АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А15-6093/2016

г. Краснодар

15 октября 2018 года

Резолютивная часть постановления объявлена 11 октября 2018 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 15 октября 2018 года.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Бабаевой О.В., судей Кухаря В.Ф.	и Трифоновой Л.А., при ведении протокола помощником судьи Шуляк О.С. и участии в судебном заседании от третьего лица – акционерного общества «Российский сельскохозяйственный банк» (ИНН 7725114488, ОГРН 1027700342890) – Митаровой З.М. (доверенность от 11.11.2015), в отсутствие истца – общества с ограниченной ответственностью «Дагестанский коммерческий энергетический банк "Дагэнергобанк"» (ИНН 0541019312, ОГРН 1020500000553) в лице конкурсного управляющего – государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов», ответчиков – общества с ограниченной ответственностью «Завод строительных материалов» (ИНН 0522017920, ОГРН 1100522000358) и Рамазановой Эльмиры Алиевны (ИНН 056101078687, ОГРНИП 309056105100016, утратила статус индивидуального предпринимателя – 09.02.2017), третьего лица – Аджиева Гаджи Нухбековича, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев путем использования систем видеоконференц-связи с Арбитражным судом  Республики Дагестан кассационную жалобу акционерного общества «Российский сельскохозяйственный банк» на решение Арбитражного суда Республики Дагестан от 27.02.2018 (судья Ахмедов Д.А.) и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.05.2018 (судьи Жуков  Е.В., Джамбулатов  С.И., Сомов Е.Г.) по делу № А15-6093/2016, установил следующее.

ООО «Дагестанский коммерческий энергетический банк "Дагэнергобанк"» в лице конкурсного управляющего – государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» (далее – банк) обратилось в арбитражный суд с иском к индивидуальному предпринимателю Рамазановой Э.А. (далее – предприниматель) и ООО «Завод строительных материалов» (далее – завод), в котором просило взыскать 35 403 484 рубля 73 копейки задолженности по договору об открытии невозобновляемой кредитной линии от 01.04.2013 № 2032-12948/02V (далее – кредитный договор), обратить взыскание на имущество, принадлежащее заводу и заложенное по договору залога от 01.04.2013 № 2032-12948/12О (далее – договор залога), установить начальную продажную стоимость заложенного имущества в размере 19 436 763 рублей 49 копеек. Делу присвоен номер А15-1384/2016.

Завод заявил встречный иск о признании недействительным договора залога от 01.04.2013.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены АО «Россельхозбанк» и Аджиев Г.Н.

Определением от 19.12.2016 из дела № А15-1384/2016 в отдельное производство выделены исковые требования банка к предпринимателю и заводу об обращении взыскания на принадлежащее заводу и заложенное по договору залога имущество путем продажи с публичных торгов, установлении начальной продажной стоимости заложенного имущества в размере 19 436 763 рублей 49 копеек и требования завода по встречному иску о признании недействительным договора залога. Делу присвоен номер А15-6093/2016.

Решением от 27.02.2018, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 23.05.2018, первоначальный иск удовлетворен, во встречном иске отказано. Судебные акты мотивированы тем, что банк доказал наличие оснований для обращения взыскания на заложенное имущество. Банк не знал о нарушении правил о крупных сделках при заключении договора залога. В суд с иском об оспаривании договора залога залогодатель обратился  с пропуском срока исковой давности.

Из сведений, внесенных в Единый государственный реестр индивидуальных предпринимателей, следует, что запись об утрате Рамазановой Э.А. статуса индивидуального предпринимателя внесена в реестр –  09.02.2017.

