АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  КАМЧАТСКОГО КРАЯ

Именем Российской Федерации

 

РЕШЕНИЕ

Дело № А24-3108/2025

г. Петропавловск-Камчатский

02 сентября 2025 года

Резолютивная часть решения объявлена 20 августа 2025 года.

Полный текст решения изготовлен 02 сентября 2025 года.

Арбитражный суд Камчатского края в составе судьи О.Н. Бляхер, при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Е.Р. Беловой, рассмотрев в открытом судебном заседании дело 

по иску общества с ограниченной ответственностью РК «Крутогоровское» 

(ИНН 4101094570ОГРН 1044100641078)

к обществу с ограниченной ответственностью «Дельфин» 

(ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

о взыскании 1 803 179 руб., в том числе: 1 730 000 руб. ущерба в виде стоимости утерянной железной прорези типа СБ-36Б, 73 179 руб. неустойки за период с 02.04.2024 по 29.05.2025, с последующим начислением неустойки с 30.05.20025 по день фактической оплаты денежных средств,

при участии:

от истца: ФИО1 – представитель по доверенности от 18.02.2025 № 20 (сроком до 31.12.2025), диплом;

от ответчика: не явился.

установил:

общество с ограниченной ответственностью РК «Крутогоровское» (далее – истец, ООО РК «Крутогоровское», адрес: 684220, 

<

...>) обратилось в Арбитражный суд Камчатского края с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Дельфин» (далее – ответчик, ООО «Дельфин», адрес: 690012, 

<

...>) о взыскании 1 803 179 руб., в том числе: 1 730 000 руб. ущерба в виде стоимости утерянной железной прорези типа СБ-36Б, 73 179 руб. неустойки за период с 02.04.2024 по 29.05.2025, с последующим начислением неустойки с 30.05.2025 по день фактической оплаты денежных средств.

Требования истца заявлены со ссылками на статьи 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и мотивированы причинением ответчиком ущерба истцу в виде стоимости утерянной железной прорези типа СБ-36Б, о порядке возмещения которого сторонами заключено соглашение о возмещении ущерба от 24.08.2023.

В порядке статьи 136 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) предварительное судебное заседание проводилось в отсутствие ответчика, извещенного о времени и месте слушания дела в соответствии с требованиями статей 121-123 АПК РФ.

До начала заседания от ответчика поступило ходатайство о проведении заседания посредством видеоконференц-связи, отзыв на иск, в котором ответчик просит удовлетворить иск частично, размер неустойки просит снизить согласно статье 333 ГК РФ.

С учетом позднего предоставления ходатайства о проведении заседания посредством видеоконференц-связи суд определением от 20.08.2025 отказал в его удовлетворении. 

Представитель истца просил иск удовлетворить в полном объеме, вопрос о снижении неустойки оставил на усмотрение суда.

С учетом надлежащего извещения сторон, о времени и месте проведения как предварительного судебного заседания, так и разбирательства дела по существу, отсутствия возражений с их стороны о возможности перехода к рассмотрению дела по существу, в соответствии с частью 4 статьи 137 АПК РФ суд завершил предварительное судебное заседание и открыл судебное заседание суда первой инстанции, о чем вынесено соответствующее протокольное определение.

В соответствии со статьей 156 АПК РФ судебное заседание проводилось в отсутствие ответчика.

Истец в судебном заседании поддержал изложенную ранее правовую позицию, просил иск удовлетворить.

Исследовав материалы дела и оценив представленные доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, 12.04.2023 ООО РК «Крутогоровкое» (участник-1) и ООО «Дельфин» (участник-2) подписали договор № 62 о совместной деятельности в форме совместно осуществляемых операций по добыче и переработке уловов водных биологических ресурсов и производству рыбной и иной продукции из уловов водных биоресурсов, по условиям которого участники приняли обязательство путем объединения вкладов создать законченный цикл добычи и переработки уловов водных биологических ресурсов, а также производства и хранения рыбной и иной продукции из водных биологических ресурсов.

В пункте 1.2 договора стороны установили, что является вкладами участников.

