407/2018-76511(2) 

ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А41-51834/15

17 августа 2018 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 14 августа 2018 года  Постановление изготовлено в полном объеме 17 августа 2018 года  

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи Немчиновой М.А., судей: Пивоваровой Л.В., Семушкиной В.Н. при ведении протокола судебного заседания ФИО1, при участии в заседании: от истца Хёнде Мотор Компани – ФИО2 представитель по доверенности от 15 декабря 2017 года, 

от ответчика Общества с ограниченной ответственностью «Автологистика» –  представитель не явился, извещен.  

от третьих лиц Домодедовской таможня, ЭмЭкс ДВС-ЛЛС, Федеральной  антимонопольной службы России – представители не явились, извещены надлежащим  образом,  

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу Общества с ограниченной  ответственностью «АВТОлогистика» на решение Арбитражного суда Московской  области от 15 июня 2018 года по делу № А41-51834/15, принятое судьей Кочергиной  Е.В., по иску «Хёнде Мотор Компани» к Обществу с ограниченной ответственностью  «Автологистика» о защите исключительных прав на товарный знак и взыскании  денежных средств, третьи лица – Домодедовская таможня, ЭмЭкс ДВС-ЛЛС,  Федеральная антимонопольная служба России,  

УСТАНОВИЛ:

Хендэ Мотор Компани (далее – истец) обратилась в Арбитражный суд  Московской области с иском (с учетом уточнений, принятых судом в порядке статьи 49  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) к Обществу с  ограниченной ответственностью «АВТОлогистика» (далее - ответчик), в котором  просила:  

– запретить ответчику без разрешения Хёндэ Мотор Компани использовать  товарные знаки, зарегистрированные по свидетельствам № 98414, № 87351, № 425986,   № 425985, № 444415, № 108813, № 151190, № 167883 в отношении товаров, для  которых данные товарные знаки зарегистрированы, в том числе осуществлять ввоз,  предложение к продаже, продажу или иное введение в гражданский оборот на  территории Российской Федерации, а также перевозку или хранение с этой целью  указанных товаров;  

– взыскать с ответчика в пользу истца денежную компенсацию в размере 70 000  руб. за нарушение исключительного права на товарные знаки «HYUNDAI» и ,  зарегистрированные по свидетельствам Российской Федерации № 98414, 87351, 425986,  425985, 444415, 108813, 151190, 167883.  

Решением Арбитражного суда Московской области от 09 марта 2017 года,  оставленным без изменения Постановлением Десятого арбитражного апелляционного  суда от 30 июня 2017 года, с ответчика в пользу истца взыскана компенсация за  нарушение исключительных прав на товарный знак в размере 70 000 руб., расходы по  уплате государственной пошлины в размере 2 800 руб., в удовлетворении остальной  части исковых требований Компании Хендэ Мотор Компани отказано.  

Постановлением Суда по интеллектуальным правам от 15 ноября 2017 года  решение Арбитражного суда Московской области от 09 марта 2017 года и  постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 30 июня 2017 года  отменены, дело направлено на новое рассмотрение.  

В своем постановлении Суд по интеллектуальным правам указал на то, что при  новом рассмотрении дела необходимо установить, являются ли ввезенные ответчиком  товары и товары истца, однородными товарами; присутствует ли принцип сходства до  степени смешения товарных знаков; определить способ нарушения прав на товарные  знаки и их количество, размер компенсации.  

Решением Арбитражного суда Московской области от 14 июня 2018 года с  ответчика в пользу истца взыскана компенсация за нарушение исключительных прав на  товарный знак в размере 70 000 руб., расходы по уплате государственной пошлины в  размере 2 800 руб.; в удовлетворении остальной части исковых требований отказано  (л.д. 17-21 т.14).  

К участию в дело в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных  требований относительно предмета спора, привлечены Домодедовская таможня, ЭмЭкс  ДВС-ЛЛС, Федеральная антимонопольная служба России.  

Не согласившись с данным судебным актом, ответчик обратился в Десятый  арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, ссылаясь на неполное  выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела.  

Законность и обоснованность принятого судом первой инстанции решения  проверены арбитражным апелляционным судом в порядке статей 266, 268  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).  

Дело рассмотрено в соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие представителей третьих  лиц, извещенных надлежащим образом о дате и времени судебного заседания.  

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству вместе с  соответствующим файлом размещена в информационно-телекоммуникационной сети  Интернет на сайте Десятого арбитражного апелляционного суда (www.10aas.arbitr.ru) и  на сайте (www.arbitr.ru) в соответствии положениями части 6 статьи 121 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от  27 июля 2010 года № 228-ФЗ, вступившего в силу 01 ноября 2010 года).  

