ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-16703/2023

Дело № А41-88737/18

26 сентября 2023 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 19 сентября 2023 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 26 сентября 2023 года 

 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Епифанцевой С.Ю.,

судей Терешина А.В., Шальневой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания:  ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Московской области от 10 июля 2023 года по делу №А41-88737/18,

при участии в заседании:

от к/у ООО «ИнжиТех» - ФИО3, доверенность от 07.08.2023,

от ФИО2 - ФИО4, доверенность от 15.11.2021,

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены надлежащим образом, 

 

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 17.09.2020 общество с ограниченной ответственностью «Инжитех» (далее – должник) было признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО5

В рамках дела о банкротстве конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением к бывшему гендиректору ФИО2 о признании недействительными сделками выплаты, произведенные со счета должника в пользу ответчика за период с 14.12.2018 по 27.03.2019 в общей сумме 7713959 руб. 61 коп. с назначением платежей: зарплата и выходное пособие, указывая, что притворные платежи совершены в условиях неплатежеспособности общества, в отношении заинтересованного лица, без встречного исполнения обязательств ответчиком.

Определением Арбитражного суда Московской области от 10.07.2023 заявление конкурсного управляющего было удовлетворено, признаны недействительными сделками выплаты, произведенные ООО «ИнжиТех» в пользу ФИО2 за период с 14.12.2018 по 27.03.2019 в общей сумме 7713959 руб. 61 коп. Взыскано с ФИО2 в конкурсную массу ООО «ИнжиТех» 7713959 руб. 61 коп. 

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО2 обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

В обоснование апелляционной жалобы заявитель ссылается на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и представленным в дело доказательствам и указывает на недоказанность наличия оснований для признания оспариваемых платежей недействительными сделками.

В заседании суда апелляционной инстанции представитель ФИО2  поддержал доводы апелляционной жалобы, просил определение суда первой инстанции отменить.

Представитель конкурсного управляющего должника возражал против удовлетворения апелляционной жалобы по доводам отзыва на нее, просил оставить обжалуемое определение без изменения.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на официальном сайте «Электронное правосудие» www.kad.arbitr.ru.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого судебного акта по следующим основаниям.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

Заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд наряду с лицами, указанными в пункте 1 настоящей статьи, конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер кредиторской задолженности перед ним, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его аффилированных лиц (пункт 2 статьи 61.9 Закона о банкротстве).

Из материалов дела следует, что ООО «ИнжиТех» зарегистрировано в качестве юридического лица 11.07.2007, единственный участник общества ФИО6 (с 24.04.2015), она же гендиректор общества с 13.04.2016 по 29.10.2018, с 30.10.2018 гендиректор общества ФИО2

Определением Арбитражного суда Московской области от 01.11.2018 принято заявление кредитора ПАО «Сбербанк России» с возбуждением в отношении ООО «ИнжиТех» производства о несостоятельности (банкротстве).

Определением Арбитражного суда Московской области от 30.09.2019 (резолютивная часть объявлена 26.09.2019) в отношении должника введена процедура банкротства – наблюдение, требования заявителя ПАО «Сбербанк России» в размере 79 411 797 руб. 50 коп. (основной долг) включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Решением Арбитражного суда Московской области от 17.09.2020 должник признан несостоятельным (банкротом) с открытием конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО5

В ходе мероприятий конкурсного производства ФИО5 выявлено, что за период с 14.12.2018 по 27.03.2019 должником перечислено бывшему гендиректору ФИО2  в общей сумме 7713959 руб. 61 коп. с назначением платежей: зарплата и выходные пособия. 

Полагая, что указанные платежи совершены в условиях неплатежеспособности должника в пользу заинтересованного лица, являются притворными сделками, конкурсный управляющий ФИО5 обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Удовлетворяя заявление конкурсного управляющего должника, суд исходил из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются, в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

Из разъяснений, содержащихся в подпункте 1 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», следует, что по правилам главы III.1 названного Закона могут оспариваться, в частности выплата заработной платы, в том числе премии.

Судом установлено, что заявление о банкротстве ООО «ИнжиТех» принято 01.11.2018, спорные платежи совершены в период с 21.12.2018 по 27.03.2019, т.е. в период подозрительности сделок, установленный пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (после принятия судом заявления о признании должника банкротом).

