﻿

ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

 А33-15259/2018к135

г. Красноярск

29 марта 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 22 марта 2021 года. 

Полный текст постановления изготовлен  29 марта 2021 года.

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  судьи Дамбарова С.Д.,

судей: Радзиховской В.В., Яковенко И.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Рукосуевым Л.В.,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу Германа Александра Александровича 

на определение Арбитражного суда Красноярского края 

от 19 августа 2020  года по делу №  А33-15259/2018к135,

при участии: 

Германа Александра Александровича, паспорт.

установил:

дело о банкротстве общества с ограниченной ответственностью Производственно-коммерческая фирма «Крепость» (далее - ООО ПКФ «Крепость») возбуждено 24.08.2018.

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 25.10.2018 заявление общества с ограниченной ответственностью «СпецСнаб71» о признании банкротом должника – ООО ПКФ «Крепость» признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения. Временным управляющим должником утвержден Кочетков Александр Павлович.

Решением Арбитражного суда Красноярского края от 25.04.2019 ООО ПКФ «Крепость» признано банкротом и в отношении него открыто конкурсное производство сроком на 6 месяцев до 18.10.2019. Конкурсным управляющим должника утвержден Кочетков Александр Павлович.

В Арбитражный суд Красноярского края поступило заявление конкурсного управляющего Кочеткова Александра Павловича, в соответствии с которым просил признать  недействительной сделку, выразившуюся в заключении между ООО ПКФ «Крепость» и работником Германом А.А. дополнительного соглашения № 3 от 01.06.2016 к трудовому договору № 01/99 о выплате выходного пособия - недействительной; признать недействительным пункт 3 соглашения о расторжении трудового договора №01-ТД от 17.11.1999; применить последствия недействительности сделок в виде обязания Германа А.А. вернуть в конкурсную массу ООО ПКФ «Крепость» частично выплаченную сумму выходного пособия в размере 225 784,75 руб. (требование уточнено в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 19.08.2020 заявление конкурсного управляющего удовлетворено. Признано недействительной сделкой дополнительное соглашение от 01.06.2016 № 3 к трудовому договору от 17.11.1999                      № 01-ТД между ООО ПКФ «Крепость» и Германом А.А. Признан недействительным пункт 3 соглашения от 28.09.2018 о расторжении трудового договора от 17.11.1999                         № 01-ТД между ООО ПКФ «Крепость» и Германом А.А. Применены последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурную массу должника денежных средств в размере 225 784 руб. 75 коп.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, Герман Александр Александрович обратился в Третий арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой. 

В обоснование доводов апелляционной жалобы заявитель указывает на то, что включение в трудовой договор условия о выплате выходного пособия в повышенном размере не может рассматриваться как злоупотребление правом. Кроме того, заявитель апелляционной жалобы указывает на то, что применение последствий недействительности сделки в виде обязания Германа А.А. возвратить ООО ПКФ «Крепость» денежные средства в размере 225 784 руб. 75 коп., противоречит нормам статей 153, 167 и               168 ГК РФ.

Конкурсный управляющий представил отзыв на апелляционную жалобу, в котором с ее доводами не согласился, просит оставить обжалуемый судебный акт без изменения,       а апелляционную жалобу без удовлетворения.

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 04.09.2020 апелляционная жалоба принята к производству, поскольку заявителем были устранены обстоятельства, послужившие основанием для оставления апелляционной жалобы без движения, судебное заседание назначено на 12.10.2020. В соответствии со статьей 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание откладывалось.

В соответствии с Федеральным законом Российской Федерации от 23.06.2016 N 220-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части применения электронных документов в деятельности органов судебной власти" предусматривается возможность выполнения судебного акта в форме электронного документа, который подписывается судьей усиленной квалифицированной электронной подписью. Такой судебный акт направляется лицам, участвующим в деле, и другим заинтересованным лицам посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его вынесения, если иное не установлено Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.

Текст определения о принятии к производству апелляционной жалобы                          от 04.09.2020, подписанного судьей усиленной квалифицированной электронной подписью, опубликован в Картотеке арбитражных дел (http://kad.arbitr.ru/) 05.09.2020.

При изложенных обстоятельствах в силу статей 121 - 123, части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции признает лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенными о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы.

