АРБИТРАЖНЫЙ СУД ОРЛОВСКОЙ ОБЛАСТИ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

Дело №А48-14018/2019

06 октября 2020 года

г. Орёл

Резолютивная часть решения объявлена 29.09.2020.

Арбитражный суд Орловской области в составе судьи Подриги Н.В. при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании исковое заявление федерального казенного учреждения исправительная колония №5 Управления федеральной службы исполнения наказаний по Орловской области (303900, Орловская область, Урицкий район, пгт. Нарышкино, ул. Заводская, д.62, ОГРН 

<

***>) к обществу с ограниченной ответственностью "Орелремстрой" (

<

...>, каб. 22; ОГРН 

<

***>) о взыскании 82 100 руб. 00 коп.

при участии в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора: 1) общество с ограниченной ответственностью «ЭнергоМ» (302028, 

<

...>, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), 2) общество с ограниченной ответственностью «ИНТЕР РАО – Орловский энергосбыт» (302030, 

<

...> К, ОГРН 

<

***>); 3) акционерное общество "ОРЕЛОБЛЭНЕРГО" пл. Поликарпова, д. 8 , г. Орел, обл. Орловская ИНН (

<

***>) ОГРН (

<

***>); 4) Публичное акционерное общество «Межрегиональная распределительная сетевая компания Центра» (127018, 

<

...>, ОГРН 

<

***>) в лице филиала ПАО «МРСК Центра» - «Орелэнерго» (302030, 

<

...>),

при участии в судебном заседании:

от истца – представитель ФИО2 (паспорт, доверенность от 14.08.2020 №58/ТО/35/2/2-4777д),

от ответчика – представитель Петренко Г.И. (удостоверение адвоката №0603 от 24.11.2010, доверенность от 21.01.2020), директор ФИО3 (паспорт, доверенность от 21.01.2020),

третьи лица в заседание суда не явились, извещены надлежащим образом,

УСТАНОВИЛ:

Федеральное казенное учреждение исправительная колония №5 Управления федеральной службы исполнения наказаний по Орловской области (истец, ФКУ ИК №5 УФСИН по Орловской области, ИК №5) обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Орелремстрой» (ответчик, ООО «Орелремстрой», Общество) о взыскании убытков в размере 82 100 руб., причиненных в связи с необходимостью восстановления поврежденного ответчиком силового кабеля.

В судебном заседании представитель истца поддержал заявленные требования.

Представитель ответчика иск не признал, по доводам, изложенным в отзыве и дополнениях к нему. 

Ответчик указал, что о порыве кабеля их организация не знала, истец их не извещал, претензий к качеству работ не поступало, акт о повреждении составлен без их участия; в постовой ведомости нет записей о производстве работ техникой и пропуске на территорию колонии трактора, нет сведений о допуске рабочих ответчика. Полагает, что кабель был старый (53 года) и у него могло произойти внутреннее замыкание или при выполнении работ или проезде техники, не принадлежащей ответчику, его могла «вытолкнуть» наружу почва. Кабель не был уложен в соответствии с ПУЭ-7, а находился на поверхности земли; истец не подтвердил факт принадлежности ему кабеля. Визуальные обозначения о прохождении кабеля отсутствовали, техническая документация о прохождении кабеля не передавалась. 

Оспаривая сумму убытков, Общество указало, что в спецификации ООО «ЭнергоМ», проводившей ремонтные работы, указаны характеристики кабеля, которого не существуют, цены работ завышены в два раза. Показания свидетелей со стороны истца противоречивы и не могут быть приняты в качестве доказательств по делу. Акт осмотра ковша экспертом показал, что на него не было термического воздействия. Ночью в тот день шел дождь, поэтому работы по рытью траншеи и бурению отверстий в грунте были невозможны.

Суд привлек к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора: 1) общество с ограниченной ответственностью «ЭнергоМ», 2) общество с ограниченной ответственностью «ИНТЕР РАО – Орловский энергосбыт», 3) акционерное общество "ОРЕЛОБЛЭНЕРГО", 4) Публичное акционерное общество «Межрегиональная распределительная сетевая компания Центра» в лице филиала ПАО «МРСК Центра» - «Орелэнерго» (третьи лица 1-4 соответственно).

ООО «ЭнергоМ» в отзыве (т.1, л.д.74) поддержало позицию истца, подтвердило повреждение кабеля и выполнение ремонтно-восстановительных работ в период 31.07.-01.08.2019., в том числе и ночью. Об аварии узнали по телефону от сотрудника истца 31.07.2019, который выяснял возможность срочного проведения ремонтных работ. По прибытии на место аварии стало известно, что произошел разрыв кабеля 10кВ, вследствие чего была выведена из рабочего состояния трансформаторная подстанция истца, обеспечивающая функционирование производственной деятельности, в которой задействованы осужденные, отбывающие наказание в ФКУ ИК №5 УФСИН по Орловской области, и объектов жизнеобеспечения указанного учреждения. Тракторная техника ответчика находилась неподалеку от места повреждения кабеля. С целью оплаты выполненных работ ФКУ ИК-5 УФСИН России по Орловской области заключило государственный контракт №51 от 28.08.2019г.

