12.2006 № 65 «О подготовке дела к судебному разбирательству» суд определил завершить подготовку дела к судебному разбирательству и открыл судебное заседание в первой инстанции 15 апреля 2019 года.

Представители заявителя в судебном заседании поддержали требование в полном объеме по доводам, изложенным в заявлении; сообщили, что ранее ответчик к административной ответственности по части 2 статьи 14.1 КоАП РФ административным органом не привлекался; отметили обстоятельства прекращения ответчиком оказания охранных услуг без лицензии; полагали, что допущенное правонарушение не может быть признано малозначительным, но к ответчику может быть применено наказание в виде предупреждения в связи с наличием у него статуса микропредприятия. 

Представитель ответчика, не оспорив факт административного правонарушения, просила учесть незамедлительное устранение выявленного в ходе проверки нарушения, указав на прекращение оказания охранных услуг с 18 февраля 2019 года; обратила внимание на то, что в извещении о проведении аукциона в электронной форме на право заключения государственного контракта на оказание услуг по круглосуточной охране объектов и территории ГБУЗ «РКВД», расположенных по адресу: 

<

...> было установлено единое требование о наличии в приложении к лицензии на осуществление частной охранной деятельности такого вида охранных услуг как обеспечение внутриобъектового и пропускного режимов на объектах, за исключением объектов, предусмотренных пунктом 7 части третьей статьи 3 Закона № 2487-1, и это условие было соблюдено ответчиком; представила извещение, которое суд приобщил к материалам дела. С учетом того, что ранее ответчик к административной ответственности за аналогичные правонарушения не привлекался, является микропредприятием, имущественный ущерб и угроза жизни и здоровью граждан отсутствовали, представитель общества просила признать правонарушение малозначительным или применить наказание в виде предупреждения; на вопрос суда сообщила, что процессуальных нарушений при производстве по делу об административном правонарушении не имелось. 

Заслушав представителей сторон, исследовав материалы дела, суд установил следующие обстоятельства.

ООО ОП «Гектор» зарегистрировано в Едином государственном реестре юридических лиц за основным государственным регистрационным номером 

<

***> (л.д.43), имеет выданную Отделом Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации по Республике Карелия лицензию от 18.05.2012 № РЛ-0201 на осуществление частной охранной деятельности, срок действия которой по решению от 18.05.2017 № 360/643 продлен до 18 мая 2022 года (л.д.13). В перечне разрешенных видов услуг лицензией предусмотрены: защита жизни и здоровья граждан, охрана объектов и (или) имущества, находящегося в собственности, во владении, в пользовании, в хозяйственном ведении, оперативном или доверительном управлении, обеспечение внутриобъектового и пропускного режимов на объектах, за исключением объектов (имущества), предусмотренных пунктом 7 части третьей статьи 3 Закона № 2487-1.

На основании поступивших от ООО ОП «Гектор» уведомлений о начале оказания охранных услуг (л.д.30-31) должностным лицом Центра лицензионно-разрешительной работы Управления Росгвардии по Республике Карелия проведена документарная проверка в отношении ООО ОП «Гектор» на предмет соблюдения обществом обязательных требований при осуществлении частной охранной деятельности. 

В ходе проверки изучены документы общества (л.д.15-25, 27-28, 30-33) и лицензия от 18.05.2012 № РЛ-0201 на осуществление частной охранной деятельности (л.д.13), взяты объяснения у директора общества от 18.02.2019 (л.д.26), составлен рапорт от 22.02.2019 (л.д.29). Должностным лицом заявителя установлено, что охранные услуги на объекте охраны – в двух зданиях ГБУЗ «РКВД», расположенных по адресам: 

<

...> оказывало ООО ОП «Гектор» по гражданско-правовому договору на оказание услуг по физической охране объектов и территории ГБУЗ «РКВД» от 28.01.2019 № 17 (л.д.15-20).