Вкладом участника-2, в том числе, является перерабатывающее судно СРТМ-к «Ленск» принадлежащее участнику-2 (приемное судно участника-2), укомплектованное необходимыми производственными и холодильными мощностями, а также предусмотренной нормативными правовыми актами РФ документацией, оборудованием и снабжением, требуемым для приемки и переработки уловов.

Согласно рапорту капитана МРС-150 321 ООО РК «Крутогоровское» 21.07.2023 железная прорезь типа СБ-36Б была поставлена с рыбой под борт СРТМ-к «Ленск» и в связи с ухудшением погодных условий была оставлена на хранение и стоянку под бортом СРТМ-к «Ленск». 23.07.2023 капитаном ООО РК «Крутогоровкое» от отдела добычи получена информация, что оставленная прорезь была утеряна.

24.08.2023 ООО РК «Крутогоровское» (именуемое – потерпевшая сторона) и ООО «Дельфин» (именуемое – причинитель вреда), подписали соглашение о возмещении ущерба, по условиям которого причинитель вреда обязуется добровольно и в полном объеме возместить потерпевшей стороне убытки, возникшие в результате утери железной прорези типа СБ-36Б, которая была поставлена 21.07.2023 с рыбой под борт СРТМ-к «Ленск» причинителю вреда в рамках исполнения договора № 62 о совместной деятельности в форме совместно осуществляемых операций по добыче и переработке уловов водных биологических ресурсов и производству рыбной и иной продукции из уловов водных биоресурсов от 12.04.2023, по условиям которого участники обязуются путем объединения вкладов создать заключенный цикл добычи и переработки уловов водных биологических ресурсов, а также производства и хранения рыбной и иной продукции из водных биологических ресурсов.

Вкладом участника-1 (ООО «Крутогоровское») является: профессиональные знания, навыки и опыт по добыче водных биологических ресурсов, квалифицированный персонал, промысловое оборудование и вооружение, техника, управление и организация труда в период лососевой путины 2023 года на рыбопромысловых участках, предоставленных участнику-1.

Вкладом участника-2 является: профессиональные знания, навыки, умения и опыт по обработке и переработке уловов водных биоресурсов и производству и хранению рыбной и иной продукции, управление я организация труда, квалифицированный персонал, перерабатывающее судно: СРТМ-к «Ленск» принадлежащее участнику- 2.

В пункте 1.2 соглашения стороны пришли к соглашению о том, что причинитель вреда изготавливает новую железную прорезь типа СБ-36Б, аналогичную утерянной на основании представленного потерпевшей стороной технического проекта (приложение № 1). Изготовленная железная прорезь типа СБ-36Б должна соответствовать всем техническим требованиям.

В пункте 1.3 соглашения установлено, что изготовленная прорезь должна быть передана потерпевшей стороне не позднее 31.03.2024. Место передачи прорези – морской порт города Петропавловск-Камчатского.

В соответствии с пунктом 1.4 соглашения в случае, если причинитель вреда не изготовит и не передаст потерпевшей стороне железную прорезь типа СБ-36Б в установленный срок, указанный в пункте 1.3 соглашения, то причинитель вреда обязан возместить потерпевшей стороне рыночную стоимость железной прорези типа СБ-36Б, так как согласно Постановлению Пленума Верховного суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь ввиду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права.

Согласно пункту 1.5 соглашения за нарушение сроков, указанных в пункте 1.3 соглашения исполнения своих обязательств причинитель вреда уплачивает потерпевшей стороне неустойку в размере 0,01% от рыночной стоимости железной прорези типа СБ-36Б.

Как следует из иска, ООО «Дельфин» железную прорезь типа СБ-36Б в установленный договором срок (31.03.2024) не изготовил, в адрес ООО РК «Крутогоровское» не представил.

Согласно коммерческому предложению ООО «Судоремстрой» цена изготовления прорези «морская тип 36Б» до 31.12.2024 составила 1 730 000 руб.

В соответствии с инвентарной карточкой учета объекта основных средств ООО РК «Крутогоровское» от 03.06.2025 № 00-000329 балансовая стоимость морской прорези составила 1 299 685,87 руб.