ООО «ИНТЕР РАО – Орловский энергосбыт» в отзыве указало, что не является владельцем сетей на спорном объекте, в отношении судьбы спора полагается на усмотрение суда.

Акционерное общество "Орелоблэнерго" отзыв на иск не представило, ходатайств не заявило.

Представитель публичного акционерного общества «Межрегиональная распределительная сетевая компания Центра» в лице филиала ПАО «МРСК Центра» - «Орелэнерго», ранее участвуя в судебном заседании, подтвердил принадлежность спорного кабеля истцу и факт аварийного отключения 31.07.2019 выключателя 10 КВ ВЛ-10 кВ №11 ПС 110/35/10 «Нарышкинская», питающей ФКУ ИК №5 УФСИН по Орловской области, в результате чего сработал аварийный сигнал; выключатель был включен дежурным диспетчером после отключения поврежденного участка, находящегося на балансе ИК-5. Данное третье лицо обеспечило явку в судебное заседание специалиста, давшего объяснения по энерготехнической стороне спорных правоотношений. В отношении судьбы спора третье лицо полагается на усмотрение суда.

Все третьи лица явку в судебное заседание не обеспечили, в силу чего в соответствии с частью 5 статьи 156 АПК РФ суд рассмотрел дело в их отсутствие.

Исследовав материалы дела, заслушав объяснения сторон, третьего лица, допросив свидетелей, суд установил следующие обстоятельства.

17.06.2019 года между ФКУ ИК №5 УФСИН по Орловской области (Государственный заказчик) и ООО «Орелремстрой» (Поставщик) был заключен государственный контракт на выполнение работ по капитальному ремонту №03541000062190000790001 (т.1, л.д. 11-21).

В силу п. 1.1 договора подрядчик в счет оговорённой в ч. 2 настоящего Контракта стоимости выполнит собственными силами работы по капитальному ремонту основного ограждения 2 участка объекта ОППО «Керамик» ФКУ ИК-5 УФСИН России по Орловской области, расположенного по адресу: ул. Заводская, д.62, пгт. Нарышкино, Урицкого района, Орловской области, «производственная зона», в соответствии с условиями Контракта, Технического задания и утвержденным локальным сметным расчетом, являющимися неотъемлемой частью Контракта.

Качество выполняемых работ должно соответствовать техническому заданию, локальному сметному расчету, действующим нормам ГОСТ, ПУЭ, СНиП, в строгом соответствии с требованиями по электробезопасности и пожарной безопасности (п. 1.2).

Срок выполнения работ – в течение трех дней с момента заключения контракта, окончание – 01.09.2019 (п.5.1).

Данный контракт был сторонами выполнен, о чем свидетельствуют акт о приемке выполненных работ по форме №КС-2 от 02.10.2019г. №1 и справка о стоимости выполненных работ и затрат от 02.10.2019г. №1 (т.2, л.д.26-29).

31.07.2019 сотрудниками истца составлен акт обследования места аварии (т.1, л.д. 24), в котором указано, что комиссия провела обследование участка разрыва кабеля 10кВ (протяженностью 67 метров) до опоры ВЛ-10кВ Ф-11, расположенного на 2 участке внешней запретной зоны ОППО «Керамик» ФКУ ИК-5 УФСИН России по Орловской области. 

Проверкой установлено, что 31.07.2019г. в 15ч.40мин. при выполнении работ по капитальному ремонту основного ограждения 2 участка объекта ОППО «Керамик» согласно государственному контракту №03541000062190000790001 от 17.06.2019г., производимому ООО «Орелремстрой», в результате механического повреждения тракторной техникой, произошел разрыв кабеля 10кВ, в результате чего была выведена из рабочего состояния трансформаторная подстанция ТП-2 ФКУ ИК-5 УФСИН России по Орловской области. Данная авария не позволяет обеспечить функционирование ЦТАО ФКУ ИК-5 и объектов жизнеобеспечения учреждения.

 По итогу обследования решено: 1) в кратчайшие сроки произвести ремонтно-восстановительные работы; 2) для устранения причин инцидента привлечь спецорганизацию с соответствующей техникой; 3) государственный контракт заключить на основании пункта 9 части 1 статьи 93 Федерального закона от 05.04.2013 года № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд»; 4) размещение заказа каким-либо иным способом определения подрядчик считать нецелесообразным как требующим затрат времени.

28.08.2019 между ФКУ ИК №5 УФСИН по Орловской области (Государственный заказчик) и ООО «ЭнергоМ» (Исполнитель) заключен государственный контракт №51 на возмездное оказание услуг вследствие аварии (т.1, л.д. 75-79).

Актом выполненных работ №237 от 29.08.2019 и платежным поручением от 06.09.2019 №736124 подтверждается выполнение и оплата ремонтно-восстановительных работ за 31.07.2019 (т.1, л.д. 25-26) на сумму 82 100 руб.