Результаты проверки зафиксированы в акте проверки юридического лица от 26.02.2019 № 1-док/2019 (л.д.34-35), согласно которому оказание охранных услуг ГБУЗ «РКВД» осуществлялось обществом без лицензии на осуществление соответствующего вида частной охранной деятельности – охраны объектов и (или) имущества, а также обеспечения внутриобъектового и пропускного режима на объектах, в отношении которых установлены обязательные для выполнения требования к антитеррористической защищенности, за исключение объектов, предусмотренных частью третьей статьи 11 Закона № 2487-1. 

Акт проверки подписан директором ООО ОП «Гектор» ФИО5 (л.д.27-28) и вручен ему 27 февраля 2019 года (л.д.35).

26 февраля 2019 года по данному факту инспектором Центра лицензионно-разрешительной работы Управления Росгвардии по Республике Карелия ФИО6 в присутствии законного представителя ООО ОП «Гектор» ФИО5 составлен протокол № 10ЛРР001260219000004 об административном правонарушении, ответственность за которое предусмотрена частью 2 статьи 14.1 КоАП РФ (л.д.10-12). В протоколе указано на вышеперечисленные нарушения, установленные актом проверки, и сделаны выводы о несоблюдении обществом части пятой статьи 3 и части первой статьи 11 Закона № 2487-1 и подпункта «г» пункта 2(1) Положения о лицензировании частной охранной деятельности. 

В объяснении к протоколу директор общества признал выявленное нарушение, пояснив, что требования к участнику торгов соответствовали лицензии (л.д.11). 

Копия протокола вручена ФИО5 в день составления (л.д.12). 

Поскольку дела о привлечении к административной ответственности по статье 14.1 КоАП РФ рассматривают судьи арбитражных судов, Управление Росгвардии по Республике Карелия обратилось в Арбитражный суд Республики Карелия с заявлением о привлечении ООО ОП «Гектор» к административной ответственности.

В соответствии с частью 6 статьи 205 АПК РФ при рассмотрении дела о привлечении к административной ответственности арбитражный суд в судебном заседании устанавливает, имелось ли событие административного правонарушения и имелся ли факт его совершения лицом, в отношении которого составлен протокол об административном правонарушении, имелись ли основания для составления протокола об административном правонарушении и полномочия административного органа, составившего протокол, предусмотрена ли законом административная ответственность за совершение данного правонарушения и имеются ли основания для привлечения к административной ответственности лица, в отношении которого составлен протокол, а также определяет меры административной ответственности.

Пунктом 7 части 1 статьи 2 Федерального закона от 03.07.2016 № 226-ФЗ «О войсках национальной гвардии Российской Федерации» на войска национальной гвардии возложен федеральный государственный контроль (надзор) за соблюдением законодательства Российской Федерации в области частной охранной деятельности. В силу пункта 5 части 1 статьи 9 указанного закона войска национальной гвардии уполномочены на осуществление производства по делам об административных правонарушениях в соответствии с законодательством Российской Федерации об административных правонарушениях. 

Пунктом 103 части 2 статьи 28.3 КоАП РФ установлено, что должностные лица войск национальной гвардии Российской Федерации вправе составлять протоколы об административных правонарушениях, предусмотренных статьей 14.1 (в части соблюдения требований законодательства об оружии, частной детективной и частной охранной деятельности).

Таким образом, проведение и оформление результатов документарной проверки, а также составление протокола № 10ЛРР001260219000004 об административном правонарушении от 26.02.2019 осуществлено должностным лицом заявителя в пределах его компетенции. 

Все необходимые сведения, подлежавшие обязательному отражению в силу части 2 статьи 28.2 КоАП РФ, в протоколе были зафиксированы. Из протокола об административном правонарушениях усматривалось, что при его составлении присутствовал законный представитель общества, которому разъяснялись права и обязанности привлекаемого к административной ответственности лица, предусмотренные статьями 24.2, 25.1, 25.3, 25.4 и 25.5 КоАП РФ, предлагалось представить свои объяснения, вручена копия протокола. 

Суд не установил процессуальных нарушений при проведении документарной проверки и составлении протокола об административном правонарушении в отношении ответчика, а также иных нарушений, носящих существенный характер и самостоятельно влекущих невозможность привлечения к административной ответственности. 

