ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А44-504/2023

г. Вологда

16 декабря 2024 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 02 декабря 2024 года.

В полном объеме постановление изготовлено 16 декабря 2024 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Селецкой С.В., судей Корюкаевой Т.Г. и Марковой Н.Г. при ведении протокола секретарем судебного заседания Ерофеевой Т.В., 

при участии ФИО1 и его представителя ФИО2 по доверенности от 01.03.2024, от общества с ограниченной ответственностью «ТНС энерго Великий Новгород» представителя ФИО3 по доверенности от 30.12.2022, от конкурсного управляющего ФИО4 представителя ФИО5 по доверенности от 15.05.2023, ФИО6 и его представителя ФИО2 по доверенности от 01.03.2024, 

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием системы видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Новгородской области апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Новгородской области от 30 июля 2024 года по делу                 № А44-504/2023,

у с т а н о в и л:

решением Арбитражного суда Новгородской области от 24.10.2023 общество с ограниченной ответственностью «Техно-Торговая Фирма Дельта Плюс» (ИНН 

<

***>; ОГРН 

<

***>; адрес: 173003, Великий Новгород, ул. Великая, д. 22, каб. 48; далее – Должник) признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство; конкурсным управляющим утверждена ФИО4.

Конкурсный управляющий ФИО4 27.02.2024 обратилась в суд с заявлением о признании недействительной сделкой Должника платежи ФИО1 на общую сумму 5 305 593 руб. 48 коп., из них 5 295 968 руб. 58 коп. в качестве оплаты выполненных работ и оказанных услуг (с 16.01.2020 по 11.08.2023), 5 624 руб. 90 коп. аванса, полученного под отчет, 4 000 руб. материальной помощи, применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО1 в конкурсную массу Должника 5 305 593 руб. 48 коп. (с учетом уточнения требования в соответствии со статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации; далее – АПК РФ).

Определением суда от 30.07.2024 с учетом определения от 30.07.2024 об исправлении опечатки заявленные требования удовлетворены.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит отменить определение суда от 30.07.2024 и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований. В обоснование апелляционной жалобы ее податель ссылается на несоответствие выводов суда обстоятельствам спора. Отмечает, что суд не проверил наличие у ответчика механизированных устройств для выполнения договорных работ. Считает, что актами выполненных работ подтверждается их фактическое выполнение. Полагает, что конкурсный управляющий не доказал причинение вреда имущественным правам кредиторов Должника. По мнению апеллянта, судом не исследованы обстоятельства неравноценного встречного исполнения по сделкам. Осведомленность ответчика о наличии у Должника признаков неплатежеспособности не доказана. Ссылается на нарушение судом норм процессуального права в связи с рассмотрением данного спора в отсутствие бывшего руководителя Должника ФИО6, участвующего в деле о банкротстве, в обособленном споре о привлечении его к субсидиарной ответственности.

В судебном заседании ФИО1 и его представитель доводы жалобы поддержали по основаниям, изложенным в жалобе.

ФИО6 и его представитель поддержали доводы жалобы.

Представители конкурсного управляющего, общества с ограниченной ответственностью «ТНС энерго Великий Новгород» возражали против удовлетворения жалобы по основаниям, изложенным в отзывах. 

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в суд не направили.

Пояснения к апелляционной жалобе ФИО1 от 01.12.2024 и приложенные к ним дополнительные документы поступили в суд без приложений доказательств их направления лицам, участвующим в деле, в связи с этим в силу положений частей 1 и 2 статьи 262 АПК РФ, части 2 статьи 268 АПК РФ, а также разъяснений, приведенных в пункте 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», не подлежат приобщению к материалам дела.

Дело рассмотрено при имеющейся явке в соответствии со статьями 123, 156, 266 АПК РФ, пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов».

Заслушав позиции участников спора, исследовав и оценив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке                        статей 266–272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы. 

В силу части 1 статьи 223 АПК РФ и пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, с расчетного счета Должника в период с 16.01.2020 по 11.08.2023 на основании платежных поручений осуществлены платежи на общую сумму                           5 305 593 руб. 48 коп. в пользу ФИО1

На основании трудового договора 03.05.2018 Должник (работодатель) принял ответчика (работник) по основному месту работы в должности мастера по текущему ремонту.