В ответ на претензию истца от 31.10.2019 о возмещении ущерба в размере 82 100 руб. ответчик указывает, что на начало производства работ по государственному контракту заказчиком не было представлено никакой инженерно-технической документации о прохождения сетей коммуникации на ремонтируемом объекте. На момент разрыва кабеля 10 кВ не был составлен двухсторонний акт повреждения. Согласно п.2.3.83-2-3.101 ПУЭ-7 при прокладке кабельных линий непосредственно в земле, кабели на всем протяжении должны быть защищены от механических повреждений путем покрытия при напряжении ниже 35 кВ-плитами или обыкновенным глиняным кирпичом в один слой поперек трассы кабелей. Глубина заложения кабельных линий от планировочной отметки должна быть не менее линий до 20 кВ-0,7м. При прокладке на глубине 1-1,2 м кабели 20 кВ и ниже допускается не защищать от механических повреждений. Согласно техзаданию контракта необходимо было вырыть траншею глубиной 0,5 м, в связи с чем кабель не мог быть задет. В ответе на претензию требования заказчика Общество сочло необоснованными (т.1, л.д. 27-29).

В связи с отсутствием возмещения убытков в досудебном порядке истец обратился в суд с настоящим иском.

Арбитражный суд, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, пришёл к выводу о том, что исковые требования подлежат удовлетворению в связи со следующим.

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Как следует из положений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

В соответствии с нормами статьи 1064 Кодекса вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Согласно пункту 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010г. №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» ответственность юридического лица или гражданина, предусмотренная пунктом 1 статьи 1068 Кодекса, наступает за вред, причиненный его работником при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании заключенного трудового договора (служебного контракта). На юридическое лицо или гражданина может быть возложена обязанность по возмещению вреда, причиненного лицами, выполнявшими работу на основании гражданско-правового договора, при условии, что эти лица действовали или должны были действовать по заданию данного юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ (пункт 1 статьи 1068 Кодекса).

Из части 1 статьи 65 АПК РФ, пункта 2 статьи 1064 ГК РФ следует, что бремя доказывания факта причинения вреда, противоправности поведения причинителя вреда, причинно-следственной связи между противоправным поведением и наступлением вреда лежит на истце (потерпевшем), а бремя доказывания отсутствия вины причинителя вреда - на ответчике (причинителе вреда).

Факт повреждения кабеля силовой линии подтверждается материалами настоящего дела, в частности, фотоматериалами и письменными пояснениями ООО «ЭнергоМ», ПАО «МРСК-Центра», которые подтвердили порыв кабеля, ведение ремонтно-восстановительных работ, факт аварийного отключения 31.07.2019 выключателя 10 КВ ВЛ-10 кВ №11 ПС 110/35/10 «Нарышкинская», питающей ФКУ ИК №5 УФСИН по Орловской области, в результате чего сработал аварийный сигнал. При этом суд учитывает, что ПАО «МРСК-Центра» является незаинтересованным лицом в настоящем деле, поскольку не ремонтировало спорный кабель/иное оборудование, не находится со сторонами и третьим лицом в обязательственных отношениях по поводу спорных событий. 

В оперативном журнале Урицой РЭС п.Нарышкино содержатся записи от 31.07.2019 о том, что в 17 часов 05 минут сотрудник третьего лица 4 прибыл на ВЛ-10кВ №3 ВЛ-10КВ №11 и в 17 часов 05 минут отключил ВЛ-10КВ №3 и ВЛ-10КВ №11 от ПС 110/35/10 «Нарышкинская», в 17 часов 07 минут сделана запись о том, что замечаний по отключению нет. В 18 часов 10 минут включен выключатель №11.

Специалист ФИО4 пояснил, что на объект истца не выезжал, поскольку кабельная линия находится на балансе истца и они её не обслуживают. 31.07.2019 было аварийное отключение линии, которая питает микрорайон «Восточный» и ИК№5. Сотрудники Урицкой РЭС выехали на раздел участка линии и отключили питание, население микрорайона «Восточный» было запитано с другой линии. По записям оперативного журнала, сотрудники ИК №5 нашли место повреждения, подстанция была обесточена. При осмотре фотоматериалов дела он пояснил, что поврежденный кабель имеет защитную оболочку. Защитная оболочка бронированная, лопатой её не пробить. От старости такой кабель не могло замкнуть. На фотографиях видны черные следы от короткого замыкания, кабель выдернут, его чем-то зацепили. По его мнению, земля была вскопана каким-то механизмом, следы лопаты выглядят по-иному. Кабель выгорел вследствие короткого замыкания и дальше пошло его повреждение. При коротком замыкании происходит трёхкратное увеличение напряжения. По практике от выгоревшего участка нужно 2-3 метра вырезать и ставить соединительную муфту. 