В кассационной жалобе АО «Россельхозбанк» просит отменить судебные акты. По мнению заявителя, генеральный директор завода Нартгишиев Х.Н. превысил полномочия при заключении договора залога от 01.04.2013, самостоятельно совершив сделку от имени завода; согласие совета директоров на принятие решения по передаче в залог банку оборудования не получено. Банк должен был знать об ограничении полномочий руководителя завода при подписании с ним договора. Банк, принимая в залог имущество стоимостью 19 436 763 рубля 49 копеек, должен был проявить осмотрительность, затребовав правоустанавливающие и правоподтверждающие документы на залог, проверить полномочия лица, заключающего договор от имени залогодателя. Обязанность банка по проверке учредительных документов в целях выявления полномочий руководителя организации установлена внутренними нормативными документами банка и является общим правилом для всех банков. Суды не оценили довод АО «Россельхозбанк» о неисполнимости обжалуемого решения. Имущество, являющееся предметом залога по договору от 01.04.2013, и на которое суд обратил взыскание в пользу банка, находится в залоге у АО «Россельхозбанк» по договору о залоге оборудования от 24.07.2013 № 120400/0033-5 (далее – договор залога от 24.07.2013). Это имущество приобретено заводом на кредитные средства АО «Россельхозбанк», выделенные в рамках федеральной программы для создания индустриально-строительного комплекса «Каспийск» на территории Карабудахкентского района Республики Дагестан. Из акта осмотра заложенного имущества от 12.05.2017 следует, что из 29 наименований оборудования, указанных в договоре залога от 01.04.2013, в наличии на территории завода находится 7 позиций. Стороны не предприняли реальных действий по передаче имущества в залог банку. Банк не представил правоустанавливающие документы на заложенное по договору залога от 01.04.2013 оборудование. Завод не застраховал в пользу залогодержателя предмет залога, не завел книгу записи залогов  и не внес в книгу запись, содержащую данные о виде и предмете залога, объеме обеспечения залогом взятого обязательства не позднее 10 дней с момента заключения договора. Банк не проверял фактическое наличие заложенного имущества по адресу хранения, не наложил на заложенное имущество свои знаки и печати, в нарушение пункта 4 статьи 339.1 Гражданского кодекса Российской Федерации не направил нотариусу уведомления о регистрации залога движимого имущества после вступления данной нормы в силу. 

В отзыве на кассационную жалобу банк просит отказать в ее удовлетворении, указывая, что выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Изучив материалы дела и доводы, изложенные в кассационной жалобе, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что кассационная жалоба не подлежат удовлетворению.

Как видно из материалов дела, приказами Банка России от 24.03.2015 № ОД-617 и ОД-618 у банка отозвана лицензия на осуществление банковских операций, назначена временная администрация по управлению кредитной организацией и утвержден состав временной администрации.

Решением Арбитражного суда Республики Дагестан от 09.06.2015 по делу № А15-1402/2015 банк признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство. Функции конкурсного управляющего возложены на государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов», представителем которой назначен Джамалудинов М.Д.

В ходе конкурсного производства истцом установлено, что 01.04.2013 банк (кредитор) и предприниматель (заемщик) заключили кредитный договор, по условиям которого банк открывает заемщику невозобновляемую кредитную линию с лимитом выдачи 14 млн рублей на срок с 01.04.2013 по 10.04.2014 (включительно) по ставке 18% годовых в целях пополнение оборотных средств, а заемщик обязуется возвратить кредитору полученную сумму кредита и уплатить на нее проценты и другие платежи в размере и сроки, предусмотренные договором (пункты 1.1, 2.1, 2.2 договора).

В обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору банк (залогодержатель) и завод (залогодатель) заключили договор залога, по условиям которого в залог банку передано имущество (оборудование) согласно приложению № 1 залоговой стоимостью 19 436 763 рубля 49 копеек (пункты 1.1, 1.4 договора). 

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Республики Дагестан от 19.12.2016 по делу № А15-1384/2016 с предпринимателя в пользу банка взыскано 35 403 484 рубля 73 копейки задолженности по кредитному договору, из которых 14 млн рублей основного долга, 7 561 735 рублей 46 копеек процентов за пользование кредитом, 9 952 292 рубля 84 копейки неустойки за несвоевременный возврат основного долга и 3 889 456 рублей 43 копейки неустойки за несвоевременную выплату процентов.

19 января 2017 года взыскателю выдан исполнительный лист.

06 февраля 2017 года судебным приставом-исполнителем Межрайонного отдела по особым исполнительным производствам Управления Федеральной службы судебных приставов по Республике Дагестан Аллахвердиевым А.У. возбуждено исполнительное производство № ИП-1918/17/05020-ИП о взыскании с предпринимателя 35 403 484 рублей 73 копеек задолженности. На момент рассмотрения настоящего дела судебный акт по делу № А15-1384/2016 не исполнен и задолженность в пользу банка в принудительном        порядке не взыскана.

