АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-5175/22 

Екатеринбург

27 сентября 2022 г.

Дело № А76-1931/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 21 сентября 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 27 сентября 2022 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Шавейниковой О.Э.,

судей Павловой Е.А., Шершон Н.В.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «НБК» (далее – общество «НБК») на определение Арбитражного суда Челябинской области от 27.01.2022 по делу № А76-1931/2020 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.06.2022 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения данной информации на официальном сайте Арбитражного суда Уральского округа в сети «Интернет», в судебное заседание в суд округа не явились, явку своих представителей не обеспечили.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 20.02.2020 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО1 (далее – должник).

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 25.05.2020 ФИО1 признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее введена процедура, применяемая в деле о банкротстве граждан –  реализация имущества, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО2. 

От финансового управляющего ФИО2 поступило ходатайство о завершении процедуры реализации имущества должника и об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 27.01.2022 процедура реализации имущества ФИО1 завершена, должник освобождена от дальнейшего исполнения обязательств, в том числе требований кредиторов, не заявленных при ведении реализации имущества гражданина.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.06.2022 определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

В кассационной жалобе общество «НБК» просит указанные судебные акты отменить в части применения к должнику правил пункта 3 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и отказать в освобождении ФИО1 от исполнения неисполненных обязательств перед обществом «НБК», ссылаясь на неправильное применение судами норм материального права, неполное выяснение судами имеющих значение для дела обстоятельств, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела.

Заявитель указывает, что ФИО1 при заключении кредитного договора от 26.03.2014 с обществом с ограниченной ответственностью КБ «Ренессанс Кредит» (далее – общество КБ «Ренессанс Кредит», Банк), которым впоследствии на основании договора уступки прав от 21.05.2018 № rk-210518/1710 уступлено обществу «НБК» право требования к должнику, предоставила Банку недостоверную информацию о размере своих доходов и месте работы у индивидуального предпринимателя ФИО3, поскольку на момент получения кредита ФИО1 работала в Средней образовательной школе № 59 г. Челябинска, что, по мнению кассатора, свидетельствует о недобросовестном поведении должника и является основанием для неприменения к ней правил об освобождении от обязательств.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом кассационной инстанции на основании статей 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов, изложенных в кассационной жалобе.

Как установлено судами и следует из материалов дела, определением суда от 20.02.2020 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО1

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 25.05.2020 ФИО1 признана несостоятельной (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина.

В ходе процедуры реализации имущества должника финансовым управляющим сформирован реестр требований кредиторов, в котором требования кредиторов первой и второй очереди отсутствуют; в третью очередь реестра включены требования трех кредиторов, в том числе: публичного акционерного общества «БыстроБанк» на сумму 293 203 руб. 01 коп.; публичного акционерного общества «Уральский банк реконструкции и развития» (далее – общество УБРиР») на сумму 185 430 руб. 29 коп.; акционерного общества «Банк ДОМ.РФ» в сумме 227 031 руб. 62 коп. Требование общества «НБК» в сумме 381 995 руб. 73 коп. (в том числе основной долг – 94 532 руб. 65 коп., проценты – 25 315 руб. 64 коп., неустойка – 262 147 руб. 44 коп.) определением от 08.09.2021 признано обоснованным и подлежащим удовлетворению за счет оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов.

Финансовый управляющий ФИО2 представил в суд отчет о своей деятельности и о результатах проведенных мероприятий в рамках процедуры реализации имущества должника ФИО1 с ходатайством о завершении процедуры банкротства, помимо этого – анализ финансового состояния должника, анализ сделок, заключение о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства.

С целью выявления имущества и имущественных прав гражданина, финансовым управляющим направлены запросы в регистрирующие органы, согласно ответам из которых за должником не зарегистрированы права на какое-либо движимое или недвижимое имущество, подлежащее включению в конкурсную массу и реализации в рамках процедуры банкротства.

Должник состоит в зарегистрированном браке. Трудоустроена. На иждивении имеет двух несовершеннолетних детей.