В судебном заседании арбитражного апелляционного суда представитель  ответчика поддержал доводы апелляционной жалобы в полном объеме, просил решение  суда отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.  

Представитель истца возражал против доводов апелляционной жалобы в полном  объеме, просил решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без  удовлетворения.  

Выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, исследовав и  оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела письменные доказательства,  апелляционный суд не находит оснований для отмены решения суда первой инстанции.  

Как следует из материалов дела, истец является правообладателем товарных  знаков, зарегистрированных Роспатентом по свидетельствам №№ 98414, 87351, 425986,  425985, 444415, 108813, 151190, 167883.  

Согласно свидетельствам о регистрации товарных знаков, правовая охрана по  товарным знакам №№ 167883, 151190, 108813 по состоянию на даты ввоза товаров на  территорию РФ ответчиком была предоставлена в отношении транспортных средств,  частей и принадлежностей к ним, включенным в 12-ый класс МКТУ; правовая охрана  по товарному знаку № 87351 предоставлена в отношении автомобилей, включенных в  12-ый класс МКТУ; по товарному знаку № 444415 - в отношении отдельных запасных  частей и принадлежностей к автомобилям, включенных в 11 -ый класс МКТУ; по  товарному знаку № 98414 - в отношении автомобилей, включенных в 12-ый класс  МКТУ; по товарным знакам №№ 425986, 425985 - в отношении отдельных запасных  частей и принадлежностей для автомобилей, включенных соответственно в 09-ый и 11- ый классы МКТУ.  

Истец указал, что ответчик не является лицом, уполномоченным ввозить товары,  маркированные товарным знаком «HYUNDAI», на территорию Российской Федерации  и не давал своего согласия ответчику на использование товарного знака «HYUNDAI»  каким-либо способом, в том числе путем ввоза товаров - автомобильных запасных  частей - на территорию Российской Федерации.  

По мнению истца, действия ответчика по использованию товаров,  маркированных товарным знаком истца нарушают его исключительное право, что  явилось основанием для обращения в суд с рассматриваемым иском.  

Согласно части 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой  своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке,  установленном названным Кодексом.  

На основании статьи 1225 ГК РФ товарный знак является результатом  интеллектуальной деятельности и приравненным к нему средством индивидуализации,  которым предоставлена правовая охрана.  

В силу пункта 1 статьи 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение,  служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных  

предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством  на товарный знак (статья 1481 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

В соответствии с частью 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо,  обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или  на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат  или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.  Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат  интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если  ГК РФ не предусмотрено иное.  

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим  лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства  индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).  

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной  деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за  исключением случаев, предусмотренных названным кодексом. Использование  результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, если такое  использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и  влечет ответственность.  

Согласно статье 1484 ГК РФ исключительное право на товарный знак может быть  осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых  товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на  товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся,  предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или  иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации,  либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской  Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с  введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о  выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в  сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации.  

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его  товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых  

товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого  использования возникнет вероятность смешения.  

Характерной особенностью правового режима использования товарного знака  является почти полное отсутствие ограничений исключительного права  правообладателя, при этом единственным таким ограничением является указание об  исчерпании исключительного права (статья 1487 Гражданского кодекса Российской  Федерации), в соответствии с которым не является нарушением исключительного права  на товарный знак использование этого знака другими лицами в отношении товаров,  которые были введены в гражданский оборот на территории Российской Федерации  непосредственно правообладателем или с его согласия.  

Согласно подпункту 3 пункта 1 статьи 4 Таможенного кодекса Таможенного  союза (далее – ТК ТС) под ввозом товаров на таможенную территорию таможенного  союза понимается совершение действий, связанных с пересечением таможенной  границы, в результате которых товары прибыли на таможенную территорию  таможенного союза любым способом, включая пересылку в международных почтовых  отправлениях, использование трубопроводного транспорта и линий электропередачи, до  их выпуска таможенными органами.  

В постановлении Пленума ВАС РФ от 17 февраля 2011 года № 11 «О некоторых  вопросах применения Особенной части Кодекса Российской Федерации об  административных правонарушениях» судам были даны разъяснения относительно того,  что следует считать ввозом товара и с какого моменте следует считать его оконченным.  

Согласно правовой позиции изложенной в Пленуме ВАС РФ, под ввозом товаров  на таможенную территорию Российской Федерации понимается совершение действий,  связанных с фактическим пересечением товарами таможенной границы, и все  последующие действия с этими товарами до их выпуска таможенными органами.  Правонарушение является оконченным с момента перемещения товаров, содержащих  незаконное воспроизведение товарного знака или сходных с ним обозначений, через  таможенную границу Российской Федерации и подачи таможенному органу таможенной  декларации и (или) документов, необходимых для помещения товаров под таможенную  процедуру, условия которой предполагают возможность введения этих товаров в оборот  на территории Российской Федерации.  