Ненадлежащее исполнение предпринимателем обязательств по кредитному договору явилось основанием для обращения банка с иском в суд.

Согласно пункту 1 статьи 334 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей на момент заключения договора) в силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит это имущество (залогодателя), за изъятиями, установленными законом.

Взыскание на заложенное имущество для удовлетворения требований залогодержателя может быть обращено в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником обеспеченного залогом обязательства (пункт 1 статьи 348 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Обращение взыскания на заложенное имущество осуществляется по решению суда, если соглашением залогодателя и залогодержателя не предусмотрен внесудебный порядок обращения взыскания на заложенное имущество (пункт 1 статьи 349 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 350 Гражданского кодекса Российской Федерации реализация заложенного имущества, на которое взыскание обращено на основании решения суда, осуществляется путем продажи с публичных торгов в порядке, установленном указанным Кодексом и процессуальным законодательством, если законом или соглашением между залогодержателем и залогодателем не установлено, что реализация предмета залога осуществляется в порядке, установленном абзацами вторым и третьим пункта 2 статьи 350.1 данного Кодекса.

На основании статьи 340 Гражданского кодекса Российской Федерации стоимость предмета залога определяется соглашением сторон, если иное не предусмотрено законом. Если иное не предусмотрено законом, соглашением сторон или решением суда об обращении взыскания на заложенное имущество, согласованная сторонами стоимость предмета залога признается ценой реализации (начальной продажной ценой) предмета залога при обращении на него взыскания.

Удовлетворяя первоначальные исковые требования, суды исходили из того, что ненадлежащее исполнение заемщиком (предпринимателем) обязательств по кредитному договору подтверждено вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Республики Дагестан от 19.12.2016 по делу № А15-1384/2016. Фактическое наличие предмета залога подтверждается актом сверки взаимных залогов от 12.05.2017 и сводными таблицами, являющимися приложениями № 1 и 2 к акту (т. 3, л. д. 2 – 30). Поскольку стороны о несогласии с залоговой стоимостью имущества не заявили, доказательства, свидетельствующие о том, что рыночная стоимость являющегося предметом залога имущества существенно отличается от его оценки, произведенной сторонами в договоре залога, не представили, суды определили начальную продажную цену имущества по договору залога в размере 19 436 763 рублей 49 копеек.

Суды установили, завод заключил три договора залога на одно и то же оборудование.

Согласно пункту 1 статьи 334.1 Гражданского кодекса Российской Федерации залог между залогодателем и залогодержателем возникает на основании договора. В случаях, установленных законом, залог возникает при наступлении указанных в законе обстоятельств (залог на основании закона).

В соответствии с пунктом 1 статьи 341 Гражданского кодекса Российской Федерации права залогодержателя в отношениях с залогодателем возникают с момента заключения договора залога, если иное не установлено договором, указанным Кодексом и другими законами.

В случае нарушения залогодателем правил о последующем залоге (статья 342 Гражданского кодекса Российской Федерации) залогодержатель вправе потребовать досрочного исполнения обеспеченного залогом обязательства, а если его требование не будет удовлетворено, – обратить взыскание на предмет залога.

Если права и обязанности залогодержателей принадлежат нескольким лицам, то в силу пункта 1 статьи 342 Гражданского кодекса Российской Федерации требования залогодержателей удовлетворяются в порядке очередности, определяемой по дате, на которую соответствующий залог считается возникшим (абзац 3 пункта 94 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В порядке пункта 1 статьи 342.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено названным Кодексом или другим законом, очередность удовлетворения требований залогодержателей устанавливается в зависимости от момента возникновения каждого залога. Независимо от момента возникновения залога, если будет доказано, что залогодержатель на момент заключения договора или на момент возникновения обстоятельств, с которыми закон связывает возникновение залога, знал или должен был знать о наличии предшествующего залогодержателя, требования такого предшествующего залогодержателя удовлетворяются преимущественно.