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 16.11.2020 в составе суда произведена замена судьи Белан Н.Н. на судью Парфентьеву О.Ю., судьи Радзиховской В.В. на судью Петровскую О.В.

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 09.02.2021 в составе суда произведена замена судьи Парфентьевой О.Ю. на судью Хабибулину Ю.В.

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 22.03.2021 в составе суда произведена замена судей Петровской О.В.,  Хабибулиной Ю.В. на судей Радзиховскую В.В., Яковенко И.В.

Учитывая замены в составе судей, на основании части 5 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотрение апелляционной жалобы осуществлялось с самого начала.

В судебном заседании Герман Александр Александрович поддержал ранее изложенные доводы апелляционной жалобы с учетом представленных дополнительных пояснений. Просит обжалуемое определение отменить и принять по делу новый судебный акт. 

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, в соответствии с требованиями статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и разъяснениями, изложенными в пунктах 14, 15, 16, 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2017 года N 57 "О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов" путем размещения определения суда о принятии апелляционной жалобы к производству суда, выполненного в форме электронного документа, на официальном сайте Третьего арбитражного апелляционного суда: http://3aas.arbitr.ru/, а также в общедоступной автоматизированной системе "Картотека арбитражных дел" (http://kad.arbitr.ru) в сети "Интернет", явку своих представителей не обеспечили.

На основании изложенного, в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие.

Апелляционная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При рассмотрении настоящего дела судом апелляционной инстанции установлены следующие обстоятельства.

Как следует из материалов дела, Герман Александр Александрович на основании трудового договора от 17.11.1999 № 01/99 принят на должность заместителя генерального директора по общим вопросам в ООО ПКФ «Крепость» с окладом 18 000 руб.. Дополнительным соглашением от 02.05.2007 № 1 работнику установлен должностной оклад с 02.05.2007 в размере 25 000 руб. Дополнительным соглашением  от 30.04.2009                № 2 работнику установлен должностной оклад с 01.05.2009 в размере 40 000 руб.

Дополнительным соглашением от 01.06.2016 № 5 к трудовому договору стороны добавили пункт 4.2. договора: «Работнику при ликвидации организации, сокращением численности или штата работников организации а также при расторжении трудового договора по соглашению сторон, дополнительно к расчету при увольнении выплачивается выходное пособие за выслугу лет в размере 100 000 руб. за каждый год работы в группе компаний «Крепость».

Между сторонами 28.09.2018 подписано соглашение о расторжении трудового договора, согласно пункту 3 которого, при увольнении работодатель выплачивает работнику выходное пособие в размере 2 367 816 руб., в том числе НДФЛ – 307 816 руб. Из соглашения следует, что решение о расторжении договора принято сторонами обоюдно.

Полагая, что соглашения подписаны с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, при наличие злоупотребления правом со стороны заключивших сделку лиц, конкурсный управляющий со ссылкой на положения статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные конкурсным управляющим требования, пришел к выводу о том, что обстоятельства заключения дополнительного соглашения от 01.06.2016 № 5 и пункта 3 соглашения от 28.09.2018 о расторжении трудового договора свидетельствуют о злоупотреблении правом со стороны должника и                     Германа А.А. при совершении ими оспариваемой сделки. Судом первой инстанции применены последствия недействительности сделки в виде обязания Германа А.А. вернуть в конкурсную массу ООО ПКФ «Крепость» частично выплаченную сумму выходного пособия в размере 225 784,75 руб.

Повторно рассмотрев материалы дела, проверив в порядке статей 266, 268, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов суда имеющимся в деле доказательствам и установленным фактическим обстоятельствам, исследовав доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии оснований для изменения обжалуемого судебного акта в силу следующего.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Федеральном законе.

Правила главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" могут применяться к оспариванию действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" содержится разъяснение о том, что по правилам главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" может оспариваться, в частности, выплата заработной платы, премии.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" разъясняется, что для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

1) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

2) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

3) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов (пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»).

С учетом пункта 3 названной статьи о презумпции добросовестности и разумности участников гражданских правоотношений и общего принципа доказывания в арбитражном процессе, лицо, от которого требуются разумность или добросовестность при осуществлении права, признается действующим разумно и добросовестно, пока не доказано обратное.