Оценив фактические обстоятельства дела, суд пришел к следующим выводам.

Частью 2 статьи 14.1 КоАП РФ предусмотрено, что осуществление предпринимательской деятельности без специального разрешения (лицензии), если такое разрешение (такая лицензия) обязательно (обязательна).

Из пункта 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном законом порядке.

Пунктом 2 статьи 3 Федерального закона от 04.05.2011 № 99-ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности» (далее – Закон № 99-ФЗ), установлено, что под лицензией понимается специальное разрешение на право осуществления юридическим лицом или индивидуальным предпринимателем конкретного вида деятельности (выполнения работ, оказания услуг, составляющих лицензируемый вид деятельности), которое подтверждается документом, выданным лицензирующим органом на бумажном носителе или в форме электронного документа, подписанного электронной подписью, в случае, если в заявлении о предоставлении лицензии указывалось на необходимость выдачи такого документа в форме электронного документа.

Согласно пункту 32 части 1 статьи 12 настоящего Федерального закона частная охранная деятельность подлежит лицензированию.

Статьей 11.2 Закона № 2487-1 установлено, что предоставление лицензий на осуществление частной охранной деятельности производится федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным в сфере частной охранной деятельности, или его территориальным органом. Лицензия предоставляется сроком на пять лет и действует на всей территории Российской Федерации. В лицензии указывается (указываются) вид (виды) охранных услуг, которые может оказывать лицензиат. Решение о предоставлении либо об отказе в предоставлении лицензии принимается в срок не более сорока пяти дней.

Правительством Российской Федерации утверждается положение о лицензировании частной охранной деятельности, в котором устанавливаются порядок лицензирования данного вида деятельности и перечень лицензионных требований и условий по каждому виду охранных услуг, предусмотренных частью третьей статьи 3 настоящего Закона.

В силу подпункта «г» пункта 2(1) Положения о лицензировании частной охранной деятельности лицензионными требованиями и условиями являются соблюдение лицензиатом требований, предусмотренных статьей 11 Закона № 2487-1.

Исходя из части первой статьи 11 Закона № 2487-1, оказание услуг, перечисленных в части третьей статьи 3 настоящего Закона, разрешается только организациям, специально учреждаемым для их выполнения и имеющим лицензию, выданную федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным в сфере частной охранной деятельности, или его территориальным органом.

Суд установил следующее.

Пунктом 6 статьи 3 Федерального закона от 06.03.2006 № 35-ФЗ «О противодействии терроризму» определено, что антитеррористическая защищенность объекта (территории) – состояние защищенности здания, строения, сооружения, иного объекта, места массового пребывания людей, препятствующее совершению террористического акта. При этом под местом массового пребывания людей понимается территория общего пользования поселения или городского округа, либо специально отведенная территория за их пределами, либо место общего пользования в здании, строении, сооружении, на ином объекте, на которых при определенных условиях может одновременно находиться более пятидесяти человек.

Согласно пункту 7 части третьей статьи 3 Закона № 2487-1 охрана объектов и (или) имущества, а также обеспечение внутриобъектового и пропускного режимов на объектах, в отношении которых установлены обязательные для выполнения требования к антитеррористической защищенности, за исключением объектов, предусмотренных частью третьей статьи 11 Закона № 2487-1, является самостоятельным видом охранных услуг, возможность предоставления которых должна быть специально оговорена в лицензии на осуществление частной охранной деятельности.

В перечне разрешенных видов услуг лицензии от 18.05.2012 № РЛ-0201 на осуществление частной охранной деятельности было предусмотрено обеспечение внутриобъектового и пропускного режимов на объектах, за исключением объектов, предусмотренных пунктом 7 части третьей статьи 3 Закона № 2487-1. 