Претензиями от 05.11.2024 № 300, от 03.06.2025 № 166 истец обратился к ответчику с требованиями возместить причиненный ущерб в соответствии с условиями соглашения о возмещении ущерба от 24.08.2023 и данными о цене изготовления прорези «морская тип 36Б» в коммерческом предложении ООО «Судоремвосток».

Поскольку ООО «Дельфин» условия заключенного сторонами соглашения о возмещении ущерба от 24.08.2023, а также требования претензий ООО РК «Крутогоровское» не исполнило, истец обратился в суд с рассматриваемым иском.

По общему правилу, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1 статьи 15 ГК РФ). Возмещение убытков в полном размере означает, что в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом.

Пунктом 1 статьи 1064 ГК РФ установлено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии с пунктом 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). Основаниями для удовлетворения требования о взыскании убытков является доказанность фактов причинения убытков, их размера, противоправности поведения причинителя убытков, причинно-следственной связи между поведением указанного лица и наступившими убытками.

Разъяснения относительно порядка применения положений статьи 15 ГК РФ приведены в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25) и от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – Постановление № 7).

В частности, согласно пункту 12 Постановления № 25 по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). 

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков (абзац третий пункта 12 Постановления № 25, пункт 5 Постановления № 7).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению (абзац второй пункта 12 Постановления № 25). Аналогичное правило закреплено также в пункте 4 Постановления № 7.

По смыслу статей 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (пункт 5 Постановления № 7).

Согласно пункту 2 статьи 307 ГК РФ обязательства возникают из договоров и других сделок, вследствие причинения вреда, вследствие неосновательного обогащения, а также из иных оснований, указанных в настоящем Кодексе.

В силу пункта 1 статьи 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами (пункт 2 статьи 421 ГК РФ).

В соответствии со статьями 309, 314 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона в течение предусмотренного законом или обязательством периода времени.

В рассматриваемом случае возникновение 1 730 000 руб. убытков, составляющих стоимость изготовления железной прорези типа СБ-36Б, истец связывает с зафиксированным соглашением сторон о возмещении ущерба от 24.08.2023 фактом утраты по вине ООО «Дельфин» железной прорези типа СБ-36Б, принадлежавшей ООО РК «Крутогоровское» при осуществлении сторонами совместной деятельности в рамках заключенного ими договора о совместной деятельности от 12.04.2023 № 62.

Соглашением о возмещении ущерба от 24.08.2023 стороны установили факт причинения вреда ООО РК «Крутогоровкое», установили порядок его возмещения ООО «Дельфин» путем изготовления аналогичной морской прорези и передачи ее истцу, а также установили срок для передачи прорези – 31.03.2024.

На случай неисполнения обязательства в натуре, стороны предусмотрели в пункте 1.4 соглашения от 24.08.2023 обязанность ООО «Дельфин» возместить ООО РК «Крутогоровское» рыночную стоимость железной прорези типа СБ-36Б.

Размер ущерба 1 730 000 руб.  определен  истцом согласно коммерческому предложению ООО «Судоремстрой» о цене изготовления морской прорези типа 36Б, действующей до 31.12.2024.

Ответчик доказательств исполнения условий соглашения о возмещении ущерба от 24.08.2023 в части изготовления и передачи истцу железной прорези типа СБ-36Б, аналогичной утерянной, либо возмещения рыночной стоимости такой прорези, суду не представил.

 Возражая против иска, ответчик, не оспаривая факта причинения ущерба истцу путем утери  железной прорези типа СБ-36Б, принадлежавшей истцу, не оспаривая размер причиненного ущерба в сумме 1 730 000 руб., полагает, что требования истца являются обоснованными в части, поскольку в утере спорной прорези имеется вина обеих сторон, в связи с чем сумма подлежащего взысканию ущерба, по мнению ответчика, должна быть уменьшена до 865 000 руб., то есть 50 % от суммы 1 730 000 руб.

Вместе с тем данные возражения судом отклоняются как необоснованные с учетом предмета исковых требований, заявленных истцом исходя из условий заключенного сторонами соглашения о возмещении ущерба от 24.08.2023, определяющего причинителем вреда именно ответчика, и не устанавливающего обоюдную ответственность сторон.