В пункте 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017) (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017) отмечено, что к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования.

В условиях конкуренции кредиторов за распределение конкурсной массы для пресечения различных злоупотреблений законодательством, разъяснениями высшей судебной инстанции и судебной практикой выработаны повышенные стандарты доказывания требований кредиторов.

Суды должны проверять не только формальное соблюдение внешних атрибутов документов, которыми кредиторы подтверждают обоснованность своих требований, но и оценивать разумные доводы и доказательства (в том числе косвенные как в отдельности, так и в совокупности), указывающие на пороки сделок, цепочек сделок (мнимость, притворность и т.п.) или иных источников формирования задолженности.

Указанное разъяснение вышестоящей судебной инстанции применимо и к рассматриваемому судом настоящему обособленному спору.

По положениям пункта 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации и статьи 4 Трудового кодекса Российской Федерации каждый имеет право на труд за вознаграждение, соответствующее выполненной трудовой функции.

В пункте 1 статьи 132 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что заработная плата каждого работника зависит от его квалификации, сложности выполняемой работы, количества и качества затраченного труда и максимальным размером не ограничивается.

В силу пункта 2 статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Таким образом, действия по установлению вознаграждения в рамках трудовых правоотношений являются возмездными, что подразумевает наличие встречного предоставления в виде выполнения соответствующей трудовой функции, и, с учетом положений пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве, представляют собой сделку, которая может быть оспорена в рамках дела о несостоятельности.

Судом установлено, что по трудовому договору от 15.10.2018 № 26/2018, заключенному с должником, ФИО2 принят на работу на должность первого заместителя гендиректора в обособленном подразделении, расположенном в 

<

...>, с ежемесячным окладом в сумме 421456 руб.

По трудовому договору от 30.10.2018 №40/218, заключенному с должником, ФИО2 принят на работу на должность гендиректора в обособленном подразделении, расположенном в 

<

...>, с ежемесячным должностным окладом в размере 505747 руб. 12.03.2019 между должником и ФИО2 заключено соглашение о расторжении трудового договора от 30.08.2018 №40/218 с выплатой компенсации в размере 1517240 руб. 

В период с 14.12.2018 по 27.03.2019 должником перечислено ответчику в общей сумме 7 713 959 руб. 61 коп., а именно: 

14.12.2018 – 38 261 руб. 02 коп. (заработная плата за октябрь 2018 г.), 

14.12.2018 – 202 298 руб. 80 коп. (заработная плата за ноябрь 2018 г., аванс), 21.12.2018 – 500 000 руб. (заработная плата за октябрь 2018г.), 

22.01.2019 – 235 879 руб. 02 коп. (заработная плата за ноябрь 2018г.), 

24.01.2019 – 202 299 руб. 80 коп. (заработная плата декабрь 2018г., аванс), 

24.01.2019 – 300 000 руб. (заработная плата за декабрь 2018г.), 

24.01.2019 – 1 000 000 руб. (заработная плата за ноябрь 2018 г.), 

25.01.2019 – 211 822 руб. 48 коп. (заработная плата за декабрь 2018г.), 

28.01.2019 – 237 701 руб. 20 коп. (заработная плата за декабрь 2018г.), 

28.01.2019 – 788 177 руб. 52 коп. (заработная плата за декабрь 2018г.), 

30.01.2019 – 281 357 руб. 07 коп. (заработная плата за январь 2019г.), 

31.01.2019 – 237 235 руб. 18 коп. (заработная плата за январь 2019г.), 

01.02.2019 – 129 839 руб. 88 коп. (заработная плата за январь 2019г.), 

14.02.2019 – 351 568 руб. 87 коп. (заработная плата за январь 2019г.), 

20.02.2019 – 202 298 руб. 80 коп. (заработная плата за январь 2019г., аванс), 20.02.2019 – 1 000 000 руб. (заработная плата за январь 2019г.), 

21.03.2019 – 38 109 руб. (заработная плата за март 2019г.), 

21.03.2019 – 1 661 121 руб. 19 коп. (заработная плата за март 2019г., выходное пособие), 

27.03.2019 – 95 989 руб. 78 коп. (заработная плата за март 2019г.). 

        Таким образом, за 4 мес. 12 дней работы в подразделении общества ответчиком получено 7713959 руб. 61 коп. 