Обозрев документы ООО «ЭнергоМ» с видами выполненных работ и используемыми материалами, специалист озвучил своё мнение, что работы соответствуют порыву, изображенному на фотографиях, относительно характеристики кабеля 3*125 мм.кв. точно ответить не мог, поскольку ему это не известно. Пояснил, что в их организации есть бригада, которая может выполнять подобные ремонтно-восстановительные работы, они находятся в г. Орел, стоимость аналогичных работ ему неизвестна, так как он составлением сметы не занимается. Поскольку порыв был в вечернее время, то их бригада для ремонта могла выехать только на следующий день.

Суд отклоняет довод ответчика о том, что поврежденная кабельная линия истцу не принадлежит, поскольку истец представил свидетельство о государственной регистрации права на системы энергоснабжения и технический паспорт на это сооружение. ПАО «МРСК Центра» - «Орелэнерго» также подтвердило факт принадлежности спорных сетей истцу и то, что не обслуживало кабель, а ООО «ИНТЕР РАО – Орловский энергосбыт» в отзыве указало, что не является владельцем сетей на спорном объекте.

Поскольку ответчик критически отнесся к оригиналу технического паспорта сооружения (т.2, л.д.9-14), указывая, что не все страницы истцом представлены, суд направил запрос в Государственное унитарное предприятие Орловской области «Межрегиональное бюро технической инвентаризации» на предмет представления заверенной копии данного паспорта. Указанное лицо представило идентичный технический паспорт на сооружение «Система энергоснабжения», в котором также отсутствуют приложения (схема ЛЭП, план ЛЭП, экспликация ЛЭП) (том 2).

Судом с целью выяснения обстоятельств происшествия были допрошены свидетели, предупрежденные под подписку об уголовной ответственности за отказ от дачи показаний и за дачу заведомо ложных показаний.

Свидетель ФИО5 пояснил, что работает главным инженером ООО «Орелремстрой». В июле 2019 года они не приступили к работам в связи с погодой и тем, что не закончили другие работы. Все работы начинаются с его разрешения, ночью 31.07.2019 был дождь, трактор не мог проводить работы, поскольку местность болотистая. Точно не может пояснить, когда приступили к работам, вероятно, в начале августа. На объект истца зашли рабочие, чтобы сделать разметку для установления забора. В середине августа на объект был запущен трактор. В июле они заходили на объект с руководством колонии и осматривали место проведения работ.

Свидетель ФИО6 пояснил, что работает в карауле постовой службы. Трактор запущен был до основного ограждения, поэтому никаких пропусков работникам ответчика оформлять не нужно было, это внешняя запретная зона, осмотр работников ответчика не производится, контакта с осужденными там нет. Заместитель начальника колонии подполковник Прилепский дал ему команды «запустить трактор» и «запустить рабочих», после сотрудники колонии сняли сетку рабицу, чтобы запустить трактор, поскольку никакого другого заграждения не было, его делали сотрудники ответчика. Когда произошел порыв кабеля, отключилось электричество. Поскольку электричества не было, стали производить «съём» осужденных из производственной зоны в жилую. Несколько дней промзона не работала. В момент аварии свидетель находился в карауле, часовой с поста ему сообщил по телефону об аварии. Когда всё произошло, он прибежал на место аварии, видел трактор, водителя и рабочего. Трактор был жёлтый и маленький, был ли ковш впереди, он не помнит. Въезд трактора на промзону свидетель не должен указывать в журнале, это не предусмотрено внутренним положением, в журнале он указывал старшего (сотрудник колонии) и четырёх человек, которые прошли с ним через караульное помещение. Пропуска выписывают на людей и транспорт только при проходе на промзону и жилую зону. Место, где ремонтировали забор, относится к промзоне, но основное ограждение не пересечено, поэтому пропуска не нужны. Трактор запускали для работы на стыке 2 и 3 участка, для чего снимали ограждение на стыке 3-4. Работы начинались со второго участка впритык к стене.

Свидетель ФИО7 пояснил, что работает заместителем начальника колонии по тылу с сентября 2015 года. В момент происшествия находился на складе, там погас свет, он вышел на улицу, увидел задымление. Осмотрели место происшествия, вызвали специалистов, приехали энергетики, отключили электричество. Потом подошли к месту аварии. На месте присутствовали работники, которые выполняли монтаж забора. Свидетель с данными сотрудниками знаком, поскольку ему их представили для ведения работы по монтажу забора. По прибытии на место свидетель увидел, что траншея не была разрыта, был небольшой оранжевый трактор с обугленным ковшом. Близко к месту он не подходил, поскольку не знал, идёт ли ток или нет, находился за забором. После отключения электричества подошли непосредственно к месту аварии, после чего вызвали специалистов для ремонта. Каких специалистов вызывать для ремонта- решал их главный энергетик. Ремонтные работы начали выполнять ночью и на следующий день смогли всё запустить. Контролировал работы главный инженер и главный энергетик. Авария произошла между основным и предупредительным ограждением, там находился трактор. Он лично позвонил директору ответчика по телефону на следующий день утром и сообщил тому, что его работники повредили кабель. Кабель не был перебит, он встал на излом. Перед началом работ подрядчиком его работникам показали, где находится кабель. 

