АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-3708/24 

Екатеринбург

25 июня 2024 г.

 

Дело № А60-64002/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 20 июня 2024 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 25 июня 2024 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Шавейниковой О.Э.,

судей Савицкой К.А., Тихоновского Ф.И.,

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «НБК» на определение Арбитражного суда Свердловской области от 22.01.2024 по делу № А60-64002/2022 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.04.2024 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения данной информации на официальном сайте Арбитражного суда Уральского округа в сети Интернет, в судебное заседание в суд округане явились, явку своих представителей не обеспечили.

 

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 26.12.2022 ФИО1 (далее также – должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении его имущества введена процедура реализации, финансовым управляющим имуществом должника утверждена ФИО2 (далее – финансовый управляющий).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 22.01.2024, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.04.2024, процедура реализации имущества ФИО1 завершена, применены положения пункта 3 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) об освобождении должника от исполнения обязательств.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, общество с ограниченной ответственностью «НБК» (далее – общество «НБК», кредитор) обратилось в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции от 22.01.2024 и постановление апелляционного суда от 27.04.2024 отменить в части освобождения должника от исполнения обязательств перед кредитором и направить дело в данной части на новое рассмотрение в суд первой инстанции, ссылаясь на неправильное применение судами норм права, несоответствие выводов судов обстоятельствам дела. В обоснование кассационной жалобы кредитор ссылается на то, что ФИО1 не подлежал освобождению от обязательств по кредитному договору от 13.09.2018, при заключении которого были предоставлены недостоверные сведения о трудоустройстве и уровне дохода должника. 

Законность обжалуемых судебных актов проверена в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.  Поскольку судебные акты в части завершения процедуры реализации имущества должника лицами, участвующими в деле, не обжалуются, то их законность судом округа в соответствующей части не проверяется.

Как установлено судами и следует из материалов дела, дело о банкротстве ФИО1 инициировано по заявлению должника.

Из представленного в материалы дела отчета финансового управляющего, а также реестра требований кредиторов следует, что кредиторы должника первой и второй очередей не установлены, в третью очередь реестра требований включены требования двух кредиторов на общую сумму 841 075 руб. 77 коп.: общества «НБК» в сумме 831 850 руб. 17 коп., основанные на договоре уступки прав требования по кредитному договору, заключенному должником с акционерным обществом «Экспобанк» (далее – общество «Экспобанк», Банк), и уполномоченного органана сумму 9 225 руб. 60 коп. 

С целью выявления имущественного положения должника финансовым управляющим направлены запросы в компетентные органы. Согласно ответам регистрирующих органов за должником ранее было зарегистрировано транспортное средство, которое было передано Банку по соглашению об отступном от 23.11.2020 и реализовано последним с публичных торгов, а также квартира, обремененная залогом в пользу публичного акционерного общества «Банк ВТБ», которая была реализована должником, денежные средства от ее реализации направлены на погашение задолженности перед залоговым кредитором. Иного недвижимого и движимого имущества, подлежащего включению в конкурсную массу, за должником не зарегистрировано.

Должник в настоящее время не трудоустроен, в зарегистрированном браке не состоит, на иждивении имеет двух несовершеннолетних детей.

Из заключения о наличии (отсутствии) признаков преднамеренного фиктивного банкротства следует, что финансовым управляющим проведен анализ сделок должника и сделан вывод об отсутствии оснований для оспаривания сделок. Признаков преднамеренного и фиктивного банкротства у должника не установлено.

По результатам проведения процедуры реализации имущества гражданина, финансовый управляющий пришел к выводу об отсутствии признаков преднамеренного и фиктивного банкротства ФИО1

Полагая, что в рамках процедуры банкротства в отношении должника проведены все необходимые мероприятия, имеются основания для завершения процедуры реализации имущества, финансовый управляющий обратился с ходатайством о завершении реализации имущества гражданина, при этом просил применить в отношении должника положения пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве об освобождении гражданина от обязательств.

Возражая против освобождения ФИО1 от дальнейшего исполнения обязательств, общество «НБК» указало на предоставление должником при получении кредита недостоверных сведений о получаемом заработке, наращивание им кредитных обязательств в отсутствие дохода.