В случае обращения взыскания на заложенное имущество предшествующим залогодержателем последующий залогодержатель вправе потребовать от должника досрочного исполнения обязательства, обеспеченного последующим залогом, и в случае его неисполнения обратить взыскание на заложенное имущество одновременно с предшествующим залогодержателем. Договором между залогодателем и последующим залогодержателем может быть ограничено право такого залогодержателя потребовать от должника досрочного исполнения обязательства, обеспеченного последующим залогом (пункт 2 статьи 342.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Требование, обеспеченное последующим залогом, не подлежит досрочному удовлетворению, если оставшегося после обращения взыскания предшествующим залогодержателем заложенного имущества будет достаточно для удовлетворения требования последующего залогодержателя (пункт 3 статьи 342.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 4 статьи 342.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, если последующий залогодержатель не воспользовался правом потребовать досрочного исполнения обязательства или данное право было ограничено соглашением в соответствии с пунктом 2 названной статьи, последующий залог прекращается, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 3 названной статьи.

Пунктом 6 статьи 3 Федерального закона от 21.12.2013 № 367-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации и признании утратившими силу отдельных законодательных актов (положений законодательных актов) Российской Федерации» установлены специальные правила, определяющие очередность удовлетворения требований залогодержателей по ранее (до внесения изменений в статью 339.1 Гражданского кодекса Российской Федерации) заключенным договорам залога.

Так, правила для переходного периода определяют, что очередность удовлетворения требований залогодержателей, возникших на основании совершенных до дня вступления в силу названного Закона договоров залога имущества, не относящегося к недвижимым вещам, сведения о которых внесены в реестр уведомлений о залоге движимого имущества с 01.07.2014 по 01.02.2015 включительно, определяется по дате совершения договоров залога. Если же учет таких договоров не будет проведен в переходный период (до 02.02.2015), то при определении старшинства залога, будут действовать правила абзаца 3 пункта 4 статьи 339.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, а именно залогодержатель в отношениях с третьими лицами вправе ссылаться на принадлежащее ему право залога только с момента совершения записи об учете залога.

В соответствии с пунктом 4 статьи 339.1 Гражданского кодекса Российской Федерации залог имущества, не относящегося к недвижимым вещам, помимо указанного в пунктах 1 – 3 данной статьи имущества, может быть учтен путем регистрации уведомлений о залоге, поступивших от залогодателя, залогодержателя или в случаях, установленных законодательством о нотариате, от другого лица, в реестре уведомлений о залоге такого имущества (реестр уведомлений о залоге движимого имущества). Реестр уведомлений о залоге движимого имущества ведется в порядке, установленном законодательством о нотариате.

Суды установили, что в каждом из договоров залога, заключенных заводом, имеется запрет на последующий залог. Первоначальным договором залога (по хронологии заключения договоров) является договор о залоге имущества от 23.03.2013, заключенный  с Аджиевым Г.Н.; последующий договор залога от 01.04.2013 заключен с банком; третий договор залога от 24.07.2013 заключен с АО «Россельхозбанк». Апелляционным определением Верховного Суда Республики Дагестан от 18.09.2017 договор о залоге имущества от 23.03.2013, заключенный с Аджиевым Г.Н., признан недействительным. В связи с этим первоначальным договором залога является договор залога от 01.04.2013. АО «Россельхозбанк» как последующий залогодержатель не заявляло требования о досрочном исполнении обязательств по договору залога от 24.07.2013 к залогодателю (заводу) в порядке, установленном статьей  342.1 Гражданского кодекса Российской Федерации. Такие требования  к залогодателю не заявлены Аджиевым Г.Н. на основании договора залога от 23.03.2013.

Таким образом, суды пришли к правильному выводу о том, что завод как предшествующий залогодержатель правомерно обратился в арбитражный суд с иском об обращении взыскания на имущество, заложенное по договору залога от 01.04.2013.

Доводы АО «Россельхозбанк» о неисполнимости решения, поскольку имущество, которое является предметом залога по договору от 01.04.2013 и на которое суд обратил взыскание в пользу банка, находится у него в залоге согласно договору залога от 24.07.2013; это имущество приобретено заводом на кредитные средства АО «Россельхозбанк», выделенные в рамках федеральной программы для создания индустриально-строительного комплекса «Каспийск» на территории Карабудахкентского района Республики Дагестан, несостоятельны. При обращении банком (предшествующим залогодержателем) взыскания на спорное существом право залога АО «Россельхозбанк» как последующего залогодержателя прекращается, так как АО «Россельхозбанк» не воспользовалось своим правом требовать досрочного исполнения обязательства (пункт 4 статьи 342.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Отказывая во встречном иске, суды указали на недоказанность заводом осведомленности банка о совершении залога с нарушением требований корпоративного законодательства.