Должник (заказчик) и индивидуальный предприниматель ФИО1 (подрядчик, исполнитель) 31.10.2019 заключили договор подряда № 2 (далее – договор подряда) на санитарное содержание и обслуживание мест общего пользования, по условиям которого ФИО1 обязался производить санитарную уборку (мытье лестничных клеток, уборка дворовой территории) мест общего пользования в многоквартирных жилых домах, расположенных в Великом Новгороде по адресам: ул. Черняховского, дома 86 и 88; ул. Южная, дома 7 и 8; ул. Новгородская, 

<

...>

Согласно пункту 2.1.1 договора исполнитель в период с 01.11.2019 по 01.11.2020 (с условиями пролонгирования договора) обязался выполнять работы лично в соответствии с заданиями и указаниями заказчика, а также использовать при выполнении работ собственное оборудование.

Стоимость выполненных работ определяется актом и составляет не более 4,5 руб. (или от 2 руб. до 4,5 руб.) за 1 кв. м площади уборочных территорий. Общая площадь территории, обслуживаемой исполнителем, составляет               41 994 кв. м (пункт 3.1 договора).

Подрядные работы приняты заказчиком на основании ежемесячных актов, составленных за период ноябрь 2019 года – июль 2023 года без замечаний и возражений.

Ссылаясь на обнаружение в бухгалтерском учете Должника платежных операций, совершенных Должником за счет средств, поступающих от населения в качестве оплаты жилищно-коммунальных услуг, минуя свой расчетный счет, направленных обществу с ограниченной ответственностью «Консалт ВН» (далее – Общество, агент), которое в свою очередь производило расчеты с третьими лицами, в частности с индивидуальным предпринимателем ФИО1, в том числе в качестве оплаты выполненных работ по договору подряда, по договорам за услуги, выплат под отчет, материальной помощи, заработной платы, отмечая непередачу бывшим руководителем ФИО6 документов бухгалтерского учета, позволяющих проверить законность указанных платежей, полагая, что оспариваемая сделка совершена Должником с заинтересованным лицом, при неравноценном встречном исполнении, с целью причинения вреда имущественным правам Должника и его кредиторам, вред причинен, ссылаясь на положения статьи 61.2 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий обратился в суд с рассматриваемым заявлением.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции правомерно руководствовался следующим. 

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе. 

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) установлено, что в силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским законодательством. 

Правовой механизм оспаривания сделок в банкротстве предназначен для пополнения конкурсной массы должника за счет возврата отчужденного им имущества во вред кредиторам или при неравноценном встречном исполнении, а также уменьшения размера имущественных требований к должнику или для восстановления очередности удовлетворения требований кредиторов       (статьи 61.2, 61.3 Закона о банкротстве). 

Одним из обязательных признаков недействительности подозрительной сделки (статья 61.2 Закона о банкротстве) является причинение вреда кредиторам должника. 

В силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под причинением вреда понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. 

В силу принципа состязательности сторон судебного спора (статья 9  АПК РФ) и правовых норм, регулирующих доказывание обстоятельств дела (статьи 65, 66 АПК РФ), бремя доказывания распределяется следующим образом: факт причинения вреда доказывается лицом, оспаривавшим сделку; его процессуальный оппонент опровергает эти обстоятельства. 

Производство по делу о банкротстве Должника возбуждено 01.03.2023, соответственно оспариваемые платежи совершены в пределах определенного пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве периодов подозрительности.

Необходимым условием для признания сделки должника недействительной по основаниям пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве является неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной этой сделки. При этом в части, касающейся согласования договорной цены, неравноценность имеет место в тех случаях, когда эта цена существенно отличается от рыночной. Оценка встречного исполнения на предмет его неравноценности требует сравнения условий сделки как с аналогичными сделками, совершавшимися должником, так и с условиями, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

Понятие неравноценности является оценочным, в силу чего к нему не могут быть применимы заранее установленные формальные (процентные) критерии отклонения цены. Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 03.02.2022 № 5-П, наличие в пункте 1                  статьи 61.2 Закона о банкротстве оценочных характеристик создает возможность эффективного ее применения к неограниченному числу конкретных правовых ситуаций. 

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, приведенной в определениях от 15.02.2019 № 305-ЭС18-8671(2), от 05.05.2022 по делу № 306-ЭС21-4742, помимо цены, для определения признака неравноценности во внимание должны приниматься все обстоятельства совершения сделки, то есть суд должен исследовать контекст отношений должника с контрагентом для того, чтобы вывод о подозрительности являлся вполне убедительным и обоснованным. 

Таким образом, значимым является установление обстоятельств равноценности встречного исполнения по сделке со стороны контрагента, в том числе соответствия согласованной оспариваемым договором цены продажи ее реальной (рыночной) стоимости на момент совершения сделки.