          При этом имелись платежи, которые не соответствовали установленному ответчику ежемесячному должностному окладу в размере 505747 руб. Например, за ноябрь 2018 года ответчиком получено в общей сумме 1 235 879 руб., 02 коп., за декабрь 2018 года – 1 740 001 руб., за январь 2019 года – 2 202 299 руб. 80 коп. Определениями суда от 24.01.2022, от 22.03.2022 ответчику предложено представить штатное расписание по обособленному подразделению, расположенного в 

<

...>; и пояснить: какая деятельность осуществлялось обособленным подразделением, расположенным в 

<

...>; сколько работало работников в обособленном подразделении и какую каждый из них выполнял работу; сколько было уволено работников до 01.11.2018, объем работы в качестве первого заместителя гендиректора и гендиректора обособленного подразделения, обоснование получения завышенной зарплаты в спорный период, был ли осведомлен о возбуждении в отношении ООО «ИнжиТех» производства о несостоятельности (банкротстве)); представить доказательства реальности трудового договора от 30.10.2018 №40/2018.

          Однако названный судебный акт ответчиком не выполнен, испрошенные судом пояснения и документы не были представлены.

          Конкурсному управляющему также не были представлены бывшим руководителем должника какие-либо документы, подтверждающие трудовую деятельность ответчика в обособленном подразделении и обоснованность произведенных ООО «ИнжиТех» выплат.

          С 10.08.2019 должнику присвоен статус среднего предприятия, поскольку среднесписочная численность работников общества была увеличена до 293 человек (среднесписочная численность малого предприятия до 250 человек). 

          При этом с июня 2018 года должник имел признаки неплатежеспособности, так как перестал своевременно и в полном объеме исполнять обязательства перед ПАО «Сбербанк России» по кредитному договору от 17.03.2017 №3167/2 и от 28.06.2018 №3460. Решениями суда общей юрисдикции с ООО «ИнжиТех» от 07.09.2018 по делу №2-4260/18 и от 03.10.2018 №2-3759/18 взыскана просроченная задолженность в общей сумме 87274716 руб. 57 коп. (определением суда требования банка включено в третью очередь реестра требований должника). 

          В период с июня по ноябрь 2018 года должник также имел задолженности перед другими кредиторами: ООО «УралКомплектЭнергоМаш», ПАО «Челябинский цинковый завод», ООО «Данфосс», ПАО АКБ «Акцент» и другими, требования которых включены судом в третью очередь кредиторов общества на общую сумму 992717 441 руб. 

          Спорные платежи совершены после принятия заявления кредитора ПАО «Сбербанк России» о признании должника банкротом, в условиях его неплатежеспособности, в отсутствие какого-либо встречного исполнения обязательств и в пользу заинтересованного лица, так как ответчик являлся гендиректором должника (пункт 2 статьи 19 Закона о банкротстве). 

Таким образом, суд пришел к выводу, что ответчиком не доказана реальность выполнения трудовых обязанностей, за которые получена оплата в заявленной сумме. Спорные платежи совершены в отсутствие встречного исполнения обязательств ответчиком, т.е. безвозмездно.

Подобные сделки имеют нетипичный характер и не доступны независимым участникам гражданского оборота.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Изложенная правовая позиция высшей судебной инстанции применяется судом к рассматриваемому обособленному спору.

Суд признает ответчика фактически заинтересованным лицом по отношению к должнику и считает, что спорные платежи не связаны с реальной трудовой деятельностью ответчика, представляют собой притворные сделки, совершенные с целью прикрыть другую сделку, единственной целью которой являлся безвозмездный вывод абсолютно ликвидного имущества (денежных средств) должника.

Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Прикрывающая сделка ничтожна независимо от признания ее таковой судом в силу прямого указания пункта 1 статьи 168, пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В пункте 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна.

В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки.

Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

Как указано в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 25, при оценке действий сторон на предмет добросовестности, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота.

Любой разумный участник гражданского оборота не будет передавать безвозмездно свое имущество обычному участнику оборота, поскольку подобное поведение противоречит деловой цели и экономическому смыслу сделки.

Возникновение соответствующих обязательств возможно только при наличии заинтересованности сторон спорных платежей по отношению друг к другу и доказывает притворную цель сделок.

Действующее законодательство исходит из того, что прикрываемая сделка может быть признана недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами.