При этом, для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

В частности, злоупотребление правом может выражаться в установлении необоснованных имущественных выгод, влекущих снижение возможности наиболее полного удовлетворения требований кредиторов должника.

В соответствии с пунктом 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, если из закона не следует иное, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна.

Таким образом, для признания сделки недействительной по основанию статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации и квалификации такой сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что оспариваемая сделка заключена с целью реализовать какой- либо противоправный интерес.

В соответствии со статьей 2 Трудового кодекса Российской Федерации одним из основных принципов правового регулирования является сочетание государственного и договорного регулирования трудовых отношений и иных, непосредственно связанных с ними отношений. Государство в своих нормативных правовых актах устанавливает минимальные гарантии трудовых прав и свобод граждан (статья 1 ТК РФ). Требование к трудовым договорам, которые также осуществляют регулирование трудовых отношений, те же самые - не снижать уровень прав и гарантий работника, который установлен трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами (статья 9 ТК РФ).

Как следует из материалов дела, Герман Александр Александрович принят в ООО ПКФ «Крепость» на должность заместителя генерального директора по общим вопросам с окладом 18 000 руб. на основании трудового договора от 17.11.1999 № 01/99. Дополнительным соглашением от 02.05.2007 № 1 работнику установлен должностной оклад с 02.05.2007 в размере 25 000 руб. Дополнительным соглашением от 30.04.2009 № 2 работнику установлен должностной оклад с 01.05.2009 в размере 40 000 руб.

Согласно статье 57 Трудового кодекса Российской Федерации в трудовом договоре могут предусматриваться дополнительные условия, не ухудшающие положение работника по сравнению с установленным трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами.

В силу части 4 статьи 178 Трудового кодекса Российской Федерации трудовым договором могут предусматриваться дополнительные случаи выплаты выходных пособий, а также устанавливаться повышенные размеры выходных пособий. В свою очередь, повышенный размер выходного пособия призван компенсировать в разумном объеме затраты работника, связанные с исполнением им трудовых обязанностей, и установление соответствующего повышенного размера рассчитано на добросовестное использование участниками трудовых отношений своих прав.

Дополнительным соглашением от 01.06.2016 № 3 к трудовому договору стороны добавили пункт 4.2. договора: «Работнику при ликвидации организации, сокращением численности или штата работников организации а также при расторжении трудового договора по соглашению сторон, дополнительно к расчету при увольнении выплачивается выходное пособие за выслугу лет в размере 100 000 руб. за каждый год работы в группе компаний «Крепость».

Исходя из приведенных выше положений действующего трудового законодательства выплата работнику компенсаций, в том числе связанных с расторжением заключенного с ним трудового договора, должна быть предусмотрена законом или действующей в организации системой оплаты устанавливаемой коллективным договором, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативно-правовыми актами, содержащими нормы эго права.

Расчет суммы компенсации, ее составляющие при определении размера дополнительного вознаграждения (100 000 рублей за каждый год работы в группе компаний «Крепость»), а также экономическое обоснование необходимости назначения спорных выплат отсутствуют.

Дополнительная единовременная денежная сумма, к гарантиям и компенсациям, подлежащим реализации при увольнении работника, не может быть отнесена, поскольку не направлена на возмещение работнику затрат, связанных с исполнением им трудовых или иных обязанностей.

Установление дополнительного выходного пособия при увольнении за выслугу лет в размере 100 000 рублей за каждый год работы в группе компаний «Крепость» при отсутствии соответствующего нормативно-правового и экономического обоснования, следует расценивать как злоупотребление правом, поскольку оно не создает дополнительной мотивации работника к труду, не отвечает принципу адекватности компенсации.

Исходя из условий договора, а также вышеприведенных обстоятельств, стороны, заключая соглашение, имели в виду установление необоснованно высокой выплаты (применительно к значительно завышенному выходному пособию), по сравнению с той, на которую мог претендовать работник до подписания оспариваемого соглашения в соответствии с законом.