Оценка добросовестности контрагента должника производится путем сопоставления его поведения с поведением абстрактного среднего участника хозяйственного оборота, действующего в той же обстановке разумно и осмотрительно. Стандарты такого поведения, как правило, задаются судебной практикой на основе исследования обстоятельств конкретного дела и мнений участников спора. Существенное отклонение от стандартов общепринятого поведения подозрительно и в отсутствие убедительных доводов и доказательств о его разумности может указывать на недобросовестность контрагента должника. Как следствие, контрагент прямо или косвенно осведомлен о противоправной цели должника, действует с ним совместно, а потому его интерес не подлежит судебной защите.

Оценка доказательств (в том числе их взаимной связи в совокупности) производится судом по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, результаты оценки доказательств отражаются в судебном акте (статьи 8, 9, 65, 71 АПК РФ).

При разрешении обособленного спора об оспаривании сделки Должника по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве суд обоснованно исходил из того, что в предмет доказывания входили следующие обстоятельства: целевая направленность сделки на причинение вреда имущественным правам кредиторов; причинение сделкой вреда имущественным правам кредиторов; осведомленность обеих сторон сделки (как минимум, потенциальная) о противоправности ее цели к моменту совершения сделки.

Из разъяснений, приведенных в пунктах 5–7 Постановления № 63, следует, что при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. 

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: 

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; 

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, среди которых в том числе совершение сделки безвозмездно или в отношении заинтересованного лица. 

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве, в силу которых под недостаточностью имущества должника понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью его имущества (активов), а под неплатежеспособностью – прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. 

Как усматривается в бухгалтерской отчетности Должника за 2020 год, его активы составляли 20 354 тыс. руб., кредиторская задолженность –             21 440 тыс. руб.; за 2021 год активы – 18 902 тыс. руб., кредиторская задолженность – 19 340 тыс. руб.; за 2022 год активы – 22 261 тыс. руб., кредиторская задолженность – 21 921 тыс. руб. 

Верховным Судом Российской Федерации выработана правовая позиция, согласно которой сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана иным путем, в том числе на общих основаниях (определение от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710 (4)).

Как верно установил суд, на момент совершения оспариваемых платежей у Должника имелись неисполненные денежные требования перед кредиторами, требования которых впоследствии включены в реестр требований кредиторов, в том числе обществ «ТНС энерго Великий Новгород», «ТК Новгородская», муниципального унитарного предприятия «Новгородский водоканал» (решения суда от 02.07.2020 по делу № А44-2164/2020 от 30.09.2020 по делу                             № А44-3448/2020 от 22.10.2020 по делу № А44-4702/2020 от 18.12.2020 по делу № А44-5817/2020, от 12.03.2021 по делу № А44-5827/2020, от 08.07.2021 по делу № А44-2336/2021, от 24.08.2021 по делу № А44-3635/2021, от 20.08.2021 по делу № А44-3898/2021, от 08.10.2021 по делу № А44-4930/2021, от 11.03.2022 по делу № А44-6021/2021, от 15.04.2022 по делу № А44-6789/2021, от 29.06.2022 по делу № А44-1111/2022, от 27.06.2022 по делу                                     № А44-2316/2022, от 23.11.2022 по делу № А44-3432/2022.

Таким образом, цели причинения вреда имущественным правам кредиторов Должника и причинение вреда следует из материалов дела и не опровергнуты надлежащими доказательствами.

Доказательств аффилированности, заинтересованности сторон сделки в силу положений статьи 19 Закона о банкротстве материалы дела не содержат.

Вместе с тем согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка. Судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

В данном случае заявитель ссылался на совершение Должником платежей денежными средствами, поступающими от населения в качестве оплаты жилищно-коммунальных услуг, минуя свой расчетный счет и направляя их своему агенту Обществу, которое производило расчеты с ответчиком и по заработной плате и в связи с выполнением подрядных работ по договору.

При этом материалами дела подтверждается, что ФИО6 являлся руководителем и единственным участником Должника и Общества.

В обоснование своих возражений ФИО1 ссылался на предоставление равноценного встречного исполнения в связи с получением оспариваемых денежных средств и выполнение подрядных работ, оказание услуг, расчеты с получением иных денежных средств.

Как следует из трудового договора, ФИО1 с 03.05.2018 являлся штатным работником Должника по основному месту работы в должности мастера по текущему ремонту с установлением режима работы: понедельник – пятница с 08 час 00 мин до 17 час 00 мин.