В соответствии со статьей 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным названным Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения (статья 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 46 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (в редакции, применимой к спорным правоотношениям; далее – Закон № 14-ФЗ) предусмотрено, что крупной сделкой является сделка (в том числе заем, кредит, залог, поручительство) или несколько взаимосвязанных сделок, связанных с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения обществом прямо либо косвенно имущества, стоимость которого составляет двадцать пять и более процентов стоимости имущества общества, определенной на основании данных бухгалтерской отчетности за последний отчетный период, предшествующий дню принятия решения о совершении таких сделок, если уставом общества не предусмотрен более высокий размер крупной сделки. Крупными сделками не признаются сделки, совершаемые в процессе обычной хозяйственной деятельности общества, а также сделки, совершение которых обязательно для общества в соответствии с федеральными законами и (или) иными правовыми актами Российской Федерации и расчеты по которым производятся по ценам, определенным в порядке, установленном Правительством Российской Федерации, или по ценам и тарифам, установленным уполномоченным Правительством Российской Федерации органом исполнительной власти.

Возможность оспаривания сделки участником общества с ограниченной ответственностью установлена статьей 46 Закона № 14-ФЗ; в пункте 20 совместного постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.12.1999 № 90/14 «О некоторых вопросах применения Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью"» также указано, что сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, и крупная сделка, совершенные с нарушением предусмотренных требований к ней, могут быть признаны недействительными по иску общества или его участника.

В силу пунктов 3 – 5 статьи 46 Закона № 14-ФЗ решение о совершении крупной сделки принимается общим собранием участников общества либо советом директоров общества; при этом крупная сделка, совершенная с нарушением данного правила, может быть признана недействительной по иску самого общества или его участника.

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункты 3 и 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах (абзац 1 пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В предмет доказывания по иску общества о признании крупной сделки недействительной входит установление обстоятельств, указанных в пункте 5 статьи 46 Закона № 14-ФЗ. Суд отказывает в удовлетворении требований о признании крупной сделки, совершенной с нарушением предусмотренных названной статьей требований к ней, недействительной при наличии одного из следующих обстоятельств: голосование участника общества, обратившегося с иском о признании крупной сделки, решение об одобрении которой принимается общим собранием участников общества, недействительной, хотя бы он и принимал участие в голосовании по этому вопросу, не могло повлиять на результаты голосования; не доказано, что совершение данной сделки повлекло или может повлечь за собой причинение убытков обществу или участнику общества, обратившемуся с соответствующим иском, либо возникновение иных неблагоприятных последствий для них; к моменту рассмотрения дела в суде представлены доказательства последующего одобрения данной сделки по правилам, предусмотренным названным Законом; при рассмотрении дела в суде доказано, что другая сторона по данной сделке не знала и не должна была знать о ее совершении с нарушением предусмотренных названной статьей требований к ней.

Согласно абзацу 5 пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.05.2014 № 28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью» (далее – постановление № 28) при решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать о ее совершении с нарушением порядка одобрения крупных сделок, судам следует учитывать то, насколько это лицо могло, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие у сделки признаков крупной сделки и несоблюдение порядка ее одобрения. В частности, контрагент должен был знать о том, что сделка являлась крупной и требовала одобрения, если это было очевидно любому разумному участнику оборота из характера сделки, например, при отчуждении одного из основных активов общества (недвижимости, дорогостоящего оборудования и т. п.). В остальных случаях предполагается, что сторона сделки не знала и не должна была знать о том, что сделка являлась крупной.