Свидетель ФИО8 пояснил, что работает главным инженером в колонии. Про аварию ему сообщил оператор постового контроля, а тому сообщил из сотрудник, который стоял на вышке. Свидетель выдвинулся на место аварии, попутно звонил в энергоснабжающую компанию, чтобы отключили линию. На 2-3 участке промзоны увидел рядом с основным внешним ограждением разрыв кабеля, будто его выдернули из земли. Разорванных концов не было, посередине кабель обугленный. Он вызвал организацию «ЭнергоМ» для производства работ. Когда свидетель пришел на место аварии, техники уже там не было. Работники подрядчика были на углу 3-4 участка. Был дым и разряды электрические, пока не отключили электричество. Трактор желтого цвета, цвет кабеля был черный в бронированной оплетке, оплетка серебристого металла, блестящая. Кабель имел три жилы, сам кабель толщиной примерно с палец. Когда поврежденный кабель откапывали, он лежал в земле на расстоянии от метра до 70 см. Длина вытянутого из земли кабеля примерно 2 метра. Поиск мест разрыва кабеля включает в себя то место, где обнаружили разрыв, туда установили муфту, после приезжала специальная лаборатория, которая подсоединяется к кабелю, «пробивает» его на всю длину и видно, где еще был разрыв кабеля. Подстанция, где сгорела муфта, находится непосредственно в их учреждении.

Свидетель ФИО9 пояснил, что работает инспектором в отделе охраны, в должностные обязанности входит охрана границ своего поста, охраняет периметр объектов. Авария произошла во второй половине дня. Спецтехника ответчика проводила работы, в результате которых произошла авария. Экскаватором намечали место, где будут поводить разрытие. В момент аварии произошла вспышка, было много дыма. По инструкции должны немедленно связаться с начальником, доложить ему и действовать по его распоряжению. От его рабочего места до экскаватора было около 30 метров. После того как свидетель доложил начальнику, начали прибывать ответственные лица устанавливать причину, проводить мероприятия по съему заключенных, так как электропитание отключилось. Об аварии сообщил посредством телефонной связи начальнику. Съем осужденных проводился около 30-40 минут. После аварии трактор отогнали, через какое-то время он уехал.

Свидетель ФИО10 пояснил, что работает в ООО «ЭнергоМ» инженером-энергетиком 7 лет. Ему позвонил инженер колонии и сказал, что у них повреждения на кабельной линии, произошел порыв. По приезду увидел, что кабель был поврежден, они начали ремонтировать его, лаборатория приехала часов в 12-14, испытали кабельную линию, кабель не прошел, начали искать второе место повреждения. На месте аварии был инженер и сотрудники колонии. Есть бланк, по которому они делают протокол, действующий в течение суток. При порыве кабельной линии образовалась перезагрузка и потянула муфту.

По мнению суда, данными свидетельскими показаниями подтверждено, что к аварии могли быть причастны только работники ответчика на специализированной технике.

Ответчик, оспаривая факт нахождения на территории истца в момент аварии, ссылается на отсутствие фиксации входа на территорию в ИК №5 его сотрудников.

Как пояснял истец, порядок пропускного режима в 2019 году осуществлялся в соответствии с требованиями приказа Минюста России от 15.02.2006 №21-дсп «Об утверждении Инструкции по охране исправительных учреждений, следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы». Поскольку сотрудники ответчика осуществляли работы по контракту во внешней запретной зоне, которая относится к промзоне, то пропуск их для работ во внешней запретной зоне осуществлялся начальником караула на основании распоряжения заместителя начальника учреждения.

Из письменного объяснения заместителя начальника Учреждения ФИО11 (т.2, л.д.35-36) видно, что такое распоряжение им было дано.

Видеофиксация внешней запретной зоны не производится, а срок хранения записей установлен приказом МЮ РФ от 17.06.2013 №9 «О внесении изменений в приказ МЮ РФ от 04.09.2006 №279» и обеспечивается в течение 30 суток.

Согласно п. 17 Приказа Минюста России от 04.09.2006 №279 «Об утверждении Наставления по оборудованию инженерно-техническими средствами охраны и надзора объектов уголовно-исполнительной системы» ограждения по функциональному назначению могут быть: основное, запретных зон, экранное, площадок для построения караула, контрольных площадок для досмотра транспорта, просматриваемых и выводных коридоров, изолированных участков.

Согласно пп. 10 п. 17 Приказа Минюста России от 04.09.2006 №279, запретная зона выгораживается и означается на местности предупредительными знаками. В зависимости от стороны прилегания к основному ограждению (основное ограждение возводится по всему периметру объекта охраны УИС для воспрепятствования прохода лиц и проезда транспорта вне КПП) различают внешнюю и внутреннюю запретные зоны.

В представленной истом постовой ведомости имеется запись о пропуске в 08 часов 50 минут во внешнюю запретную зону сотрудника истца и с ним 4-х человек. Запись от 31.07.2019 вел свидетель ФИО6, который подтвердил, что на месте аварии видел трактор, водителя и рабочего.