Соглашение о возмещении ущерба от 24.08.2023 подписано уполномоченными представителями сторон, сведений о его недействительности, в том числе в силу признания соглашения недействительным судом, не имеется.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу об обоснованности требования истца о взыскании с ответчика 1 730 000 руб. ущерба, соответствующего положениям статей 309, 314, 421 ГК РФ, условиям соглашения о  возмещении ущерба от 24.08.2023.

Поскольку ответчик доказательств уплаты истцу 1 730 000 руб. ущерба, либо доказательств исполнения обязательства в натуре путем изготовления и передачи истцу прорези железной типа СБ-36Б, суду не представил, ущерб в сумме 1 730 000 руб. подлежит взысканию с ООО «Дельфин» в пользу ООО РК «Крутогоровское» в полном объеме.

Рассмотрев требование истца о взыскании с ответчика 73 179 руб. неустойки за период с 02.04.2024 по 29.05.2025, с последующим начислением неустойки с 30.05.2025 по день фактической оплаты денежных средств, суд приходит к следующему.

Согласно пункту 1 статьи 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

В соответствии с пунктом 1.5 соглашения за нарушение сроков, указанных в пункте 1.3 соглашения исполнения своих обязательств причинитель вреда уплачивает потерпевшей стороне неустойку в размере 0,01% от рыночной стоимости железной прорези типа СБ-36Б.

В пункте 1.3 соглашения установлено, что изготовленная прорезь должна быть передана потерпевшей стороне не позднее 31.03.2024. 

Факт нарушения ответчиком срока изготовления и передачи истцу прорези судом установлен.

Согласно разъяснениям пункта 68 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» окончание срока действия договора не влечет прекращение всех обязательств по договору, в частности обязанностей сторон уплачивать неустойку за нарушение обязательств, если иное не предусмотрено законом или договором (пункты 3, 4 статьи 425 ГК РФ).

В силу разъяснений пункта 65 указанного Постановления по смыслу статьи 330 ГК РФ, истец вправе требовать присуждения неустойки по день фактического исполнения обязательства (в частности, фактической уплаты кредитору денежных средств, передачи товара, завершения работ). 

С учетом изложенного требование о взыскании с ответчика неустойки за период с 02.04.2024 по 29.05.2025 с последующим начислением неустойки с 30.05.2025 по день фактической оплаты ущерба заявлено истцом правомерно.

Проверив расчет 73 179 руб. неустойки суд признает его верным.

Ответчик доказательств оплаты истцу 73 179 руб. неустойки суду не представил.

Ответчик заявил о чрезмерности неустойки, ходатайствовал о ее снижении в порядке статьи 333 ГК РФ.

В силу пунктов 1, 2 статьи 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. 

Снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды.

Аналогичные разъяснения приведены в пунктах 71, 73, 75, 77 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – Постановление № 7), где также указано, что если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 ГК РФ). 

Исходя из правовой позиции, выраженной в Определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2000 № 263-О, от 14.03.2001 № 80-О, предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, то есть, по существу, - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в части первой статьи 333 ГК РФ речь идет не о праве суда, а, по существу, о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

Степень соразмерности заявленной истцом неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, в силу чего суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела, как того требуют положения статьи 71 АПК РФ. При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования.

Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 65 АПК РФ). Критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение неустойки суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательства; длительность неисполнения обязательства и так далее (пункт 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.07.1997 № 17 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации»). Кроме того, разрешая вопрос о соразмерности неустойки последствиям нарушения денежного обязательства и с этой целью определяя величину, достаточную для компенсации потерь кредитора, суд может исходить из двукратной учетной ставки (ставок) Банка России, существовавшей в период такого нарушения (абзаца второй пункта 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации», далее – Постановление № 81).

Доказательствами обоснованности размера неустойки могут служить, в частности, данные о среднем размере платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, либо платы по краткосрочным кредитам, выдаваемым физическим лицам, в месте нахождения кредитора в период нарушения обязательства, а также о показателях инфляции за соответствующий период (пункт 75 Постановления № 7).

Бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика (пункт 73 Постановления № 7), который, заявляя ходатайство о применении статьи 333 ГК РФ, должен представить доказательства, подтверждающие явную несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства.

В свою очередь, возражая против заявления об уменьшении размера неустойки, кредитор вправе представлять доказательства того, какие последствия имеют подобные нарушения обязательства для кредитора, действующего при сравнимых обстоятельствах разумно и осмотрительно, например, указать на изменение средних показателей по рынку (пункт 74 Постановления № 7).

Из системного анализа приведенных правовых норм и разъяснений следует, что основанием для снижения в порядке статьи 333 ГК РФ предъявленной к взысканию неустойки (штрафа) может быть только ее явная несоразмерность последствиям нарушения обязательства.

Учитывая компенсационный характер гражданско-правовой ответственности, под соразмерностью суммы неустойки последствиям нарушения обязательства ГК РФ предполагает выплату кредитору такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом.

Таким образом, снижение размера неустойки в каждом конкретном случае является одним из предусмотренных законом правовых способов, которыми законодатель наделил суд в целях недопущения явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства. Возложение законодателем на суды решения вопроса об уменьшении размера неустойки при ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательств вытекает из конституционных прерогатив правосудия, которое по своей сути признается таковым, поскольку отвечает требованиям справедливости.

При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования.

Кроме того, необходимо учитывать, что в соответствии с положениями пункта 1 статьи 421 ГК РФ юридические лица и граждане свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422 ГК РФ). Согласно пункту 1 статьи 425 ГК РФ договор вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента его заключения.

В рассматриваемом случае неустойка в размере 0,01% от рыночной стоимости железной прорези типа СБ-36Б применена истцом в соответствии с условиями соглашения от 24.08.2023, заключенного сторонами по взаимному согласию. Указанный размер неустойки соответствует обычно применяемому в деловом обороте и не выходит за рамки требований разумности и справедливости. 

Названные обстоятельства свидетельствует о выполнении неустойкой своих функций как способа обеспечения исполнения обязательства и меры гражданско-правовой ответственности, что не нарушает баланс интересов должника и кредитора, стимулируя должника к правомерному поведению, в то же время, не позволяя кредитору получить несоразмерное удовлетворение за нарушенное право.

При этом ответчик, заявляя о несоразмерности начисленной неустойки последствиям нарушения обязательства, вопреки положениям статьи 65 АПК РФ, не представил в материалы дела соответствующие доказательства, а уменьшение суммы неустойки в отсутствие доказательств ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательств не соответствует принципу соблюдения баланса интересов сторон и ставит одну сторону процесса в преимущественное положение по отношению к другой стороне.

С учетом изложенного суд не находит правовых оснований для применения положений статьи 333 ГК РФ, в связи с чем требование истца о взыскании с ответчика 73 179 руб. неустойки за период с 02.04.2024 по 29.05.2025, с последующим начислением неустойки с 30.05.2025 по день фактической оплаты денежных средств подлежит удовлетворению в полном объеме.

В силу статьи 110 АПК РФ, поскольку иск удовлетворён, расходы истца по уплате государственной пошлины в сумме 79 095 руб. относятся на ответчика и подлежат взысканию с него в пользу истца.

Руководствуясь статьями 110, 167–171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

иск удовлетворить.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Дельфин» в пользу общества с ограниченной ответственностью РК «Крутогоровское» 1 730 000 руб. ущерба, 73 179 руб. неустойки и 79 095 руб. расходов по уплате государственной пошлины, всего – 1 882 274 руб.

Производить взыскание неустойки с общества с ограниченной ответственностью «Дельфин» в пользу общества с ограниченной ответственностью РК «Крутогоровское» за каждый день просрочки платежа, начиная с 30.05.2025 по день фактической оплаты долга, исходя из суммы долга 1 730 000 руб. (либо его оставшейся части) и ставки 0,01% в день.

Решение может быть обжаловано в Пятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Камчатского края в срок, не превышающий одного месяца со дня принятия решения, а также в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы. 

Судья                                                                            О.Н. Бляхер