Как следует из материалов дела, а именно: таможенных деклараций, уведомлений  

Домодедовской таможни о приостановлении выпуска товаров № 34-16/01193 от 22  января 2015 года, № 35-0111/454 от 13 февраля 2015 года, № 35-01-11/580 от 23 февраля  2015 года, № 34-16/06245 от 26 февраля 2015 года, № 34-16/06539 от 27 февраля 2015  года, № 34-16/06371 от 27 февраля 2015 года, № 34-16/07678 от 06 марта 2015 года с  приложенными к ним фотографиями, актов таможенного досмотра ответчиком в период  с 17 января 2015 года по 03 марта 2015 года по семи авианакладным через таможенный  пост в аэропорту «Домодедово» осуществлен ввоз на территорию Российской  Федерации различных запасных частей и принадлежностей для автомобилей.  

При исследовании вышеперечисленных уведомлений таможенного органа, актов  таможенного досмотра и фотоприложений к ним судом установлено, что на товарах,  ввезенных ответчиком на территорию Российской Федерации по таможенным  декларациям №№ 10002010/220215/0008662, 10002010/240215/0008936,  10002010/110215/0006486, 10002010/170115/0001805, 10002010/150215/0007236,  имеются словесные обозначения «HYUNDAI», а также графические изображения на  товарах, ввезенных ответчиком на территорию Российской Федерации по таможенным  декларациям №№ 10002010/230215/0008745 и 10002010/030315/0010264 имеются  графические изображения.  

Согласно пункту 13 Информационного письма Президиума Высшего  Арбитражного суда РФ от 13 декабря 2007 года № 122 «Обзор практики рассмотрения  арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об  интеллектуальной собственности» вопрос о сходстве до степени смешения обозначений  является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без  проведения экспертизы.  

В соответствии с пунктом 41 Правил составления, подачи и рассмотрения  документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий  по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных  знаков, утвержденных Приказом Минэкономразвития России № 482 от 20 июля 2015  года (далее – Правила № 482), обозначение считается тождественным с другим  обозначением (товарным знаком), если оно совпадает с ним во всех элементах.  Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением  (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные  

отличия. Сходство обозначений для отдельных видов обозначений определяется с  учетом требований пунктов 42 - 44 настоящих Правил.  

В силу пункта 42 Правил № 482 словесные обозначения сравниваются со  словесными обозначениями и с комбинированными обозначениями, в композиции  которых входят словесные элементы.  

Сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим),  графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам, а именно: 1)  звуковое сходство определяется на основании следующих признаков: наличие близких  и совпадающих звуков в сравниваемых обозначениях; близость звуков, составляющих  обозначения; расположение близких звуков и звукосочетаний по отношению друг к  другу; наличие совпадающих слогов и их расположение; число слогов в обозначениях;  место совпадающих звукосочетаний в составе обозначений; близость состава гласных;  близость состава согласных; характер совпадающих частей обозначений; вхождение  одного обозначения в другое; ударение; 2) графическое сходство определяется на  основании следующих признаков: общее зрительное впечатление; вид шрифта;  графическое написание с учетом характера букв (например, печатные или письменные,  заглавные или строчные); расположение букв по отношению друг к другу; алфавит,  буквами которого написано слово; цвет или цветовое сочетание; 3) смысловое сходство  определяется на основании следующих признаков: подобие заложенных в обозначениях  понятий, идей (в частности, совпадение значения обозначений в разных языках);  совпадение одного из элементов обозначений, на который падает логическое ударение и  который имеет самостоятельное значение; противоположность заложенных в  обозначениях понятий, идей.  

Признаки, указанные в настоящем пункте, учитываются как каждый в  отдельности, так и в различных сочетаниях.  

Словесное обозначение «HYUNDAI», размещенное на товарах, ввезенных  ответчиком на территорию РФ по таможенным декларациям №№  10002010/220215/0008662, 10002010/240215/0008936, 10002010/110215/0006486,  10002010/170115/0001805, 10002010/150215/0007236, тождественно словесному  обозначению «HYUNDAI», зарегистрированному в качестве товарного знака истца по  свидетельствам РФ №№ 444415 и 87351.  

Указанные обозначения тождественны фонетически (имеют идентичное звучание  при произнесении), тождественны графически (воспроизведены посредством  использования идентичной последовательности идентичных буквенных символов и  зрительно воспринимаются как одно и то же слово), тождественны семантически  (поскольку обозначают понятие, определяющее наименование широко известного  потребителям производителя автомобилей, частей и принадлежностей к ним).  