В журнале рапортов приема-сдачи дежурств ИК №5 содержится запись, что в 15 часов 37 минут произошло отключение электроэнергии в производственной зоне.

Ответчик не отрицает факт выполнения работ на территории истца, но не согласен с периодом выполнения работ. Представил акт исследования ТС: погрузчик марки Locust L 752, который, как он утверждает, выполнял работы на территории истца по контракту на работы по капитальному ремонту основного ограждения, а на момент аварии находился на работах по договору №47 от 30.07.2019.

Как видно из договора от 30 июля 2019 года №47, его предметом является выполнение ООО «Орелремстрой» работ по копке траншеи и бурении отверстий под столбы.

Вместе с тем, в указанном договоре вообще не указано, какой именно техникой выполняются указанные работы, в акте отражено выполнение работ по бурению, но также нет ссылок на используемую технику, сам акт составлен 30.09.2019, тогда как ответчик утверждает о работах, производимых 31.07.2019.

К акту исследования (осмотра) транспортного средства №295/20-э (том 2) суд относится критически, поскольку он составлен 10.09.2020, т.е. по истечении более года с момента спорного происшествия и не может достоверно отражать нахождение на ковше следов термического воздействия вследствие воздействия тока. Тем более, что выполнение работ именно указанным в акте средством на территории истца, не смог подтвердить ни один из участников спора, его регистрационный знак нигде не отражался. Въезд и выезд техники во внешнюю запретную зону истцом не фиксируется.

Довод ответчика о том, что письмами от 22.07.2019 и 20.08.2019 истец просил предоставить график проведения работ, что, по мнению Общества, подтверждает, что в июле 2019 года оно вообще к работам не приступило, правового значения не имеет, так как не опровергает факт нахождения Общества на объекте 31.07.2019г. При том, что в письме от 22.07.2019 истец просил сообщить о дате начала работ, а свидетель ФИО5 подтвердил, что в июле они заходили на объект с руководством колонии и осматривали место проведения работ. В письме от 20.08.2019 истец не указывает, что работы ответчиком не начаты, а обращает внимание на отставание и погодные условия. 

Отклоняя данный довод, суд также учитывает общее процессуальное поведение ответчика: так, в ответе на претензию, Общество не указало, что на дату аварии не приступило к работам, а ссылается на нарушения правил ПУЭ при прокладке кабеля, в ходе судебного разбирательства Общество регулярно объясняло, что 31.07.2019г. землеустроительных работ не объекте не было, и только в судебном заседании 14-21 сентября 2020г. впервые заявило довод о том, что к выполнению работ по контракту Общество приступило в августе 2019 года.

Помимо того, в акте о приемке выполненных работ от 02.10.2019г. №1 и справке о стоимости выполненных работ от 02.10.2019г. №1 отчетный период указан как «17.06.2019-02.10.2019», при этом акт составляется на основании данных Журнала учета выполненных работ.

Возражая против иска, ответчик ссылался на то, что факт аварии должен быть отражен в журнале производства работ. Выясняя судьбу журнала, суд установил, что он не передавался истцу под расписку, что подтвердил ответчик, тогда как истец вообще отрицал их наличие. Поскольку на доводе о передаче данных документов истцу настаивал ответчик, но в нарушение ст. 65 АПК РФ не представил соответствующих доказательств, суд считает его недоказанным.

Утверждение ответчика о том, что земляные работы не могли проводиться 31.07.2019г., поскольку ночью шел дождь, а местность болотистая, опровергается свидетельскими показаниями и фотоматериалами, выполненными в тот день.

На фотографиях видно, что почва серого цвета, грязи и подтоплений нет, почва не мягкопластична, а навалена комьями разного размера, в отдельных местах пылевая. Из представленной ответчиком справки Росгидромета следует, что 31.07.2019 был небольшой дождь с 01 час. 04 мин. до 04 час. 45 мин., количество выпавших осадков 2,5 мм. Из представленной истцом справки Росгидромета следует, что 31.07.2019 с 05 часов 00 минут до 17 часов 00 минут наблюдалась пасмурная погода, без осадков. Небольшой дождь был с 01 час. 04 мин. до 04 час. 45 мин., количество выпавших осадков 2,6 мм.

Приказом Росгидромета от 16.10.2008 №387 был введен в действие РД 52.88.699-2008. Руководящий документ. Положение о порядке действий учреждений и организаций при угрозе возникновения и возникновении опасных природных явлений, в котором в приложении «А» даны характеристики опасных природных явлений, в том числе, относящихся к дождю. Количество выпавших осадков 2,6 или 2,5 мм к таковым не относится. Как указано в письме Росгидромета, небольшой дождь был в ночное время, тогда как рабочие ответчика прибыли на объект истца в 08 часов 50 минут, когда атмосферных осадков в виде дождя уже не было.

Ответчик также полагает, что кабель был старый и у него могло произойти внутреннее замыкание или при выполнении работ или проезде техники, не принадлежащей ответчику, его могла «вытолкнуть» почва. 