С 25 января 2017 года вступили в силу Требования к антитеррористической защищенности объектов (территорий) Министерства здравоохранения Российской Федерации и объектов (территорий), относящихся к сфере деятельности Министерства здравоохранения Российской Федерации, утвержденные постановлением Правительства Российской Федерации от 13.01.2017 № 8, в силу пункта 2 которых для целей настоящих требований под объектами (территориями) понимаются комплексы технологически и технически связанных между собой зданий (строений, сооружений) и систем, отдельных зданий (строений и сооружений), правообладателями которых являются Министерство здравоохранения Российской Федерации, Федеральное медико-биологическое агентство и его территориальные органы, Федеральная служба по надзору в сфере здравоохранения и ее территориальные органы, Федеральный фонд обязательного медицинского страхования, территориальные фонды обязательного медицинского страхования, подведомственные Министерству здравоохранения Российской Федерации организации, подведомственные Федеральному медико-биологическому агентству организации, органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации и органы местного самоуправления, осуществляющие полномочия в сфере охраны здоровья, организации, находящиеся в ведении органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации и органов местного самоуправления, осуществляющих полномочия в сфере охраны здоровья, и иные организации, осуществляющие медицинскую и фармацевтическую деятельность.

Положением о Министерстве здравоохранения Республики Карелия, утвержденным постановлением Правительства Республики Карелия от 18.07.2016 № 260-П, установлено, что Министерство здравоохранения Республики Карелия – орган исполнительной власти Республики Карелия, осуществляющий на территории Республики Карелия функции в сфере здравоохранения, а также по проведению государственной политики в сфере здравоохранения. 

Поскольку объект охраны, на котором ООО ОП «Гектор» оказывало охранные услуги по гражданско-правовому договору на оказание услуг по физической охране объектов и территории ГБУЗ «РКВД» от 28.01.2019 № 17, являлся организацией, учредителем которой выступало Министерство здравоохранения Республики Карелия (л.д.46), то есть объектом, в отношении которого установлены обязательные для выполнения требования к антитеррористической защищенности, и был включен в Перечень объектов здравоохранения, расположенных на территории Республики Карелия, подлежащих категорированию и паспортизации в соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации от 13.01.2017 № 8 «Об утверждении требований к антитеррористической защищенности объектов (территорий) Министерства здравоохранения Российской Федерации и объектов (территорий), относящихся к сфере деятельности Министерства здравоохранения Российской Федерации, и формы паспорта безопасности этих объектов (территорий)» (л.д.37-41), то с 25 января 2017 года под действие выданной ответчику лицензии от 18.05.2012 № РЛ-0201 на осуществление частной охранной деятельности, не подпадали охранные услуги, оказываемые обществом на объекте охраны – ГБУЗ «РКВД».

В соответствии с частями 1 и 2 статьи 18 Закона № 99-ФЗ лицензия подлежит переоформлению, в том числе в случае изменения перечня выполняемых работ, оказываемых услуг, составляющих лицензируемый вид деятельности.

В силу статьи 11.4 Закона № 2487-1 документ, подтверждающий наличие лицензии на осуществление частной охранной деятельности, подлежит переоформлению, в том числе в случае намерения лицензиата осуществлять новый (новые) вид (виды) охранных услуг, не указанный (не указанные) в предоставленной лицензии. В случае намерения лицензиата осуществлять новый (новые) вид (виды) охранных услуг представляются соответствующее заявление и документы по данному виду услуг, предусмотренные Положением о лицензировании частной охранной деятельности.

Системно истолковав приведенные правовые нормы, суд пришел к выводу о том, что с 25 января 2017 года при намерении общества осуществлять спорный вид деятельности, предусмотренный пунктом 7 части третьей статьи 3 Закона № 2487-1 на объекте охраны, в отношении которого установлены обязательные для выполнения требования к антитеррористической защищенности, в частности ГБУЗ «РКВД», ранее выданная лицензия подлежала переоформлению.

Между тем, имевшаяся у ответчика лицензия от 18.05.2012 № РЛ-0201 на осуществление частной охранной деятельности не предусматривала права на оказание услуг, поименованных в пункте 7 части третьей статьи 3 Закона № 2487-1, то есть услуг по охране объектов и (или) имущества, а также по обеспечению внутриобъектового и пропускного режимов на объектах, в отношении которых установлены обязательные для выполнения требования к антитеррористической защищенности, за исключением объектов, предусмотренных частью третьей статьи 11 Закона № 2487-1, следовательно, указанный вид деятельности осуществлялся ответчиком без лицензии. 