В отношении прикрываемой сделки подлежат применению положения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Сделка, совершенная должником в течение года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую сторону для должника отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств (пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

По правовой позиции, изложенной в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется (пункт 9 постановления № 63).

Одним из основных обстоятельств, входящих в предмет доказывания при рассмотрении обособленного спора о признании сделки недействительной по основанию пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, является факт неравноценности совершенного по сделке встречного исполнения, иными словами, для того чтобы установить данное обстоятельство, необходимо обладать информацией как о стоимости имущества, переданного должником по сделке, так и о стоимости полученного за данное имущество предоставления.

Прикрываемая сделка по выводу спорными платежами денежных средств должника является безвозмездной, в связи с чем неравноценность встречного исполнения не имела место.

Как указано в абзаце 4 пункта 9 постановления № 63, судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из

 состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В пунктах 5, 6 и 7 постановления № 63 разъяснено, что в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

 а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (пункт 6 постановления № 63).

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий,  данного в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве, а именно: под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества должника; под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Спорные платежи совершены после принятия заявления кредитора ПАО «Сбербанк России» о признании должника банкротом.

С июня 2018 года должник имел признаки неплатежеспособности, так как перестал своевременно и в полном объеме исполнять обязательства перед ПАО «Сбербанк России» по кредитному договору от 17.03.2017 № 3167/2 и от 28.06.2018 № 3460. Решениями суда общей юрисдикции от 07.09.2018 по делу № 2-4260/18 и от 03.10.2018 № 2-3759/18с ООО «ИнжиТех» взыскана просроченная задолженность в общей сумме 87274716 руб. 57 коп. (определением суда требования банка включено в третью очередь реестра требований должника).

В период с июня по ноябрь 2018 года должник также имел задолженности перед другими кредиторами: ООО «УралКомплектЭнергоМаш», ПАО «Челябинский цинковый завод», ООО «Данфосс», ПАО АКБ «Акцент» и другими, требования которых включены судом в третью очередь кредиторов общества на общую сумму 992717441 руб.

Суд установил, что спорные платежи совершены в условиях неплатежеспособности должника, денежные средства отчуждены в пользу фактически заинтересованного лица безвозмездно.

Являясь фактически заинтересованным лицом и получая денежные средства должника безвозмездно, ответчик не мог не знать о совершении сделок с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов. Иного не доказано ответчиком.

При таких обстоятельствах суд пришел к выводу, что прикрываемая сделка совершена должником безвозмездно, в пользу заинтересованного лица, с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника; в результате ее совершения причинен вред кредиторам должника в виде уменьшения конкурсной массы; кредиторы лишились возможности получить удовлетворение своих требований по причине отчуждения ликвидного имущества должника для недопущения обращения взыскания на него по неисполненным обязательствам перед кредиторами; другая сторона прикрываемой сделки была осведомлена о такой цели должника.

 При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве обусловлено, что все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1, подлежит возврату в конкурсную массу.

Целью двусторонней реституции является полное устранение имущественных последствий недействительности сделки, возникших в результате ее исполнения, путем приведения сторон в первоначальное положение, которое имело место до исполнения недействительной сделки.

Судом применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ответчика в конкурсную массу должника 7713959 руб. 61 коп.

Установив указанные обстоятельства, оценив представленные в материалы дела доказательства и применив нормы Закона о банкротстве в их истолковании высшей судебной инстанцией, суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности наличия оснований для признания оспариваемых перечислений недействительными сделками и применения последствий их недействительности, с которым судебная коллегия суда апелляционной инстанции соглашается.

Доказательств, опровергающих установленные судом обстоятельства, в материалы дела не представлено (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Указанное согласуется с судебной практикой по аналогичным обособленным спорам по настоящему делу (постановления Арбитражного суда Московского округа от 13.12.2022, 19.12.2022).

Каких-либо новых обстоятельств, которые могли бы повлиять на законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, в апелляционной жалобе не приведено.

Доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении настоящего обособленного спора и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены или изменения оспариваемого определения суда.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием к отмене судебного акта, судом первой инстанции не допущено. 

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции считает, что оснований для отмены судебного акта не имеется.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 272, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 10 июля 2023 года по делу №А41-88737/18 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области. 

 

 

Председательствующий

 

С.Ю. Епифанцева

Судьи

 

А.В. Терешин

Н.В. Шальнева