Словесное обозначение «HYUNDAI», размещенное на товарах, ввезенных  ответчиком на территорию РФ, также сходно до степени смешения со словесными  обозначениями «HYUNDAI Н-1», «HYUNDAI COUPE», «HMC HYUNDAI»,  зарегистрированными в качестве товарных знаков истца по свидетельствам РФ №№  167883, 151190 и 108813, основным элементом которых является слово «HYUNDAI».  

Доминирующий элемент обозначений «HYUNDAI Н-1», «HYUNDAI COUPE»,  «HMC HYUNDAI» - слово «HYUNDAI», как уже было отмечено выше, фонетически,  графически и семантически тождественно словесному обозначению «HYUNDAI»,  азмещенному на товарах, ввезенных ответчиком на территорию РФ.  

Таким образом, ответчиком по таможенным декларациям №№  10002010/220215/0008662, 10002010/240215/0008936, 10002010/110215/0006486,  10002010/170115/0001805, 10002010/150215/0007236 осуществлен ввоз на территорию  Российской Федерации товаров, маркированных обозначениями «HYUNDAI»,  тождественными или сходными до степени смешения с товарными знаками истца,  зарегистрированными по свидетельствам РФ №№ 444415, 87351 (обозначение  «HYUNDAI»), 167883, 151190, 108813 (основное обозначение «HYUNDAI»).  

Согласно пункту 43 Правил № 482 изобразительные и объемные обозначения  сравниваются с изобразительными, объемными и комбинированными обозначениями, в  композиции которых входят изобразительные или объемные элементы.  

Сходство изобразительных и объемных обозначений определяется на основании  следующих признаков: 1) внешняя форма; 2) наличие или отсутствие симметрии; 3)  смысловое значение; 4) вид и характер изображений (натуралистическое,  стилизованное, карикатурное и тому подобное); 5) сочетание цветов и тонов.  

Признаки, указанные в настоящем пункте, учитываются как каждый в  отдельности, так и в различных сочетаниях.  

Графическое обозначение размещенное на товарах, ввезенных ответчиком на  территорию РФ по таможенным декларациям №№ 10002010/220215/0008662,  10002010/240215/0008936, 10002010/110215/0006486, 10002010/170115/0001805,  10002010/150215/000723 6 10002010/23 0215/0008745, 10002010/03 0315/0010264,  тождественно графическому обозначению , зарегистрированному в качестве товарного  знака истца по свидетельствам РФ №№ 98414, 425986 и 425985.  

Указанные выше графические обозначения имеют идентичную внешнюю форму,  визуально представляют собой идентичные стилизованные изображения наклонной  заглавной буквы «Н», вписанной в овал, идентичны с точки зрения симметрии и  ассоциируются с понятием, определяющим наименование широко известного  потребителям производителя автомобилей, частей и принадлежностей к ним.  

Таким образом, ответчиком по таможенным декларациям №№  10002010/220215/0008662, 10002010/240215/0008936, 10002010/110215/0006486,  10002010/170115/0001805, 10002010/150215/0007236 10002010/230215/0008745,  

10002010/030315/0010264 осуществлен ввоз на территорию Российской Федерации  товаров, маркированных обозначениями тождественными товарным знакам Истца,  

зарегистрированным по свидетельствам РФ №№ 98414, 425986 и 425985. 

Исходя из вышесказанного, исследовав обозначения, имеющиеся на ввезенных  ответчиком на территорию РФ товарах, сопоставив их с обозначениями, имеющими  правовую охрану на основании зарегистрированных за истцом товарных знаков, суд  приходит к выводу о доказанности факта размещения на товарах, ввезенных  ответчиком на территорию РФ по таможенным декларациям №№  10002010/220215/0008662, 10002010/240215/0008936, 10002010/110215/0006486,  10002010/170115/0001805, 10002010/150215/0007236 10002010/230215/0008745,  10002010/030315/0010264 обозначений «HYUNDAI» или тождественных или сходных  до степени смешения обозначениям «HYUNDAI» или охраняемым на территории РФ в  качестве товарных знаков истца, зарегистрированных по свидетельствам РФ № 98414,   № 87351, № 425986, № 425985, № 444415, № 108813, № 151190, № 167883.  

Также суд установил, что товарные знаки №№ 167883, 151190, 108813, основным  элементом которых является обозначение «HYUNDAI», по состоянию на даты  совершения ответчиком нарушений (17 января 2015 года – 03 марта 2015 года) были  

зарегистрированы в отношении транспортных средств, частей и принадлежностей к  ним, включенных в 12-ый класс МКТУ.  