Таким образом, с учетом положений статьи 46 Закона № 14-ФЗ и смысла разъяснений, приведенных в пункте 5 постановления № 28, при рассмотрении иска о признании недействительной крупной сделки подлежит исследованию вопрос о добросовестности контрагента хозяйственного общества. Сделка не может быть признана недействительной, если будет установлено, что другая сторона не знала и не должна была знать о несоблюдении установленного порядка одобрения такой сделки. В противном случае на добросовестного контрагента при отсутствии к тому должных оснований будут возлагаться риски последствий, связанных с нарушением хозяйственным обществом, его участниками и органами управления при заключении договора требований, предусмотренных Законом № 14-ФЗ, и определяющих, прежде всего, внутренние взаимоотношения в самом хозяйственном обществе.

Суды указали, что завод не доказал факт осведомленности банка о наличии ограничений полномочий единоличного исполнительного органа общества или его представителя на совершение оспариваемой сделки.

Доводы АО «Россельхозбанк» о том, что банк, принимая в залог имущество стоимостью 19 436 763 рублей 49 копеек, должен был проявить осмотрительность, затребовав правоустанавливающие и правоподтверждающие документы на залог, проверить полномочия лица, заключающего договор от имени залогодателя; обязанность банка по проверке учредительных документов в целях выявления полномочий руководителя организации установлена внутренними нормативными документами банка и является общим правилом для всех банков, следует отклонить.

В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность и разумность действий участников гражданского оборота предполагается. Последствия совершения сделки с нарушением обязательных требований законодательства должно нести то юридическое лицо, которое недобросовестно действовало при заключении сделки, а не добросовестно заблуждавшийся контрагент по сделке.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 22 постановления № 25, по общему правилу закон не устанавливает обязанности лица, не входящего в состав органов юридического лица и не являющегося его учредителем или участником, по проверке учредительного документа юридического лица с целью выявления ограничений или разграничения полномочий единоличного исполнительного органа юридического лица или нескольких единоличных исполнительных органов, действующих независимо друг от  друга либо совместно. Третьи лица, полагающиеся на данные ЕГРЮЛ о лицах, уполномоченных выступать от имени юридического лица, по общему правилу вправе исходить из неограниченности этих полномочий. Положения учредительного документа, определяющие условия осуществления полномочий лиц, выступающих от имени юридического лица, в том числе о совместном осуществлении отдельных полномочий, не могут влиять на права третьих лиц и служить основанием для признания сделки, совершенной с нарушением этих положений, недействительной, за исключением случая, когда будет доказано, что другая сторона сделки в момент совершения сделки знала или заведомо должна была знать об установленных учредительным документом ограничениях полномочий на ее совершение. Бремя доказывания того, что третье лицо знало или должно было знать о таких ограничениях, возлагается на лиц, в интересах которых они установлены (пункт 1 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Завод не представил доказательств, подтверждающих осведомленность банка о совершении сделки с нарушением требований статьи 46 Закона № 14-ФЗ.

Отказывая в удовлетворении встречного иска, суды сделали верный вывод о том, что срок исковой давности по требованиям завода пропущен.

Согласно пункту 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В пункте 5 постановления № 28 разъяснено, что иски о признании крупных сделок и сделок с заинтересованностью недействительными и применении последствий их недействительности могут предъявляться в течение срока, установленного пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации для оспоримых сделок.

Срок давности по иску о признании недействительной сделки, совершенной с нарушением порядка ее одобрения, исчисляется с момента, когда истец узнал или должен был узнать о том, что такая сделка требовала одобрения в порядке, предусмотренном законом или уставом, хотя бы она и была совершена раньше.

Таким образом, течение годичного срока исковой давности для завода начинается со дня совершения сделки с нарушением порядка ее одобрения, то есть с 01.04.2013.

В связи с отсутствием законодательно закрепленной нормы о правилах исчисления срока исковой давности для лица, не являющегося на момент совершения сделки руководителем общества, действующим в интересах общества, следует руководствоваться разъяснениями, изложенными в пункте 11 постановления № 28, то есть течение исковой давности по требованиям общества в лице его единоличного исполнительного органа, не являвшемся на момент совершения сделки руководителем общества, применительно к статье 201 Гражданского кодекса Российской Федерации начинается со дня, когда о совершении сделки с нарушением порядка ее одобрения узнал или должен был узнать правопредшественник этого единоличного исполнительного органа общества.