Суд первой инстанции, проанализировав представленные в материалы дела документы, установил, что все возможные мероприятия процедуры реализации имущества должника финансовым управляющим выполнены, и завершил соответствующую процедуру. При этом, с учетом поведения должника в процедуре реализации имущества, причин и обстоятельств, повлекших банкротство должника, пришел к выводу об отсутствии оснований, предусмотренных пунктом 4 статьи 213.28 Закон о банкротстве, в связи с чем освободил должника от дальнейшего исполнения требований кредиторов в соответствии с пунктом 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

Суд апелляционной инстанции, пересмотрев спор в обжалуемой части, согласился с выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований для неприменения в отношении ФИО1 правил об освобождении от долгов и оставил определение суда без изменения.

Предметом кассационного обжалования со стороны общества «НБК» является применение к должнику правила об освобождении его от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами по итогам процедуры банкротства.

По общему правилу, ординарным способом прекращения гражданско-правовых обязательств является их надлежащее исполнение (пункт 1 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При применении процедуры банкротства завершение расчетов с кредиторами влечет освобождение гражданина-банкрота от дальнейшего исполнения требований кредиторов и, как следствие, от их последующих правопритязаний (пункт 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве), что позволяет такому гражданину выйти законным путем из создавшейся финансовой ситуации и вернуться к нормальной экономической жизни без долгов.

Такой подход к регулированию потребительского банкротства ставит основной его целью социальную реабилитацию гражданина.

Между тем, поскольку институт банкротства – это крайний, экстраординарный способ освобождения от долгов, так как в результате его применения могут в значительной степени ущемляться права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им, названная цель ориентирована исключительно на добросовестного гражданина, призвана к достижению компромисса между должником, обязанным и стремящимся исполнять свои обязательства, но испытывающим в этом объективные затруднения, и его кредиторами, а не способом необоснованного ухода от ответственности и прекращения долговых обязательств.

Реабилитационная цель института банкротства граждан должна защищаться механизмами, исключающими недобросовестное поведение граждан.

Предусмотренные Законом о банкротстве обстоятельства, препятствующие освобождению гражданина от дальнейшего исполнения обязательств (пункты 4, 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве), все без исключения связаны с наличием в поведении должника той или иной формы недобросовестности.

По смыслу пунктов 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

Проверка добросовестности осуществляется как при наличии обоснованного заявления стороны спора, так и по инициативе суда,если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если другие стороны на них не ссылались. При установлении недобросовестности одной из сторон суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения применяет меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (абзацы 4–5 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В абзаце четвертом пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве предусмотрено, что освобождение гражданина от обязательств не допускаетсяв том числе в случае, если гражданин предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита.

Задача суда при разрешении вопроса об освобождении должника от исполнения требований кредиторов состоит в установлении истинных намерений при вступлении в правоотношения с кредиторами, объективных мотивов возникновения обстоятельств, приведших к невозможности исполнения должником принятых на себя обязательств.

Приняв во внимание, что обстоятельства дела не свидетельствуют об очевидном и явном отклонении действий должника как участника гражданского оборота от добросовестного поведения, какие-либо доказательства наличия предусмотренных законом обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, в том числе наличияв его действиях признаков злостного уклонения от погашения кредиторской задолженности, отсутствуют, в то время как кредитором обратное не обосновано, суды первой и апелляционной инстанций правомерно применили в отношении должника пункт 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве, освободив ФИО1 от обязательств.

При рассмотрении спора суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что отсутствие у должника имущества, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов, а также наличие у должника задолженности в связи с принятыми на себя обязательствами, сами по себе не могут свидетельствовать о недобросовестном поведении должника.

Отклоняя возражения кредитора – общества «НБК» относительно недобросовестности должника при возникновении обязательств перед ним, суды по результатам исследования и оценки представленных доказательств установили, что по условиям кредитного договора от 13.09.2018, на котором основаны требования общества «НБК», должнику обществом «Экспобанк» были предоставлены денежные средства в сумме 1 012 179 руб.на приобретение транспортного средства Nissan X-Trail, 2012 г.в. 

Неисполнение должником обязательств по кредитному договору послужило основанием для обращения Банка с исковым заявлением о взыскании с ФИО1 задолженности в сумме 952 614 руб. 44 коп., которое решением Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 14.11.2019 было удовлетворено, обращено взыскание на вышеуказанное транспортное средство.

В целях исполнения решения суда должник на основании соглашения об отступном от 23.11.2020 передал Банку транспортное средство. Этим же соглашением обязательства должника по кредитному договору в сумме 480 000 руб. признаны прекращенными. 