Товарный знак «HYUNDAI», зарегистрированный по свидетельству РФ № 87351,  охраняется в отношении автомобилей, включенных в 12-ый класс МКТУ, а  представляющий собой аналогичное обозначение «HYUNDAI» товарный знак №  444415 охраняется в отношении отдельных запасных частей и принадлежностей к  автомобилям, включенных в 11 -ый класс МКТУ.  

Товарный знак зарегистрированный по свидетельству РФ № 98414, охраняется в  отношении автомобилей, включенных в 12-ый класс МКТУ; представляющие собой  аналогичные обозначения товарные знаки №№ 425986, 425985 охраняются в  отношении отдельных запасных частей и принадлежностей для автомобилей,  включенных соответственно в 09-ый и 11-ый классы МКТУ.  

Суд приходит к выводу, что при определении круга товаров, в отношении  которых охраняются обозначения «HYUNDAI» и зарегистрированные по  свидетельствам РФ №№ 98414, 87351, 425986, 425985, 444415, 108813, 151190, 167883,  следует исходить из того, что автомобили и запчасти к ним являются однородными  товарами, в силу чего правовая охрана товарных знаков «HYUNDAI» и  зарегистрированных по свидетельствам РФ №№ 98414, 87351, 425986, 425985, 444415,  108813, 151190, 167883, на даты ввоза ответчиком товаров, маркированных  соответствующими обозначениями, распространялась как на автомобили с  соответствующей маркировкой, так и на содержащие такую маркировку запчасти к ним.  

При этом пунктом 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован  товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования  товарного знака в соответствии со ст. 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону  способом (исключительное право на товарный знак).  

В соответствии с пунктом 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без  разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении  товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или  однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность  смешения.  

Таким образом, объем правовой охраны товарного знака определяется с учетом  критерия однородности товаров, которые указаны в свидетельстве на товарный знак, с  теми товарами, которые вводятся в оборот другим лицом.  

Понятие однородности товаров, а также методика определения однородности  товаров закреплены в Приказе № 482 и Методических рекомендациях по определению  однородности товаров и услуг при экспертизе заявок на государственную регистрацию  товарных знаков и знаков обслуживания, утвержденных приказом Роспатента от 31  декабря 2009 года № 198 (Методические рекомендации).  

Согласно абзацу 6 и абзацу 7 пункта 2 Методических рекомендаций: «в  имеющихся толковых словарях русского языка даются следующие определения термина  «однородный»: относящийся к тому же (к одному и тому же) разряду, роду; одинаковый  во всех своих частях, состоящий из одинаковых частей; одинаковый, похожий на  другого, на другое.  

Применительно к рассмотрению вопросов о регистрации и использовании  тождественных или сходных до степени смешения товарных знаков под однородными  товарами следует понимать товары, в отношении которых у потребителя может  создаваться представление о принадлежности их одному и тому же изготовителю».  

Пункт 3.1 Методических рекомендаций указывает, что при установлении  однородности товаров определяется принципиальная возможность возникновения у  потребителя представления о принадлежности этих товаров одному изготовителю.  

Для установления однородности товаров могут приниматься во внимание такие  обстоятельства, как род (вид) товаров, их потребительские свойства и функциональное  назначение (объем и цель применения), вид материала, из которого они изготовлены,  взаимодополняемость либо взаимозаменяемость товаров, условия их реализации (в том  числе общее место продажи, продажа через розничную либо оптовую сеть), круг  потребителей, традиционный или преимущественный уклад использования товаров и  другие признаки.  

Вывод об однородности товаров делается по результатам анализа по  перечисленным признакам в их совокупности в том случае, если товары по причине их  природы или назначения могут быть отнесены потребителями к одному и тому же  источнику происхождения».  

Аналогичные положения закреплены в пункте 45 Правил № 482. 

Согласно правовой позиции, приведенной в определении Верховного Суда  Российской Федерации от 11 января 2016 года № 300-ЭС15-10765 увеличение степени  известности товарного знака влечет расширение круга товаров, которые могут быть  признаны однородными тем, в отношении которых товарный знак зарегистрирован и  используется правообладателем.  

Значение критерия однородности повышается при необходимости защиты  известных, обладающих высокой различительной способностью товарных знаков, а  применительно к общеизвестным товарным знакам его действие распространяется и на  неоднородные товары.  

Судом установлено, что обозначения «HYUNDAI» и в течение продолжительного  периода времени активно используются правообладателем Хендэ Мотор Компани с  целью идентификации автомобилей марки «HYUNDAI», частей и принадлежностей к  ним. Указанные обстоятельства подтверждаются имеющимися в деле распечатанными  страницами с различных ресурсов сети Интернет.  