Из отчета финансового управляющего установлено, что расчеты с кредиторами не производились в связи с недостаточностью имущества и доходов должника; текущие расходы составили 19 340 руб. 54 коп.; признаки фиктивного или преднамеренного банкротства финансовым управляющим не выявлены, так же как и сделки, подлежащие оспариванию.

Пунктом 1 статьи 213.28 Закона о банкротстве предусмотрено, что после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов.

По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина (пункт 2 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

Установив, что финансовым управляющим проведены все мероприятия, предусмотренные в процедуре банкротства должника, пополнение конкурсной массы невозможно, суды первой инстанции, руководствуясь статьей 213.28 Закона о банкротстве, пришли к выводу о наличии оснований для завершения процедуры реализации имущества должника.

Судебные акты в части завершения процедуры реализации имущества должника лицами, участвующими в деле, не обжалуются и судом кассационной инстанции в соответствующей части не проверяются.

Предметом кассационного обжалования со стороны одного из конкурсных кредиторов является применение к должнику общего правила об освобождении его от исполнения обязательств по итогам процедуры банкротства.

Применяя в отношении должника правила об освобождении от исполнения обязательств, суды исходили из следующего.

Институт банкротства граждан предусматривает исключительный механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, - списание долгов, целью такого института является социальная реабилитации гражданина - предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им требования.

Исходя из целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина, и последствий признания гражданина банкротом (абзацы 17 и 18 статьи 2 и статья 213.30 Закона о банкротстве), а также с учетом разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее – постановление Пленума № 45), в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности, не возлагая на них большего бремени, чем они реально могут погасить, а с другой стороны, кредиторы должны иметь возможность удовлетворения своих интересов, препятствуя стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на накопление долговых обязательств без цели их погашения в надежде на предоставление возможности полного освобождения от задолженности посредством банкротства.

На основе представляемой законодательством Российской Федерации возможности гражданину-должнику улучшить свой правовой статус законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие помимо прочего честное сотрудничество с финансовым управляющим и кредиторами, открытое взаимодействие с судом.

Освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 названной статьи, а также на требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

Согласно абзацу 4 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе, совершил действия, указанные в этом абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого обособленного спора по делу о банкротстве должника, а также в иных делах (пункт 45 постановления Пленума № 45).

Таким образом, отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д.). При этом принятие на себя непосильных долговых обязательств ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для неосвобождения от долгов. В отличие от недобросовестности неразумность поведения физического лица сама по себе таким препятствием не является.

Возражая против применения в отношении должника правил об освобождении от исполнения обязательств, общество «НБК» ссылалось на предоставление ФИО1 при заключении кредитного договора с обществом общество КБ «Ренессанс Кредит» недостоверной информации относительно наличия долговой нагрузки, а именно –  не указание в анкете о наличии обязательств перед обществом «УБРиР» и указание недостоверного места работы.

Рассмотрев указанные возражения кредитора, исследовав и оценив представленные в дело доказательства, суды оснований для отступления от общего правила об освобождении должника от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами как итога процедуры реализации имущества и неприменения к должнику правил об освобождении от исполнения от обязательств не установили, исходили при этом из того, что поведение должника в процедуре банкротства являлось добросовестным: им раскрыта информации о своем имущественном и финансовом положении как перед финансовым управляющим, так и перед судом, признаков фиктивного либо преднамеренного банкротства не установлено, равно как и фактов сокрытия или умышленного уничтожения должником своего имущества, не выявлено фактов создания должником препятствий к осуществлению мероприятий процедуры банкротства, уклонения от сотрудничества с арбитражным управляющим или судом; доказательств противоправности поведения должника как при принятии на себя обязательств, так и при проведении процедур банкротства, в том числе злостного уклонения должника от погашения своих обязательств либо предоставления им заведомо ложных сведений не представлено.

Отклоняя доводы общества «НБК» о недобросовестных действиях должника, выразившихся в том, что при заключении кредитного договора с обществом КБ «Ренессанс Кредит» она скрыла информацию о наличии обязательства перед обществом «УБРиР», апелляционный суд исходил из следующего.