Кроме того, стороны должны были осознавать, что условие сделки о выплате работнику повышенного размера компенсации при увольнении подлежит исполнению не в момент заключения данного соглашения, когда предприятие осуществляет хозяйственную деятельность, а в будущем времени, в том числе в период осуществления ликвидационных процедур, сокращения численности или штата работников предприятия, что само по себе не предполагает устойчивое финансовое положение предприятия и наличие прибыли. Соответственно, исходя из условий дополнительного соглашения                     от 01.06.2016 № 3, стороны должны были предполагать, что произведение компенсационных выплат в существенно завышенном размере в условиях финансовой неустойчивости предприятия, его неплатежеспособности, приведет к нарушению прав иных кредиторов должника. Таким образом, условия оспариваемого дополнительного соглашения от 01.06.2016 № 3 не могут свидетельствовать о добросовестности сторон, его заключивших.

Между сторонами 28.09.2018 подписано соглашение о расторжении трудового договора, согласно пункту 3 которого, при увольнении работодатель выплачивает работнику выходное пособие в размере 2 367 816 руб., в том числе НДФЛ – 307 816 руб. Из соглашения следует, что решение о расторжении договора принято сторонами обоюдно.

Главой 27 Трудового кодекса Российской Федерации определены гарантии и компенсации работникам, связанные с расторжением трудового договора.

В частности, в статье 178 Трудового кодекса Российской Федерации приведен перечень оснований для выплаты работникам выходных пособий в различных размерах и в определенных случаях прекращения трудового договора.

Так, выходные пособия в размерах, устанавливаемых данной нормой, выплачиваются работникам при расторжении трудового договора в связи с ликвидацией организации либо сокращением численности или штата работников организации, а также в связи с отказом работника от перевода на другую работу, необходимого ему в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, либо отсутствием у работодателя соответствующей работы, призывом работника на военную службу или направлением его на заменяющую ее альтернативную гражданскую службу, восстановлением на работе работника, ранее выполнявшего эту работу, отказом работника от перевода на работу в другую местность вместе с работодателем, признанием работника полностью неспособным к трудовой деятельности в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, отказом работника от продолжения работы в связи с изменением определенных сторонами условий трудового договора.

Прекращение трудового договора по соглашению сторон является одним из общих оснований прекращения трудового договора согласно пункту 1 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации.

Трудовой договор может быть в любое время расторгнут по соглашению сторон трудового договора (статья 78 Трудового кодекса Российской Федерации). При прекращении трудового договора по соглашению сторон выплата работнику выходного пособия статьей 178 Трудового кодекса Российской Федерации не предусмотрена.

Вместе с тем, в части 4 статьи 178 Трудового кодекса Российской Федерации содержится положение о том, что трудовым договором или коллективным договором могут предусматриваться другие случаи выплаты выходных пособий, а также устанавливаться повышенные размеры выходных пособий, за исключением случаев, предусмотренных Кодексом.

В пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" обращено внимание на то, что при реализации гарантий, предоставляемых Трудовым кодексом Российской Федерации работникам в случае расторжения с ними трудового договора, должен соблюдаться общеправовой принцип недопустимости злоупотребления правом.

Установленная соглашением о расторжении трудового договора выплата при увольнении работника составила по начислению 2 376 816 руб., в том числе НДФЛ – 307 816 руб., что превышает установленный трудовым договором оклад более чем в 55 раз. При этом в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие экономически обоснованную выплату такого выходного пособия в установленном размере.

Размер спорной выплаты не соответствует действующей у должника системе оплаты труда работников, ввиду отсутствия каких-либо локальных нормативных и распорядительных актов, экономически и юридически обосновывающих данные выплаты, по существу носит произвольный характер, что в совокупности свидетельствует о злоупотреблении сторонами правом при включении подобных условий в трудовой договор.

Герман А.А. ни в суде первой инстанции, ни в суде апелляционной инстанции не обосновала целесообразность принятия должником обязательства по выплате выходного пособия в момент расторжения трудового соглашения в условиях неплатежеспособности, при отсутствии нормативно-правовой базы, устанавливающей обязанность установления должником дополнительных гарантий и компенсаций, связанных с расторжением трудового договора по указанным основаниям, выплаты соответствующего выходного пособия.

Вопреки доводам заявителя апелляционной жалобы, ссылка на длительный период трудовой деятельности в Группе компаний «Крепость» сама по себе не может считаться безусловным основанием для выплаты какой-либо компенсации.

Установление повышенного размера компенсации не является мерой поощрения работника за занятие руководящей должности, длительный стаж или иные успехи в работе, а в соответствии со статьей 178 Трудового кодекса РФ, предусмотрено для защиты трудовых прав работника при расторжении трудового договора.