С учетом вышеизложенного действие товарных знаков «HYUNDAI» №№ 87351 и  98414, а также составляющих с ними серию внешне идентичных товарных знаков  «HYUNDAI» №№ 444415, 425986, 425985, а также зарегистрированных по  свидетельствам РФ №№ 167883, 151190, 108813 знаков, основным элементом которых  является обозначение «HYUNDAI», распространяется на максимально широкий круг  товаров с учетом известности данных товарных знаков потребителям и их высокой  различительной способности.  

При этом принятая Международная классификация товаров и услуг (МКТУ) сама  по себе не влияет на оценку однородности товаров и услуг, то есть однородными могут  являться и товары, включенные в разные классы МКТУ.  

Согласно пункту 3.7 Методических рекомендаций в ситуации, когда заявленное  обозначение и противопоставленный товарный знак (обозначение) являются  тождественными или незначительно отличаются друг от друга, т.е. почти тождественны,  однородными могут быть признаны, например, товары и связанные с этими товарами  услуги.  

С учетом изложенного суд приходит к выводу, что для целей определения круга  товаров, в отношении которых распространяется правовая охрана по товарным знакам   №№ 87351, 98414, 425986, 425985, 444415, 167883, 151190, 108813, такие товары как  

автомобили и любые запасные части к ним, являются однородными, поскольку с учетом  широкой известности обозначений «HYUNDAI» и их высокой различительной  способности имеется принципиальная возможность возникновения у потребителя  представления о принадлежности этих товаров одному изготовителю, и они являются  взаимодополняющими. Данный вывод также подтверждается имеющимся в деле  заключением патентного поверенного.  

Таким образом, правовая охрана товарных знаков «HYUNDAI» и  зарегистрированных, в числе прочих, по свидетельствам РФ №№ 87351, 98414, 425986,  425985, 444415, 167883, 151190, 108813, распространяется не только непосредственно  на автомобили, но и на любые запчасти для них в силу положений пункта 3 статьи 1484  ГК РФ.  

Принимая во внимание вышеизложенные обстоятельства, суд первой инстанции  правомерно пришел к выводу о том, что при ввозе в период 17 января 2015 года – 03  марта 2015 года на территорию РФ автомобильных запчастей и принадлежностей по  таможенным декларациям №№ 10002010/220215/0008662, 10002010/240215/0008936,  10002010/110215/0006486, 10002010/170115/0001805, 10002010/150215/0007236  10002010/230215/0008745, 10002010/030315/001026 ответчик допустил нарушения  исключительных прав истца на товарные знаки, зарегистрированные по свидетельствам  РФ №№ 87351, 98414, 425986, 425985, 444415, 167883, 151190, 108813.  

Кроме того товарные знаки, содержащие доминирующее словесное обозначение  «HYUNDAI», зарегистрированные по свидетельствам РФ №№ 167883, 151190, 108813, а  также и по свидетельствам РФ №№ 87351, 444415, образуют между собой серию  товарных знаков в силу их высокого визуального сходства - использования одного и  того же доминирующего элемента - слова «HYUNDAI», различающегося шрифтом  исполнения и дополненного иными словами в знаках №№ 167883, 151190, 108813.  

Товарные знаки, содержащие изображение зарегистрированные по  свидетельствам РФ №№ 98414, 425985, 425986, также образуют между собой серию  товарных знаков в силу их высокого визуального сходства - использования одного и  того же доминирующего графического элемента - обозначения .  

Вышеуказанные группы товарных знаков представляют собой две  самостоятельные серии знаков, поскольку словесное обозначение «HYUNDAI» и  графическое изображение не имеют общих словесных или графических элементов.  

Соответственно, ответчиком в настоящем деле допущены нарушения  исключительных прав истца на две группы (серии) товарных знаков.  

В то же время, арбитражный суд не находит оснований для удовлетворения  требования о запрете ответчику осуществлять ввоз автомобильных запчастей,  маркированных товарными знаками «HYUNDAI» и а также хранение, предложение к  продаже и продажу автомобильных запчастей, маркированных товарными знаками  «HYUNDAI» и ввезенных на территорию РФ без согласия компании «Хёндэ Мотор  Компани».  

Так, истец свободен в выборе способа защиты гражданских прав, в том числе и в  процессуальном выборе редакции исковых требований - предмета иска.  

В силу статьи 16 АПК РФ, вступившие в законную силу судебные акты  арбитражного суда являются обязательными для органов государственной власти,  органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и  граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации.  