Исследовав и оценив имеющиеся доказательства, приняв во внимание пояснения ФИО1 о том, что  на момент заключения и оформления кредита в обществе КБ «Ренессанс Кредит» она работала в Средней общеобразовательной школе № 59 города Челябинск и у индивидуального предпринимателя ФИО3 в должности мерчендайзера по оптовой торговле мясом и мясными продуктами по договору подряда, который ей был утерян; по состоянию на 12.03.2014 (когда составлялась анкета) ее доход действительно составлял 42 000 руб. ежемесячно и она могла позволить себе оформить кредит на запрашиваемую сумму; у предпринимателя ФИО3 должница работала до 2018 года, а в Средней общеобразовательной школе № 59 города Челябинска – до 2014 года, так как переехала в город Копейск,  сменила место работы и продолжила трудовою деятельность в ином образовательном учреждении; учитывая, что оплата обществу КБ «Ренессанс Кредит» по кредиту осуществлялась должником  до середины 2018 года, что подтверждается представленными в материалами дела сведениями из Бюро кредитных историй, суд апелляционной инстанции заключил, что в рассматриваемом случае, не указание в анкете сведений относительно наличия иной долговой нагрузки, при условии, что соответствующие сведения являются проверяемыми и Банк имел возможность и исследовал данный вопрос, не может расцениваться как предоставление недостоверной информации. 

В отсутствие убедительных доказательств недобросовестного поведения должника апелляционный суд признал недоказанным со стороны общества «НБК» наличие в данном конкретном случае оснований для неприменения в отношении ФИО1 пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

Суд округа оснований для отмены обжалуемых судебных актов не усматривает, выводы судов соответствуют доказательствам, имеющимся в деле, установленным фактическим обстоятельствам и основаны на правильном применении норм права.

Предусмотренные Законом о банкротстве обстоятельства, препятствующие освобождению гражданина от дальнейшего исполнения обязательств (пункты 4, 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве), все без исключения связаны с наличием в поведении должника той или иной формы недобросовестности.

По смыслу пунктов 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

Проверка добросовестности осуществляется как при наличии обоснованного заявления стороны спора, так и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если другие стороны на них не ссылались. При установлении недобросовестности одной из сторон суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения применяет меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (абзацы 4 - 5 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Доводы заявителя кассационной жалобы об указании должником недостоверных сведений о ее действительной долговой нагрузке были предметом детального исследования апелляционным судом и мотивированно отклонены, как не свидетельствующие о недобросовестности должника, судами установлено, что неисполнение должником своих обязательств вызвано объективными причинами (снижением личных доходов, необходимость приобретения лекарств в связи болезнью родственников, в том числе сына), а не субъективным фактором (деятельным нежеланием исполнять обязательства); утрата должником стабильного источника погашения принятых на себя заемных обязательств не означает недобросовестного поведения должника при возникновении и исполнении обязательств. Оснований для иных выводов у суда округа не имеется.

Приведенные в кассационной жалобе, судом округа рассмотрены и отклоняются, поскольку дублируют обстоятельства и аргументы, приведенные обществом «НБК» при рассмотрении спора в суде апелляционной инстанции, которые судом исследованы и оценены; доводы кассатора не свидетельствуют о неправильном применении судами при рассмотрении спора норм материального права, регулирующих институт потребительского банкротства, либо о наличии нарушений норм процессуального права, приведших к принятию неправильного судебного акта; по сути, доводы кассационной жалобы выражают несогласие кассатора с выводами судов о фактических обстоятельствах спора, основанными на расхожей с ним оценке доказательственной базы по спору. Вместе с тем, переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, не допускается (пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом округа не установлено.

С учетом изложенного, обжалуемые судебные акты следует оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 27.01.2022 по делу № А76-1931/2020 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.06.2022 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «НБК» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

ПредседательствующийО.Э. Шавейникова 

СудьиЕ.А. Павлова 

                                              Н.В. Шершон