С учетом этого, принимая во внимание, что обязательства должника перед первоначальным кредитором по кредитному договору изначально исполнялись и были обеспечены залогом, в последующем были частично погашены путем передачи залогового имущества в качестве отступного, при этом стоимость такого транспортного средства была определена Банком на основании проведенной им оценки, доказательств, подтверждающих иную стоимость объекта движимого имущества или свидетельствующих о существенном уменьшении впоследствии стоимости имущества ввиду ухудшения его технического состояния по вине должника, в материалах дела не имеется и лицами, участвующими в деле, в том числе кредитором, не представлено, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о недоказанности в рассматриваемом случае явного и злостного уклонения должника от исполнения обязательств перед кредиторами или наличия в его действиях признаков недобросовестности.

Оценивая доводы относительно завышения должником в анкете на получение кредита данных о своем доходе, суды приняли во внимание не опровергнутые надлежащими доказательствами пояснения должника о наличии у него, помимо основного заработка по месту трудоустройства в обществе с ограниченной ответственностью «Березовская жилищно-эксплуатационная организация», дополнительного источника дохода в виде неофициальных подработок. Суды признали, что прекращение расчетов с кредитором вызвано объективными причинами и не связано с недобросовестным поведением должника либо его уклонением от исполнения обязательств. Суды также отметили, что заключение кредитного договора осуществляется лишь после проверки кредитной организацией предоставленных сведений и документов и установления факта наличия у заемщика финансовой возможности выплатить кредит, в связи с чем Банк, являясь профессиональным участником рынка кредитования, должен разумно оценивать свои риски при предоставлении денежных средств. В данном случае кредитором не представлено каких-либо пояснений и доказательств наличия препятствий при проведении проверки платежеспособности должника при рассмотрении вопроса о предоставлении кредита. 

Неудовлетворение требований кредиторов в добровольном порядке не означает умысла должника на причинение им вреда и не может квалифицироваться как злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности по смыслу пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

Каких-либо иных обстоятельств, свидетельствующих о принятии должником мер, отрицательно повлиявших на ход процедуры банкротства, формирование конкурсной массы и удовлетворение требований кредиторов, из материалов дела не усматривается. При рассмотрении настоящего спора признаков преднамеренного и фиктивного банкротства должника, сокрытие или уничтожение принадлежащего должнику имущества, сообщение им недостоверных сведений финансовому управляющему судами не установлено.

С учетом изложенного, в отсутствие убедительных доказательств недобросовестного поведения ФИО1 и исходя из социально-реабилитационной направленности института потребительского банкротства, суды первой и апелляционной инстанции сочли в данном случае должника подлежащим освобождению от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами в силу положений пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы суд кассационной жалобы полагает, что судами исследованы все приведенные участвующими в деле о банкротстве доводы и доказательства, установлены все существенные для правильного рассмотрения данного спора фактические обстоятельства, нормы законодательства о потребительском банкротстве применены судами обеих инстанций правильно, выводы судов о применении нормы прав соответствуют установленным ими фактическими обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, нарушений норм процессуального права, приведших к принятию неправильного судебного акта, не допущено.

Вопреки доводам подателя жалобы само по себе принятие на себя непосильных долговых обязательств ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств по смыслу пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве не может являться основанием для неосвобождения от долгов, так как свидетельствует о неразумности,но не о недобросовестности поведения должника. В данном случае суды обоснованно исходили из отсутствия в материалах дела всех необходимыхи достаточных оснований полагать, что ФИО1 изначально не планировал исполнять кредитные обязательства, при том что остаток задолженности (470 419 руб. 49 коп. – основной долг, при сумме кредита 1 012 179 руб.)явно свидетельствует об обратном.

Иные приведенные заявителем в кассационной жалобе доводы являлись предметом детальной проверки судов первой и  апелляционной инстанций, получили исчерпывающую оценку, отклонены как несостоятельные с подробным изложением мотивов отклонения, ее обоснованности не опровергают и не свидетельствуют о нарушении им судами норм права при принятии обжалуемых судебных актов, касаются фактических обстоятельств, доказательственной базы по спору и вопросов их оценки, что не входит в полномочия суда кассационной инстанции (пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»). Само по себе несогласие заявителя с выводами суда, основанными на оценке фактических обстоятельств и имеющихся в деле доказательств, не свидетельствует о наличии в принятом по спору судебном акте нарушений норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход судебного разбирательства, или допущенной судебной ошибке.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты следует оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 22.01.2024 по делу № А60-64002/2022 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.04.2024 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «НБК» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                                      О.Э. Шавейникова 

Судьи                                                                                   К.А. Савицкая 

                                                                                              Ф.И. Тихоновский