Принимая во внимание избранную истцом редакцию требования в  рассматриваемой части (о запрете ввоза товаров, их хранения, предложения к продаже  и продаже), т.е. предмет иска, удовлетворение такого требования влечет нарушение  принципа исполнимости судебного акта, поскольку привлечение ответчика к  ответственности за каждое последующее правонарушение возможно только  посредством предъявления нового иска, а не путем предъявления к исполнению  исполнительного листа, содержащего абстрактный запрет.  

Истцом было заявлено требование о взыскании с ответчика компенсации за  нарушение исключительных прав на товарные знаки в размере 70 000 рублей.  

При этом истец в обоснование своего требования пояснил, что Домодедовской  таможней были выявлены 7 самостоятельных фактов нарушения ответчиком  исключительных прав истца на товарные знаки в связи с ввозом на территорию РФ  товаров, предъявленных к таможенному оформлению по вышеперечисленным  таможенным декларациям.  

Согласно пункту 33 Обзора судебной практики по делам, связанным с  разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом  Верховного суда РФ 23 сентября 2015 года (Обзор судебной практики от 23 сентября  2015 года), если защищаемые товарные знаки фактически являются группой (серией)  

знаков одного правообладателя, зависимых друг от друга, связанных между собой  наличием одного и того же доминирующего словесного или изобразительного элемента,  имеющих фонетическое и семантическое сходство, а также несущественные  графические отличия, не изменяющие сущность товарных знаков, то нарушение прав на  несколько таких товарных знаков представляют собой одно нарушение.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки  товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени  смешения обозначение, являются контрафактными.  

Согласно пункту 4 этой же статьи, правообладатель вправе требовать по своему  выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от  десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из  характера нарушения.  

Как разъяснено в пункте 43.3 совместного постановления Пленума Верховного  Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 26 марта 2009 года № 5/29 «О некоторых вопросах, возникших в связи с  введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации»,  рассматривая дела о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти  миллионов рублей, суд определяет сумму компенсации в указанных законом пределах по  своему усмотрению, но не выше заявленного истцом требования. При этом суд не лишен  права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленным  требованием, но не ниже низшего предела, установленного абзацем вторым статьи 1301,  абзацем вторым статьи 1311, подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 или подпунктом 1  пункта 2 статьи 1537 ГК РФ. Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть  судом обоснован. При определении размера компенсации суд, учитывая, в частности,  характер допущенного нарушения, срок незаконного использования результата  интеллектуальной деятельности, степень вины нарушителя, наличие ранее совершенных  лицом нарушений исключительного права данного правообладателя, вероятные убытки  правообладателя, принимает решение, исходя из принципов разумности и  справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.  

Суд, руководствуясь вышеуказанными разъяснениями Верховного Суда РФ и  Высшего Арбитражного Суда РФ, определил размер взыскиваемой с ответчика  компенсации как сумму минимальных компенсаций, предусмотренных подпунктом 1  

пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ (10 000 руб.), за 7 фактов нарушения ответчиком  исключительных прав истца на принадлежащие ему товарные знаки. Таким образом,  общий размер компенсации составляет 70 000 руб.  

Учитывая изложенное, требование о взыскании 70 000 руб. компенсации, за  нарушение исключительного права путем ввоза на территорию РФ товаров по семи  таможенным декларациям, суд считает обоснованным и подлежащим удовлетворению.  

Подлежит отклонению ссылка ответчика на необходимость снижения размера  компенсации в связи с применением разъяснений Конституционного Суда РФ,  изложенных в постановлении от 13 декабря 2016 года № 28-П.  

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 13 декабря  2016 года № 28-П указал, что в силу значительной специфики объектов  интеллектуальной собственности, обусловленной их нематериальной природой,  правообладатели ограничены как в возможности контролировать соблюдение  принадлежащих им исключительных прав на результаты интеллектуальной  деятельности и средства индивидуализации третьими лицами и выявлять допущенные  нарушения, так и в возможности установить точную или по крайней мере  приблизительную величину понесенных ими убытков (особенно в виде упущенной  выгоды), в том числе если правонарушение совершено в сфере предпринимательской  деятельности.  

Вводя штрафную по своей природе ответственность за нарушение прав на  результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации, федеральный  законодатель не только учитывал объективные трудности в оценке причиненных  правообладателю убытков, но и руководствовался необходимостью - в контексте  правовой политики государства по охране интеллектуальной собственности - общей  превенции соответствующих правонарушений. Наряду с мерами публично-правовой  ответственности, предусмотренными уголовным законодательством и  законодательством об административных правонарушениях, предоставление частным  лицам - правообладателям возможности требовать взыскания с правонарушителей  компенсации за незаконное использование исключительных прав на объекты  интеллектуальной собственности, размер которой может превышать размер понесенных  ими убытков, имеет целью реализацию предписаний статьи 44 (часть 1) Конституции  

Российской Федерации и выполнение Российской Федерацией принятых на себя  международных обязательств.  