Объективных, достоверных доказательств, свидетельствующих о нуждаемости Должника в оспариваемых подрядных работах, материалы дела не содержат. При этом в штате Должника (как ранее оспариваемого периода, так и этот период) состояли работники, в чьи обязанности входила уборка мест общего пользования рассматриваемых жилых домов и придомовых территорий (дворник ФИО7 (трудовой договор от 09.01.2017) и уборщица ФИО8 (трудовой договор от 11.01.2016). О наличии замечаний, претензий, равно как и невозможности выполнения трудовых обязанностей указанными лицами не заявлено.

Ссылки ФИО6 на отсутствие работников в штате, частое отсутствие на работе дворника и уборщицы, осуществление различного объема работы указанными работниками и ответчиком подлежат отклонению судом как противоречащие материалам дела.

Действительно, исходя из значительной площади территорий, подлежащих уборке, соответствующая деятельность является трудозатратной. Однако обоснованные сомнения суда относительно выполнения таких работ ФИО1, учитывая его занятость по основному месту работы в течение дня, физические возможности одного человека, не опровергнуты допустимыми и относимыми доказательствами. 

Ссылки ФИО1 на проведение уборки 1 раз в неделю, влажной уборки 1 раз в 3 дня документально не обоснованы. С учетом такого графика работ ответчиком не доказано возможность их осуществления в отношении всех обслуживаемых объектов в течение месяца. Следует отметить значительную удаленность 11 домов, указанных в договоре подряде. Как верно указал суд, такая удаленность значительно увеличивает сроки выполнения работ по договору с учетом времени проезда к ним. Привлечение ФИО9, иных третьих лиц в неофициальном порядке к выполнению работ для уборки территорий также документально не обосновано; факт привлечения к выполнению работ третьих лиц прямо противоречит условию договора о выполнении работ ответчиком самостоятельно. 

Условиями договора подряда установлена обязанность ФИО1 производить уборку территорий с применением собственных чистящих средств. Однако из представленных доказательств сделать вывод о приобретении ФИО1 необходимых средств с целью выполнения договорных работ не представляется возможным. Коллегией судей принято во внимание заключение договора подряда с индивидуальным предпринимателем ФИО1 Между тем доказательств отражения соответствующих расходов в бухгалтерском учете судам двух инстанций не продемонстрировано. Также факт оказания услуг по механизированной уборке территории (акт от 31.03.2023) не подтвержден. В период с 2020 по 2023 годы на балансе Должника отсутствовала уборочная техника. 

Из материалов дела следует, что Должником и ФИО1 заключен ряд договоров на выполнение работ, к которым предъявляются повышенные требования к профессиональной квалификации исполнителя и особым мерам охраны труда. Так, Должником и ФИО1 заключены договоры на уборку снега и наледи с крыш жилых домов, в которых прописано аналогичное условие о выполнении ФИО1 работ лично.

Судом правомерно учтены в данном случае правила по охране труда в ЖКХ и правила по охране труда при работе на высоте, утвержденные приказами Министерства труда Российской Федерации от 29.10.2020 № 758н и от 16.11.2020 № 782н.

Какие-либо сведения о том, выполнялись ли Должником требования к оформлению допуска исполнителя к работам на высоте и выдачи средств защиты, в деле отсутствуют; сами по себе подписанные договоры и акты приемки работ не могут подтвердить факт выполнения данных работ непосредственно ФИО1 

Критическая оценка суда возможности выполнения по договору ответчиком сварочных работ на системе водоснабжения, замены канализационных стояков, сантехнических работ и проверки приборов учета, поскольку для выполнения такого вида работ исполнителю требуется получить специальный допуск, соответствует материалам дела. Доказательства прохождения ФИО1 обучения и получения им допуска к сварочным работам отсутствуют. Сторонами договоров прописано условие о выполнении работ исполнителем при помощи собственного оборудования, однако доказательств наличия такого оборудования в материалы дела не представлено. Доказательства привлечения ФИО1 третьих лиц по найму, равно как и наличия у привлеченных лиц допуска к выполнению таких работ, также не представлены.  

Договоры на изготовление и замену исполнителем с использованием своего оборудования дверей и окон в подъездах жилых домов объективно не приняты судом в качестве доказательств выполнения работ по причине отсутствия в деле каких-либо сведений, в том числе о затратах исполнителя на изготовление и монтаж дверей и окон.

Конкурсный управляющий ссылался на непередачу ему документации Должника, позволяющей установить наличие либо отсутствие оспариваемых обязательств. В данном случае обстоятельства сделки выявлены управляющим при анализе выписок банков из расчетных счетов Должника, инвентаризации основных средств.