Принимая во внимание, что судом установлено, что оспариваемая сделка была совершена в условиях неплатежеспособности должника, имела целью причинить вред имущественным интересам кредиторов, об указанных обстоятельствах было известно ответчику, ее заключение повлекло причинение вреда имущественным правам кредиторов, суд верно пришел к выводу, что требования конкурсного управляющего в части признания пункта 3 соглашения от 28.09.2018 о расторжении трудового договора обоснованы и подлежат удовлетворению.

Судом первой инстанции верно учтено, что установление рассматриваемого выходного пособия за выслугу лет были осуществлены в отсутствие каких-либо сведений об увеличении объема должностных обязанностей ответчика или объема работы в пределах прежних функций, либо возложения на работника с указанного срока дополнительных обязанностей. Расторжение трудового договора произведено после возбуждения дела о банкротстве по соглашению сторон, установление дополнительной компенсации в связи с увольнением в отношении ограниченного круга сотрудников, в отсутствие задолженности экономического обоснования вклада сотрудника в получение должником дополнительных доходов либо наличия на предприятии достаточных активов для исполнения обязательств по выплате выходного пособия является необоснованным, экономически нецелесообразным. 

При этом ответчик осуществлял трудовую деятельность на должности заместителя генерального директора по общим вопросам, в связи с чем не мог не знать о наличии финансовых трудностей, последствиях возбуждения в отношении должника процедуры банкротства, при этом увольнение Германа А.А. произведено по обоюдному согласию 30.09.2018 с получением установленной компенсации при увольнении, которая не направлена на возмещение работнику затрат, связанных с исполнением им трудовых или иных обязанностей.

Установление необоснованной излишней выплаты выходного пособия, отсутствие каких-либо локальных нормативных и распорядительных актов, экономически и юридически ее обосновывающих, по существу носит произвольный характер, что в совокупности свидетельствует о злоупотреблении сторонами правом при его установлении. Доказательств соразмерности выходного пособия фонду заработной платы не представлено.

Суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что спорные выплаты произведены в период подозрительности, установленный в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве; заявителем доказана цель оспариваемой сделки - причинение вреда имущественным правам кредиторов, поскольку ООО ПКФ «Крепость» обладало признаком неплатежеспособности на дату начисления и совершения спорных выплат, которые привели к уменьшению конкурсной массы должника, а Герман А.А. не мог не знать о цели причинения такого вреда в силу заинтересованности.

Учитывая изложенное, судебная коллегия находит правомерным вывод суда первой инстанции о том, что конкурсным управляющим доказано наличие оснований для признания оспариваемого дополнительного соглашения от 01.06.2016 № 5 и пункта 3 соглашения о расторжении договора от 28.09.2018 недействительными.

Таким образом, суд первой инстанции правомерно признал дополнительное соглашение от 01.06.2016 № 3 к трудовому договору от 17.11.1999 № № 01-ТД и пункт 3 соглашения от 28.09.2018 о расторжении трудового договора, заключенного между  ООО ПКФ «Крепость» и Германом Александром Александровичем, недействительной сделкой. 

На основании вышеизложенного, суд апелляционной инстанции считает, что по рассматриваемому обособленному спору судом первой инстанции вынесено законное и обоснованное определение в части признания сделки недействительной.

Ссылка ответчика на то, что обоснованность размера выходного пособия, начисленного на основании оспариваемого соглашения, подтверждена вступившим в законную силу решением Советского районного суда г. Красноярска от 10.06.2019 по делу № 2-9439/2019, не принимается, так как при рассмотрении дела и вынесении данного судебного акта положения дополнительного соглашения к трудовому договору и соглашения о расторжении трудового договора на соответствие их специальным нормам Закона о банкротстве не проверялись.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении должником сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

Наличие вступившего в силу решения суда общей юрисдикции не исключает возможности оценки действительности данного соглашения и действий по начислению выходного пособия, исходя из специальных оснований недействительности сделок, установленных действующим законодательством. 