Допущенное ответчиком нарушение было признано законным представителем общества в объяснении от 18.02.2019 (л.д.26), подтверждено лицензией от 18.05.2012 № РЛ-0201 на осуществление частной охранной деятельности (л.д.13), гражданско-правовым договором на оказание услуг по физической охране объектов и территории ГБУЗ «РКВД» от 28.01.2019 № 17 (л.д.15-20), уведомлениями о начале оказания охранных услуг с 1 февраля 3019 года (л.д.30-31), актом проверки юридического лица от 26.02.2019 № 1-док/2019 (л.д.34-35), а также протоколом № 10ЛРР001260219000004 об административном правонарушении от 26.02.2019 (л.д.10-12). 

Заявителем ответчику вменено также нарушение части пятой статьи 3 Закона № 2487-1, согласно которой физическим и юридическим лицам, не имеющим правового статуса частного детектива, частного охранника или частной охранной организации, запрещается оказывать услуги, предусмотренные настоящей статьей.

Вместе с тем, суд пришел к выводу, что ответчик не мог быть привлечен к административной ответственности по части 2 статьи 14.1 КоАП РФ за нарушение части пятой статьи 3 Закона № 2487-1, поскольку охранные услуги оказывались им на конкретном объекте охраны без лицензии, а частью пятой статьи 3 Закона № 2487-1 предусмотрено отдельное лицензионное требование (наличие у сотрудников охранной организации статуса частного охранника). Кроме того, оказание услуг без лицензии не исключало наличие у общества правового статуса частной охранной организации по другим объектам охраны и видам услуг.

Суд установил, что общество осуществляло направленную на получение прибыли частную охранную деятельность на объекте охраны – ГБУЗ «РКВД», в отношении которого установлены обязательные для выполнения требования к антитеррористической защищенности, без лицензии на право осуществления указанной деятельности, что представляло собой административное правонарушение, ответственность за которое установлена частью 2 статьи 14.1 КоАП РФ, и, соответственно, исключало допущенное на том же объекте охраны административное правонарушение, выразившееся в нарушении лицензионных требований, ответственность за которое предусмотрена частью 3 статьи 14.1 КоАП РФ.

При таких обстоятельствах, суд посчитал обоснованным вывод административного органа о наличии события и объективной стороны правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 14.1 КоАП РФ.

Согласно части 1 статьи 2.1 КоАП РФ административным правонарушением признается противоправное, виновное действие (бездействие) физического или юридического лица, за которое настоящим Кодексом или законами субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях установлена административная ответственность.

В соответствии с частью 2 статьи 2.1 КоАП РФ юридическое лицо признается виновным в совершении административного правонарушения, если будет установлено, что у него имелась возможность для соблюдения правил и норм, за нарушение которых КоАП РФ или законами субъекта Российской Федерации предусмотрена административная ответственность, но данным лицом не были приняты все зависящие от него меры по их соблюдению. 

Установленные в ходе судебного разбирательства факты свидетельствовали об отсутствии обстоятельств объективной невозможности соблюдения ответчиком требований законодательства, регулирующего частную охранную деятельность, или каких-либо других обстоятельств, исключающих вину ответчика.

Суд не принял довод представителя ответчика о том, что общество соответствовало лицензионным требованиям, предъявляемым для рассматриваемого объекта охраны извещением о проведении аукциона в электронной форме на право заключения государственного контракта, поскольку гражданско-правовые отношения сторон не исключали необходимости соблюдения лицензиатом требований, установленных для лицензируемого вида деятельности, в том числе самостоятельного контроля перечня видов охранных услуг, разрешенных действующей лицензией. 

С учетом изложенного, в действиях ответчика доказан состав административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 14.1 КоАП РФ.

Поскольку вменяемое ответчику административное правонарушение длилось с 1 по 18 февраля 2019 года, то срок привлечения к ответственности, установленный частью 1 статьи 4.5 КоАП РФ, на момент рассмотрения дела не истек.