Данный вывод соотносится с неоднократно выраженной Конституционным  Судом Российской Федерации правовой позицией, в силу которой суды при  рассмотрении дел обязаны исследовать по существу фактические обстоятельства и не  вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы,  поскольку иное приводило бы к тому, что право на судебную защиту оказывалось бы  ущемленным (постановления от 6 июня 1995 года № 7-П, от 13 июня 1996 года № 14-П,  от 27 октября 2015 года № 28-П).  

Верховный Суд Российской Федерации в определении № 305-ЭС16-13233 от 25  апреля 2017 года исходя из основных начал гражданского законодательства, а именно  признания равенства участников регулируемых им отношений (статья 1 ГК РФ),  учитывая правовую позицию, определенную в постановлении Конституционного Суда  Российской Федерации от 13 декабря 2016 года № 28-П, в частности пункты 3.1, 3.2 и 4,  определение с учетом фактических обстоятельств конкретного дела общего размера  компенсации ниже минимального предела, установленного данными  законоположениями, может быть применена не только к индивидуальным  предпринимателям и физическим лицам, но и юридическим лицам. Кроме того,  учитывая системную связь подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ с пунктом 3 статьи  1252 ГК РФ, аналогичный подход должен применяться как к размеру компенсации,  определяемому по усмотрению суда, так и в двукратном размере стоимости товаров, на  которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права  использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых  обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака. При  этом суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела,  установленного законом, по своей инициативе. Сторона, заявившая о необходимости  такого снижения, обязана в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации доказать необходимость применения судом такой меры.  Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом,  с учетом требований разумности и справедливости должно быть мотивировано судом и  подтверждено соответствующими доказательствами.  

Однако исследовав и оценив в совокупности в соответствии со статьей 71 АПК  РФ все имеющиеся в материалах дела доказательства, суд первой инстанции  правомерно пришел к выводу о том, что приведенные обстоятельства ответчиком не  доказаны, наоборот имеющиеся в деле доказательства свидетельствуют о том, что  ответчик систематически ввозит на территорию РФ товары, маркированные товарными  знаками HYUNDAI, что также подтверждается вступившими в законную силу  судебными актами по делу № А41-33754/2015.  

Ссылка ответчика на наличие признаков злоупотребления правом со стороны  истца, подлежит отклонению, поскольку носит предположительный характер и не  нашла своего подтверждения (статья 65 АПК РФ).  

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских  прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход  закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное  осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Исходя из пункта 5  названной статьи о презумпции добросовестности и разумности участников  гражданских правоотношений и общего принципа доказывания в арбитражном  процессе лицо, от которого требуются разумность или добросовестность при  осуществлении права, признается действующим разумно и добросовестно, пока не  доказано обратное. По смыслу приведенных норм права для признания действий  какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что  умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав,  единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных  добросовестных целей). Бремя доказывания обратного лежит на лице, утверждающем,  что другая сторона по делу употребила свое право исключительно во зло другому лицу.  Между тем, такие доказательства ответчиком не представлены. Материалами дела не  подтверждается наличие у истца умысла на заведомо недобросовестное осуществление  прав, наличие единственной цели причинения вреда другому лицу (отсутствие иных  добросовестных целей).  

Оснований для отказа истцу в защите принадлежащего ему права,  осуществляемого в установленных законом пределах, не имеется.  

Таким образом, для признания действий лица злоупотреблением правом судом  должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо  

недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда  другому лицу (отсутствие добросовестных целей). Злоупотребление правом должно  носить достаточно очевидный характер, а вывод о нем не должен являться следствием  предположений.  

Доводы апелляционной жалобы проверены апелляционным судом и отклонены,  поскольку противоречат фактическим обстоятельствам дела, основаны на неправильном  толковании норм действующего законодательства и не могут повлиять на законность и  обоснованность принятого решения суда первой инстанции.  

Судом первой инстанции дана надлежащая оценка всем имеющимся в деле  доказательствам, оснований для отмены или изменения судебного акта не имеется.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, основанием для  отмены принятого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.  

Апелляционная жалоба заявителя удовлетворению не подлежит. 

Руководствуясь статьями 266, 268, пунктом 1 статьи 269, статьей 271  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Московской области от 14 июня 2018 года по делу   № А41-51834/15 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в  Суд по интеллектуальным правам в течение двух месяцев со дня его изготовления в  полном объеме через суд первой инстанции.  

Председательствующий М.А. Немчинова  

Судьи Л.В. Пивоварова   В.Н. Семушкина