Коллегия судей принимает во внимание бремя распределения доказывания обстоятельств в подобном споре, отсутствие в распоряжении конкурсного управляющего первичных документов бухгалтерского учета Должника.

Верховным Судом Российской Федерации выработан правовой подход в ситуации, когда конкурсный управляющим по определенным причинам лишен возможности представить документы Должника в обоснование заявленного требования. Ответчик как непосредственная сторона обязательства имеет все объективные возможности представить соответствующие доказательства в обоснование своих возражений с целью исключить, опровергнуть любые разумные сомнения в реальности оспариваемой сделки (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.02.2016 № 309-ЭС15-13978). 

Выполнение подрядных работ должно сопровождаться значительным объемом первичной бухгалтерской и организационной документации. Однако в необходимой и достаточной степени документы объективного характера, подтверждающие выполнение подрядных работ, средства, затраченные на приобретение материалов, либо выполнения работ средствами Должника, своими силами, либо силами третьих лиц, материалы дела не содержат.

Судом учтено, что в период выполнения ФИО1 различных ремонтных работ ответчик находился в должности мастера по текущему ремонту Должника. Вместе с тем, ФИО1 не пояснил, по какой причине данные ремонтные работы, относящиеся к предмету трудовых функций по его трудовому договору, выполнялись в рамках отдельных гражданско-правовых договоров как сторонним исполнителем с помощью собственного оборудования.

Документального обоснования иных платежей ответчику материалы дела не содержат.

Таким образом, сопоставив поведение ответчика с поведением абстрактного среднего участника хозяйственного оборота, действующего в той же обстановке разумно и осмотрительно, признать оспариваемые действия при заключении сделки в пределах стандарта поведения добросовестного контрагента не представляется возможным.

В рассматриваемом случае оспариваемая сделка совершена на нерыночных условиях, с реальной хозяйственной деятельностью не связана и не имела цели извлечения прибыли. В необходимой и достаточной степени документы объективного характера, подтверждающие экономическую целесообразность оспариваемой сделки, отсутствуют.

Означенное свидетельствует о нестандартном характере рассматриваемой сделки, на условиях не доступных другим участникам оборота. Очевидно, что сторонами сделки преследовалась противоправная цель по выводу актива Должника.

Изложенные обстоятельства в своей совокупности явились достаточными для вывода суда о том, что в результате совершения названной сделки имелась цель причинения вреда кредиторам, таковой был причинен.

Вместе с тем апелляционным судом не усматривается оснований для признания сделки недействительной, совершенной при злоупотреблении правом на основании статей 10 и 168 ГК РФ.

Наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по статьям 10 и 168 ГК РФ (пункт 4 Постановления № 63, пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»). 

В то же время исходя из того, что совершение подозрительной сделки по сути является также злоупотреблением права, но со специальным юридическим составом признаков, указанных в статье 61.2 Закона о банкротстве, судебная коллегия полагает, что квалификация по статьям 10 и 168 ГК РФ должна применяться субсидиарно к специальным нормам. Произвольная или двойная квалификация одного и того же правонарушения как по специальным, так и по общим нормам противоречит принципам правовой определенности и предсказуемости. 

Обстоятельств, выходивших за пределы диспозиции статьи 61.2 Закона о банкротстве, ответчику не вменялось и судом не установлено. Как следствие, отсутствовали основания для признания сделки недействительной в силу положений статей 10 и 168 ГК РФ.

Применяя последствия недействительности сделки, суд руководствовался положениями пункта 2 статьи 167 ГК РФ и пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве.

Других убедительных доводов, основанных на доказательственной базе, позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, в апелляционной жалобе не содержится.

Иное толкование апеллянтом положений законодательства о банкротстве, а также иная оценка обстоятельств спора не свидетельствуют о неправильном применении судом первой инстанции норм материального права.

Судом первой инстанции полно и всесторонне исследованы обстоятельства дела, нарушений или неправильного применения норм материального и процессуального права не допущено, оснований для отмены определения суда апелляционная коллегия не усматривает. 

При подаче апелляционной жалобы ФИО1 уплатил государственную пошлину в размере 3 000 руб. по чеку от 27.08.2024.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы в виде государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы относятся на апеллянта.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л :

определение Арбитражного суда Новгородской области от 30 июля 2024 года по делу № А44-504/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд                           Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

С.В. Селецкая

Судьи

Т.Г. Корюкаева

Н.Г. Маркова