Правонарушение, ответственность за которое установлена частью 2 статьи 14.1 КоАП РФ, посягает на установленный нормативными правовыми актами порядок общественных отношений в предпринимательской деятельности, а также правила разрешительной системы. Исключительных обстоятельств для признания совершенного ответчиком правонарушения малозначительным не имелось.

Таким образом, установлены основания для привлечения ООО ОП «Гектор» к административной ответственности по части 2 статьи 14.1 КоАП РФ. 

Осуществление предпринимательской деятельности без лицензии, если такая лицензия обязательна, согласно части 2 статьи 14.1 КоАП РФ влечет наложение административного штрафа на юридических лиц в размере от сорока тысяч до пятидесяти тысяч рублей с конфискацией изготовленной продукции, орудий производства и сырья или без таковой.

Вместе с тем, частью 1 статьи 4.1.1 КоАП РФ установлено, что являющимся субъектами малого и среднего предпринимательства лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, и юридическим лицам, а также их работникам за впервые совершенное административное правонарушение, выявленное в ходе осуществления государственного контроля (надзора), муниципального контроля, в случаях, если назначение административного наказания в виде предупреждения не предусмотрено соответствующей статьей раздела II настоящего Кодекса или закона субъекта Российской Федерации об административных правонарушениях, административное наказание в виде административного штрафа подлежит замене на предупреждение при наличии обстоятельств, предусмотренных частью 2 статьи 3.4 настоящего Кодекса, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 настоящей статьи (статья 14.1 не включена в перечень статей, указанных в части 2 статьи 4.1.1 КоАП РФ).

В силу части 2 статьи 3.4 КоАП РФ предупреждение устанавливается за впервые совершенные административные правонарушения при отсутствии причинения вреда или возникновения угрозы причинения вреда жизни и здоровью людей, объектам животного и растительного мира, окружающей среде, объектам культурного наследия (памятникам истории и культуры) народов Российской Федерации, безопасности государства, угрозы чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера, а также при отсутствии имущественного ущерба.

Согласно сведениям из Единого реестра субъектов малого и среднего предпринимательства ООО ОП «Гектор» является микропредприятием, сведения о нем внесены в реестр 1 августа 2016 года (сведения из Единого реестра субъектов малого и среднего предпринимательства от 03.04.2019 № ЮЭ9965-19-5586766 – л.д.44).

Заявитель представил информацию о том, что ответчик ранее не привлекался к административной ответственности (л.д.36). Обстоятельств, отягчающих ответственность общества, суд не установил. 

Поскольку ООО ОП «Гектор» на момент выявления административного правонарушения относилось к субъектам малого предпринимательства и не привлекалось ранее к административной ответственности, допущенные нарушения не повлекли причинения имущественного ущерба либо причинения вреда, охранные услуги на объекте охраны, в отношении которого установлены обязательные для выполнения требования к антитеррористической защищенности, обществом оказывались в течение 18 дней (л.д.30-33), то административное наказание в виде административного штрафа подлежало замене на предупреждение.

ООО ОП «Гектор» предупреждается о необходимости строгого соблюдения требований законодательства о лицензировании при осуществлении хозяйственной деятельности.

При таких обстоятельствах суд удовлетворил заявленное Управлением Росгвардии по Республике Карелия требование о привлечении ответчика к административной ответственности по части 2 статьи 14.1 КоАП РФ.

Руководствуясь статьями 167-170, 176, 206 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

РЕШИЛ:

1. Заявление Управления Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации по Республике Карелия удовлетворить. 

2. Привлечь общество с ограниченной ответственностью Охранное предприятие «Гектор» (зарегистрировано в Едином государственном реестре юридических лиц за основным государственным регистрационным номером 

<

***>, ИНН 

<

***>, место нахождения: 185013, 

<

...>) к административной ответственности по части 2 статьи 14.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и назначить наказание в виде предупреждения.

3. Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение десяти дней со дня изготовления полного текста решения в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд (191015, 

<

...>) через Арбитражный суд Республики Карелия.

Судья

А.С. Свидская