Вывод о действительности соглашений обоснованно сделан судом в аспекте последующих неправомерных действий по начислению выходного пособия.  Право на предъявление конкурсным управляющим заявления о признании спорного условия трудового контракта недействительным связано с наступлением последствий исполнения ничтожного условия и имеет своей целью их устранение, поэтому именно момент начала исполнения указанного условия сделки имеет существенное знание, когда возникает производный от нее тот или иной неправовой результат

Вместе с тем оценив имеющиеся в материалах дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к выводу о необходимости изменения обжалуемого судебного акта в части применения последствий недействительности сделки.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 29 Постановление от 23.12.2010 N 63, если сделка, признанная в порядке главы III.1 Закона о банкротстве недействительной, была исполнена должником и (или) другой стороной сделки, суд в резолютивной части определения о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки (пункт 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.6 и абзац 2 пункта 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве) независимо от того, было ли указание на это в заявлении об оспаривании сделки.

Суд не связан заявленными реституционными требованиями, а должен по результатам рассмотрения обоснованности заявления о признании сделки должника недействительной применить последствия, направленные на восстановление нарушенного права.

Таким образом, применение правильных (соответствующих) реституционных последствий является обязанностью суда, и суд не связан последствиями, о применении которых заявлено конкурсным управляющим, применение адекватных (соотносимых конкретной сделке) реституционных мер не является выходом за пределы заявленных требований.

Оценивая последствия признания сделки недействительной применённые судом первой инстанции, суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

В соответствии с пунктом 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Согласно пункту 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Из материалов дела следует, что вступившим в законную силу заочным решением Советского районного суда г. Красноярска от 10.06.2019 по делу № 2-9439/2019 с ООО ПКФ «Крепость» в пользу Германа А.А. взыскана задолженность по выплате выходного пособия в размере 2 167 913 руб. 83 коп., компенсация за задержку выплаты выходного пособия в размере 238 179 руб. 49 коп., всего 2 406 093 руб. 32 коп.

Требование о взыскании указанных денежных средств удовлетворено судом общей юрисдикции с учетом оспариваемых условий трудового договора и соглашения о расторжении договора.  

Названное решение вступило в законную силу в установленном порядке.

В рамках исполнительного производства (решение № 2-9439/2019) с должника  в пользу Германа А.А. взыскана задолженность в размере 152 619 руб. 57 коп. (85 659 руб. 45 коп. – 27.08.2019, 9 186 руб. – 29.08.2019, 57 744 руб. 12 коп. – 25.10.2019).

Таким образом, из материалов дела и пояснений конкурсного управляющего следует, что из общей суммы в размере 225 784 руб. 75 коп., которая заявлена ко взысканию в порядке применения последствий недействительности сделок, денежные средства в размере 152 620 руб. 07 коп. были перечислены ответчику в рамках исполнительного производства, возбужденного на основании вступившего в силу судебного акта суда общей юрисдикции. Платеж в сумме 73 164 руб. 68 коп. произведен должником в добровольном порядке до обращения в суд общей юрисдикции.

В соответствии с частью 2 статьи 13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу судебные постановления являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, граждан, организаций и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации.

По настоящему спору конкурсным управляющим оспариваются дополнительное соглашение от 01.06.2016 № 5 к трудовому договору от 17.11.1999 № № 01-ТД и пункт 3 соглашения от 28.09.2018 о расторжении трудового договора по основаниям, установленным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, как сделки совершенные во вред имущественным правам кредиторов. 

При этом платежи, произведенные в рамках исполнения названных сделок, предметом самостоятельного оспаривания в настоящем обособленном споре не являлись; требование о возврате указанных денежных средств заявлено исключительно в порядке применения последствий недействительности соответствующих соглашений. Указаний на то, что данные платежи производились в условиях оказания предпочтения одному кредитору перед другими кредиторам, исковое заявление не содержит. 

В соответствии с частью 1 статьи 392 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные постановления, вступившие в законную силу, могут быть пересмотрены по вновь открывшимся или новым обстоятельствам.

Согласно пункту 2 части 4 указанной статьи к новым обстоятельствам относится признание вступившим в законную силу судебным постановлением суда общей юрисдикции или арбитражного суда недействительной сделки, повлекшей за собой принятие незаконного или необоснованного судебного постановления по данному делу. 