Однако специалист ФИО4 пояснил, что на фотографиях видны черные следы от короткого замыкания, кабель выдернут, его чем-то зацепили; кабель имеет защитную бронированную оболочку, лопатой её не пробить, от старости такой кабель не могло замкнуть.

Ссылка ответчика на ПУЭ, утвержденные Главтехуправлением, Госэнергонадзором Минэнерго СССР 05.10.1979 о глубине залегания кабеля, в данном случае не применима, поскольку согласно техническому паспорту сооружения «Система энергоснабжения», год ввода электролинии в эксплуатацию – 1967.

Отсутствие или наличие визуальных обозначений о прохождении кабеля и передачи технической документация о прохождении кабеля, сами по себе не исключают доказанности факта порыва кабельной линии в результате производства ответчиком земляных работ. Тем более, что на фотографии истца (т.1, л.д. 137) усматривается наличие таблички «Кабель не копать».

В соответствии с пунктом 15 Правил установления охранных зон объектов электросетевого хозяйства и особых условий использования земельных участков, расположенных в границах таких зон, утвержденных постановлением Правительства РФ от 24.02.2009 № 160, лица, производящие земляные работы, при обнаружении кабеля, не указанного в технической документации на производство работ, обязаны немедленно прекратить эти работы, принять меры к обеспечению сохранности кабеля и в течение суток сообщить об этом сетевой организации, владеющей на праве собственности (ином законном основании) указанной кабельной линией либо федеральному органу исполнительной власти, осуществляющему федеральный государственный энергетический надзор.

Вопреки требованиям действующего законодательства ответчик при произведении земляных работ при обнаружении кабельной линии эти работы не прекратил, меры к обеспечению сохранности кабеля не принял. При том, что свидетель ФИО7 пояснил, что ему работники ответчика сказали, что знают, где лежит кабель, они начнут копать экскаватором, а как дойдут до нужного места, до кабеля, то будут копать лопатой.

Однако подобные работы производятся только посредством шурфления лопатой, использование техники в местах пролегания кабеля запрещено.

Более того, закон, исходя из презумпции вины причинителя вреда и освобождения потерпевшего от доказывания его вины, преследует определенную цель - обеспечить тем самым восстановление имущественных прав потерпевшего лица. Позиция ответчика нарушает принцип генерального деликта (всякое причинение вреда презюмируется противоправным), подлежащий применению при рассмотрении настоящего спора.

Относительно отсутствия на месте порыва спецтехники и её следов, суд отклоняет данный довод ответчика, поскольку он опровергается фотоматериалами, представленными истцом. Так, на фотографии от 31.07.2019 в 17:56:01, в 17:56:15 четко видны колеи от колес ТС с подъездом к месту порыва и отъездом назад около бетонного бордюра, почва и трава в этих местах примята. Следы от колёс на земле визуально похожи на следы, которые могли оставить шины погрузчика Locust L 752, фотографии которого представлены ответчиком вместе с актом осмотра данного ТС. То, что техника после порыва кабеля отъезжала от места порыва, подтвердили несколько свидетелей.

Доводы ответчика о противоречивости показаний свидетелей, суд отклоняет. Относительно названия свидетелями разных цветов кабеля показания достоверны, поскольку на фотографиях видно, что кабель имеет разные цвета от черного (места термического воздействия) до коричневого (места с почвой и отхождения защитной оболочки). Относительно того, что кабель «разорван» или «согнут», показания также достоверны, поскольку кабель при порыве находился над землей в форме дуги, а его жилы и защитная оболочка визуально повреждены (вскрыты, порваны). Наличие/отсутствие в месте порыва искрения, задымления и самого погрузчика объяснимо разным временем прибытия свидетелей к месту происшествия. Остальные замечания ответчика по показаниям свидетелям не подтверждают их недостоверность, а вызваны наличием/отсутствием специальных познаний, незнанием зон ответственности третьих лиц (ООО «ИНТЕР РАО – Орловский энергосбыт», АО «Орелоблэнерго», ПАО «МРСК Центра» - «Орелэнерго») и давностью происшествия, о чем упоминали сами свидетели.

Суд отклоняет довод ответчика о том, что истец не уведомлял его о произошедшей аварии до момента, когда ремонтные работы были выполнены, как не влияющий на исход спора.

С учетом функций и особого статуса исправительного учреждения, его финансирования за счет федерального бюджета, а также пункта 9 части 1 статьи 93 Федерального закона от 05.04.2013 года № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», истец предпринял срочные и необходимые меры в условиях произошедшей аварии, повлиявшей на его деятельность и распорядок осужденных.

В целях минимизации убытков, истец незамедлительно сообщил об аварии в энергоснабжающую компанию, в последующем сотрудник ПАО «МРСК Центра» - «Орелэнерго» отключил ВЛ-10КВ №3 и ВЛ-10КВ №11 от ПС 110/35/10 «Нарышкинская». В этот же день истец привлек к выполнению ремонтно-восстановительных работ ООО «ЭнергоМ», которое окончило работы на следующий день. О заключенном контракте с ООО «ЭнергоМ» было уведомлено УФАС по Орловской области письмом №6558 от 28.08.2019 (т.1, л.д. 57).