Если правопредшественник Исаева Б.К. генеральный директор Нартгишиев Х.Н. 01.04.2013 знал о совершении спорной сделки залога с нарушением порядка ее одобрения, то срок исковой давности для завода в лице его вновь избранного генерального директора также начинает течь с 02.04.2013.

Суды обоснованно отклонили доводы о смене директора завода, поскольку данное обстоятельство не свидетельствуют о наличии оснований для исчисления срока исковой давности с иной даты.

Согласно пункту 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» течение исковой давности по требованиям юридического лица начинается со дня, когда лицо, обладающее правом самостоятельно или совместно с иными лицами действовать от имени юридического лица, узнало или должно было узнать о нарушении права юридического лица и о том, кто является надлежащим ответчиком (пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации). Изменение состава органов юридического лица не влияет на определение начала течения срока исковой давности.

При определении начала течения срока исковой давности по требованию завода о признании крупной сделки недействительной надлежит исходить из того, что участники должны были узнать о нарушении своих прав не позднее даты проведения (истечения срока, установленного для проведения) следующего очередного общего собрания.

В пункте 5 постановления от 10.04.2003 № 5-П Конституционный Суд Российской Федерации отметил, что течение срока исковой давности в один год в отношении признания оспоримых сделок недействительными должно начинаться с того момента, когда правомочное лицо узнало или реально имело возможность узнать о факте совершения сделки и об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В пункте 5 постановления № 28 указано, что срок давности по иску о признании недействительной сделки, совершенной с нарушением порядка ее одобрения, исчисляется с момента, когда истец узнал или должен был узнать о том, что такая сделка требовала одобрения в порядке, предусмотренном законом или уставом, хотя бы она и была совершена раньше.

Предполагается, что участник должен был узнать о совершении сделки с нарушением порядка ее одобрения не позднее даты проведения годового общего собрания участников (акционеров) по итогам года, в котором была совершена оспариваемая сделка, если из предоставлявшихся участникам при проведении этого собрания материалов можно было сделать вывод о совершении такой сделки (например, если из бухгалтерского баланса следовало, что изменился состав основных активов по сравнению с предыдущим годом).

Согласно статье 34 Закона № 14-ФЗ очередное общее собрание участников общества проводится в сроки, определенные уставом общества, но не реже чем один раз в год. Очередное общее собрание участников общества созывается исполнительным органом общества.

Уставом общества должен быть определен срок проведения очередного общего собрания участников общества, на котором утверждаются годовые результаты деятельности общества. Указанное общее собрание участников общества должно проводиться не ранее чем через два месяца и не позднее чем через четыре месяца после окончания финансового года.

Таким образом, участники общества (завода), наделенные правом получать информацию о его деятельности, проявляя необходимую степень добросовестности и осмотрительности, узнали и должны были узнать о заключении договора залога от 01.04.2013 на годовом общем собрании участников не позднее 01.04.2014, а в случае нарушения заводом обязанности по проведению собрания – в разумный срок с названной даты.

В любом случае участники могли и должны были принять меры к получению информации о сделках, совершенных обществом в 2013 году, и предъявлению соответствующих требований в пределах срока исковой давности. Являясь участником общества, при должной степени заботливости и осмотрительности, действуя разумно и добросовестно в гражданском обороте, завод имел реальную возможность получить информацию о факте заключения оспариваемого договора. Доказательства намеренного сокрытия информации о деятельности завода и об оспариваемой сделке завод не представил; причины, по которым необходимая информация могла скрываться (например, в силу неприязненных отношений, сговора между банком и директором завода), не названы и как таковые отсутствуют; доказательства совершения бывшим директором завода неправомерных действий, препятствующих ему получать информацию о деятельности общества и знакомиться с его документацией, отсутствуют.

Обратившись 07.06.2016 в арбитражный суд со встречным иском о признании недействительным договора залога от 01.04.2013, завод пропустил годичный срок исковой давности, установленный пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований в силу статьи 199 названного Кодекса.

Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебных актов (часть 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), не установлены.

Руководствуясь статьями 284, 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Дагестан от 27.02.2018 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.05.2018 по делу № А15-6093/2016 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий

                                        О.В. Бабаева

 

Судьи

                                        В.Ф. Кухарь

Л.А. Трифонова