Статьей 443 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в случае отмены решения суда, приведенного в исполнение, и принятия после нового рассмотрения дела решения суда об отказе в иске полностью или в части либо определения о прекращении производства по делу или об оставлении заявления без рассмотрения ответчику должно быть возвращено все то, что было с него взыскано в пользу истца по отмененному решению суда (поворот исполнения решения суда).

Решение Советского районного суда г. Красноярска от 10.06.2019 по делу № 2-9439/2019 о взыскании денежных средств принято по трудовому спору, который относится к компетенции соответствующего суда общей юрисдикции. Принимая во внимание специфику указанных отношений, принцип обязательности судебных актов, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что применительно к обстоятельствам настоящего спора и характеру заявленных требований вопрос о возврате уплаченных денежных средств может быть разрешен с учетом правовых механизмов, установленных гражданским процессуальным законодательством. 

Несмотря на то, что арбитражный суд вправе давать оценку действительности указанных соглашений по основаниям, установленным законодательством о несостоятельности, вопрос о фактическом возврате уплаченных денежных средств подлежит разрешению в соответствии с указанными правовыми нормами по итогам пересмотра судом общей юрисдикции акта, принятого по трудовому спору.    

Таким образом, денежные средства, уплаченные в рамках исполнительного производства в сумме 152 620 руб. 07 коп., не подлежат взысканию с должника в порядке применения недействительности указанных выше сделок. Следовательно, в соответствии с пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации с должника могут быть взысканы лишь денежные средства в сумме 73 164 руб. 68 коп., добровольно оплаченные должником.       

Поскольку вопрос о применении последствий недействительности сделки решается судом самостоятельно, суд апелляционной инстанции при проверке обоснованности судебного акта в соответствующей части, исходя из конкретных обстоятельств дела, вправе определить размер и характер имущественного предоставления, которые должны произвести стороны для восстановления нарушенного права и приведение их первоначальное имущественное положение.

Таким образом, по итогам применения последствий недействительности сделки с Германа Александра Александровича в пользу конкурсной массы должника - общества с ограниченной ответственностью Производственно-коммерческая фирма «Крепость» подлежат взысканию денежные средства в размере 73 164 руб. 68 коп.  В остальной части соответствующего требования следует отказать. 

В силу пункта 4 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для изменения или отмены решения арбитражного суда первой инстанции является нарушение или неправильное применение судом первой инстанции норм материального или процессуального права.

С учетом вышеизложенного, на основании пункта 3 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации определение Арбитражного суда Красноярского края  от 19 августа 2020  года по делу №  А33-15259/2018к135 подлежит изменению с изложением резолютивной части в измененной редакции.

В связи с оставлением апелляционной жалобы Германа Александра Александровича по существу заявленных требований без удовлетворения, в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы в сумме 3000 рублей относится на заявителя.

Руководствуясь статьями 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Красноярского края  от 19 августа 2020  года по делу №  А33-15259/2018к135 изменить. Изложить резолютивную часть названного определения в следующей редакции.

Заявленные требования удовлетворить частично. 

Признать недействительной сделкой дополнительное соглашение от 01.06.2016 № 3 к трудовому договору от 17.11.1999 № 01-ТД между обществом с ограниченной ответственностью  Производственно-коммерческая фирма «Крепость» (ИНН 2463014780, ОГРН 1022402471156) и Германом Александром Александровичем. 

Признать недействительным пункт 3 соглашения от 28.09.2018 о расторжении трудового договора от 17.11.1999 № 01-ТД между обществом с ограниченной ответственностью  Производственно-коммерческая фирма «Крепость» (ИНН 2463014780, ОГРН 1022402471156) и Германом Александром Александровичем.

Применить последствия недействительности указанных сделок, взыскать с Германа Александра Александровича в пользу конкурсной массы должника - общества с ограниченной ответственностью Производственно-коммерческая фирма «Крепость» (ИНН 2463014780, ОГРН 1022402471156) денежные средства в сумме 73 164 руб. 68 коп. 

В остальной части требования о применении последствий недействительности сделок отказать. 

Взыскать с Германа Александра Александровича в пользу общества с ограниченной ответственностью Производственно-коммерческая фирма «Крепость» (ИНН 2463014780, ОГРН 1022402471156) 6000 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший определение.

 

Председательствующий

С.Д. Дамбаров

Судьи:

В.В. Радзиховская

 

И.В. Яковенко