С учетом совокупности вышеизложенного суд считает, что факт неуведомления Общества об аварии в данном случае не исключает предъявление к ответчику требования о взыскании убытков. 

Ответчик также оспаривает размер убытков, представив счет ООО ТД «Электросвет» на сумму 18 839,01 руб., в котором не учтено выполнение работ, транспортные расходы, указана только стоимость материалов с его отгрузкой со складов, а не доставкой по месту нахождения покупателя, как происходило в рассматриваемом случае.

Указание в спецификации ООО «ЭнергоМ» кабеля АСБ 3*125 мм., вместо 3*120 не опровергает факт выполнения работ с использованием материалов исполнителя. 

Заключение контракта с ООО «Энерго-М» после выполнения работ связано с финансированием ИК№5. В соответствии с подпунктами 2, 6 пункта 7 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 13.10.2004 №1314, ФСИН России осуществляет полномочия собственника в отношении федерального имущества, переданного учреждениям и органам уголовно-исполнительной системы, предприятиям учреждений, исполняющих наказания, а также иным предприятиям, учреждениям и организациям, специально созданным для обеспечения деятельности уголовно-исполнительной системы, в соответствии с законодательством Российской Федерации. ФСИН России осуществляет функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание уголовно-исполнительной системы и реализацию возложенных на нее функций. До поступления финансирования из федерального бюджета, ИК №5 в соответствии с Федеральным законом от 05.04.2013 № 44-ФЗ не могло заключить контракт. 

В силу п.5 ст.393 ГК РФ размер вреда должен быть установлен с разумной степенью достоверности. Суд не может отказать в удовлетворении требования о возмещении вреда только на том основании, что его размер не может быть установлен с разумной степенью достоверности. В этом случае размер подлежащего возмещению вреда определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

С учетом того, что истцом представлен Прайс-лист на услуги ООО «ЭнергоМ», показатели которого совпадают с данными, отраженными в контракте между истцом и третьим лицом, судом был заслушан свидетель ФИО10, являющийся сотрудником третьего лица и выезжавший на место аварии, а также с учетом объяснений специалиста ФИО4, обозревавшего состав работ и место аварии,– суд полагает, что размер убытков, заявленный истцом, не является чрезмерным и основан на реально понесенных расходах истца.

В силу ч. 2 ст. 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Именно на ответчике лежит обязанность предпринять все меры, направленные на своевременное совершение им установленных законом процессуальных действий, а также риск наступления неблагоприятных для него последствий в случае несовершения им таких действий.

Поскольку ответчик не доказал необоснованность или чрезмерность заявленной суммы убытков, суд не находит оснований для её снижения.

При таких обстоятельствах иск подлежит удовлетворению в полном объеме.

В соответствии с ч.1 ст.110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Виду освобождения истца от уплаты госпошлины в силу закона, государственная пошлина в размере 3 284 руб. подлежит взысканию с ответчика в доход федерального бюджета.

В судебном заседании 29 сентября 2020 года ответчик также ходатайствовал о взыскании с истца судебных расходов в размере 19 000 руб., понесенных им при рассмотрении настоящего дела: 15000 руб. –за услуги представителя за оказание юридической помощи, 4000 руб.- за составление акта осмотра от 10.09.2020г., подтверждающего, по его мнению, отсутствие термических следов на ковше экскаватора.

В подтверждение несения расходов представил: договор поручения №413 от 20.03.2020, заключенный с адвокатом Петренко Г.И., договор на оказание услуг специалиста, заключенный с ИП ФИО12, акт приема-передачи работ от ИП ФИО12 на 4 000 руб., счет и квитанцию на 4 000 руб. об оплате услуг специалиста, квитанции ООННО «ООКА» на сумму 15 000 руб.

Факт несения расходов ответчиком подтвержден документально.

Между тем, только выигравшая в споре сторона вправе рассчитывать на возмещение понесенных ею при рассмотрении дела судебных издержек.

С учетом исхода спора и на основании ст.ст. 106, 110 АПК РФ данные расходы относятся на ответчика.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Орелремстрой" (

<

...>, каб. 22; ОГРН 

<

***>) в пользу федерального казенного учреждения исправительная колония №5 Управления федеральной службы исполнения наказаний по Орловской области (303900, Орловская область, Урицкий район, пгт. Нарышкино, ул. Заводская, д.62, ОГРН 

<

***>) убытки в размере 82 100 руб. .

Исполнительный лист выдать на основании заявления взыскателя.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Орелремстрой" (

<

...>, каб. 22; ОГРН 

<

***>) в доход федерального бюджета госпошлину в размере 3 284 руб.

Исполнительный лист выдать налоговому органу.

Решение может быть обжаловано в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Орловской области в течение одного месяца со дня изготовления решения в полном объеме.

Судья                                                                         Н.В. Подрига